Том 1

Файл был сгенерирован проектом Ranobehub.org. Ranobehub.org - ранобэ на русском онлайн

Глава 1. Не Выходи на Улицу в Темноту

«Когда темно нельзя выходить на улицу»

Об этом знали все поколения жителей деревни Цань Лао, деревни в которой живут только старики и инвалиды. Неизвестно когда появилось такое правило, но это действительно так и не подлежит сомнению.

Бабушка Сы, живущая в этой деревне, увидела закат солнца за высокими горами и ей стало очень тревожно на душе. По мере того как солнце спускалось всё ниже и ниже и последний лучик света исчез в горах, не стало ни единого звука ни на небе, ни на земле. Темнота шла с запада на восток и, медленно затапливая всё вокруг, съедала по пути горы, реки и деревья и наконец пришла в деревню Цань Лао.

На окраинах деревни существуют четыре древние каменные скульптуры, стоящие в разных, противоположных друг другу, границах деревни и даже бабушка Сы не знает кому поставлены эти скульптуры и когда их здесь оставили.

Ночь уже пришла и эти скульптуры излучая слабый свет освещали деревню. Бабушка Сы и старики этой деревни вздохнули с облегчением. Сумерки становились всё более глубокими, но благодаря этому свету в деревне безопасно.

Бабушка Сы навострила уши и немного погодя, спросила:

— Ты слышал плач новорожденного ребёнка?

Рядом с ней находился старик Ма, который отрицательно покачал головой и произнес:

— Этого не может быть, я ничего не слышал… А, да, и правда плач ребёнка.

Плач шел из темноты, из места, которое не было защищено светом каменных скульптур. И все люди в этой деревне кроме глухих и глухонемых слышали этот звук. В этот момент старики обменивались растерянными взглядами, ведь деревня Цань Лао находится в безлюдной глуши, откуда здесь может взяться ребёнок?

— Я пойду осмотрюсь, — сказала бабушка Сы

Она с волнением подбежала к скульптуре. Старик Ма очень быстро догнал её и произнес:

— Сы, ты на старости сошла с ума? Сейчас уже темно, если ты выйдешь из деревни, то обязательно умрёшь!

— Я возьму скульптуру с собой, она разгонит тьму и не даст мне умереть.

Она попыталась взвалить скульптуру на свою дряхлую, старую спину, но из-за того, что она была горбатой, не могла нормально её удержать. Старик Ма покачал головой и произнес:

— Я пойду с тобой и потащу эту скульптуру.

Со стороны подошёл ковыляющий на одну ногу старик и обратился к нему:

— Старый Ма у тебя всего лишь одна рука, ты не сможешь долго нести скульптуру, позволь сделать это мне.

Старик Ма прищурился:

— Ты полумёртвый хромой, со сломанной ногой разве ты можешь нормально ходить? Хотя у меня и одна рука, зато очень сильная.

Старик Ма схватил скульптуру одной рукой, она показалась ему намного тяжелее, чем он мог представить.

— Старая Сы… пойдём уже — тяжело прокряхтел старик Ма.

— Не называй меня старой! Хромой, немой и остальные… в деревне осталось только три скульптуры, будьте осторожны, — предупредила жителей бабушка Сы.

****

Старик Ма и бабушка Сы покинули деревню. Идя по тропинке они заметили вокруг себя что-то странное и в то же время пугающее, но свет скульптуры не давал этому приблизиться к ним. Они шли к месту откуда издавался плач и в конце концов пришли к большой реке. Звук шел с её стороны. Слабый свет от статуи освещал не очень далеко и они вдвоём пытались определить место плача. Пройдя вверх по реке несколько десятков шагов, звук плача стал звучать совсем близко. Рука у старика Ма была уже на пределе, но тут старуха Сы увидела свет, который исходил из небольшой корзины, застрявшей на берегу реки, которая и была источником плача.

— Здесь и правда есть ребёнок!

Бабушка Сы приблизилась к корзине и попыталась поднять её. В тот же момент она заметила две абсолютно белые, от долгого нахождения в воде, женские руки, держащие корзину с огромной силой у берега… она попросту не могла поднять её.

— Не беспокойся, теперь ребёнок в безопасности, — прошептала бабушка Сы женщине под водой.

Мёртвое женское тело, словно услышав её слова, медленно отпустило корзину и постепенно погрузилось на дно реки, оставив за собой только небольшие речные волны.

Бабушка Сы взяла корзину, в которой находилась свернутая пелёнка с ребёнком. В корзине была небольшая яшмовая подвеска, излучающая слабый свет, схожий на свет от статуи с той лишь разницей, что подвеска могла защитить лишь ребёнка.

— Это мальчик.

Путники вернулись в деревню и все старые, немощные и покалеченные тут же столпились вокруг них.

Бабушка Сы слегка развернула пелёнки и довольно улыбнувшись, обнажая редкие ряды почерневших зубов, произнесла:

— Наконец-то в нашей деревне появился нормальный, здоровый человек

Одноногий хромой очень удивился:

— Ты собралась кормить его? Мы еле как можем прокормить сами себя. Нам лучше отдать его куда-нибудь…

Бабушка Сы рассердилась:

— Я нашла этого ребёнка, почему я должна отдавать его неизвестно кому?

Остальные жители, не смели больше перечить Сы. В этот момент на каталке привезли старейшину деревни, не имеющего ни одной конечности, тем не менее уважаемого человека, даже бабушкой Сы.

— Раз уж ты собралась кормить его, то для начала придумай имя и поищи в корзине, может быть там есть что-то указывающее на его происхождение.

Бабушка обыскала корзину и не нашла ничего, кроме надписи на подвеске - “Цинь”.

— У подвески очень хорошее качество, должно быть он из богатой семьи, —заметила Сы.

— Значит фамилия у него Цинь, а имя пусть будет Му, как подрастёт будет пастухом, вот и будет добывать себе на пропитание, — отрезал старейшина деревни.

Цинь Му… Бабушка Сы смотрела на ребёнка и он, нисколько не боясь её, даже немного смеялся.

****

На берегу реки юноша-пастух лежал на спине коровы и играл на флейте, на вид ему было лет одиннадцать или двенадцать, очень красивый со светящейся подвеской на шее.

Этот юноша был тем самым младенцем по имени Цинь Му, найденным бабушкой Сы одиннадцать лет назад. Всё это время старикам в деревне было очень сложно кормить и ухаживать за ним. Но теперь он вырос. Много лет назад бабушка Сы нашла непонятно где корову, и после этого он пил её молоко каждый день.

Люди в деревне несмотря на свои угрюмые недобрые лица очень хорошо относились к нему. Бабушка Сы была портнихой. Она шила ему одежду и по будням учила своему ремеслу. Также он изучал врачевание и как правильно приготовить лекарства у местного целителя деревни. Затем он тренировал свои ноги вместе с хромым стариком, а следуя за слепым учился по слуху определять, что вокруг и где он находится. В то время, когда проводил время с безруким, безногим деревенским старейшиной занимался дыхательными упражнениями. Время незаметно проходило…

После того как Цинь Му вырос бабушка Сы хотела продать корову, но мальчик сильно привязался к животному, и она разрешила оставить её. Поэтому сейчас юноша должен часто пасти её.

Ему нравилось пасти на берегу реки, где он наблюдал за горами и облаками.

— Цинь Му, Цинь Му, помоги мне.

Вдруг корова открыла рот и сказала это ему. Цинь Му испугался и немедля спрыгнул с неё.

На глазах коровы были слезы:

— Я кормила тебя всё время, я тоже твоя мать. Помоги мне.

Цинь Му осторожно спросил:

— Как я могу тебе помочь?

Корова продолжила:

— У тебя есть серп на талии, срежь ей всю мою кожу.

Мальчик засомневался.

— Ты забыл что я кормила тебя? Ты не хочешь помочь матери?

Цинь Му очень осторожно снимал кожу с коровы… Странно, но, когда он начал снимать её, внутри коровы не было ни крови, ни костей и мяса.

Из коровы показалась женщина лет 30 с распущенными волосами. Несмотря на то что её ноги всё ещё были внутри коровы и обёрнуты в коровью кожу, она выхватила серп у ошеломлённого Цинь Му и уже собственноручно закончила дело, освобождая свои ноги, после чего тут же приставила к горлу юноши серп:

— Маленький уродец, из-за тебя я превратилась в корову, из-за тебя я каждый день в течении одиннадцати лет ем траву и кормлю тебя! Ох! Бедная я была превращена ведьмой в корову, чтобы кормить тебя, вместо того, чтобы заботиться о своём ребёнке! Сегодня я наконец-то смогла разорвать сковывающие меня кандалы и… И для начала я убью тебя, а затем и всех в этой деревне!!!

Цинь Му не понимал о чём она говорит, он был очень напуган и его мысли были спутаны.

Замахнувшись серпом, для смертельного удара, обезумевшая женщина вдруг почувствовала холод, исходящий из её живота. Рефлекторно опустив глаза, она увидела наконечник большого ножа, торчащий из её живота.

— Му’эр, твой дедушка целитель хочет, чтобы ты вернулся домой за лекарствами, — мёртвое тело упало и за ним стоял хромой старик с большим окровавленным ножом.

— Хромой дедушка… — Цинь Му обмякши уселся на землю и паническими глазами посмотрел на кожу коровы и тело женщины, не осознавая, что произошло.

— Вернись в деревню, — улыбнулся хромой старик, хлопая по плечу мальца.

Цинь Му пошел в деревню и оглянувшись увидел, как хромой дедушка выбросил тело женщины и кожу коровы в большую реку. Увиденное его настолько шокировало, что он даже не понял, как вернулся в деревню.

Бабушка Сы хмурилась:

— Я разве не говорила тебе, что, когда темно нужно быть дома?

Уже наступила ночь, а Цинь Му собрался сходить к реке посмотреть, что осталось от кожи коровы и от тела женщины, но бабушка вовремя это заметила.

— Бабушка почему, когда нет солнца, то обязательно нельзя выходить наружу? — спросил Цинь Му.

— В наших краях, когда на улице темно, есть что-то страшное в темноте, а скульптуры в нашей деревне защищают нас. Поэтому нам нельзя покидать деревню ночью, — объяснила Сы.

— В других деревнях есть такие же скульптуры?

Бабушка Сы кивнула, но при этом она выглядела очень странно и смотрела в окно на улицу:

— Хромому пора вернуться… Не надо было ему выходить, у него ведь только одна нога…

— Бабушка, сегодня случилось что-то странное…

Цинь Му мучали вопросы, поэтому он рассказал всё, что случилось сегодняшним днем.

— Ты про женщину? Я уже знаю об этом. Хромой всё правильно сделал. Когда тебе было четыре года, тебе уже не нужно было молоко, я хотела продать корову, но ты пожалел её, поэтому произошло это. Я уже говорила, что если долго пить её молоко, то ты привяжешься к ней.

Цинь Му покраснел:

— Бабушка Сы, сегодня хромой дедушка убил эту женщину.

— Хорошо, что убил, — рассмеялась Си, — одиннадцать лет назад следовало убить её. Если бы ты не хотел молока, разве она смогла дожить до сегодняшнего дня?

Цинь Му так ничего и не понял.

Бабушка Сы долго смотрела на него и наконец продолжила:

— Эта женщина была женой Лорда города “Пограничного Дракона”, который находится в тысяче километров от нас. Лорд этого города развратлив, а его жена невероятно ревнива. Он любит распутничать и похищать девиц из уважаемых семей. Каждый раз, когда Лорд города Пограничного Дракона осквернял невинную деву, его жена посылала своих людей, чтобы избить эту девицу до смерти. Изначально я пришла в город Пограничного Дракона, чтобы просто убить её, но, когда увидела, что она только что родила ребёнка, которому было всего три месяца и она всё ещё даёт ему молоко, я превратила её в корову. Но я не думала, что ей удастся избавиться от печати и в итоге она сможет говорить, превратиться обратно в человека и даже почти навредить тебе.

Цинь Му очень удивился:

— Бабушка, как ты превратила человека в корову?

Бабушка Сы засмеялась:

— Ты хочешь научиться? Я могу научить тебя… О! Хромой вернулся!

Хромой держал в одной руке трость, а в другой тушу животного и костылял к ним. В это время темнота очень быстро приближалась к деревне. Бабушка Сы закричала ему:

— Хромой! Иди быстрее!

«Зачем торопиться?» — медленно подходя к деревне думал хромой. Темнота подошла к деревне в тот момент, когда хромой перешагнул её границы. На спине у него был ещё живой тигр. Его хвост в тот момент остался в темноте и тигр болезненно зарычал. На месте хвоста осталась лишь кость, мех и кожа полностью исчезли. Больше ничего не осталось…

Цинь Му любопытно смотрел в темноту, но там ничего не было видно.

«Что там в темноте» — думал он про себя.

Глава 2. Кровь Четырёх Духов

Бабушка Сы вела Цинь Му за руку и была очень рада идти вместе с ним по деревне. Гуляя она рассмеявшись сказала:

— Не смотри туда, иди быстрее, сегодня важный день для тебя! Старейшина и старый Ма, выходите!

В это время в деревне ярким пламенем горел костёр. Старейшину вынесли из дома, и он серьёзным тоном спросил:

— Вы нашли четырёх духов?

— Нашли.

Однорукий старик Ма притащил огромную, нефритово-зелёную змею, длинной около десяти метров. От неё воняло сырой кровью, но при этом она была всё ещё жива. Он схватил её примерно в двадцати сантиметрах ниже головы, в районе сердца, из-за чего та не могла пошевелиться.

Немой же кузнец держал рядом с собой огромную птицу, которая была больше его собственного роста. Её крылья и лапы были связаны. Птица пыталась разорвать путы тугой верёвки. Из-за тяжелой борьбы по её оперению вспыхивали огненные блики, а громкий, яростный клич, заставлял сердца людей биться чаще от страха.

Слепой же принёс гигантскую черепаху, размером больше письменного стола. Никому не было известно сколько ей лет, по виду она была очень старой, а её панцирь переливался золотисто-желтоватыми цветами. Свои конечности она полностью втянула под панцирь, время от времени украдкой высовывая одну лапу. Цинь Му заметил, что, когда она высовывала свою лапу, из-под неё шел водяной пар и казалось будто она способна умчаться прямо на нём.

Только рыболовный крючок, на который её поймал слепой, не давал ей никакой возможности сбежать.

— Зелёный Дракон, Белый Тигр, Красная Птица и Чёрная Черепаха: хоть достать кровь этих четырёх духов и нет никакой возможности, но с помощью крови Драконьей Зелёной Змеи, Железно-Костяного Тигра, Огненной Птицы и Золотой Черепахи можно обработкой получить исходную кровь в достаточном количестве.

Старейшина дробно кивнул мяснику на что тот растянувшись в улыбке, засмеялся. Опираясь на две руки, он подошел. Это был настоящий здоровяк, у которого осталась лишь верхняя часть тела, а нижнюю до пояса отрубили, оставив ровную рану.

Поставив четыре чана перед змеёй, тигром, птицей и черепахой, мясник одним ударом ножа испустил кровь диких зверей, которая быстро истощилась.

— Целитель, — крикнул старейшина.

Целитель выдвинулся. У него не было лица. Казалось, что кто-то сильно изрезал всю кожу его лица… изуродованные рассечениями губы особенно бросались в глаза, а нос был и вовсе отрезан. Это был самый уродливый человек в деревне, несмотря на это, Цинь Му считал его самым добрым человеком.

Подойдя, он вытащил четыре необычных красных листа, в каждом из которых находились белые яйца неизвестных насекомых. Он положил по листу в каждый чан, после чего, из яиц вылупились маленькие личинки и принялись пить кровь.

Чем больше они пили, тем становились крупнее и больше. В конце концов они выпили всю кровь и в горшках остались только толстые, больших размеров, черви.

Потом целитель положил в каждый кувшин что-то похожее на соль — белое и рассыпчатое. Съев это, большие и толстые червяки очень быстро уменьшились. Цинь Му от удивления невольно цокнул языком.

Спустя некоторое время целитель достал червяков, каждый из которых был размером с ладонь человека. Далее он достал четыре фарфоровых чашки. Затем схватил и с силой сдавил одного червяка, издающего жалостный писк, из живота которого потекла кровь подобная цвету драгоценного янтаря. Целитель повторил всё это с остальными тремя червями. Закончив, он поставил четыре чашки перед Цинь Му и качая головой, сказал:

— Всё же эти звери не настоящие четыре духа, поэтому их духовной крови так мало.

— Му’эр, в теле каждого человека есть семь великих сокровищ, первое это Духовный Эмбрион, второе Пять Стихий, третье Шесть Направлений, четвёртое Семь Звёзд, пятое Небожитель, шестое Жизнь и Смерть и седьмое это Божественный Мост. Сразу после рождения они запечатаны внутри тебя и являются твоим природным богатством. В итоге их стали называть — “Семь Великих Божественных Сокровищ”, — властным тоном проговорил старейшина, освещаемый огнём от костра. — Семь Великих Божественных Сокровищ запечатаны внутри тебя и воину нужно самому открывать их. У каждого из них есть свой барьер, называемый “стеной” — стена Духовного Эмбриона, стена Пяти Стихий, стена Шести Направлений, стена Семи Звёзд, стена Небожителя, стена Жизни и Смерти и стена Божественного Моста, и чтобы добраться до сокровища, необходимо сломать её. Процесс этот называется “Разрушение Стены”.

Однорукий дедушка Ма погладил Цинь Му по голове, засмеявшись:

— Если ты не сможешь пробить даже первую стену, то у тебя никогда не будет никакой силы, и ты не сможешь совершенствоваться. Некоторые люди благословлены небесами и их стена Духовного Эмбриона уже разрушена с рождения, естественным образом вскрывая своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Такое особое телосложение называется — “Духовным Телом” и их владельцы невероятно талантливы… Они могут совершенствоваться в два раза быстрее обычного человека.

— У каждого Духовного Эмбриона есть четыре атрибута, что в свою очередь означает что есть четыре типа Духовных Тел: Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красной Птицы, и Чёрной Черепахи. Если ты хочешь проверить к какому именно относишься ты, то тебе нужно выпить их кровь.

Целитель заметил:

— Если у тебя Духовное Тело Зелёного Дракона, то выпив его кровь, ты пробудишь его Ци. Например, как старый Ма.

Однорукий дедушка Ма оголил торс и повернувшись к мальцу спиной резко и яростно крикнул.

Цинь Му увидел на спине дедушки Ма Ци зелёного цвета, клубящуюся словно туман по всему протяжению его позвоночника. Этот цвет постепенно образовал форму дракона, одна когтистая лапа этого дракона лежала на его единственной руке, а две другие находились на ногах.

— Так выглядит Духовное Тело Зелёного Дракона.

Дедушка Ма оделся:

— А старуха Сы у нас обладательница тела Белого Тигра.

Бабушка Сы недовольно посмотрела на Ма:

— Я не буду снимать одежду и не дам вам, старые хрычи, воспользоваться ситуацией. Моё Духовное Тело — Белый Тигр. Я с помощью своей Ци покажу его сущность и дам Цинь Му хорошенько полюбоваться.

Её миниатюрное тело встряхнулось и за ней послышался рык. Можно было даже разглядеть слабый дымчатый фантом огромных хищных глаз Белого Тигра.

— Все в этой деревне имеют своё собственное Духовное Тело. Раньше мы очень гордились этим, но сейчас мы все стали кучкой старых калек… — Сы улыбнулась и продолжила, — и не можем тебе предложить многого. Здесь четыре чашки и кровь в них является ключом к пробуждению твоего Духовного Тела. Например, выпив кровь Белого Тигра ты пробудишь в своём Духовном Эмбрионе Ци Белого Тигра. Всё точно также с кровью остальных зверей.

— А теперь пей.

Старейшина, бабушка Сы и все остальные старики деревни в ожидании смотрели на Цинь Му.

Цинь Му очень волновался, хотя он много времени провёл с целителем и повидал много разных странных вещей, но в этот раз всё было намного более странным.

Он взял фарфоровую чашку, кровь в ней была очень горячая. Это была кружка с кровью Красной Птицы. Выпив её, он почувствовал сильный жар в горле, который опускался всё ниже и ниже и расходился по рукам и ногам. Ему казалось, что его кровь начала кипеть. Через некоторое время это чувство исчезло.

Старейшина обратился к немому кузнецу:

— Его дух — Красная Птица?

Кузнец безмолвно покачал головой.

— Цинь Му, продолжай, — сказал старейшина.

Цинь Му сразу взял вторую чашку, с кровью Белого Тигра. Она была очень горькой, словно жидкий чугун, и он почувствовал сильное болезненное покалывание в горле, но и оно вскоре исчезло.

— Не тигр, — бабушка Сы слегка разочарованно покачала головой.

— Третья кружка, — произнес старейшина.

Он взял третью чашку, которая была наполнена кровью Зелёного Дракона, добытая после переработки огромной зелёной змеи. Осушив её, Цинь Му почувствовал распирание мышц и бурление крови, как будто все его внутренности пытались выйти наружу. Через несколько мгновений и это ощущение исчезло.

Дедушка Ма тоже был разочарован и покачал головой:

— Он не дракон.

— Тогда его Духовное Тело обязательно должно содержать атрибут Чёрной Черепахи, — неожиданно засмеялся целитель, лицо которого в этот момент выглядело уродливее обычного.

Цинь Му выпил последнюю чашку. Его тело стало очень легким, как будто он оказался в воде, но и это чувство опять исчезло.

— Он не черепаха, — печально покачала головой целитель.

Все жители деревни вокруг костра молчали. Через некоторое время мясник нарушил тишину:

— Похоже, что он просто обычный человек.

Вдруг в уголках глаз бабушки Сы выступили слезы:

— Мы уже совсем старые, к тому же ещё калеки, и… и когда мы все умрём… Му’эр не сможет выжить…

Цинь Му взял её за руку:

— Бабушка, не плачь, здесь все хорошие и добрые люди. Никто не умрёт…

— Хорошие люди? Ха-ха… — дедушка Ма рассмеялся. — Нас изгнали в эту глушь и нам было очень сложно дожить до этих дней. Здесь очень опасное место. Без нашей защиты, Му’эр будет сложно выжить здесь. Мы должны помочь ему покинуть Великие Руины… и найти более безопасное место…

Мясник равнодушно сказал:

— Если мы попытаемся его вывести отсюда, то враги могут обнаружить нас и мы все умрём и его тоже убьют.

В деревне Цань Лао опять воцарилось молчание.

Вдруг старейшина сказал:

— Хорошо.

Бабушка Сы рассеяно спросила:

— Что хорошо?

Старейшина улыбнулся:

— Я про его телосложение. Хороший саженец.

Мясник и остальные жители ничего не поняли, поэтому он объяснил:

— Я думаю у Му’эр особое очень редкое телосложение. В его теле все духи странным образом смешались. Если я не ошибаюсь, то оно называется — “Тело Тирана”.

— Тело Тирана? — сомнительно спросила бабушка Сы, она и все жители деревни многое знали и повидали в этой жизни, но никогда не слышали о том, что такое возможно.

— Да, Тело Тирана, — старейшина улыбался. — Обычной кровью очень трудно пробудить это телосложение… в идеале нужна кровь настоящих четырёх великих духовных зверей. В Великих Руинах её невозможно найти, но их потомков нетрудно найти. Поэтому вы должны продолжить ловить зверей, получать их кровь и перерабатывать её. Если он выпьет больше крови, его Тело Тирана естественным образом пробудится.

Старейшину уважал каждый, поэтому все обрадовались и бабушка Сы тут же произнесла:

— Завтра я с хромым буду ловить тигра. Му’эр, пораньше ложись спать и отдыхай, завтра тебе придётся выпить ещё больше крови.

После все разошлись, а немой кузнец и целитель внесли старейшину в дом. Когда кузнец ушёл, целитель заговорил:

— Тело Тирана же не существует.

Старейшина утвердительно кивнул:

— Мне пришлось их обмануть… Иначе нам было бы очень трудно выжить…

Целитель испугался. Жители этой деревни пришли из разных мест. Их всех объединяет изгнание и большая ненависть. До этого времени они дожили в большей части благодаря этому ребёнку. Именно приход Цинь Му в их жизнь избавил их от большинства негативных эмоций и болезненных воспоминаний. Они вместе вырастили его и видели его самым близким человеком для себя… Он поддержал слабые души жителей деревни Цань Лао.

Если бы старики узнали о том, что он обычный человек и не сможет выжить здесь самостоятельно, тогда они бы потеряли всякую разумность и неизвестно что стали бы делать.

Целитель равнодушно заметил:

— Но ты не можешь скрывать это всю жизнь. Мы все рано или поздно умрём и тогда останется только один Цинь Му.

— Поэтому никогда не говори ему о том, что никогда не существовало никакого Тела Тирана! — сказал старейшина. — Пусть он верит, что он единственный в своём роде.

Замеревший ошеломлённый целитель пристально смотрел на старейшину, лицо которого при слабом свете выглядело в некотором роде харизматичным.

Старейшина продолжил говорить:

— Я хочу увидеть, чего добьётся человек с непоколебимой верой! Возможно ли что он сможет как-то выделиться и превзойти других… Превзойти всё что мы знаем и знали о духах и телосложениях? Если он будет непоколебимо верить, может быть он на самом деле приобретет Тело Тирана…

Целитель спросил:

— Обычный человек приобретёт Тело Тирана?

Старейшина уверенно кивнул:

— Только если он будет искренне верить в это, то его смертное тело станет Телом Тирана!

Глава 3. Божественные Искусства

К целителю пришла одна мысль:

— Нужно давать ему пить как можно больше духовной крови… если понадобиться утопить его в ней! Даже если его Духовное Тело не пробудится его физическое тело с каждым разом будет становиться всё сильнее… И в итоге станет гораздо сильнее любого Духовного Тела!

— Он даже сможет убить дракона одним ударом, — старейшина улыбался. — Подобное наверняка напугает этих ублюдков за пределами Великих Руин.

Они радостно посмотрели друг на друга и через несколько мгновений целитель закрыл двери и ушел.

На второй день жители деревни поймали ещё несколько змей, тигров, птиц и черепах. Имея цель, все они были готовы тяжело трудиться.

Однако целитель, несмотря на сказанные ранее слова, мысленно сердился:

«Если позволить ему выпить слишком много крови, он может умереть от перенасыщения».

Немой кузнец растянулся в улыбке, так как он в одиночку поймал и принёс с собой аж две Огненные Птицы. Когда он довольно расхохотался, можно было увидеть, что в его рту нет языка.

— Му’эр справится, — уверенно проговорила бабушка Сы.

Сжимая личинок для получения крови, целитель молча окинул недовольным взглядом всех присутствующих. На этот раз духовной крови было намного больше, но Цинь Му выпил её всю, после чего его тело даже немного вздулось. Ему казалось, что его тело было переполнено и он вот-вот взорвётся. Старики сильно испугались, видя, как изменился Цинь Му.

Целитель вынул несколько полых серебряных игл и уколол ими спину и темя Цинь Му. Из каждого кончика иглы они ясно увидели струи выходящего воздуха красного, синего и пурпурного цветов. Когда воздух полностью вышел, целитель извлек иглы, и снова кинул взгляд на стариков:

— Медленно, постепенно нужно! А вы пытаетесь насильно его накормить, словно он какой-то ненасытный обжора! Так и умереть не долго! Прямо сейчас у него перенасыщение энергией, так что у вас, старичьё, появилась работёнка. Чтобы помочь ему “переварить” духовную кровь… мясник, будешь тренировать его владению ножей, старик Ма, потренируй его ударам кулака, а ты хромой, займись его ногами.

— Му’эр пойдём тренироваться на ножах!

Мясник с помощью своих двух рук оттолкнулся и запрыгнул на соседнюю кучу дерева, из-за чего его половина тела стала высотой почти с Цинь Му.

Мясник взял в руки два ножа для забивания свиней, но они были не совсем обычные. Нормальные ножи для убоя свиней имели изогнутые, в форме полумесяца, лезвия и были не длиннее тридцати сантиметров. Но ножи мясника отличались, форма была примерно та же, но они были намного больше. В длину они достигали практически метра. Обратное ребро было очень толстым, а кромка лезвия невероятно тонкой и острой, мерцая опасным, мрачным, холодным блеском. Когда мясник держал ножи бок о бок, они напоминали арочный дверной проём.

Хотя у Цинь Му был только один нож для забивания свиней, но размером тот был точно таким же, как парочка в руках мясника. Нож был чрезвычайно тяжелым. Он весил более десяти килограмм. В прошлом Цинь Му еле как мог поднять такой нож двумя руками, но сейчас, выпив столько духовной крови, его сила увеличивалась не по дням, а по часам. Даже держа его в одной руке он не чувствовал, что это слишком тяжело.

Цинь Му обратился к мяснику:

— Дедушка мясник, будь осторожнее!

Цинь Му с ножом в одной руке ринулся к мяснику на деревянной куче, а тот лишь хохотал. Хотя у него и была только половина тела, казалось, что он ничего не боится.

“Ночная Битва По Ту Сторону Бурного Города!”

Сближаясь с мясником, Цинь Му делал множественные взмахи ножом. Нож двигался всё быстрее и быстрее, создавая резкий звук свиста ветра.

— Медленно, медленно! Ты слишком медленный! — мясник кричал изо всей силы, в то время как его парные ножи стали столь же стремительны как дождь в ливень. Его ножи сталкивались с ножом Цинь Му, создавая шум, подобный яростной буре в дремучем лесу. — Быстрее, твой нож может двигаться быстрее! Скорость — это суть приёма “Ночная Битва По Ту Сторону Бурного Города”. Нож должен быть столь же быстр, как буря ночью, охватывающая все города! Покажи мне ещё больше скорости!

Ножи стали двигаться быстрее. Блики от них были похожи на трёх сражающихся серебряных драконов, танцующих вокруг трухлявой, деревянной кучи. Со временем вой ветра становился лишь сильнее и можно было даже увидеть вращающуюся энергию лезвия.

Чи!Чи!Чи…

Всякий раз, когда энергия лезвия касались земли, на ней появлялись глубокие разрезы.

Это были разрезы от их лезвий.

— Прекрасно! Как минимум настолько быстро! Чем быстрее твой нож, тем мощнее его энергия лезвия. Твой нож должен стать подобно горящему огню в аду — возгораться и сжигать всё и всех!

Выглядя словно сумасшедший, мясник продолжил махать ножами, образовывая целый вихрь движений. Скорость была настолько высока, что в глазах Цинь Му зарябило.

Старик кричал:

— Горит! Горит! Пусть твои ножи, горят! Пусть твоя энергия горит! Пусть твоя душа горит! Как только твои ножи поглотит пламя, это будет значить, что ты завершил божественное искусство!

Донг! Ззззз!

Цинь Му смотрел на ужасающие движения ножей мясника, в результате трения которых об воздух вспыхивало пламя. Пара ножей словно два извивающихся дракона пышущих огнем танцевали то тут, то там, наращивая свою мощь и импульс, как вдруг… драконы сорвались с места и полетели к Цинь Му. Эти драконы летели к нему и ему некуда было бежать и нечем было отбиваться. Но всё так же внезапно драконы взмыли вверх, красочно рассекая тёмное ночное небо деревни Цань Лао.

Цинь Му ошеломлённо уставился в небо. Мастерство мясника было слишком пугающим.

В это время к деревенскому небу со всех сторон подступила клокочущая темнота, пожирая каждую частичку огненных драконов и энергию лезвия, которая их сформировала. Темнота была словно живая, гневаясь на мясника и на его действия и действуя так, как если бы собиралась поглотить всю деревню целиком.

Но вдруг четыре скульптуры стали ярче, вынуждая темноту отступить.

— Чёртово небо, — недовольно заметил мясник.

Всё ещё находясь на деревянной куче и держа в своих руках огромные ножи, мясник посмотрел на небо и словно сумасшедший закричал:

— Рано или поздно я растерзаю эту темноту и пойду по пути убоя! Этому старику отрезали половину тела, но голова ещё на месте! Даже не имея ног я всё равно буду убивать, я…

«Дедушка мясник опять безумствует, но его ножи были действительно очень быстры. Интересно, как долго мне придётся тренироваться, чтобы стать столь же быстрым как он и превратить мои навыки боя на ножах в божественное искусство?»

Цинь Му с восхищением посмотрел на обезумевшего мясника, затем он положил нож и пошел искать однорукого дедушку Ма.

— Если ножи мясника должны создавать пламя, для достижения уровня божественного искусства, то мои кулачные движения должны вызвать звук грома, прежде чем их можно начать считать божественным искусством!

Дедушка Ма выглядел очень серьезно, когда сильно сжал кулак своей единственной руки, сопровождаемый резкими, прерывистыми звуками потрескивания костяшек, и хладнокровно продолжил:

— Му’эр, только когда ты сможешь удерживать в своих руках молнию, твои удары кулаком можно будет считать едва приемлемыми. Ножи мясника действительно очень быстрые, в то время как мой кулак взрывается с непреодолимой силой, превосходящей пределы скорости звука и сбрасывающей воздушные оковы! Одной руки достаточно для занятия боевыми искусствами! Одна рука может стать тысячью рук! Одной руки хватит, чтобы метать молнии и сотрясать землю раскатами грома!

Взрыв! Взрыв!..

Когда дедушка Ма начал ударять перед собой кулаком, звуки были сродни оглушающему грохотанию грома, наслаивающиеся эхом друг на друга.

Взрыв! Взрыв! Взрыв!..

Цинь Му не мог понять, как быстро тот выстреливал своим кулаком. Ему казалось, что у него целая тысяча рук, а не одна. Кулак дедушки Ма ударял всё быстрее и быстрее. Казалось, словно “тысячи рук” начали удерживать разряды молний.

Ззз! Ззз! Чи! Чи! Чи…

Каждый удар сопровождался щебетанием сверкающих молний и раскатами грома!

— Этот приём называется — “Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды”! До тех пор, пока твои кулаки быстрее скорости звука, тебе покорится гром. Каждый удар кулаком, каждый шлепок ладонью этого божественного искусства способен уничтожить тело и душу противника, лишая возможности когда-либо переродиться! — дедушка Ма остановил кулак и продолжил томным голосом. — Используя Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды, что я показал тебе, бей в мою сторону так, чтобы начали слышаться раскаты грома, а на руках заискрились молнии.

Цинь Му сосредоточился. Сегодня то чему его учили дедушка мясник и дедушка Ма отличалось от того, чему учили раньше. Когда он в последний раз тренировался с ними, они учили его самым обычным навыкам владения ножом и техникам кулачного боя. Но сегодня он услышал от них кое-что новое и это…

Божественное Искусство!

Цинь Му подошел к дедушке Ма и начал быстро двигать кулаком, пытаясь скопировать Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды. Несмотря на то, что у дедушки Ма только одна рука, но он без труда защищал себя от его попыток.

Мясник хоть и выглядел сумасшедшим, но он контролировал себя и Цинь Му не получил ни одного ранения в ходе тренировки. Однако дедушка Ма беспощадно работал своей единственной рукой. Несмотря на то, что удар кулаком старика не был чересчур тяжелым, тем не менее, вскоре, лицо Цинь Му стало выглядеть сильно опухшим, а из носа текла кровь.

Только когда Цинь Му больше не мог сражаться, дедушка Ма дал ему отдохнуть.

— Ноги — это ветер, земля и источник твоей силы.

Одноногий хромой опирался на палку. Несмотря на то, что у него осталась только одна нога, хромой был тем, кто учил Цинь Му как правильно пользоваться ногами.

Раньше Цинь Му считал его самым обычным стариком в деревне, его искренняя и простая улыбка внушала доверие, но после случившегося возле большой реки… когда он с таким же простодушным хохотом зарезал вылезшую из коровы женщину… Цинь Му уже не был так уверен в этом.

Смех и улыбка этого хромого очень коварны, когда он смеётся невозможно понять, это искренний или наигранный смех.

Улыбнувшись в сторону Цинь Му, хромой продолжил:

— Му’эр, мясник всегда хвастается своим ножом, старик Ма кулаком, но настоящее божественное искусство — в ногах. Когда нож и кулак не смогут убить врага, что нужно делать? Конечно убегать! Выжить прежде всего! Жизнь состоит не только в мечтах о великом, но в простом житейском выживании! Вот почему настоящая победа — выжить! Только если ты достаточно быстро бегаешь, ты сможешь взбегать по стенам, бежать по воде и даже взмыть в небо! Тогда огонь, воздух и всё остальное станет для тебя как ровная и устойчивая земля! Когда ты бежишь достаточно быстро даже звук остаётся за твоей спиной, ведь ты быстрее него и только в этом случае можно считать, что ты достиг начального уровня божественного искусства своих ног.

— Му’эр, подойди, надень эти стальные утяжелители.

Глава 4. Техника Создания Небесного Дьявола

— У хромого дедушки очень сильная нога, на ней он может даже лететь по небу. Кто же тогда отрезал его вторую ногу? У дедушки Ма очень сильный удар кулака, кто же тогда отрезал его вторую руку? В руках дедушки мясника два ножа становятся опаснейшим оружием, кто же тогда отрезал половину его тела?

Цинь Му видел на что способны дедушки мясник, Ма и хромой, он боготворил их и одновременно был в недоумении.

После тренировок ног с хромым кровь потомков четырёх духов больше не переполняла его. Полностью усвоившись она даже в некоторой степен сделала его тело сильнее, из-за чего он стал чувствовать себя намного лучше. Разве что он смертельно устал и хотел прилечь прямо на месте и заснуть.

Но это было только начало его страданий.

Почти каждый день жители деревни ловили злобных зверей и Цинь Му приходилось пить их очищенную кровь. Полностью насытившись ею, он начинал свои адские тренировки и не заканчивал их, пока не достигал предела своей выносливости.

Кроме тренировок у дедушки Ма, мясника и хромого, ему ещё приходилось учиться у немого кузнеца его ремеслу, у глухого учиться рисовать, у слепого по слуху определять где он находится, что происходит вокруг и с закрытыми глазами тренироваться сражаться с посохом.

Всякий раз, когда он окончательно выбивался из сил, его вызывал старейшина и они занимались дыхательными упражнениями. Старейшина сказал ему, что эти упражнения называются дыхательной техникой “Трёх Эликсиров Тела Тирана” и они необходимы для пробуждения самого “Тела Тирана”.

Несмотря на то, что Цинь Му не ощущал никакого невероятного эффекта от этой, так называемой, техники, но она по крайней мере снимали его усталость, и поупражнявшись в ней он чувствовал себя очень бодро. Поэтому он считал эту дыхательную технику действительно удивительной.

— Старейшина, это ведь самая обычная дыхательная техника “Даоинь”, верно? — спросил целитель после ухода Цинь Му.

— Да, это она, — сказал старейшина и затем продолжил, — у каждого из Четырёх Великих Духовных Тел есть свои собственные уникальные техники для тренировок. Духовное Тело Зелёного Дракона использует Ци Зелёного Дракона для самосовершенствования. Тело Белого Тигра Ци Белого Тигра и так далее… Однако тело Цинь Му не содержит ни одного из этих четырёх основных атрибутов жизненной Ци. Так как он никогда не будет таким как мы и не сможет совершенствоваться, полагаясь на какие-либо наши техники, я учу его самой простой дыхательной техника. Даже самые обычные люди могут изучить технику Даоинь и использовать её для самосовершенствования… Ведь это единственная техника, которая не требует для тренировки никаких атрибутов Ци.

— Но ведь техника Даоинь слишком простая и распространённая. Те воины, что практикуют её, мало чего добиваются в жизни в сравнении с другими, — заметил озадаченный целитель.

— Раньше я думал точно также, — произнес старейшина, но затем сразу же продолжил, с слегка странным выражением лица, — но теперь мне кажется, что мы сильно недооценивали технику Даоинь. Му’эр с самого детства тренировался в ней со мной и к текущему моменту его жизненная Ци стала чрезвычайно грозной. Однако… единственный способ, которым возможно продемонстрировать всю свою имеющуюся мощь — это наличие атрибута у своей жизненной Ци.

— Насколько мощная? — дрогнувшим голосом спросил целитель.

— Если бы его жизненная Ци была того же атрибута, что и твоя жизненная Ци Зелёного Дракона, тогда сила Цинь Му была бы равна половине силы твоего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, — ответил старейшина.

Слова старейшины повергли целителя в шок.

— Я уже сломал свою стену Небожителя и разбудил Божественное Сокровище Небожителя! — воскликнул он. — Я потратил годы на полное пробуждение своих “Духовного Эмбриона”, “Пяти Элементов” и “Шести Направлений”! Половина силы моего “Духовного Эмбриона” эквивалентна полной пиковой силе “Духовного Эмбриона” практикующего боевые искусства и имеющие только его! Чтобы текущая сила Цинь Му была на одном и том же уровне с практикующим боевые искусства на уровне Духовного Эмбриона… и без пробуждения своего собственного Духовного Эмбриона… Тогда если ему удастся пробудить своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, разве он не будет в несколько раз сильнее самого себя, если бы он имел один из атрибутов Четырёх Великих Духовных Тел? И это всё ещё благодаря технике Даоинь?

Старейшина тоже сомневался:

— Техника Даоинь действительно таинственная. Хотя это простая дыхательная техника, основание, которое она закладывает, прочно за пределами всего мыслимого и немыслимого. Му’эр практикует её всего десять лет. И этот срок крайне короткий. Когда он впервые начал практиковаться в ней, результаты были далеко не такими хорошими, как сейчас, но недавно я заметил, что его сила начала расти не по дням, а по часам. Его рост, особенно пугающий в дни, когда он пьет кровь четырёх духов! Если бы техника Даоинь не была настолько распространённой и общедоступной, я бы подумал, что она божественная…

Лица обоих стариков выглядели странно.

Целитель выдохнул и покачал головой:

— Это мало что меняет… У его жизненной Ци нет атрибута. Он не может высвободить много силы. Как ты думаешь, насколько далеко он сможет зайти, практикуя лишь Даоинь?

Старейшина покачал головой:

— Я тоже не знаю.

Целитель кивнул в понимании.

Техника Даоинь была самой что ни есть базовой, которую дети обычно использовали для заложения своих основ. Как только ребёнку исполняется десять лет, эта основа становится достаточно прочна и развита, чтобы противостоять воздействию духовной крови. После того, как ребёнок узнаёт свой тип духовного тела, им больше нет нужды практиковаться, используя технику Даоинь.

Как только человек сломает свою первую стену, появляется целое множество гораздо лучших техник для практики и нужда в Даоинь отпадает.

Что касается обычных людей, которые ежедневно тренируются, используя технику Даоинь… У них попросту нет возможности ежедневно пить духовную кровь, как это делает Цинь Му.

Только могущественные и влиятельные семьи могли бы позволить себе такую роскошь, но никто из них не станет тратить столько ресурсов на обычного наследника. Ни одна семья не поступит также как старики деревни Цань Лао.

Старейшина деревни никогда не слышал о том, чтобы кто-то практиковал технику Даоинь до раскрытия её максимального потенциала, не говоря уже о том уровне, на котором сейчас находится Цинь Му. Поэтому чего может достичь малец дальше он тоже не знал.

Однако вскоре случилось то, что в итоге больше всего шокировало целителя и старейшину деревни… В течении нескольких дней совершенствование Цинь Му становилось всё глубже и могущественней. Предположительно самая распространённая техника Даоинь вызвала необычайные изменения в его теле, которые сделали основание мальчика невероятно прочным и стабильным!

Всего через месяц он мог за один раз выпить в несколько раз больше крови, чем раньше, а плотность его жизненной Ци стала такой, что была сравнима с обычным воином уровня пробуждённого Божественного Сокровища Духовного Эмбриона!

Однако несмотря на то, что его жизненная Ци была настолько плотной, у неё по-прежнему не было атрибута, что не позволяло ему проявить её полноценную мощь, а значит и эффективно применять на практике.

Тем не менее повышение плотности жизненной Ци всё же дало ему некоторые преимущества! Он стал намного выносливее, гораздо легче переносил побои на тренировках и гораздо быстрее восстанавливался. В конце концов всё свелось к тому, что когда он тренировался, то мог встретиться с каждым из своих учителей практически в своём пиковом состоянии. Тренировка на ножах с дедушкой мясником, кулачные бои с дедушкой Ма, тренировка ног с одноногим хромым дедушкой, тренировка ориентации в пространстве и бою с посохом с завязанными глазами с слепым дедушкой и под конец завершал свою серию тренировок с немым дедушкой кузнецом, работая с металлом пятидесятикилограммовым молотом. И даже несмотря на подобную интенсивную тренировку он должен был практиковаться в дыхательной технике “Трёх Эликсиров Тела Тирана”, чтобы быстро восстанавливать свои силы.

Чудодейственный эффект от дыхательной техники “Трёх Эликсиров Тела Тирана” в очередной раз шокировал старейшину деревни. В итоге тот заставил целителя тайно проверить физическое состояние Цинь Му на наличии скрытых травм, вызванных переутомлением на тренировках.

— Я не обнаружил никаких скрытых травм, вызванных переутомлением или истощением. Даже наоборот… Из-за того, что его жизненная Ци стала настолько плотной, она уже начала развивать его телосложение, — со странным выражением лица отчитался целитель после проверки.

Старейшина не знал, что сказать. За свою жизнь он много повидал, но никогда не видел подобного, ведь Цинь Му самый обычный человек и практикует самую обычную дыхательную технику.

— Му’эр, сегодня ты с бабушкой будешь учиться шить одежду, не нужно тренировать удары кулаком, — бабушка Сы окликнула Цинь Му.

Горбатая старуха несла в руках корзину с иглами и нитками. Когда её маленькие шаги увели её за пределы деревни, Цинь Му бросился вперед и догнав, взял у неё корзину и спросил:

— Зачем мы уходим, бабушка, разве обычно мы не учимся в деревне?

— Сегодня мы будем шить одежду не в деревне, настоящую одежду, — ответила бабушка Сы и затем продолжила. — На днях старый Ма, хромой и остальные многому тебя научили, я не хочу отставать от них, поэтому сегодня научу тебя на что действительно способны такие портные, как я.

«На что действительно способны портные? Разве портной не шьёт одежду?» — думал Цинь Му, удаляясь вместе с бабушкой от деревни к реке.

Они шли вдоль реки по направлению от её устья к низовью. Несмотря на свой горб, Сы шла очень быстро. Цинь Му приходилось использовать недавно выученную у хромого технику движения ног, только чтобы поспевать за ней. После дюжины километров они дошли до области с травянистыми холмами у подножья горы. Примерно в двухстах шагах от них паслись олени.

Бабушка Сы достала из корзины маленькую иглу, которая была воткнута в шар из ниток и затем резко дёрнула рукой в направлении оленей. Игла словно исчезла, но уже в следующее мгновение один из оленей упал, а остальные от страха бросились убегать.

Они подошли к упавшему оленю. Он был ещё жив. Между бровями у него торчала игла, которая каким-то образом мешала ему двигаться.

— Му’эр, смотри, эта игла поразила его “Душу Неба”, — сказала бабушка Сы, чтобы Цинь Му запомнил где находится Душа Неба, затем взяла другую иглу и вонзила в его копчик. — Здесь его “Душа Земли”, — после чего третей иглой пронзила пупок, — а это его “Душа Жизни”. Три главных души уже пронзены, но помимо них есть ещё семь духов. Первый это — “Собачий Труп”, находится на макушке.

Она взяла пятую иглу и ещё раз вонзила между бровей:

— Второй дух называется “Скрытой Стрелой”, он тоже находится между бровей. Обрати внимание, его легко перепутать с Душой Неба. В одном случае игла должна войти очень глубоко, а в другом на небольшую глубину.

— Третий, “Инь Воробей”, находится в кадыке, проверь сам, там есть брешь треугольной формы, именно её нужно поразить иглой.

— Четвёртый, “Хватающий Вор”, находится в районе солнечного сплетения, там ещё есть ямочка.

— Пятый дух, “Противоядие”, также в пупке, не перепутай с Душой Жизни.

— Шестой, “Очистка от Грязи”, вон там, — бабушка Сы указала на промежность, — Из этого места выходят мерзкие вещи.

— И последний, седьмой дух, “Вонючее Легкое”, расположенный в легких, в которых циркулирует свежий и затхлый воздух.

Бабушка Сы поразила три души и семь духов оленя, продолжая говорить:

— Связывание трёх душ и семи духов это ключевой, самый главный шаг для шитья правильной одежды. Му’эр ты всё понял? Если понял, то мы начнём шить одежду.

Цинь Му не понимал причем тут одежда, но он всё запомнил и сказал:

— Да, я всё понял.

Бабушка Сы достала из корзины ножницы и начала резать с губ оленя, в итоге сняв всю шкуру. Странно, но при этом не вытекло ни единой капли крови.

— Только что я привязала душу оленя к его шкуре, перенеся в неё всю его кровь, энергию и дух. Хотя тело оленя умерло, но сам он всё ещё жив в своей шкуре. Однако нужно ещё кое-что сделать, чтобы процесс действительно считался завершенным и получить надлежащую одежду. Му’эр, внимательно смотри и запоминай куда я укажу!

Бабушка Сы подбросила шкуру, во время её полёта она очень быстро пальцем, как иглой, указывала на шкуру. За время её падения она 316 раз указала на неё. Казалось, что каждый раз из её пальца в шкуру переходило жизненное Ци.

Приземлившись, шкура не упала не землю плашмя, а вместо этого встала на свои четыре копыта, словно живой олень! Она покачивала головой и махала хвостом отгоняя насекомых, глядя со стороны даже и не скажешь, что это на самом деле только шкура, а не настоящий олень!

Цинь Му глупо уставился…

Видя это, бабушка Сы вдруг усмехнулась и со сноровкой одев на него шкуру сказала:

— Вот это настоящая одежда портного.

Цинь Му сразу же почувствовал, как шкура становилась всё теснее и теснее, давая ощущение того, что она стала частью его тела, а затем заставила его упасть на четвереньки.

Он почувствовал, что действительно стал оленем! Он даже ощутил, что у него есть хвост!

Бабушка Сы взяла зеркало из корзины и направила его на Цинь Му. Он увидел, что действительно превратился в оленя!

Он хотел было что-то сказать, но единственное что из него вырвалось это оленье блеяние.

Как вдруг… из ниоткуда раздался громкий голос:

— Техника Создания Небесного Дьявола! Какое колдовство! Я никак не ожидал, что встречу здесь, в этом безлюдном месте Великих Руин, выжившего небесного дьявола, который учит своего младшего дьявольского ублюдка такой зловещей технике!

Глава 5. Пять Старейшин Реки Ли

Голос подкреплённый сильной Ци отражался эхом по всей близлежащей области. Несмотря на то, что голос исходил откуда-то издалека, казалось, что он был совсем рядом, оглушая барабанные перепонки Цинь Му.

Слепой научил Цинь Му находить источник звука, благодаря чему тот с лёгкостью определил, что голос исходит от отвесной скалы. Приглядевшись в ту сторону, он увидел несколько фигур, стоящих на вершине горы в примерно трёх километрах от него. Цинь Му не мог рассмотреть их лица, но понимал, что они однозначно необычные люди, так как один из них смог спроецировать свой голос к ним с такого расстояния.

Бабушка Сы взяла корзину и улыбнулась:

— Дьяволы, какие дьяволы? Я не дьявол, я просто обычный человек, живущий у реки. И этот олень тоже обычный. Я вырастила его…

— Му, беги!

Настойчивость в голосе бабушки Сы испугала Цинь Му. Он хотел что-то сказать, но не мог. Волнуясь за безопасность своей бабушки, у него не было желания оставлять её одну.

— Обычный человек? Ты спроецировала свой голос точно к нам настолько отчётливо с такого расстояния и подкрепила его такой мощной Ци… Разве обычная старуха способна на такое? — властно проговорил старик и затем гневно продолжил. — Мы, “Пять Старейшин Реки Ли”, никоим образом не можем ошибиться в опознании техники — “Создание Небесного Дьявола”! Снимать шкуру, чтобы сделать одежду — навык по превращению… Ты всё ещё хочешь оправдаться, после того как мы своими глазами увидели такую зловещую технику?

— Этот приём может превратить человека в корову или барана и потом его можно продать на рынке для убоя. Разве вы не этим занимаетесь? — яростно крикнул другой старик. — Многих предков нашей праведной секты вы превратили в скот и заставляли до самой смерти пастись на лугах! После того как мы увидел всё что ты сейчас сделала, ты не обманешь нас!

— Олень тоже живое существо. Но ты использовала его кожу и душу, чтобы создать такую злую вещь… — молвил печальным голосом третий старик. — Только одному богу известно сколько ещё невинных жизней ты отнимешь, если мы не убьем тебя сегодня…

Бабушка Сы развернулась и вытащила иглу, которая торчал между бровей “Цинь Му”, мягко говоря:

— Эти старики не смогут убить меня, но если ты останешься рядом со мной, то я буду отвлекаться на твою защиту, поэтому беги в деревню.

Цинь Му перестал сомневаться, развернулся и побежал вдоль реки обратно. Сначала он думал, что, будучи в теле оленя, не сможет нормально двигаться, но как только он побежал, понял, что ошибался. Вместо неловкости он ощущал словно всегда был оленем и бежал быстрее, чем когда-либо прежде.

Наконец, он осознал, что стал настоящим оленем!

— Маленький дьявол, ты всё ещё надеешься убежать? Если мы позволим это тебе, то быть беде. “Пять Учеников Реки Ли”, пришло время для вашей тренировки. Ваша цель этот убегающий олень. Убейте и принесите мне его голову!

— Поняли! — хором ответили молодые парни и девушка.

В то же мгновение со скалы спрыгнули пять фигур и побежали по ней вниз. Быстро, словно набирающие скорость лошади, они мгновенно оказались практически у самого подножья скалы. У подножья скалы раскинулся глубокий водоём, который образовался от падающего со скалы водопада и сливался с рекой. Однако вместо того, чтобы плюхнуться прямо в воду, все пятеро слегка коснулись её и затем тут же побежали прямо по поверхности воды, гонясь за Цинь Му.

Бабушка Сы сильно забеспокоилась:

— У них Духовные Тела! И уровни их Духовных Эмбрионов определённо не слабы. Му медленнее… Они обязательно догонят его…

Как только Сы собралась остановить их, четыре фигуры рассекли небо, приземлившись вокруг неё. Только один человек остался на вершине горы. Он стоял там с горделивой осанкой, явно не собираясь спускаться в ближайшее время.

— Что Пять Старейшин Реки Ли забыли в Великих Руинах? — четыре старика окружали Сы, но та только ухмылялась. — Учитывая насколько опасны Великие Руины, разве вы не боитесь потерять здесь свои маленькие жизни?

Один из окруживших, чернобородый старик, равнодушно ответил:

— Говорят в Великих Руинах прячется много злых сил… Демоны и дьяволы, которые не могут выжить снаружи нашли здесь своё прибежище, поэтому мы, пять старейшин, привели сюда своих учеников, чтобы укротить их.

— Кто здесь злые силы ещё неизвестно… и кто кого ещё подчинит, — отметила ухмыляющаяся Сы, держа в одной руке корзину, а в другой ножницы. — Давненько я не разминала свои старые кости. К счастью для меня, я ещё не растеряла все свои способности. Может быть вы, пять старпёров, хотите чтобы я сделала из вас одежду?

— Как ты смеешь быть таким высокомерным, демон? Ты вообще квалифицирован быть высокомерным перед нами? — хором закричали четверо из пяти старейшин, тут же начав двигаться и обрушив свои сокрушительные удары на старушку Сы.

В тот же момент убегающего в деревню Цинь Му ослепили вспышки молний. Чистые, белоснежные разряды молний осветили всё вокруг, купая всю гору и предгорье в свете несколько раз ярче, чем солнце.

Цинь Му на миг оглянулся, но смог разглядеть только ветряные вихри, образовавшиеся в месте, где раньше стояла бабушка Сы. Внезапно шторм сорвал землю, поднял камни и даже валуны которые весили тонны, разбрасывая их с огромной скоростью в разные стороны.

— Бабушка будет в порядке… — подбадривал себя Цинь Му, несмотря на сжавшееся в ужасе сердце.

Внезапно со стороны реки послышался звук от хлюпающих по воде шагов. Он оглянулся и увидел молодых парня и девушку, бегущих за ним по воде!

Скорость, с которой их ноги двигались вверх-вниз, была чрезвычайно высокой, намного выше чем у Цинь Му. Прежде чем вода успевала продавиться под их ступнями, они уже исчезали с того места как порыв ветра!

— Эта парочка уже достигла уровня ходьбы по волнам. Хромой дедушка сказал мне, что пока я ещё не достиг такого уровня. Они намного сильнее, чем я!

Двое преследователей вскоре догнали и даже немного перегнали Цинь Му, продолжая бежать посреди реки. Как вдруг, они резко изменили направление и побежали по диагонали к берегу, явно планируя перехватить его спереди.

Цинь Му оглянулся и увидел позади ещё одного человека, в то время как слева, среди горных хребтов, время от времени по верхушкам деревьев прыгали ещё двое. Тем не менее они не могли продолжать в таком же духе слишком долго, поэтому спускались на землю, чтобы перевести дух.

Но даже так они были слишком быстры!

«Я не могу позволить им остановить меня! Мне нужно оторваться от них и добраться до деревни. Я должен рассказать всё дедушке Ма и остальным и тогда бабушка Сы будет спасена!» — со скрежетом зубов Цинь Му развернулся и побежал в сторону леса.

Если он продолжит бежать вдоль реки, то его определённо поймают. Двое, что бежали по реке, были слишком быстрыми, в то время как двое в лесу были самыми медленными… Таким образом побег через лес был его единственным вариантом.

— Маленький дьявол, тебе не сбежать! Ты и этот убитый олень, вместе с той дьявольской старухой не уйдёте!

Когда Цинь Му вбежал в лес, один за тех, кто преследовал его через лес, ринулся вперёд на перехват. Однако он всё же слегка опоздал, Цинь Му в форме оленя смог проскочить мимо него.

— Не волнуйтесь, он не убежит!

Парень и девушка, преследовавшие его по реке, были абсолютно спокойны. Девушка мягко усмехнулась, резко увеличивая свою скорость, прыгая по верхушкам крон деревьев, словно летела. С другой стороны, парень спокойно раздавал команды трём оставшимся.

Цинь Му очень старался, но не мог сбросить их с хвоста. К тому же он был вынужден убегать всё дальше и дальше от деревни Цань Лао, уходя вглубь Великих Руин.

Он жил в этой деревне четырнадцать-пятнадцать лет и никогда не заходил так далеко от дома… Максимум на пять-шесть километров. Забегая всё дальше, окружающая среда становилась для него всё более незнакомой… Через некоторое время местность стала совсем дикой, без каких-либо тропинок и узнаваемых мест.

Во время бега Цинь Му вдруг увидел перед собой поле с цветущими персиковыми деревьями и большое стадо оленей. Он тут же смешался с ними.

Вьюх…

Сладкий запах прокатился по окрестностям, когда девушка приземлилась на землю с развевающимися на ветру рукавами. Взглянув на стадо оленей, она недовольно нахмурилась.

— Старшая сестра, где это дьявольское отродье? — спросил один из подбежавших юношей возраста Цинь Му.

Девушка надула губы и указала на стадо пасущихся оленей:

— Там.

— Тогда убьём их всех!

Подростки бросились в стадо оленей, размахивая мечами и ножами, беспощадно убивая их. Несмотря на то, что олени убегали достаточно быстро, они всё ещё были медленнее своих убийц.

Все пятеро обладали Духовными Телами и были достаточно сильными практиками боевых искусств. Олени убегали в разные стороны, но в итоге их ждала лишь смерть. За короткий период времени почти все олени были вырезаны.

— Разве вы не говорили, что олени тоже живые существа? — вдруг раздался вопрос. — Бабушка убила только одного оленя, а вы вырезали целое стадо. Почему вы утверждаете, что именно мы следуем по дьявольскому пути?

— Он там!

У девушки сузились зрачки, когда она зафиксировала взгляд на Цинь Му и достала свой длинный меч. Ци Белого Тигра распространилась от её руки к клинку и тот засиял ярким золотым светом. Меч внезапно вылетел из её руки и выстрелил в сторону Цинь Му.

Цинь Му скривился, пытаясь увернуться от меча. Он быстро бегал, поворачивая в разные стороны, но меч продолжал преследовать его.

«Что это за техника? Это божественное искусство? — панически думал Цинь Му. — Нет, не похоже. Дедушка мясник сказал, что только когда ты достигнешь наивысшей точки в своём боевом пути, можно проявить божественное искусство. А у этой девушки далеко не такая сила как у мясника…»

Когда меч практически поразил его, Цинь Му в форме оленя резко пригнулся, прислоняясь к земле и меч пролетел прямо над ним. Хотя он едва уклонился от атаки, но при этом заметил тоненькую нить, крепящуюся к рукояти меча. Один конец нити крепился к рукояти меча, а другой находился в руке девушки…

Эта нить была невероятно тонкой, как шелковая прядь, поэтому её было крайне трудно заметить.

Глава 6. Умрите, Крохи!

«Может ли она управлять мечом этой нитью? Но учитывая насколько та тонкая, как она может изменять траекторию полёта меча?»

Прежде чем Цинь Му смог продолжить мысль, он вдруг сорвался с места. Мгновение спустя там пролетел меч и затем воткнулся с глухим звуком в находящееся чуть дальше дерево.

Меч был словно живой, всячески пытаясь вырваться из тисков ствола дерева, но тем не менее не мог. Вскоре девушка подбежала к мечу и схватив за рукоять с раздражением вытащила его:

— Моя жизненная Ци Белого Тигра всё ещё недостаточно сильна, чтобы контролировать мой меч в настоящем сражении…

— Младшая сестра Цин, уже удивительно только то, что ты смогла образовать из своей жизненной Ци эту нить и контролировать ею свой меч во время битвы.

Парень, который бежал рядом с ней по реке, подошел и нежно сказал:

— Тебе не хватает не силы и уровня совершенствования, а опыта и времени для практики. Наши мастера привели нас в Великие Руины как раз для того, чтобы мы смогли потренироваться и избавиться от слабостей. В течении всей нашей жизни нас волновал лишь уровень нашего совершенствования, поэтому нам не хватает настоящего боевого опыта. Этот маленький дьявол отлично подойдёт для боевой практики. Ты обязательно отточишь своё мастерство управления меча Ци.

Остальные трое юношей догнали парочку и один из них улыбнувшись сказал:

— Маленький дьявол превратился в оленя. Поскольку олени довольно проворные животные, он смог уклониться от летающего меча старшей сестры.

Девушка воодушевилась их поддержкой и продолжив направлять меч в сторону Цинь Му, произнесла:

— Старший брат Цюй, не помогай мне, я хочу убить его своими силами и отточить контроль над своим мечом.

Старший брат Цюй был тем молодым парнем, что бежал вместе с ней рука об руку по реке. Он кивнул на её слова и произнёс:

— Младшая сестра, тогда иди. Братья, давайте просто полюбуемся как наша сестра Цин убьет его.

В сердце Цинь Му чувствовал недоумение, одновременно изо всех сил пытаясь увернуться.

«Контролировать меч Ци? Не может же быть, что нить в руках девушки это её жизненная Ци, а не просто какая-то нить? Жизненную Ци можно использовать таким образом для управления мечом? Смогу ли я повторить?»

Когда Цинь Му тренировался на ножах с дедушкой мясником, тот только учил его как правильно использовать руки. Мясник никогда не учил его контролировать нож только с использованием своей жизненной Ци. Поэтому Цинь Му был совершенно невежественен в этом вопросе.

Он видел, как воинственная девушка управляет мечом с помощью своей жизненной Ци и думал… А может ли Ци управлять чем-то другим?

Однако у него попросту не было времени продолжать размышлять над этим. Ведь эта Цин продолжала атаковать, направлять свой меч в его сторону. Не говоря уже о том, что из-за того, что бабушка Сы превратила его в оленья, он чувствовал некоторое неудобство в конечностях. Даже его жизненная Ци стала намного более вялой и не реагировала на команды как следует.

Чиии…

Меч пролетел над спиной Цинь Му, из-за чего тот почувствовал, как холодный пот проступил на его спине, за которым сразу же последовало болезненное чувство жжения. Было очевидно, что Цин таки удалось его ранить в последней атаке.

«Это плохо! Хотя олень и бегает быстро, но он всё ещё не так ловок, как кто-то с настоящим духовным телом. Если меня опять ранят, то мне будет трудно убежать в форме оленя…» — закончив эту мысль, Цинь Му сразу же почувствовал, как его рот начал неконтролируемо разрываться.

Если быть точнее, разрывался не его собственный рот, а оленья шкура начала отделяться от его тела, начиная с рта оленя. Цинь Му сразу вспомнил тот момент, когда бабушка Сы извлекла иглу из места между его бровей. Это была та самая игла, что поразила точку Души Неба!

Вскоре его голова отделилась от шкуры оленя.

Меч прорезал воздух, прокладывая свой путь к Цинь Му, желая отнять его жизнь.

Цинь Му прыгнул со всей силой, которую смог собрать в своих ногах и в итоге окончательно освободился от оленьей кожи, упав в нескольких метрах впереди от неё, после чего тут же вскочил и ринулся вперёд.

Позади него контролируемый старшей сестрой Цин меч разрезал оленью шкуру на куски. Её движения были лёгкими, как падающий осенний лист и столь же быстрыми, как удар молнии. Преследуя Цинь Му, она по всей видимости, таки улучшила свои навыки во владении мечом.

Освобождение от оленьей шкуры заняло у Цинь Му несколько мгновений, но даже этого времени хватило, чтобы один из юношей спрыгнул с дерева и приземлившись прямо перед ним преградил путь для побега.

Они оба оказались всего в десяти метрах друг от друга. Из-за такого короткого расстояния уже в следующий миг они неизбежно встретятся в лобовом столкновении друг с другом!

Цинь Му не успевал изменить направление, поэтому не думая подсознательно использовал технику ног, которой его обучил хромой дедушка. Двигаясь вперёд он словно споткнулся, но уже в следующий миг упёрся своими руками в землю вместо ног. Его ноги, поднимающиеся к верху, скручиваясь вывернулись вместе с остальной частью тела, увеличивая свою импульсную скорость, пока не стали походить на настоящий закручивающийся ветряной вихрь. Подобно вращающейся мельнице он бросился к юноше перед ним!

Юноша, что был примерно на несколько лет старше, надменно ухмыльнулся.

Он поднял обе руки, чтобы выставить блок. От его рук начало исходить мрачно-зелёное свечение, после чего на его коже стали появляться драконьи чешуйки.

— Рука Зелёного Дракона! — взревел юноша.

В следующий миг ноги Цинь Му столкнулись с руками юноши. Раздался двойной металлический лязг и прежде чем надменная ухмылка успела сойти с его лица, он приглушённо застонал и потерял равновесие, но тем не менее устоял на своих двоих.

Натиск Цинь Му заставил его отступить!

Рукава его одежды были разорваны в клочья, а остатки падающей ткани развевались вокруг, словно танцующие на ветру бумажные бабочки. Татуировки драконьих когтей можно было увидеть на коже обеих рук. Когти обхватывали его руки в довольно реалистичной манере.

Тем не менее обе его руки покраснели и опухли, после того как он столкнулся лоб в лоб с ногами Цинь Му.

— Ты спрятал железные утяжелители на ногах? — воскликнул юноша то ли от ярости, то ли от удивления.

Руки у парня тряслись от боли, как вдруг его взгляд приземлился на ноги Цинь Му:

— Даже твои ботинки сделаны из железа?

Цинь Му вскочил на ноги и побежал прочь.

Тем не менее слова этого парня напомнили ему, что обе его ноги без преуменьшения закованы в железо.

Поскольку Цинь Му учился техникам ног, хромой требовал от него, чтобы он круглые сутки носил на своих ногах утяжелители. Он даже заставил его пообещать никогда их не снимать.

Поскольку хромой постоянно следил за его прогрессом и видел, что его тело со временем становилось гораздо крепче и сильнее, он постоянно увеличивал вес утяжелителей. А недавно даже попросил немого кузнеца выковать пару железных ботинок, чтобы ещё больше увеличить вес.

Хотя пара железных ботинок весила всего около пяти килограмм, но на каждой из его ног было также по одному десятикилограммовому железному утяжелителю. Если суммировать весь вес, то к его ногам было прицеплено двадцать пять килограмм лишнего веса!

Хромой сказал, что он может снять их только тогда, когда перестанет чувствовать их вес. Цинь Му только недавно привык к ним, поэтому, когда он отчаянно убегал, то попросту забыл, что к его ногам прикреплён такой большой вес.

Однако если он попытается избавиться от утяжелителей, то его обязательно окружат, поймают и убьют. Поэтому сейчас он не мог себе позволить остановиться.

“Топтание Горы Сумеру!”

Как только Цинь Му побежал, он тут же собрал всю свою силу в правой ноге и применил навык — Топтание Горы Сумеру. Толстая подошва его железного сапога раскрошилась как обычная грязь, разрывая весь сапог на летящие осколки. В то же время его икроножные мышцы резко сократились и затем набухли, срывая сковывающие ногу утяжелители и выстреливая ими в деревья, словно те были какими-то острыми стрелами!

Затем Цинь Му точно также шагнул другой ногой, полностью освобождаясь от лишнего веса.

Вьюх!..

Подпрыгнув, Цинь Му почувствовал себя очень лёгким! Он с невероятной простотой запрыгнул на одну из самых верхних веток дерева, что сильно испугало его.

Будучи босым, вес Цинь Му только немного прогнул ветку.

Снизу появились вспышки света, выстреливающие вверх. Посмотрев вниз, Цинь Му увидел острые наконечники дюжины мечей!

С тех пор как эта девка Цин начала пытаться убить его, она с каждой минутой становилась всё сильнее и искусней. Она не контролировала дюжину мечей, нет… Она создала иллюзии дюжины мечей лишь одним!

Цинь Му вдруг вспомнил слова хромого:

«Не думай о том, сможет ли точка опоры выдержать твой вес. Пока ты достаточно быстр, даже вода станет для тебя твёрдой землёй. Трава… воздух… для тебя всё станет твёрдой землёй!»

Оттолкнувшись кончиками пальцев, Цинь Му прыгнул вперёд. Вспышки меча затопили небо, измельчая верхушку кроны огромного дерева, на которой он ещё миг назад стоял.

Два парня подпрыгнули и приземлились на верхушках своих деревьев как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цинь Му шагает по кончикам крон деревьев, словно невесомый порыв ветра. Они могли лишь глупо уставиться, изумляясь изяществом и скоростью Цинь Му.

— Как он так быстро передвигается? — спросил один из них. — Этот парень явно моложе нас, но его совершенствование кажется… кажется немного выше нашего…

В этот момент старший брат Цюй исчез как дым после порыва ветра и начал преследовать Цинь Му с ещё большей скоростью.

— Как и ожидалось от старшего брата Цюй! Он намного сильнее чем мы, развив свой Духовный Эмбрион до пика, — оба парня вздохнули от восхищения. — Раз старший брат Цюй погнался за ним, у этого дьяволёныша больше нет шанса на побег.

В этот момент в лесу появилась тёмная тень.

Большая лохматая ладонь, размером с тканный коврик, врезалась в Цюй во время его полёта.

Цюй закружился как волчок и, отлетев назад, упал на землю, ещё какое-то время кубарем катясь по ней, пока в конце концов не остановился и не кашлянул кровью во время своей попытки встать.

— Не ходите туда! Там демоническая обезьяна! Там территория демонической обезьяны!

Остальные четверо немедленно остановились.

Когда тень показалась среди деревьев, они увидели, что это была огромная чёрная горилла. Её глаза были тёмно-красными, а из рта торчали острые клыки.

Начав ударять в свою грудь как в военный барабан, она взревела:

— УМРИТЕ! КРОХИ!

Цинь Му бежал впереди всех, поэтому он был первым, кого ударила демоническая обезьяна. В текущий момент он неподвижно лежал у её ног и все присутствующие не могли сказать, жив он или мёртв.

Пристально глядя на Цинь Му старшая сестра Цин пробормотала:

— Один удар ладони этой демонической обезьяны тяжело ранил старшего брата Цюй, и этот малец получил точно такой же удар… Он уже должен быть мёртв… верно?

Не успев закончить говорить, она удивлённо подпрыгнула. Цинь Му, лежавший на земле перед демонической обезьяной, слегка наклонил голову, чтобы выяснить как обстоят дела.

— Он не умер? — недоверчиво произнесла она.

Чернильно-чёрная демоническая обезьяна несколько раз угрожающе взревела и затем затихла, когда поняла, что никто из присутствующих не посмеет шагнуть вперёд. Затем она он опустила морду, чтобы взглянуть на Цинь Му. Она протянула лапу и двумя пальцами перевернув его, спросила:

— Кроха умер?

Увидев широко раскрытые, застывшие и залитые кровью глаза Цинь Му, собственно, как и всё его лицо, и даже торчащий язык, ей стало очевидно, что тот был мертвее мёртвого!

Самодовольно фыркнув, дьявольская обезьяна отбросила тело Цинь Му в сторону, затем уселась и начала сощипывать листья с соседнего дерева и есть их.

«Несмотря на то, что эта обезьяна выглядит такой свирепой, на самом деле она травоядный зверь», — думая об этом Цинь Му продолжал делать вид, что он мёртв, но в то же время незаметно отползал на локтях в сторону.

Внезапно обезьяна повернула голову, чтобы посмотреть на “труп” Цинь Му, который тут же замер и стал неподвижным, как и полагается быть трупу.

Затем она протянула руку к, как она считала, трупу и потрогав пальцем обнаружила, что тело Цинь Му уже стало ледяным и окоченевшим.

— Кроха умер, — с ещё большим самодовольством проговорила обезьяна, затем отвернулась и полностью сосредоточилась на поедании листьев.

Наблюдая за всем этим издалека, Цин больше не могла терпеть и спросила:

— Эй, здоровяк! Разве тебе не кажется странным, что… труп этого крохи… стал таким холодным и окоченевшим так быстро?

Словно поняв её, демоническая обезьяна понимающе шлёпнула себя по голове и тут же обернулась. Однако “труп” крохи к этому моменту уже вскочил и начал что есть мочи убегать на своих, вполне живых, двоих.

Глава 7. Стена Духовного Эмбриона

Демоническая обезьяна разразилась яростью и начала гоняться за Цинь Му. Однако через несколько шагов она поняла, что уступает ему в скорости из-за своих габаритов. Такое унижение разгневало демоническую обезьяну. Она начала с корнями вырывать деревья одно за другим, провела рукой по стволу одного из них, избавляясь от ветвей, прежде чем бросить его, как огромное копьё.

— Умри, кроха!

Голый ствол пролетел по воздуху с удивительной скоростью, явно неся в себе чрезвычайную силу. Однако бросок обезьяны не был точным, поэтому дерево упало в нескольких метрах от Цинь Му.

Демоническая обезьяна стала ещё более злой и хотела бросить другое “копьё”, но Цинь Му уже успел убежать вдаль. У неё больше не было жертвы, на которую можно было бы излить свой гнев, поэтому всё, что она могла сделать, это несколько раз ударить себя в грудь.

Старший брат Цюй тихо позвал других юношей:

— Совершенствование этого дьявольского выродка, безусловно, уступает нашему, по этому его раны должны быть хуже моих. Он не сможет далеко уйти.

Поднявшись на ноги, он хмыкнул, когда сильная боль пронзила его грудь. Он боялся, что несколько его рёбер были сломаны ударом демонической обезьяны. Однако, если Цинь Му смог выдержать такой удар, то он тоже сможет…

Он просто не ожидал, что тот окажется таким сильным.

Совершенствование Цинь Му определённо не было слабым. Отсутствие атрибутов жизненной Ци было единственной причиной, по которой он не мог продемонстрировать всем всё на что способен.

Несмотря на свой юный возраст, если сравнить их совершенствование, Цинь Му, конечно, был не слабее, чем любой из них… В том числе и старшего брата Цюй!

Взяв обход вокруг территории демонической обезьяны, юноши в конце концов снова нашли след Цинь Му. Как и сказал старший брат Цюй, Цинь Му тоже был тяжело ранен, из-за чего его скорость снизилась достаточно, чтобы они смогли его догнать.

Однако, продолжая преследовать Цинь Му, они обнаружили, что его скорость постепенно возрастала, как будто его травмы больше не были проблемой.

— У этого дьяволёныша должно быть чудесное лекарство!

Сердце всех четырёх юношей замерли. Старший брат Цюй принял лекарство, которое дала ему секта, но оно явно было не столь эффективно по сравнению с лекарством Цинь Му. Увидев, с каким темпом увеличивалась его скорость, они поняли, что его раны исцелялись со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Такое лекарство заставляло их глаза и сердца гореть от жадности.

«Лекарство в нашей секте не высшего качества. Если нам удастся поймать это дьявольское отродье и выпытать у него рецепт этого чудодейственного лекарства, наши мастера определённо будут рады и хорошо нас вознаградят!»

Однако, вопреки тому, что они думали, Цинь Му не принимал никаких лекарств. Вместо этого он, на бегу, всего лишь делал вдох и выдох, используя так называемую технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, которой его обучил старейшина деревни… ту, которая на самом деле была самой обычной техникой Даоинь.

Практикуясь в технике Трёх Эликсиров Тела Тирана, пока он бежал чтобы спастись, Цинь Му сделал новое открытие. Он понял, что его жизненная Ци стала более активной во время бега. Скорость её циркуляции также стала намного выше!

Это отличалось от того, чему его учили. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, которой старейшина деревни учил Цинь Му, всегда требовала, чтобы он спокойно медитировал и контролировал своё дыхание. Цинь Му научился подпитывать и направлять свою жизненную Ци, используя её для поддержки своего тела.

В течении последних десяти лет тренировок, Цинь Му беспрекословно следовал инструкциям деревенского старейшины по технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Теперь, однако, он обнаружил, что совершенствование становится намного эффективнее, если использовать технику во время бега.

Цинь Му рванул вперёд с предельно возможной для него скоростью, и циркуляция техники Трёх Эликсиров Тела Тирана стала опять быстрее, развивая и улучшая его врождённую скорость и строение тела!

Кроме того, волна за волной его жизненная Ци протекала через внутренние органы, конечности, кости и даже сухожилия между мышцами и костями Цинь Му, очищая их снова и снова.

Повреждённые органы и сломанные кости Цинь Му, которые пострадали от удара демонической обезьяны, восстанавливались с каждой очищающей волной жизненной Ци.

Старший брат Цюй и другие думали, что он полагается на высококачественное лекарство… Они никогда бы не поверили, что Цинь Му будет просто полагаться на ненадежную технику Даоинь.

Цинь Му в процессе заметил, что его жизненная Ци не может достичь определённой части его тела — области прямо между его бровей.

Между его бровями было пространство шириной пальца.

Жизненная Ци не могла войти в это место. Хотя его жизненная Ци могла пройти под его скальпом и протечь по его черепу, очищая и укрепляя их, она останавливалась каждый раз, когда достигала центра его лба. Казалось, там была невидимая стена, которая блокировала поток Ци.

Всякий раз, когда он направлял свою жизненную Ци на штурм этой стены, происходило нечто странное.

Цинь Му слышал загадочный голос.

Этот голос звучал так, словно исходил с облаков, с высоты девяти небес. Это звучало мелодично и божественно, как голос бога, передающего небесный указ.

Каждый раз, когда этот голос звучал, жизненная Ци Цинь Му отступала как неконтролируемый поток, избегая пространства между его бровями.

— Может ли это быть Стеной Духовного Эмбриона? — удивлённо проговорил вслух Цинь Му.

Цинь Му смутился. Старейшина и другие жители деревни Цань Лао рассказывали ему о Стенах и Разрушении Стен. Стены были тем, что запечатывало сокровища в теле воина, в то время как Разрушение Стены должно было сломать печать и освободить это скрытое сокровище.

Тем не менее, они не сказали ему, какой частью тела была Стена Духовного Эмбриона, или как разрушить Стену Духовного Эмбриона.

Цинь Му не знал, что не старейшина деревни и другие не хотели рассказывать ему об этом… На самом деле во всём мире не существовало никаких конкретных методов для разрушения Стены Духовного Эмбриона.

Человек с обычным человеческим телом и человек с духовным телом находились на двух совершенно разных уровнях.

Человек с духовным телом рождается с уже “вскрытой” Стеной Духовного Эмбриона, из-за чего считается классом выше всех остальных. Стена Духовного Эмбриона обычных людей, наоборот, закрыта, оттесняя их в более низкий класс. Люди с духовными телами всегда были необщительны, отчуждены и редко заботились о потребностях простых людей.

Хотя боевые практики всё-таки появлялись из числа обычных людей, старейшина деревни и другие никогда не слышали о том, чтобы кто-либо из них разрушил Стену Духовного Эмбриона. В результате они не знали, как нормальному человеку это сделать.

Пока жизненная Ци бросалась на невидимую стену в центре его бровей, Цинь Му продолжал свой безумный побег. Каждый раз, когда таинственный голос раздавался, его жизненная Ци автоматически отскакивала от “стены”. Несмотря на то, что он пока не смог прорваться сквозь стену, Цинь Му был терпелив и считал, что в конечном итоге он добьётся успеха.

Он не планировал делится своим открытием касаемо Трёх Эликсиров Тела Тирана с стариками деревни. Он решил, что удивит их после того, как прорвётся сквозь Стену Духовного Эмбриона.

Было сложно сказать, будет ли это сюрпризом для них… или скорее шоком.

Пока Цюй и четверо других подростков преследовали Цинь Му, они со временем становились более тревожными. Маленький дьявол впереди них не только оправился от травм — он становился всё быстрее и быстрее!

Это было ужасно. Это означало, что, даже во время побега за свою жизнь, совершенствование Цинь всё равно увеличивалось!

Хоть увеличение его скорости было медленным и постепенным, оно всё равно пугало!

Совершенствование имело набор правил, которым все и каждый должны были подчинятся. Даже когда кто-то преуспевал в прорыве, любой прогресс в его совершенствовании достигался медленно, со временем, а не спонтанно. Каждый человек должен был тренироваться в течение нескольких дней или даже месяцев, чтобы добиться хоть какого-то улучшения совершенствования.

Несмотря на эти универсальные правила, прямо сейчас, они отчетливо ощущали, как совершенствование этого маленького дьявола постоянно усиливается. И это испугало их!

К счастью, Цинь Му первоначально уступал им. Несмотря на то, что его совершенствование в настоящее время постоянно улучшалось, они по-прежнему имели перед ним преимущество.

Однако догнать его было нелегко. Поскольку Цинь Му пострадал от рук демонической обезьяны, он стал гораздо осторожнее и избегал территорий необычные зверей.

Всякий раз, когда целитель брал с собой Цинь Му собирать травы, он говорил ему, что необычные звери очень умны. У каждого из них была своя собственная территория, и они оставляют знаки, помечающие её. Это могли быть такие вещи как дерево с поврежденной корой, зарытые в землю кости, черепа животных на деревянных колах или следы мочи. Если кто-нибудь замечал такой знак, он мог попросту избежать встречи.

Перед тем как Цинь Му столкнулся с демонической обезьяной, след гигантского кулака обозначил начало её территории. Цинь Му случайно бросился на эту территорию, так как пропустил его. Поскольку теперь он был более осторожным, он не повторил бы такой ошибки.

Но хоть он не мог случайно вторгнутся на чужую территорию, многие звери сами покидали её пределы в поисках пищи, делая Великие Руины очень опасными.

Цинь Му в конце концов пришел к болоту, где встретил двух необычных зверей, бьющихся за территорию. Звери, сражающиеся друг с другом, были Снеговым Кондором с гребнем петуха и змеиной шеей и Ядовитый Болотный Драконий Питон. Первый, паря в воздухе, создавал штормовые ветры взмахами крыльев. Второй извивался в болоте внизу, вызывая опустошение и разрушение своим длинным телом.

Прежде чем Цинь Му смог войти в болото, бушующий ураган, вызванный двумя гигантскими существами, снёс его. Приземлившись, он встретился лицом к лицу со стадом испуганных зубров, которое почти растоптало его до смерти.

«Я всё дальше и дальше отхожу от деревни…»

Сердце Цинь Му практически остановилось, когда он это понял.

Пять человек позади него неумолимо гнались, не позволяя ему вернуться в деревню. Однако было кое-что, что пугал ещё больше… — солнце скоро сядет!

Цинь Му и бабушка Сы покинули деревню сразу после полудня. Теперь, солнце начинало садится… и скоро придёт темнота. Если он не сможет вернуться в деревню до того, как это произойдет, ему будет грозить большая опасность!

— Небо темнеет, старший брат Цюй!

На некотором расстоянии позади от Цинь Му, старший брат Цюй и его спутники также заметили заходящее солнце.

Подростки, от которых оторвался Цинь Му, выглядели неравно.

— Учитель сказал, что Великие Руины прокляты… Когда небо темнеет, они стают запретной местностью. Нам нужно вернуться в деревню, где есть защита каменных скульптур! В противном случае… единственный исход — смерть!

Старший брат Цюй покачал головой:

— Слишком поздно возвращаться назад. Мы отошли настолько далеко, что не сможем вернуться в деревню до наступления темноты. Тьма опасна для дьявольского отродья точно также, как и для нас. Всё, что нам остаётся, это посмотреть где скроется этот дьяволёныш!

Глава 8. Кожа Бабушки Сы

«Бабушка однажды сказала — если я потеряюсь в Великих Руинах и не смогу вернуться в деревню до наступления темноты, то я не должен паниковать, — спокойно думал Цинь Му. — В Великих Руинах есть довольно много скульптур, памятников и прочих древних реликвий, некоторые из которых могут помочь мне спастись. Есть два основных требования: скульптура должна быть похожа, на ту, которая есть в деревне и вокруг должно быть много зверей. Большинство из них очень умны, они знают где прятаться от темноты…»

В Великих Руинах действительно немало памятников. Ранее Цинь Му пробежал мимо многих старых заброшенных деревень и городищ, но у него не было времени проверить есть ли там скульптуры.

Внезапно весь мир стал пугающе тихим… Таким тихим, что мог лишить человека рассудка.

Солнце уже достигло горизонта и была видна только его половина.

После затяжной тишины раздался звук хлопающих крыльев. Подняв голову к небу, Цинь Му увидел огромную стаю гигантских птиц, заслонивших собой всё небо. Затем задрожала земля и деревья в лесу вокруг него начали падать. Он сразу же заметил странных зверей, которые один за другим выкарабкиваются из-под земли, из выкопанных ими нор и затем тут же срывались с места, отчаянно убегая.

Послышался звук хлюпающей воды. Цинь Му повернул голову и увидел несколько двухметровых алых рыб, выпрыгнувших из воды и использовавших плавники для бега по земле, словно те были ногами!

Мысли Цинь Му были спутаны: «Разве рыба всё ещё будет считаться рыбой, если начнёт бегать по суше?»

«Все они бегут в одном направлении. А значит там я определённо смогу спрятаться от темноты!» — как только подобная мысль промелькнула в голове Цинь Му, он тут воодушевился и побежал вместе с остальными.

Небо становилось всё темнее и темнее. Мрак подобно неостановимой волне подступал к ним издалека, спускаясь с гор и двигаясь по земле затапливая собой всё вокруг. Хотя это не впервые, когда он видел наступление темноты, тем не менее он всё же почувствовал себя потрясённым.

Тьма уже наступала на пятки Цинь Му и толпам разнообразных зверей, отчего все рванули вперёд с ещё больше скоростью.

Цинь Му на мгновение заколебался… Действительно ли впереди было безопасное место, в котором он мог укрыться от темноты? Если нет, разве его не ждёт неминуемая смерть?

«Тьма быстро приближается. Даже если я сейчас изменю направление, то наверняка не смогу найти другое безопасное место. Я попросту не смогу опередить темноту, — сжимая зубы Цинь Му изо всех сил бежал. — Бежать за зверями не такая уж плохая идея!»

****

В пяти километрах от реки, возле которой находилась деревня Цинь Лао, сражались бабушка Сы и пять стариков. Сначала только четверо стариков сражались с ней, но они так и не смогли по-быстрому расправиться с ней, поэтому сейчас к ним присоединился их глава, Ци Яньбин. Вместе они сформировали собой боевое построение — “Пятиэлементная Дьявольская Очистительная Триграмма”, тем самым значительно увеличив свой натиск.

До этого момента бабушка Сы могла лишь изо всех сил отбиваться от атак четырёх стариков, однако её сила вдруг возросла на целый порядок, после того, как Ци Яньбин присоединился к сражению. Даже полагаясь на их построение они не могли даже коснуться старухи.

Только тогда пять стариков с разочарованием осознали, что она специально притворялась слабой, чтобы собрать их всех вместе и убить, не дав никому из них сбежать.

Ступни бабушки Сы мерцали светом, в то время как она сама передвигалась с невероятной ловкостью, словно неуловимый фантом. Серебряные иглы из её корзины были как живые, в мгновения ока покрыв ранами так называемых Пятерых Старейшин Реки Ли. Нити, которые были заправлены в иглы, теперь проходили сквозь них… связывая души и тела стариков, и не давая им пошевелиться.

Сы хитро улыбалась, подходя к ним с ножницами:

— Я уже давно не работала с человеческой кожей… Интересно, сохранила ли я ещё свои былые навыки…

Как только Сы подошла к Ци Яньбину, тот вдруг открыл свой рот, из которого в её сторону выстрелил серебряный шарик.

В тот момент, когда шарик вошел в контакт с воздухом, он начал резко увеличиваться в размерах, мгновенно становясь в сотни раз больше и превращаясь в сферу из десяти тысяч наичистейших световых мечей!

Это внезапное изменение заставило бабушку Сы тут же отступить. Её тело начало двигаться в невероятно странной манере, как если бы стало таким же мягким и гибким как у дождевого червя. Извиваясь в воздухе, она прикладывала все свои силы, чтобы уклониться от вспышек мечей. Так же он выбросила из своих рук ножницы, которые затем подобно двум серебряным драконам летали вокруг разрезая и рассекая угрожающие её жизни световые мечи.

Однако её всё же застигли врасплох. Один из световых мечей смог поразить её в спину. Она была горбуном, поэтому там находилось её слепое пятно.

Вскоре световые мечи, которые ещё миг назад заполняли собой всё вокруг, исчезли, засыпав несколько акров земли вокруг. Серебряный шарик, из которого появились все эти световые мечи, вернулся к своему первоначальном маленькому размеру и потресканный упал на землю.

Сы приземлилась на землю и хмурясь вытащила торчащий из спины меч.

— Ты смогла увернуться, — прохрипел Ци Яньбин, лидер пяти старейшин и с нескрываемым отчаянием в глазах закричал. — Шесть тысяч восемьсот сорок два меча было спрятано в этом серебряном шарике! Но… даже с такого близкого расстояния… ты всё же смогла уклониться от них! Ты без сомнения не обычная фигура среди дьяволов… Тем не менее, такой старухи как ты не было замечено среди их числа! Так кто ты?..

Задав последний вопрос, он взглянул на рану её горбатой спины, но не увидел ни капли вытекающей крови. Под солнечным светом можно было рассмотреть, что внутри была пустота.

Ци Яньбин ужаснулся:

— Это не твоя настоящая внешность. Ты в коже другого человека…

— Ты повредил мою кожу, — нахмурившись произнесла Сы. Голос, покинувший её уста, звучал не как у старухи. Нет… наоборот, он звучал мягко и даже сладко. Услышавший этот голос однозначно решил бы, что владельцем была молодая дама в самом расцвете лет, а не кто-то с одной ногой в могиле.

— Ах… кажется есть утечка воздуха, — пробормотала Сы, прижимая руку к своему горлу. Она тут же вытащила из корзины иглу и нить, и заштопала свою спину. Её голос стал таким же, как и раньше.

На Ци Яньбине не было лица, он словно увидел призрака.

— Я слышал этот голос раньше… — пробубнил тот дрожащим голосом и затем воскликнул. — Я знаю кто ты! Ты та женщина… Небесного Дьявольского Культа Ми…

Когда Ци Яньбин начал говорить, выражение лица бабушки Сы слегка изменилось. Она потянула за нить, стягивая их всех вместе, и, прежде чем тот смог закончить своё предложение, Пять Старейшин Реки Ли были разрезаны на куски. Их окровавленные остатки с хлюпающими звуками ударялись о землю.

Странно, но после этого нить не была запятнана кровью. Затем, словно была живой, скрутилась обратно в шар и самостоятельно вернулась в корзину.

Бабушка Сы насмешливо фыркнула и затем захихикала:

— Чёртов хромой, как долго ты там уже стоишь?

Недалеко от неё ковылял опирающийся на костыль хромой.

— Дорогая сестрёнка, я только что пришел. Я ничего не видел и не слышал.

Бабушка Сы посмотрела на него и затем ухмыльнулась:

— Пока ты ничего не слышал, всё прекрасно. Давай вернёмся в деревню.

Вместо того, чтобы сразу же согласия и вернуться, хромой колебался.

— На протяжении всей своей жизни мастер секты Небесного Дьявольского Культа, Ли Тяньсин, считался мудрой и могущественной личностью. Несмотря на это… в поздние годы своей жизни он допустил очень глупую ошибку — влюбившись в прелестную “демонессу” младшего поколения. Даже будучи уже женатым он решил жениться на молодой красавице, шокировав этим весь Небесный Дьявольский Культ, — спокойно говорил хромой, словно читал какую-то книгу по истории. — Однако в первую брачную ночь, новая жена Ли Тяньсина убила его и украла Дьявольскую Библию Небесного Дьявольского Культа. Все старейшины культа прекратили свои тренировки за закрытыми дверями и ринулись преследовать её, но ей всё же удалось сбежать.

— Такое и правда случилось? — невинно спросила Сы.

— Даже по сегодняшний день её никто не смог найти, — ответил хромой.

— Когда-то давно, в ещё старые добрые времена, эта старуха услышала историю о человеке, который натренировал свои ноги до невероятного уровня, из-за чего все вокруг называли их божественными. Никто во всём мире не мог сравниться в скорости с тем человеком, — говорила бабушка Сы, иногда довольно посмеиваясь. — И со временем этот человек понял, что может использовать свою божественную скорость для воровства. Он практически сразу втянулся в это и стал зависим… И даже величал себя Богом Воров, непревзойдённым и неуловимым. Поскольку он не был непревзойдённым богом и тем не менее называл себя им, это раздражало тех, кто действительно был им. Как если бы было предопределено богами, когда человек отправился в Империю Вечного Мира, чтобы украсть Диск Императора, он был обнаружен Имперским Наставником. Хотя в бою он потерял свою ногу, тот человек таки смог убежать от Имперского Наставника, заодно прихватив с собой Диск Императора и исчезнув без следа. Даже несмотря на свою репутацию человека номер один под богами, Имперский Наставник так и не смог найти и поймать Бога Воров. На самом деле… у него наверняка до сих пор есть при себе одна из ног вора, которая только и ждёт возвращения к своему настоящему владельцу.

Оба уставились друг на друга, хитро посмеиваясь.

— Сы, мы все инвалиды из одной деревни, — произнёс хромой с ещё более широкой улыбкой. — У каждого из нас есть свои секреты, и мы договорились не спрашивать друг у друга о своём прошлом.

— Отныне я тоже глухой и немой, — поклялся он, — и не скажу ни слова.

Бабушка Сы ещё раз фыркнула и зашагала в сторону деревни.

— Это Му’эр рассказал тебе что случилось и попросил прийти помочь мне?

Хромой покачал головой:

— Ты и пять этих стариков так сильно шумели. Каждый из нас мог ощутить остаточные волны от сражения, поэтому старейшина деревни отправил меня проверить как у тебя дела.

Выражение бабушки Сы резко изменилось, и он с тревогой спросила:

— Му’эр уже вернулся в деревню?

— Нет и я не видел его по дороге сюда…

— Это плохо!

Оба тут же помчались обратно в деревню Цань Лао. Ещё до того, как они добрались туда, солнце уже практически зашло за горизонт, давая волю буйной темноте. Она поднималась всё выше и выше, и как огромное чудовище проглатывая всё вокруг!

После возвращения Сы оббежала всю деревню, в поисках Цинь Му.

— Му’эр ещё не вернулся? — в отчаянии спросила она, как в следующий миг темнота полностью проглотила деревню.

— Не беспокойся ты так, Сы, — сидя на носилках, которую принесли хромой и целитель, старейшина остановил бабушку Сы, которая уже схватила скульптуру и собиралась пойти искать Цинь Му. Он успокаивающе продолжил. — Мы научили его всему, что ему нужно знать. Если он хорошо усвоил всё, то обязательно выживет. Сейчас уже темно, поэтому нам нет смысла выходить.

Слова старейшины успокоили бабушку Сы, ведь она понимала, что тот говорит правду. Тьма уже покрыла собой все Великие Руины. Если Цинь Му до сих пор жив, то в её помощи нет нужды… Он однозначно сможет выжить ночью. Но если же он умер, тогда в её действиях нет никакого смысла.

— У него ещё есть та нефритовая подвеска…

Хотя она и вспомнила о подвеске, но понимала, что у неё ограниченный диапазон действия, предназначенный только для защиты ребёнка. После того как он вырос, защитного свечения было достаточно только чтобы покрыть его грудь.

— Му’эр, будь умницей… — прошептала бабушка Сы.

Глава 9. Скелеты Женщин

Убегая со стадом странных зверей, Цинь Му заметил, что впереди них земля начинает идти под уклоном, в итоге переходя в долину. Древние строения были разбросаны по всему городищу: постройка похожая на дворец, огромная площадь и даже величественные сооружения невероятной высоты.

«Впереди действительно расположено древнее городище!»

В самом начале этих распадающихся руин стояли высокие ворота, которые и являлись входом в долину. Мраморные колонны составляли основную часть этих ворот, на каждой из которых были высечены драконы, которые обвивали их к самому верху.

Стадо странных зверей бежало к воротам, чтобы попасть в долину с руинами.

Цинь Му случайно взглянул вверх и его волосы встали дыбом. Тьма текла в сторону долины, как волна чернил!

«Она уже здесь!» — мысленно воскликнул он.

Тьма практически поглотила ворота, ведущие к руинам!

Странные звери, бегущие рядом с Цинь Му, словно чувствуя надвигающуюся опасность, впадали в бешенство. Они бросались к воротам с ещё большим свирепством и импульсом, чем раньше… Они толкались и затаптывали до смерти других, более небрежных зверей.

Теперь определённо было не время, чтобы быть спокойным и аккуратным. Если сейчас, до прихода темноты, он не доберётся до руин, то обязательно умрёт!

Цинь Му рванул вперёд напролом, в итоге схватившись за хвост огромного бегемота. Совершенно не подозревая что человек решил прокатиться на нём, бегемот бежал вперёд словно величественная чёрная гора, расталкивая или затаптывая любого зверя, вставшего у него на пути. Некоторые звери, которые были оставлены бегемотом позади, тоже ускорялись и прыгали вперёд, чтобы схватиться за его хвост, позволяя тому доставить их прямо к руинам.

Держась за хвост бегемота, Цинь Му посмотрел вниз и увидел, что все те странные звери, которые были по своей природе обычно жестокими и свирепыми в течении дня, теперь дрожали от страха. Чтобы выжить они были готовы даже ухватиться за хвост бегемота. Повернув голову назад, Цинь Му заметил Цюй и остальных четверых. Пятеро изо всех сил преследовали бегемота, чтобы попасть в руины.

За мгновение до того, как тьма охватила ворота, бегемот прорвался сквозь них, бросившись как порыв ветра вглубь руин.

В тот же самый момент пять учеников “Реки Ли” тоже пробежали через ворота. Тем не менее, из пяти только трое смогли благополучно добраться до того, как пришла тьма. Старший брат Цюй, старшая сестра Цин и ещё один юноша спаслись, но двое оставшихся не успели. Одному удалось протолкнуть через ворота только руку, а другой проскользнул только передней частью своего тела — задняя же половина была принята темнотой.

Когда старший брат Цюй прошел через ворота, он тут же попытался помочь двум своим младшим братьям.

Увидев торчащую руку, он схватил её и с силой потянул на себя. Но из темноты на него вывалился лишь ужасающий белый скелет. Он упал на землю даже не успев помочь второму.

У всех выживших от страха волосы встали дыбом. Передняя половина тела второго брата была по-прежнему покрыта плотью и кровью, но всё остальное… Всё остальное словно было обглодано до костей кем-то во тьме.

— Почему эта тьма существует!? — закричала старшая сестра Цин. — Что скрывается в ней!?

Старший брат Цюй изо всех сил старался держать себя в руках, но ему не удалось скрыть дрожащее дыхание.

— Человеческая жизнь гаснет так же легко, как свеча. Два наших младших брата были отважными храбрецами. Они умерли, пытаясь покарать дьявола, — тяжелым тоном проговорил он. — Это дьявольское отродье специально вошло в руины в самый последний момент, чтобы использовать тьму как свой нож, для нашего убийства.

— Он скрывается где-то в этих руинах. И пока нас окружает тьма, ему не удастся сбежать, — проговорил выживший юноша. Когда он продолжил, в его голосе можно было услышать нескрываемую ярость, возникшую из-за смерти его братьев учеников. — Найдём его! Мы отомстим за наших младших братьев, разорвав это дьявольское отродье на тысячи кусков!

— Он там! — воскликнула старшая сестра Цин, увидев как Цинь Му спрыгивает с хвоста бегемота. — Маленький дьявол ты всё ещё надеешься сбежать после того как из-за тебя умерли два моих младших брата?

Её обвинения взбесили Цинь Му, и он праведно ответил:

— Вы были теми, кто преследовал меня без какой-либо на то причины. Как я могу быть виноват в их смерти, когда это именно вы решили неумолимо преследовать меня до самого наступления темноты? Я никого из вас не провоцировал, но вы желали отнять мою жизнь. Разве я не тот, кто здесь на самом деле невиновен?

Цин стиснув зубы процедила:

— Как ты смеешь пытаться спорить со мной, ты, дья…

— Сама ты дьявол! — не дав даже договорить, разозлившись выпалил Цинь Му. — Я со своей бабушкой убил только одного оленя, чтобы сделать для себя одежду. А вы… вы вырезали целое стадо, но всё ещё смеете говорить, что в этой ситуации дьяволы именно мы?

Лицо старшего брата Цюй помрачнело, и он шагнул вперёд.

— Маленький дьявол искусен в разжигании сомнений в наших сердцах. Нам не нужно тратить время на разговоры с ним… Нам нужно просто убить его! — после того, как он договорил, троица приготовилась атаковать.

Однако, как только они сделали это, по руинам пронеслось низкое, басистое рычание. Они огляделись, чтобы понять откуда оно исходит и то что они увидели, повергло их сердца в шок. Среди руин собрались сотни тысяч разнообразных зверей, каждый из которых был достаточно сильным, чтобы удерживать свою собственную территорию. И прямо сейчас каждый зверь злобно смотрел на трёх выживших учеников, со зловещим мерцанием в глазах.

Поняв, что что-то не ладно, старший брат Цюй слегка отступил назад. Восприняв это как отказ от намечающегося боя, окружающие звери успокоились.

Цинь Му наблюдал за происходящим с благоговением. В течении дня все эти звери Великих Руин сражаются за территорию и охотятся. Однако, когда наступает ночь, они сосуществуют в гармонии друг с другом. Это было действительно странное зрелище.

«Могли ли эти странные звери установить правило, запрещающее всякие конфликты в этом месте?» — когда эта мысль промелькнула в голове Цинь Му, он глуповато моргнул глазами. Многие звери, которые сейчас здесь присутствовали, были природными врагами, но в этих руинах они не нападали друг на друга, подтверждая его гипотезу. Старики деревни Цань Лао всегда говорили ему, что звери довольно умные существа. Учитывая тот факт, что демоническая обезьяна, что он встретил ранее, могла говорить, постоянно произнося: “кроха”, “умер”, “кроха”, “умер”, вероятность того, что они могли создать такое правило, довольно высока.

Старший брат Цюй пришел точно к такому же выводу, что и Цинь Му и выпустив облегчённый вздох, прошептал:

— Пока мы не можем его убить… Но как только солнце взойдёт, ему конец!

Цин и другой парень одобрительно кивнули.

Цинь Му осмотрелся и увидел, что руины были чрезвычайно просторными, как настоящий город в долине. Среди руин везде находились звери… За исключением разве что площади.

Сотни человеческих скелетов заполонили площадь. Все они были одеты в роскошные одежды, а то, как они умерли, было настоящей загадкой.

Однако, когда Цинь Му приблизился к площади, он смог кое-что понять.

«Все они были женщинами».

Женщины сидели, скрестив ноги, в определённом порядке, когда они умерли. Всего было пятнадцать рядов скелетов и в каждом ряду было по пятнадцать скелетов. Казалось, что они были посреди медитации, когда нагрянуло бедствие, убив их так быстро, что они даже не успели подумать о побеге, оставляя после себя лишь мёртвые кости.

Подойдя к площади, Цинь Му тщательно осмотрелся и обнаружил, что немного впереди первого ряда сидел скелет, что явно означало, что у них был лидер.

Все скелеты, включая лидера, были повёрнуты в одном направлении, а именно к высоким воротам вдали.

— Старший брат, смотри, — произнесла Цин с сияющими глазами, указывая на скелеты на площади. — В руках скелетов сокровища! У каждого есть по одному!

Цюй посмотрел и его сердце учащённо забилось. Каждый скелет обладал своим драгоценным артефактом: мечи, метёлки, нефритовые кулоны, бесценные вазы и всевозможные виды другого вооружения.

Сокровища ярко блестели, как будто были только что изготовлены. Очевидно, что каждый из них являлся уникальным в своём роде!

Среди всех артефактов самым привлекательным была жемчужина, плавающая чуть выше ладони скелета-лидера. Внутри неё казалось закручивался клубящийся туман.

Площадь оказалась огромным складом сокровищ!

— Если мы сможем заполучить эти сокровища… — учащённо дыша прошептала Цин.

Даже все сокровища Пяти Старейшин Реки Ли не могут сравниться с малой долей расположенных на этой площади!

Если бы троица смогла заполучить их, то они могли бы основать свою собственную секту, если захотят!

Глаза старшего брата Цюй блеснули, и он рассмеялся:

— Небеса благоволят нам! Пятый младший брат, собери и принеси сюда эти драгоценные артефакты.

Юноша сделал, как ему было сказано и поднялся на площадь. Однако, как только его ноги коснулись площади, он увидел, как волоски метёлки мягко покачнулись. Они внезапно начали медленно расти и удлиняться, в то время как одна из прядей двинулась к нему, словно живая.

Прядь волос напоминала чрезвычайно тонкую духовную змею, когда она подняла свой кончик, чтобы изучить юношу.

— Старший брат Цюй… — голос парня дрожал, когда он окликнул своего старшего, не осмеливаясь отвести голову.

— Владельцы этих артефактов мертвы, — серьёзно произнёс Цюй. — Не волнуйся, пятый младший брат…

До того, как Цюй смог договорить, прядь волос выстрелила вперёд как молния и проникла в глаза его пятого младшего брата. Другие нити тоже прилетели и начали копошиться в глазницах парня.

Юноша открыл рот, чтобы закричать, но не смог издать и звука.

Цинь Му находился поблизости и наблюдал, как тело молодого парня на глазах покрылось морщинами и через мгновение превратилось в высушенный труп.

Пряди волос не остановились на достигнутом и продолжили обматываться вокруг юноши. Достаточно скоро даже кожа и кости трупа растаяли, оставив после себя только одежду и обувь.

Глава 10. Вторжение Темноты

Капли пота скатывались по лбу старшего брата Цюй, когда он прохрипел:

— Неудивительно, что никто не взял эти драгоценные артефакты. Младшая сестра Цин, у них есть свой разум! Они нанесут вред любому, кому не принадлежат!

Мурашки побежали по коже младшей сестры Цин, и она начала кивать головой в понимании.

— Эти артефакты всегда были здесь! — Цинь Му прокричал холодно. — Никто не взял их, даже странные звери, что явно говорит об их опасности! Вы уже это знали, но всё равно отправили своего младшего брата проверять. С таким злым сердцем как ваше, вы здесь на самом деле дьяволы!

— Дьявол снова пытается вызвать в нас сомнения! — с выражением печали на лице покачал головой Цюй. — Что ты знаешь о моих отношениях с младшим братом? Ты всегда будешь оставаться маленьким дьяволом. Ты считаешь моё сердце похожим на своё, поэтому, конечно, ты думаешь, что я такой же злой, как ты. Я не собираюсь с тобой спорить. Когда наступит завтра, я отправлю тебя туда, где тебе и место.

Цинь Му нахмурился.

Цюй действительно был предательским и безжалостным. Если он смог пожертвовать жизнью своего младшего брата, то он определённо не позволит Цинь Му оставить эти руины живым.

К сожалению, он был слишком сильным противником. Цинь Му не смог бы победить его, не говоря уже о том, что старшая сестра Цин также представляла высокую опасность.

Внезапно дрожь прокатилась по земле и руинам. Странные разнообразные звери начали выть, отступая на позиции, которые они заняли по всей местности. Все они смотрели на ворота в передней части руин, их выражения были полны беспокойства и страха.

«Чего это звери боятся?»

В тот момент, когда он задал себе этот вопрос, невероятно плотная тьма внезапно нахлынула на ворота, как потоп!

Цинь Му отшатнулся в шоке. Однако он понял, что что-то вроде невидимого барьера закрывало ворота, блокируя темноту. Тьма отчаянно стучала по барьеру, пытаясь прорваться!

Барьер извивался и искажался под ударами тьмы, но ей так и не удалось его разрушить. Тьма искажалась барьером, иногда напоминая острые когти, иногда клубы дыма или бесчисленные острые шипы. Она постоянно находилась в движении.

Затем, внезапно, неутомимое биение темноты о барьер остановилось. Воцарилась тишина. Через некоторое время барьер, который был изогнут и искажен… растянулся.

Тьма надавила на барьер так, что он обрёл очертание лица. Оно было чрезвычайно огромным, его лоб достигал неба, а подбородок прижимался к земле.

Все странные звери в руинах припали к земле. Избегая малейшего движения, они не смели смотреть в лицо темноте.

У лица было три чернильно-чёрных глаза. Посмотрев в них, холод пробежался по телу Цинь Му, как будто темнота высосала его душу!

Слова внезапно хлынули от лица тьмы.

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е… — сказало оно на незнакомом языке своим глубоким, вибрирующим голосом.

Голос вибрировал, звуча так, будто несколько голосов были смешаны вместе. Необычная сила исходила от голоса, заставляя землю в руинах трястись. Трещины и другие признаки распада на дворцах и колоннах, разбросанных по всей долине, становились всё больше и больше, в результате чего, многие из них рухнули.

Когда обломки начали падать с дрожащих ворот, стало очевидно, что они долго не выдержат.

Однако в этот самый момент площадь разразилась ярким светом. Сияющая жемчужина над рукой скелета-лидера, начала излучать всё более яркий свет.

Заметив свет, сияющий сзади, Цинь Му сразу же обернулся и увидел, как жемчужина поднимается в небо. Свет, который исходил от неё, имел целое разнообразие интенсивных, насыщенных цветов… которые затем накрыли собой сотни скелетов. Каждый скелет, на который попадал свет, внезапно оживал.

Цинь Му уставился на зрелище.

Для него скелеты, залитые светом, больше не выглядели как скелеты…

Они выглядели красивыми, из настоящей плоти и крови девицами с розовыми губами и яркой, сияющей одеждой!

Эти девицы сидели на площади, где раньше были их скелеты. Их лидер, которая тоже являлась женщиной, держалась за сияющую жемчужину, которая теперь медленно поднималась в воздух.

Как и лицо темноты, девицы начали скандировать на странном, непонятном языке.

— И По Сю По Са Нань Цзюнь Хэ Си, Гуань Мин Дуань Цзин У Сы Цзян Ю… — их голоса тихонько звенели в унисон.

Голос тьмы постепенно становился всё громче, усиливая тем самым толчки по всей долине. Когда тьма вокруг руин начала вторгаться со всех сторон, голоса девиц стали отчётливее и мощнее. Сияющая жемчужина, парящая в воздухе, начала выпускать одна за одной волны света, которые сияли в темноте, рассеивая её, как дым.

Голос тьмы и объединенные голоса девушек напоминали богов и дьяволов, участвующих в словесной дуэли, каждая сторона поочерёдно одерживала верх, а затем теряла его. В то же время, темнота и свет столкнулись друг с другом в противостоянии!

Это невообразимое сражение переполнило разум Цинь Му. Несмотря на то, что он жил в Великих Руинах, он впервые увидел такое необыкновенное зрелище.

— Этот голос… — прошептал он, и ошеломляющее осознание нахлынуло на него.

Голос девиц напоминал ему голос бога, который он слышал, когда пытался сломать Стену Духовного Эмбриона. У обоих была та же присущая им благодать. Он мог смутно ощущать, что хотя слова двух голосов были разными, но они давали примерно одинаковое, общее чувство.

Всякий раз, когда он пытался сломать Стену Духовного Эмбриона своей жизненной Ци, то слышал нечёткий, божественный голос, торжественно отражающийся от девяти небес и выше. Каждый раз, когда раздавался голос, его жизненная Ци неудержимо отступала от Стены Духовного Эмбриона, неспособная её разрушить.

В этот момент два голоса всё ещё были в разгаре их жаркого сражения. Оба были сильны по-своему, и никто не мог одержать верх надолго.

Голос дьявола, который резонировал из темноты, был сильным и страшным, в то время как коллективный голос девиц был божественным, мелодичным и настойчивым. Каждый раз, когда казалось, будто голос дьявола собрался навсегда закрепить своё преимущество, девицам удавалось противостоять этому, сопротивляясь его песнопению.

С другой стороны, голос дьявола всегда возвращался, после потери преимущества, затаиваясь, а затем извергаясь, как дикий, величественный поток.

Оба голоса были уникальны по-своему.

Цинь Му погрузился в их непрекращающуюся борьбу, слушая коллективный голос девиц, когда в голову внезапно пришла идея.

«Голос дьявола сражается с божественным голосом. Этот божественный голос очень похож на тот, который удерживает меня от разрушения стены… может быть, я могу использовать голос дьявола, чтобы противостоять этому голосу!?»

Цинь Му был абсолютно уверен, что это хорошая идея, из-за чего со временем становился всё больше и больше взволнован!

Если ему удастся запомнить слова, которые произносит дьявол, то он сможет сказать их в тот момент, когда голос бога раздастся в его голове. Это позволит противостоять голосу с “девяти небес”, и поможет его жизненной Ци разрушить Стену Духовного Эмбриона!

В том случае, если он сможет сломать свою Стену Духовного Эмбриона… то со своим Телом Тирана и техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, ему не нужно будет бояться старшего брата Цюй и старшей сестры Цин!

Однако, как только его мысли зашли так далеко, он внезапно застыл, как будто на него вылили ведро с ледяной водой.

Если голос в его голове был голосом бога с девяти небес, и он использует слова, произнесённые голосом дьявола, чтобы противостоять ему… Не значит ли это, что он был дьяволом, который был запечатан богами?

Может быть, старший брат Цюй и все остальные были правы всё это время? Был ли он действительно дьяволом?

«Н-нет!» — Цинь Му покачал головой. Если бы он был дьяволом, разве его Тело Тирана не было бы дьявольским?

Если это так, почему все в деревне называют его Телом Тирана? Не будет ли более точным название “Тело Дьявола”?

«Какая разница, если моё тело — Тело Дьявола или Тело Тирана? Для начала, мне нужно сломать Стену Духовного Эмбриона!»

С чёткой идеей в голове, Цинь Му приступил к работе. Он начал с совершенного заучивания слогов слов, которые произносил голос в темноте, а также тона и манеры, в которых он говорил.

Как только Цинь Му стал уверен, что всё запомнил, он использовал Три Эликсира Тела Тирана, чтобы его жизненная Ци начала циркулировать. Когда он направил её к своей Стене Духовного Эмбриона, прямо между его бровями, он проскандировал неведомые слова дьявольского голоса!

Глава 11. Разрушение Стены

Если бы бабушка Сы и старейшина деревни находились сейчас с Цинь Му, они определённо отругали бы его за то, что он маялся такой дурью и подвергал себя опасности.

В конце концов, голос бога отличался от коллективного голоса девиц в руинах. Бабушка Сы и старейшина считали бы ошибкой использовать песнопение дьявола, чтобы противостоять голосу бога и разрушить стену. Если бы голос бога отреагировал на песнопение голоса дьявола неожиданным образом, в конечном результате Цинь Му мог бы просто-напросто погибнуть.

Вполне возможно, что даже его душа была бы уничтожена!

Тем не менее, ни один из них не мог сейчас донести о подобной опасности Цинь Му, поэтому он не знал о риске.

Как только тот выучил древнее песнопение дьявола, он попробовал его использовать.

Когда его жизненная Ци достигла пространства посреди бровей, голос бога с девяти небес прозвучал как обычно, отбрасывая её. Цинь Му проговорил песнопение дьявола, и оба голоса сразу начали сражаться друг с другом.

Цинь Му воспользовался возможностью сильнее подтолкнуть свою жизненную Ци и заставить её разбить Стену Духовного Эмбриона. Тем не менее, голосу бога всегда удавалось подавить его дьявольское песнопение, тем самым отталкивая его жизненную Ци.

Несмотря на многочисленные неудачи, Цинь Му отказывался разочаровываться и продолжал направлять энергию к “стене”. После сотен неудач его жизненная Ци, наконец, сумел протаранить Стену Духовного Эмбриона.

Однако… она не сломалась. Стена Духовного Эмбриона всё ещё стояла.

«Я не могу использовать всю свою жизненную Ци, когда этот голос так отвлекает меня… — Цинь Му подумал про себя, в какой-то мере понимая, что произошло. — Из-за этого стена не сломалась».

Выяснив проблему, Цинь Му продолжил попытки сломать стену. Спустя множество неудач, он, наконец, сумел вновь ударить по Стене Духовного Эмбриона.

Как и в первый раз, стена не рухнула.

Вскоре после этого ему удалось ударить в третий раз, затем в четвёртый раз, а затем и в пятый раз…

К счастью, изучая медицину и обрабатывая травы у целителя, Цинь Му выработал почти бесконечное терпение. Обработка трав проверяет терпение, знание, зрение и ловкость. Среди этих черт терпение было самым важным. Если человек не был терпеливым, он никогда не смог бы придумать эффективное лекарство.

После бесчисленных неудач, Цинь Му наконец услышал потрескивающий звук, исходящий от места между его бровей.

Этот звук звучал как нежная, небесная мелодия. Несмотря на то, что Цинь Му обладал сильной волей, он не мог не взволноваться.

Трещина в форме молнии появилась на Стене Духовного Эмбриона.

Стена Духовного Эмбриона была невидимой, поэтому её можно было только почувствовать, но не увидеть.

В тот момент, когда появилась трещина, луч света в виде молнии засиял от его лба.

Когда это случилось, у Цинь Му возникло чудное чувство.

Если человек закрывает глаза, он погружается в абсолютную тьму. Он не увидит пространство между его бровями, Божественное Сокровище Духовного Эмбриона или Стену Духовного Эмбриона…

Но если жизненная Ци создаёт трещину в Стене Духовного Эмбриона, боевые практики видят, как луч света в форме молнии исходит из темноты. Как только это происходит, они начинают видеть свою Стену Духовного Эмбриона.

Цинь Му не только видел свою Стену Духовного Эмбриона, он даже мог видеть Божественное Сокровище Духовного Эмбриона через зубчатую трещину.

Оно излучало интенсивный, яркий свет. Этот сверкающий свет и насыщенная жизненная Ци пробивались сквозь трещину и сливались с жизненной Ци за пределами стены.

Жизненная Ци по ту сторону стены была намного чище и сильнее, чем та, что Цинь Му смог взрастить в себе за всё это время. Однако они были похожи, так как обе не имели никаких атрибутов.

Цинь Му твёрдо верил, что жизненная Ци, которую он развивал, исходила от его Тела Тирана… Поэтому он прекрасно понимал то, что она лишена атрибутов.

Помимо жизненной Ци, что-то более мистическое скрывалось внутри Божественного Сокровища Духовного Эмбриона. Однако, поскольку на стене была только зубчатая трещина, он не мог видеть, что ещё лежит внутри.

Сердце Цинь Му остановилось, когда трещина в форме молнии начала закрываться. Стена Духовного Эмбриона, по-видимому, была не такой простой, как он думал. Хотя большую часть времени она имела отчетливую форму, бесформенная энергия, из которой она состояла, была похожа на липкий клей… В результате стена могла восстанавливать себя всякий раз, когда её повреждали.

Никто не смог бы сломать Стену Духовного Эмбриона, не уничтожая её полностью за один раз!

«Моя жизненная Ци всё ещё недостаточно сильна, но чем больше трещин я сделаю в стене, тем сильнее она станет! В конечном итоге она станет достаточно мощной, чтобы полностью сломать Стену Духовного Эмбриона!»

Как только Цинь Му закончил поднимать свой дух, петушье кукареканье прервало его размышления. Звук заставил его сердце дрогнуть, от чего он быстро открыл глаза.

Среди разнообразных зверей вокруг Цинь Му было несколько Голошеих Петухов. Будучи ростом с обычного человека, каждый из них был ненормально большим и пугающим. Их перья были великолепны, но не росли на шее. Это были именно те птицы, которые только что верещали.

Пробудившись от своего транса, Цинь Му пробормотал в осознании:

— Уже почти утро.

В восточном небе начали появляться неуловимые лучи света, сигнализирующие, что рассвет скоро прорвёт себе путь. Было слишком поздно снова пытаться разрушить Стену Духовного Эмбриона.

Хорошо, что он наконец понял, как разрушать “Стены”. Если ему повезёт избежать поимки Цюй и Цин, то у него появится достаточно времени, чтобы разрушить их.

Несмотря на то, что ему удалось сделать всего лишь трещину на Стене Духовного Эмбриона, совершенствование Цинь Му взлетело до такой степени, что он был уверен, что сможет убежать!

— Уже почти утро, — серьёзно проговорил старший брат Цюй.

— Трое наших младших братьев умерли из-за этого маленького дьяволёныша, — холодно ответила младшая сестра Цин. — Их души на небесах не смогут успокоиться, если мы позволим ему скрыться.

Цинь Му встал и потянулся, делая вид, что не слышит их.

Девицы на площади продолжали свою ожесточенную борьбу с темнотой, застрявшую в тупике, пока свет и тьма сталкивались друг с другом раз за разом.

Немного погодя снова раздалось кукареканье петуха. Голос тьмы стал чрезвычайно громким и разборчивым, словно говоря, что она стала нетерпеливой. Также раздался коллективный голос девиц, что привело к ошеломительному столкновению между светом и тьмой.

Петух прокукарекал в третий раз и первые лучи солнечного света внезапно пронзили темноту на востоке, освещая собой горные вершины неподалеку.

Солнечный свет настиг вездесущую тьму, заставляя её немедленно отступать, как морской отлив. Тьма отступила так же быстро, как и прибыла, скрываясь за горизонтом всё более быстрыми темпами.

Когда рассветные солнечные лучи коснулись долины, люминесцентная жемчужина начала постепенно спускаться вниз. Прежде чем солнечный свет достиг руин, её радужный свет втянулся обратно к площади.

Когда разноцветный свет исчез, девицы снова стали неподвижно сидящими скелетами.

Казалось, что ожесточённая битва, которая длилась всю ночь, была просто сказочным сном.

Ранее Цинь Му уже слышал, как деревенские жители рассказывали о странных вещах, которые происходили в Великих Руинах и о том, насколько они были чудовищными и возмутительными. Однако, увидеть всё это собственными глазами было определённо более ошеломляющим, чем просто слушать истории.

Всякий раз, когда наступала ночь, тьма вторгалась. Лицо тьмы формировалось и воспевало своим загадочным дьявольским голосом. Скелеты в этих руинах каждую ночь превращались в девиц, начиная борьбу между светом и тьмой. Все эти странные события выходили за рамки понимания обычных людей…

Однако тайны, которые прятались за этими событиями просто ждали, когда люди раскроют их.

Как только стадо разнообразных зверей подбрело к воротам, чтобы покинуть руины, Цинь Му тут же спрятался между ними. У “мирных зверей” было неписаное правило, запрещающее конфликт в руинах, но они, скорее всего, снова станут чрезвычайно опасными, как только окажутся снаружи.

Находясь с другой стороны стада, Цюй взглянул на свою младшую сестру Цин, после чего оба тоже влились в стадо, медленно направляясь к Цинь Му.

Стадо продолжало организованно покидать руины, как вдруг, меч внезапно и в то же время тихо выстрелил в спину Цинь Му. Тот быстро уклонился от удара, в результате чего драгоценный меч почти задел ближайшего зверя.

Неизвестный зверь раздраженно взревел.

— Младшая сестра, не используй свой меч, — воскликнул её старший брат Цюй. — Если мы продолжим раздражать этих зверей, то мы, просто-напросто, умрём здесь!

Его предупреждение заставило Цин спрятать свой меч и запрыгнуть на спину одного из странных зверей. Прыгая от одного зверя к другому, она быстро подобралась к Цинь Му.

Цинь Му завидовал способности Цин превращать свою Ци в нить и использовать её, чтобы контролировать свой меч с десятков метров. Хотя эта способность не была столь же удивительной, как божественное искусство мясника, тем не менее, он нашел её впечатляющей.

Шаги Цин были легкими и изящными, в то время как её платье развевалось в воздухе, подобно розовому лотосу. Из-под этого лотоса её ноги, будто настоящие лезвия, делали удары в сторону Цинь Му.

Техника ударов ногой, которую она использовала, была острой и точной. Каждый из её ударов казался огромным молотом, покрытым шипами, и заставлял окружение гудеть и колыхаться.

Такая техника может легко разрушить огромный камень и даже пробить железную стену!

Глаза Цинь Му оживились, когда он столкнулся с сильными вихревыми ударами Цин.

Думая о своих тренировках, он вспомнил, как одноногий как-то рассказывал ему, что техника ног — “Небесный Расхититель”, никогда не проигрывала ни одной другой!

Глава 12. Несравненные Боевые Техники

Белая утончённая ножка взблеснула из-под розового платья, столкнувшись с мускулистой ногой, одетой в короткие штанины из шкуры зверя.

Хотя изящные ноги Цин выглядели длинными и гибкими, они содержали в себе удивительную мощь, напоминая острый нож с силой топора. Ноги Цинь Му, с другой стороны, выглядели грубыми и мускулистыми, но тем не менее удары, наносимые ими, были изящными и легкими, будто за ними не стояло никакой силы.

Бам! Бам! Бам!

Их ноги столкнулись в серии взрывов. Обе ноги Цин мгновенно получили огромное количество ударов. Скорость ног Цинь Му была слишком высока, чтобы она успевала реагировать!

В тот момент, когда внезапно вспыхнула серия невероятных ударов Цинь Му, удивительное мастерство её ног стало бесполезным. Сила быстро покинула её ноги, как будто ноги Цинь Му поглотили её.

— Вот дерьмо!..

Поскольку Цинь Му продолжал пинать Цин, её болящие ноги начали цепенеть. Его удары настигали её талию, грудь и горло, как шторм, ударяющий о банановые деревья.

После натиска ударов Цинь Му развернулся в воздухе, скрутив своё тело так, чтобы сделать удар сзади. Этот удар отличался от боевой техники ног, которую он использовал до этого момента. Его предыдущие удары жертвовали силой в пользу скорости, тогда как удар, который он в настоящее время готовился продемонстрировать, содержал поразительное количество сил.

Пах!

Цинь Му по инерции раскрутил спину, ударив Цин в лицо. Её нос вжался в лицо, из рта повылетали непонятные осколки, а её подбородок был разбит.

Цин полетела в руины, как выпущенная стрела из лука!

Этот результат доказал то, во что верил Цинь Му.

Техника Божественных Ног Небесного Расхитителя была лучшей!

Цинь Му не посмел объявить её лучшей в мире, но она определённо была лучшей в деревне.

Несмотря на то, что боевой навык ног Цин казался хитрым и властным, Цинь Му тяжело ранил её, прежде чем она смогла даже коснуться его!

Более того, он даже не использовал жизненную Ци, полагаясь исключительно на силу своего тела. Цин, однако, направляла свою жизненную Ци в ноги, чтобы увеличить их поражающую мощь и скорость. Несмотря на это, она была покалечена в первом же обмене ударами!

В тот момент, когда Цинь Му отбил атаку Цин, он почувствовал, что его волосы встали дыбом. В его сердце вспыхнуло очень острое чувство опасности. Не успев развернуться, он бросился вперёд.

Старший брат Цюй бесшумно появился за Цинь Му собираясь нанести смертельный удар! Его атака должна была легко достичь Цинь Му, но он не ожидал, что тот будет настолько хорошо ощущать своё окружение!

Перепрыгивая с одного зверя на другого, они метались вокруг. Цюй двигался исключительно быстро, на ходу выбрасывая отчаянные удары в сторону Цинь Му, целясь в его сердце. В свою очередь Цинь Му не жалел сил в бегстве и размахивал обеими руками, чтобы блокировать атаки.

Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды!

Цюй не мог не удивиться. Несмотря на то, что Цинь Му повернулся к нему спиной, тот по-прежнему мог блокировать атаки, как будто у него выросло несколько дополнительных рук. Цюй никогда не слышал о подобной технике!

Хотя техника Тысячерукого Будды Цинь Му была не такой развитой, как у старого Ма, чьи удары сопровождались раскатами грома и потрескиванием молний, она всё равно была плавной, как ветер, и такой же быстрой, как молния. Даже когда он бежал по спинам зверей и был повёрнут к Цюй спиной, его защита была невероятно устойчивой, не позволяя врагу получить хоть малейшее преимущество.

Кланг!..

Темя Цинь Му онемело от внезапного звона металла. Он сразу же взглянул на свою руку и увидел кровь, текущую от места, где был ранен острым мечом.

Цинь Му скатился по спине зверя, на котором он был, и пробежал под его животом. Цюй тоже побежал за ним. Его руки были пусты, но вокруг него летал серебряный меч.

Зрачки Цинь Му сузились. Контроль над мечом старшего брата Цюй был намного лучше, чем у его младшей сестры Цин. Она контролировала свой меч и заставляла его летать в нескольких метрах от неё, атакуя врагов издалека, в то время как Цюй держал свой меч на расстоянии не больше метра.

Это было ужасно и действительно опасно.

Использование подобного контроля над мечом в ближнем бою может легко привести к тому, что по небрежности владелец травмирует самого себя. Для подобного требовались исключительные навыки, а также это означало, что умения контролирующего были достаточно грозными, чтобы гарантировать абсолютную уверенность в своей безопасности.

Без точной манипуляции жизненной Ци, никто не посмел бы использовать свой меч таким образом!

«Дедушка мясник и другие никогда не говорили мне, как использовать мою жизненную Ци, а старейшина деревни никогда не рассказывал мне, как использовать Ци Тела Тирана, — подумал Цинь Му. — В таком случае я так и продолжу находиться в невыгодном положении».

Ступня Цинь Му внезапно подсекла деревянную ветку, которую стадо зверей отломало от дерева, отправляя её прямо себе в руки. Это была ветка ивы около двух метров в длину и примерно такого же диаметра, как длина большого пальца.

Схватив ветку, Цинь Му быстро двинулся. Его взгляд сконцентрировался на лезвии меча, совершенно не обращая внимания на руки Цюй.

Цинь Му направил свою жизненную Ци в ветвь ивы, позволяя ей подняться по древку. Однако, когда его жизненная Ци прошла сорок сантиметров вверх по ветке, он потерял с ней связь.

Сорок сантиметров было явно недостаточно. Борьба с летающим мечом с оружием такой длины была слишком опасной.

Старший брат Цюй бросился вперёд, его драгоценный меч кружил вокруг него. Казалось, что невидимый фехтовальщик держит этот меч, колет, взмахивает, взмывает и режет в Цинь Му чрезвычайно запутанными способами.

Чи! Чи! Чи! Чи!..

Всего лишь несколько ударов, и ветвь ивы в руке Цинь Му была уменьшена до сорока сантиметров. Когда меч снова ударил по ветке, он прозвенел, как будто ударил о сталь.

Облегчение нахлынуло на Цинь Му в тот момент, когда он увидел, что ивовая ветка наполненная его жизненной Ци действительно может блокировать меч. Следя за лезвием меча, сорокасантиметровая палка стала его ножом для забивания свиней. Он использовал её, чтобы применить технику владения ножом, которому его учил мясник!

Ночная Битва По Ту Сторону Бурного Города!

Освободив свой разум от чего-либо другого, Цинь Му бросил все свои силы на использование этой техники!

Быстрее, быстрее, быстрее!

Мясник называл свою технику ножа “Навык Ножа Для Забивания Свиней”. Суть этого умения можно описать одним словом: быстрее!

Быстрее, чем мерцающий свет и быстрее, чем мимолётные тени. Так быстро, что к тому моменту, когда использующий умение поднимет руку, голова свиньи должна уже слететь с её плеч!

Сосредоточив своё сердце и ум на ноже, Цинь Му размахивал веткой ивы в безрассудном отчаянии. И он, и Цюй бросились под бегущих зверей… Металл зазвенел о металл, когда они встретились. Огромные ноги некоторых гигантских зверей напоминали столбы, падающие с неба и содрогающие землю. Малейшая беспечность со стороны любого из них привела бы к тому, что его раздавит в кляксу!

Каждый шаг сражающихся казался хаотичным и беспорядочным, но на самом деле, они следовали таинственному ритму. Всякий раз, когда зверь мог на них наступить, они успевали уклониться от ноги.

Когда они сражались, Цюй всё больше расстраивался и поражался сложившийся ситуацией.

Маленький дьявол избивал его!

Ветвь ивы в руке Цинь Му была всего около сорока сантиметров в длину.

Разве это не была лишь небольшая деревянная палка?

В то время как его меч был длиной около ста восьмидесяти сантиметров. Технике управления мечом, которой он создавал нить из своей жизненной Ци, используя её для направления своего меча, научили его Пять Старейшин Реки Ли. Пять Старейшин Реки Ли были могущественными людьми, которые сломали свои Стены Небожителя и разбудили их Божественные Сокровища Небожителя. Только одно это говорило о сложности техники меча, которой они учили.

Помимо техники управления мечом, Цюй также использовал технику кулачного боя, созданную Пятью Старейшинами Реки Ли, которая называлась Искусством Реки Ли. Этот кулачный навык направлял жизненную Ци обеих рук, заставляя её вздыматься, как волны великой реки, беспощадно разбивающей берег.

Он не изучил её до уровня “божественного искусства”, но её сила всё равно была огромной. С её помощью разрушение валуна или измельчение скал в пыль было детской игрой.

Тем не менее, против короткой ветки маленького дьявола эти две великие техники были недостаточно эффективны. Деревянная палка постоянно пробивала его защиту, нанося удары по всему телу.

Шишки украшали голову старшего брата Цюй и синяки покрывали его тело.

Как он не мог быть расстроен?

Однако, даже сильнее чем его расстройство, был его ужас.

Если бы вместо деревянной палки в руке Цинь Му был нож…

Цюй не посмел представить себе последствия!

Всё это было слишком страшно. Голова этого подростка даже не доходила до его груди. Ему было всего одиннадцать или двенадцать лет! Даже если бы он начал совершенствоваться в утробе своей матери, он не должен был бы достигнуть такого неприличного уровня мастерства в своих пугающих приёмах.

(п.п.: уже сам запутался в возрасте, то ему 11, то он жил в деревне 13 лет, то ему опять 11, может он просто выглядит на 11?)

«Совершенствование его жизненной Ци… — заметив слабость Цинь Му, Цюй успокоился и начал думать про себя. — Его навыки могут быть чрезвычайно отполированы, но его совершенствование слишком слабо. На самом деле проблема в том, что он не обладает духовным телом. Скорее всего он обычный человек…»

В конце концов он пришел к важному выводу.

Цинь Му был обычным человеком. Он не обладал духовным телом и не пробудил своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Вероятно, он совершенствовался с помощью базовых техник, таких как Даоинь, позволившая ему достигнуть определённого уровня жизненной Ци.

Однако жизненная Ци, которую развивал обычный человек, не имела никаких атрибутов, тем самым, не позволяя ему продемонстрировать наибольшую силу. Это стало причиной того, что наступательные техники Цинь Му, хотя и были лучше, чем у Цюя, не представляли большой угрозы. Не было никакой дополнительной силы поддерживающей их.

«Навык ножа, который использует это дьявольское отродье, скорее всего является божественным искусством, он просто недостаточно натренировал его, чтобы полностью использовать его силу, — подумал Цюй. — Если бы я мог овладеть этим божественным искусством…»

Боевой дух старшего брата Цюй поднялся. Хотя Цинь Му не мог использовать навык ножа в полной мере, он, с другой стороны, всё-таки мог показать часть его силы. Если бы вместо палки в его руках был настоящий нож, это было бы страшно!

Он знал, что навык ножа Цинь Му был боевой техникой.

Божественные искусства боевых техник и техник управления мечом были разными. Техники управления мечом освобождали руки мастера, заставляя меч летать и убивать людей самостоятельно, а также делали меч проворнее. В таком случае руки мастера могли атаковать вместе с мечом, создавая более разнообразный стиль боя.

Боевые техники были совершенно другими.

Боевая техника следовала самым примитивным путём, требующим, чтобы обе руки человека контролировали своё оружие, позволяя их жизненной Ци пропитывать оружие, увеличивая силу атак и усиливая их божественное искусство!

Несколько сотен лет назад, когда обе техники существовали бок о бок, практикующие, которые совершенствовали боевые техники и практикующие, которые совершенствовали техники управления мечом, постоянно пытались выяснить, кто же из них лучше.

Однажды, гениальный наследник семейной школы управления мечом, внезапно появился из ниоткуда и начал убивать самых сильных мастеров, совершенствующих боевые техники. Почти все они были убиты, покалечены, или бежали.

Этот гений был не кто иной, как человек номер один под богами! Тот, кого Империя Вечного Мира нарекла Имперским Наставником!

Мало кто продолжил практиковать боевые техники. Спустя много поколений без достойного преемника, самые высшие божественные искусства боевых техник были потеряны. Только второсортные боевые техники дожили до наших дней.

Тем не менее, настоящая боевая техника высшего уровня по-прежнему была чрезвычайно мощной, и старший брат Цюй твёрдо верил, что техника, продемонстрирована Цинь Му, была именно такой!

«Мне определённо нужно овладеть этой боевой техникой! — про себя воскликнул Цюй. — Как только приструню его, я любой ценой заставлю его раскрыть метод совершенствования этой боевой техники!»

Короткая ветка Цинь Му отчаянно продолжала целиться в Цюй, который делал всё возможное, чтобы избегать ударов. Однако ему не удавалось их всех блокировать, поэтому он пропустил сотни попаданий за короткое время.

Цюй снова начал падать духом, пока его лицо ставало всё более опухшим, и боль, раздирающая его тело, усиливалась. Чем больше он разочаровался, тем слабее ставали его боевые способности, из-за чего деревянная палка попадала по нему всё чаще и чаще.

Это была всего лишь небольшая деревянная палка, без всякой угрожающей жизни пробивной мощи. Однако, в сочетании с силой Цинь Му и продолжающимися ударами, урон, который он получал, начал накапливаться. Тело старшего брата Цюй в конечном счёте получило значительное количество травм от этой палки… Травм, что неуклонно накапливались и усугублялись.

«Он забьёт меня до смерти!» — нахлынувшее понимание заставило кровь в жилах старшего брата Цюй застыть.

Глава 13. Забитый до смерти

Цюй в конце концов осознал: «В таком темпе этой маленькой деревянной палкой он забьёт меня до смерти!»

Он искренне захотел, чтобы Цинь Му использовал нож вместо неё. Чёрт, да хотя бы даже тупой!

Короткая палка обладала очень слабой силой, но пропустив от неё столько ударов, его лицо распухло, как у свиньи. Даже его глаза стали двумя прорезями, ухудшая его видение.

Чёрные и зелёные синяки украшали его кожу, а некоторые из его мускулов превратились в кашу от такой “порки”. Даже его суставы получили бесплатный “уход” от Цинь Му.

Он намеренно целился в связки и сухожилия, а не в кости. Если они разрывались, любое небольшое движение вызывало мучительную боль.

Быть избитым до смерти ужасно, ведь жертва не умирала мгновенно, а её боль и страх увеличивался постепенно в процессе избиения.

Стадо зверей, которые пробегали у них над головами, уже давно скрылось за пределами ворот.

Силы Цинь Му также исчерпались. Он понятия не имел, как долго он размахивал своим “ножом”, но знал, что уже не может продолжать. К тому же, ему постоянно приходилось уворачиваться от меча Цюя и избегать копыт и когтей гигантских зверей, между которыми проходила их битва. Его ноги опухли и онемели от усталости.

Несмотря на то, что уроки мясника часто сопровождались приступами безумия, тот понимал, что Цинь Му имеет свои пределы и никогда не позволял тренировкам так его изнурять.

У Цинь Му практически исчерпались все силы, чтобы продолжать размахивать “ножом”. Он мог полагаться только на силу своего духа, чтобы довести дело до конца…

Он знал, что до тех пор, пока у Цюя оставалось хоть малейшее количество жизненной Ци, его жизнь под угрозой!

Всё, что он мог сделать — это продолжать избиение!

Плюх!

Цюй упал на землю, не в силах выдерживать избиение, а затем и его меч с лязгом ударился о поверхность земли.

Цинь Му выбросил свою деревянную палку и схватил меч, но не смог поднять его. Его руки были слишком истощены.

Вместо этого, он подался телом вперёд и пнул рукоятку меча, наконечник которого медленно повернулся в сторону Цюя, который, едва понимая где находится, старался изо всех сил уползти прочь.

Но он не мог. Вместо его связок и сухожилий было настоящее месиво. Он не мог даже задействовать мышцы.

Парализованный Цюй мог только наблюдать, как Цинь Му изо всех сил пытался развернуть меч и сделать удар по его шее.

Царапая землю и переворачивая по пути грязь, меч медленно двигался в сторону своего бывшего владельца, Цюя, пока наконец-то, после последнего пинка, не прошел сквозь его шею.

Кровь текла, накапливаясь возле раны, в то время как он изо всех сил пытался дышать, хрипя сквозь кровь, пробивающуюся из его горла.

Цинь Му наконец вздохнул с облегчением. Его конечности онемели, и он упал на землю. Никогда ещё он не был так измотан.

Лежа рядом с трупом он почувствовал отвращение, поэтому попытался отползти. Его тело отказалось слушаться, поэтому спустя несколько безрезультатных потуг ему пришлось сдаться.

Это был не первый раз, когда Цинь Му видел труп. Женщина, скрытая в теле коровы и младшие братья Цюя, также умерли на его глазах.

Однажды бабушка Сы взяла его в соседнюю деревню, где должна была принять роды. Помимо работы портным, она также была акушеркой, помогая местным женщинам рожать.

Однако, по прибытии они увидели, что деревня превратилась в кладбище. Независимо от того, мужчина это или женщина, ребёнок или старик, все, включая будущую мать, были мертвы.

В то время Цинь Му покинули все мысли, его разум опустел… Он будто дрейфовал по небу, паря над деревней и совершая резню. Чуть позже бабушка Сы пробудила его от транса, сказав, что ужасная сцена испугала его до смерти, заставив его душу покинуть тело, поэтому ей пришлось её словить и запихнуть обратно.

Бабушка не сказала ему, кто убил всех в деревне, зато сказала ему, что такие ситуации были чрезвычайно распространены в Великих Руинах. Поэтому она дала ему строгий наказ — “никогда не оставляй своим врагам шансов”.

Из-за убийства Цюя, Цинь Му чувствовал себя неприятно. Но он понимал, что это закон Великих Руин. Здесь сильные охотились на слабых. Прожив в Великих Руинах с юного возраста, он уже привык к стычкам между странными зверями. Для него труп Цюя не отличался от трупа обычного животного.

Пока Цинь Му лежал, пытаясь не привлекать внимания, внезапно послышались приближающиеся шаги. Он изо всех сил попытался повернуть голову к звуку и определить, что его вызывает.

К его полному потрясению, он увидел Цин. Её лицо было опухшим до неузнаваемости и напоминало свинью. Шаг за шагом она прихрамывала к нему, используя свой меч как костыль.

Цинь Му попытался встать, но его конечности были опухшими и онемевшими от боли. Он мог только ждать там, тихо практикуя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Его жизненная Ци медленно пришла в движение, мягко вздымаясь и направляясь ко всем его болящим мышцам. Везде, где она проходила, боль уменьшалась, а его чувства обострялись, после того как жжение исчезало.

Цин продолжала хромать к нему шаг за шагом. После боя с Цинь Му её ноги были покалечены. Её лицо также получило бесчисленные удары, последний из которых был самым безжалостным.

Цинь Му вложил все силы в этот удар ногой, сравнимый с свирепым ударом хвоста дракона, уничтожая все её изящные качества. В текущей опухшей форме её лицо выглядело раздутым, как лапша, которую оставили на ночь.

Все её зубы вылетели, а кровь и слюна капали из угла рта и брызгали на землю.

Её руки, однако, были удивительно прекрасны, когда они схватили рукоять меча таким образом, который чётко выражал её ненависть и желание разорвать Цинь Му на тысячу кусков, отчего тот прикладывал все свои силы, чтобы ускорить практику техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Он хотел, как можно быстрее восстановить свои силы, но интенсивный бой выжал из него просто-напросто слишком много сил.

Только разрушив Стену Духовного Эмбриона и пробудив своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, Цинь Му можно будет считать истинным боевым практиком. Избиение и убийство такого боевого практика, как Цюя, несмотря на то, что он сам не был им, уже можно рассматривать как великое достижение.

Однако это конец.

У него больше не было сил продолжать сражение с Цин.

Наконец добравшись до Цинь Му, она попыталась что-то сказать, но её рот и горло были настолько опухшими, что она могла издавать только булькающие звуки.

Цин в разочаровании подняла свой меч и взмахнула, безжалостно ударяя им по Цинь Му, как вдруг… она внезапно застыла, её меч не мог опуститься ниже, словно он встретил на своём пути невидимый барьер.

— Какая милая маленькая леди… этой бабушке очень нравится любоваться тобой.

Пожилая женщина появилась в поле их видимости, направляясь к ним с корзиной под рукой. Ужас вспыхнул в глазах Цин, отчего она дрогнула и неосознанно начала отступать от Цинь Му подальше.

Однако, прежде чем она смогла далеко отойти, из-за неё раздался голос:

— Му’эр… Ты действительно использовал эту крошечную палку, чтобы поиграть с моей техникой ножа — “Навык Ножа Для Забивания Свиней” и потратил целых пять тысяч четыреста семьдесят шесть ударов, прежде чем, наконец, всё же смог сбить с ног обессиленного мальца… Но в итоге всё же убив маленького ублюдка мечом, а не палкой!?

Нехотя повернув голову, Цин увидела людей с гротескным внешним видом. Среди них были: слепой с тростью, одноногий, вообще без четырёх конечностей, мускулистый здоровяк, которому не хватало нижней половины тела…

Один из наиболее “целых”, носил мускулистого здоровяка в большой бамбуковой корзине на своей спине, в то время как остальные держали носилки с человеком без конечностей.

Все они выглядели крайне жалко. Единственный кто казался относительно нормальным, был мужчина средних лет с бамбуковой корзиной… Однако его лицо было невероятно сильно изуродовано, словно он был одет в чужую кожу, что придавало ему самый зловещий и пугающий вид среди всех присутствующих.

Говорившим был мускулистый здоровяк без нижней половины тела. Ярость застилала его внушающее страх лицо, когда он впивался взглядом в Цинь Му и издалека орал:

— Похоже ты всё ещё плохо подготовлен! Если бы твои навыки владения ножом были достаточно отточены, то тебе даже не понадобилась бы палка или даже нож! Ты бы смог убить его голыми руками!

— Бабушка Сы… дедушка мясник… дедушка целитель… — прохрипел Цинь Му с облегчённым вздохом. — Вы… вы все здесь?

— Мы вырастили тебя проливая наш пот, слезы и кровь! Конечно мы волновались за тебя! — произнесла хихикающая бабушка Сы. — И поскольку это была твоя первая ночь вдали от дома, и ты к тому же провёл её с незнакомой женщиной, мы были просто обязаны взглянуть.

Цинь Му быстро заморгал глазами и спросил:

— Как долго вы все здесь?

— Мы были здесь с момента, когда ты начал сражаться с тем парнем под животами зверей, — фыркнул мясник, — как ещё я мог узнать, что ты использовал в общей сложности пять тысяч четыреста семьдесят шесть ударов?

Лицо Цинь Му помрачнело… Старые хрычи явно прибыли сюда почти сразу, но всё же позволили ему сражаться в бою не на жизнь, а на смерть и почти дали потерять здесь свою жизнь.

И только после он понял, почему звери не нападали на него или Цюя…

Мясник запугал их.

— Люди из-за пределов деревни говорили, что бабушка и все остальные дедушки плохие. Неужели это правда? — про себя подумал Цинь Му.

— Но… я всё же думаю, что они хорошие люди, — заверял он себя. — Должно быть они смотрели издалека, так как считали, что я смогу победить этого Цюя.

— Тело Тирана намного превосходит обычное Духовное Тело, — произнёс улыбающийся в никуда слепой, опираясь на трость. — Каждый из нас крайне разочарован, что ты оказался в таком жалком состоянии.

— Дедушка слепой, я здесь, — осторожно кашлянул Цинь Му.

— Я знаю, где ты, — ответил с улыбкой слепой и повернулся в его сторону. — Ты победил этого мальца с помощью палки, а это значит, что я хорошо обучил тебя. Но не зазнаваясь из-за того, что у тебя есть Тело Тирана. Для тебя естественно быть сильнее него. С сегодняшнего дня твои тренировки станут более интенсивными! И не корч на лице эту горькую мину…

— Почему ты так доволен собой, слепой? — холодно произнёс мясник. — Он явно использовал мою технику владения ножом! И зачем ты так много наговорил, обращаясь к трупу?

Глава 14. Очистка тела жизненной Ци

— Что мы будем делать с этой девушкой? — с трудом встав, Цинь Му тут же посмотрел на Цин.

— Может быть… — глаза бабушки Сы лукаво замерцали, когда она подумала об одном варианте. Она толкнула плечом обессиленного Цинь Му, едва не сбив того с ног и озорно продолжила. — Почему бы ей не стать твоей невестой? Ох… ты был таким милым, когда был малышом, но сейчас, повзрослев, уже не настолько милый. Однако с этой милой леди ты сможешь заделать ещё одного миленького малыша. Ребёнок определённо родится очень симпатичным… ах, у этой бабушки настоящая слабость к детям…

Цинь Му взглянула на Цин, чье лицо походило на морду свиньи:

— Бабуль, я думаю… лучше не надо…

— В таком случае, умри.

Пфу!..

Незаметно для всех присутствующих за Цин появился невинно улыбающийся хромой и ударил её в сердце.

— Хромой дедушка… зачем ты убил её? — заикаясь спросил Цинь Му.

Хромой вытащил нож и с небольшим замешательством в улыбке проговорил:

— Ты же сказал, что не хотел её, поэтому очевидно же, что её нужно было убить.

Цинь Му почувствовал обиду, но не потому, что он хотел завести ребёнка с Цин. В конце концов он сам был всего лишь ребёнком одиннадцати-двенадцати лет… Но он изо дня в день видел лица только этих старых монстров, а люди из соседних деревень были не многим лучше. Он очень редко встречал кого-то того же возраста, что и он сам.

Даже не имея друзей сверстников, он всё ещё имел сердце ребёнка.

— Пойдём домой, — скомандовал старейшина деревни, повернув голову, чтобы посмотреть на руины в долине.

— Каждый из нас частично калека, поэтому тебя никто не понесёт. Тебе придётся вернуться обратно самостоятельно, — целитель улыбнулся Цинь Му и затем продолжил. — Такие дела! Но мы приготовили кровь четырёх духов. Поскольку вчера тебя не было дома, у меня до сих пор имеется с собой порция.

Цинь Му кивнул, беря из рук целителя четыре фарфоровые чашки с кровью. Осушив их, он начал активно расхаживать туда-сюда, параллельно практикуя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы наиболее эффективно усвоить силу из крови. В процессе он также рассказал всем о всех странностях, произошедших в руинах.

Спокойное выражение бабушки Сы дрогнуло:

— Дьяволы и боги? Огромное лицо из темноты и напевающие скелеты девушек? Как интересно…

Остальные жители также нашли рассказ Цинь Му интересным, но никто из них не высказал какое-либо мнение.

В итоге Цинь Му не удержался от вопроса:

— Бабушка, неужели тебе не любопытна история руин?

Целитель вздохнул:

— Царство богов, процветавшее в далёком прошлом… давно кануло в лету. Теперь ты говоришь нам, что кости богов бесновались всю ночь. Может они всё ещё отказываются умирать?

Глухой уставился на губы целителя и затем ответил:

— Какая разница чего они хотят, ведя своё существование после смерти? Они ведь умерил и всё тут. Поэтому какой смысл в знании истории этого места? Это ведь всё равно не оживит их.

— … ты точно глухой, — подозрительно спросил целитель, глядя на уши глухого. Его уши были выкованы из белоснежного железа, заменяя те, что у него когда-то были из плоти и крови… Они даже закупоривали его ушные каналы.

Глухой тут же сорвал свои “металлические уши”, обнажая десятисантиметровые железные штыри, торчащие из ушей. Они были вставлены глубоко внутрь, чтобы удерживать металлические уши снаружи.

— Воткни эти штыри в свои уши! — холодно ответил глухой. — Тогда и узнаешь, действительно ли я глухой!

Целить натянуто улыбнулся, решив промолчать.

Затем глухой опять нацепил свои металлические уши на торчащие из ушных каналов штыри, поворачиваясь к немому и говоря:

— В последнее время эти уши стали какими-то неудобными. Я хочу, чтобы ты их немного подправил.

Немой кузнец кивнул в ответ.

Это старичьё лишило Цинь Му дара речи. Он попросту не понимал, как они могут быть заинтересованы в съемных ушах глухого больше, чем в руинах.

— Му’эр, Великие Руины таят в себе слишком много секретов, — улыбаясь произнесла бабушка Сы. — Помимо царства богов в этой долине сокрыто множество других тайн. Если ты будешь постоянно думать про них, то у тебя не останется времени на полезные вещи.

По пути обратно в деревню Цань Лао, старейшина со всей серьёзность давал наставления:

— Раз уж ты смог сражаться против меча этого мальца обычной палкой, то очевидно, что твои удары не были слабыми. Пережив такой опыт, ты сильно прогрессировал.

— Почему я не могу контролировать вещи, так же, как они? — расстроенно спросил Цинь Му. — Моя жизненная Ци смогла заполнить ивовую палку лишь на сорок сантиметров.

Он начал завидовать тем, кто мог контролировать свой меч используя жизненную Ци, в то время как он сам не мог.

Целитель беспомощно покачал головой. Жизненная Ци обычных людей не имеет атрибутов, именно поэтому они не могут практиковать подобные техники манипуляции с её применением.

Будучи обычным человеком Цинь Му сражался простой сорокасантиметровой палкой с таким боевым практиком владеющим драгоценным мечом, как Цюй и в итоге победил… Это было невероятное достижение!

— Ни твоё Тело Тирана, ни твоё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона всё ещё не пробудились, так что тебе не стоит пока забивать голову подобными вещами, — спокойно ответил старейшина деревни. — Ты смог победить опытного практика боевых искусств уровня Духовного Эмбриона, когда сам ещё им не являешься. Знаешь о чём это говорит? Я отвечу тебе. Когда твоё Тело Тирана пробудится, ты будешь на целый порядок сильнее, чем все остальные воины.

Бабушка Сы и остальные тоже гордились достижениями Цинь Му. Цюй был пиковым практиком боевых искусств уровня Духовного Эмбриона… Он даже мог использовать свою Ци, чтобы мастерски управлять мечом в полушаге от своего тела, что говорило только об одном — он был в полушаге от уровня Пяти Элементов.

Избив его до смерти маленькой деревянной палкой, Цинь Му подтвердил своими действиями, что старейшина деревни не лгал о Теле Тирана, о котором они раньше никогда слыхом не слыхивали!

Уголки губ целителя дрогнули, когда он подумал про себя: «Правда о том, что у Му’эра лишь обычное телосложение рано или поздно всплывёт. Когда придёт время, я не представляю, какая будет реакция у этих стариков. Они даже могут поставить на уши весь мир. Однако… всё же странно, что он смог одолеть пикового практика боевых искусств с помощью лишь обычной палки. Может у него и правда что-то наподобие Тела Тирана? Или это просто эффект от приёма духовной крови?

Даже учитывая весь свой внушительный багаж знаний, этот вопрос оставался для целителя тайной.

Выпитая кровь четырёх духов заставила жизненную Ци внутри Цинь Му активно циркулировать, из-за чего его воспалённые мышцы начали оправляться и возвращаться к своему нормальному состоянию, а его кровь текла более плавно и устойчиво. С течением времени его жизненная Ци начала циркулировать с ещё большей скоростью чем раньше и так как усталость медленно отступала, его шаги подсознательно ускорились.

На лицах старика Ма, хромого и других калек читалось удивление, но они всё так же молча продолжали следовать за Цинь Му.

Ранее Цинь Му обнаружил, что практика дыхательной техники Трёх Эликсиров Тела Тирана во время бега помогала увеличить скорость его совершенствования. А если ещё учесть кровь четырёх духов его совершенствование возрастало семимильными шагами, отчего он позабыл обо всём вокруг и решил побежать.

Он быстро позабыл о своих ноющих мышцах, от чего его скорость продолжала увеличиваться. Его жизненная Ци циркулировала по всему телу с возрастающей скоростью, пронизывая собой плоть, кости, волосы и даже ногти.

Ускорившись до предела, Цинь Му превзошел свой прошлый максимум скорости. Однако он не замечал этого, лишь только чувствовал себя всё более и более расслабленным, когда выкладывался во время бега на полную.

По его телу проступили мутные капли пота, вперемешку с какой-то чернотой и белыми жировыми катышками.

Вот только… Цинь Му не ощутил совершенно никаких изменений, происходящих в его теле.

Целитель и старейшина иногда украдкой обменивались изумлёнными взглядами.

— Старик Ма, когда твоя жизненная Ци начала очищать твоё тело? — спросил целитель.

— Когда я был на вершине области Духовного Эмбриона, — со всей серьёзностью заговорил Ма, — во время тренировок кулаков я внезапно смог проявить своё первое божественное искусство — “Кулачное Искусство Очистки Тела”. Моя жизненная Ци походила на лазурных драконов, обвивающих мои руки.

Целить перевёл взгляд на хромого, который тут же ответил:

— Я тоже находился на вершине области Духовного Эмбриона. В тот день, когда это случилось, я пытался догнать ветер. Я хотел пройтись по небу, наступая на неуловимые края порывов ветра, как вдруг случилось чудо — моя жизненная Ци начала очищать тело. Свища, словно сам ветер, она вылетала из каждой поры моей кожи. Я сильно разволновался и… Чуть не помер, когда, потеряв концентрацию, упал с неба.

— У меня всё примерно так же, — вздохнул целитель. — Я пытался очистить тело используя своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона как печь, а мою жизненную Ци, как травы. В итоге я познал чудо очистки тела жизненной Ци, когда та крестила моё тело, подобно огню. А Цинь Му всё ещё даже не сломал свою первую стену, но уже начал очищать тело.

(П.П.: Какое пафосное старичьё то =))

— Тело Тирана определённо властное, — рассмеялся хромой. — Мы, владельцы обычных Духовных Тел, не можем не завидовать.

Целитель решил промолчать, когда бежал с странным выражением лица.

Тело Тирана?

Если бы у Цинь Му действительно было Тело Тирана, он бы не был так поражен.

Хромой и Ма объясняли все эти вещи себе тем, что Цинь Му имел Тело Тирана, но он то знал правду! Их ученик перещеголял практиков с Духовными Телами, начав очистку своего тела так рано с совершенно обычным телосложением!

Целитель, грозный практик боевых искусств, несмотря на все свои знания и опыт, не мог не цепенеть от шока, осознавая правду.

— Му’эр ещё даже не пробудил своё Тело Тирана, но как только это произойдёт, он сможет использовать свою Ци Тела Тирана, чтобы управлять вещами с расстояния, хе-хе! — взволновано прокряхтела Сы. — Имперский Наставник Империи Вечного Мира даже в подмётки бы не годился нашему малышу, если бы он был одного с ним возраста, верно?

Сердце целителя дрогнуло, и он невольно перевёл взгляд на старейшину деревни.

Однако старейшина молчал.

Тела Тирана не существовало, следовательно, и не было никакой Ци Тела Тирана. А жизненная Ци обычного человека никогда не сможет контролировать вещи с расстояния, и когда Цинь Му обнаружит это, ложь раскроется.

Тем не менее до этого момента Цинь Му придётся “пробудить” своё “Тело Тирана”, что значит, что ему придётся разрушить свою Стену Духовного Эмбриона.

Но как обычному человеку разрушить “Стену”?

Старейшина деревни слегка хмурился…

Окажет ли питьё крови четырёх духов хоть какое-то влияние на Цинь Му? Как долго он сможет скрывать правду ото всех?

Глава 15. Хождение по воде

Цинь Му бежал, как ветер, его жизненная Ци становилась всё сильнее и сильнее. Впрочем, независимо от того, сколько километров он пробегал, старики деревни Цань Лао могли соответствовать его шагу. Даже слепой мог идти в ногу со всеми, как будто он неуклонно двигался по ровной земле.

Как только Цинь Му вошел в лес, перед ним появился чёрный силуэт и проревел:

— Умри, кроха!..

Это была демоническая обезьяна! Увидев Цинь Му, она выдала яростный рёв, встречая “кроху”, снова вторгшегося на её территорию.

Однорукий Ма бросил взгляд на освирепевшего зверя…

Этот взгляд был лишен эмоций. Он испугал громадного зверя, заставив его почувствовать, как близко он сейчас от смерти. В результате тот забыл о своём высокомерии и агрессии, в беге покидая свою территорию.

Цинь Му продолжал бежать направляясь домой, его жизненная Ци циркулировала и кипела, пока он спокойно проделывал остаток пути. Только по прибытию в деревню он очнулся от транса, наконец-то обнаружив, что был с ног до головы в какой-то мерзости. Он даже не заметил, как именно появился толстый слой, состоящий из засохшей крови и жира.

— Му’эр, иди к реке и умойся, — сказала бабушка Сы. — Слепой, иди с ним, чтобы монстры с реки не схватили его.

Слепой, облокотившись на бамбуковую трость, проследовал за Цинь Му к реке. Малец мгновенно разделся и прыгнул в воду, чтобы смыть нечистоты.

Слепой осторожно постучал по поверхности реки своей бамбуковой тростью, отпугивая огромную зелёную рыбу, которая кралась к Цинь Му. Она тут же выпрыгнула из воды и плеснула в нескольких метрах. Эта рыба была около шести метров в длину, а её усы напоминали восемь двухметровых щупалец.

Помывшись, Цинь Му посмотрел на волны реки. В его груди разразилась храбрость, перерастающая в настоящую бурю эмоций.

Его жизненная Ци беспокойно вздымалась, поднимаясь к горлу, пока он не издал громкий гортанный крик. Казалось, будто он открыл таинственную сокровищницу богов!

Крик разлетелся по горам и лесу, заставляя поверхность реки дрожать.

Продолжая издавать громогласный крик Цинь Му поднялся из-под воды и затем вдруг сорвался с места, побежав огромными шагами по её поверхности!

При каждом шаге сила его ног сливалась с жизненной Ци, струящейся по его ногам, создавая внезапный всплеск силы. Всякий раз, когда его ноги касались поверхности реки, вода взрывалась во всех направлениях!

Прежде чем потревоженная вода успевала упасть обратно в реку, Цинь Му оказывался за много метров, продолжая бегать по воде.

Плюх! Плюх! Плюх!..

В воздухе раздался резкий звук стучащих о воду ног Цинь Му. Вскоре он пробежал по реке полтора километра.

Цинь Му чувствовал себя так же свободно, как птица, всё сильнее вскрикивая от восторга. Радость от бега исходила из самых глубин сердца. Его длинные и беззаботные шаги носили его по всей реке. Звук был таким словно небесная музыка исполняемая бессмертными спускалась с неба, сопровождаемая мелодичными криками дракона и феникса.

Скорость Цинь Му поражала. За короткое время он уже успел пробежать от одного берега реки к другому. Нежный ветер подул по её волнистой поверхности, а он уже начал бежать в обратную сторону.

Слепой приподнялся со своей бамбуковой тростью, когда ветер пронесся над ним от реки, взъерошив его белые волосы. Слушая крики Цинь Му, он нежно улыбнулся и кивнул головой.

— Пока обезьяна вопит то с одной стороны реки то с другой, холодный ветер заморозит её промежность! — громко проговорил он. — Тебе не холодно бегать по реке с неприкрытым задом, Му’эр?

Цинь Му с всплеском упал в воду и удивлённые крик эхом отозвался от центра реки.

Через мгновение юноша выплыл на берег и смущённо вышел из воды, вытирая тело, чтобы можно было снова надеть одежду.

Момент прозрения заставил его отвлечься от самого себя и полностью забыть, что он голый, когда бегал по реке. Тем не менее, поскольку одежды на нём не было, это было действительно прохладно и освежающе.

«Хорошо, что слепой дедушка не может видеть…» — подумал он про себя.

Цинь Му оделся и поспешно поправил рубашку, но как только он поднял глаза, то увидел перед собой в лесу стоящих старого Ма, немого и остальных жителей деревни. Пришла даже бабушка Сы и старейшина деревни, которого принесли на носилках.

Лицо Цинь Му страшно покраснело.

— Б-бабуля! К-когда вы все сюда пришли? — спросил он, заикаясь.

Бабушка Сы рассмеялась и сказала:

— Му’эр, все мы видели твою задницу бесчисленное количество раз, поэтому тебе нечего смущаться. Мы услышали твои радостные крики и пришли посмотреть.

— Иди сюда, Му’эр, — сказал старейшина деревни, слегка кашляя. — Тебя преследовали пять практиков области Духовного Эмбриона. Возможно, они смогли нанести тебе травмы, которые трудно заметить. Пусть целитель тебя осмотрит.

Цинь Му подошёл вперёд и позволил целителю провести тщательный осмотр его тела.

Закончив, целитель покачал головой и сказал:

— Нет серьёзных проблем. Все его раны поверхностны.

Старейшина деревни затем провёл собственное обследование, в итоге согласившись, что с Цинь Му всё хорошо и он может уйти. Мясник тут же оттащил мальца, чтобы тот тренировался искусству боя на ножах.

Не удовлетворенный тем, что Цинь Му понадобилось более пяти тысяч ударов, чтобы победить Цюя, мясник решил подвергнуть его безжалостной тренировке.

Наблюдая за неистово двигающимся ножом Цинь Му, целитель подошёл к носилкам деревенского старейшины.

— Ты что-нибудь узнал? — спросил он.

— Скорость, с которой развивается его жизненная Ци, растёт необычайно быстро! — воскликнул старейшина, ничего не скрывая. — Разница между вчерашним и сегодняшним днём показывает, что его прогресс выходит за рамки моего воображения. Его недавний крик мог быть сделан только в случае резонанса его горла с жизненной Ци. Он даже обладал характеристиками бога и дьявола. Даже практик области Духовного Эмбриона не сможет достичь резонанса бога и дьявола, не говоря уже о том, что Цинь Му ещё не сломал свою Стену Духовного Эмбриона! Если бы мы были обычными людьми, как он, нам понадобилось бы двадцать лет, чтобы развить свою жизненную Ци до такого уровня.

Крики, которые Цинь Му неконтролируемо издавал, когда бежал через реку, были результатом резонанса его горла с жизненной Ци. В то же время, он непреднамеренно добавлял нотки дьявольского голоса, который он услышал в развалинах.

Удивительно, но пока он запоминал голос дьявола, он также смог разобрать коллективный голос девиц, который чётко отложился у него в памяти.

В результате этого, некоторые особенности голоса бога были также неосознанно задействованы в его крике.

Когда другие услышали крики Цинь Му, они посчитали их обычными, потому что не могли услышать глубины за ними. Однако, поскольку старейшина деревни смог ясно всё разобрать, это определённо имело не малое значение.

— Резонанс бога и дьявола !?— целитель подпрыгнул в шоке. — Как он достиг такого? Получить эффект двадцати лет совершенствования за ночь? Это слишком пугающе… Могла ли кровь четырёх духов вызвать это?

Старейшина деревни покачал головой:

— Несмотря на то, что кровь четырёх духов может улучшить строение его тела и жизненную Ци, такой результат невозможен.

Целитель глубоко задумался, а затем ответил:

— Может быть у Му’эр действительно дар? Может у него были прекрасные задатки для совершенствования с самого рождения?

— Почему с таким даром у него тело обычного человека? — старейшина деревни нахмурился. — Гений от природы был бы рождён с Духовным Телом. Более того, резонанс бога и дьявола… Какой гений смог бы повторить такое?

— Этот резонанс… Это хорошо, или плохо? — спросил целитель.

— Понятия не имею, — ответил старейшина деревни. — Я слышал в его криках как резонанс бога, так и дьявола. Эти голоса сражались друг с другом. Я не уверен, хорошо это или плохо.

Целитель вздрогнул, но всё же спросил:

— В таком случае, откуда эти голоса взялись?

— Я не знаю!

У обоих мужчин начала болеть голова. Это был первый раз за долгое время, когда у них болела голова от того, что они не могли понять чего-то.

С того времени, когда они подобрали Цинь Му из реки, количество непонятных вещей постоянно увеличивалось.

Вскоре спустилась ночь, и деревня Цань Лао вновь была окутана тьмой. В деревянном доме бабушка Сы спала в своей комнате, а Цинь Му в своей.

Посреди ночи в голове бессознательного Цинь Му раздался мрачный голос. Мелодичный голос прозвучал в ответ. Это были голоса бога и дьявола. Они начали сражаться друг с другом, а их крики становились громче и громче.

Резонанс голосов бога и дьявола медленно перерастал в бой между светом и тьмой. В своём уме Цинь Му внезапно превратился в бесформенную душу, плывущую в небе над этим столкновением, безучастно глядящей вниз.

Битва между тьмой и светом проходила в месте, сильно напоминающем те руины, где он впервые увидел подобное зрелище. Однако это место было гораздо более просторным и величественным. Тьма напоминала щупальца, постоянно пронизывающие свет, в то время как свет вспыхивал в коротких очередях, вытирая тьму.

Спустя несколько мгновений Цинь Му, наконец, смог ясно разглядеть, из чего состояла тьма и свет. Тьма на самом деле была бесконечными волнами бесов.

Дьявольский голос был не одним голосом, а воинственным криком миллиардов бесов!

Также было и со светом. На самом деле он был морем богов, одетых в золотую броню, кричащих в готовности сражаться с бесами!

Цинь Му “стоял” высоко над противоборствующими сторонами, из-за чего все боги и бесы казались крошечными точками. Он думал, что это была битва тьмы и света, потому что находился слишком далеко, чтобы разглядеть детали.

Теперь, когда он мог видеть, что происходит на самом деле, шок и ужас переполнили его!

Цинь Му внезапно открыл глаза, его тело было залито потом. Он понял, что громкие голоса богов и дьяволов переполнили его разум, угрожая расколоть голову на две части.

Тем не менее именно в этот момент нефритовая подвеска, которую он носил на груди, медленно поднялась в воздух, подлетела к месту между его бровями и мягко туда прислонилась. Нежное, успокаивающее чувство возникло в голове Цинь Му, и голоса исчезли.

Цинь Му внезапно сел, глубоко дыша, его сердце переполнялось растерянностью. Он понятия не имел, что произошло.

Спустя несколько мгновений он покинул дом и пошёл через деревню, сравнивая свою нефритовую подвеску с призрачным сиянием каменных статуй.

Тьма окутала всё за пределами деревни, поэтому нефритовая подвеска сияла точно таким же эфирным светом. Цинь Му в оцепенении смотрел на подвеску, а в его глазах отражался мерцающий свет. Казалось, он не мог их оторвать.

Скрываясь от него, бабушка Сы подошла сзади и увидела эту мрачную картину.

«Даже несмотря на то, что мы, жители этой деревни, вырастили его, — подумала она про себя с болью в сердце. — Ему придётся уйти…»

Затем, внезапно, её глаза наполнились решительностью.

«Внешний мир намного опаснее Великих Руин! Он недостаточно силён! Ещё рано!»

Глава 16. Девочка в Храме

Яркие глаза смотрели на нефритовую подвеску. Несмотря на то, что Цинь Му было всего около двенадцати лет, он уже многое понимал.

Однажды, когда он отправился с бабушкой Сы помогать при родах, в отличие от того трагического результата, всё прошло гладко. Вид любящей семьи согрел его сердце.

Это заставило Цинь Му спросить, как он родился и где были его родители. Однако бабушка Сы не смогла ответить ему. Она всего лишь сказала, что его вытащили из реки, вместе с этой нефритовой подвеской.

Поэтому Цинь Му дорожил ею. Он надеялся, что однажды та поможет ему найти своих родителей и спросить их, почему они его покинули.

Спустя некоторое время, Цинь Му одел подвеску обратно на шею, где та обычно находилась. Его выражение было спокойным, пока этот случай оседал глубоко в его сердце. Бабушка Сы, которая держалась на расстоянии, вернулась домой перед его приходом.

На следующий день старый Ма, слепой, одноногий хромой и глухой продолжили охотиться, добывая кровь четырёх духов для Цинь Му. Эти четверо человек, по сути, истребили всех зверей в радиусе нескольких сотен километров, из-за чего им приходилось путешествовать ещё дальше, чтобы раздобыть кровь для обработки.

Старейшина деревни не мог самостоятельно передвигаться, целителю постоянно приходилось собирать травы, мясник всегда вёл себя озлобленно и время от времени сходил с ума, а глухого интересовала только каллиграфия и картины.

Поэтому бабушка Сы была единственным человеком, который мог составлять компанию Цинь Му, пока он совершенствовался.

Однако Сы также не всегда была в деревне. Как портной и акушер, она имела много дел в соседних деревнях.

Одним ранним утром бабушка Сы покинула деревню, целитель отправился собирать травы, а мясник и глухой перенесли старейшину к входу в деревню и разошлись по своим делам. Один — затачивать ножи, другой — рисовать.

Преодолев скуку, Цинь Му отправился на берег реки. С тех пор, как его корова превратилась в женщину, и одноногому пришлось её зарезать, его обязанности резко сократились.

Стоя у реки он глубоко вдохнул, от чего его грудь вздулась от воздуха. Затем он направил к груди свою жизненную Ци, и та медленно вернулась к нормальному размеру…

Но он ещё не выдохнул. Вместо этого он использовал свою жизненную Ци для поддержки своих лёгких, делая их чрезвычайно крепкими. Затем он сжал воздух в легких, уменьшая его объём в десять раз.

Цинь Му продолжал вдыхать, но его грудь всё ещё не расправлялась. Достигнув своего предела, он тут же бросился вперёд, как стрела, выпущенная из лука!

Он бежал по реке, как ураган, вызывая на воде две волны, которые расходились перпендикулярно его направлению.

Внезапно над водой реки сверкнул металл. На бегу, Цинь Му вынул свой нож для убоя свиней. Он мерцал в воздухе, вспыхивая, как дракон, плывущий в воздухе.

Это был навык ножа мясника — “Забой Свиней”! Как и его создатель, этот навык казался озлобленным и обладал дикой, властной аурой, которая отказывалась поклоняться небесам и земле. Нож сиял, взмахивая взад-вперёд, готовый сокрушить всё на своём пути.

Неожиданно, проблеск металла исчез, Цинь Му вернул нож для убоя свиней на своё обычное место, в ножны на спине.

Переходя к кулачному мастерству старого Ма, он направил свою жизненную Ци в руки. Сжав ладонь в кулак Цинь Му стал напоминать реку Янцзы пересекающую плато, мчась по небу и врываясь в море, подобно нескончаемому потоку воды.

Восемь Громовых Ударов Первой Формы — Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

Делая удар за ударом, в фантазии Цинь Му появлялась сцена бушующей реки, впадающей в штормовые волны огромного моря. Картина, подобная этой, возникла и в его кулачном мастерстве.

Однако, как только он это сделал, его кулак внезапно раскрылся прямо посреди удара, от чего его пальцы и ладонь задрожали. Воздух перед его ладонью быстро сжался, затем взорвался, вызывая волны на поверхности реки.

«Этого недостаточно, — на бегу подумал Цинь Му, — я всё ещё не могу создать гром ладонью».

Разочарование давило на Цинь Му. Самый низкий уровень Восьми Громовых Ударов старого Ма требовал от практикующего создание громоподобного звука ладонью. Каждый удар должен греметь, обладая удивительной силой, которая способна пленить душу человека.

Только тогда он смог бы постичь божественное искусство, которое можно развить до степени, позволяющей контролировать гром и молнию своими руками… Степени, до которой тот даже не приблизился.

Продолжая бежать, Цинь Му схватил бамбуковый посох, привязанный к его спине.

Нанося колющие удары в пустоту вокруг себя, он не использовал обычный навык владения посохом. Умение, которое он изучал, было на самом деле навыком копья. Его бамбуковый посох напоминал огромное копьё, которое взбивало воду реки, как бушующий дракон. Каждый взмах, каждый укол, каждый щелчок и толчок сопровождался всплеском воды.

Как только Цинь Му стал доволен результатом, он заменил свой бамбуковый посох на огромный железный молот. Затем он совершил серию ударов чтобы продемонстрировать навык молота, которому его обучил кузнец. Этот навык был простым и грубым, но он обладал несколькими тоннами силы. Каждый удар был чрезвычайно тяжелым, что вкупе с движением Цинь Му, использовало две крайности боевых способностей!

После бега и длительной практики каждого из своих навыков, Цинь Му, наконец, почувствовал, что его жизненная Ци начала течь медленнее. Он ощущал истощение в теле от почти иссякших сил.

Оглядевшись вокруг, Цинь Му обнаружил, что ушел на десятки миль вниз по течению, что было довольно далеко от родной деревни.

«Я действительно забежал так далеко, даже не заметив?» — подумал он.

Цинь Му продолжал осматриваться, пока не заметил остров посреди реки. Бурная вода омывала его со всех сторон. Зрелище заинтересовало его, и он тут же бросился к нему.

Несколько мгновений спустя добравшись до суши, Цинь Му ступил на остров.

Этот остров был не очень большим. Из-за своего положения он напоминал небольшой холм, заросший растительностью, около тысячи метров в диаметре и около ста тридцати метров высотой.

В густом лесе, покрывающем остров, был слышен только звук воды. Глубоко внутри этого леса, недалеко от Цинь Му, находился полуразрушенный древний храм.

Прогуливаясь по лесу в сторону храма, Цинь Му увидел, что здание лежало в руинах и повсюду свисала паутина. Оно явно было необитаемым в течение длительного периода времени. Тем не менее, оно всё равно могло послужить хорошим местом для отдыха.

Цинь Му остановился перед храмом. Одна из дверей, служившая входом, рухнула, показав слабый свет исходящий изнутри. Он увидел, что в храме возвышается статуя Будды, покрытая позолоченными листьями, излучающими сияние.

Однако, поскольку никто не был здесь в течение очень долгого времени, большая часть позолоты на листьях облезла, открывая под собой медную эмаль. Странный, волнистый текст был нанесён на эту эмаль. Он выглядел так, будто был написан детьми.

Гигантские толстые цепи обматывали тело Будды, словно сдерживая его на месте. Проведя по ним взглядом, Цинь Му увидел, что они простираются от храма, вплоть до края острова, где погружаются глубоко в бушующую реку.

«Как странно… Почему эта гигантская статуя связанна цепями? — Цинь Му подумал про себя. — Слепой дедушка как-то сказал, что перед входом в храм нужно совершать некий ритуал с зажжением благовоний. Поскольку у меня их нет, отдохну ка я снаружи».

Цинь Му прочистил горло и поклонившись отдал дань уважения:

— Этот скромный человек живёт в деревне Цань Лао, расположенной недалеко от реки. Я наткнулся на Ваш храм и хотел бы отдохнуть здесь некоторое время. Если я встревожил хозяина этой земли, я искренне извиняюсь.

Он заколебался, прежде чем продолжить чтение молитвы, которой его научил слепой.

— С малого возраста у меня слабые почки и хрупкое тело. Моё изначальное Ян уже давно рассеялось. Если здесь присутствует богиня-сестра, пожалуйста, не причиняй мне вреда.

(П.П.: изначальное Ян — мужское начало, типа импотент уже xD)

Слепой был старым и опытным скитальцем, поэтому Цинь Му твёрдо верил его словам. У него однозначен не должно возникнуть проблем, если он прочитает молитву точно так же, как учил слепой.

Закончив свою молитву, Цинь Му сел на каменные ступени. Он снял с ног железные ботинки и веса с икр, затем начал восстанавливать силы, используя свою дыхательную технику.

На нём были одеты железные сапоги и веса в течении всего времени, что он бежал по реке. Этот комплект был доработан немым кузнецом, и весил гораздо больше, чем предыдущий.

Внезапно из-за Цинь Му раздался нежный смех.

— Ты сказал что-то довольно интересное, — прозвучал девичий голос. — Хм… Думаю, я не стану тебя есть. Решено!

Цинь Му сразу обернулся, чтобы посмотреть, кто говорил.

На ладони Будды, смеясь над ним, сидела маленькая девочка, которая выглядела приблизительно его возраста. Она была босой и носила простое платье. Её волосы были сплетены в три косички. Две тонкие свисали перед её грудью, а третья, более толстая, лежала на спине.

Её босые ноги свисали с руки Будды, активно покачиваясь взад-вперёд. Золотые браслеты на её лодыжках звенели от каждого движения, дополняя её смех и заставляя его звучать красиво, будто солнечный свет ранней весною.

Цинь Му быстро поднялся и сказал:

— Как мне обращаться к богине-сестре?..

— Какая богиня-сестра? — девушка спрыгнула с руки Будды и широко улыбнулась, обнажив свои маленькие клыки. — Меня зовут Сянь Цин’эр, и я живу поблизости. Я никогда не встречала здесь той, о ком ты говоришь. А как тебя зовут?

Увидев красивую улыбку девушки, Цинь Му почувствовал, что она не может быть плохой и вздохнул с облегчением.

— Меня зовут Цинь Му, что значит — “мальчик, пасущий коров”. Цинь — моя фамилия. Старики в деревне всегда посылали мне пасти коров.

— Действительно? — Сянь Цин’эр подошла к двери храма и открыла её, чтобы рассмотреть его поближе. Затем она оглянулась и хихикнула. — А где же тогда твоя корова?

Цинь Му на мгновение заколебался, прежде чем сказать:

— Она превратилась в женщину, так что её больше нет.

— Такие интересные вещи до сих пор случаются? — Сянь Цин’эр спросила с изумлением, взволновавшись. — Как это случилось? Можешь ли ты трансформироваться?

Цинь Му покачал головой:

— Я пока не могу, но моя бабушка может.

— Я думала ты знаешь! — Сянь Цин’эр разочарованно ответила. — Что ещё интересного ты видел? Быстро! Заходи и рассказывай мне всё о них!

Только начав поднимать ногу, чтобы переступить порог храма, взгляд Цинь Му прошел мимо Сянь Цин’эр и упал на кучку белых костей, торчащих из-за статуи Будды. В его сердце внезапно возникло плохое предчувствие, его нога остановилась в воздухе, и он нерешительно сказал:

— Слепой дедушка велел мне всегда поджигать благовония и молиться Будде, прежде чем входить в храм. У меня нет благовоний, так что лучше я останусь здесь.

— Просто зайди! — Сянь Цин’эр сладко улыбнулась.

— Я думаю мне лучше остаться снаружи, — Цинь Му моргнул глазами и отвёл ногу назад, одарив девочку улыбкой, которая выглядела намного искренней, чем те, которые постоянно показывал хромой. — Почему бы тебе не выйти? Тогда я смогу рассказать тебе ещё много интересных и забавных историй.

Взгляд Сянь Цин’эр слегка колебался, когда она закусила губу и хихикнула:

— Я знаю о некоторых постыдных вещах, которые могут делать между собой только мальчик и девочка. Войди и я научу тебя им.

По сравнению с её ярким, невинным, девичьим поведением, которое было ранее, сейчас… Сейчас её сладкое, обаятельное дыхание выглядело невероятно соблазнительно.

Лицо Цинь Му покраснело, но он тут же сделал небольшой успокаивающий вдох.

— С малого возраста у меня слабые почки и… — упрямо проговорил он.

— Войди! Сейчас же! — с губ маленькой девочки сорвался грубый, гортанный рёв.

Глава 17.

Лицо Сянь Цин’эр перекосило от гнева, став выглядеть чрезвычайно отвратительно. Её миниатюрная девичья фигура начала вздуваться и напухать, в то время как из нижней части тела доносились скрежещущие звуки. Костяные лапы пронзили её платье изнутри, простираясь по полу подобно сколопендре.

Разрывая кожу её спины, изнутри тела вырвались костяные пластины, придав ей странный, неестественный изгиб. Из её рук вырвались костяные лапы с чрезвычайно острыми когтями вместо пальцев!

Костяные отростки, похожие на оленьи рога, торчали из затылка, а лицо искажалось в гримасе, внушающей невыразимый ужас.

Её тело удлинилось и стало толще, в итоге начав напоминать собой гигантскую костяную сколопендру!

— Войди! Сейчас же! — проревела она голосом, похожим на стенающие вопли бесчисленного числа женщин.

Цинь Му удивлённо уставился на костяную сколопендру, но всё же отрицательно покачал головой и сказал:

— Нет.

Чудовище пронзительно взревело. Двинувшись по кругу его бесчисленные лапы застучали по полу храма, после чего оно тут же нырнуло в сторону входа. Тем не менее после каждой попытки это приводило только к тряске всего острова и громыхающей вибрации цепей, обёрнутых вокруг статуи.

Цинь Му сразу же кинул взгляд на цепи, тянущиеся к реке. Они простирались от самого берега к храму, в итоге оборачиваясь вокруг гигантской золотой статуи Будды и в конце концов крепясь к телу чудовища.

Цепи были прикованы к золотым кандалам, что “украшали” тело чудовища. Каждый раз, когда тот пытался нырнуть в проход ведущий в храм, цепи оттягивали его обратно.

Неважно как яростно монстр обнажал свои клыки и размахивал когтями, он не мог ступить и на полшага из храма.

Посреди всего этого хаоса Цинь Му совершенно спокойно сидел напротив храма и практиковал Три Эликсира Тела Тирана, чтобы восстановить свои силы.

Через некоторое время сумятица позади него улеглась. Не сумев вырваться из оков цепей, монстр повернулся в сторону золотого Будды и взревел:

— Ты чёртовый лысый монах! Ты тот, кто держит меня здесь! Ты пытаешься заморить меня голодом до смерти? У этого пацана даже нет с собой благовоний, так почему бы тебе не позволить мне съесть его?

Монстр в расстройстве налетел на статую Будды, разбросав по храму бесчисленные непогребённые белые кости, что были за ней. Несмотря на всё это, статуя оставалась неподвижной.

Цинь Му молча бросил взгляд за спину, затем резко шокировано развернулся. Каждая кость была человеческой! Было невозможно определить сколько людей умерло в этом полуразрушенном храме.

Достаточно скоро монстр в храме успокоился, собрал все кости и вновь спрятал их позади золотой статуи Будды. Затем он подполз к входу в храм, жадно уставившись налитыми кровью глазами на Цинь Му.

— Лысый монах, мясо пришло прямо к нашему порогу, ты понимаешь? Мясо у нас на пороге… — бормотал монстр, глядя на затылок Цинь Му с капающей из пасти слюной.

Спустя некоторое время он снова трансформировался в форму маленькой девочки Сянь Цин’эр. Ремешок платья, словно случайно, соскользнул с её тоненького плеча.

— Малыш, подойди. Давай пошалим! — хихикнула она.

У Цинь Му была сильная воля, поэтому он был глух и нем к её соблазнению. Когда его силы и жизненная Ци окончательно восстановились, он почувствовал, что сегодняшняя практика принесла хорошие плоды, ведь его совершенствование значительно возросло.

Сердце Цинь Му слегка сжалось при мысли, что он может собрать свою жизненную Ци и, используя песнопение дьявола, попытаться вновь разрушить Стену Духовного Эмбриона.

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е…

В момент, когда жизненная Ци Цинь Му начала мчаться к его Стене Духовного Эмбриона, изнутри древнего храма вырвалось глухое рокотание. Лучи кровавого света пробегали по странным отметинам на медной эмали позолоченных листьев Будды. Эти лучи покрывали листья, вынуждая их засиять ярким золотым светом!

Буууууум!..

В разгар сильнейших вибрация золотая статуя Будды, покрытая позолоченными листьями, открыла глаза, излучая гнетущую ауру. В ушах Цинь Му тут же прогремел величественный крик:

— Еретический путь дьяволов! Как ты смеешь быть таким наглым передо мной, воспевая дьявольское заклинание! Ты действительно недисциплинирован и непослушен! Я воспользуюсь заклинанием будды, чтобы усмирить тебя!

Выражение разочарования на лице девушки-монстра сменилось на крайнее недоверие. Золотой Будда схватился за цепи и потянул беспомощного монстра к себе.

Бхум!

Монстр упал на колени перед статуей. Не способный двигаться, он начал пресмыкаться перед лицом внушительного давления Будды.

Золотая статуя открыла рот и произнесла ряд неизвестных слов, напоминающих повторяющуюся буддийскую мантру:

— Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум!..

Услышав голос Будды, монстр почувствовал, что невидимая сила сокрушает его душу, заставляя стенать от боли.

Вне храма заклинание Будды сдуло Цинь Му прочь, от чего тот запаниковал. Однако именно в этот момент его жизненная Ци достигла Стены Духовного Эмбриона, заставив зазвучать голос бога, повторяющего своё заклинание.

Голос бога и голос Будды охватили Цинь Му в одно и то же время, громко резонируя в столкновении друг с другом, что значительно снизило давление на самого Цинь Му.

«Шанс!» — подумал он.

Мгновенно среагировав, Цинь Му начал повторять дьявольское песнопение.

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е! Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е!..

Голос Будды доносился из храма с возрастающей громкостью:

— Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум!..

В то же время голос бога с девяти небес, исходивший из лба Цинь Му, также увеличивал громкость:

— Гуань Мин Дуань Цзин У Сы Цзянь Ю! Тянь Ши Дуй Си Вэй Лин Ну!

Когда три голоса смешались, сила, мешающая его жизненной Ци нанести удар по Стене Духовного Эмбриона, внезапно, исчезла!

Пользуясь случаем Цинь Му на полную задействовал дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, собирая всю свою жизненную Ци и направляя её к Стене Духовного Эмбриона!

Вьюх!..

Подобно огромным волнам воды бушующей реки, тяжелыми валами обрушивающиеся о берег, у Стены Духовного Эмбриона произошло масштабное столкновение. Она развалилась с рокочущим грохотом, в то время как его жизненная Ци тут же величественно затопила Божественное Сокровище Духовного Эмбриона.

Сразу же после этого свирепая жизненная Ци хлынула из Духовного Эмбриона, мгновенно распространяясь по всему его телу. Вздымающаяся Ци даже пропитала его волосы, вынудив каждый волосок на коже тела встать дыбом!

Стена Духовного Эмбриона полностью снесена!

Стена уничтожена! Успех!

Такой внезапный результат ошарашил Цинь Му. Он перестал читать дьявольское песнопение. Голос бога неожиданно исчез и без противника буддийский голос от статуи золотого Будды внутри храма тоже перестал звучать. Статуя вернулась к своему обычному, неподвижному состоянию… Разве что монстр теперь не бодрствовал, а неподвижно валялся возле неё, из-за чего было непонятно жив он или помер.

Невидимая стена на лбу между бровями Цинь Му, которая всё это время мешала ему пробудить своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, окончательно пала. Теперь ни что не мешало ему видеть его!

«Мне действительно удалось сломать “Стену”?» — думая об этом Цинь Му не мог сдержать волнения в своём сердце, издав радостный клич стоя перед храмом.

Он выпил неизмеримое количество крови четырёх духов, которая, вплоть до сего дня, совершенно не помогала ему пробудить Тело Тирана. Но теперь… Ему таки удалось разрушить стену во время противостояние трёх голосов. От этого в его маленькой груди вздымалось чувство выполненного долга.

Через некоторое время Цинь Му окончательно успокоился и подумал про себя: «Стена Духовного Эмбриона… Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Поскольку это божественное сокровище, боги, должно быть, оставили мне что-то ценное…»

Закрыв глаза, Цинь Му увидел сверкающие золотые лучи, исходящие из места между его бровями. Когда его сознание осторожно вошло в таинственную “божественную сокровищницу”, он увидел, что Божественное Сокровище Духовного Эмбриона в действительно являлось причудливым пространством, наполненным сверкающими золотыми лучами… Словно он попал в несравненно древний рай.

Духовный Эмбрион напоминал волшебную землю, состоящую из моря света. Когда сознание Цинь Му углубилось в так называемую “божественную сокровищницу”, свет подпитывал его, от чего тот чувствовал себя невероятно комфортно.

Однако, несмотря на то, что его сознание блуждало по всему этому морю золотого света в течении довольно длительного периода времени, он так ничего и не обнаружил.

«Разве это не мой Духовный Эмбрион? Почему же тогда здесь ничего нет? Неужели сами боги отобрали мои сокровища?»

Цинь Му испытывал путаницу в сердце. Теперь, когда он добрался до своего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, где находилось само сокровище?

Затем, словно из ниоткуда, в его поле зрения появилась возвышающаяся каменная статуя. Она изолированно стояла посреди моря света.

«Почему в моём Духовном Эмбрионе находится каменная статуя? Неужели она и есть моё божественное сокровище?»

Такое внезапное развитие событий смутило Цинь Му. Только когда его сознание пропорхало вокруг каменной статуи, осматривая её, он заметил странность. Он ошибочно подумал, что статуя сделана из камня, когда на самом деле это не так.

“Каменная статуя” действительно выглядела так, словно была высечена из камня, но это было не так. Текстура статуи напоминала нефрит, но это так же не было он. Сверкая статуя казалась полупрозрачной, излучая мягкую ауру.

Наиболее загадочным в статуе было то, что она имела невероятное сходство с ним.

Только она напоминала Цинь Му, когда тот ещё был малышом в возрасте примерно трёх лет!

«В моём Духовном Эмбриона находится скульптура меня самого? Неужели боги знали, как я выглядел и в итоге высекли статую меня, затем спрятав её в моём Божественном Сокровище Духовного Эмбриона?» — эта мысль поразила Цинь Му.

Затем, когда его сознание слегка коснулось статуи, он потерял контроль над ним.

Его сознание вошло в статую!

П.П.: Название главы — Разрушение Стены Духовного Эмбриона

Глава 18. Ужасный ребёнок

В глазах Цинь Му внезапно потемнело, и, восстановив контроль над своим разумом, он обнаружил, что находился внутри статуи!

«Что произошло?» — подумал он про себя.

Цинь Му открыл свои “глаза” и попытался осмотреться, чтобы понять, что он может сделать в данный момент. Затем он попытался повернуть голову и обнаружил, что она у него была.

Он посмотрел вниз и заметил, что его разум слился со статуей, и что конечности статуи были его конечностями!

Разум человека должен был быть бесформенным, но разум Цинь Му обрёл осязаемую оболочку. Это всё было невероятно странным!

Цинь Му чувствовал, что эта статуя была своего рода духом. Она казалась энергией или душой, но не была ни тем, ни другим. Он не мог объяснить своих ощущений.

— Божественное Сокровище Духовного Эмбриона… Божественное Сокровище Духовного Эмбриона… Может эта статуя и является моим “Духовным Эмбрионом” и пробудится только если я объединю с ней свой разум? Может в этом и есть предназначение Божественного Сокровища Духовного Эмбриона?

Поняв это, Цинь Му моргнул глазами своего Духовного Эмбриона.

Из семи великих божественных сокровищ человеческого тела, Божественное Сокровище Духовного Эмбриона было самым первым. В большинстве случаев, оно было запечатанным. Поскольку обычные люди не могли вскрыть его, они, естественно, не были способны пробудить свой Духовный Эмбрион.

С другой стороны, Божественное Сокровище Духовного Эмбриона людей с Духовными Телами открыто с рождения. В результате им нужно только немного соответствующей духовной крови, чтобы направить свой разум к Духовному Эмбриону, пробуждая его.

Это означало, что разум человека мог находиться внутри Духовного Эмбриона.

Возможно, боги не наделили людей Духовными Эмбрионами… Возможно, они специально запечатали их.

Размышляя, Цинь Му внезапно почувствовал, как поток его жизненной Ци из-за пределов Божественного Сокровища Духовного Эмбриона вошёл в море света. Его крошечный Духовный Эмбрион поглощал брызги Ци, которые вызвали у Цинь Му очень успокаивающее чувство входя и выходя из носа.

С каждым вздохом Духовного Эмбриона, его жизненная Ци ставала намного чище!

Кроме того, Цинь Му понял, что его Духовный Эмбрион также поглощает золотой свет из моря вокруг. Когда свет попадал внутрь его тела вместе с Ци, они смешивались. Однако Цинь Му не знал, какой это давало эффект.

Он попытался заставить подняться свой Духовный Эмбрион, но быстро обнаружил, что детское тело совершенно не могло двигаться, не то что стоять.

«Как мне управлять своим “эмбрионом”? Хм… Я должен вернуться в деревню, чтобы спросить у старейшины, бабули Сы и остальных».

Посреди размышлений разум Цинь Му внезапно вернулся в его физическое тело, и он открыл глаза.

Изнутри храма донёсся сильный кашель. Монстр, притворяющийся девушкой, ещё не умер. Он стоял на коленях перед статуей Будды, выкашливая огромные сгустки крови.

Посмотрев на него, Цинь Му вошел в храм.

Увидев того внутри храма, монстр невероятно удивился, и даже попытался встать.

Идя ему на встречу, Цинь Му начал произносить заклинание дьявола:

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е…

— Как ты смеешь продолжать дерзить, злая тварь!

Кожа девушки-монстра начала сползать, когда она услышала, как золотой Будда за ней вновь пришел в движение. Из него исходили золотые лучи и цепи вокруг начали трещать, заставляя монстра снова пресмыкаться на полу!

— Ом ма́ни па́дме хум! — голос Будды прозвенел, из-за чего монстр начал плеваться кровью и припадать к земле.

Затем Цинь Му прекратил произносить слова дьявола, золотой Будда ещё раз произнёс своё заклинание и замолчал. Чудовище у подножия статуи тяжело дышало, и как только оно собиралось встать, Цинь Му снова начал повторять заклинание дьявола. Монстр в ужасе вскрикнул и тут же попытался спрятаться за статуей Будды. Однако он не ожидал, что Цинь Му перестанет говорить, произнеся только два первых слова.

— Ты дьявол!.. — прокричал монстр хриплым голосом, приподнимая голову, чтобы посмотреть в глаза Цинь Му. —Ты дьявол! Ты самый подлый, злой дьявол!

Цинь Му не отреагировал на оскорбления монстра и медленно пошел вперёд к статуе Будды. Немного помолчав, он всё же решил следовать совету слепого, который был опытным скитальцем, и отдал своё уважение.

— С малого возраста у меня слабые почки и хрупкое тело. Мой изначальный Ян уже давно рассеялся…

Когда девочка-монстр услышала сказанное, она закашляла кровью и засмеялась с выпученными в недоумении глазами:

— Малыш, ты говоришь статуе Будды, что у тебя слабые почки и хрупкое тело? Она тебе не поможет!

Цинь Му равнодушно посмотрел на монстра:

— Ци Кэ До, Са Мо…

Статуя Будды вздрогнула и прокричала:

— Злая тварь!

— Прекрати петь! — смертельно перепугавшись вскричал монстр и тут же, сменив тон, начал умолять о пощаде. — Прошу тебя, перестань петь!

Цинь Му перестал повторять слова дьявола, но золотой Будда закончил первую часть своего заклинания, в результате чего чудовище снова побледнело.

Цинь Му обошел храм. Хотя он не смог найти ничего ценного, гора костей за статуей Будды шокировала его. Бесчисленные люди, очевидно, погибли в этом заброшенном храме от рук монстра.

— То, что ты прячешь кости жертв за статуей Будды, делает её соучастником убийств. Она помогает тебе скрыть доказательства и обмануть больше людей, — произнёс Цинь Му и затем покачал головой в неодобрении. — Если я использую силу статуи Будды, чтобы уничтожить тебя, это станет её достижением. Поэтому я так не сделаю. Итак, демон, где все твои сокровища?

— Откуда у меня должны взяться сокровища? — спросило чудовище, дрожа от страха. — Этот лысый монах забрал у меня всё, когда поймал.

— Ци Ке До… — начал Цинь Му.

— Прекрати петь!

Девушка-монстр улыбнулась в попытке угодить Цинь Му.

— Я управляла этим местом в течение нескольких лет, и мне всё-таки удалось награбить немного интересных вещей, пытаясь себя прокормить. Ладно. Я отдам их тебе.

Едва сумев подняться с пола, она из последних сил полезла к потолку. Осторожно нажав на его определённую часть, она убрала нужную панель и открыла тайник.

Предметы, спрятанные в этом тайнике, грохнулись на пол. В основном это было оружие и доспехи. Кроме этого, была одежда, большинство из которой было женским нижним бельем. Однако, учитывая материал, с которого она была пошита, это были вещи, которые могли позволить себе только богатые люди.

— Это всё, что у меня осталось, — монстр улыбнулся.

Цинь Му нахмурился.

— Это всё? У тебя нет ничего вроде духовных пилюль или магических лекарств?

— Если бы я нашла духовные пилюли или магические лекарства, я бы уже давно их съела, — монстр расслабленно растянулся, костяные пластины сколопендры потрескивали внутри её женского тела. — Я пленена здесь так долго, что начала есть всё подряд. Как я могла оставить духовные пилюли или магические лекарства, которые намного вкуснее, чем люди? Не стоит недооценивать это оружие. Всё это — вещи, называемые Духовным Оружием, которое можно найти только в Божественном Сокровище Шести Направлений. Они называются Духовным Оружием, так как создаются жизненной Ци с самого рождения и обладают великой силой.

Скептически восприняв слова девочки-монстра, Цинь Му выбрал из кучи оружия нож в форме гусиного крыла. Этот нож был очень тяжелым, даже по сравнению с ножом для убоя свиней мясника. Хотя его нож для убоя свиней был намного больше обычного ножа, весил он значительно меньше.

Нож в форме гусиного крыла был намного длиннее ножа для убоя свиней, в то время как последний был шире и толще.

Взяв в руку нож для убоя свиней, Цинь Му взмахнул ими и ударил ножи друг о друга с мягким звоном. Нож для убоя свиней спокойно разрезал лезвие ножа в форме гусиного крыла, верхняя половина которого упала на пол храма.

Пустыми глазами монстр смотрел на нож для убоя свиней в руке парня.

Очень сильно разочаровавшись, Цинь Му отбросил в сторону нож в форме гусиного крыла.

— К-кто сделал этот нож? — удивилось чудовище. — Легким касанием сломать Духовное Оружие, выращенное жизненной Ци сильного мастера… Твой нож определённо не был выкован обычным человеком.

Цинь Му изучал лезвие своего ножа для убоя свиней, вдыхая лёгкими исходящий от него холодный воздух. Немой кузнец выковал этот нож специально для него. Немой был очень известным кузнецом в Великих Руинах. Всё, что он делал, продавалось как горячие пирожки. Люди из других деревень часто приходили к нему и просили выковать для них скобы, мотыги и железные плуги.

— Этот нож не сделан из обычного металла! — воскликнула девушка-монстр, с пеной у рта. Она хотела подойти ближе, чтобы лучше всё рассмотреть, но боялась, что Цинь Му повторит заклинание дьявола снова, поэтому просто крикнула. — Попытайся прикоснуться к ножу! Исходит ли от него холодный воздух? Возможно, он сделан из Зимнего Хрустального Железа!

— От него действительно веет холодным воздухом, — удивлённо кивнул головой Цинь Му.

— Зачем кому-то использовать Зимнее Хрустальное Железо для создания такого примитивного ножа? — воскликнула девушка-монстр. — Кто-то с таким превосходным навыком ковки действительно создал нож, похожий на тесак мясника? Какая пустая трата таланта и материалов!

Цинь Му взглянул на нож для убоя свиней, затем снова привязал его к спине. Он начал собирать всё оружие и сокровища, вытаскивая их из полуразрушенного храма и размещая перед входом.

— Зачем тебе моя добыча, если у тебя уже есть такое хорошее оружие? — сердито крикнул монстр.

— Бабушка сказала мне, что я всегда должен проносить домой то, что забираю силой, — Цинь Му обернулся и улыбнулся простой улыбкой. — Я завоевал все эти вещи своими силами, поэтому я определённо должен принести их домой.

Это разгневало монстра настолько, что он захотел умереть. Однако он боялся вступать в конфликт с Цинь Му и мог только наблюдать, как мальчик уносил все сокровища, которые он так долго собирал.

Цинь Му вдруг взглянул на монстра и спросил:

— У тебя есть что-то вроде мешка?

— Нет!

— Хорошо, —Цинь Му отвернулся и вышел из храма.

Монстр осторожно вышел из большого зала и подошел к входу в храм. Он увидел, как Цинь Му рубит бамбуковые деревьях неподалёку. Через некоторое время он смастерил из нарубленного бамбука импровизированный плот. Положив на него всю свою добычу, он оттолкнулся от острова и достал палку, чтобы маневрировать вверх по течению.

— Кто воспитал такого ужасного ребёнка? — завопил монстр, наконец, впадая в ярость. — Куда катится этот мир? Он даже осмелился спросить у меня о мешке, чтобы унести всё с собой! Он так меня взбесил, что я хочу умереть!

Глава 19. Пробуждение Тела Тирана

— Оазис в сотнях километрах вниз по течению?

Цинь Му вернулся в деревню Цань Лао, положил на землю бамбуковую корзину полную разного оружия и тут же свалился с ног. Подойдя поглазеть жители деревни были удивлены и полны вопросов.

Цинь Му рассказал им о пережитом опыте, из-за чего лицо слепого слегка изменилось в цвете, и он тут же закричал:

— Храм на оазисе сдерживает зверя территориального уровня, который является очень сильным демоном с талантом к превращениям. Зверь зовёт себя — женщина У. Ты побывал в том храме и как-то стащил все её сокровища?

Бабушка Сы также воскликнула:

— Та женщина У!? Однажды я проходила мимо того полуразрушенного храма и избила её, потому что увидела, что она съела слишком много людей. В конце концов она спряталась за статуей Будды. Будда был странным и хотел подчинить меня… Поэтому мне не удалось избить её до смерти. Было что-то очень странное в той статуе…

— Я тоже встречал её раньше. Она очень сильный великий демон, который может потягаться в силе с могущественным практиком области Семи Звёзд, — проговорил хромой и затем спросил. — Му’эр, как ты смог ускользнуть из лап У после того как спёр у неё столько вещей?

Цинь Му понял, что так больше продолжать нельзя, решив рассказать о своём секрете, связанном с дьявольским языком, что он узнал во время своего нахождения в руинах долины. Он сразу же объяснил всё и как использовал голоса бога, дьявола и Будды, чтобы полностью подчинить ту женщину У.

Старики деревни впали в ступор, услышав историю Цинь Му. Только через некоторое время старик Ма наконец сделал глубокий выдох и заговорил:

— Молодой и многообещающий, молодой и многообещающий!

Хромой, глухой и остальные ритмично кивали головами и неутомимо восхищались, тыча к верху большими пальцами.

У, великий демон, обладающий силой могущественного практика уровня Семи Звёзд… фактически, шантажом, ограбил Цинь Му. У всех на языке крутилось нечто вроде — “Молодой и многообещающий! Наши учения не прошли зазря! Он не подвёл наши ожидания! Так вот это каково себя чувствовать, когда ученик начинает наступать учителю на пятки!”

Немой поднял парочку оружий, несколько раз взмахнул ими, после чего последовало неудовлетворительное покачивание головой. Он показал несколько знаков руками, мол, качество этого духовного оружия не такое уж хорошее.

— Завтра я наведаюсь в город — Пограничной Дракон и продам всё это духовное оружие. Пока я там, смогу закупиться специями, рулонами ткани и прекрасным вином, — бабушка Сы улыбнулась, — и пришло время продать мой скот.

Цинь Му приободрился. Город Пограничной Дракон?

Он с младенчества рос и взрослел в деревне Цань Лао и только недавно ему разрешили путешествовать неподалёку. А что же до города Пограничный Дракон? Он только слышал о нём из рассказов, но никогда не был там!

— Мы не можем взять тебя с собой, ты всё ещё слишком молод, — покачала головой Сы.

Цинь Му расстроился и на мгновение проявил нерешительность, прежде чем собрать свою храбрость в кулак, чтобы признаться:

— Бабушка Сы, дедушка Ма, есть кое-что, что я хотел бы рассказать…

— … моё Тело Тирана, пробудилось.

Окружающие вновь умолкли.

На этот раз все пришли в себя немного быстрее и тут же взорвались в радостном шуме и гаме. Старик Ма, хромой, слепой, бабушка Сы вовсю праздновали, только глухой неуверенно… в непонимании озирался. Он в этот момент не смотрел на мальца, поэтому не мог знать, что тот сказал и в итоге был смущён поведением стариков, что внезапно словно обезумели. Только когда Цинь Му ему повторил, тот всё понял и разразился раскатистым смехом!

Слепой громко воскликнул:

— Старейшина! Целитель! Быстро сюда! Тело Тирана пробудилось!

Мясник был настолько взволнован, что стал одичало вопить к небесам:

— Старейшина, целитель, Тело Тирана, наконец-то, пробудилось!

Когда Цинь Му вернулся в деревню, старейшина деревни сидел перед своим домом, а целитель, сидя рядом с ним, наливал ему чушку только что заваренного чая. Так как у старейшины не было конечностей, целитель должен был подносить чашку прямо к его губам.

Они часто распивали чай вместе в расслабленной и изысканной манере, словно дворяне, живущие в удовлетворённости и достатке.

В то время, когда деревенский старейшина был посреди глотка, он услышал крики слепого и остальных, от чего чай тут же прыснул у него прямо из ноздрей, глаз и рта. Особенно живописно выстрелили две струйки чая из глаз, выпрыснув на довольно большую высоту.

(П.П.: Не спрашивайте меня как можно прыснуть чаем из глаз, я даже сверил с китом… Видать у культиваторов столько сил, что можно выдавить жидкость из будь какой щели! xD)

Хрусть.

Чайная чашка в руке целителя разлетелась на множество мелких осколков, проливая остатки чая прямо на выпученное лицо деревенского старейшины. Они недоверчивыми и шокированными глазами уставились друг на друга, в то время как их рты бессознательно раскрылись.

— Те… Тело Тирана… пробудилось? — опомнившись начал заикаться целитель.

Старейшина деревни по всей видимости до сих пор не смог прийти в себя, продолжая глупо пялиться.

Хромой приковылял и, улыбаясь, энергично закивал головой:

— Верно, Тело Тирана пробудилось! Я только что проверил и увидел, что его жизненная Ци стала в три раза плотнее и чище, чем утром! Кроме того, посреди его бровей есть странные колебания, а все мы знаем, что при пробуждении духовного эмбриона, тот сливается с сознанием практикующего! Это знак того, что духовный эмбрион мальца пробудился!

Цинь Му подошел и увидел, как рот целителя открылся ещё шире, словно он затолкал внутрь два утиных яйца. С другой стороны, из-под век старейшины всё еще текла жидкость, хоть и не под прошлым напором, от чего парень тут же задался вопросом: «Старейшина деревни и дедушка целитель, как и ожидалось, удивлены… Но разве они не слишком сильно удивлены?»

Целитель всё же сумел закрыть рот и сразу же быстро спросил:

— Му’эр, твоё Тело Тирана действительно пробудилось?

Цинь Му кивнул головой, отвечая:

— Я случайно его пробудил.

Целитель почти задохнулся, пробормотав:

— Он случайно его пробудил…

— Нет сомнений в том, что у Му’эр, действительно Тело Тирана. Как я мог ошибиться со своими обширными знаниями? То, что он пробудил Тело Тирана, естественно!.. — наигранно, словно мудрец, усмехнулся старейшина деревни, который наконец пришел в себя.

— Кхм, кхм, кхм… — чтобы скрыть неловкость целитель, у которого всё ещё было чрезвычайно странное выражение лица, прокашлялся и затем наставнически, гораздо убедительнее чем старейшина, продолжил. — Замечательно что твоё Тело Тирана пробудилось! Однако, Му’эр, ты не должен быть высокомерным, ты только-только пробудил его. Ты понимаешь?

Цинь Му кивнул.

Старейшина деревни улыбнулся:

— Слушай своего дедушку целителя. Путь развития Тела Тирана чрезвычайно труден, поэтому ты не должен сдаваться.

— Целитель, я немного устал, пожалуйста, занеси меня домой.

Целитель сразу же занёс старейшину обратно в дом. Деревенский целитель изо всех сил старался говорить, как можно тише:

— Старейшина, может у Му’эр и правда Тело Тирана?

— Конечно же нет! — решительно опроверг старейшина.

— Тогда как же ему удалось прорваться?..

— Откуда мне знать?

Двое стариков снова обменялись тревожными взглядами, не зная, как всё объяснить Цинь Му. Через какое-то время целитель задал давно мучающий его вопрос:

— Мог ли человек с обычным смертным телом разрушить Стену Духовного Эмбриона?

— Со смертным телом разрушить “Стену”? Я никогда не слышал об этом раньше… Цинь Му будет первым, — проговорил старейшина деревни, и затем вдруг улыбнулся, продолжив. — Он, возможно, действительно заполучил “Тело Тирана”… И теперь ему предстоит пойти дальше по совершенно новой, непроторенной дороге боевых искусств! Разве изначально это не было нашей целью?

Целитель в ответ довольно улыбнулся:

— Смертное тело стало Телом Тирана… Му’эр уже пробудил своё смертное тело и теперь стоит в начале пути к Телу Тира. Я словно уже вижу, как он убивает драконов с одного удара!

Старейшина с улыбкой кивнул головой:

— Верно. Мы наверняка не можем сказать, но с его духом и волей, ему удастся пойти дальше чем нам.

Два старых лиса заговорчески засмеялись, после чего целитель схватил старейшину и они вместе покинули дом.

Старейшина деревни кашлянул, подзывая мальца. Он хотел спросить, как тот пробудил свой эмбрион. Цинь Му рассказал всё, вплоть до момента, как он воспользовался шансом во время противостояния голосов бога, дьявола и Будды, направляя свою жизненную Ци, чтобы разрушить Стену Духовного Эмбриона.

С опустевшим взглядом старейшина пробормотал:

— Существует даже такой способ?..

Он не мог удержаться от печально вздоха. Способ Цинь Му это то, чему другие люди не могли подражать. Чтобы иметь мужество использовать противостояние голосов бога, дьявола и Будды… Проявить инициативу и изучить язык дьявола… Использовать голос дьявола, чтобы завязать борьбу с голосом бога, в итоге вызвав такую случайную возможность!

Подобный поступок был крайне безрассуден! Человек решившийся на такое попросту не знает, как пишется слово “смерть”!

Даже если другие попытаются повторить, то скорее всего, попросту умрут от мощи голосов бога, дьявола и Будды, прежде чем даже успеют дотронуться до своей Стены Духовного Эмбриона.

Может многие и не знали насколько это было опасно, но он был очень хорошо осведомлён. Была ли сила богов и дьяволов тем, что мог возжелать смертный? Для смертного желание обладать подобной силой это дорога в никуда, а если точнее, то к смерти!

Тем не менее Цинь Му непостижимым образом преуспел, в определённой мере озадачивая старейшину.

Однако старейшина не знал, что одной ночью Цинь Му был практически убит противостоянием между голосом бога и дьявола. Ему повезло, что нефритовая подвеска на его шее защитила его жизнь. Именно поэтому он не умер.

Старейшина с особой тщательностью проверил насколько продвинулся Цинь Му в своём совершенствовании, в итоге в очередной раз показав изумлённое выражение лица, прежде чем успел его скрыть. Ему оставалось только похвалить своего ученика:

— Му’эр, приложи все силы в совершенствовании и не разочаруй нас. Теперь, когда ты пробудил Тело Тирана, ты стал истинным практиком боевых искусств и повзрослел.

Цинь Му торжественно кивнул.

****

Через некоторое время небо заволокло тьмой и в деревни разожгли костёр. Старик Ма и остальные начали готовить барбекю из странных зверей, которых они поймали в честь прорыва своего ученика. Бабушка Сы подбежала на своих маленьких ножках и, потащив Цинь Му назад, сказала:

— Старейшина деревни, целитель, подходите, отпразднуем!

— Идите вперёд, мы вас догоним, — ответил старейшина.

После того как старейшина деревни увидел, что бабушка Сы и Цинь Му ушли, он тихо произнёс:

— Целитель, жизненная Ци Му’эра чрезвычайно плотная. Среди всех боевых практиков области Духовного Эмбриона, которых я повидал на своём веку, его совершенствование самое грозное.

Целитель посмотрел на толпу, празднующую вокруг костра и тих спросил:

— Насколько плотная?

— Моё совершенствование, когда я был в области Духовного Эмбриона было примерно таким же, или, может быть даже, слабее, чем у него, — ответил старейшина и затем небрежно продолжил. — И когда я сравнил, то имел в виду время, когда был на пике области Духовного Эмбриона, тогда как он только ступил в область Духовного Эмбриона… Со временем его совершенствование только продолжить возрастать.

Тело целителя дрогнуло, и он недоверчиво уставился на старейшину, выкрикнув:

— Сейчас он на одном уровне с тобой, когда ты был на пике своей области Духовного Эмбриона? Ты же понимаешь, кто ты? Как ему удалось…

— Тем не менее, ему удалось.

Глава 20. Человекоподобный Духовный Эмбрион

Старейшина деревни со спокойным выражением лица улыбнулся:

— Ещё до пробуждения духовного эмбриона его совершенствование жизненной Ци было сильнее, чем у подавляющего большинства тех, кто уже практиковал боевые искусства находясь в области Духовного Эмбриона… И даже плотнее моего, когда я тоже находился на этом уровне. Пробудив его, он стал только сильнее. Стремясь сделать всё возможное в течение всех этих лет и с бесчисленным количеством крови четырёх духов, которой мы его подпитывали, вполне разумно добиться таких успехов.

Целитель всё ещё пребывал в шоке, бормоча:

— Тем не менее плотнее чем у тебя, ты же был…

— Я не более чем престарелый инвалид, — прервал его старейшина и затем улыбнулся. — В наши дни ты не можешь использовать меня для измерения подрастающего поколения. Сейчас единственное что меня заботит, так это как помочь Му’эру проявить всю мощь его жизненной Ци, ведь она по-прежнему не имеет никаких атрибутов. Пойдём, не стоит заставлять всех ждать.

Сердце целителя слегка вздрогнуло. Единственная причина, по которой жизненная Ци могла проявить свою истинную мощь, это наличие у неё атрибута. Не имея его, для Цинь Му вполне естественно не быть способным проявить всю свою силу…

Что с того, что он пробудил свой духовный эмбрион и имел гораздо более плотное совершенствование, чем нормальные практики? Все эти успехи омрачает неспособность продемонстрировать его полную мощь.

Когда два старика оказались у костра, глухой снял свои железные уши и омыл в вине, прежде чем нацепить их обратно. Затем он плеснул немного вина в костёр, от чего огонь сразу же освирепел и улыбаясь спросил:

— Старейшина, мы только что провели тест. И хотя Цинь Му пробудил своё Тело Тирана, но он всё ещё не может проявить жизненную Ци своего уникального телосложения. У Вас самые обширные познания и Вы определённо знаете, как проявить жизненную Ци его Тела Тирана, верно?

Целить отчётливо почувствовал, как голова старика рядом с ним начала напухать.

Старейшина поднял голову и беспомощным взглядом посмотрел на целителя, что сидел рядом с ним, на что тот тут же отвернулся и взглянув на старого Ма, поднял тост.

— Гхм, Тело Тирана Му’эра сильное или нет? — задал вопрос старейшина деревни.

Прочитав по губам, глухой тут же начал нахваливать:

— Сильное! Его жизненная Ци чрезвычайно цепкая и её трудно рассеять.

Другие чувствовали то же самое и в согласии кивали головами. Когда Цинь Му столкнулся с одним из Пяти Учеников Реки Ли — старшим братом Цюем, они уже подметили всю необычайность его жизненной Ци. Когда малец ввёл свою жизненную Ци в обычную ивовую палку, меч-сокровище Цюя не могло даже поцарапать её, что говорило о том, что жизненная Ци Цинь Му была исключительно цепкой и устойчивой.

Старейшина задал ещё один вопрос:

— Его жизненная Ци плотная или нет?

— Пугающе плотная! Когда я был в той же области развития, что и он, моя жизненная Ци даже рядом не стояла с его! — выпалил глухой. Все остальные молча с ним согласились. Жизненная Ци Цинь Му была слишком плотной… плотной до абсурда. Взять хотя бы пробуждение его духовного эмбриона… Он словно совершенствовался в течение десятилетий.

Старейшина постепенно развивал мысль, продолжая спрашивать:

— Поскольку его жизненная Ци настолько цепкая и плотная, почему же он тогда не может продемонстрировать её полную мощь?

На этот раз глухой не продолжил отвечать в том же духе, а со шлепком ударил по своему бедру, воскликнув:

— А ведь верно! Почему так, старейшина?

Старейшина чуть не подавился воздухом от его ответа, почувствовав словно глухой дал ему два смачных удара под дых. К счастью, немой, что сидел рядом с ним, оживился и начал энергично жестикулировать и туда-сюда ходить с беспрерывным мычанием.

— Немой прав! — до глухого наконец дошло, и он понимающе продолжил. — Жизненная Ци Му’эра не может проявить свою полную мощь как раз из-за своей цепкости и плотности. Это значит, что проблема не в его Ци Тела Тирана… А в нас! Наши техники не подходят ему!

Старейшина ощутил, словно с его плеч был снят вес целой горы и как только он уже было хотел облегчённо вздохнуть, глухой задал очередной вопрос:

— Но тут есть проблемка. Как нам тогда помочь ему раскрыть на полную потенциал жизненной Ци Тела Тирана? Каждый из нас невежественен в этом вопросе, поэтому, если учесть всю широту и глубину Ваших знаний, старейшина, какой Вы дадите нам совет?

Старейшина деревни всеми фибрами души возжелал, чтобы у него отросли руки, и он смог ими придушить противного старика. Однако он действительно кое-что знал относительно причин, по которым Цинь Му не мог проявить полную мощь своей жизненной Ци.

Жизненные Ци Четырёх Великих Духовных Тел имели свои собственные уникальные свойства. Например, жизненная Ци Белого Тигра имела свойство элемента золота и была способна наделить оружие большой наступательной мощью и прочность. Ци Белого Тигра также можно превратить в острые, как бритва, когти, чтобы разорвать защиту своего противника или превратить в щит, чтобы заблокировать вражескую атаку.

Жизненная Ци Зелёного Дракона обладала свойствами молний — благодаря чему можно было управлять молниями и силой исцеления.

Жизненная Ци Красной Птицы обладала свойствами элемента огня, который был свирепым и властным. У целителя и немного кузнеца были именно такие Духовные Тела. Опираясь на огонь, целитель обрабатывал духовные лекарства, а кузнец металл.

(П.П.: В четвёртой главе говорилось что у целителя атрибут Зелёного Дракона, но видать автор решил поменять это, так что и там подредактирую)

И наконец, жизненная Ци Чёрной Черепахи. Она была особо хороша в защите и контроле воды. Когда кто-то демонстрировал подобную Ци, то в ней замечались свойства присущие воде.

Однако жизненная Ци Цинь Му не обладала ни одним из этих свойств, поэтому она не могла продемонстрировать всю свою силу. Несмотря на грозность своего совершенствования, сила, которой он обладал, не соответствовала ему.

Хотя старейшина и знал корень проблемы, но это не означало, что он знал, как её решить.

— Му’эр, как выглядит твой духовный эмбрион? — спросил старейшина.

Цинь Му описал странный духовный эмбрион, что находился в его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, тем самым ошеломив всех вокруг костра…

Они впервые в своей жизни слышали о чём-то, вроде человекоподобного эмбриона.

Цинь Му озадачено спросил:

— Бабушка, дедушка Ма, разве ваши эмбрионы не выглядят также как вы в детстве?

Бабушка Сы покачала головой и вздохнула:

— Нет… Оно и понятно, у тебя Тело Тирана. Даже твой духовный эмбрион отличается от нашего… Как завидно то. Мой духовный эмбрион Белого Тигра выглядит как маленький Белый Тигр.

— А мой как Зелёный Дракон, — произнес Ма.

После чего заговорил глухой:

— Мой как Чёрная Черепаха.

Немой начал жестикулировать, отчего стало понятно, что его эмбрион выглядел как Красная Птица.

Старейшина деревни закрыл глаза и погрузился глубоко в свои мысли. Практики боевых искусств с одним из Четырёх Великих Духовных Тел с рождения одарены соответствующими Божественными Сокровищами Духовного Эмбриона. Даже если между ними и существуют различия, то лишь небольшие… Но одно неизменно, вид духовного эмбриона обязательно соотноситься к одной из основных четырёх категорий.

Например, некоторые духовные эмбрионы не выглядели как исконные: Белый Тигр, Зелёный Дракон, Красная Птица или Чёрная Черепаха, но они по-прежнему обязательно относились к одному из них.

Как раз поэтому у жизненной Ци Четырёх Великих Духовных Тел было только четыре различных атрибута.

В то время как духовный эмбрион Цинь Му был форме человека, не содержа в себе один из четырёх атрибутов. Именно поэтому его было так трудно пробудить, не говоря уже о том, как продемонстрировать всю мощь его жизненной Ци.

Глубоко задумавшись старейшина пытался найти способ, при помощи которого можно активировать силу жизненной Ци “Тела Тирана”, но даже со своими исключительными знаниями он всё ещё не мог решить эту проблему.

Увидев выражение лица старейшины, бабушка Сы внезапно кое-что поняла и засмеялась:

— Старейшина деревни знал, что у Му’эра Тело Тирана, но не знает метода его совершенствования.

Лицо старейшины слегка покраснело, но он всё же кивнул головой.

Каждый житель деревни разочаровался, в то время как слепой пробормотал:

— У Вас, старейшина, самые обширные знания среди всех нас… Но даже Вы не знаете метода совершенствования Тела Тирана… Разве это не значит, что мы впустую растрачиваем талант Му’эра?

Все вокруг костра замолчали.

Мясник внезапно воскликнул:

— Техника развития Тела Тирана была создана человеком, верно?

Все с недоумением на него посмотрели.

Мясник усмехнулся:

— Если техника развития Тела Тирана была создана человеком, почему мы не можем воссоздать её сами? И даже если мы не сможем, Му’эр сможет! Я никогда не сдавался и в итоге создал свой навык ножа — “Забой Свиней”. Если вы все так напуганы новым вызовом, то я презираю вас. Му’эр, не вынуждай меня начать презирать и тебя!

Цинь Му страстно кивнул от прилива адреналина и крикнул:

— Дедушка мясник, тебе не о чём волноваться! Я не разочарую!

Мясник громко рассмеялся и смачно похлопал его по плечу. Остальные тоже начали смеяться, отчего гнетущая атмосфера рассеялась.

Глядя на происходящее старейшина деревни не удержался от радостного хохота. Вопрос, терзавший его сердце, разрешился сам собой.

«Солгав о Теле Тирана Му’эра я хотел, чтобы это старичье приобрело мотивацию жить. Изо дня в день я бился головой о кирпичную стену, пытаясь скрыть ложь и даже не заметил, что они все уже и так предельно мотивированы, а я так и продолжаю надрывать свои мозги».

С разрешившимися проблемами старейшина ощутил себя свободно как умственно, так и физически. Появление Цинь Му дало силы жить дальше старикам деревни Цань Лао, а также побудило продолжить самосовершенствоваться!

Старейшина деревни давно не был так счастлив и расслаблен, поэтому не мог перестать широко улыбаться. Глядя на него, целитель слегка улыбнулся.

— Я думаю, что нам определённо нужно подтолкнуть Тело Тирана к его пределам, чтобы оно смогло задействовать свою жизненную Ци на полную мощь, — под освещением костра лицо мясника выглядело в несколько раз более зловещим. — Если человек хотя бы немного не безумен, то ему не выжить. Тело Тирана сильнее Духовного Тела и его жизненная Ци определённо тоже сильнее. Условия для полного проявления его мощи, конечно же, должны быть намного строже. Вот почему ему нужно достичь своих пределов, чтобы выудить из себя полную мощь!

Хромой кивнул головой:

— Железные сапоги Му’эра нужно сделать толще и увеличить количество железных весов! И конечно же заставить бегать ещё быстрее!

Слепой постучал по бамбуковой трости и сказал:

— Его совершенствование до сегодняшнего дня шло слишком расслабленными темпами, нам нужно поднять интенсивность тренировок, чтобы выудить из него весь потенциал.

— Верно, но чтобы выудить весь его потенциал, нам тоже придётся хорошенько потрудиться, — подключился к беседе старик Ма.

Немой мыча показал несколько ручных знаков.

Цинь Му почувствовал тепло на душе, но одновременно у него было, неизвестно почему, плохое предчувствие… Он был тронут тем, как серьёзно все решили отнестись к его тренировкам, но почему каждый из них добавил в своих предложениях слово “выудить”? Что бы это значило?

Целитель прищурился и присоединился к дискуссии:

— Внешнее подпитывание! Мы продолжим его подпитывать! Будем подпитывать его до тех пор, пока его жизненная Ци не сможет продемонстрировать всю свою мощь! В наших Великих Руинах ещё довольно много редких зверей и уникальных трав, которых я могу использовать для приготовления духовных пилюль и чудо-лекарств. У моего травяного сада за пределами деревни есть множество различных духовных трав, которых достаточно, чтобы подпитывать его до такой степени, что даже его кожа начнёт выделять духовную жидкость, когда ущипнёшь!

— Целитель, похоже ты решил действительно не скупиться! — все хохотали.

Глава 21. Сила лекарств

Возле деревни находился огромным травяной сад с растущими внутри духовными травами, которые целитель нашёл в Великих Руинах. Сельские жители часто поглядывали на них, поэтому целитель начал разводить опасных комах, чтобы никто не осмеливался войти внутрь.

Люди в Великих Руинах встречались редко, поэтому здесь росло много ценных, редких и уникальных духовных трав. Многие годы целитель собирал их, пересаживая в свой сад. Обычно он редко использовал свои духовные травы, но, наконец, решил использовать их все на Цинь Му!

Важно знать, что у целителя были высокие требования, он собирал только самые ценные духовные травы. Любая из них, если выставить на продажу, сразу наделала бы много шуму… Поэтому он действительно пошёл на всё, не скупясь и ничего не припрятывая!

По мере того как костёр медленно гаснул, жители деревни возвращались в свои дома, чтобы отдохнуть. Цинь Му также вернулся в свою комнату и вскоре провалился в глубокий сон. Бабушка Сы накрыла его одеялом и глядя на спящее лицо молодого мальчика раскрыла любящую улыбку.

«Мой Му’эр… Независимо от того, есть у тебя Тело Тирана, или нет, ты всегда будешь ребёнком, которого я воспитала… И я никому не позволю причинить тебе боль!»

Она была достаточно мудрой и смогла многое понять из поведения старейшины деревни и целителя во время празднования… Просто не захотела их разоблачать.

Затопав своими крошечными ножками, Сы вернулась в свою комнату, чтобы тоже отдохнуть.

На следующий день, слепой, держа в руке свою бамбуковую трость, взволнованно ворвался в дом и прокричал:

— Му’эр, быстро вставай. Уже утро, целитель…

— Я всё ещё не встала с постели! Ты что, пришёл подглядывать?!

Услышав громкий удар, Цинь Му открыл свои сонные глаза и увидел, как слепой вылетел из комнаты его бабушки.

— Слепой дедушка восхитителен! — воскликнул Цинь Му, видя, как слепой всё ещё держась за свою трость и при этом сидя в позе лотоса со скрещенными ногами, пролетает по небу с невинным лицом.

В итоге он пронёсся по небу дугой и приземлился где-то за деревней.

Цинь Му проснулся и начал мыться перед завтраком с бабушкой Сы. После перекуса, всполоснув грязные миски и ложки, он увидел, как слепой энергично бежит с края деревни, крича:

— Проклятая старуха, какой беспощадный удар! Я еле смог найти путь назад! Му, быстро иди сюда, целитель сделал для тебя эликсир!

У бабушки Сы было злобное выражение лица, когда она одарила слепого суровым взглядом, прежде чем встать и неуверенно уйти:

— Я поеду в город Пограничный Дракон, чтобы кое-что купить. Слепой, я оставлю Му’эра под твою опеку на несколько дней. Если я вернусь и увижу, что он потерял хоть один волосок, ты за это ответишь! Старый Ма, старый Ма, коровья упряжка готова? Одноногий, бамбуковый плот надёжно привязан?

Цинь Му немедленно последовал за слепым в лабораторию целителя. Он почувствовал сильный запах лекарств ещё до того, как вошёл внутрь. Затем он увидел огромный котёл, висевший в воздухе, вокруг которого летали несколько алых птичек. Между перьями птиц яростно вспыхивало пламя, нагревающее котёл до красного каления, в то время как изнутри слышался звук кипения.

— Му’эр, это твоё лекарство.

Увидев, что Цинь Му прибыл, целитель достал последний ингредиент, которым оказался кусок зелёного листа и бросил его в огромный котёл. Как только лист коснулся лекарственного снадобья, пузырящаяся жидкость сразу же начала становиться чрезвычайно густой.

Целитель толкнул котёл и тот начал быстро вращаться. После этого из него начал исходить грохот, и полный котёл лекарства фактически стал половиной котла белых лекарственных пилюль. Котёл продолжал вращаться и пилюли начали сталкиваться друг с другом с звонким металлическим звяканьем.

После взмаха руки целителя, алые птицы вылетели из окна и исчезли.

Когда котёл достиг пола, Цинь Му не знал, что ему думать.

— Дедушка целитель, сегодня я должен съесть столько пилюль?

— Если ты съешь их все, то умрёшь, — спокойно говорил целитель. — Лекарственные пилюли в этом котле изготовлены из множества высококачественных духовных трав. Несмотря на то, что это всего лишь низкоуровневые пилюли “Усиления Живучести”, одна такая соответствует сотне от других целителей. В день ты можешь съесть только одну-две, не более.

Цинь Му был настроен скептически. Целитель постоянно скармливал ему какие-то странные и непонятные снадобья, но каждый раз это было огромной чашей чего-то заполненного до краёв… А теперь ему нужно было съесть только одну пилюлю. Насколько вообще сильной может быть лекарственная энергия в этой пилюле?

Слепой тоже был настроен скептически, говоря:

— Мошенники снаружи говорят точно также — одна из моих пилюль эквивалентна сотне пилюль других, бла-бла, бла-бла. Действительно ли твои лекарственные пилюли настолько эффективные? Но я должен признать, что пахнут они отменно.

Целитель злорадно рассмеялся:

— Почему бы тебе не попробовать опустошить весь котёл?

— Му’эр, давай-ка проглоти сразу пригоршню! Мм? — начал подначивать слепой.

Однако Цинь Му совершенно не купился на подобную провокацию, в итоге взяв и проглотив только одну духовную пилюлю.

Войдя в желудок, Цинь Му сразу почувствовал — что-то не так. Он ощутил словно тысячи огненных, водяных, золотых и древесных драконов опрокинули в его живот реки и моря. Его тело время от времени становилось то высоким, то коротким, то жирным, то худощавым. Иногда он чувствовал такой холод, что на его коже образовывалась корка льда, в то время как в других случаях так горячо, что его одежда начинала дымиться. Порой его одежда из звериных шкур словно оживала, с безумной скоростью отращивая шерсть, а уже в следующий миг окрашивалась слоем металлического цвета… И даже его собственная кожа становилась твёрдой, как если бы состояла полностью из металла!

И хуже всего становилось, когда всё это многообразие симптомов вспыхивало практически одновременно, заставляя Цинь Му испытывать невообразимую боль.

Тихо промычав, он тут же применил дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы переработать и усвоить лекарственную энергию своей жизненной Ци!

Выражение лица слепого изменилось до неузнаваемости, когда он закричал:

— Целитель, твоя пилюля Усиления Живучести похоже всё же отличается от обычной!

— Верно. Нормальная пилюля “Усиления Живучести” может быть только одного из четырёх видов: Огненной Живучести, Водной Живучести, Золотой Живучести и Древесной Живучести, — зловеще улыбался целитель. — Такая пилюля воздействует на один из четырёх атрибутов жизненной Ци Четырёх Великих Духовных Тел, чтобы питать жизненную Ци владельца Духовного Тела с определённым атрибутом. Но у Цинь Му Тело Тирана и у него нет атрибутов. Поэтому я придумал компромиссное решение, которое вылилось в метод переработки духовных трав со всеми четырьмя атрибутами в пилюлю Усиления Живучести, содержащую в себе все четыре атрибута. Может быть полагаясь на неё Му’эр таки сможет пробудить истинную силу жизненной Ци Тела Тирана. И кстати, только его жизненная Ци может поглотить такой вид пилюли. Если бы ты сейчас съел весь котёл, ну… хе-хе-хе…

Слепой неконтролируемо задрожал… А что если бы его попутал бес, и он таки слопал все эти пилюли? Тогда конфликт между четырьмя различными атрибутами жизненной Ци, вероятней всего, рассеял бы его силу на двадцать-тридцать процентов. Конечно это произошло бы только в случае, если бы он съел весь котел этих пилюль Усиления Живучести. Одна такая совершенно не повредила бы ему.

— Целитель, так ты создал лекарство или яд? — пробормотал слепой.

Внезапно Цинь Му громко закричал, после чего тут же вскочил и безумно побежал, в мгновение ока исчезая.

— Четыре атрибута конфликтуют друг с другом. С Му’эром точно будет всё хорошо? — не мог не взволноваться слепой.

— Не нужно беспокоиться, он переваривает лекарственную энергию, — уверенно ответил целитель, но в то же время внутри испытывал смешанные чувства. В конце концов он впервые пытался улучшить пилюли Укрепления Живучести, а также это была первая попытка их создания… А так как Цинь Му был первым попробовавшим её, целитель не знал, сколько действительно лекарственной энергии в пилюле, какие та имеет побочные эффекты, и имеет ли вообще и умрёт ли съевший её человек.

Конечно же он ни за что не скажет такого в слух, иначе старуха Сы собственноручно погасит огни его маленькой жизни.

А тем временем далеко в лесу раздался вопль Цинь Му, наряду с хрустом и видом падающих верхушек деревьев.

Углы век целителя дрогнули, когда он произнёс:

— Всё будет хорошо, не волнуйся. Ты слышишь? Он такой энергичный и оживлённый!

— Молодняк полон энергии, — вздохнул слепой.

Цинь Му бежал через лес. Его кулаки и ноги двигались быстро как молнии, когда он пинал и ударял по деревьям. Огромное дерево двух обхватов взрослого мужчины могло выдержать только два-три его удара, прежде чем раскалывалось пополам!

Невыносимо…

Слишком невыносимо!

Лекарственная энергия пилюли целителя была просто слишком сильной. Несмотря на то, что во время бега он задействовал дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, он всё ещё не мог справиться с её переработкой… чувствуя, что его тело вот-вот взорвётся. Единственное что он мог сделать, чтобы выплеснуть избыточную лекарственную энергию, так это применять боевые искусства, которым его научили хромой и Ма!

В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его крошечный человекоподобный духовный эмбрион тоже лихорадочно выполнял дыхательные упражнения, чтобы очистить и поглотить внезапно нахлынувшую жизненную Ци. Этот крошечный “Цинь Му” устал настолько, что тоже запыхался.

— Умри! Кроха!

Когда разъярённая демоническая обезьяна появилась среди леса и свирепо взревела, внезапно всё вокруг задрожало. Кулаки, размером с небольшие горы, безжалостно сближались с мальцом, который в данный момент уничтожал лес!

Так получилось, что лекарственная энергия ударила Цинь Му в голову и тот снова невольно вошёл на территорию демонической обезьяны. Увидев, что надоедливый “кроха” опять вторгся на её территорию, та впала в ярость и напала на своего врага без всяких объяснений.

Цинь Му внезапно поднял голову, прищурившись полностью покрасневшими глазами. Лечебная энергия в его теле яростно вспыхнула, заставив жизненную Ци литься через край. Затем он прыгнул вперёд и ударил своим кулаком по кулаку демонической обезьяны!

Бууумм…

С оглушительно прогремевшим взрывом Цинь Му отбросило назад. Во время полёта он столкнулся и переломил несколько деревьев.

Демоническая обезьяна взволнованно подпрыгнула, подняв свою лапу, чтобы втоптать только что плюхнувшегося на землю Цинь Му. Громадная и толстая нога была похожа на большой смолянисто-чёрный столб, обрушивающийся вниз!

Цинь Му тут же взревел, нанося бесчисленные удары по чрезвычайно толстой ноге демонической обезьяны в местах соединения мышц и сухожилий. Обезьяна сразу почувствовала, что сила покинула её ногу, поэтому она тут же попыталась нанести ещё один удар с неба.

Цинь Му поднял руки в блоке, однако был вынужден вновь отступить.

Сражаясь в ближнем бою с пареньком, удары и пинки обезьяны образовали настоящий свистящий шторм. После одного из ударов, Цинь Му словно обезумел, начав сражаться с этим странным зверем непосредственно лоб в лоб. Даже находясь в явно невыгодном положении он не проявлял ни малейшей толики страха.

Демоническая обезьяна разъярилась ещё сильнее, в итоге тоже обезумев. Каждый удар кулаком и пинок в сторону Цинь Му становился всё тяжелее и увесистей.

Один маленький человек и одна большая обезьяна… Везде где они проходили деревья обрушивались как подкошенная трава, а камни разлетаясь во все стороны словно стрелы.

Внезапно Цинь Му подпрыгнул к небу, от чего на миг даже показалось, что он взлетел и затем начал бежать по руке демонической обезьяны, в итоге оказавшись возле её морды.

Тысячерукий Будда!

Две его руки выглядели так, будто стали сотнями рук, оставляя после себя лишь остаточные изображения! Несколько сотен ударов приземлилось прямо на мягкий, приплюснутый нос обезьяны.

Та взревела от боли, в итоге упав на спину, но также успев нанести безжалостный удар ладонью по Цинь Му. Затем она тут же перевернулась, чтобы подняться на лапы и посмотреть вперёд, показывая сильно кровоточащий нос.

Увидев что после удара её ладони Цинь Му был погребён в скале, демоническая обезьяна не удержалась от удовлетворённого бормотания:

— Кроха, умер.

Внезапно кроха, что был погребён в скале, дёрнулся и начал отталкиваться руками, проделывая себе путь наружу из кратера.

Выбравшись, тот обезумевши тут же ринулся к обезьяне.

Демоническая обезьяна шокировано вскочила, начав колотить себя по груди и с рёвом прыгнув в сторону Цинь Му:

— Умри! Кроха!

П.П.: cкажем так, я солидарен с теми, кто сравнил нашего ГГ с Кеничи, единственное что, там мастера хотя бы знали меру, а не ставили смертельно опасные эксперименты на своём ученике. Не будь эта новелла азиатской, я бы всерьез начал опасаться за жизнь ГГ. (Моё уважение Джорджу Мартину) хD

Глава 22. Секрет Каменных Статуй

В долине под скалой издавались тяжёлые звуки ударов, заставляя деревья колыхаться. Птицы в горах взмахивали крыльями и улетали, не осмеливаясь оставаться рядом.

С огромным валуном в руках демоническая обезьяна прыгнула вперёд, бросая его в сторону Цинь Му.

Тот ловко увернулся от него, и когда обезьяна увидела, что промахнулась, то подняла другой валун, собираясь бросить снова. Однако Цинь Му прыгнул на камень и опять ударил ладонью в нос обезьяны.

Восемь Громовых Ударов Третьей Формы — Буря Девяти Драконов!

В его ладони накопилось девять слоёв силы. Первый слой силы, вырвавшийся из центра ладони, был похож на удар разъярённого дракона, откинув обезьяну назад. Затем плечи и бёдра Цинь Му сжались. Всеми своими мышцами он направил силу, протекающую через всё тело, в центр ладони. С вторым всплеском силы голова демонический обезьяны была впечатана в землю, раскалывая камни под ней.

Мышцы под кожей Цинь Му были похожи на извивающегося дракона. С третьим взрывом силы Бури Девяти Драконов, расколотые камни начали превращаться в пыль.

Его мускулы сильно пульсировали пока четвёртая сила высвобождалась, зарывая голову демонической обезьяны наполовину в землю.

Пятая сила Бури Девяти Драконов взорвалась и от земли начал исходить глубокий гул, так как голова обезьяны была полностью зарыта!

Шестая сила была словно удар шести драконов, однако, как только она начала вырываться, обезьяна вовремя отреагировала и её кулак, размером с маленькую гору, ударил Цинь Му со стороны, отшвыривая, словно муху!

Цинь Му с грохотом приземлился на землю. С трудом вытащив голову из земли, обезьяна несколько раз встряхнулась, чтобы очистить свою густую шерсть от осколков.

Неподалёку, Цинь Му перевернулся и, словно ветер, снова бросился к обезьяне. Испуганная и расстроенная демоническая обезьяна на мгновение задумалась, после чего сразу же запрыгнула на скалу, присела на корточки и замахала рукой:

— Кроха, нет.

Длинными шагами Цинь Му рванул вверх по обрывистому утёсу, при этом продолжая атаковать демоническую обезьяну, из-за чего та вновь впала в ярость.

Человек и обезьяна продолжали прыгать по утёсу, сражаться и бросать валуны в случайных направлениях.

Много времени спустя лекарственная энергия от пилюли постепенно иссякла. Демоническая обезьяна также была настолько измучена, что не могла сделать больше ни шагу. Они оба задыхались.

Через пять минут Цинь Му отдышался и сел, чтобы заняться дыхательными упражнениями. Он был в восторге, когда обнаружил значительное усиление своей жизненной Ци за такое короткое время. Она стала более цепкой и могла беспрепятственно достичь любой точки его тела.

Его тело также было покрыто большим количеством нечистот, которые скорее всего выделились из-за активного боя с демонической обезьяной, заставившего лекарственную энергию, что укрепляла его жизненную Ци, также очистить тело, избавив от большего количества примесей.

Цинь Му щёлкнул пальцами, от чего прозвучал пронзительный звук словно стрела пробивающаяся сквозь воздух.

Демоническая обезьяна испугалась и сразу же приняла оборонительную позицию.

Цинь Му с удовольствием потянулся всем телом, но тут же ощутил боль в мышцах и покачал головой:

— Давай больше не будем драться.

Обезьяна поняла его слова и облегчённо вздохнула. Она протянула ладонь и вырвала огромное дерево шириной с руку. Сорвав с него кучу листьев, она медленно начала их жевать, после чего положила дерево перед Цинь Му и низким приглушённым голосом сказала:

— Ешь, кроха.

Цинь Му сорвал ярко-красный фрукт и очистил его от кожуры. Сладость и освежающий вкус увлажнили его горло.

Демоническая обезьяна посмотрела на него с презрением, возмущаясь тем, как он мало ест. Затем она сильно стукнула себя в грудь:

— Еда! Сила!

Лицо Цинь Му, избитое демонической обезьяной, было покрыто синяками. Терпя сильную боль, он встал, выполнил Восемь Громовых Ударов, и тоже хлопнул себя по груди:

— Тренировка! Сила!

Демоническая обезьяна закатила глаза и, продолжая жевать, презрительно ответила:

— Верю, призрак.

После того, как Цинь Му отдохнул, он спрыгнул со скалы и пробегая по её отвесной стене, крикнул:

— Бой, завтра!

Мерцая глазами, демоническая обезьяна дождалась, пока Цинь Му не окажется далеко, прежде чем вскочить на ноги и начать повторять его движения. Несмотря на то, что её Восемь Громовых Ударов были очень грубыми, они всё равно обладали необычайной силой… На самом деле они в некоторой степени напоминали настоящую технику, в частности в звуках ветра и молнии.

Обезьяна была ошеломлена и стала выглядеть очень счастливой. Она продолжила ударять, пока весь горный утёс не заполнился звуками ветра и затем прокричала:

— Сильный! Сильный! Сильный!

Когда Цинь Му вернулся в деревню, встревоженный целитель подошёл к нему, чтобы проверить его тело и намазать лицо какими-то мазями, после чего спросил:

— Есть ли какие-то необычные симптомы?

Цинь Му кивнул головой из-за чего целитель встревожился ещё сильнее.

— Духовные пилюли дедушки целителя действительно эффективны. Моя жизненная Ци стала ещё сильнее, — ответил Цинь Му.

Целитель наконец вздохнул с облегчением и улыбнулся.

— Эти духовные пилюли действительно полезны для Тела Тирана. Если ты от них не помер, значит мой подход правильный. Держи этот котёл с пилюлями, а я пока пойду подумаю над другими рецептами! — договорив, он взволнованно ушёл.

Слепой приподнялся, опираясь на свою бамбуковую трость, и улыбнулся:

— Ты устал, Му’эр? Если да, я могу научить тебя первоклассной технике глаз.

Цинь Му неловко кашлянул и ответил:

— Слепой дедушка, я здесь. Там туалет.

Слепой развернулся и уставился на мясника, который загорал на жерновах.

— Я долго обдумывал это. Поскольку твоё Тело Тирана не имеет никаких атрибутов, ты не можешь практиковать мои техники. Однако эта техника глаз не требует жизненной Ци с атрибутом, поэтому она тебе идеально подойдёт. Пойдём со мной, моя техника называется “Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес”.

У Цинь Му разболелась голова. Он всегда знал, что слепой не слишком надёжный, впрочем, он заставил себя проследовать за ним.

Парень был ужасно сбит с толку, когда слепой сказал, что хочет научить его Навыку Пробуждения Глаз Девяти Небес, но вместо тренировки привёл изучать каменные статуи на краю деревни.

Они сидели вдвоём перед каменной статуей, расположенной в восточном углу. Даже с пустыми глазницами слепой смотрел на статую так, будто он мог что-то увидеть.

Цинь Му знал, что все в деревне очень странные, даже каменные статуи на углах были странными. В деревне Цань Лао вообще не было никого нормального.

Четыре статуи, хоть и были невысокими, оказались чрезвычайно тяжёлыми. Настолько тяжёлыми, что Цинь Му не мог их даже колыхнуть.

Его сила стала огромной, особенно после того, как он выпил столько крови четырёх духов. Жизненная Ци очистила его тело и костный мозг, значительно улучшив его физические способности. Однако, Цинь Му всё ещё не мог сдвинуть статую ни на сантиметр.

В раннем детстве он часто пытался вскарабкаться на статуи, однако, бабушка Сы и другие всегда снимали его, приказывая с уважением относиться к ним. На Новый Год и другие праздники, жители деревни приносили к статуям жертвоприношения и зажигали несколько палочек благовоний, молясь им для благословения жителей деревни и всего мира. Эти четыре статуи не были скульптурами каких-то конкретных людей, у них были только человеческие силуэты. У южной каменной статуи была голова птицы, а сама она сидела на каменном столбе. Руки статуя держала на коленях, а на спине имела два крыла, вывернутых так, будто она была готова улететь.

На севере деревни каменная статуя изображала старика с панцирем черепахи и батогом из конского хвоста в руке. Хвост был выполнен в форме огромной белоснежной змеи, выходящей из ручки батога. Белая змея обмоталась вокруг тела старика, а её взгляд был направлен вдаль.

На западной стороне деревни каменная статуя была скульптурой женщины, одетой в корону из плюшевых перьев и с тигром, сидящим возле её ног.

Женская скульптура тоже была очень странной. Третий глаз был изображён между её бровей. Внутри него находилось птичье гнездо с тремя маленькими птичками.

Четвёртая статуя, возле которой сейчас стоял Цинь Му, имела тело человека и голову дракона. На её спине была закреплена бамбуковая корзина с несколькими травами внутри.

Слепой попросил его внимательно присмотреться к каменной статуе. Однако, Цинь Му уже сотни раз видел статую и даже позволял себе наглость вылезая на неё. Он действительно не знал, что в ней искать.

— Му’эр, можешь поднять эту каменную статую? — спросил слепой, увидев, что Цинь Му растерялся.

— Не могу.

Цинь Му покачал головой. Каменная статуя была слишком тяжёлой, настолько, что она, казалось, была сделана и не из камня вовсе. Обычный камень размером с человека мог весить не больше нескольких тонн, и, с теперешней силой Цинь Му, он мог бы легко его передвинуть. Но ни одна из четырёх статуй не поддавалась его усилиям.

Затем слепой продолжил:

— Знаешь почему каменные статуи настолько тяжелы?

Цинь Му снова покачал головой:

— Не знаю.

— Каменная статуя на самом деле не тяжёлая, совсем нет, — выражение лица слепого оставалось спокойным. — Камень, из которого сделана статуя, не тяжёлый. Тяжело то, что с него вылеплено.

Цинь Му был озадачен. Разве статуя не оставалась камнем, даже после того как ей придали форму?

Слепой продолжил:

— Например, когда ты изучаешь каллиграфию и живопись у глухого, твои картины и писания — это куча дерьма, которая ничего не стоит. Однако картины и труды глухого продаются за десятки тысяч таэлей золота! Они сделаны из такой же бумаги и чернил, почему же тогда стоят больше?

Цинь Му постепенно начал понимать, о чём говорил слепой, но картины глухого действительно имели необычайную привлекательность, поэтому были намного лучше, чем его.

Слепой поднял свою бамбуковую трость и указал на статую:

— Если бы эти каменные статуи были вылеплены обычным человеком, то были бы совсем не тяжёлыми. Однако, поскольку человек, который их вылепил, имел необычное происхождение, а изображают эти скульптуры очень пугающих существ, вес этих каменных статуй не определяется обычной логикой. Поднять такую статую — то же самое, что…

Выражение лица слепого стало слегка обезумевшим, когда он продолжил:

— Это то же самое, что поднять бога!

Глава 23. Осквернение Бога

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Поднять каменную статую это то же самое, что поднять бога?

Слепой равнодушно продолжил:

— Нести бога чрезвычайно тяжело. В ту ночь, когда твоя бабушка и остальные хотели спасти тебя, старый Ма был тем, кто нёс каменную статую и привёл бабушку Сы к берегу реки. Идти было не так уж далеко, но старый Ма почти рухнул от истощения сил.

На спине Цинь Му проступили мурашки. Деревенские каменные статуи были настолько тяжёлыми?

Кем же тогда был их создатель?

Какие боги были изображены на каменных статуях? Почему они стали такими тяжёлыми, после того как их вылепили?

Возненавидят ли его боги за то, что когда он был ещё ребёнком куролесил, испражняясь на них?

— Не волнуйся, бог, который создал эти скульптуры, давно мёртв. Му’эр, причина по которой я заставил тебя наблюдать за статуями — это тренировка глаз. Я хочу, чтобы ты видел не просто обычные каменные статуи, а образ богов, созданный богом! — голос слепого был настолько громким, что его могли услышать даже глухие, из-за чего в барабанных перепонках Цинь Му зазвенело. Слепой повернулся лицом к бамбуковой корзине, что была на каменной статуе и продолжил кричать. — Му’эр, то, что открывает “Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес” — это твои глаза бога и, поскольку они так называются, ты, очевидно, должен начать видеть бога! Используй свои глаза, чтобы увидеть бога, его мощь, благодать, ауру, внешний вид и дух!

Сердце и разум Цинь Му пульсировали: «Видеть бога? Видеть бога в каменной статуе?»

— Позволь своей жизненной Ци войти в глаза и открыть первые небеса своего собственного невежества!

Бамбуковая трость слепого мягко постучала в районе сердца Цинь Му, на этот раз необычайно точно. Он сразу же почувствовал, как его жизненная Ци начала беспрерывно циркулировать и рванула к его собственными глазам!

Совершенствование глаз было чрезвычайно опасным. Несмотря на то, что жизненная Ци Цинь Му начала очищать от нечистот и жиров его тело, глаза всё ещё были самой сложной частью для тренировки. Их можно даже классифицировать как запретную зону, так как при малейшей ошибке существует риск ослепнуть!

Цинь Му однажды спросил старейшину деревни, как тренировать глаза. Тот мало что рассказал, но сделал акцент на том, что ему не стоит торопиться с этим делом.

Однако слепой вместо этого подтолкнул его жизненную Ци к глазам с неистовым и властным импульсом, противоречащем всякому здравому смыслу!

Цинь Му ощутил пронзительную боль в глазах, когда его Ци всеподавляюще бросилась к ним. Его совершенствование жизненной Ци было чрезвычайно плотным, а слепой сжал её своим совершенствованием ужасающего уровня ещё больше.

Насколько велики могут быть глаза?

Однако в этот момент Цинь Му почувствовал, что его глаза стали чрезвычайно обширными, будто небо!

Его жизненная Ци была словно огромный, длинный дракон, проникая в его глаза, которые были такими же необъятными, как небо. Затем его жизненная Ци необузданно рванула вперёд, брызнув в небо подобно колонне, поддерживающей небеса и землю. Распространившись по всему небу, Ци сформировала повсюду странный прожилковатый узор, переплетающийся словно сеть. Это был похоже на небесную сеть, застилающую всё небо.

Пронизывающая боль внезапно исчезла, сменившись чрезвычайно приятным ощущением, которого он раньше никогда не испытывал.

— Му’эр, запомни изображённое в небе. Это первые небеса “Навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес” — “Небесное Формирование Узора Большой Медведицы”, — голос слепого звучал возвышенно, словно спускался с неприступных небес.

Цинь Му сразу же попытался запомнить то, что видел. С его жизненной Ци, направляемой слепым и отображающимся в глазах “Формированием Узора Большой Медведицы”, он мог чётко видеть путь, структуру и его детали.

Однако Формирование Узора Большой Медведицы было слишком сложным, поэтому потребовалось некоторое время, чтобы хоть что-то запомнить.

Слепой направлял свою жизненную Ци снова и снова, вплоть до полного истощения жизненной Ци Цинь Му. И только тогда он отвёл свою трость от груди парня.

— Сколько ты запомнил? — спросил слепой.

— Шестьдесят-семьдесят процентов.

Слепой показал радостное выражение лица, сказав:

— Запомнить столько не так просто. Теперь восстанавливай свою жизненную Ци.

Цинь Му начал бегать, практикуя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы ускорить восстановление своей жизненной Ци. Когда он вернулся в своё пиковое состояние, слепой продолжил:

— Повтори Формирование Узора Большой Медведицы, которому я только что обучил тебя и попробуй ещё раз посмотреть на каменную статую, чтобы увидеть, что изменилось.

Цинь Му тут же привёл в движение свою Ци, направляя к глазам, чтобы воссоздать ею Формирование Узора Большой Медведицы. Несмотря на то, что он смог запомнить только около шестидесяти-семидесяти процентов узора от полного завершения, он всё же вновь почувствовал комфортное ощущение, когда его жизненная Ци распространилась по глазам.

Подняв голову, чтобы посмотреть на каменную статую старца с драконьей головой, его разум не мог не пошатнуться. Каменная статуя, что ещё миг назад была в его взоре совершенно обычной, стала сияющей и красочной.

Казалось, каменная статуя ожила и стала непоколебимым богом!

Он видел, как та испускала сказочный свет… Свет, каждый лучик которого, подчёркивал величие и недосягаемость статуи!

Разум и дух Цинь Му тут же пострадали от давления статуи!

В его глазах статуя больше не состояла из камня, а была живым, дышащим богом!

Дух, внешность, аура и мощь бога, всё одновременно обрушилось на его дух, а затем и на тело, подавляя его… Он просто не мог сопротивляться желанию встать на колени.

— Продолжай смотреть, не закрывай глаза и не преклоняй колени, — холодно говорил слепой. — Помнишь, как ты мочился на неё или как вскарабкивался представляя, что она пони и ты её оседлал, чтобы покататься, когда был ещё совсем ребёнком? Если ты сделал такое тогда, почему же повзрослев хочешь встать на колени? Му’эр, Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес пробуждает не только твои глаза, но и твой дух, чтобы ты мог выстоять против всех могущественных и злых мира сего!

— Могучесть практика боевых искусств основывается не столько на силе его движений, сколько на сильном духе! Если твой дух уступит кучке полуразрушенных камней, то независимо от того насколько ты силён, ты будешь считаться полнейшим неудачником!

Слепой постучал бамбуковой тростью по земле и крикнул:

— Если ты пойдёшь против воли каменной статуи и выдержишь её давление, твой дух станет сильнее! Если хочешь стать сильнее, чем прежде, ты обязан укрепить свой дух, чтобы бы быть богом для самого себя, ничего не страшась!

Капли пота скатывались по лбу Цинь Му, старающемуся изо всех сил противостоять мысли о том, что он должен опуститься на колени. Давление, которое исходило от каменной статуи было слишком сильным… ему было просто невозможно противиться.

Слепой сказал ему, что бояться нечего, но разве он мог?

После пробуждения его глаз всё изменилось.

Когда его глаза ещё не были “открыты”, каменные статуи были просто обычными статуями… В детстве он даже мог без зазрения совести помочился под них или забравшись нагадить на головы. Однако, когда он “открыл” глаза, каменная статуя была похожа на бога, и любые действия, даже если просто смотреть не неё, считались богохульством.

Слепой сказал:

— Легко уничтожить бога в храме, но трудно уничтожить бога в своём сердце. Знаешь ли ты, кто сказал эти слова?

Дух Цинь Му всё ещё был запуган каменной статуей, из-за чего он не мог ответить.

— Тот, кто сказал такие бунтарские слова, является текущим Имперским Наставником Империи Вечного Мира… Человек, которого считают человеком номер один под богами!

С внушающим благоговение присутствием, слепой крикнул:

— Му’эр, живущие в твоём сердце боги чужие, а значит ложные. Только уничтожив их, ты сможешь построить свою собственную статую бога! Даже если перед тобой окажется истинный бог, ты не должен вставать на колени, не говоря уже о каменной статуе!

Слепой воткнул в землю бамбуковую трость и приспустил штаны, громко рассмеявшись:

— Ты не должен вставать на колени, ты должен помочиться на неё!

— Помочиться? — Цинь Му безучастно уставился. — Помочиться на бога?

Слепой кивнул, глядя на статую и расхохотался:

— Верно! Помочись на неё! Когда ты был совсем мал, ты обмочил её не менее ста раз, так чего сейчас стесняться?

Цинь Му стиснул зубы и приспустил штаны. Через миг статую окропила тёплая “амбросия”.

Эта процедура не особо подействовала. Статуя бога в глазах Цинь Му всё так же осталась божественной и наполненной давлением, однако чувство, что давило на его дух, вынуждая встать на колени, полностью исчезло.

Старик и молодой “посмотрели” друг на друга и радостно рассмеялись.

Старейшина деревни находился у выхода из деревни и загорал, когда услышал их смех. Повернув голову, чтобы взглянуть, он не мог удержаться об беспомощного покачивания головой: «Слепой действительно легкомысленный гений… использовать такой метод, чтобы разрушить бога в сердце Цинь Му и укрепить его дух. Если бы на его месте был кто-то другой, то маловероятно бы додумался до такого странного метода. Му’эр, без сомнения, чрезвычайно смелый, раз решился помочиться вместе с ним. Заставив мальца помочиться на каменную статую, он не только помог тому сломать бога в его сердце, но и в своём, “бога”, который отнял у него глаза… Бог Копья вернулся.

Он знал, почему слепой поступил так.

Бамбуковая трость в руках слепого была не тростью, а копьём.

Когда слепой пришёл в деревню Цань Лао он был тяжело ранен и пребывал в жалком состоянии, словно нищий, извалявшийся в грязи.

Однако шаги, а также бамбуковая трость в его руке были крайне устойчивы…

Как только слепой вошёл в деревню, старейшина почувствовал будто вокруг того кружились свирепые драконы. В его глазах он был сродни столпу, поддерживающему небеса.

Единственный человек в мире, обладающий такими навыками копья и непоколебимым духом, может быть только тем, кого величают Богом Копья!

Однако самым могущественным в Боге Копья было не его копье, а его глаза. У него были глаза бога, благодаря которым он мог видеть все слабости движений врагов.

И теперь, слепой передал глаза бога Цинь Му.

Сначала ты должен натренировать свои глаза, чтобы затем натренировать копье, но прежде чем тренировать свои глаза, ты должен натренировать своё сердце!

Глаза слепого являлись глазами бога. Чем сильнее глаза, тем больше истины они могли видеть, чем больше истины они могли видеть, тем больше осознаёшь, насколько это ужасающе.

Глава 24. Уничтожение бога в сердце

Все живые существа мира были не такими простыми, какими казались на первый взгляд. То, что обычные люди видели своим невооружённым глазом, и то, что видели практики своими пробуждёнными глазами, было двумя совершенно разными мирами!

Каменные статуи в деревне не выглядели слишком необычно, но практикующие с пробуждёнными глазами могли видеть богов в них. Эти люди также видели богов и дьяволов во многих заброшенных местах, разбросанных по Великим Руинам. Что касается Будды в храме, пока обычные люди видели в нём простую статую, практики с пробуждёнными глазами видели несравненно-великого Будду, внушающего ужас!

Если бы у этих практиков не было сильного духа, они бы умерли или сошли с ума от увиденного.

Поэтому, перед тем как научить Цинь Му тренировать глаза, слепой научил его развивать свой дух, разрушая образ бога в его сердце, чтобы больше не чувствовать перед ним страха. Только в этом случае он мог достичь успеха.

Как говорится в буддизме, если в вашем сердце есть Будда, вам самим трудно стать Буддой.

Наставник Империи Вечного Мира также сказал: легко уничтожить бога в храме, но трудно уничтожить бога в сердце. Эти два высказывания пользовались той же логикой, что и слепой, мочащийся на каменную статую.

Первые два метода требовали медленного усиления духа для постепенного уничтожения бога и будды в своём сердце. Метод слепого был простым, грубым и несколько экстремальным, однако он был эффективным.

Когда старейшина деревни впервые увидел слепого, атмосфера вокруг него была такой, будто повсюду летали бушующие драконы. Однако он был сломлен с того момента, когда оба его глаза были выкалены.

И вот, Бог Копья вернулся.

Всё это было вызвано Цинь Му. С тех пор, как в деревне появился этот здоровый маленький мальчик, их обида постепенно проходила. Чтобы научить Цинь Му Пробуждению Глаз Девяти Небес, слепому пришлось сначала разбудить свои “глаза бога”. Однако, поскольку его глаза бога были выкалены, ему оставалось использовать только глаза своего разума.

Когда слепой передавал своё мастерство Цинь Му, старейшина почувствовал пробуждение его глаз бога, которые были на самом деле глазами бога его разума!

Не имея глаз, он использовал свой разум в качестве замены!

Старейшина деревни медленно закрыл глаза и расслаблено лежал под солнцем, подумав: «Глаза разума бога превзойдут глаза бога, и Бог Копья превзойдёт предыдущего Бога Копья. Слепой, когда ты однажды выйдешь из Великих Руин, твои враги содрогнутся от страха…»

После того, как Цинь Му закончил мочиться, мурашки пробежали по его спине. Он почувствовал, что его тело и разум полностью освободились от беспокойства.

Каменная статуя больше не могла оказать никакого давления на его дух. Ещё раз взглянув на неё, Цинь Му увидел много вещей, которых не замечал раньше. Казалось, что раньше его глаза были покрыты вуалью, не позволяя ему увидеть чёткую картину. В то время как теперь, вуаль была снята, и ему были показаны истинные цвета мира.

Он с жадностью взглянул на цвета вокруг него. Красота, которую он никогда не обнаруживал раньше, заставляла его так волноваться, что он хотел плакать.

Подойдя к другим каменным статуям в деревне, его дух снова был потрясён. Они были похожи на каменную статую старика с драконьей головой, одаряя сильными божественными лучами и необыкновенным шармом, обладающим священной аурой!

Тем не менее, он мог нормально смотреть на них, так как каменные статуи больше не могли повлиять на его дух.

Простое совершенствование первых небес Пробуждения Глаз Девяти Небес заставило его обезуметь от радости. Какие ещё пейзажи увидят его глаза после того, как поднимутся в уровне ещё на несколько небес?

Цинь Му достал медное зеркало и взглянул на своё отражение. Его глаза в зеркале отличались от обычных, из-за кольца, появившегося глубоко внутри его зрачка. На кольце были странные маркировки, похожие на пересечение молнии.

Кольцо постепенно стало прозрачным и исчезло.

Цинь Му закрыл глаза и направил свою жизненную Ци, чтобы тщательно построить “Небесный Узор Большой Медведицы”, после чего вновь открыл их. Затем он увидел, что в его глазах снова появилось кольцо.

Это кольцо было проекцией небес.

«Если мне удастся развить “Пробуждение Глаз Девяти Небес” до своего предела, внутри глаз должны появиться девять колец, перекрывающих друг друга будто десять зрачков, сложенных вместе», — подумал про себя Цинь Му.

Слепой продолжал объяснять ему как закончить Небесный Узор Большой Медведицы, и через некоторое время Цинь Му окончательно овладел техникой.

— Му’эр, ты закончил отдыхать? — мясник “спрыгнул” с нижнего жернова и вытащил свои ножи для убоя свиней. — Если ты закончил, пришло время тренировки на ножах!

Цинь Му поблагодарил слепого и бросился к мяснику, вытащив свой нож для убоя свиней.

Вскоре после этого старый Ма и одноногий вернулись с охоты и сразу же забрали Цинь Му, чтобы обучать своим навыкам. Он освободился только когда больше не мог стоять на ногах от истощения.

Вечером Цинь Му отправился к немому учиться навыкам кузнечного дела. Кузнец сказал пару слов на языке жестов и издал какие-то непонятные звуки, в ответ на что Цинь Му задумчиво кивнул…

То, что объяснял немой, было техникой совершенствования. Он сказал, что совершенствование подобно кузнечному делу: нужно помнить о различных функциях слабого и сильного пламени. Помимо функций огня, кузнец должен знать, как правильно охлаждать металл. Если окунуть его в холодную воду, он станет намного твёрже.

Мудрость и грубая сила, устойчивость и гибкость, дракон и тигр — это всё противоположные силы дополняющие друг друга.

Чем больше Цинь Му размышлял над этим, тем сильнее соглашался с немым. Он восхищался ним за такие слова, ведь они позволят ему избежать многих ошибок в будущем.

В процессе ковки, немой научил его наблюдать за огнём. Смотря на огонь в печи, он сделал несколько действий.

Глаза Цинь Му загорелись, повторяя то, чему учил кузнец — наблюдать за огнём, одновременно циркулируя жизненную Ци. Пока он выполнял Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, его жизненная Ци была похожа на маленькую печь, спрятанную в груди и направляющую жар ко всем точкам его тела.

У Цинь Му возникло приятное чувство, будто его жизненная Ци горела.

В то же время в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его духовный эмбрион поглощал энергию из моря света, делая дыхательные упражнения. Его духовный эмбрион также начал постепенно меняться, когда жизненная Ци, которую он выдыхал, горела вокруг него, будто купая его в печи.

Цинь Му был поражён. Тело его духовного эмбриона также начало очищаться. Наблюдая за огнем в печи, духовный эмбрион неожиданно начал мистическим образом трансформироваться.

Немой был настолько же изумлен, когда любопытно смерил взглядом Цинь Му. К обеду парень начал чувствовать, что огненная мощь, которую мог выдержать его духовный эмбрион, уже достигла предела и сразу же перестал наблюдать за огнем.

— Ах ах!

Кузнец показал два жеста и окунул раскалённую до красного каления железную заготовку в воду. Когда та зашипела и выпустила белую дымку, немой показал ещё пару жестов.

Глаза Цинь Му мерцали, когда он вгляделся в ведро с водой с глубокой задумчивостью.

Шум текущей воды едва заметно доносился от его груди. Вместе с журчанием потока его жизненная Ци вливалась в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, на самом деле превращаясь в тонкий ручей. Когда она вступила в контакт с духовным эмбрионом, произошло нечто волшебное. Его жизненная Ци начала закалять “статую”!

Он наслаждался, пока его духовный эмбрион закалялся огнем и водой!

На следующее утро Цинь Му проснулся, переполненный жизнью. Кипя энергией, он использовал технику, которую его научил совершенствовать немой, и она действительно оказалась потрясающе эффективной!

«Пойду-ка я найду демоническую обезьяну, чтобы подраться снова!»

В приподнятом настроении Цинь Му съел пилюлю Усиления Живучести и был вынужден поспешить из деревни, чтобы освободить лекарственную энергию. Тем временем, обезьяна уже не могла дождаться его прихода, лёжа под скалой.

— Ложись, кроха!

Демоническая обезьяна практиковала Восемь Громовых Ударов, которым её обучил Цинь Му, и значительно увеличила свою силу.

Увидев как тот мчится к ней, она сразу же выплюнула изо рта ветку и приняла боевую стойку, хохотнув:

— Падай, земля!

Цинь Му бросился вперёд, и демоническая обезьяна, будто движущаяся гора, сбивающая всё по пути, побежала навстречу. Столкнувшись лицом к лицу с парнем, она неожиданно исполнила Весенний Гром на Одиноком Восточном Море. С усиливающимся пронзительным звуком ветра, её техника сильным порывом сдула все окружающие деревья!

Глаза Цинь Му заискрились и издался громкий рёв. Он тоже начал исполнять Весенний Гром на Одиноком Восточном Море, двигаясь навстречу противнику!

Бууум!

Раздался глухой взрыв и силой удара их разбросило в разные стороны. Когда демоническая обезьяна приземлилась на землю, она сразу же бросилась вперёд, огромными кулаками пробивая воздух перед собой, в результате чего тот начал вибрировать. Атака продолжалась, и повсюду послышалось оглушающее гудение.

Цинь Му был поражён, демоническая обезьяна действительно выучила технику Тысячерукого Будды!

Тысячерукий Будда, который использовала обезьяна, по-прежнему был далёк от идеала из-за недостатка практики, и демоническая обезьяна не овладела тонкостями этого движения, но она успела изучить основу техники. В сочетании с её страшной силой, в её исполнении Тысячерукий Будда выглядел ещё эффективнее, чем у Цинь Му!

Сложно поверить в то, насколько сильным было тело демонической обезьяны. А после совершенствования в технике Восьми Громовых Ударов, оно стало ещё сильнее. Каждый взмах нёс ужасающую энергию.

Так как вчера Цинь Му значительно улучшил своё совершенствование и силу, он верил, что без проблем сможет избить обезьяну до полусмерти, особенно после того, как принял пилюлю усиления живучести. Но он совершенно не ожидал, что у него может не оказаться никакого преимущества, из-за чего растерялся!

П.П.: Риннеган говорите? Я представляю их по пафсоней, с прожилками полумолнии-полусвета, а не просто чёрными полосками.))

Глава 25. Второе пробуждение

Человек и обезьяна начали очередной остервенелый бой на выносливость.

Вскоре руки Цинь Му начали побаливать и неметь из-за лобового противостояния атакам демонической обезьяны.

Ещё немного погодя его лицо опухло от множества ссадин и синяков, оставленных кулаками обезьяны. Однако та не пользовалась возникающими возможностями убить парня, а вместо этого продолжала сражаться, подавляя часть своих сил.

— Еда, сила!

Демоническая обезьяна выбросила руку в очередном ударе, от которого образовался поток ветра, фактически содержащий в себе девять волн силы. Этот приём действительно был Восьмью Громовыми Ударами Третьей Формы — Буря Девяти Драконов. И конечно же во время сражения обезьяна не забывала ворчать о том, что, чтобы быть таким же сильным, он должен есть больше.

«Глаза Небес, пробудитесь!»

Жизненная Ци Цинь Му хлынула к его глазам, формируя первые небеса Пробуждения Глаз Девяти Небес — Небесный Узор Большой Медведицы. Казалось, что в его глазах появился ещё один слой мистического зрачка.

Пробудив свои Глаза Небес, Цинь Му внезапно почувствовал, что всё в мире становится предельно ясным, имея смысл и упорядоченность. Сближающийся с ним удар кулака демонической обезьяны стал выглядеть в его глазах по-особому… даже от непривычки чудно.

Он мог разглядеть на кулаке обезьяна каждую волосинку, покачивающуюся от трения с воздухом и даже, как каждое сухожилие и мышца сокращаются под кожей, а также движущиеся внутри потоки силы!

Техника Пробуждения Глаз Девяти Небес, которую передал ему слепой, позволила его глазам увидеть саму суть происходящего и конечно же он теперь отчётливо осознавал какова была разница в силе между ним и его противником!.. Но самое главное, как управлять своими сильными сторонами, о которых он раньше даже не задумывался!

В тот же миг, перед тем как его кулак столкнулся с кулаком огромной обезьяны, его пять пальцев расслабились и затем тут же начали распрямляться, прорывая воздух своими кончиками с пронзительным свистом, словно кто-то спустил тетиву с сильно натянутого лука!

Восемь Громовых Ударов — Громовые Пальцы Играющего на Пипе.

П.П.: Пипа — это такой музыкальный инструмент, напоминающий нашу балалайку, только музыка посерьёзней https://www.youtube.com/watch?v=o8WrU9tH8N8.

Старый Ма разбирался не только в кулачных техниках, но и в техника пальцев. Например, Громовые Пальцы Играющего на Пипе — это одно из лучших умений в своей категории, связанной с использованием пальцев в бою. Когда первый палец Цинь Му соприкоснулся с кулаком демонической обезьяны, та тут же поняла, что вся ударная мощь в её кулаке растворилась…

Со вторым коснувшимся пальцем парня обезьяна ощутила неистовую вибрацию, исходящую от сухожилий лапы!..

После столкновения с третьим пальцем обезьяна ощутила также дрожь в мышцах, от чего невольно запаниковала…

Четвёртый палец парня щёлкнул по кулаку демонической обезьяны, неконтролируемо отбрасывая всю лапу к верху и открывая незащищённую грудь…

Наконец и пятый палец Цинь Му нашёл свою цель, но сталкиваясь уже с грудью огромного зверя. Демоническая обезьяна почувствовала словно в неё врезался табун из сотни диких быков, обитающий в Великих Руинах и тут же отлетела назад!

Цинь Му молча уставился. Не слишком ли сильное Пробуждение Глаз Девяти Небес, которому его научил слепой? Ведь сейчас поистине сильной была не его атака, а глаза. Используя Глаза Небес он с лёгкостью подмечал все изменения движущихся потоков силы обезьяны, в итоге обнаружив слабость в её ударе и первым касанием пальца ударяя прямо по ней, нивелировал всю ту поразительную мощь, стоящую за кулаком!

Вььююх~~

В момент задумчивости демоническая обезьяна успела подняться и ударить его. Затем она подпрыгнула к небу и сжав кулаки беспощадно обрушила их на Цинь Му сверху вниз. Земля содрогнулась, образовывая глубокую яму в месте куда приземлилось тело мальца.

Демоническая обезьяна с громким взрывом приземлилась на землю и замахнулась в сторону ямы. Но прежде чем кулак успел добраться до границ углубления, Цинь Му щёлкнул пальцем по её кулаку.

В следующий миг гигантское мохнатое тело, словно невесомое, взлетело к небу. Цинь Му тут же выскочил из ямы, быстро сблизившись с всё ещё находящейся в воздухе обезьяной.

Буря Девяти Драконов!

Бум, бум, бум!..

Прогремела серия взрывов после чего огромное тело обезьяны полетело к земле словно падающая звезда, в итоге разломив спиной на части несколько деревьев, которым не повезло расти на её пути.

Через некоторое время Цинь Му и демоническая обезьяна вновь добрались до вершины утёса. Жадно глотая воздух, они лежали на спинах полностью обессиленные и не способное продолжить сражаться.

Несмотря на могучесть Глаз Небес, они потребляли настолько много жизненной Ци, что даже Цинь Му не мог позволить себе такого расточительства и это с его невероятно плотным совершенствованием.

Немного отдохнув демоническая обезьяна села и подняв большой палец затыкала в свою сторону:

— Я, старший!

— Я, старший. Ты, младший, — качая головой запротестовал севший Цинь Му.

— Я, сильный! — разъярилась обезьяна, подняв кулак и показав на нём ссадины и рассечения.

— Я, сильнее! — Цинь Му растопырил один из своих пальцев и взмахнул им в сторону лохматого здоровяка, беспощадно впечатывая в землю.

Демоническая обезьяна кувыркнулась в сторону, опять начав сражаться. Тем не менее это продлилось не долго… Чуть погодя они вновь попадали на спины, чтобы отдышаться.

Восстановив силы Цинь Му сразу встал. Демоническая обезьяна приподнявшись присела и уставилась на парня, который стоя на вершине утёса начал демонстрировать Восемь Громовых Ударов.

Он только однажды показал обезьяне парочку движений, но та умудрилась понять основы, хоть и с грубоватым исполнением. Теперь же Цинь Му решил показать Восемь Громовых Ударов чрезвычайно детально, уделяя особое внимание всем тонкостям и сложным моментам техники. Он хотел разжевать ей саму суть техники, которая заключалась в проявлении наибольшей силы в движениях.

Демоническая обезьяна училась очень быстро, сумев всего за несколько часов полностью освоить Восемь Громовых Ударов. Сердце Цинь Му сжалось от страха при мысли, что если он продолжит её тренировать, сможет ли он вообще всё ещё сражаться на равных с этим гигантом.

«Этот здоровяк похоже тоже гений боевых искусств. Неужели все странные звери такие умные? Могут ли они тоже совершенствоваться?»

Цинь Му задумался и сев начал обучать обезьяну своей дыхательной технике Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Демоническая обезьяна подражала ему, пытаясь научиться правильно дышать. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана на самом деле была самой простой дыхательной техникой Даоинь, поэтому способ её использования тоже был очень прост, требуя лишь перемещения жизненной Ци в определённом направлении.

Немного погодя демоническая обезьяна в основном овладела техникой Даоинь, ритмично дыша. Отчасти это было благодаря её темпераменту… Будучи травоядной у неё была спокойная натура и незатуманенный ум, что как раз таки и способствовало такому быстрому овладению техникой Даоинь.

«Здоровяк и правда настоящий гений боевых искусств».

Увидев насколько быстро обезьяна овладела техникой Даоинь, Цинь Му не мог удержаться от искреннего восхищённого восклицания:

— Упорно тренируйся, здоровяк. Я навещу тебя завтра, — договорив, он спрыгнул с утёса и побежал обратно в деревню.

Демоническая обезьяна села и наблюдая за ним прошептала:

— Кроха…

Следующие несколько дней Цинь Му постоянно приходил поспарринговаться с демонической обезьяной, после которого последняя приносила ему какие-то фрукты. А он в свою очередь показывал ей как правильно совершенствоваться и даже учил технике Божественных Ног Небесного Расхитителя одноногого.

Демоническая обезьяна с самого начала была хороша в кулачных навыках, что не скажешь о ногах. Однако после изучения Божественных Ног Небесного Расхитителя, движения её ног стали очень хитрыми и непредсказуемыми, ставя Цинь Му в невыгодное положение при малейшем проявлении неосторожности.

Сила Цинь Му увеличивалась стремительными темпами, но прогресс обезьяны был ничуть не хуже. Вскоре она добилась некоторых успехов даже в совершенствовании жизненной Ци. Во время спаррингов если Цинь Му не использовал свои Глаза Небес, то не мог одержать верх над ней и даже больше… Оказывался в невыгодном положении!

Одним вечером после битвы с демонической обезьяной Цинь Му как обычно пришёл к немому в кузницу для помощи, а также наблюдению за огнём как он его учил.

В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его жизненная Ци была похожа на огонь, постоянно закаляющий миниатюрный духовный эмбрион. Вроде всё шло как обычно, как вдруг, его духовный эмбрион в пространстве божественного сокровища начал притягивать и безумно поглощать золотое море, состоящее из золотых лучей света.

Цинь Му растерялся и совершенно не понимал, что происходит.

Немой не мог видеть, что происходит в духовном эмбрионе Цинь Му, поэтому он, само собой разумеется, не знал, что внутри тела его ученика происходит что-то мистическое.

Поглощая всё больше и больше золотых лучей, словно только начав набирать обороты, маленькая фигура духовного эмбриона Цинь Му вдруг резко застыла. Духовный эмбрион даже перестал вдыхать и выдыхать, утопая в тишине.

Цинь Му пытался заставить его пошевелиться, но безрезультатно.

«Неужели мой эмбрион помер?» — парню было немного неловко. Но спустя немного времени его духовный эмбрион, словно очнувшись ото сна, медленно пришёл в себя.

Цинь Му с облегчением вздохнул и вернулся к созерцанию огня. В тот же момент он ощутил, что его жизненная Ци стала чрезвычайно горячей и обжигающей. Всякий раз, когда его духовный эмбрион выдыхал жизненную Ци, та продолжала гореть даже после того как вытекала из таинственного пространства — Божественного Сокровища Духовного Эмбриона.

Цинь Му шокировано вскочил, тут же прекратив созерцание огня. Однако было слишком поздно и его одежда резко воспламенилась!

Немой, который стоял рядом с ним, сразу же поднял огромный чан с водой и, перевернув, накрыл им парня, погасив огонь.

Подняв чан Цинь Му стал походить на утопленную крысу.

Немой был обескуражен, но всё же проверил мальца на наличие ожогов на теле. Закончив он тут же отбросил в сторону свой молот и железный прут, умчавшись прямо к старейшине деревни. Оказавшись на месте он активно жестикулируя описал всё, что произошло.

Старейшина был поражён и сразу же попросил глухого и немного вынести его наружу:

— Му’эр, попробуй снова посмотреть на огонь как учили!

Цинь Му не знал почему старейшина был столь серьёзен, но не стал уточнять, а сразу же начал созерцать огонь. В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его жизненная Ци вновь превратилась в пылающую печь, окутывая его духовный эмбрион.

После этого из его тела вырвалась тёплая волна, мгновенно повысив температуру тела!

Глаза старейшины деревни азартно заблестели, и он начал направлять Цинь Му:

— Му’эр, сосредоточья и успокой свой разум. Подними свою ладонь и взмахни ею словно ножом. Покажи мне хороший удар!

Глядя на огонь печи Цинь Му успокоил разум и избавился от лишних мыслей. Его жизненная Ци естественным образом пришла в движение, когда он взмахнул рукой, словно та была ножом.

Вьюх~~

И его ладонь действительно загорелась, рубанув подобно пылающему огнём мечу!

Глава 26. Толщиной с руку

Все, кто находился в мастерской кузнеца, глупо уставились.

В жизненной Ци Тела Тирана Цинь Му появился атрибут. Больше того, это был атрибут огня, который явно принадлежал жизненной Ци Красной Птицы.

Глухой собирался закричать от радости, но старейшина деревни прервал его:

— Глухой, успокойся. Му’эр, сосредоточь свой ум на наблюдении за водой, не думай ни о чём другом.

Сделав, как ему сказали, Цинь Му наблюдал за водой, и его жизненная Ци превратилась в поток капель, впадающий в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, закаляя его. Тесная мастерская вскоре была переполнена всеми жителями деревни, которые прибежали, услышав новость. Старый Ма, одноногий, мясник, целитель и слепой втиснулись, чтобы взглянуть на Цинь Му, который как раз наблюдал за водой. Никто из них не мог осмелиться издать даже малейший звук.

Прозвучал голос старейшины:

— Помнишь навык копья, которому тебя учил слепой? Представь, будто у тебя в руках есть копьё, и попробуй нанести удар!

Цинь Му свёл руки и ударил, словно водя кончиком копья в воздухе. В тот момент, когда его пустые руки попробовали нанести удар, жизненная Ци превратилась в белоснежный пар и бросилась вперёд, формируя копьё. В то же время издался звук капающей воды, и поток пара, напоминающий водяного дракона, закружился от толчков.

— Успех, успех…

Старый Ма воскликнул со слезами счастья:

— Он, наконец, преуспел. Годы нашей напряжённой работы не напрасны… Му’эр, ты вырос!

Он не мог удержаться чтобы не отвернуться, вытирая слёзы своей единственной рукой.

Одноногий искренно улыбнулся и пробормотал:

— Наш Цинь Му, наконец, может выжить в Великих Руинах… Чёрт возьми, старый Ма, ты можешь сдержать слёзы? Из-за тебя мне тоже хочется плакать. Если бы бабушка Сы не ушла в город за покупками, она бы сейчас ревела сильнее всех!

— Зачем нам плакать? — глаза целителя покраснели, и он улыбнулся. — Мы должны смеяться! Когда мы умрём от старости, Цинь Му всё равно сможет выжить. Это отличная новость, и мы можем только радоваться!

— Ты прав, действительно прав! — глухой рассмеялся. — Целитель, хоть я тебя и недолюбливаю, твои слова попали мне в самое сердце!

Дрожащий смех резонировал от крошечной мастерской кузнеца и раздавался в небесах. Поглядев на этих взволнованных стариков, Цинь Му почувствовал, как теплота проходит по всему его телу.

Все эти люди с неполноценными телами и имеющие полно других недостатков, хоть иногда и казались сумасшедшими, но всё равно были его семьёй, его самыми близкими и родными!

— Зачем вы, стариканы, закрылись там и смеётесь как умалишённые? — внезапно откуда-то снаружи донёсся голос бабушки Сы, после чего она тоже рассмеялась.

Цинь Му удивился и повеселел. Бабушка Сы наконец вернулась из города Пограничный Дракон!

Одноногий сразу же поделился с ней радостным происшествием. Её глаза покраснели, и она улыбнулась:

— Хорошо, хорошо. Му’эр наконец вырос… Это великолепно…

Вспоминая все те трудности, через которые она прошла за последние одиннадцать лет, не смогла сдержать слёзы. Маленькая старуха присела, вытирая глаза:

— Когда мы умрём, Цинь Му сможет выжить… Не трогайте меня, мне что-то в глаз попало …

Старейшина деревни незаметно вздохнул с облегчением. Тучи, которые сгущались в его голове, рассеялись, когда в жизненной Ци Цинь Му появились атрибуты. Теперь, когда парень может высвободить свою полную мощь, и его тело действительно оказалось Телом Тирана, кризис в деревне миновал.

Однако даже с его обширными знаниями, он не мог не быть озадачен. Как атрибуты могли так спонтанно появиться в жизненной Ци Цинь Му?

Ещё более странным было то, что Цинь Му обладал сразу двумя атрибутами — огнём и водой!

Все считали, что Духовное Тело может обладать только одним атрибутом, и ни в коем случае двумя!

Цинь Му, бесспорно, был всего лишь обычным человеком и всё-таки имел два разных атрибута. Кроме того, это были огонь и вода, стихии, которые не могут существовать вместе, что было ещё более странным.

«Когда обычные люди пробуждают свой духовный эмбрион, у них появляются два атрибута? —он не мог сдержать недоумения. — Чему такому обучил его немой, чтобы его жизненная Ци смогла приобрести атрибуты воды и огня? Сработало бы это в случае с любым другим обычным человеком?»

Он знал, что деревенские жители перепробовали уже все средства, чтобы помочь Цинь Му высвободить всю свою мощь с помощью жизненной Ци. Целитель использовал лекарственные добавки. Одноногий, мясник и Ма подвергали его энергичным тренировкам. Слепой без колебаний поделился своими глазами бога. Глухой прокладывал путь через рисование и каллиграфию. Однако никто понятия не имел, какими методами пользовался немой.

Он даже не подозревал, что немой будет тем, кто сможет пробудить в Цинь Му жизненную Ци Тела Тирана.

У старейшины деревни не было и малейшей догадки о том, кем кузнец был на самом деле. Он знал только, что немой указал Цинь Му наблюдать за огнём и водой. Как именно это занятие пробудило атрибуты жизненной Ци парня, всё ещё было для него загадкой.

Немой был самым немногословным человеком в деревне, и всегда держал свои таланты в тайне. Наиболее легкомысленным был слепой. Мясник был нахальнее всех, а самым услужливым был старый Ма, потому что всегда обладал хладным рассудком. Одноногий выглядел полным энтузиазма, но на самом деле был страшно коварным. Самым приземлённым был целитель. Горбатая бабушка Сы всегда, казалось, была полна энергии, а жителем без каких-либо желаний был глухой.

Что касается немого кузнеца, старейшина знал о нём совсем немного. Ему было известно только то, что немому кто-то отрезал язык и он хорошо разбирался в инструментах. Обычно соседние деревни заказывали у него такие предметы, как кулинарные ножи, плуги и сельскохозяйственные мотыги.

Исходя из того, насколько эффективно он смог помочь Цинь Му пробудить свою силу, старейшина сделал вывод, что тот был единственным человеком в деревне, кто соответствовал его знаниям и совершенствованию.

— Му’эр, ты можешь создать из своей Ци нить? — взволновано спросила бабушка Сы.

Цинь Му попытался сформировать нить и в следующий момент его жизненная Ци покинула тело, становясь толщиной с руку и излучая яркое пламя.

Огромная и толстая “нить” из жизненной Ци подхватила нож для убоя свиней и взмахнула вперёд. Деревянный пень, толстый, как бочка, мгновенно раскололся под воздействием поразительной силы!

Все жители деревни потеряли дар речи, увидев такую толстую нить жизненной Ци.

Это правда, что нить из Ци Цинь Му была наделена страшной силой, однако, так как она состоит из жизненной Ци то должна быть тонкой и экономной. Такая нить будет значительно более гибкой и непредсказуемой, позволяя выполнять очень хитрые движения, которые просто невозможно выполнить рукой.

Поэтому, “нить”, которую создал Цинь Му, нельзя было считать настоящей нитью Ци. Ей больше подходило название “рука из жизненной Ци”.

Из-за того, что его “нить” была очень толстой, она также потребляла громадное количество сил.

Одноногий почесал голову:

— Я считаю, что иметь “руку из жизненной Ци” не так уж плохо, это всё равно что иметь три руки. В бою она может стать очень полезной.

Никто не знал, плакать или смеяться. Бабушка Сы покачала головой:

— Нить из жизненной Ци более проворна, в то время как “рука” слишком толстая. Её гибкость и манёвренность уступают нити Ци. Му’эр, тебе нужно как можно скорее освоить технику создания нормальной нити из жизненной Ци.

Цинь Му кивнул.

Только когда он наблюдал за огнём, огненный атрибут проявлялся в его жизненной Ци, превращая её в Ци Красной Птицы. Если огня поблизости не было, его жизненная Ци оставалась обычной.

Наблюдать за огнём и одновременно создавая нить из жизненной Ци всё ещё оставалось трудной задачей для Цинь Му.

Старейшина деревни и остальные хмурились, замечая неладное. Если Цинь Му мог активировать атрибуты своей жизненной Ци только наблюдая за определёнными стихиями, то в разгар битвы у него будет риск оказаться в очень неприятном положении!

Разве посреди боя враг позволит тебе поглазеть на огонь или воду?

Сначала им показалось, что Тело Тирана Цинь Му было очень сильным, владея сразу двумя атрибутами. Однако, заметив такой недостаток, их уверенность начала исчезать.

— Ах ах!

Немой показал несколько жестов, широко улыбаясь.

Глухой его понял и тоже улыбнулся:

— Немой прав, Му’эр только усвоил основы. Дело мастера боится. Если он продолжит практиковаться, ему обязательно удастся овладеть техникой!

Наличие атрибутов огня и воды в его жизненной Ци было эквивалентно пробуждению духовных тел Чёрной Черепахи и Красной Птицы. Когда Цинь Му наблюдал за огнём, он приобретал тело Красной Птицы, а когда смотрел на воду — Чёрной Черепахи.

В деревне Цинь Му использовал свою толстую “руку из жизненной Ци” для совершенствования навыка ножа — Забой Свиней. Когда нож для убоя свиней взмахивал, он время от времени едва не разрезал Цинь Му на две части. Каждый раз, когда становилось крайне опасно, слепой отбивал нож своим посохом, спасая парня от самоубийства.

Создание нити из жизненной Ци и использование её для контроля над мечом требовало постепенного и осторожного совершенствования. Такую технику боя было очень опасно использовать, и только самые талантливые и трудолюбивые могли овладеть ей на приемлемом уровне.

Забой Свиней мясника принадлежал к фракции боевых техник. Несмотря на то, что мясник использовал некоторые приёмы с фракции техник управления мечом, и мог манипулировать своим ножом без рук, разница между его навыками боевых техник и навыками техник управления мечом всё равно оставалась огромной. Использование Забоя Свиней для тренировки техники управления мечом было чрезвычайно рискованной идеей.

Движения мясника были слишком сумасшедшим и опасным. Когда он дичал могло случиться что угодно, он мог даже изрезать себя в ничто.

К слову, Восемь Громовых Ударов, которые передал ему старый Ма, принадлежали исключительно к фракции боевых техник и их было невозможно использовать для тренировки техник, которые подразумевали использование Ци для контроля над мечом.

Техника Создания Небесного Дьявола, которой пользовалась старуха Сы, классифицировалась как заклинания. Навык ног одноногого, навык посоха слепого, каллиграфия и живопись глухого, методы лечения целителя и навыки обработки металла немого, очевидно, ещё хуже подходили для тренировки дистанционного контроля над мечом.

Поэтому, единственным способом совершенствования этой техники был единственно доступный Цинь Му безумный навык — Забой Свиней.

****

У входа в деревню старейшина лениво раскинулся на солнце. Целитель стоял рядом с ним, когда оглянулся на Цинь Му, который изо всех сил пытался совершенствовать Ци, чтобы контролировать меч, и вдруг сказал:

— Слепой передал Му’эру глаза бога, мясник передал ему навыки ножа. Также парень выучил навык ног одноногого и каллиграфию с живописью глухого… Что насчёт Вас, старейшина?

Старейшина деревни повернул голову, чтобы посмотреть на него.

У целителя был агрессивный тон:

— Каждый из нас хорош в чём-то уникальном, но никто здесь не имеет достаточных знаний в области контроля над мечом. У Вас больше опыта чем у любого из нас, а Ваши навыки намного сильнее. Почему Вы не хотите обучать его? Что касается контроля над мечом с помощью Ци, мне интересно, есть ли в мире кто-нибудь, кто разбирается в этом лучше Вас?

Лицо старейшины деревни стало угрюмым, когда он посмотрел вниз на свои отсутствующие конечности и тихо сказал:

— Я хотел бы его обучить, но эта ответственность слишком велика для Му’эра. Когда у меня ещё были конечности, я не смог с ней справиться. В противном случае, мне бы не пришлось прятаться в Великих Руинах… Ты знаешь, как я их потерял?

Целитель покачал головой.

— Это раны от меча.

Старейшина деревни поднял голову и сказал в оцепенении:

— Мои конечности были отрублены мечом. Любой, кому передадутся мои навыки, должен будет взять на себя мою ответственность. Ту, с которой не смог справиться я, не говоря уже о молодом Цинь Му.

Глава 27. Техника Духовного Эмбриона

Вьюх!..

В лесу за пределами деревни Цань Лао Цинь Му нанёс сокрушительный удар ладонью, из которой вырвалась жизненная Ци и подобно пламенному дракону начала скручиваться и извиваться вокруг него. Воздух перед ним сразу же стал невероятно сухим, словно был крещён огнём!

Его ноги постоянно двигались во время непрерывного шквала ударов. Воздух становился всё суше и суше, словно над огромной жёлтой пустыней зависли десять чрезвычайно сильно палящих солнц!

Сейчас он исполнял кулачный навык старого Ма: Восемь Громовых Ударов Четвёртой Формы — Куа-фу в Погоне за Солнцем *.

Внезапно шаги Цинь Му сменили ритм, также изменяя движения. Его движения и формы были похожи на реку, вливающуюся в море, а жизненная Ци сменила свой огненный атрибут на водный. На его руке скручивался водный дракон, состоящий из пара и даже его движения резонировали со звуком вздымающихся волн пульсирующей воды, протекающими вокруг него.

Его шаг снова сменили ритм в то время как руки схватили пустоту и в пару появились очертания копья будто опрокидывающего моря и реки, подобно бесконечно длинному дракону.

В течение последних дней он всегда находился в деревне, используя Ци для манипуляции движения меча, а также сосредоточившись на наращивании своей жизненной Ци. Тем не менее он всё же перво-наперво должен был понаблюдать за огнём, прежде чем ему удавалось наделить свою жизненную Ци огненным атрибутом и при помощи неё управлять мечом.

Продолжая практиковаться время необходимое для наблюдения за огнём становилось всё короче. И теперь ему даже не нужно было наблюдать за печью, а только представить в уме огонь печи, и его жизненная Ци тут же начинала пылать.

Тем не менее навык мясника — Забой Свиней, был из фракции боевых техник, поэтому Цинь Му не очень хорошо получалось использовать его для тренировки управления мечом при помощи Ци.

С другой стороны, практика Восьми Громовых Ударов старого Ма и навыков копья слепого приносила ему обильный урожай, позволяя быстро прогрессировать в них.

И сегодня, когда он выполнил Восемь Громовых Ударов Четвёртой Формы — Куа-фу в Погоне за Солнцем, то стал походить на гигантского бегуна с взрывающимся от ударов ладоней воздухом. Это была мощь его жизненной Ци!

Разумеется, огненный атрибут жизненной Ци Красной Птицы не мог полностью раскрыть всю мощь атакующих техник старого Ма. Наиболее подходящим типом жизненной Ци для Восьми Громовых Ударов старого Ма была по-прежнему жизненная Ци Зелёного Дракона.

Напротив, водный атрибут жизненной Ци Чёрной Черепахи мог в полной мере продемонстрировать всю мощь навыков копья слепого.

Через некоторое время Цинь Му остановился и проглотил две пилюли Усиления Живучести, чтобы как можно быстрее восстановить истощившуюся жизненную Ци. Затем он задумался над тем, чего же ему не хватало, когда он начинал использовать свою жизненную Ци.

Изначально лишь одна пилюля Усиления Живучести невероятно перенасыщала его, вынуждая задействовать свою Ци на полную, для разрядки, но после того как его духовный эмбрион “проснулся”, даже потребление двух таких пилюль не было слишком большим количеством и конечно же не давало чувства сверхперенасыщения.

«Интересно, демоническая обезьяна может съесть такую пилюлю Усиления Живучести? Хотя скорее всего нет. Дедушка целитель как-то сказал мне, что в этих пилюлях есть четыре различных атрибута, поэтому они по сути ядовиты для всех, у кого нет Тела Тирана. Может я когда-нибудь смогу изготовить котёл пилюль Усиления Живучести специально для демонической обезьяны…»

Сердце Цинь Му дрогнуло, когда он вспомнил о спаррингах с обезьяной. В последние дни он не встречался с ней и, как следствие, не знал до какой степени этот странный зверь развил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Он вскочил и быстро побежал в сторону территории демонической обезьяны. В конце концов он был лишь подростком без друзей в этой глуши, кроме стариков в деревне. Не видевшись с ней в течение нескольких дней на него нахлынуло чувство лёгкого беспокойства.

Цинь Му достаточно быстро добрался до горной долины, в которой обитала та обезьяна. Внезапно в лесу появилась маленькая гора, которая оказалась ничем иным, как телом демонической обезьяны. Она стала выглядеть ещё более величественной, но увидев Цинь Му, тут же сильно обрадовалась, начав колотить себя по груди, показывая тому что он должен запрыгнуть ей на плечо.

Цинь Му так и сделал, после чего та рванула вглубь долины.

Это был первый раз, когда он вошёл в место обитания демонической обезьяны. Везде паслись дикие олени и лошади. Можно было увидеть даже глупеньких ланей и косуль. Во внутренних районах находился древний пережиток прошлого и первое что бросилось в глаза это практически полностью разрушенные временем стены.

Обезьяна жила в древнем полуразрушенном дворце, перед которым возвышалась потресканная каменная статуя получеловека-полузверя. Цинь Му открыл Глаза Небес и испытал шок.

Каменная статуя была похожа на каменные статуи в деревне Цань Лао. Через видение Глаз Небес благодать каменной статуи перед ним давала ощущение как от неукротимого бога зверей, источая злое пламя, вздымающееся к небу!

Демоническая обезьяна полагалась именно на эту статую, чтобы противостоять ночной тьме и защитить свою жизнь.

«Такая необыкновенная благодать… Может ли быть, что эта статуя вылеплена богом для бога?»

Цинь Му спрыгнул с плеча обезьяны и к нему тут же подошла глупенькая косуля, нюхая край рубашки и пытаясь пожевать.

Демоническая обезьяна осторожно схватила косулю и поставила в сторонке. Затем она махнула рукой, мол, иди за мной.

Она была правителем этой долины, а также её защитником, она опекала живущих в ней животных, но при этом вела себя жестоко с чужаками.

Цинь Му последовал за обезьяной в рушащийся дворец, при этом слегка нахмурившись. Везде чувствовался запах множества диких зверей, должно быть с наступлением ночи они сбегаются сюда, чтобы спастись от тьмы.

— Смотри, кроха! — демоническая обезьяна указала на стену.

Цинь Му поднял голову, взглянув на украшающие стену древние росписи. В некоторых местах они пестрили яркими отшелушивающимися цветами, в то время как другие были практически выцветшими. И только несколько из них можно было считать целыми.

На этих настенных росписях был изображён человек, совершенствующий Ци, а стрелки нарисованные внутри тела показывали потоки жизненной Ци.

Бросив на них несколько взглядов, сердце Цинь Му сжалось. Он увидел пути, по которым должна циркулировать жизненная Ци техники “Трёх Эликсиров Тела Тирана”!

Демоническая обезьяна некоторое время практиковала эту дыхательную технику и поняла, что она похожа на инструкции с росписей, в итоге решив привести его сюда!

Однако, Цинь Му быстро обнаружил некоторые различия. Первая роспись действительно показывала, как правильно практиковать дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, тогда как вторая уже немного отличалась. Несмотря на то, что она всё ещё базировалась на технике Трёх Эликсиров, но была несколько сложнее.

Направление циркуляции Ци на второй росписи проходило через место, где располагалось Божественное Сокровище Духовного Эмбриона — в точке между бровей!

После того, как жизненная Ци входила в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, дальше шла третья роспись. Она показывала направление движения Ци внутри и вместо того, чтобы вдыхать и выдыхать её непосредственно своим духовным эмбрионом, нужно было сформировать жизненной Ци мистический узор под ногами духовного эмбриона.

Узор, который принимала Ци, был чрезвычайно сложным и замысловатым. Даже ещё сложнее, чем Небесный Узор Большой Медведицы. Цинь Му внимательно изучил его, запоминая наизусть и затем использовал свою собственную жизненную Ци, чтобы сформировать нужный узор под ногами своего эмбриона.

Закончив формирование, его тело бесконтрольно задрожало. Он тут же ощутил странную связь между ним и своим духовным эмбрионом!

Когда он дышал его духовный эмбрион тоже дышал. Когда он двигался эмбрион двигался точно так же и когда он применял дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана тот тоже её применял!

Цинь Му испытал шок, но практически сразу же пришёл в себя и сильно обрадовался: «Разве это не значит, что теперь я могу совершенствоваться в два раза быстрее?»

Тем не менее он сразу же обнаружил, что, выполняя Три Эликсира Тела Тирана, духовный эмбрион не помогал увеличить совершенствование его жизненной Ци, а вместо этого оттачивал его.

Во время того как жизненная Ци циркулировала по узору, сформированному под ногами его духовного эмбриона, последний поглощал золотые лучи моря света, которые в итоге входили внутрь него. Со временем он выбился из сил, но после слияния с золотыми лучами его жизненная Ци стала ещё более цепкой и чистой.

В прошлом его духовный эмбрион тоже поглощал золотые лучи, но не так быстро, как сейчас, когда он полагался на сложный узор из жизненной Ци под ногами, что изучил с третьей росписи.

«Неужели это следующий уровень техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, предназначенный специально для духовного эмбриона?» — сердце Цинь Му учащённо заколотилось. Старейшина деревни сказал ему, что он не знал больше техник предназначенных для Тела Тирана… И он никак не ожил, что найдёт здесь технику Тела Тирана для области Духовного Эмбриона!

Он посмотрел на четвёртую роспись и слегка нахмурился… ведь она была наполовину испорчена. То, что там нарисовано должно быть техникой для области Пяти Элементов.

На росписи виднелись царапины зверей, что, очевидно, говорило о том, что те были испорчены живущими здесь животными или ночующими дикими зверями.

Пятая роспись тоже была очень сильно повреждена, в то время как больше половины шестой словно вообще не существовало. Следующие росписи были в ещё более плачевном состоянии… На них было невозможно что-либо разобрать.

«С учётом того, насколько этот дворец повреждён, уже хорошо, что стены находятся хоть в таком состоянии… Кто знает сколько времени они ещё протянут», — мысленно вздохнул Цинь Му. Продержаться до сих пор уже было чем-то невероятным. Он запомнил вторую роспись и третью, и молча воспроизвёл в уме, в конце концов успокоившись.

Несмотря на то, что настенные росписи во дворце были практически стёрты, те что уцелели хотя бы дали возможность понять, как тренировать следующий уровень Тела Тирана!

На стенах дворца осталось мало росписей. Помимо техники Трёх Эликсиров Тела Тирана была ещё одна настенная роспись, которая выглядела более полной чем первая.

На ней была изображена карта. Присмотревшись к ней, Цинь Му обнаружил местонахождение реки Вздымающейся, от чего его сердце вновь сделало в груди неконтролируемый кульбит: «Неужели это карта Великих Руин?»

Следуя взглядом вдоль берега реки, он, наконец, нашёл местоположение деревни Цань Лао.

«Э-э, почему здесь дракон?»

Взглянув на несколько десятков километров вверх по течении реки от деревни Цань Лао, он на самом деле увидел нарисованного дракона, который не мог не сбить с толку.

«Король Драконов Вздымающейся Реки!» — сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Он понятия не имел, что означают эти четыре слова.

И на карте были пометки ещё многих странных мест. Например, в десяти километрах к востоку от деревни Цань Лао, рядом с колодцем, были написаны другие четыре слова, а именно — “Король Драконов Колодца Небес”.

Был ещё один колодец, над которым писалось — “Король Драконов Океанических Глаз”.

А в отдалённом месте на карте Великих Руин он увидел нарисованный корабль, на котором было расположено солнце. Рядом с ним были написаны два слова — “Корабль Солнца”. Недалеко от Корабля Солнца было место под названием, просто, Солнце. Ещё был Корабль Луны, но он находился очень далеко от Корабля Солнца, тем не менее недалеко от него точно также было странное место помеченное словом — Луна.

Цинь Му пробегался взглядом по карте, но так и не смог найти древний храм посреди реки, который подавлял ту женщину У. Он также не смог найти город Пограничный Дракон, который находился в нескольких сотнях километрах вниз по течению.

«Эта карта… Неужели она описывает места до произошедшей в Великих Руинах катастрофы?»

Когда взгляд Цинь Му блуждал в поиске чего-то ещё, вдруг, выражение его лица изменилось, ведь он нашёл место с руинами, где он скрывался от темноты. Однако на карте то место не было обозначено как руины, а называлось — Перевал Богини!

«Это действительно карта до катастрофы в Великих Руинах!»

↑ кому интересно кто такой Куа-фу сюда https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1%83%D0%B0-%D1%84%D1%83

Глава 28. Тень на стене

Цинь Му задумался. Карта Великих Руин до катастрофы была очень полезной, поскольку на ней было изображено большинство древних развалин. Если бы он отправился на охоту и не смог вовремя вернуться домой, то с помощью этой карты смог бы добраться к ближайшим руинам и переждать там вторжение темноты.

«С этой картой я смогу избежать многих опасностей».

Он запомнил карту наизусть и нашел долину, в которой находился. На карте она обозначалась как “Дворец Подавления Рока”.

«Дворец Подавления Рока? Рок подразумевает беду, то есть катастрофу».

Изучая живопись и каллиграфию у глухого, он приобрёл полно знаний, даже если его нельзя было считать учёным:

— Если Дворец Подавления Рока был местом для предотвращения катастрофы, то какую катастрофу он должен был предотвратить? —Цинь Му пробормотал про себя.

Оглянувшись вокруг, он понял, что демоническая обезьяна уже ушла из дворца без его ведома. Должно быть, она не хотела его отвлекать, оставаясь неподалёку.

«Здоровяк хорошо соображает», — подумал он.

Выйдя из дворца, Цинь Му позвал демоническую обезьяну и спросил:

— Здоровяк, есть ещё какие-нибудь интересные места неподалёку?

Демоническая обезьяна почесала голову, подумала, и бросилась в боковой зал Дворца Подавления Рока. Цинь Му быстро догнал её, а глупенькая косуля побежала следом.

— Вот!

Обезьяна вошла в боковой зал и указала пальцем. Посмотрев туда, куда она указывала, Цинь Му увидел белую стену, на которой была нарисована маленькая человеческая тень размером с большой палец.

Цинь Му пристально посмотрел на стену и не увидел на ней ничего другого, кроме этого рисунка.

Глупая косуля двинулся вперёд и понюхал человеческую тень на стене. Как только она собралась лизнуть стену из неё внезапно вырвалась рука, схватила за шею и затащила внутрь!

Цинь Му подпрыгнул от шока, в то время как демоническая обезьяна в ярости начала бить себя кулаками в грудь и реветь на стену, однако она не решалась подойти.

На стене, рядом с крошечной человеческой тенью, появилось чёткое изображение косули. Цинь Му заметил, что человек начал медленно двигаться, открывая рот. Он открывался всё шире и шире, когда, наконец, рот заполненный огромными как гвозди зубами не закрылся на бедной косуле.

Цинь Му был ошеломлен. После того, как человеческая тень доела косулю, она внезапно начала идти к ним навстречу огромными шагами!

Цинь Му видел, что хоть тень на стене и не могла выбраться наружу, она постоянно приближалась к ним, увеличиваясь в размерах. Однако, даже достигнув роста обычного человека, она продолжила идти.

За короткое время, всё ещё оставаясь на стене, тень увеличилась настолько, что уже не помещалась на стене. Тень головы с широко открытым ртом была на потолке, а руки раскрылись, покрывая две прилегающих по бокам стены.

— Кроха, беги! — демоническая обезьяна схватила Цинь Му и отпрыгнула, чтобы не быть схваченной тенью на стене.

Из стены вырвался сердитый, непрерывно дрожащий рёв, наполняя воздух дымом и пылью. Затем чёрная тень распространилась по стенам зала, в мгновение ока окутывая его полностью!

Тень пыталась вырваться наружу, но не могла этого сделать как бы ни старалась.

«Это демон?»

Цинь Му остановился, моргнув глазами, и повернулся, чтобы рискнуть:

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е…

Тень, терзающая боковой зал, внезапно затихла. Оконные рамы внутри внезапно открылись, будто два угольно-чёрных глаза. Цинь Му почувствовал на себе страшный взгляд, и у него по спине побежали мурашки.

Вдруг огромная дверь бокового зала закрылась сама по себе, но потом снова открылась. Когда она открывалась и закрывалась, раздался хриплый голос:

— Заклинание Великой Свободы. Ты потомок моей расы? Как жалко. Твоё заклинание даже не было передано дословно. Неужели моя раса скатилась до такого уровня?

Цинь Му спросил:

— Знает ли старший настоящее Заклинание Великой Свободы?

— Конечно!

Дверь открылась-закрылась, и раздался высокомерный голос:

— Высшая сила сокрыта внутри принадлежащего моей расе Заклинания Великой Свободы. Оно было наделено силой великой свободы и было той вещью, которая создала мир! Как оно могло опуститься до такого плачевного состояния в твоих руках? В нём нет даже капли могущества! Скажи пусть твоя обезьяна уйдёт, и я научу тебя настоящему заклинанию!

Цинь Му посмотрел на демоническую обезьяну, на что та отрицательно покачала головой и глухим голосом предупредила:

— Призрак, настоящий!

— Этот старший принадлежит к той же расе, что и я, и не причинит мне вреда. Выйди на улицу и подожди немного, —успокоил её Цинь Му.

Демоническая обезьяна не могла сразу решиться, поэтому Цинь Му вытолкнул её на улицу.

Дверь бокового зала снова открылась и закрылась с дьявольским голосом:

— Заклинание — это волшебная техника. Ты изучил только его слова, а не силу, скрытую внутри. Тебе также неизвестно как использовать внутренние качества заклинания. Этот метод называется Мудрой* Великой Свободы, самым сильным и важным искусством нашей расы! Моя сила запечатана внутри этого огромного зала, потому её не хватит надолго, так что будь внимателен… Я покажу тебе только один раз, и то, сколько ты запомнишь, зависит исключительно от тебя самого.

Чёрная тень на стенах комнаты начала уменьшаться и стала размером с Цинь Му. Циркулирующие линии начали появляться внутри тени, показывая движение жизненной Ци.

Дьявольский голос объяснил:

— Существует четыре метода мудры из Мудры Великой Свободы: Мудра Могущественной Силы Бога-Дьявола, Мудра Дьявольской Свободы, Мудра Огромной Мудрости, а последний метод мудры объединяет первые три вместе, формируя Мудру Великой Дьявольской Свободы! Сейчас я покажу тебе первую — Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола! Твой голос должен нести звук дьявола, для того чтобы раскрыть полную силу, Ци Кэ До!

Цинь Му не отрывая глаз смотрел на чёрную фигуру на стене бокового зала, запоминая алгоритм выполнения этой техники. Жизненная Ци внутри его тела циркулировала, следуя пути показанному тенью.

— Ци Кэ До!

Голос дьявола вырвался из его рта и Цинь Му сразу почувствовал, как его тело высвободило ужасную силу. Эта огромная сила заставила его пальцы сформировать необычную мудру и неконтролируемо ударить вперёд.

Бум!

Приглушённый звук раздался, когда ладонь Цинь Му впервые исполнила громовой удар, к которому он так долго стремился, гром в ладони!

Глаза Цинь Му опустели. Он не мог понять, как ему это удалось.

Мудра Могущественной Силы Бога-Дьявола, которой его научила человеческая тень на стене, была исключительно мощной. С точки зрения частоты ударов, её нельзя было сравнить с Восьми Громовыми Ударами старого Ма, но она значительно превзошла эту технику в плане силы.

Тем не менее, удар Мудрой Могущественной Силы Бога-Дьявола чрезвычайно сильно истощил его жизненную Ци. Он потреблял в несколько раз больше Ци, чем Восемь Громовых Ударов!

Тень на стене извивалась, казалось, будто что-то тянет её внутрь. Когда она вернула себе контроль над залом, задыхаясь, проговорила:

— Сила этого зала слишком высокая, она постоянно меня подавляет. У меня мало времени. Взгляни хорошо. Это вторая мудра, Мудра Дьявольской Свободы! Са Мо Е!

На стене, поток Ци внутри тени изменился. Из-за темноты внутри комнаты, его тяжело было разглядеть на расстоянии.

Цинь Му вскочил и незаметно для себя сделал шаг вперёд, наконец, сумев ясно увидеть изменения в циркуляции жизненной Ци.

— Са Мо Е!

Он тихо произнёс голос дьявола и направил свой жизненную Ци. Мгновенно, огромная сила снова вырвалась из его тела, заставляя его принять новую позу.

Его лицо неконтролируемо улыбнулось, палец сделал жест, напоминающий срывание цветка, и нанес удар.

Сила этой мудры была не такой огромной, и она, казалось, была совсем неэффективной. Однако Цинь Му почувствовал, что её эффект был очень похож на мудру в Восьми Громовых Ударах.

Восемь Громовых Ударов Пятой Формы — Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе.

Это движение, которое ему передал старый Ма, не было слишком хорошим кулачным ударом, но его суть была в нападении на душу мастера божественных искусств!

Секрет Луча Солнца, Очищающего Душу Ян в Небе был в кулаке, который словно сиял на небе, наказывая душу противника солнечными лучами и молниями!

Мудра Дьявольской Свободы, которую ему показала тень из стены, тоже казалась слабой на первый взгляд, так как была направлена на очищение души, а не травмирование противника. В этом она была очень похожей на технику старого Ма.

Единственная разница между ними заключалась в том, что Ма использовал солнце и гром, чтобы разрушать душу противника, в то время как Мудра Дьявольской Свободы использовала мудру, чтобы нарисовать душу противника на ладони, позволяя уничтожить её дистанционно, что было очень подло и эффективно, забирая у противника возможность защититься.

У любого был шанс уклониться или защитится от обычного удара, в то время как Мудра Дьявольской Свободы не предоставляла такой возможности.

Цинь Му был растерян. Мудра тени на стене была похожа на умение старого Ма. У обоих из них явно было одинаковое назначение, однако принципы работы были совершенно разными. Первая техника следовала обычным путём, в то время как другая шла в обход всего общепринятого.

Решить какая из них лучше было не в силах Цинь Му. Он мог только сказать, что у каждой из них были свои сильные стороны.

Восемь Громовых Ударов старого Ма были более подходящими для лобовой атаки врагов и раздавливания их за счёт жестоких кулачных ударов, в то время как Мудра Великой Свободы была создана для внезапного убийства врагов, застигая их врасплох.

Человеческая тень на стене уменьшилась ещё сильнее, казалось, что она больше не может противостоять Дворцу Подавления Рока. Пытаясь успокоить своё дыхание, тень продолжила:

— Смотри внимательно, это третья мудра, Мудра Великой Мудрости…

Тень на стене стала размытой и нечёткой, и Цинь Му подсознательно сделал еще два шага вперёд. Собираясь войти внутрь комнаты, он внезапно остановился. Вместо этого он решил использовать навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, которому его научил слепой, и в его глазах появился ещё один зрачок. Несмотря на то, что тень на стене была тусклой, его глаза видели всё совершенно ясно.

— Тебе хорошо видно, пока ты снаружи? — спросила тень со стены.

↑ Мудра — ритуальное расположение кистей рук и жестов, https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D1%83%D0%B4%D1%80%D0%B0

Глава 29. Маленький обманщик, большой обманщик

Цинь Му почтительно ответил:

— Не волнуйтесь, старший. Младший перед вами тренируется молодыми. Мои почки сильны, а мой изначальный Ян полон, как никогда. Моё зрение невероятно хорошее, поэтому я могу видеть во тьме так же хорошо, как днём.

Тень на стене колебалась, но не стала продолжать настаивать на своём, продолжив демонстрировать невиданную циркуляцию жизненной Ци.

Третьей мудрой была Мудра Огромной Мудрости. Её повторить было намного сложнее. Циркуляция жизненной Ци в чёрной тени также становилась всё быстрее и быстрее, и, даже несмотря на открытые Глаз Небес, Цинь Му не удавалось полностью увидеть путь, по котором течёт жизненная Ци, отчего у него аж за зудело от желания войти в боковой зал.

Цинь Му мгновение колебался, прежде чем всё же шагнуть одной ногой в боковой зал, пока его другая нога оставалась снаружи. В результате ему таки удалось едва уловить путь циркуляции жизненной Ци.

Он изо всех сил пытался запомнить, но тень на стене вскоре перестала показывать Мудру Огромной Мудрости. Затем Цинь Му попробовал повторить и, несмотря на то, что у него кое-как получилось, чего-то всё же не хватало…

Ему не удалось полностью вспомнить путь течения Ци Мудры Огромной Мудрости.

— Это четвёртая мудра — Мудра Великой Дьявольской Свободы, которая также является самой могучей из всех, так как силы трёх прошлых едины с ней.

Тень на стене словно полностью обессилила, становясь всё меньше и меньше. Её голос становился всё мягче и тише:

— Однако эта мудра немного сложнее, поэтому я боюсь, что ты не сможешь все хорошо рассмотреть.

— Не волнуйтесь, старший, — Цинь Му искренне улыбнулась. — Младший перед вами тренируется молодыми. Мои почки сильны, а мой изначальный Ян полон, как никогда. Моё зрение невероятно хорошее и я могу видеть во тьме так же хорошо, как днём. Поэтому продолжайте.

Тень на стене замолчала. Затем вздохнув она ответила постоянно слабеющим голосом:

— Но я больше не могу продолжать. Зайди внутрь и ты увидишь, что в четырёх углах зала заколочены четыре бронзовых гвоздя. Тебе всего то и нужно, что вытащить их. Из-за того, что они заколочены в мою спину я не могу перевести дыхания… Но, если ты вытащишь их я смогу отдышаться и обучить тебя полной мудре.

Тень продолжила мягко уговаривать:

— Ты не смог полностью освоить третью мудру… Мудра Огромной Мудрости чрезвычайно сложна, с мощью себе под стать. Не узнав мудру полностью, ты не сможешь продемонстрировать её полную силу… и это ещё не всё, самая сильная мудра по-прежнему четвёртая — Мудра Великой Дьявольской Свободы!.. Как только ты вырвешь гвозди…

— Старший… Я думаю, что это мой предел, — Цинь Му огорчённо покачал головой, отводя левую ногу обратно. — Слишком сложно… И мне стыдно признаться, но я на самом деле глуповат, поэтому не хочу тратить Ваши оставшиеся силы и в итоге разочаровывать провалом… эх…

Тень на стене дрогнула, тут же попытавшись искусить парня:

— Я могу показать тебе ещё раз, тебе нужно только вытащить гвозди…

Цинь Му стал выглядеть ещё виноватей, покачивая головой:

— Старший, разве не Вы сказали, что у Вас хватит сил показать лишь раз? И если ради меня Вы покажет ещё раз, разве не стану я виновником того, что старший нарушит своё уважаемое слово? Более того… я сожалею, что мне пришлось разочаровать старшего своей глупостью.

— Нет, ты очень умный, — голос из тени стал ещё более мягким, как у дружелюбного старца, инструктирующего младшее поколение. — Ты смог освоить Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола и Мудру Дьявольской Свободы взглянув лишь раз. Ты даже частично понял Мудру Огромной Мудрости, не недооценивай свои способности!.. Они великолепны, и ты определённо сможешь понять Мудру Огромной Мудрости если взглянешь на неё ещё хоть раз. Интеллект, талант, у тебя всё есть, поэтому ты мне нравишься и поэтому ничего страшного если я нарушу своё слово и покажу тебе во второй ра…

Вдруг, голос резко затих, прежде чем стать ледяным и величественным:

— Ты обманул меня из-за моих техник?

Цинь Му изобразил шок на лице:

— Старший, почему Вы так говорите?

— Ты обманул меня из-за моих техник! — тень на стене освирепела, начав постоянно увеличиваться, в итоге вновь поглотив собой весь боковой зал и затем озлобленно закричав. — Как ты посмел обмануть меня!? Маленький ублюдок, я с добрыми намерениями учил тебя, а ты в благодарность солгал мне!

Стоя снаружи зала Цинь Му слушал гневные крики дьявольской тени и под конец покачал головой:

— Старший, а Вы шутник. Разве не Вы попытались обмануть меня первым, когда просили освободить?

Дверь бокового зала широко распахнулась. Окна словно глаза, а дверь словно рот… это выглядело зловеще и в то же время пугающе, когда он вальяжным тоном проговорил:

— Ты знал?

— Мы оба изначально были представителями разных рас, но старший так очевидно солгал, сказав, что у нас одна и та же раса. Затем ты попытался заманить меня внутрь, используя Мудру Огромной Мудрости. Не мог чётко показать? А как же, конечно. На самом деле я думаю ты преследовал две конкретные цели… — Цинь Му натянул на лицо фирменную искреннюю улыбку одноногого. — Первая — заманить меня внутрь зала и заставить подойти как можно ближе к стене, чтобы схватить и контролируя заставить вытащить бронзовые гвозди по углам зала. Или вторая — сыграть на моём желании заполучить Мудру Огромной Мудрости, чтобы я по своей воле вырвал те гвозди. Но если бы я вырвал их, первым способом или вторым, не важно, и освободил, то ты бы съел меня точно так же как ту глупую косулю. Однако… — выражение лица Цинь Му стало ещё более искренним и невинным. — Я не глупая косуля, поэтому подыграл твоей ложи и выудил у тебя две с половиной мудры.

Весь зал начал безостановочно дрожать, после чего со стороны двери прогремел сотрясающий землю вой:

— Сукин сын! Я убью тебя! Как только я освобожусь, я буду пытать тебя пока ты сам не взмолишься о смерти!

Невинный пастушок из деревни Цань Лао повернулся, чтобы уйти и скривив губы пробормотал:

— Одноногий дедушка с самого моего рождения столько раз проворачивал со мной подобные трюки. Моё бедное детство, эх… Даже конфеты, которые покупала мне бабуля, были им бесчисленное количество раз обманом вытянуты. И ты думал меня так просто обмануть…

— Я убью твоего одноногого дедушку! — ярость тени ничуть не уменьшилась.

Цинь Му повернулась и совершенно серьёзно предупредил:

— Даже не пытайся. Он будет обманывать тебя пока не потеряешь даже свои теневые трусы.

Тень на стене внезапно успокоилась, став настолько тихой, что это даже казалось неестественно странным, но чуть погодя она прошептала мягким голосом:

— Ты только что сказал, что мы не из одной и той же расы? Хе-хе, ты слишком наивен, маленькое отродье… Как это ты и я не из одной расы… хе-хе-хе мой юный и маленький новорождённый дьяволёнок…

В Цинь Му всё похолодело, когда он подумал о голосе бога с девяти небес, что появился при разрушении первой “Стены”. Затем он подумал о том, как использовал голос дьявола, чтобы противостоять голосу бога. А когда связал всё это со сказанным тенью, натолкнулся на некоторое неприятные выводы.

Он тут же покачал головой, пытаясь отогнать беспорядочные мысли в своей голове, прежде чем продолжить уходить.

— Хе-хе, ты такой же, как я, такой же, такой же… — позади него тень на стене чудаковато гоготала.

Цинь Му нахмурился, когда вышел из Дворца Подавления Рока.

Демоническая обезьяна тут же подошла к нему, при этом бросив косой взгляд в сторону бокового зала. Когда она увидела, что тень уменьшилась, забиваясь в угол зала, она серьёзно проговорила:

— Видел? Призрак!

Цинь Му кивнул головой, испытывая сложные чувства:

— Великие Руины слишком опасны. Если такие честные люди как мы не научимся хитрить, то будем тут же обмануты и от нас не останется даже кусочка.

Демоническая обезьяна взглянула на него с странно перекошенным ртом:

— Доверчивый, призрак.

Лицо Цинь Му слегка покраснело, и он тут же запротестовал:

— Эй, я не обманщик, это всё вина моего тяжёлого детства, я был просто вынужден стать сообразительным. Однако я боюсь за тебя, кто знает, когда этот дворец полностью обрушится, поэтому тебе не стоит здесь оставаться на долго. Если он рухнет этот старый дьявол определённо изольёт свой гнев на тебе.

Демоническая обезьяна покачала головой и молча посмотрела на диких животных вокруг.

В Великих Руинах осталось не так много мест, где можно было спрятаться. Их либо захватили люди, либо другие странные звери. Если обезьяна попытается увести отсюда всех этих зверей, то она опасалась, что не сможет найти новое место для безопасного проживания и они все обязательно умрут от нашествия темноты.

Цинь Му тоже не мог придумать чего-то дельного, поскольку деревня Цань Лао была слишком маленькой и попросту не могла вместить так много животных.

— Пойдём, кроха.

Демоническая обезьяна шла куда-то вперёд, а Цинь Му следовал за ней. В итоге она привела его к основанию утёса с отпечаток лапы на отвесной стене и посмотрела предвкушающим взглядом.

Отпечаток был оставлен демонической обезьяны. Её лапа была чрезвычайно огромной, поэтому отпечаток лапы на утёсе вышел довольно глубоким.

Он говорил о начале территории этой обезьяны. Как только другие странные звери видели его, то сразу же понимали, чья это была территория и шли в обход.

Если другие странные звери хотели захватить это место, то они входили внутрь и бросали вызов. И если бы демоническая обезьяна потерпела поражение в битве, то её отпечаток бы уничтожили, заменяя новым.

— Ты, отметь, — с ожиданием проговорила демоническая обезьяна.

Цинь Му был озадачен, не понимая смысла сказанного.

Обезьяна схватила его за руку и приложила её рядом со своим отпечатком лапы, сказав:

— Отметь.

Цинь Му наконец понял, что она от него хотела и был тронут. С тяжёлым ударом по скале рядом с отпечатком лапы обезьяны появился отпечаток его руки.

Демоническая обезьяна удовлетворённо улыбнулась и указала на долину, приглушённо сказав:

— Моя, твоя.

Тёплое чувство в сердце Цинь Му вылилось в звуки смеха, от чего обезьяна тоже расхохоталась.

В этот момент откуда-то сверху раздался голос:

— Мастер, внизу есть люди.

Цинь Му сразу же поднял голову и увидел, как по воздуху летит бумажная лодка, длинной около двадцати метров. На лодке было много свободного места, так как внутри стояло всего несколько мужчин и женщин, облачённых в зелёные одежды.

После этого он увидел ещё нечто ещё более странное: несколько бумажных журавлей хлопая крыльями кружили вокруг другой бумажной лодки. На бумажных журавлях стояло несколько странных мужчин и женщин, и у каждого из них на спине был закреплён длинный меч.

На второй лодке находился только один человек и некоторое количество товаров, которых Цинь Му не смог ясно разглядеть.

Бумажная лодка остановилась посреди воздухе, после чего сидевший там старец сказал:

— Цянь Цю, спроси дорогу.

— Понял, — уважительно ответил молодой мужчина на бумажном журавле, затем посмотрел вниз и спросил. — Юноша, знаешь ли ты дорогу к деревне Цань Лао?

Цинь Му растерялся, не задумываясь указав в сторону деревни.

Молодой мужчина вёл себя галантно и вежливо, поклонившись, чтобы выразить свою благодарность. Затем с журавля упал золотой свиток, после чего тот продолжил кружить вокруг корабля, улетая вдаль.

Цинь Му с недоумением поднял золотой слиток: «Зачем им идти к моей деревне? Может они торговцы, проходящие мимо? Однако если они торговцы, то разве они не должны направляться к Пограничному Дракону?»

Глава 30. В Поисках Мести

Цинь Му оставил золотой слиток себе, и сказал:

— Сосредоточься на совершенствовании, здоровяк, я приду к тебе завтра. И никогда не заходи в боковой зал дворца, живущий там дьявол очень хитрый!

Демоническая обезьяна кивнула.

Цинь Му тут же отправился обратно в деревню и вскоре уже был на её окраинах. Он издалека увидел две бумажных лодки, стоявшие на якоре в небе у ворот. Бумажные журавли приземлились под деревьями за деревней, но ни на них, ни в лодках, никого не было. Должно быть, все вошли внутрь.

Когда Цинь Му вошёл в деревню он увидел старца, который находясь на лодке тогда отдал распоряжение уточнить у него дорогу, сидящего лицом к лицу со старейшиной деревни, и разговаривающего с ним:

— Я слышал, что бабушка Сы из Вашей деревни выдающаяся ремесленница, поэтому мы пришли попросить её сшить нам одежду.

Старейшина деревни спросил:

— Могу ли я рискнуть спросить, какой вид и размер одежды она должна для вас изготовить?

Старец ответил:

— Мне нужно, чтобы она пошила погребальную одежду, в общей сложности девять комплектов. Что касается размеров, мы хотим, чтобы они совпадали с размерами всех жителей этой деревни. Кроме того, я слышал, что плотничные изделия старика Ма также неплохие, поэтому я хотел бы попросить его сделать девять гробов. Что касается длины, пусть она тоже соответствует росту каждого жителя этой деревни.

Внезапно старец увидел, как пришёл Цинь Му и сделал удивлённое лицо:

— Извините, я немного ошибся. Мне понадобится десять погребальных костюмов и десять гробов. Цянь Цю, вытащи оплату.

Человек по имени Цянь Цю вышел вперёд и помахал рукой. Одна из бумажных лодок приплыла из-за пределов деревни и приземлилась рядом со старейшиной деревни. Цинь Му сразу увидел, что на лодке на самом деле находилось множество не предвещающих ничего хорошего вещей, таких как бумажные грамоты, слитки, свечи, белый похоронный флаг и тому подобное.

Старец приказал остановить лодку в деревне и сказал:

— Это оплата за десять погребальных костюмов и гробов. Могу ли я спросить, смогут ли бабушка Сы и старик Ма закончить работу сегодня? Говоря откровенно, я хочу использовать их как можно скорее.

Одноногий, кузнец, целитель, до этого времени были заняты своими работами, но внезапно затихли. Бабушка Сы поклонилась и улыбнулась:

— Десять похорон сегодня? Вы действительно спешите, дорогой клиент.

Старый Ма подошёл и холодно сказал:

— Я быстро работаю, поэтому гробы будут готовы сегодня. Соизволит ли старый господин немного подождать?

Старец улыбнулся:

— Я признаю, что сильно вас подгоняю, но я уверен, что меня окружают талантливые люди, которые успеют сделать всё быстро, правда?

Бабушка Сы взглянула на слитки и свечи и холодно улыбнулась:

— Если Вы спешите одеть костюмы, я могу сделать их прямо сейчас. По стечению обстоятельств, я как раз недавно купила несколько совершенно новых рулонов ткани.

Старец приподнялся со стула:

— Спасибо за понимание, бабушка.

Бабушка Сы подошла к своему дому, чтобы достать несколько рулонов ткани. Со взмахом её руки они развернулись в воздухе, и к ним самостоятельно подлетела пара ножниц. В громком сопровождении их клацанья, за короткое время одежа начала принимать соответствующую форму.

Затем серебряные иглы вылетели из корзины с привязанной к их концам ниткой. После того, как они немного полетали в небе, погребальная одежда была готова.

В то же время, старый Ма подошёл к огромным ивам и выпустил из своих пальцев зелёную Ци, которая окружила деревья, издавая звуки как от трения пилы. Вскоре после этого из огромных стволов деревьев были выпилены несколько белых гробов.

Деревянные гробы вылетели и приземлились посреди деревни.

Также сделала и одежда бабушки Сы. С мягкими взмахами её рук, погребальные костюмы один за другим приземлились на гробы.

Старый Ма сделал несколько шагов вперёд и холодно сказал:

— Вы принесли довольно много денег, поэтому я изготовил ещё два гроба в подарок, всего двенадцать гробов, по одному для каждого из вас. И все они сделаны под ваши размеры, так что не будут слишком длинными или короткими, если вы все в них ляжете! Довольны ли вы моим мастерством, старый господин?

Бабушка Сы улыбнулась:

— Я также сделала два дополнительных комплекта погребальной одежды, которые определенно подойдут!

Старец усмехнулся:

— Доволен, я определённо доволен.

Цинь Му чувствовал, что атмосфера становится всё более и более своеобразной. Он подсчитал и понял, что людей в зелёной одежде вместе со старцем было ровно двенадцать!

Целитель подошёл со зловещим выражением, и всё же его голос был очень нежным:

— Судя по акценту старого господина, Вы не местный. Кажется, что это акцент с южной границы, я прав?

Старец ответил с приятной улыбкой:

— Правильно, мы с южной границы, возле которой находится река Ли.

Одноногий подошёл, его лицо сияло от улыбки:

— Я слышал, что там, неподалёку от реки Ли, расположена большая секта, называемая сектой Реки Ли, и в её рядах есть много почётных мастеров. Я также слышал, что лидера секты Реки Ли зовут Му Бэйфэн. Его божественное искусство достигло совершенства и по слухам, он может остановить речной поток одним взмахом руки.

Старец сразу ответил:

— Я польщён, я не достоин такой похвалы. Да, я действительно Му Бэйфэн, наша секта Реки Ли — просто небольшая группа единомышленников, которая всего лишь пытается заработать на жизнь. У меня есть пять младших братьев, которых все уважают и называют Пятью Старейшинами Реки Ли.

Сердце Цинь Му пульсировало, и выражение его лица слегка изменилось. Пять Старейшин Реки Ли разве не были теми, кого убила бабушка Сы?

Может быть, Му Бэйфэн привёл сюда своих людей, чтобы отомстить за них?

Он специально заказал десять гробов и десять погребальных костюмов, которые были явно рассчитаны на всех жителей Цань Лао. Убив жителей деревни, они оденут их в костюмы и поместят в гробы, и сразу похоронят, после чего сожгут слитки и запалят свечи в качестве приношения.

Бумажные лодки и журавли также были подготовлены для трупов жителей деревни!

Му Бэйфэн покрутил нефритовое кольцо на своём большом пальце и спокойно сказал:

— Два года назад императорская семья выдала приказ, который нам лично принёс Имперский Наставник. Когда он добрался до нашей секты Реки Ли, он сел, чтобы поговорить со мной о пути боевых искусств. За считанные минуты ему удалось меня переубедить, и я добровольно принял имперский приказ, поблагодарив императора за его милость. Я обязан императору и Имперскому Наставнику за то, что они поверили в меня, даровав звание губернатора Пяти Ростков. Затем Имперский Наставник наградил Пять Старейшин Реки Ли званиями вице-губернаторов, нижестоящими чиновниками третьего ранга. Однако мы всё-таки бродяги, хоть и имеем официальные позиции, нам всё равно нравится путешествовать.

Старейшина деревни улыбнулся:

— Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под империю. Имея человека, первого после богов по силе, в качестве помощника императора, империя становится всё сильнее, из-за чего многие секты решают к ней присоединиться. Это позволяет ученикам из разных сект вступать в армию и завоёвывать новые территории. Брат Му когда-то имел свободу и власть, но, став чиновником, обязан соблюдать закон императорской семьи. Понятно, почем ты к этому не привык.

Му Бэйфэн ответил:

— Поэтому мои младшие братья взяли передышку и пошли в поход, взяв с собой в Великие Руины Пятерых Учеников Реки Ли. Это были ученики, которых приняли к себе мои братья. Каждый из них был талантлив по-своему, и они пошли сюда, чтобы отточить свои боевые навыки.

Слепой подошёл со своей бамбуковой тростью и сказал:

— Пять Старейшин Реки Ли пришли в Великие Руины для тренировки, и даже привели своих учеников? Великие Руины — очень опасное место, я боюсь, они могли попасть в беду.

Му Бэйфэн вздохнул:

— Верно. Великие Руины слишком опасны, и в них полно ужасных людей. От них не было ни слуху, ни духу вот уже два месяца, и после такого длительного отсутствия, я понял, что что-то пошло не так. В итоге я пошёл их искать, и, по воле случая, нашёл место где мои пять младших братьев умерли. Из ран на их костях я понял, что настолько ужасное убийство мог совершить только мастер секты Небесного Дьявола с маленьким ростом, приблизительно как у бабушки Сы.

Он покачал головой и продолжил:

— Вскоре после этого я добрался до долины, в которой нашёл место погибели их учеников. Их трупы были изуродованы дикими зверями. Какая ужасная смерть… Судя по ранам на трупах, тот, кто их убил, должен быть молодым практиком, вроде того вашего маленького брата. Я услышал, что в вашей деревни есть портной и плотник, поэтому я пришёл купить гробы и погребальные костюмы для людей, которые убили моих младших братьев и их учеников. Осталось только их одеть и положить внутрь.

Его лицо приобрело слегка заносчивый вид:

— Я, возможно, чиновник, но я привык к воле. Я не люблю закидонов имперской семьи, поэтому давайте разрешим этот вопрос в бою. Я пришёл, чтобы отомстить за своих младших братьев и их учеников. Цянь Цю.

Проговорив имя, старец внезапно перестал говорить и закрыл рот.

Позади него появился молодой практик и посмотрел на Цинь Му. Это был человек, отблагодаривший Цинь Му золотым слитком за помощь.

— Мой младший брат Цюй умер от навыка ножа, который был исполнен простой палкой. Младший брат, я вижу настоящий нож у тебя за спиной. Ты не против достать его и продемонстрировать мне свой навык?

Цинь Му колебался и поглядывал на бабушку Сы, старейшину и остальных.

Бабушка Сы не смогла сдержаться и заговорила:

— Му’эр, южная граница имеет дикие обычаи. Их способы беспощадны, и они никогда не проявляют милосердия. Если он попросил тебя достать свой нож, ты должен просто сделать…

— Заткнись! — старейшина предупредительно прокричал, прерывая речь бабушки Сы, потом спокойно продолжил. — Они пришли сюда, соблюдая правила мира боевых искусств, и не использовали силу Имперской Семьи или Наставника, чтобы забрать у нас возможность схитрить. Не нарушай правил. Никому нельзя помогать Цинь Му.

Своим внушающим страх взглядом старейшина деревни посмотрел на Цинь Му и холодно сказал:

— Цинь Му, гробы и погребальная одежда находятся прямо там, если ты мягкосердечный, один из гробов будет твоим! Умрёт либо он, либо ты! Он уже бросил тебе вызов на дуэль, так почему ты уставился и стоишь?

Глава 31. Навыки Меча Реки Ли

Сердце Цинь Му неистово застучало, когда он снимал нож для убоя свиней со своей спины. Для него подобное было впервые.

С момента возвращения в деревню, каждое совершённое действие и сказанное слово этого старца, Му Бэйфэна, оказывало на него невиданное давление.

Сражение между ним и Цюй было навязано ему… У него просто-напросто не было выбора, кроме как отбиваться. Однако возникшая ситуация была нова для него, тем самым пугая.

«Чего же я боюсь? Я ведь даже мочился на каменные статуи в деревне! И видел таких чудовищ как женщина У с острова и дьявол Дворца Подавления Рока. Если даже тогда я не струсил, то почему боюсь сейчас? Если говорить о силе этого старикана Му, то она уж точно не выше чем у богов и дьяволов!» — думая в таком ключе Цинь Му взял себя в руки, туша пламя паники в своём сердце. Он огляделся и слегка нахмурился. В деревне не было особо просторно, включая его в ней словно деревянные кучи стояло двадцать два человека. Места, в которых все стояли, были случайными, то тут, то там, заполоняя всю деревню.

Старейшина деревни откинулся на носилках, со стоящим рядом с ним целителем. Мясник расположился на деревянной куче, а старый Ма опирался на другую. Бабушка Сы стояла, держа под локтем корзину, а глухой с кисточкой в руке, с которой всё ещё капали чернила, в то время как хромой стоял на своей единственной ноге опираясь на костыль.

Люди, которых привёл Му Бэйфэн, тоже обратили особое внимание на их расположение. Места где они стояли были очень необычными, усложняя быстрое перемещение по деревне, не говоря уже бое.

Такая ситуация требовала предельной точности при использовании Ци для управления мечом!

Если же проявить небрежность меч собьётся с траектории, столкнувшись с другими людьми. Навыки ножа Цинь Му относились к фракции боевых техник и именно поэтому он, практикуя навык ножа мясника — Забой Свиней, не мог достичь такого контроля и точности.

— Прямо здесь? — спросил Цинь Му.

— Да, сразимся прямо здесь! — кивнул головой Цянь Цю.

Цинь Му сразу же вложил свой нож для убоя свиней в ножны, показывая голые кулаки.

Видя, как паренёк перед ним прячет свой нож, веки Цянь Цю дрогнули. Он никак не ожидал, что тот решит сразиться с ним голыми руками.

Прежде чем Му Бэйфэн привёл их сюда, они дотошно исследовали руины в долине. Исходя из состояния найденных останков костей Цюя, он сделал вывод, что тот умер от навыка ножа противника.

В то время, чтобы одолеть Цюя, Цинь Му орудовал деревянной палкой, используя её как замену ножу. Поэтому на его костях можно было заметить различные микротрещины от интенсивного избиения.

Полагаясь на немного информации тут, ещё чуть-чуть там, он смог понять, что навык ножа Цинь Му был крайне запутанным и непредсказуемым. Кроме того, скорость его шагов также была невероятной, потому что по-другому невозможно объяснить то, как ему удалось атаковать Цюя практически со всех сторон!

Благодаря своим экстраординарным способностям, а также являясь в мире одним из признанных экспертов, Му Бэйфэн, полагаясь на подсказки, оставленные самим Цинь Му, смог определить, что тот использовал боевые техники.

Фракция боевых техник специализировалась на ведении ближнего боя и практически не имела опыта в использовании Ци для управления мечом.

С тех пор Му Бэйфэн определил способ, полагаясь на который будет проще всего расправиться с Цинь Му. Войдя в деревню, места, которые каждый из них занял, были разными, но преследуя одну и ту же цель — сформировать боевое построение Водяного Дракона Реки Ли. Боевое построение девяти “глаз” было сформировано намеренно, с Му Бэйфэном стоящим на позиции головы дракона.

Цянь Цю и остальные были экспертами секты Реки Ли и для того, чтобы воспрепятствовать получению преимущества от их комбинированного боевого построения — Водяного Дракона Реки Ли, жителям деревни Цань Лао нужно было заблокировать эти самые “глаза”. Старейшина деревни и целитель заблокировали глаза дракона, слепой его сердце, одноногий, бабушка Сы, старый Ма и мясник стояли на суставах конечностей построения, в то время как кузнец подавлял тело дракона, а глухой хвост.

Это и привело к нынешней ситуации в деревне. Из-за того, что все стояли там, где стояли, было очень трудно быстро перемещаться и использовать Ци для управления мечом, если конечно человека не был в этом невероятно опытен.

Очевидно, Цинь Му не был таким человеком.

А его ученик, Цянь Цю, как раз именно такой человек.

Несмотря на то, что Цянь Цю всё ещё был практиком области Духовного Эмбриона, он являлся очень даже компетентным в использовании Ци для различного рода дистанционных манипуляций. Его нить жизненной Ци была сформирована просто идеально, вне всяких похвал и была способна на очень многое. Он как-то использовал её, чтобы контролировать кисть и нарисовать традиционную картину красивой женщины с расстояния ста метров. Каждая прядь волос женщины на картине была чётко прорисована, без всякой беспорядочности и неточности.

Если бы Цинь Му использовал нож, чтобы сразиться с ним, то практически наверняка бы проиграл.

Цянь Цю совершенно не ожидал такого поворота событий, когда Цинь Му вложил свой нож обратно в ножны и решил драться голыми руками. Однако, как не крути, голые руки определённо должны уступать мечу-сокровищу. Кроме того, меч, которым он сейчас владел, не был обычным… Это был духовный меч, взращённый и рождённый в Божественном Сокровище Шести Направлений практика божественных искусств.

В остроте, долговечности, силе или духовности, духовный меч намного превосходил любое нормальное оружие.

— Прошу, старший брат, — поклонился Цинь Му.

— Прошу, младший брат, — выказал своё уважение Цянь Цю в ответ, в то время как его меч-сокровище начал “напевать”.

В тот момент, когда Цинь Му поднял ногу, меч-сокровище Цянь Цю вылетел из мешка. Контролируемый меч рванул в сторону парня с угрожающе холодной аурой.

Нить жизненной Ци Цянь Цю была настолько тонкой, что её было практически невозможно разглядеть невооруженным глазом. С нежной вибрацией на Цинь Му обрушился шквал ослепительных молниеносных ударов с разных хитрых направлений!

Натренировать свою Ци для управления мечом до такого уровня было довольно ценным достижением для любого практика боевых искусств!

Шаги Цинь Му были чрезвычайно проворны и быстры, когда он словно слился с людьми, стоящими вокруг, маневрируя между ними. Однако скорость меча Цянь Цю была выше. Можно было лишь безмолвно наблюдать за его изысканным навыком меча. Меч совершенно не представлял угрозы для стоящих неподвижно людей, однако каждое его движение было смертельно опасным для Цинь Му.

Цинь Му просто не мог уклониться от меча света, даже выполни он навык ног одноногого — Небесный Расхититель. Здесь было просто-напросто слишком много препятствий. Каждый стоящий вокруг человек ограничивал его скорость, не давая показать всё, на что он способен в этом аспекте!

Вьюх!..

Цинь Му представил в своём уме огонь, и его жизненная Ци внезапно стала чрезвычайно свирепой и даже был чуть-чуть слышен рёв дракона. На его руке проявился нечёткий образ пламенного дракона, который, казалось, обвивался вокруг его рук.

Пламенный дракон выглядел размыто. Иногда его голова сливалась с кулаком парня, а уже в другой момент когти с ладонью, постоянства не было.

Когда меч света приблизился к Цинь Му, тот поприветствовал его ударом.

В тот миг, когда его кулак уже должен был столкнуться с мечом, его пять пальцев внезапно раскрылись, взорвав ладонью воздух и толкнув кончик меча, который шёл на него!

Цзынь цзынь цзынь цзынь цзынь!..

Пять пальцев Цинь Му вырвались вперёд и один за другим столкнулись с настоящим мечом. Каждый щелчок сопровождался громким взрывом и скрежетанием, словно огромный молот беспощадно колотил меч.

Когда он щёлкнул пятым пальцем, духовный меч отбросило, в то же время разрывая жизненную Ци Цянь Цю.

Цинь Му вновь ускорился, смешиваясь с толпой и очень быстро сближаясь с Цянь Цю, у которого в данный момент было ошеломлённое выражение лица, однако в тот же миг прозвучал звук звона от вибрации другого меча, вылетевшего из мешочка и тут же рванувшего вперёд.

Цинь Му был поражён и сразу же отступил. Затем вылетел третий духовой меч, а затем четвёртый, пятый, шестой, седьмой…

Более десяти духовых мечей дрейфовали вместе в линии длинной около двадцати метров, соединяемые жизненной Ци Цянь Цю от рукояти к кончику меча и от меча к мечу. Мечи были похожи на живого серебряного дракона, кувыркающегося в небе, а также вспенивающего воды реки Ли.

Навыки Меча Реки Ли!

Лучшие навыки меча в южной границе.

Первый меч Цянь Цю был чрезвычайно проворным, поворачиваясь вокруг во всех направлениях. Мечи что находились сразу за ним двигались точно также, проходя через толпу совершенно никого не задевая. Но то что видел Цинь Му, было только кончиком первого меча, он не мог видеть остальных.

В его сердце появилось непреодолимое чувство надвигающейся опасности. То, что он не мог видеть, означало неизвестность, которая в свою очередь означала, что он не сможет уклониться от этой атаки, так как не сможет даже от части спрогнозировать куда ударят остальные мечи.

Навыки Меча Реки Ли были действительно коварными!

В этот момент первый духовой меч задрожал и сорвался в сторону Цинь Му, ослепляя его.

Затем с места сорвался второй духовный меч, нацелившийся на шею Цинь Му, находясь под контролем отдельной нити жизненной Ци.

Глава 32. Встреча с Богом Копья

Волосы Цинь Му встали дыбом, и он мгновенно среагировал, чтобы остановить духовный меч, что вызвало страшную боль в схватившей его ладони.

— Му!.. — бабушка Сы не могла не выкрикнуть, однако прервалась на полуслове, когда увидела строгий взгляд старейшины деревни.

Когда Цинь Му схватил духовный меч, тот изо всех сил пытался выбраться, вызывая ещё больше повреждений, превратив ладонь в кровавое месиво. Только плотная жизненная Ци, сконцентрированная в руке, не давала мечу её отрезать.

Однако в следующее мгновение третий духовный меч вышел из формирования, а затем четвёртый и пятый!

Глаза Цянь Цю забегали. Победа была у него в руках. Поймать меч уже было огромным достижением для Цинь Му, учитывая его возраст. Однако у него всего две руки, разве он сможет поймать ими все мечи?

Внезапно зрачки Цянь Цю сузились. Цинь Му быстро похватал все духовые мечи, будто у него действительно выросли десять дополнительных рук!

Прежде чем мечи смогли порезать парня, он словил их все за ручку.

Восемь Громовых Ударов Восьмой Формы — Тысячерукий Будда!

Выражение лица Цянь Цю спонтанно изменилось. Он дёрнул за нити из жизненной Ци и мечи в руках Цинь Му начали сильно вибрировать, пытаясь выбраться. В то же время остальные мечи летели прямо в его глаза и горло!

Цинь Му немедленно схватил ручки пяти мечей. Осталось ещё семь мечей, которые мчались прямо на него. Мечи гудели, пока крутились в воздухе будто волчки, намереваясь просверлить большую дыру в его мозгу!

Бабушка Сы не могла смотреть на страдания своего внука. Внезапно Цинь Му издал громкий рёв, и толстая жизненная Ци вырвалась из его тела и сделала косой удар ножом для убоя свиней.

Бдзинь!..

Мгновенно были разрезаны семь мечей, тут же попадав на землю!

— Такая толстая нить из жизненной Ци!

Цянь Цю был поражён. Удар Цинь Му был неожиданным, поэтому от него нельзя было увернуться. Его нить была невероятно толстой, а сила удара ножом была просто за гранью понимания.

К тому же, нож для убоя свиней был чрезвычайно острым, даже более острым и цепким, чем духовное оружие.

С такой силой, как у Цинь Му, в сочетании с остротой ножа для убоя свиней, разрубить сем мечей Цянь Цю было слишком простой задачей!

Прежде чем Цянь Цю смог восстановиться от шока, вызванного увиденным, Цинь Му внезапно повернул запястьем и бросил в его сторону пять мечей, полетевших по воздуху с огромной скоростью

Цянь Цю, однако, спокойно улыбнулся и поднял руку, направляя нить жизненной Ци к духовным мечам. В то же время ещё несколько мечей вылетели у него из-за спины.

Его мешочек с мечами не выглядел большим и не мог уместить много мечей, но, на удивление Цинь Му, мечи продолжали вылетать из него один за другим.

К ужасному разочарованию Цянь Цю, как только нити Ци прикоснулись к мечам, пугающе сильная жизненная Ци Цинь Му на самом деле была спрятана внутри тех мечей, и внезапно вырвалась наружу, разрушив нити.

У Цянь Цю также была довольно быстрая реакция, и он мгновенно использовал духовые мечи, которые как раз вылетели из мешочка, чтобы защититься от приближающейся атаки.

В то же время Цинь Му бросился вперёд, и Цянь Цю сразу сделал жест рукой. Ещё один духовный меч выстрелил в сторону Цинь Му!

Из уст Цинь Му раздался странный голос. Звук был очень коротким, но содержал неописуемый характер. Странный и зловещий звук сопровождал мудру, которая ударила в Цянь Цю на расстоянии нескольких метров.

— Са Мо Е!

Цянь Цю почувствовал лёгкий ветерок от движения Цинь Му, не содержащий никакой силы. Как только он сконцентрировался на защите от летящих мечей, его душа внезапно вылетела из тела, засосанная ладонью Цинь Му, отчего он перепугался до смерти.

Пух! Пух! Пух! Пух! Пух!

Один за другим прозвучали пять хлопков, когда пять духовных мечей пронзили его тело после того, как он потерял контроль над мечами, предназначенными для защиты. Пять духовных мечей подняли его тело в небо.

Бам!..

Столб, на котором висел флаг лавки мясника, задрожал, когда на него приземлилось безжизненное тело Цянь Цю.

Ладонь Цинь Му всё ещё кровоточила, когда он со всей силы сжал руку, брызгаясь кровью и сокрушая душу Цянь Цю.

Мудра Дьявольской Свободы идеально подходит для извлечения душ.

Цинь Му повернул голову, широко улыбаясь:

— Бабуль, я победил!

Бабушка Сы наконец успокоилась, но затем взорвалась:

— Маленький негодяй, зачем ты порезал руки? Я изобью тебя до смерти! Не вытирай кровь о тело! Если новая одежда запачкается и пятна не отстираются, то тебе конец!

Взгляд старейшины деревни упал на Му Бэйфэна, который сидел перед ним, и он проговорил:

— Брат Му, Ваш ученик проиграл. Вы не хотите его снять, поместить в гроб и одеть в погребальный костюм?

Му Бейфэн поднял взгляд и посмотрел на труп Цянь Цю, висящий на столбе. Он покачал головой и ответил:

— Я верну его труп домой и похороню надлежащим образом. Хочу признать, что Ваш ученик имеет очень высокое совершенствование, но он использовал дьявольский голос, который принадлежит к дьявольским техникам. Я презираю такие гадкие методы.

Он имел в виду технику, убившую Цянь Цю — Мудра Дьявольской Свободы. Несмотря на то, что он никогда раньше не встречал такой мудры, голос, который вырвался из уст Цинь Му, был явно голосом дьявола, поэтому приём Цинь Му, был безусловно дьявольской техникой.

Он видел, что совершенствование Цинь Му было намного плотнее, чем у Цянь Цю. Однако Цинь Му, похоже, не успел обрести достаточно жизненного и боевого опыта, чтобы полностью освободить свои сильные стороны.

Использование техники дьявола для победы было для него лишь дешёвым трюком, поэтому он презирал парня.

Взгляд старейшины деревни бегал. Он также понятия не имел, откуда Цинь Му знает технику дьявола, которой сумел вытащить душу из своего противника, чтобы убить его.

Единственным человеком, который шёл по настоящему пути дьявола, была бабушка Сы. Возможно это она передала такое умение Цинь Му?

Старейшина тихо сказал:

Му’эр, вытаскивать чью-то душу — табу. Постарайся не использовать таких приёмов в будущем.

Цинь Му энергично закивал головой.

Старейшина деревни посмотрел на Му Бэйфэна и сказал:

— Осталось ещё одиннадцать гробов.

Брови Му Бэйфэна опустились, и он ответил:

— Поскольку гробы и погребальная одежда уже готовы, мы, естественно, должны их использовать.

Старейшина деревни пригласил:

— С вашего позволения.

Му Бейфэн поднялся:

— Пожалуйста.

Боевое построение Водяного Дракона Реки Ли активировалось с громким взрывом, и десять мастеров позади Му Бэйфэна бросились вперёд, окутываясь властной аурой и связывая её в одной линии с ним.

Вьюх!..

Речная вода вздымалась, рассеивая пар в воздухе. В крошечной деревне Цань Лао из ниоткуда появилась длинная река, волны которой закрывали небо!

Этот поток воды был точной копией реки Ли на южной границе!

Му Бейфэн и десять мастеров секты Реки Ли стояли на самом верху реки. Бесчисленные мечи можно было увидеть в воде, плавающих, как крошечные серебряные рыбы.

Секта Реки Ли была известна своим мастерством меча, которое можно было по праву считать лучшим на южной границе. Когда десять мастеров секты Реки Ли вместе со своим лидером Му Бэйфэном формируют Водяного Дракона Секты Реки Ли, количество летающих мечей, которых они используют, просто невообразимо!

Когда бабушка Сы билась с “Пятью Старейшинами Пеки Ли”, главный из них, Ци Яньбин, спрятал в своей серебряной пилюле меча шесть тысяч восемьсот сорок два меча, что было ужасающей цифрой.

Теперь количество мечей в боевом построении Водяного Дракона Секты Реки Ли было в десять раз больше, чем количество мечей, которые Ци Яньбин держал в своей пилюле мече!

Десятки тысяч летающих мечей образовали в воде тело серебряного дракона. Многочисленные мечи сверкали вокруг дракона, собираясь опустошить всё вокруг!

Это был первый раз, когда Цинь Му видел такое страшное формирование из мечей. Он даже не смог бы представить подобного раньше!

Если мечи пойдут в действие, то, вероятно, уничтожат всю деревню!

Старейшина деревни оставался на своих носилках. Его лицо не показывало ни малейшего удивления, когда он тихо произносил:

— Слепой.

Слепой поднял голову, как будто он смотрел внутрь Водяного Дракона Секты Реки Ли. Однако, с пустыми глазницами, как он мог что-нибудь видеть?

Бесчисленные мечи раздавали резкий визг, будто свирепствующий дракон. Они прорывались сквозь воздух, и давили на деревню будто землетрясение!

Слепой поднял свою бамбуковую трость одной рукой, указывая на бесчисленные блики мечей, и медленно пропел:

— Своим умением убивания драконов, я уничтожу сегодня Р...

Бдзинь.

Чёткий звенящий звук заглушил визг мечей. Серебряный дракон в воздухе, который, казалось, мог уничтожить всё, внезапно застыл. Часть мечей резко полетела вниз, застревая в земле.

Слепой осторожно приподнял свою бамбуковую трость, и река Ли, созданная противником, подлетела в воздух, после чего развалилась. Река Ли не смогла сохранить свою форму, и превратилась в огромные капли воды, падающие вниз.

Слепой продолжал монотонно петь, идя по воде. Его ботинки не касались поверхности воды, а бамбуковая трость в руке указывала в разных направлениях. После простого тыка, между бровями одного из мастеров секты Реки Ли произошёл взрыв, и трость проколола его голову.

Другой противник поднял руку, чтобы заблокировать трость, но она пробила ладонь и вошла глубоко в грудь.

Слепой шёл от начала до конца реки. Позади него один за другим с неба падали трупы, когда он, наконец, не встретился лицом к лицу с Му Бэйфэном. Пока их силуэты переплетались, Цинь Му не смог посчитать, сколько атак они предприняли, и сколько божественных искусств они использовали.

Му Бэйфэн приземлился на землю и сделал два шага вперёд.

Между тем, слепой как раз договаривал слова “Реку Ли” из своей фразы.

— Я знаю, кто ты, слепой. Я бы никогда не догадался, что ты спрячешься здесь и никогда бы не ожидал, что у тебя будет такая сила после того, как ты потерял глаза.

Договорив, Му Бейфэн внезапно побледнел лицом, и сел перед старейшиной, мягким голосом умоляя:

— Мы, Река Ли, используем реку, чтобы заработать на жизнь. У нас принято отдавать мёртвых воде, а не хоронить в земле. Я могу получить Ваше обещание?

Старейшина деревни кивнул головой:

— Не волнуйся, река прямо за деревней.

— Я могу умереть спокойно, после того, как встретил Бога Копья!

Му Бэйфэн скончался, улыбнувшись на последнем вздохе.

Подойдя к нему сзади, Цинь Му вскочил в шоке, когда увидел огромную дыру в затылке Му Бэйфэна.

Глава 33. Пилюля Меча

По деревне было довольно сложно передвигаться из-за небольшого потопа, валяющихся повсюду мечей и разбросанных вокруг трупов, которые пробуждали чуждые жуткие чувства.

Старейшина деревни огляделся и нахмурился:

— Одноногий, приведи в порядок их тела и положи в гробы. Негоже дать им сгнить в лесу, нужно сплавить вниз по течению реки. Кроме того, сожги для них бумажные лодки, журавли и прочие подношения.

Одноногий ковыляя пошёл вперёд и невинно посмеиваясь зыркнул на слепого:

— Шебутной старикашка, всё также читаешь свои стишки? Правда они, как и прежде, дерьмовые.

Слепой освирепел, от чего его усы взмыли вверх под напором дыхания:

— Да что ты вообще понимаешь!? Ты даже читать не умеешь!

Бабушка Сы, словно не замечая перебранки, вклинилась с советом:

— Одноногий, не забудь отложить ценные вещички при упаковке тел и даже не думай затолкать их в гробы вместе с трупами. Если у нас не будет ничего ценного на продажу, то не видать нам в ближайшее время приправ и прочих вкусностей!

— Хорошо!

В Великих Руинах наиболее ценными вещами считались не драгоценности, а приправы и ткани для пошива, ведь тут их было просто невозможно найти. Единственное место где всем этим можно закупиться это город Пограничный Дракон. Местные продавали там разного рода сокровища или добытые шкуры зверей, чтобы закупиться вещами первой необходимости или сразу обменивали на то, что нужно.

“Соль ценнее даже золота” — негласный девиз всех жителей Великих Руин.

Каждый раз, когда бабушка Сы отправлялась в Пограничный Дракон, то брала с собой телегу с сокровищами и немного домашнего скота, чтобы затем обменять их на несколько приправ.

Целитель вышел вперёд и прежде чем перевязать, намазал руки Цинь Му какими-то мазями, в процессе покачав головой, говоря:

— Твоя жизненная Ци пока ещё недостаточно сильна, чтобы ловить подобные мечи голыми руками. В следующий раз не действуй так опрометчиво.

Цинь Му почувствовал, как ладони утонули в приятной прохладе, полностью снимая боль и сказал:

— У меня слишком мало опыта в контроле меча Ци и я всё ещё не могу быть столь же проворным, как тот парень из секты Реки Ли. Я чувствую, что в моём теле есть сила, но при этом не могу её проявить.

— И не удивительно. Техника управления мечом мясника слишком плоха, поэтому он не походит для роли учителя в этом аспекте.

— Хотя есть один человек, который настоящий эксперт в техниках управления мечом, но как жаль, что он не хочет учить тебя, — усмехнулся целитель.

Выражение лица старейшины помрачнело, и он злобно гаркнул:

— Целитель, здесь слишком много воды. Занеси меня домой!

Целитель улыбнулся:

— В таком случае Вам придётся подождать, старейшина. Я освобожусь только когда закончу перевязку рук Цинь Му.

После того, как дедушка целитель закончил с перевязкой ран, Цинь Му увидел немого дедушку кузнеца, который поднял меч с земли и мягко взмахнул им. В тот же миг тысячи мечей взмыли, сталкиваясь с мечом в его руке и тут же исчезая, сливаясь.

Цинь Му не смог сдержать вздох удивления и сразу же решил тоже попробовать. Он поднял меч и слегка взмахнул им, но ничего не произошло.

Немой широко улыбнулся и что-то промычал. Затем начал тереть меч, что держал в руке, от чего тот начал быстро уменьшаться. Чем больше он тёр его, тем меньше тот становился. Через несколько мгновений меч стал выглядеть как маленькая серебряная продолговатая пилюля размером с большой палец.

Цинь Му перевёл взгляд на меч в своей руке и немного подумав, тоже стал тереть его, чтобы проверить станет ли он маленькой серебряной пилюлькой. Целитель, видя, чем они занимаются, тут же закричал:

— Не три его! Я ведь только что перевязал твои раны! Немой, перестань дразнить парня, иначе я отравлю тебя!

Немой не мог сдержать смех, но всё же выхватил меч из рук Цинь Му, взамен всучив ему в них серебряную пилюлю.

Щёлк.

Цинь Му услышал щелчок от плеч, после чего тут же свалился на землю от веса серебряной пилюли. Немой вздрогнул, ударив себя по лбу, ведь он забыл, что внутри неё находились тысячи мечей. Насколько тяжёлой должна быть пилюля, имея вес тысяч мечей?

Из-за того, что Цинь Му не был готов, естественно, что такой вес вывихнул его плечи и повалил на землю.

Как только немой собирался уже всё исправить и вправить плечи Цинь Му, внезапно появилась бабушка Сы и прогнала его из деревни бог знает куда. С неба доносились крики, удаляясь всё дальше и дальше от деревни.

Немного погодя бабушка Сы вернулась и вправив плечи, с мрачным выражением лица гневно проворчала:

— Те, кто не могут говорить, всегда самые озорные. В их арсенале столько пакостных трюков! Му’эр, эти мечи являются мечами матери и детей. Среди тысяч мечей есть один меч-мать, в то время как все остальные мечи-дети. Тем не менее эта пилюля меча секты Реки Ли чрезвычайно тяжёлая, ты пока не можешь поднять её.

Она подняла меч и слегка взмахнула им, точно так же как немой. В тот же миг тысячи мечей взлетели и слились с мечом-матерью.

Бабушка Сы улыбнулась и продолжила:

— Чтобы уменьшить меч до размера пилюли, не обязательно его тереть. Немой просто дразнил тебя. Тебе нужно только сделать свою жизненную Ци совместимой с мечом-матерью, и он уменьшится. Используя этот способ, ты можешь точно также выпустить из меча-матери мечи-дети.

Цинь Му смерил взглядом пилюлю меча и в замешательстве невинно моргнул:

— Бабуль, в твоей комнате довольно много таких серебряных пилюлек!

— У меня? — бабушка смущённо моргнула.

— У тебя!

Цинь Му вспомнил, что видел подобные серебряные пилюли в комнате бабушки Сы, и не мало. Некоторые валялись под кроватью, некоторые в новой непоношенной обуви, даже были разбросаны по углам комнаты.

Когда он был ещё совсем ребёнком, то игрался ими в марблс*, слегка ударяя о пол.

Он даже видел, как бабушка Сы использовала эти серебряные пилюли подкармливая кур, чтобы те хорошо росли. По крайней мере на тот момент он думал именно так!

Теперь он ощутил страх, вспоминая об этом. Ведь если бы серебряные пилюли разразились тысячами мечей внутри старой курицы, это было бы неприглядное зрелище.

К счастью, такого не произошло.

Взгляд бабушки Сы мерцал:

— Если ты смог их поднять, когда был ещё ребёнком, тогда они, само собой разумеется, обычные серебряные пилюли, а не пилюли мечей.

Цинь Му не до конца поверил ей и продолжил:

— Я также видел огромный сундук в мастерской немого дедушки, который был доверху забит такими серебряными пилюлями.

Бабушка Сы ещё более невинно моргнула, чем Цинь Му и ухмыльнулась:

— Неужели ты думаешь, что немой настолько богат?

Цинь Му потерял дар речи, услышав её слова. Немой действительно не выглядел особо богатым человеком, мягко говоря. Он явно был тем, кто кое-как выживал, занимаясь кузнечным делом.

Бабушка улыбнулась:

— Не забивай себе голову подобными вещами. Мы совершенно обычные деревенские старики, к тому же инвалиды. Мы так бедны, что прикладываем все силы, чтобы кое-как сводить концы с концами. Если ты подозреваешь, что сундук немного доверху забит драгоценными пилюлями мечей, то с таким же успехом можно подозревать, что котёл с водой в том углу тоже сокровище!

Цинь Му посмотрел на котёл, о котором она говорила. Котёл был поставлен под крышу мастерской, чтобы собирать дождевую воду, однако, была одна странность — он никогда не видел, чтобы тот был заполнен до краёв. Независимо от силы дождя, котёл всегда был полон только наполовину!

Кроме того, вода в котле точно также и никогда не заканчивалась, и тем более не случалось такого, чтобы он был полностью пуст. Немой во время своих работ зачерпывал одно ведро за другим, но вода в котле оставалась на прежнем уровне!

Бабушка Сы увидел сомнение в глазах внука и почувствовала, что её пример и правда был не совсем удачным и тут же поправила себя:

— Или что те побитые горшки за дверью дома целителя тоже сокровища?

Цинь Му перевёл взгляд на побитые горшки. В них росли неизвестные травы, а также находились некоторые маленькие насекомые, такие как пауки, шелкопряды и сороконожки.

Когда деревню затопило в них тоже попала вода, из-за чего наружу выползло несколько жуков, начав сражаться прямо на горшке. Внезапно рассвирепел чёрный паук и его тело воспламенилось. Затем паук увеличился до размера стола и начал плеваться огнём на других маленьких жучков. Среди пламени у нескольких шелкопрядов выросли тридцатисантиметровые крылья. Они вылетели из зоны поражения и впились зубами в тело паука.

Целитель высунул голову и холодно фыркнул, застав насекомых уменьшиться к своим обычным маленьким размерам и спокойно вернуться в горшки.

Сомнения Цинь Му всё нарастали, когда бабушка Сы через силу улыбнулась и пробубнила:

— Всё это совершенно нормальные явления… в этом нет ничего необычного…

Цинь Му продолжил давить:

— Бабуль, могут ли люди снаружи летать, как слепой дедушка?

Бабушка Сы уверенно кивнула головой:

— Все люди снаружи могут летать.

Цинь Му продолжил:

— Снаружи у всех людей тоже Духовные Тела, как у дедушек нашей деревни?

— Да! У всех Духовные Тела!

— А сила? Они тоже такие же сильные как мои дедушки?

— Очень сильные! В противном случае бабушке и остальным не нужно было бы скрываться здесь! Не забивай себе голову мыслями о мире за пределами Великих Руин, лучше думай, как не потерять свою жизнь! Люди снаружи гораздо безжалостней, чем слепой!

****

Цинь Му скептически отнёсся к словам бабушки. Если люди за пределами Великих Руин были такими же невероятными, как она сказала, то разве они не всемогущи?

Рядом с рекой одноногий привёл тела в порядок и положил в гробы. Забив деревянные клинья, чтобы закрепить крышки, он столкнул гробы в реку, позволив той унести их вниз по течению.

Из-за быстрого течения и скалистых рифов, у гробов возникнут трудные времена при спуске по течению. Где-нибудь посреди реки они скорее всего разобьются и трупы пойдут на корм рыбам.

— Секту Реки Ли можно стирать с карты южной границы, — одноногий смотрел на гробы, уплывающие всё дальше и бормотал. — Лидер секты мёртв, эксперты секты мертвы. Такой секте будет трудно выжить…

— Сейчас меня не это беспокоит, — старый Ма покачал головой, вглядываясь вдаль. — Меня беспокоит человек номер один под богами. Му Бэйфэн был губернатором префектуры Пяти Ростков, завербованный лично Имперским Наставником Империи Вечного Мира… Не встревожит ли его смерть пяти старейшин и главы секты?..

Одноногий беспомощно покачал головой, подтверждая его догадку:

— Он определённо будет встревожен! Но он не посмеет ступить в Великие Руины!

Старый Ма посмотрел ему в глаза:

— Не забывай, что, хотя Имперский Наставник Вечного Мира не может ничего делать в Великих Руинах собственноручно, но за его спиной стоит вся Империя Вечного Мира! Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под Империю! Мог ли такой колосс не посматривать в сторону Великих Руин? На место, где нашли свой покой бесчисленные сокровища!

↑ https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D1%80%D0%B1%D0%BB_(%D0%B8%D0%B3%D1%80%D1%83%D1%88%D0%BA%D0%B0)

Глава 34. Храм Бабушки

Сердце одноногого слегка вздрогнуло.

Могут ли Имперский Наставник и Империя Вечного Мира осмелиться войти в такое странное и страшное место, как Великие Руины?

Однако, в словах старого Ма была доля правды, Империя Вечного Мира действительно была сектой, замаскированной под империю!

Империя Вечного Мира была построена на боевых искусствах, и власть осуществлялась с их помощью. У чиновников было девять рангов и восемнадцать классов. От высшего первого ранга Имперского Наставника к нижнему девятому рангу дворянина, все ранги базировались по уровню боевых искусств. В стороне были только мастера сект, лидеры кланов и культов.

Что касается солдат империи, все они были практиками боевых искусств, и были хороши в бою. Они могли как атаковать города и завоёвывать внешние территории, так и подавлять восстания внутри страны. Они определённо были силой, с которой нужно считаться.

Когда секта маскирует себя под империю и использует империалистические методы для управления своими территориями, все ресурсы будут скапливаться в одних руках, а все секты, мастера боевых искусств и мастера божественных искусств, которые сдались империи, будут действовать под её управлением. Таким образом, насколько сильной и ужасающей может стать империя?

В последние годы Империя Вечного Мира продолжала всё больше и больше расширять свои территории. Они аннексировали секты, подобные секте Реки Ли и небольшие соседние страны.

На сегодняшний день, территория Империи Вечного Мира достигла границ Великих Руин, где её расширение остановилось на неопределённое время.

Тем, что остановило империю, была странная тьма, покрывающая Великие Руины. Каждый раз, когда наступала ночь, странная тьма вторгалась, и тот, кто находился в темноте, умирал. Из-за такой опасности, империя не осмеливалась продвигаться внутрь местности.

Кроме того, тьма не была единственной опасностью Великих Руин. Здесь также водилось огромное количество опасных зверей и происходили странные явления, из-за которых даже ясный день казался зловещим. Если Имперский Наставник и Империя Вечного Мира захотят переместить свои войска в Великие Руины, это будет стоить им огромных усилий.

Однако опасность Великих Руин была недостаточной, чтобы полностью отпугнуть Имперского Наставника. Одноногий хорошо знал этого человека и его характер, ведь это он отрубил ему ногу.

Не было ничего достаточно ужасающего, что могло бы отпугнуть его и не было опасности, которая могла бы остановить его на пути!

Он обязательно войдёт в Великие Руины!

Возможно, его взгляд уже лежит на их пустынных, коварных и загадочных землях!

****

Деревня вскоре возобновила своё спокойствие. Земля быстро всосала воду, оставшуюся от реки Ли. На следующий день яркое солнце полностью высушило почву, отчего она стала очень твёрдой.

На этот раз, Цинь Му получил мешочек с мечами, принадлежавший ученику секты Реки Ли Цянь Цю. Он был около ста восьмидесяти сантиметров длиной и не был слишком большим. Мешочек был сделан из кожи небольшого крокодила и имел пояс, чтобы закрепить его вокруг талии. В нём также были два ремня, чтобы можно было носить на спине.

Направляя жизненную Ци в мешочек, рот крокодила открывался и выплёвывал ножны с торчащей из них рукоятью меча.

Когда мастеру боевых искусств удавалось создать нить из Ци и обмотать её вокруг рукояти, меч можно было вытащить и управлять им с помощью неё.

После того, как первый меч был обнажён, в ножнах появлялась вторая рукоять меча. Если мастер доставал и его, появлялась третья. Отсюда и название — “мешочек с мечами”.

Секта Реки Ли была сектой меча южной границы. Они использовали уникальный способ ковки мечей. Меч-мать был внутри мешочка, и он не мог использоваться, поскольку был слит с кожей крокодила.

Все мечи, вытащенные из мешочка с мечами, были мечами-детьми. Цинь Му попробовал, и смог вытащить двадцать восемь мечей-детей. Всего было тридцать пять мечей, если считать те семь, которые он разрезал.

На счёт того, как секта Реки Ли сумела скрыть тридцать пять мечей в мешочке, у него не было никаких догадок.

Двадцать восемь мечей были не слишком большим грузом для Цинь Му. К его телу крепились огромные железные веса, которые были обвязаны даже вокруг груди и талии. В сочетании с железными сапогами на ногах они весили более пятидесяти килограммов, что было приблизительно равно весу мешочка.

Цинь Му рассматривал ношение мешочка как вид тренировки, избавляющей его от железных весов и облегчая его движение. Однако он не мог использовать Ци для манипуляции мечом. Поскольку искусство владения мечом Реки Ли было чрезвычайно сложным. Его техники контроля над мечом ещё не достигли нужного уровня.

«Если бы я только смог изучить искусство владения мечом реки Ли», —беззвучно вздохнул Цинь Му. Техники меча реки Ли были очень запутанными, особенно техника создания цепи из мечей, которая была великолепна вне сравнения. Старый Ма, мясник, одноногий, целитель и слепой не знали ничего о навыках управления мечом. У немого был сундук серебряных пилюль, и у бабушки Сы тоже было что-то подобное. Если эти пилюли были мечами, то эти старики должны были обладать навыками меча.

Однако, когда Цинь Му просил бабушку Сы обучить его, она отказалась. Немой тоже махнул рукой, будто чего-то боялся, но всё же потом тайно сказал ему с помощью знаков: “не проси никого учить тебя навыкам меча сейчас, так как кое-кто намного лучше будет учить тебя в будущем. Если ты научишься сейчас, этот человек откажется тебя учить”.

Цинь Му понятия не имел, кто этот человек, поэтому он мог только запастись терпением.

Он всё ещё не полностью научился циркулировать жизненную Ци, к примеру, он не мог правильно исполнить кулачную технику старого Ма, так как при ударе не был способен полностью распространить её по телу.

Циркуляция жизненной Ци по всему телу может поднять возможности тела до его максимального потенциала, и значительно увеличить силу, ловкость и реакцию!

После того, как Восемь Громовых Ударов совершенствовались до “правильного” уровня, каждый удар ладони или кулака выдавал звук и силу грома. Пока Цинь Му мог полагаться только на Мудру Силы Бога-Дьявола, чтобы сделать удар, сопровождающийся громом, но не на технику Восьми Громовых Ударов.

Если ему удастся достичь нужного уровня, то в будущем он сможет ловить мечи таких противников, как Цянь Цю, без риска получить травмы ладони.

— Тебе не хватает настоящего боевого опыта, — старый Ма подошёл к Цинь Му и тихо заговорил. — Твоё совершенствование намного выше, чем у того ученика секты Реки Ли. Твои навыки кулака, ножа, посоха, сильнее его навыка меча. Однако, ты был скован в движениях, поэтому и не смог использовать эти навыки правильно.

Цинь Му несколько раз кивнул. Он тоже заметил, что навыки меча Цянь Цю были слишком замысловатыми, а техники непредсказуемыми… Ему едва хватило реакции, чтобы словить меч рукой.

Сейчас Цянь Цю казался не таким сильным, каким выглядел изначально. Разрубив семь его мечей одним ударом, и вытащив из него душу Мудрой Дьявольской Свободы, Цинь Му доказал, что совершенствование его жизненной Ци было намного сильнее, чем у противника.

Старый Ма продолжил:

— Без опыта в настоящем бою тебе будет трудно показать всю свою силу. Именно поэтому Пять Старейшин Реки Ли привели своих учеников тренироваться в Великих Руинах. Нельзя стать настоящим мастером, если неторопливо совершенствоваться в уединении, поэтому…

Лицо Цинь Му приобрело заинтригованный вид. Он уже давно ждал, когда старый Ма и бабушка Сы разрешат ему пойти охотиться в одиночку, и вот, наконец-то показалась возможность!

— Поэтому я, твоя бабуля Сы, слепой и остальные, после долгих обсуждений, приняли решение, — торжественно продолжал Ма, —разрешить тебе пойти с нами на храмовую ярмарку!

— Пойти на храмовую ярмарку? — выпалил Цинь Му не скрывая разочарования и затем пробормотал. — Мне всё ещё нельзя пойти на охоту?

Старый Ма улыбнулся и погладил по его маленькому плечу:

— Сходить на ярмарку — тоже испытание. Если ты его пройдёшь, то сможешь отправиться на охоту в одиночку, так что сделай всё, что в твоих силах!

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Храмовая ярмарка была огромным сборищем в соседней деревне. Когда-то он слышал, как бабушка Сы говорила, что храмовая ярмарка проводилась в первый и пятнадцатый день лунного месяца. Туда съедутся люди со всех соседних деревень в радиусе ста пятидесяти километров, привозя с собой различные товары для торговли.

Всякий раз, когда день проведения ярмарки наступал, старый Ма, мясник, слепой, немой, бабушка Сы и целитель отправлялись в “Храм Бабушки”, который находился в десяти километрах отсюда. Тем не менее, они никогда не позволяли Цинь Му присутствовать на ярмарке в Храме Бабушки и заставляли его оставаться дома, чтобы присматривать за старейшиной деревни и одноногим.

Ситуация одноногого была даже хуже, чем у Цинь Му. Бабуля Сы говорила, что у него воровская рука и запрещала посещать храмовую ярмарку, поскольку боялась, что он обчистит весь храм.

Говоря откровенно, Цинь Му с намного большим энтузиазмом пошёл бы охотиться, нежели на храмовую ярмарку.

До ярмарки оставалось ещё два дня, поэтому Цинь Му продолжал тренироваться и иногда заходил во Дворец Подавления Рока, чтобы сразиться с демонической обезьяной. Когда у него было свободное время, он помогал в лаборатории целителя и учился создавать пилюли Усиления Живучести. Целитель даже призвал несколько огненных птиц, которые прилетали через окно, чтобы помочь варить лекарства.

Однажды, когда Цинь Му испортил более десятка духовных лекарств, лицо целителя начало зеленеть от злости. К счастью, он всё-таки смог создать целый котёл пилюль, что немного улучшило моральное состояние старика.

Цинь Му немедленно взял свои пилюли, которые, теоретически, могли усилить жизненную Ци Зелёного Дракона, и побежал во Дворец Подавления Рока. Целитель хотел напомнить ему, что нужно проверить, безопасно ли использовать такие пилюли Усиления Живучести, но, немного подумав, он решил промолчать.

«В прошлый раз я тоже забыл проверить, безопасны ли пилюли Усиления Живучести…, — целитель подумал про себя. — Та демоническая обезьяна — настоящая громадина, она не умрёт, если съест их… Всё должно быть хорошо… Пусть ест. Однако пилюли, которые сделал Му’эр, размером почти с кулак, демоническая обезьяна действительно не помрёт от них?

Глава 35. Храмовая ярмарка

— Еда, сила!

В долине, во Дворце Подавления Рока Цинь Му вытащил духовную пилюлю Усиления Живучести, которую он состряпал. Тряся пилюлей размером с кулак перед обезьяной, он сказал:

— Сила, усилить!

Демоническая обезьяна почесала голову и взяла пилюлю. После поедания лекарства никакой реакции не последовало, что повергло обезьяну в недоумение.

— Сила?..

Как вдруг, демоническая обезьяна внезапно обезумела, её волосы по всему телу начали неконтролируемо расти. Семя дерева, упавшее в волосы головы демонической обезьяны, начало вырастать, под стимуляцией от пилюли Усиления Живучести, и быстро превратилось в древо с двумя стволами.

Тело обезьяны также дико развивалось: мышцы распухали, кости становились шире, все эти изменения заставляли её выть от боли. Мигом позже обезьяна начала крушить всё вокруг себя. Цинь Му хотел остановить её, но тут же был вбит в землю, следующий удар по земле подбросил его в воздух, где он словил ещё один удар.

После потребления пилюли Усиления Живучести, которую сделал Цинь Му, тело обезьяны увеличилось, и она стала гораздо сильнее. Сила, полученная от огромной пилюли, ошеломляла парня своей эффективностью, которая не имела себе равных.

Цинь Му был вынужден придать своей жизненной Ци атрибут огня. После распространения кипящей жизненной Ци по всему телу, на его спине проявился образ огромного дракона. Четыре конечности дракона полностью совпадали с его руками и ногами, даже когти дракона совпадали с его пальцами.

Пятикогтевый огненного дракона!

Огненный атрибут жизненной Ци классифицировался, как Ци Красной Птицы, однако у Цинь Му не было Духовного Эмбриона Красной Птицы, а был человекообразный эмбрион. Образ дракона проявился не из-за его жизненной Ци, а из-за техники Восьми Громовых Ударов, которую передал ему старый Ма.

Циркуляция жизненной Ци описанная в технике старого Ма была чрезвычайно таинственной, её путь циркуляции формировал образ дракона, который распространялся по всему телу. Если бы Восемь Громовых Ударов были выполнены Ма, имевшим Духовное Тело Зелёного Дракона, его жизненная Ци с атрибутами дерева и молнии превратила бы образ дракона в зелёный цвет с переплетающимися молниями.

Однако, поскольку Цинь Му ещё не научился использовать Ци Зелёного Дракона, а мог использовать только Ци Красной Птицы, вокруг его дракона клубились огненные облака.

Только из-за выполнения Восьми Громовых Ударов, на его теле появились облака огня. Как только он прекратит выполнение техники, своеобразный образ обесцветится и исчезнет.

Такая циркуляция жизненной Ци увеличила силы Цинь Му на целый порядок, и он, наконец-то, смог противостоять демонической обезьяне. Однако, поскольку обезьяна помутилась рассудком, все её атаки стали нелогичными и порой совершенно непредсказуемыми, и даже если возникала угроза получения серьёзной травмы, она всё равно продолжала одичало кидаться на Цинь Му. Когда боевые действия прекратились, они оба, покрытые синяками, неподвижно лежали на земле и тяжело дышали.

Двойной ствол дерева на голове обезьяны уже давно стал таким же толстым как бочонок с водой, на дереве также росли большие красные плоды. Дерево перестало расти, сразу же, как только лекарственная сила пилюли Усиления Живучести истощилась.

Как оказалось, у пилюли Усиления Живучести была одна проблема. Лекарственная сила была слишком мощной и суровой, а не мягкой и нежной, какой должна быть. Демоническая обезьяна пережила воздействие этого лекарства только благодаря свой врождённой прочности тела. Любой другой практик Духовного Эмбриона, вероятно, умер бы от взрыва тела.

Теперь, когда лекарственная сила истощилась, тело обезьяны уменьшалось, но она всё равно стала выше и сильней, чем прежде. Из-за чего Цинь Му почувствовал, что у его пилюли Усиления Живучести были некоторые проблемы.

Однако, если учесть то, в каком физическом состоянии сейчас пребывает обезьяна, проблема не должна быть слишком большой. Если это вообще можно назвать проблемой, а не преимуществом.

Цинь Му сорвал плод с фруктового дерева на голове обезьяны, очистил его и съел. Плод был сладким и освежающим, с намёком на лечебный аромат.

Демоническая обезьяна села и сорвала дерево со своей головы, корни которого сползали по её морде. Вырвав дерево, обезьяна схватила горсть листьев и фруктов, чтобы не спеша съест их.

Цинь Му передал оставшиеся пилюли Усиления Живучести и предупредил обезьяну:

— Ты можешь съедать только одну пилюли за раз, никогда не ешь больше. Кроме того, если хочешь сражений, иди на территории других странных зверей, чтобы не опасаться, что в бою ненароком уничтожишь Дворец Подавления Рока.

Глаза обезьяны заискрились от предвкушения, она кивала головой, одновременно держа оставшиеся пилюли Усиления Живучести.

Пилюли Усиления Живучести, которые сделал Цинь Му, были слишком большими. Например, пилюли, сделанные целителем, были размером с большой палец, в то время как его пилюли вышли размером с кулак из-за его неопытности. Следовательно, в принесённой им партии, было всего 20 пилюль.

Цинь Му ушёл, чувствуя облегчение. Демоническая обезьяна выждала, пока Цинь Му не скрылся из поля видимости, а затем сразу же взяла необычайно большую пилюлю Усиления Живучести и быстро бросилась на ближайшую территорию странного зверя в поисках мести.

Странный зверь по соседству был её заклятым врагом. Раньше он часто вторгался на территорию демонической обезьяны, чтобы набить желудок местными дикими зверями. Однако в последнее время зверь перестал вторгаться на её территорию, потому что несколько раз был избит ею, а также увидел второй отпечаток руки Цинь Му, что говорило о том, что на этой земле появился второй хозяин.

Ворвавшись на вражескую территорию, обезьяна съела пилюлю и бросилась на своего противника, пока тот ревел на неё.

****

Через два дня наконец-то настал день храмовой ярмарки. Бабушка Сы принесла несколько рулонов ткани, старый Ма притащил новые предметы мебели, которые он изготовил, целитель нёс свою корзину с лекарствами, а мясник загрузил странного зверя на телегу, которого вчера поймал одноногий. Мясник займётся разделкой мяса, в то время как одноногий будет вести дела за кассой, чётко разделяя их рабочие обязанности.

Немой принёс инструменты для печи и кузнечного дела, а глухой свою кисть, чернила и бумагу. Позвав Цинь Му все забрались на телегу, с запряжённой в неё коровой и поехали в “Храм Бабушки”.

Коровья телега была набита предметами, поэтому постоянно шаталась на пути к храму. У Цинь Му было плохое настроение, пока он вёл телегу. Раньше, когда он был младше, поездка в Храм Бабушки была бы увлекательна для него, но теперь, когда у него появилось больше знаний и опыта, храмовая ярмарка перестала казаться такой интересной, какой казалась раньше.

Шло время, и они достигли Храма Бабушки. Цинь Му был потрясён… Храмовая ярмарка оказалась куда более шумной, чем он представлял. В руинах вокруг храма на четыре километра в длину растянулся базар, с повсюду разбросанными торговыми прилавками и кабинками. То там, то тут сновали люди, формируя шумную базарную атмосферу.

Эти люди съехались сюда не только из деревень в радиусе пяти километров, а и из всех деревень в радиусе ста пятидесяти километров. Здесь собралось больше половины всех жителей!

«На карте во Дворце Подавления Рока это место называлось Дворцом Сириуса*, а не Храмом Бабушки», — Цинь Му шокировало то, что это место переименовали в Храм Бабушки.

Когда коровья повозка въехала на базар, Цинь Му увидел множество редких и странных предметов, которые красовались на полках маленьких прилавков, а также людей, лепящих на палочки всякие сладости, готовящих различную еду или даже циркачей, дышащих огнём. Были и те, кто продавал зверей, руды, драгоценности и даже своих дочерей и многое другое.

— Моя дочь и я из деревни Коровьей Семьи, мы остановились здесь. Нам не нужны титулы или деньги. Просто моя дочь достигла брачного возраста и у неё нет никого на уме. Поэтому я бы хотела найти зятя через соревнования боевых искусств, чьи познания в них были бы выдающимися и…

Цинь Му увидел оживление впереди и остановил корову, чтобы посмотреть. Оказалось, что множество людей искали суженых своим дочерям и сыновьям через соревнования по боевым искусствам. Мужчины и женщины яростно сражались на арене. Немного понаблюдав Цинь Му быстро потерял интерес к происходящему и продолжил путь вперёд. Со временем он понял, что в Храме Бабушки немало подобных арен.

Аренами были платформы из грязи и на них дрались юноши из разных деревень, все они были молодыми практиками. Конечно были и староватые седые мужчины, которые прыгали на арену для участия, но их быстро сбрасывали под улюлюканье и освистывание толпы.

— В некоторых деревнях мало мужчин, поэтому матери ищут зятьёв посредством подобных боевых соревнований, чтобы тот жил вместе с ними. Собственно поэтому их и придумали, — бабушка Сы предупредила Цинь Му. — Стать зятем значит жить с ними, поэтому ты не можешь подняться на арену!

Цинь Му кивнул, но его руки так и чесались в ожидании битвы. Слепой рассмеялся:

— Всё в порядке, даже если Цинь Му поднимется на арену. Как только он победит всех на аренах, и затем женится на нескольких десятках девушек…

Бабушка зыркнула на него и слепой тут же заткнулся.

У жителей деревни Цань Лао было постоянное место для своих торговых лавок в Храме Бабушки. Незадолго до того, как коровья повозка доехала до этих прилавков, Цинь Му помог мяснику развернуть его мясную лавку, после помог старому Ма сгрузить его мебель, затем он доехал до прилавков и помог немому разместить его кузнечную печь, бабушке Сы установить её портняжный рабочий стол, а также помог глухому подготовить чернила и повесить его стихи.

После завершения всех приготовлений, Цинь Му увидел, что слепой сидит перед столом со знаменем свисающем с его бамбуковой палки. На этом знамени было написано несколько слов — “Шесть сломанных и сплошных линий восьми гадательных триграмм, избегай бедствий предсказаниями”.

Цинь Му подумал про себя: «Слепой дедушка знает, как предсказывать судьбу?».

Целитель также поставил свой столик сбоку, в то время как мясник уже нарезал тушу странного зверя, вывешивая его мясо. Когда деревенские старики начали трезвонить на всю округу о своём деле, то стали походить на обычных людей.

— Му’эр там сбоку пустая арена, повесь эти несколько слов.

Парой быстрых взмахов глухой написал несколько слов для Цинь Му и сказал:

— После того, как повесишь это, поднимись на арену и просто стой там. Это твоё занятие на сегодня. Если ты простоишь до заката, то мы будем считать, что ты прошёл тест.

Цинь Му посмотрел на свиток и прочитал: “Непревзойдённый, разделяющий реку и сметающий все восемьсот деревень в Великих Руинах!”. Был ещё один свиток, который гласил: “Номер один в области Духовного Эмбриона”.

Цинь Му бросил взгляд на арену и увидел два столба, которые ярко блестели. Посреди столбов были дощечки, на которые он и должен был повесить эти свитки.

— Глухой дедушка, ты хочешь, чтобы меня избили до смерти? — обратился Цинь Му к глухому.

В этот момент он увидел, как стоящий рядом слепой вынул ещё один свиток, на котором было написано: “Попытай удачу, ставка без изменений”.

Похоже этот старикан пытался на нём заработать себе состояние…

Между тем, бабушка Сы уже сделала ставку в игорную кассу слепого, целитель взволнованно приготовил свои лекарства, ожидая травмированных практиков, старый Ма начал делать костыли и носилки, в то время как мясник продавал “драгоценную кровь водяного дракона”, которая была божественным лекарством для укрепления тела!

Как оказалось, не он один…

Лицо Цинь Му помрачнело. Эти коварные стариканы были слишком хороши в своём деле.

— Глухой, напиши ещё одно примечание, что только практики области Духовного Эмбриона могут подняться, — сказала бабушка Сы и затем подумала: «Что произойдёт, если практик божественных искусств запрыгнет на арену и изобьёт Му’эра до смерти?».

↑ Сириус — ярчайшая звезда ночного неба, https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%B8%D1%80%D0%B8%D1%83%D1%81

Глава 36. Монастырь Великого Громового Удара

— Му’эр, храмовая ярмарка отличное место для расширения своего кругозора, — старый Ма смастерил пару костылей и облокотил на мебель, продолжив. — В Великих Руинах много деревень, в некоторых из которых живут настоящие мастера, которые больше не могут бродить по внешнему миру. Их вынудили осесть в Великих Руинах, вместе со своими учениками. Только во время храмовой ярмарки здесь собираются все эти люди и только тут ты сможешь увидеть великое разнообразие различных техник и навыков со всего мира!

Цинь Му одолевали сомнения, пока думал про себя: «Мне не хватает боевого опыта, из-за чего моё совершенствование не может вылиться в настоящее боевое мастерство. Неужели поэтому дедушка Ма хочет, чтобы я воспользовался возникшей возможностью и провёл спарринги с практиками из различных сект?

Старый Ма показал удовлетворённое выражение лица, мол, да, ты всё верно понял.

— Но как же те костыли?.. — недоумевал Цинь Му. — И почему слепой дедушка открыл лавку для приёма ставок? Кроме того, тот странный зверь, что дедушка мясник продаёт, явно не “водный дракон”, но он всё равно горлопанит на всю улицу, что продаёт драгоценную кровь водного дракона. Мм? И дедушка целитель заранее приготовил все эти лекарства для залечивания травм совершенно случайно?

Старик несколько раз неловко кашлянул, говоря:

— Это всё дела взрослых, а ты ещё ребёнок, так что не задавай столько лишних вопросов. Чего же ты ждёшь?

— Но… — было начал Цинь Му

— Никаких но, — оборвал на полуслове Ма.

Цинь Му мог лишь подняться на арену и повесить свитки со словами, что написал глухой, на столбы по краям от арены.

Вскоре к арене начало стекаться множество деревенских жителей. Кипящая какофония возмущённых голосов заставила Цинь Му ещё больше увериться, что слова глухого были мягко говоря неуместными, но он всё равно был шокирован количеством людей, которых они привлекли.

— Непревзойдённый, разделяющий реку и сметающий все восемьсот деревень в Великих Руинах! Какое смелое заявление! Тебе только около одиннадцати-двенадцати лет отроду, и даже начни ты практиковаться ещё в утробе матери, твоё совершенствование всё равно будет так себе! — прогремел праведный голос. — Заявляя такое ты пытаешься бросить вызов всем деревням Великих Руин? А кишка не тонка?

Лицо Цинь Му покраснело от смущения, но придя в себя он бросил сердитый взгляд на слепого… Ведь голос был очень знакомым, можно даже было сказать, что кричал именно он!

В праведном голосе слепого было что-то завораживающее, когда он продолжил:

— Разве в Великих Руинах нет настоящих мужчин? Неужели мы позволим этому мальчишке вести себя настолько высокомерно? Как каждый из вас может быть до сих пор таким безучастным после такого заявления этого молокососа? Где непоколебимый дух настоящих мужчин Великих Руин?

Как только слепой замолчал, словно был брошен камень в воды спокойного пруда. Около дюжины юношей тут же запрыгнули на арену, встав лицом к лицу с позеленевшим от злости Цинь Му.

— Однако мужчины Великих Руин не должны смотреть на него свысока, — голос слепого прозвучал подобно колокольному звону в ушах каждого присутствующего. — Поскольку арена его, мы должны следовать правилам. Он явно хочет сражаться один на один, а не с целой толпой, поэтому давайте принимать вызов по очереди. А поскольку у этого юнца очевидно совершенствование области Духовного Эмбриона, то те, кто принимают вызов, тоже должны быть на том же уровне, чтобы не запятнать репутацию всех деревень.

Когда его голос затих, около дюжины юношей спустились вниз, оставляя позади на арене лишь одного.

Цинь Му с облегчением вздохнул и сказал:

— Как я могу обращаться к старшему брату…

— Мы что сюда трепаться пришли? Если ты хочешь сражаться, то так и быть! — юноша внезапно упал на четвереньки, в тот же миг его тело запульсировало мощной жизненной Ци. На его спине появились тигровые полосы, а на ладонях и ногах острые когти, состоящие из Ци и делающими юношу похожим на настоящего свирепого тигра!

Внезапно прыгнув, он бросился на Цинь Му со скоростью едва заметной тени!

Цинь Му вдруг почувствовал, словно на него накинулся чрезвычайно дикий странный зверь. Со свирепым ветром, обдувающим его лицо, можно было услышать нечто похожее на рёв тигра. Такая подавляющая аура как раз и была тем, чего ему не хватало и что можно было приобрести только во время сражения не на жизнь, а на смерть!

«Практики боевых искусств в других деревнях действительно обладают своими особенностями!»

Образ дракона появился на спине Цинь Му, сплетаясь со всеми конечностями. Его шаги были подобно впадающей в море реке и звучащим как гром волнам, используя водяной атрибут жизненной Ци Чёрной Черепахи, чтобы исполнить первую форму Восьми Громовых Ударов. Хотя он всё ещё не был способен создавать ладонями гром, ему всё же удалось воссоздать величие реки, неукротимо впадающей в море!

В тот момент, когда они сошлись в лобовом столкновении, Цинь Му использовал удар первой формы дедушки Ма, чтобы остановить наступление юноши. Мощь водного атрибута жизненной Ци Чёрной Черепахи хлынула вперёд, сформировав на кулаке драконью голову, яростно устремившуюся ко врагу!

Юноша был шокирован неукротимой силой атаки Цинь Му, которая разодрала его жизненную Ци в клочья и отправила в обратный полёт…

Но за миг до того, как юношу отшвырнуло, ему таки удалось ударить ногами в сторону груди противника. Острота его ног была сопоставима с остротой когтей тигра, разрывая рубашку Цинь Му и почти вспарывая живот!

Цинь Му второпях отвёл одну ногу чуть назад и вбок, чтобы не упасть и найти точку опоры, в то время как другой нанёс молниеносный прямой удар. От удара противник рассёк воздух словно пушечное ядро, впечатываясь в грязь в метре от арены.

Парень перевернулся, чтобы нормально встать, но от его ноги внезапно послышался отчётливый звук “хрусть”. Стало очевидно, что его нога была сломана ударом Цинь Му.

Тут же прозвучал классический базарный возглас целителя:

— Превосходное лекарство, которое поможет срастить ваши кости всего за один день и позволит уже на следующее утро отправиться на охоту!

Старый Ма тоже интонационно выкрикнул:

— Очень прочная пара костылей из дерева “Драконьих Глаз”! Пока вы лечитесь они станут отличной заменой вашей ноге! Даю гарантию, когда вы поправитесь, то вам не захочется с ними расставаться!

Слепой звонким голосом подхватил:

— Если вы не уверены в своей сегодняшней удаче, то приходите ко мне и вместе мы изменим вашу судьбу!

— Несколько двустиший на удачу! В любые времена обеспечит вашему семейному очагу мир и процветание!!! — попытался перекричать остальных глухой.

Лицо Цинь Му помрачнело, когда он наконец принял устойчивую позу. Только мгновение назад он оказался в такой опасной ситуации, а это старичье только думает, как повыгодней впарить свои товары!

«Пусть веселятся за чужой счёт пока могут! Однако дедушка Ма и остальные кое в чём правы, мне катастрофично не хватает смертельно опасного боевого опыта. У парня, с которым я только что сразился, совершенствование не было выше моего, но ему почти удалось вспороть мой живот, отлетая назад… практически превратив поражение в победу! — Цинь Му глубоко вздохнул, после чего его глаза опасно замерцали. — Я слишком неопытен в этом аспекте и храмовая ярмарка мой редкий шанс исправить этот недостаток через сражения с практиками из других деревень. Я просто обязан впитать их боевой опыт! Поэтому не уступлю эту арену никому до самого конца!

Всё больше и больше народу скапливалось подле арены, гомоня и мельтеша. Увидев бой, каждый присутствующий понял, что у Цинь Му невероятно плотное совершенствование, но не хватало опыта.

Чтобы выжить в Великих Руинах население деревни должно состоять в основном из практиков боевых искусств или даже божественных искусств.Великие Руины были просто на просто слишком опасны. Все жители деревень почитали храбрых, владеющих боевыми навыками и свирепых в бою.

Вскоре на арену запрыгнул ещё один человек, которым оказалась девушка с уникальным видом жизненной Ци Чёрной Черепахи, чьи атаки при этом были совершенно безжалостными.

В момент, когда они сошлись в бою, её Ци стала походить на огромную змею, обмотавшись вокруг обеих ног Цинь Му и сковав его, после чего девушка скользнула по его телу словно змея, чтобы нанести смертельный удар.

Её жизненная Ци стала очень странной, когда приняла форму огромной змеи, чтобы обвиться вокруг Цинь Му. Такую жизненную Ци нельзя было соотнести с жизненной Ци Чёрной Черепахи, а лишь с её частью.

Черепахи и змеи* являлись ответвлением родословной Чёрной Черепахи, однако духовный эмбрион этой девушки должен быть в форме змеи, а не черепахи, родословная которой ближе к истинной Чёрной Черепахе, поэтому движения её тела и были такими странными и необычными.

Вдруг за спиной Цинь Му словно выросла тысяча рук, наслаивающихся друг на друга, когда он использовал технику Тысячерукого Будды, чтобы защититься от странного нападения девушки. Поэтому даже несмотря на всю необычность движений своего тела, она потеряла сознание, получив несколько сотен ударов всего за несколько мгновений.

Старый Ма успешно продал носилки.

Цинь Му столкнулся с такой необычной техникой тела впервые, поэтому получил некоторые травмы, но к счастью поверхностные.

Со временем, сражения на арене только набирали оборот. Также было много тех, кто отправлялся к лавке предсказаний слепого, чтобы узнать на кого стоит делать ставку. В Великих Руинах не было какой-то определённой валюты, поэтому в ходу был бартер товарами. Если кто-то решит, что вещь того стоит, начнётся торговля. Точно так же дело обстояло и со ставками. Любые украшения, руды, нефриты, домашний скот можно было использовать в качестве ставки.

За слепым уже образовалась целая куча всякой всячины и даже чудной живности. Например, за ним стояла многоцветная пернатая курица высотой с человека. Внутри её клюва росли острые как бритва зубы и когда она взмахивала своими широкими крыльями, рассеивая в разные стороны песок подобно дождю стрел, выглядела весьма грозно и устрашающе.

Это была курица-дракон, а не обычная старая курица. Она родилась на свет после совокупления дракона и курицы. Несмотря на то, что крови дракона в её теле было не так уж и много, яйца, которые она несла, считались настоящими сокровищами.

— В следующем матче этот бедный монах хочет сделать ставку на победу своего ученика.

Вдруг послышались благочестивые песнопения буддийских мантр, когда старый монах протискивался через толпу направляясь прямо к лавке гаданий. Подойдя он поставил на стол прилавка свой посох, который вдавил своим весом его ножки глубоко в землю. Старый монах сел напротив слепого и скрестил руки:

— Это моя ставка! Кто осмелится заключить пари с этим бедным монахом?

— Монастырь Великого Громового Удара? — грозно спросил слепой.

— Монастырь Великого Громового Удара, — ответил старый монах.

— Старый Ма, всё в порядке? — слепой обратился к старому Ма, оглянувшись на него.

Старый Ма отложил костыль, что держал в руке, и сел перед старым монахом. Старый монах поднял голову и невозмутимо взглянул на старого Ма:

— Младший брат.

Старый Ма точно так же невозмутимо ответил:

— Старший брат.

— Ты передал божественные искусства нашего Монастыря Великого Громового Удара чужаку, тем самым нарушив его правила, — белая бровь старого монаха слегка опустилась, когда он тихо продолжил. — В прошлом ты оторвал свою руку и отправил её в монастырь с посланием, что вернул нам божественные искусства нашего Монастыря Великого Громового Удара. Твоя рука всё ещё находится в Пагоде Тысячерукого Будды. Но сейчас ты передал божественные искусства нашего монастыря этому подростку… Разве ты не противоречишь самому себе?

↑вроде во второй главе из змеи извлекли кровь дракона, может быть просто некоторые змеи ближе к драконам, а другие к черепахам, например, водные? Немного непонятно.

Глава 37. Так громко, что даже глухой услышал

Глава 37. Так громко, что даже глухой услышал

Старый Ма напряжённо дышал, будучи неспособным оставаться спокойным, и холодным голосом проговорил:

— Я оторвал себе руку и отправил её в Монастырь Великого Громового Удара, вернув им их божественные искусства. Так почему монастырь продолжил охотиться за мной, разрушая мою семью? Если монастырь всё ещё хочет моей смерти, почему мне нельзя делиться его божественными искусствами?

Старый монах покачал головой:

— Младший брат, рука не содержит в себе божественных искусств.

Старый Ма тихо рассмеялся:

— Божественные искусства, которые я практикую, не были созданы Монастырём Великого Громового Удара. Неужели ты утверждаешь, что другие искусства, которые мне известны, также принадлежат монастырю? Возможно я когда-то и происходил из Монастыря Великого Громового Удара, но своими кулаками я проложил путь оттуда. В то время, никто из вас уже не решался пробовать меня остановить. Вы выждали, когда у меня появится жена и сын, а потом пришли за мной… Я был готов пожертвовать рукой, чтобы защитить свою семью, и вернуть вам ваши монастырские искусства!

Его лицо помрачнело:

— Но что случилось потом? Все вы всё равно продолжили охотиться за мной и уничтожили мою семью!

Монах свёл брови:

— Правила остаются правилами, их нельзя изменить. Примитивный мир смертных сбил тебя с пути истинного совершенствования. Младший брат, мы никогда не жаждали твоей смерти, мы хотели вытащить тебя из бездны мирских страданий и вернуть в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы ты продолжил совершенствование и достиг Нирваны посредством усилий и проницательности. В таком случае, место Жулая* было бы твоим. Если ты согласишься вернуться со мной, старик определённо будет рад. Его место всё ещё может стать твоим!

— Вернуться? — старый Ма был ошеломлён. — Убийствами я пробил себе путь наружу. Если я и захочу вернуться, то пойду той же дорогой!

Лицо старого монаха побледнело, и он вздохнул:

— Жулай будет очень разочарован. Юнец на арене — твой ученик? Ты научил его искусству Восьми Громовых Ударов, но не показал технику совершенствования Монастыря Великого Громового Удара — Махаяна* Сутру Жулая.

Посмотрев на Цинь Му, сражающегося на арене с каким-то молодым парнем, он твердил:

— Махаяна Сутра Жулая — это техника покорения дьяволов. Не практикуя её, независимо от того, насколько сильны будут его Восемь Громовых Ударов, его мастерство будет просто впечатляющим внешне, но бесполезным внутри. Сегодня я привёл своего ученика, подойди и встреть старшего дядю, Мин Синь!

Из-за его спины выступил долговязый молодой монах с буддийской молитвенной бусиной на руке, и сложив ладони вместе, поклонился:

— Старший дядя.

Белые брови старого монаха взмыли вверх, когда он продолжил:

— Мин Синь тоже практик области Духовного Эмбриона. С моим монашеским посохом в качестве ставки, согласится ли младший брат принять моё пари?

Бабушка Сы подняла брови и собралась что-то сказать, когда старый Ма со спокойным лицом ответил:

— Все правила и дисциплина монахов — дерьмо собачье. Я принимаю твою ставку. Будет ли моя голова соответствовать твоему посоху?

Старый монах кивнул головой и ответил:

— Они стоят примерно одинаково.

Слепой, бабушка Сы и целительна нахмурились, собираясь переубедить старого Ма. Но тот был решительным:

— Если Му’эр проиграет, ты вернёшь мою голову обратно в Монастырь Великого Громового Удара, и отдашь её Жулаю. Если Му’эр победит, ты оставишь здесь свой монашеский посох, и уйдёшь отсюда настолько далеко, насколько возможно.

— Отлично, — старый монах посмотрел на Мин Синя и сказал ему. — Сегодня, я, твой учитель, собираюсь отобрать божественные искусства Монастыря Великого Громового Удара у предателя. Если ты выиграешь, это будет твоей заслугой.

Мин Синь кивнул и направился к арене.

На арене молодой парень, который сражался против Цинь Му, был экспертом навыка меча и шёл путём схожим с братом Цюем из Пяти Учеников Реки Ли. Его меч-сокровище не отдалялся от него больше чем на метр, однако, разница была в том, что длина этого меча не превышала двадцати сантиметров. Он больше напоминал маленький кинжал, из-за чего был намного более опасным!

Маленький меч всегда вылетал из неожиданных мест, к примеру, из подмышек или между ног. Иногда он даже прятался в одежду соперника и выстреливал из рукавов, когда Цинь Му подходил слишком близко.

С техникой управления мечом такого высокого уровня, он был никак не слабее, чем ученик секты Реки Ли, Цянь Цю и был намного сильнее, чем старший брат Цюй.

Кроме того, этот парень достиг приличного уровня в боевых техниках. Его навыки ударов ладонью были очень сложными, и он стоял не земле крепко, будто гора. Когда сила вырывалась из его ладони, на руке проступали вены в виде гор.

Однако исход боя был предопределён. Из-за огромной силы Цинь Му, и его ловкой работы ногами, уже при первом столкновении противник ощутил своё невыгодное положение: плотная жизненная Ци Цинь Му буквально раздавила его Ци!

Цинь Му выполнил Бурю Девяти Драконов и, хотя разразились только три слоя силы, сердце его противника было поражено до самых глубин, и каким восхитительным не было бы его мастерство меча, плачевный результат неизбежен.

Цинь Му беспорядочно бегал, будто тысячи змей, хаотично ползающих в траве. Внезапно он бежал на восток, а уже в следующий миг на запад, иногда вперед, а иногда и назад, забирая у противника возможность предвидеть его атаку.

В следующее мгновение парень почувствовал боль внутри тела, и отлетел от удара противника. Когда он приземлился на землю, то некоторое время ошарашенно пролежал, прежде чем встать и поклониться Цинь Му, стоящему на арене, выразив благодарность:

— Спасибо, маленький брат, за то, что пощадил мою жизнь.

Хотя ладонь Цинь Му надавила на его рёбра с огромной силой, удар не был слишком жёстким, поэтому внутренние органы не разрушились. В противном случае, своей силой тот мог бы запросто его убить!

— Хочет ли младший брат немного отдохнуть? — Мин Синь, который спокойно ждал возле арены, спросил сразу после того, как Цинь Му победил молодого парня.

Взгляд Цинь Му упал на него. Монах был очень молод и был одет в белую буддистскую одежду, на которой не было ни единственной пылинки. Он сам, и даже ботинки на его ногах были абсолютно чистыми. Несмотря на то, что его волосы были сбриты, он всё ещё выглядел довольно красивым, и у людей возникало хорошее впечатление, когда они смотрели на него.

Как только Цинь Му собрался ответить, что никакой отдых ему не нужен, раздался громкий голос бабушки Сы:

— Отдохни! Тебе определённо нужно отдохнуть!

Цинь Му не понимал почему бабушка Сы сказала подобное, но он прислушался к её словам, и сел отдохнуть, стараясь вернуть себя в нормальное состояние. Его Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была очень эффективной во время бега, поэтому, хоть он уже успел сразиться более чем с десятком противников, его жизненная Ци не сильно истощилась и всё ещё была на максимальном уровне, хотя само тело уже немного устало.

Бабушка Сы подала Цинь Му чашку с водой, и прошептала на ухо:

— Му’эр, ты должен любой ценой победить этого парня, ты слышишь, любой! Твой дедушка Ма заключил пари, и поставил свою собственную жизнь на твою победу!

Сердце Цинь Му вздрогнуло, и он сразу же посмотрел на своего дедушку Ма. У того было безразличное выражение лица, когда его голос прозвучал:

— Му’эр, непревзойдённое Тело Тирана никогда не проиграет! Я верю в тебя.

Несмотря на слова старого Ма, Цинь Му начинал паниковать…

Вся деревня была его семьей, но дедушка Ма и бабушка Сы были для него ближе всех. Именно Ма своей одной рукой нёс каменную статую по следам бабушки Сы, чтобы вытащить его из реки, тем самым спасая жизнь!

Если он проиграет, не будет ли смерть дедушки его виной?

В этот момент целитель тоже нахмурился. Старый Ма считал, что Цинь Му имел непревзойдённое Тело Тирана, поэтому доверял ему, но ведь на самом деле тело паренька было совсем обычным!

Теперь он начал сожалеть, что помог старейшине деревни прикрывать свою наглую ложь. Если бы он сказал правду раньше, старик Ма не поставил бы сейчас на кон свою жизнь из-за слепой веры в Цинь Му!

Внезапно взгляд целителя стал угрожающим:

— Если Му’эр проиграет, нам придётся убить этих лысых старика и юнца. Мы не можем позволить старому Ма так бессмысленно умереть!

На арене Цинь Му пытался совладать со своими эмоциями, но когда от битвы зависит жизнь твоего родственника, разве возможно полностью успокоиться?

Немой подал несколько жестов, когда слепой приподнялся, опираясь на свою трость, и поспешно сказал:

— Не нужно напоминать ему. Эта храмовая ярмарка — испытание. Как только всё закончится, он станет взрослым. Если он не пройдёт его, то так и останется маленьким ребёнком.

Спустя мгновение Цинь Му медленно поднялся и посмотрел на долговязого молодого монаха, стоящего перед ним:

— Монах, живёт ли Будда в твоём сердце?

Мин Синь сложил ладони и торжественно ответил:

— Будда всегда в моем сердце.

Хмм!..

Цинь Му мрачно вздохнул. Его жизненная Ци стала властной и активной. Яростный и неконтролируемый дух охватил его маленькое тело.

— Нет!

Он сделал шаг вперёд, и дух, исходящий из его тела, вызвал у смотрящих чувство восторга, будто они смотрели на возвышающегося бога. Его голос стал настолько громким, что даже глухой услышал:

— Нет ни Бога, ни Будды, ни Дьявола в моём сердце! Я САМ ЕСТЬ И БОГ, И БУДДА, И ДЬЯВОЛ!!!

Как только он сказал это, старый монах, сидящий напротив Ма, показал изумлённое выражение лица и повернул голову, чтобы посмотреть на Цинь Му!

↑Жулай или Татхагата одно из именований Будды Гаутамы или просто Будды, кому интересно подробности тут https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%85%D0%B0%D0%B3%D0%B0%D1%82%D0%B0

↑Махаяна — одно из направлений буддизма https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D1%85%D0%B0%D1%8F%D0%BD%D0%B0

Глава 38. Махаяна Сутра Жулая

Молодой монах Мин Синь взбесился, когда услышал слова Цинь Му и гневно крикнул на него:

— Неверный! Как ты смеешь оскорблять Будду!

На сердце у Цинь Му стало спокойно, улыбаясь с глазами переполняемыми невероятной уверенностью… Ведь он осознал, каким бы сильным ни был этот монах, и какой бы техникой он не владел, его склад ума уже предопределил исход боя.

Старый монах, сидящий перед старым Ма, колебался. То, что сказал Цинь Му, казалось дикой дерзостью, поскольку он оскорбил не только Будду, но также Бога и Дьявола. Однако в его ушах это не прозвучало мятежно, а как великая мудрость.

Только без Будды в сердце можно стать Буддой.

Когда в вашем сердце есть Будда, вы никогда не сможете стать Буддой.

Только без Дьявола в сердце можно стать Дьяволом.

Когда в вашем сердце есть Дьявол, вы никогда не сможете стать Дьяволом.

Разум Мин Синя ещё не был достаточно развитым, чтобы он мог понять смысл этих слов, но старый монах мог…

Он понял истинное значение этих слов только когда достиг области Небожителя, однако, несмотря на то, что теперь совершенствовался в области Жизни и Смерти, он всё ещё не смог сокрушить Будду в своём сердце. Чем дальше он продвигался в совершенствовании, тем лучше понимал силу Бога и Дьявола и насколько примечательным был Жулай.

Сказать было намного легче, чем сделать…

Поэтому странно, что подобные глубокомысленные слова сорвались с уст ещё совсем юнца и ещё более странно, что этот юнец уверенно твердил, что сокрушил Бога и Будду в своём сердце!

Цинь Му был слишком молод и определённо не мог уловить истинную суть, которая лежала в основе этого предложения. Поскольку он не мог вступить с ней в контакт, то как мог сокрушить Бога и Будду в своём сердце?

Чтобы сокрушить Бога и Будду в глубине своего сердца нужно достичь просветления через долгие годы совершенствования и практики, иначе глубоко в сердце Будда так и останется Буддой, и Бог по-прежнему останется Богом.

«В любом случае, ему неизвестна техника Монастыря Великого Громового Удара, и каким бы сильным он ни был, ему не хватит сил победить Мин Синя».

Старый монах опустил голову и, казалось, успокоился, прекратив думать о возможном исходе поединка.

На арене долговязый Мин Синь излучал лёгкий золотой свет, заставляя окружающих думать, что он превратился в божественного, величественного, великого Будду. Всё это сильно давило на их дух!

Под ареной собралась огромная толпа людей из разных деревень, которая пришла поглазеть на хорошую драку и заодно поднять суматоху, однако, как только тело монаха начало сиять, голоса мгновенно затихли…

Их рты синхронно позакрывались, словно их оглушило громоподобным возгласом!

Это была буддистская техника совершенствования, Махаяна Сутра Жулая.

Эта техника совершенствования отличалась от техник, используемых другими сектами. Путь, лежащий в её основе, вёл снаружи внутрь. Снаружи означало пространство за границами тела, тела, которое таким образом становилось абсолютным. Сердце, которое тоже становилось абсолютным, находилось внутри. В буддизме они так и назывались — Абсолютное Тело и Абсолютное Сердце.

Несмотря на то, что Мин Синь пока достиг лишь стадии Абсолютного Тела, и не имел Абсолютного Сердца, как только он превратился в подобие Будды, все вокруг были поражены!

Бабушка Сы и остальные начали терять самообладание. Мин Синь ещё не успел атаковать, а его вид уже говорил о силе достаточно грозной, чтобы деморализовать Цинь Му.

Если подумать, то кто осмелился бы напасть на Будду?

Цинь Му осмелится!

Его тело и сердце стали едиными, а затем и сердце с разумом, разум с кулаками и ногами, кулаки и ноги с Ци и наконец Ци с телом. Всё это стало одним целым, замыкая цикл, и даже его духовный эмбрион двигался в такт с телом, после чего он тут же исполнил Бурю Девяти Драконов!

Ноги Цинь Му стали Божественными Ногами Небесного Расхитителя, которые достались ему от одноногого, позволяя развить поразительную скорость. Мин Синь ещё не успел моргнуть, когда Цинь Му уже появился прямо перед ним словно из ниоткуда, нанося наимощнейший удар по груди.

Удар Бури Девяти Драконов скрывал в себе девять слоёв силы. Первый слой напоминал пламенного дракона, покинувшего кулак Цинь Му и влетающего прямо в грудь Мин Синя, в результате чего раздался громкий хлопок.

Золотое сияние тела Мин Синя внезапно стало более ярким, и раздался звон, будто был нанесён удар по огромному колоколу.

Когда действие первого слоя силы закончилось, разразился второй слой силы Цинь Му, которым был Двойной Вихрь Драконов… Два дракона извивались вокруг друг друга, пробираясь к груди Мин Синя.

Динь!..

Две стремящиеся друг к другу силы разразились почти одновременно, вызывая очередной оглушающий звон колокола!

После этого освободилась третья волна силы Бури Девяти Драконов — Крушение Скалы Трёх Драконов, за которой последовали Коготь Четырёх Драконов, Дьявольская Резня Пяти Драконов, Реинкарнация Шести Драконов и Семь Драконов, Взбивающих Моря.

Когда один за другим разразились семь слоёв силы и звон прозвучал в седьмой раз, золотое сияние, окутывающее тело Мин Синя, стало тусклым… заставляя лысого монаха отступить на шаг назад.

Восьмой слой силы, Сила Восьми Небесных Дракона, вырвался, и Мин Синь был вынужден отступить снова. Девятый слой силы Цинь Му, Буря Девяти Драконов, вспыхнул последним, и золотое сияние вокруг тела Мин Синя исчезло.

Цинь Му был поражен. Даже демоническая обезьяна не могла выдержать всей силы Бури Девяти Драконов. Сражаясь с ней, ему каждый раз приходилось останавливаться на шестом или седьмом слое силы, чтобы случайно не нанести ей слишком сильных травм. Тем не менее, Мин Синь даже не пытался уклониться и просто заблокировал все девять слоёв силы.

Прислушавшись к совету бабушки Сы, он совершенно не сдерживался, жалея противника, а атаковал изо всех сил. Он даже задействовал силу своего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, но всё, что он смог сделать… просто оттолкнуть Мин Синя на несколько шагов назад.

— Тебе неизвестна настоящая техника Восьми Громовых Ударов.

Мин Синь начал двигаться, и жизненная Ци под его ступнями взорвалась. С огромной скоростью он поднял ладонь, и по округе разлетелся звук грома, а когда он нанёс удар можно было услышать громкий рёв дракона!

Буум!..

До того, как получить удар, Цинь Му увидел, как жизненная Ци вокруг ладони Мин Синя приняла форму зелёного дракона. Несмотря на то, что он был нечётким, дракон выглядел угрожающим и чрезвычайно свирепым!

Первый слой силы Бури Девяти Драконов действительно принял форму из его жизненной Ци. Это доказало, что его жизненная Ци также была очень плотной, а главное, её атрибут идеально подходил для совершенствования техники Восьми Громовых Ударов. Это было тем, чем как раз не мог похвастаться Цинь Му!

Цинь Му принял удар и почувствовал, что первый слой силы был необычайно мощным. Однако, прежде чем закончилось его воздействие, второй слой, Двойной Вихрь Драконов, уже начал высвобождаться. Два дракона, созданные из жизненной Ци, закручивались и поворачивались, заламывая руки Цинь Му. Мгновенно за ним последовал третий слой силы, направленный прямо в его руки!

Кровь брызнула из рук Цинь Му, в то время как его ноги потеряли устойчивость во время попытки отступить. Камни разлетались во все стороны, когда он колотил ногами по арене.

Когда четверо драконов Ци набросились на Цинь Му, он прорычал, и его жизненная Ци направилась в глаза, тут же пробудив Глаза Небес. Жизненная Ци в его руках превратилась в длинное копьё и пронзила четырёх драконов, впиваясь в ладонь Мин Синя и рассеивая его жизненную Ци до того, как он успел начать исполнять Дьявольскую Резню Пяти Драконов.

При столкновении двух противоборствующих сил, копьё из жизненной Ци Цинь Му также было уничтожено.

Он поднял брови и посмотрел на ладонь Мин Синя. По ней текла капля крови, так как копьё смогло проткнуть кожу.

Что же до самого Цинь Му, его руки были сильно искалечены, что говорило о том, что его раны были намного серьёзнее, чем у молодого монаха.

Цинь Му глубоко вдохнул, после чего его жизненная Ци внезапно начала пылать, и он тут же бросился к Мин Синю.

Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

На этот раз он решил использовать атрибут огня вместо воды. Казалось, будто река огня течёт с небес, впадая в море и пытаясь его поджечь!

Мин Синь не продемонстрировал никаких эмоций, спокойно поднимая руку, чтобы принять удар. Его глаза были предельно ясны:

— Без метода совершенствования все твои техники ненастоящие, и только выглядят впечатляюще.

Мин Синь также использовал Весенний Гром на Одиноком Восточном Море, и гром раздался из его ладоней, заставив сердца окружающих вздрогнуть.

Огненная оболочка Цинь Му мгновенно развеялась!

В тот же момент Цинь Му поднял обе руки, окутывая их пламенем, и используя в качестве ножей начал рассекать в направлении молодого монаха!

Навык ножа Забой Свиней — Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Это был чрезвычайно безумный ход, так как было сложно высвободить полную мощь навыка ножа мясника, сохраняя контроль над своими действиями и хладный рассудок. Техника вызывала величественный восход солнца, сопровождающийся тысячами слоёв волн, перекрывающих друг друга. А несоизмеримая мощь ножа должна была резать и уничтожать любую силу, вставшую на его пути!

Вьюх! Вьюх! Свишь! Свишь!..

Тысячи волн, как и тысячи ударов ножа, перекрывали друг друга. Не было ничего, чего они не могли бы срубить, ничего, чего не могли бы разрушить!

Выражение лица Мин Синя слегка изменилось, но Цинь Му не расслаблялся. Он видел, что тот начал использовать восьмую форму Восьми Громовых Ударов — Тысячерукий Будда!

Ладонь монаха встречала удары Цинь Му, будто Будда с тысячами рук блокировал его тысячу ножей!

Сердце Цинь Му тихо вздрогнуло. Его руки не были настоящими ножами, а защита Мина Синя была чрезвычайно сильной, поэтому было трудно отрубить ему руки.

— Тогда я буду рубить быстрее! Быстрее и быстрее! Так быстро, что в конце концов он не успеет отбить мой удар! Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

Цинь Му был похож на обезумевшего дьявола, продолжая одичало резать. В его голове была только одна мысль: быстрее, быстрее, быстрее, так быстро, чтобы он мог обезглавить Будду!

— В этом мире нет свиньи, которую нельзя зарезать навыком ножа Забой Свиней! — озверело кричал Цинь Му, так как его жизненная Ци выходила из-под контроля.

Динь! Динь! Динь!..

Мин Синь использовал технику Тысячерукого Будды, чтобы блокировать удары, но, внезапно он пропустил руку-нож Цинь Му, которая попала ему по горлу. Огромный образ колокола, защищающий его тело, прозвенел. Вскоре ещё один удар пришёлся ему по горлу, и колокол прозвенел снова.

Третий, четвёртый, пятый и шестой удар попал в Мин Синя!

“Ножи” Цинь Му становились всё быстрее и быстрее, и каждый раз били в одно и то же место — горло!

— Старший брат, я изучал те же навыки, что и ты, поэтому мы очень хорошо знаем друг друга. В твоём Тысячеруком Будде есть недостаток, — сидя перед старым монахом, старый Ма спокойно говорил, — и похоже, что ты передал своему ученику не только технику, но и этот самый недостаток.

Глава 39. Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе

Белые брови старого монаха дёрнулись, когда он понял, что имел в виду его брат. Во времена своей молодости он уснул на одном из занятий старшего Жулая, на котором тот рассказывал об одном уникальном аспекте Тысячерукого Будды.

Буддизм — понимание Судьбы…

В итоге судьба проскользнула сквозь пальцы старого монаха, не позволяя спросить о сути этой техники у Жулая. Он мог только попросить своих старших и младших братьев помочь ему овладеть Тысячеруким Буддой, но, в конце концов, получившийся результат нельзя было сравнить с истинными учениями Жулая.

У Тысячерукого Будды старого монаха действительно был непостижимый изъян, который он тоже заметил, но как бы не пытался исправить, не мог… и даже больше, с каждой попыткой, с каждым годом, изъян становился всё заметнее.

Чтобы решить проблему нужно выяснить её исток. Тысячерукий Будда был чрезвычайно сложным и требовал одновременной работы всех чувств. Количество его вариаций было слишком большим для подсчёта, и любая, даже самая маленькая ошибка или недочёт, никогда не могла возникнуть только по какой-то конкретной причине, а из-за нескольких или даже десятков причин, которые, как может оказаться в будущем, никак не были связаны с настоящей проблемой.

Старый монах начал поиск причины этого недостатка ещё с юности и до сих пор так и не нашёл. В итоге изъян в его Тысячеруком Будде, само собой разумеется, передался Мин Синю, ведь тот был его учеником.

Изъян был совершенно незначительным, так как его можно было обнаружить только при попытке заблокировать чрезвычайно быстрые атаки противника и проявлялся лишь тогда, когда его руки проходили в области на десять сантиметров ниже горла, делая его жизненную Ци немного слабоватой для защиты.

Из-за слабоватости Ци в руках, при блокировке высокоскоростных атак, скорость их поднятия была немного медленнее, чем нужно, проявляя в районе горла изъян. У старого монаха чрезвычайно высокое совершенствование, поэтому не каждый мог воспользоваться его слабостью, но ситуация Мин Синя отличалась.

Что же до совершенствования, у Цинь Му оно было выше, чем у Мин Синя, а руки-ножи необычайно быстрыми. За время нескольких вдохов он уже нанёс почти сотню ударов по горлу молодого монаха!

После шестьдесят восьмого разреза золотое сияние вокруг тела Мин Синя полностью померкло, исчезая. Несмотря на то, что он попытался собрать свою жизненную Ци, чтобы снова воздвигнуть вокруг себя образ огромного золотого колокола для защиты, рука-нож Цинь Му уже скользнула по его горлу!

Кровь хлынула из горла молодого монаха, окрашивая его белоснежно-белую буддийскую одежду в багрово-красные цвета.

Старый монах вздохнул:

— Глупое дитя, если твой Тысячерукий Будда не может заблокировать ножи противника, разве не очевидно, что нужно переключиться на другую технику?

На Мин Синя внезапно снизошло понимание. Пытаясь парировать руки-ножи противника, он не осознавал, что если продолжит защищаться в таком же духе, то будет получать лишь побои. Однако выиграй он совсем немного времени защищаясь колоколом от “ножей” Цинь Му, у него появится шанс перевернуть исход боя и одолеть противника.

Именно из-за безумия Цинь Му, запугавшего его, он совершенно позабыл, в чём действительно хорош!

Спустя мгновение его движения изменились, сжимая ладонь в кулак с пульсирующим воздухом. Его кулак стал походить на огромное, чрезвычайно ослепительное, золотое солнце!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе!

В этот момент зазвучали мелодичные буддийские песнопения, на самом деле исходящие из его мудры. Затем от его ладони раздалось грохотание грома, которого было более чем достаточно, чтобы очищать души!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе молодого монаха был в несколько раз мощнее того, что мог продемонстрировать Цинь Му.

Получив удар от подобного движения, в разуме Цинь Му воцарилась путаница… Его три души одновременно пошатнулись, а все семь духов впали в ужас.

Пух! Пух! Пух!..

Цинь Му поднял палец и мгновенно нанёс серию тычков по лбу, копчику, пупку, голове, горлу, сердцу, промежности и лёгким, блокируя на своих местах три души и семь духов!

Техника Создания Небесного Дьявола!

Бабушка Сы передала ему эту технику, предназначенную для связывания душ и духов, и запирания сущности и крови, чтобы изготовить одежду-кожу… И теперь он использовал её, чтобы связать собственные души и духи, не позволяя тем быть очищенными атакой Мин Синя!

— Са Мо Е!

Прозвучал напористый голос дьявола, в то время как Цинь Му сделал хватательный жест рукой, словно срывал цветок. Вытолкнув свою ладонь вперёд, атакуя Мудрой Дьявольской Свободы, он вынудил душу Мин Синя пошатнуться, почти вырывая её из его тела. Однако в тот же миг Цинь Му внезапно изменил свою атаку, переходя от техники дьявола, к буддийской технике — Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе Мин Синя должен был трансформировать его кулак в солнце: используя громовой удар для уничтожения души, а золотое сияние для её очистки. В то время как Луч Солнца, Очищающий Душу Ян Цинь Му трансформировал его кулак в солнце, пылающее жизненной Ци Красной Птицы, жар которой мог плавить сталь и даже скалы.

Цинь Му разжал кулак и воздух перед его ладонью тут же взорвался, нанося свирепый удар по лицу противника, повреждая душу.

Между Лучом Солнца, Очищающим Душу Ян в Небе старого Ма и старого монаха была некоторая разница. Очевидно, что монах следовал подлинным монастырским традициям, в то время как Ма постоянно совершенствовался, сосредоточившись на увеличении мощи.

Цинь Му не мог проявить всю мощь этого движения только потому, что у него не было Махаяна Сутры Жулая.

В момент, когда душа Мин Синя дрогнула от удара и чуть было не покинула его тело, вновь прогремело голос:

— Са Мо Е!

Цинь Му вновь изменил движение, показав хватательный жест, словно срывая цветок, Мудры Дьявольской Свободы. Бабушка Сы, старый монах и все остальные были поражены тем, с какой лёгкостью и плавностью Цинь Му чередовал дьявольские и буддийские техники.

Было общеизвестно, что Будда и Дьявол пребывают в конфликте. Чрезвычайно сложно использовать техники Будды, когда за ним следуют техники Дьявола и наоборот. На деле попросту невозможно добиться продемонстрированной Цинь Му гладкости и лёгкости.

— Всё благодаря жизненной Ци Тела Тирана, — бормоча улыбался глухой.

Услышав это, сердце бабушки Сы слегка вздрогнуло: «Глухой прав, только безатрибутная жизненная Ци Тела Тирана способна беспрепятственно чередовать техники Будды и Дьявола! У Му’эра действительно Тело Тирана! Старейшина деревни был совершенно точно прав!

Старый монах внезапно встал и начал бормотать буддийские мантры. Мудра Дьявольской Свободы Цинь Му мгновенно потеряла свою силу и в то же время нечто невидимое отделило его от Мин Синя.

Мин Синь хотел собраться с духом и продолжить сражаться с Цинь Му, но тьма заволокла его взор, а тело невольно закачалось. Он потерял слишком много крови из раны на горле, которое было практически рассечено на две части.

— Я проиграл, — старый монах посмотрел на старого Ма, подзывая своего ученика. — Младший брат, возможно сегодня я и проиграл, но это только сегодня. Мин Синь, мы слишком долго бродили по свету, неплохо бы посеять хорошую карму, найдя где-нибудь неподалёку деревню и поселившись в ней.

Горло Мин Синя все ещё кровоточило, когда он слегка шатаясь подошёл к старому монаху, который тут же помог ему с перевязкой и нанесением лекарственных мазей.

— Младший брат, посох монаха можно потерять, ведь его можно сделать снова, но голова может быть потеряна лишь единожды. Как только ты проиграешь, то потеряешь всё. Кроме того… маленький благодетель, практикуя техники Дьявола ты ступаешь на вероломный путь крови и смертей. Остерегайся погружения в пучины ада, следуя пути Дьявола есть риск лишиться шанса на перерождение и не иметь возможности вернуться назад! — договорив он схватил Мин Синя и не подняв с земли ни единой пылинки, улетел.

Цинь Му спрыгнул с арены, провожая старого монаха и его ученика взглядом. Старый Ма выглядел серьезным, очевидно беспокоясь о словах старого монаха.

— Дедушка Ма, бабуль, если у них появится возможность, они попытаются убить нас?

Бабушка Сы холодно рассмеялась:

— Подавление демонов и дьяволов — это то, чем зарабатывают себя на хлеб эти лысые, поэтому если им удастся улучить возможность, наш конец будет не лучше, чем у женщины У! Что касается старого Ма…

Сы беспомощно покачала головой… Передав навыки Восьми Громовых Ударов старый Ма нарушил табу Монастыря Великого Громового Удара!

Цинь Му с недоумением спросил:

— Тогда почему бы нам просто не убить их и не избавиться от появления возможных неприятностей в будущем? Зачем нам ждать, когда беда сама постучит нам в дверь?

Глаза бабушки Сы засияли в одобрении:

— У нашего Му’эрчика наконец-то проявляется характер под стать Телу Тирана! Целитель, немой, слепой, почему бы нам просто не заткнуть навеки вечные старого бродягу и его ученика?

Хотя старый монах отлетел на приличное расстояние, но он всё же смог расслышать сказанное и подсознательно ускорился, улетая вместе с Мин Синем и выбрасывая всякие мысли о подселении неподалёку от деревни Цань Лао.

Бабушка Сы и остальные не стали преследовать их, продолжив заниматься своими делами.

Глухой внезапно протяжно вздохнул:

— Великие Руины становятся всё более и более ненадёжными. Любые демоны и чудовища могут войти сюда и навести шороху.

Слепой кивнул головой, соглашаясь:

— Нам, честным людям, всё никак не дают покоя. Старый Ма, прятаться не всегда выход. Если наступит день, когда ты захочешь прогуляться до Монастыря Великого Громового Удара, не забудь позвать наши старые кости с собой.

Старый Ма был тронут, но внешне никак не показал этого, поднимая посох монаха:

— Я своими руками убоем проложил себе путь из монастыря, поэтому если решу вернуться, то пойду по тому же пути и без чьей-либо помощи. Му’эр ты победил, а значит этот посох твой.

Цинь Му взял монашеский посох, который как оказалось был не таким тяжёлым, как он изначально думал. Монах явно придавил стол рукой, чтобы пустить пыль в глаза. Посох в его руке казался довольно лёгким, от чего он в недоумении спросил:

— Неужели этот монашеский посох невероятно ценный? Почему дедушка Ма использовал свою голову в качестве ставки?

— Ценный? Нет, он не очень ценный.

Бабушка проверила посох и усмехнулась:

— Ты ведь слышал о городе Пограничный Дракон? Так вот, этот посох стоит примерно столько же, сколько этот город.

Глава 40. Кромка порыва ветра

Глаза Цинь Му широко распахнулись. Простой монашеский посох стоит столько же, сколько весь город Пограничный Дракон?

— Этот монашеский посох называется Кхаккхара{ref| Кхаккхара немного о посохе https://en.wikipedia.org/wiki/Khakkhara }}, имея на наконечнике четыре ответвления, секции и двенадцать колец. Он был сделан Жулаем из Монастыря Великого Громового Удара. Им можно хорошенько поколотить кого-то, и да, он стоит столько же, сколько город Пограничный Дракон, — сделал небольшое введение старый Ма и продолжил. — Однако этот монашеский посох лучше всего использовать для совершенствования. Когда ты держишься за него, любой порыв желания или эмоции вызовет звон колец. Когда кольца звенят, все отвлекающие мысли в твоём разуме исчезают, таким образом, этот посох настоящее сокровище, избавляющее от дьявола в сердце. Двенадцать колец разрушают двенадцать видов отвлечений, а следовательно, и двенадцать дьяволов внутри. Когда в твоём сердце появятся дьяволы, кольца будут звенеть и обращать их в прах. У посоха есть четыре секции, которые в свою очередь должны воздерживать от плотских желаний, помогать практиковать четыре благородные истины, развивать равенство и достигать дзэн. С помощью этого посоха совершенствование будет идти в два раза быстрее.

Глаза бабушки Сы тут же пылко засияли, глядя на монашеский посох в руке Цинь Му:

— Му’эр, передай бабушке на минутку этот посох. В глубине сердца бабушки есть плохой дьявол, который уже основательно надоел ей!

Цинь Му протянул посох Кхаккхару бабушке Сы и с нескрываемым любопытством спросил:

— Бабуль, какой дьявол живёт в твоём сердце?

— Один старый хрыч, — посетовала Сы и нахмурилась. — Что бы я не делала, этот старикан не умирает. Я убила его более тысячи раз, но он как-то умудряется выживать и продолжает сеять в моей душе хаос! Если этот монашеский посох поможет мне испепелить его, я, наконец, обрету мир и покой.

Цинь Му так и не понял, что это за старый дьявол такой, а бабушка Сы не стала уточнять. Когда посох оказался в её руках, все его двенадцать колец начали яростно звенеть, создавая оглушительный звук.

От старухи Сы разразился импульс дьявольского начала, когда она начала вести себя ужасающе, даже жутко. Это поведение, похоже, было не её… Сейчас она походила на совершенно другого человека!

Волосы Цинь Му встали дыбом. Внутри бабушки Сы обитал ещё кто-то!

Старый Ма, слепой, одноногий, целитель и немой тоже ощутили, как их волосы встали дыбом. Они немедленно сделали шаг назад, поскольку возникшая ужасающая атмосфера заставила их почувствовать угрозу!

Спустя некоторое время бабушка Сы разочарованно вернула посох Цинь Му, говоря:

— Эта палка ничего не смогла сделать моему престарелому дьяволу. Чёрт возьми! Почему я не могу убить его!

Цинь Му взял монашеский посох и попытался закрепить его на спине, рядом с бамбуковым посохом, однако это заняло слишком много времени и ему стало неудобно передвигаться, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как продолжить держать посох в руке.

— Ты не монах, поэтому брось посох в коровью телегу, — сказал старый Ма и затем продолжил. — Ты успешно прошёл сегодняшнее испытание храмовой ярмарки, поэтому тебе нет нужды продолжать сражаться. Победа над учеником Монастыря Великого Громового Удара это великое достижение. Однако Мин Синь не является учеником Жулая, поэтому его способности всё ещё далеки от того, кого тот обучает лично. Ты понимаешь?

Цинь Му сразу же бросил чрезвычайно ценный монашеский посох на телегу и с любопытством спросил:

— Насколько силён ученик Жулая?

Старый Ма равнодушно ответил:

— В прошлом я был учеником Жулая. Когда ты сможешь одолеть меня, твоё телосложение можно будет считать истинными Телом Тирана.

Сердце Цинь Му содрогнулось. Старый Ма во время ежедневных тренировок использовал только совершенствование своей области Духовного Эмбриона, но даже так удары старика всегда находили свою цель.

Нужно иметь в виду, что у Ма осталась только одна рука. Будь у него их две, насколько силён он был бы тогда?

Цинь Му понимал, что ему по-прежнему предстоит пройти очень длинный путь.

Храмовая ярмарка возле Храма Бабушки должна продлиться в течение двух дней, поэтому, когда время начало близиться к ночи, люди сворачивали свои лавки и входили внутрь. Храма Бабушки был крайне обширным, а опека каменных статуй делала его безопасным пристанищем от вторжения тьмы.

Цинь Му вёл коровью телегу к храму с поднятой к небу головой, глядя как лучи заходящего солнца омывали собой весь Дворец Сириуса.

Войдя в Храм Бабушки, он наконец понял почему Дворец Сириуса начали называть по-другому. Внутри главного зала храма находилась статуя доброжелательной старушки, которой все поклонялись.

Доброжелательная старушка была похожа на любую другую старушку, что жили в окрестных деревнях, с едва заметным лукавством во взгляде. Скульптура была очень реалистичной, выглядя словно живая.

Цинь Му даже чувствовал, что она чем-то похожа на бабушку Сы, поэтому какое-то время всматривался в черты лица. Тем не менее, когда он использовал Глаза Небес, то от испуга даже немного подпрыгнул…

Доброжелательная старушка словно была объята властным пламенем, вздымающимся до небес. Исходящее от неё божественное сияние образовывало собой чрезвычайно огромного возвышающегося волка, воющего к небу, как если бы тот собирался проглотить его!

Рядом с главным залом также располагались: лицевой зал, два боковых зала и пустой сад, который занимал собой обширную территорию. В саду даже был пруд, правда высохший, из-за чего на его дне можно было увидеть несколько костей.

Цинь Му подошёл поближе, чтобы всё как следует разглядеть и понял, что это, вероятней всего, были рыбьи кости. Однако раба была огромной, длинной около двадцати метров, и то, что было странно, что у костей на самом деле было нечто присущее дракону!

Целитель окликнул его и достал какие-то мази, чтобы обработать ими раны, в то время как немой и слепой, сидя рядом, жарили яйцо, которое курица-дракон отложила немного раньше с громким, самодовольным кудахтаньем.

В Храме Бабушки другие деревенские жители тоже разводили огонь, чтобы приготовить себе что-нибудь на ужин. Как только солнце сядет, а перекус будет закончен, все начнут готовиться ко сну.

В этот момент в храм вбежал паникующий молодой мужчина и крича прохрипел:

— Акушерка! Здесь есть акушерка? Моя жена собирается родить!

Все в храме уставились на него, не издавая ни звука.

Бабушка Сы встала и дрожа ответила:

— Эта старуха довольно опытна, так как время от времени принимает роды. Ваша жена может попридержать мальца? На небе почти стемнело. Если она сможет продержаться до рассвета, то я смогу пом…

Молодой мужчина встал на колени и отбил несколько поклонов, умоляя:

— Она больше не может ждать! Я прошу Вас, спасите мою жену и ребёнка! Моя жена находится в трудном положении! Местная деревенская акушерка не может достать моего ребёнка!

Бабушка Сы встревоженно посмотрела на заходящее солнце.

— Пожалуйста, помогите мне! Умоляю! — молодой мужчина кланяясь ударил головой об пол несколько раз, от чего тот закровоточил, продолжая кричать. — Моя жена в течение последних нескольких лет пыталась родить, но на свет появлялись только мертворождённые! Если этот ребёнок тоже умрёт, моя родословная будет прервана!

— Все мертворождённые? — была поражена Сы.

Молодой мужчина многократно кивнул головой, на что бабушка Сы не могла не спросить подозрительно:

— Если у неё такие осложнения при родах, то ребёнок определённо не должен рождаться мёртвым. Что-то странное творится. Твоя деревня далеко отсюда?

— Недалеко! Всего в десяти километрах от Храма Бабушки!

Сы бросила взгляд на заходящее солнце и облегчённо вздохнула:

— Десять километров? Значит ты из расположенного неподалёку Поместья Чжан. Мы сможем добраться туда до наступления темноты. Слепой, Му’эр, следуйте за мной, там творится что-то подозрительное.

Цинь Му был удивлён. Бабушка Сы обычно вела себя очень капризно, поэтому он не ожидал от неё проявления такой инициативности и добросердечности.

Молодой мужчина поднялся на ноги и бросился в направлении Поместья Чжан. Он был практиком боевых искусств и мог бежать с приличной скоростью, а так как боялся вернуться домой слишком поздно, повернул голову, чтобы посмотреть поспевают ли остальные за ним… Но остальные поспевали, старуха, слепой, даже одиннадцатилетний пацан шёл с ним в ногу.

— Ты слишком медленный, — сказал престарелый туман слепой. — Му’эр, понеси его, нужно успеть до захода солнца.

Цинь Му в тот же миг рванул вперёд и бесцеремонно схватил мужчину, предупредив:

— На моей спине есть нож, так что осторожней там, не порежься.

— Поставь меня, неся меня твоя скорос… — тут же выпалил мужчина, но прежде чем смог договорить, в его ушах послышался протяжный вой ветра. Цинь Му взмыл над лесом и рванул по опушкам деревьев!

Мужчина впал в ступор, а свист ветра со временем становился лишь громе и пронзительней, ведь юноша, который его нёс, только набирал скорость, из-за чего в голову лезли всякие мысли: «Как этот братец тренировался? Он сильнее меня!»

Во время своего забега у Цинь Му возникло чувство, что он смог наступить на ветер, от чего подумал про себя: «Одноногий дедушка как-то сказал, что очистил своё тело находясь в области Духовного Эмбриона и ступая по кромкам порывов ветра. Если бы я смог найти кромку порыва ветра, то смог бы прогуляться по ветру? Однако, что же вообще такое — кромка порыва ветра?

Во время бега у него не было времени на размышления о подобных вещах. Мужчина на его спине всё ещё беспокоился, что бабушка Сы и слепой не смогут поспевать, как вдруг увидел, что оба старца просто сидели чуть позади, скрестив ноги. Ели приглядеться под ними можно было разглядеть вихри ветра, сформированные быстрой работой ног Цинь Му, и они двигались ничуть не медленнее них!

«Что это за техника тела?», — мужчина был ошеломлён.

Солнце наконец-то уступало своё место тьме, роящейся с запада на восток и проглатывающей всё на своём пути.

Благодаря скорости Цинь Му уже вскоре можно было рассмотреть Поместье Чжан. Увидев поместье, парень тут же бросился к нему, желая добраться туда до того, как его догонит тьма!

Вьюх!..

Несмотря на резкую остановку, сильный ветер позади него продолжал вихриться. Бабушка Сы и слепой всё ещё сидели на ветру и даже смогли проплыть на несколько метров вперёд, прежде чем вытянуть ноги и непринуждённо коснуться ими земли.

Цинь Му на некоторое время просто застыл, глупо уставившись в одну точку, после чего на него снизошло озарение: «Кромка порыва ветра, так вот что такое кромка порыва ветра!»

Глава 41. Нажатие ножа

Во время бега Цинь Му создавал сильный ветер, а бабушка Сы и слепой садились на его кромку, чтобы передвигаться.

Кромка ветра была похожей на гребень волны. Волны создаются колебанием воды, в свою очередь кромка ветра, созданная Цинь Му, брала своё начало от колебания воздуха.

Молодой мужчина тут же соскочил со спины юноши, и потащил трёх человек в свой дом, подгоняя:

— Быстрее, быстрее!

Цинь Му отложил мысли о кромке ветра на потом и вошёл во двор поместья, чтобы осмотреться. Эта деревня была намного больше, нежели Цань Лао, и была домом для ста с лишним семей. Впрочем, дома здесь были такими же грубыми и незамысловатыми.

Во дворе росло огромное дерево, закрывающее половину дома своей кроной. Рожающая женщина находилась внутри этого самого дома.

Деревенская женщина высунула голову из комнаты и закричала:

— У неё отошли воды, быстро принесите ведро с горячей водой! О, это же великая акушерка из Цань Лао, отлично! Теперь и мать и ребёнок будут в хороших руках.

Бабушка Сы огляделась и сразу поняла, что происходит:

— Му’эр, пробуди глаза и посмотри, нет ли поблизости чего-нибудь подозрительного. Если найдёшь — разберись с этим, а я пока приму роды. Слепой, постарайся никого на себя не натравить, пока я буду занята делом.

«Глаза Небес, пробудитесь!» — Цинь Му открыл Глаза Небес и прошёлся взглядом по окрестностям. Вдруг его взгляд остановился на густой кроне дерева, от чего кровь в его венах застыла, и он еле удержался, чтобы не вскрикнуть.

Казалось, что на дереве была одна чрезвычайно толстая ветка, но присмотревшись, Цинь Му понял, что на самом деле это толстая, как бочка, змея!

Огромная змея пряталась в кроне дерева, а половина её тела находилась внутри ствола. В нескольких местах на стволе виднелись огромные узлы, которые на самом деле были частями змеи, вываливающими наружу!

Исходя из толщины её тела, он понял, что никогда раньше не встречал такой длинной змеи. Другая половина её тела, вероятно, была захоронена в почве вместе с корнями дерева. Эта змея была больше, чем Зелёная Драконья Змея, которую поймал старый Ма и остальные!

Всё дерево, включая крону, излучало густой чёрный газ, который окружал дом!

В этот момент огромная змея высунула свой алый язык и наклонила голову в сторону комнаты, где находилась женщина. Цинь Му не знал, что она собирается делать!

Парень боялся, что его Глаза Небес ошибаются, поэтому перестал использовать их, чтобы посмотреть обычным взглядом. Дерево стало выглядеть совсем обычно, и никакой змеи на нём не было. Однако, когда он снова разбудил Глаза Небес, огромная змея всё так же сворачивалась вокруг дерева, собираясь съесть душу ребёнка, как только тот родится.

Не трудно было догадаться, что именно эта змея ела души детей, которые бедная женщина рожала в течение последних нескольких лет!

Ярость вспыхнула в его сердце, и он серьёзным тоном спросил:

— Слепой дедушка…

Слепой, стоящий неподалёку, неторопливо ответил:

— Бабушка сказала, чтобы ты разбирался с неприятностями самостоятельно, если такие возникнут, так что делай то, что должен. Это будет твоей первой охотой. Однако, поторопись, ребёнок вот-вот появится на свет.

Цинь Му собрался с мыслями и пошёл к стволу дерева, едва заметно вдохнув и выдохнув.

Его жизненная Ци пришла в движение и, из-за ярости в сердце, стала неисчерпаемой, циркулируя всё быстрее и быстрее!

Когда жизненная Ци в теле парня вспыхнула, его ярость неистово заполыхала!

Уууу!..

Внезапно нож для убоя свиней откликнулся на его жизненную Ци и с гулом вылетел из-за спины, поднимаясь над головой.

Поднимая руки, чтобы схватить нож, его жизненная Ци неистово хлынула внутрь ножа для убоя свиней, после чего Цинь Му взмахнул…

Взмахнул ножом что было сил!

Высвобождая всю свою жизненную Ци и ярость в одном ударе!

Вжух!..

От ножа для убоя свиней раздался резкий свист, когда тот разрывал собой воздух в поисках цели, в итоге обрушившись на ствол дерева!

Бдзпум!

Прозвучал ужасно громкий звук от вонзившегося в ствол дерева ножа Цинь Му, наполовину разрубившего тело змеи, которая пряталась внутри. Кожа и плоть змеи оказались очень твёрдыми, поэтому даже нож для убоя свиней, оружие, которое было изготовлено немым и превосходило обычное духовное оружие, не смог разрезать огромную змею надвое!

Положив руку на обух своего ножа, он использовал навык ног одноногого.

Одноногий однажды сказал, что ноги — это ветер, земля и источник всей силы!

Упёршись ногами в землю, он изо всех сил надавил на обух ножа одной рукой, пока второй крепко удерживал рукоять, от чего земля под его ногами начала проседать!

Раздался скрежещущий звук. Огромная змея разделилась на две части вместе с деревом!

Цинь Му крепко встал на ноги и отвёл ножом для убоя свиней в сторону. Кровь продолжала капать с лезвия, в то время как мышцы на спине парня от перенапряжения неконтролируемо сокращались.

Кккрррр!..

Возвышающееся дерево наклонилось и, рухнув, разрушилось, поднимая во дворе облако пыли… как вдруг, оно внезапно ожило!

Огромная змея, рассечённая напополам, оказалась ещё живой. Верхняя половина её тела, дико извиваясь, раздробила ствол дерева, в котором была спрятана, стреляя корой во всех направлениях. Некоторые из осколков даже застряли в стене!

Летящие с огромной силой куски дерева и коры казались более опасными, чем копья!

Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

Со взмахом нож взблеснул в руке Цинь Му. Его предыдущая атака была чрезвычайно тяжёлой, в то время как теперь он наоборот использовал очень быструю технику!

Навык ножа для убоя свиней мясника имел только один секрет — “быстро, быстрее, ещё быстрее”.

Бдзинь! Бдзинь! Бдзинь! Бдзинь!..

Яростные взмахи ножом резали во всех направлениях, противостоя бесчисленным осколкам коры и щепок дерева, отчего руки Цинь Му начали болеть.

Способности змеи превосходили его, однако она была сосредоточена на роженице, поскольку хотела высосать душу из ребёнка сразу после того, как тот появится на свет.

Когда дети рождаются, их пуповины связаны с плацентами матерей, а их небесные души ещё не полностью сформированы. Но как только они покидают тело матери, формирование души заканчивается. Пока ребёнок в утробе, его душа не полная, поэтому огромная змея хотела вырвать душу в тот момент, когда роды закончатся.

Неизвестно, как она пробралась в деревню и так надёжно спряталась, умудряясь незаметно совершенствоваться. Она скрывалась в этом дереве в течение последних нескольких лет, и съела несколько душ младенцев, чтобы повысить уровень своего совершенствования. Змея думала, что всё пройдёт гладко, как и раньше, и не обратила внимания на Цинь Му, позволив ему разрезать себя на две части.

Впрочем, хотя змея и была разрезана напополам, убить её окончательно было нелегко.

Огромная змея разразилась яростью от осознания того, что её тело разорвали на две части, и что жить ей осталось наверняка не долго. Поэтому она сразу же отреагировала, открыв свои огромные челюсти и начав клацать ими в направлении Цинь Му!

Сильные порывы ветра яростно дули в лицо юноши, от чего оно дрожало и колыхалось, он даже не мог нормально открыть глаза.

Нож в руке Цинь Му метнулся вперёд, будто бушующий шторм, однако навстречу ему двигалась сила невообразимой мощи, с глухим болезненным стоном отбросив назад. Под сопровождение громкого треска, в стене двора появилась большая дыра в форме человека!

Прежде чем Цинь Му смог подняться на ноги, он увидел, как ворота двора сдуло, будто те были сделаны из бумаги. Огромная змея пробилась сквозь них и поползла прямо к парню, излучая кровожадную ауру. Её свирепые челюсти и длинные зубы испугали Цинь Му, поэтому он не осмелился столкнутся с огромной змеёй, бросив умоляющий взгляд на слепого.

Далеко позади змеи, слепой спокойно стоял и, казалось, не обращал никакого внимания на происходящее.

Сердце Цинь Му вздрогнуло: «Может быть слепой дедушка верит, что я в силах справиться со змеёй? Если он действительно так думает, значит мне это под силу! Глаза Небес, пробудитесь!»

Его жизненная Ци энергично циркулировала, входя в глаза и формируя в них слой завораживающих узоров, складывающихся в сложной формы зрачок.

Когда он разбудил Глаза Небес, то сразу почувствовал, что мир перед ним перестроился. Тусклая деревня, покошенные дома, змея, мчащаяся на него, всё стало в несколько раз яснее. Он мог с лёгкостью заметить каждое действие, сделанное змеёй.

Изменив движения своих ног, Цинь Му увернулся от змеиного выпада буквально на сантиметр, затем ударил ножом для убоя свиней прямо по её глазам.

Парень подпрыгнул, и выпад огромной змеи снова пролетел на несколько сантиметров ниже цели.

Его глаза чрезвычайно чётко видели каждое движение ползающего гада. Следя за сокращениями мышц под её кожей и направлениями потоков силы, он мог с лёгкостью предвидеть следующий ход противника и, соответственно, увернуться от него.

Всё это происходило рефлекторно. Цинь Му не нужно было просчитывать все движения в голове.

Глаза Небес — первое небо навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес, позволяли не просто увидеть сквозь “фасад дома”, но и значительно усилить чувства и ускорить реакцию!

Из-за распоротого ножом Цинь Му левого глаза, змея зашипела от боли и немедленно помчалась на встречу к противнику, который как раз приземлился на землю. Вскоре после этого, в её правом глазу также потемнело, так как он тоже был разрезан на части ударом ножа.

Гигантская змея внезапно успокоилась и перестала двигаться. Цинь Му тоже стоял, не издавая ни звука. Человек и змея находились всего в нескольких метрах друг от друга.

На деревенских тротуарах неподалёку несколько местных жителей вышли посмотреть, что происходит, и были ошарашены, увидев двенадцатилетнего мальчика, сражающегося против огромной змеи.

Ночь уже успела накрыть маленькую деревню. Свет от старых ламп тускло горел сквозь окна, едва освещая тротуары.

Почти все затаили дыхание и боялись издать хоть малейший звук.

Все, кроме маленькой девочки, которая вдруг закричала от страха.

Огромная змея мгновенно сорвалась с места и поползла в её сторону. Открыв громадную, вселяющую ужас, пасть, она набросилась на семью из трёх человек, которые были слишком перепуганы, чтобы что-нибудь сделать.

Глава 42. Тень в ночи

Как только змея рванула, Цинь Му прыгнул за ней. Крутясь с ножом для убоя свиней как смерч, он врубился в самое тонкое место между её головой и телом.

Навык ножа Забой Свиней — Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Это движение мясника должно обладать величием солнца, восходящего вместе с тысячей накатывающихся друг на друга волн, используя непревзойдённую силу ножа для разрубания и разрушения любой силы, стоящей на пути!

«Я должен обезглавить её! — все мысли Цинь Му поглотило одно единственное слово: рубить, рубить, рубить, рубить, рубить!»

Чии… вжух!..

Кровь змеи разбрызгалась повсюду, в то время как её треугольная голова, такая же широкая, как обеденный стол, была отделена от тела, но всё равно продолжала лететь к деревенской семье.

Змея даже не подозревала, что её голова уже была отрублена.

Глядя на огромную летящую голову змеи, которая во что бы то ни стало собиралась добраться до бедной семьи, Цинь Му прыгнул и обрушился вместе с ударом ноги на пасть змеи, тем самым закрывая её.

Вместе с Цинь Му, стоящим сверху, голова рухнула прямо перед испуганным деревенскими жителями.

Трое ошеломлённо уставились на мальца перед ними.

Цинь Му наклонился и ослепительно улыбнулся маленькой девочке:

— Всё в порядке, малышка.

Внезапно раздался громкий плач ребёнка. Из частично разрушенного дома выбежала женщина и улыбаясь огласила:

— Мои поздравления! И мать, и ребёнок полностью в порядке.

Цинь Му немедленно убрал нож в чехол из коровьей кожи и рванул обратно во двор. Мальчик взволнованно подбежал к дому, в то время как бабушка Сы вышла, чтобы помыть руки и бросила взгляд на счастливую парочку позади.

— Ты доволен, Му’эр? — улыбнулась бабушка Сы.

Цинь Му посмотрел на любящую семью и мягко кивнул головой. Его рука неосознанно потянулась к шее, чтобы дотронуться до нефритового кулона.

Бабушка Сы посмотрела на его руку и горько вздохнула в мыслях.

Слепой шагнул вперёд и зевнул:

— Вопрос улажен, так что нам пора готовиться ко сну. Бабуль, у них не так много свободного места, как думаешь, может мы их подвинем…

Бабушка обернулась и угрожающе зыркнула на слепого. Тот почувствовал мороз, бегущий по всему телу. Он тут же повернулся, воткнул свою бамбуковую трость в землю и сказал в пустоту:

— В наши дни, даже слепые должны ожесточать свои сердца. Как печально, что добрые люди совсем уже выродились. Пойду посплю на улице…

— Бабуль, почему местные жители всё это время не замечали этой змеи? — недоумевал Цинь Му, смотря, как деревенские стаскивают хвост змеи с дерева.

Он с детства жил в деревне Цань Лао, всё жители которой были инвалидами. Даже бабушка Сы — она была горбуном. Однако, эти старики были способны пойти на всё ради него.

В этой деревне все жители были в основном обычными людьми. Несмотря на то, что в деревне жили практики, но их совершенствование было не так высоко, поэтому у них были лишь подозрения насчёт этой змеи.

— В Великих Руинах, лишь одна деревня Цань Лао, — бабушка Сы подавленно смотрела на людей. — Большинство живущих здесь — обычные люди, которые упустили свой шанс сбежать из Великих Руин во время катастрофы. Также тут много тех, кто не смог продолжить жить во внешнем мире и был вынужден бежать сюда, дабы скрыться от налогов помещиков, обрекая себя на борьбу за выживание здесь.

— Внешний мир? — удивлённо моргнул Цинь Му

— Внешний мир намного опасней Великих Руин! — процедила бабушка, и продолжила ровным холодным голосом. — Иначе твоей бабушке и остальным не пришлось бы прятаться здесь, в Великих Руинах! Перестань постоянно думать о путешествии во внешний мир!

Цинь Му почесал голову, не понимая, почему его, обычно добрая и приветливая, бабуля неожиданно разозлилась.

Бабушка Сы понизила голос и прошептала:

— С этой змеёй что-то не так. Странные звери обычно не могут зайти в деревню, но эта огромная змея пряталась на территории поместья в течение многих лет. Боюсь она были оставлена кем-то преднамеренно… Этот метод разведения… Кажется этот метод является методом разведения дьявольского культа. Хе-хе, что-то интересное может произойти сегодняшней ночью…

Змею специально оставили расти здесь, чтобы навредить жителям деревни?

Сердце Цинь Му похолодело. Кто, настолько гнилой душой, мог сотворить такое?

Змея точно съела души нескольких новорождённых. Зачем нужно было скармливать ей всех этих младенцев?

— Му’эр, что-то таинственное может случиться с тобой этой ночью, ни в коем случае не двигайся и не издавай звуков, если увидишь что-то выходящее за рамки твоего понимания. Утром вся правда выйдет наружу.

Бабушка Сы усмехнулась, обнажив гнилые кусочки зубов, оставшихся во рту:

— Он использовал змею, чтобы высасывать жизненную силу и души младенцев, прежде чем поглощать сущность змеи, дабы укрепить свою собственную небесную душу и вернуть жизненную силу. Он должно быть совершенствуется подобным образом множество лет и обладает поразительными способностями. Подобный метод совершенствования определённо стал бы причиной того, что его воспринимали бы за дьявола и подвергли гонениям среди людей во внешнем мире… Поэтому он был вынужден скрываться и сеять хаос здесь, в Великих Руинах. Му’эр, ты не сможешь справиться с ним, просто наблюдай за шоу.

Цинь Му кивнул, чувствуя растущее напряжение внутри.

Счастливая семья довольно долго была на эмоциях, они плакали и смеялись, прежде чем вспомнили о своих гостях. Они обустроили комнаты для бубшки Сы и Цинь Му, чтобы те хорошенько отдохнули. Пара отдала в их распоряжение гостиную и спальную комнаты. Цинь Му чувствовал, что подобное неправильно и неуместно, но бабушка Сы не отказалась от комнат и строго наказала своему внуку спать в зале, а сама ушла в спальную.

Вскоре все заснули. Какое-то время Цинь Му пытался не заснуть, но усталость сделала своё дело, постепенно его веки опустились и закрылись.

Посреди ночи, когда всё было тихо и спокойно, Цинь Му внезапно вздрогнул и быстро открыл глаза, мгновением позже он понял, что не может пошевелиться!

Дверь в комнату для гостей заскрипела, и сквозь открывшуюся дверную щель полился свет. На земле появилась длинная тень.

Цинь Му открыл рот, чтобы позвать бабушку Сы, но не смог издать ни единого звука!

Тень на земле дрогнула и начала двигаться, поднимаясь на стену. Оказавшись на стене она исказилась и показала острые зубы и когти, что сделало царящую вокруг обстановку более угрожающей и пугающей.

Холодные капли пота стекали по лбу Цинь Му, тень медленно поползла по потолку, прежде чем зависнуть и взглянуть прямо на него.

Цинь Му уставился прямо на тень, широко открыв глаза. Перед ним была реальная тень, висящая над ним. Она была ровной, но невероятно гибкой, постоянно меняя свои формы, словно практикуясь в навыке смены форм!

Однако это просто тень. Как тень может свободно двигаться в пространстве без владельца? Где её хозяин?

Вуууш…

Порыв ветра ворвался в комнату через дверную щель и принёс с собой небольшой треугольный стяг, который был схвачен тенью, тут же взмахнувшей им в сторону Цинь Му.

В этот момент дверь спальни заскрипела и приоткрылась, давая пролететь маленькой серебряной бусине. Она была похожа на серебряные пилюли, которые хранились у бабушки Сы дома. Бусина остановилась прямо между бровями Цинь Му и начала крутиться на месте сохраняя своё изначальное положение, не издавая ни звука. Мечи размером с волос, которые почти невозможно было заметить, постоянно вылетали из серебряной бусины.

Чёрная тень сделала круговое движение белым стягом, и он самостоятельно поплыл по комнате. Этот стяг был быстр, как молния, он сразу неоднократно атаковал Цинь Му, лежащего на кровати. В тот же миг бусина тоже двинулась навстречу стягу и бесшумно столкнулась с ним, блокируя все его атаки.

Независимо от того, сколько раз эти два странных объекта сталкивались, не раздавалось никаких звуков, ничто не было уничтожено во время этих столкновений, стояла звенящая тишина и относительное спокойствие.

Через некоторое время тень затряслась и выплюнула кровь из своего рта. Белый стяг рванул вон, а чёрная тень в это время уже вышла из дому, растворяясь, как вода.

Серебряная бусина перестала вращаться и вернулась обратно во внутреннюю комнату.

Только теперь Цинь Му почувствовал, что снова может двигаться и начал жадно глотать воздух. То, что произошло, выходило за рамки его понимания, всё это казалось просто жутким сном, но пятна крови на полу подтверждали, что всё произошедшее было реальностью.

Вне дома не было никаких звуков, за исключением слабого звона от удара по гонгу. Ночной сторож, объявлял, что сейчас ночь, чтобы жители не проснулись рано и не были поглощены тьмой за пределами деревни.

Ночной сторож трижды ударил гонг и придержал его, дабы избежать лишних звуков, затем пошёл домой. Когда он добрался до своего дома, то увидел слепого, идущего мимо и мирно постукивающего бамбуковой тростью перед собой.

— Старый брат, найди место, чтобы отдохнуть! — ночной сторож быстро подошёл и остановил слепого, а затем сказал с улыбкой на губах. — Уже так поздно, будь осторожен, не выходи за пределы деревни, дабы не быть съеденным монстрами!

Слепой улыбнулся и дважды постучал своей тростью по тени сторожа.

— Спасибо за предупреждение, — поблагодарив, слепой постукивая своей тростью по земле медленно ушёл.

Поп поп!..

Неожиданно две сквозные дыры появились на груди мужчины, он пошатнулся и его тело рухнуло на землю.

— Насколько же твоё копьё быстро, раз оно смогло прервать моё заклинание! Кхе… Кх… Я знаю кто ты. Может сейчас ты и слепой, но ты стал ещё опасней, чем раньше…

Ночной сторож в последний раз вздохнул и его глаза заволокла пелена смерти.

Маленький белый треугольный стяг медленно опустился сверху и закрыл его лицо.

Глава 43. Демон, спешащий домой

На следующий день Цинь Му проснулся от гвалта на улице и пошёл разузнать что же случилось. Чуть позже он узнал, что напугало жителей деревни. Оказывается, что ночью умер сторож.

Вчера все были напуганы огромной змеёй, обитавшей на дереве, которое Цинь Му благополучно расколол пополам. После случившегося народ никак не ожидал, что той же ночью сторож умрёт такой ужасной смертью. События, происходящие в деревне, заставляли местных паниковать.

Вчерашняя пара принесла тарелку с уложенной на ней красной материей. На ткани лежали какие-то подарки:

— Акушерка, младший брат, наша семья бедна, и нам нечего вам предложить, но вы должны принять хотя бы это.

Цинь Му уже собирался отказаться от подарков, но слепой прервал его, не дав сказать и слова:

— Прими эти подарки, Му’эр. Не заставляй их чувствовать, будто они что-то тебе должны.

Цинь Му должным образом принял немногочисленные подарки и попрощался с парой. Мужчина произнёс с улыбкой:

— Младший брат, с такими исключительными способностями ты определённо станешь драконом или фениксом среди людей!

— Что такого в этих драконах, или фениксах? — произнесла бабушка Сы. — Печень дракона и желчный пузырь феникса — это просто деликатесы на обеденном столе. Не надо становиться драконом или фениксом. Стань тем, кто будет пожирать их.

Потерявшая дар речи пара переглянулась, в то время как Сы махнула на них рукой:

— Возвращаемся. Му’эр, слепой, мы идём обратно на храмовую ярмарку.

Цинь Му быстро догнал бабушку Сы и с нескрываемым любопытством спросил:

— Бабусь, что произошло прошлой ночью? Сторож был тем, кто использовал дьявольский метод разведения? Как он умер? Что это была за серебряная пилюлька, летавшая над моим лбом ночью? Разве ты не говорила, что люди в нашей деревне обычные? Почему же мне кажется, будто это не так, и они совсем не такие, как жители других деревень?

— Откуда у тебя столько вопросов? — голова бабушки Сы уже начинала побаливать, и она умоляюще посмотрела в сторону слепого. Слепой хихикал пока шёл вперёд, пока не врезался головой в дерево, после чего свалился в обморок.

Старуха Сы подошла и попинала лицо слепого ногой, но тот так и не очнулся.

Цинь Му закинул слепого на спину и с мольбой посмотрел на бабушку Сы. Старуха тут же вытащила иглу из корзины и воткнула её в задницу слепого. Даже когда кровь начала активно течь, он не очнулся.

Чувствуя всю безысходность положения, Сы моргнула и наконец сказала:

— Ночной сторож действительно оказался экспертом пути дьявола, он специально растил змею. Его способности были совсем неплохи. Он использовал технику Иллюзорной Тени — это одно из могущественных божественных искусств секты Небесного Дьявольского Культа. Я же использовала технику Убийства Тени, чтобы ранить его тень, дабы повредить реальное тело. Однако из-за дьявола в моём сердце я однажды пообещала кое-кому, что никогда не буду сильно вредить ученикам Небесного Дьявольского Культа, поэтому я могла лишь заставить его отступить. Тем, кто убил его, была не я, а слепой.

Цинь Му удивлённо моргнул и снова спросил:

— Тогда, чем была та серебряная пилюлька, летавшая над моим лбом? Была ли это пилюля меча? Бабуль ты сведуща в техниках меча?

Бабушка уставилась на Цинь Му, а тот в свою очередь на неё. Они оба смотрели друг на друга, пока их глаза не начали болеть. Заскрежетав зубами, старуха воткнула очередную иглу в задницу слепого, но тот всё ещё никак не реагировал.

— Серебряная пилюля? Гхм… Ты имел в виду это?

Бабушка Сы подняла ладонь, а на ней лежала серебряная пилюлька. Цинь Му тут же кивнул:

— Бабуль, научи меня технике меча!

Бабушка Сы вздохнула:

— Не то чтобы я не хотела тебя научить… Я не могу. Возможно, техника моего меча одна из величайших техник, но всё равно не лучшая. Если ты выучишь мою технику, то один человек не захочет тебя обучить, поэтому я не буду учить тебя своей технике, даже если от этого будет зависеть моя жизнь…

Цинь Му разочарованно вздохнул, но его дух вновь воспрял:

— Лучшая техника меча в мире? Он из нашей деревни?

— Прекрати гадать, — бабушка Сы решила предупредить его. — Если ты его попросишь, то он тем более не научит тебя. Только когда придёт в гармонию с самим собой, он научит тебя! Ты выучил уже множество сверхмощных искусств, но по-прежнему не овладел ни одним из них по-настоящему. Однажды, наступит день, когда ты сможешь победить всех стариков в деревне, тогда и только тогда ты должен будешь думать о тренировке техник своего меча! Даже если в итоге он так и не захочет тебя учить, мы его заставим!

Слепой зевнул и произнёс спокойным голосом:

— Он самый мудрый и знающий, а также обладает наиплотнейшим совершенствованием. Он стал куда более ужасающим за эти несколько лет, даже все вместе мы бы не смогли избить его.

— Ты наконец-то решил очнуться? — бабушка Сы сильно разозлилась и воткнула ещё одну иглу ему в булку задней точки.

Слепой слез со спины Цинь Му и опёрся на свою бамбуковую трость:

— Некоторые вещи ты можешь объяснить лучше, чем я. Но я объясню, как убил ночного сторожа. Его техника Иллюзорной Тени была очень сильна, настолько, что он мог перемещаться между своим истинным телом и его тенью… На самом деле, на тот момент его истинным телом была тень. Если бы кто-то захотел атаковать физическое тело, он был бы убит его тенью. Поэтому, когда он хотел убить меня, я дважды ударил тень на земле своей бамбуковой тростью, чтобы убить его.

Цинь Му подумал, а потом продолжил задавать вопросы:

— А зачем он выращивал змею, которая поглощает жизненную силу и душу для совершенствования?

Слепой обратился к бабушке Сы:

— Бабка, ты более сведуща в дьявольских техниках, поэтому лучше объяснишь.

— Эта была техника Поднебесной Свободы. — объяснила бабушка Сы. — Эту технику используют практики Небесного Дьявольского Культа, чтобы пробиться с Поднебесной стадии на Небесную. Однако я не знаю, где он получил эту неполную технику… Он действительно использовал нерождённых младенцев для совершенствования. Может быть истинная техника Поднебесной Свободы и является дьявольской, но она честна. Практикующие её никогда бы не опустились до такого презренного метода. Истинная техника использует энергию неба и земли, сущность солнца и луны, чтобы человек мог совершенствоваться, — её лицо выглядело очень обеспокоенным, пока она бормотала что-то себе под нос. — Чтобы человек из Небесного Дьявольского Культа был так близок… Похоже в Великих Руинах больше не будет покоя. Эти ребята обычно появляются, как рой пчёл…

Спустя какое-то время, три человека вернулись в Храм Бабушки и продолжили вести дела на храмовой ярмарке. Когда время близилось к вечеру, люди из разных деревень начали разъезжаться по домам. Цинь Му тоже погнал коровью телегу обратно в деревню Цань Лао.

— Му’эр, теперь ты можешь отправиться на охоту самостоятельно, — неожиданно заявил старый Ма, залезая в телегу, его тело скакало вверх-вниз из-за ям на дороге. — Ты вырос…

Цинь Му почувствовал тепло в своём сердце и улыбнувшись отвернулся. На губах пастушеского мальчишки играла улыбка, сияющая, как утреннее солнце.

— Однако ты должен охотиться лишь на обычных странных зверей, ни в коем случае не бросай вызов территориальному странному зверю. — воскликнула бабушка Сы. — И ты будешь каждый вечер пасти коров, а также должен заставлять их кушать как можно больше травы.

Лицо пастушка сразу же помрачнело, а две крепкие коровы, тянущие обоз, взвыли в своих мыслях. Слезы выступили на их глазах, из-за чего они выглядели очень обиженно.

Увидев, что произошло, Цинь Му подозрительно спросил:

— Бабусь… Эти две коровы тоже?

— Попробуй угадать, — хохотнула старая бабка.

Цинь Му даже не хотел об этом думать.

Внезапно подул ветер, и юноша, наслаждаясь им, неожиданно сделал шаг вперёд и выпрыгнул из телеги, дабы преследовать порыв ветра. Он хотел догнать ветер, нет, даже больше, он хотел побежать по этому порыву, чтобы оказаться в небе!

Его скорость была невероятно высока, когда он прыгнул в лес и побежал по верхушкам деревьев. Он бежал быстрее и быстрее, пока, наконец, не догнал кромку порыва ветра и не начал прыгать по небу. Несмотря на то, что под его ногами не было опоры, странная сила подталкивала его вверх.

Мальчик был очень взволнован, продолжая непрерывно бежать по ветру, путешествуя в небе.

Несколько человек в коровьей телеге подняли свои глаза к небу, и слепой спокойно спросил:

— Он упадёт?

Целитель словно схватил охапку воздуха и понюхал, а затем рассмеялся:

— Он упадёт. Это демонический ветер, созданный демоном, который мчится домой. Когда он обнаружит Цинь Му, то определённо остановится. Кто будет ловить его?

Бег Цинь Му ускорялся вместе с ветром, что привело к тому, что он пробежал несколько километров, не замечая ничего вокруг. Каково же было его удивление, когда он заметил снежно белую лису, сидящую на огромном банановом листе с подогнутыми задними лапами и с выпрямленными передними.

Он ошалело уставился на лисицу, а та в свою очередь изумлённо пялилась на него.

Человек и лиса закричали в унисон, как вдруг, Цинь Му почувствовал, что ветер успокоился, и он, размахивая во все стороны руками и ногами, начал падать. Тем временем лиса всё ещё визжала от испуга, сидя на банановом листе, и показывала на него своей передней лапой.

— Дерьмо!

Ноги Цинь Му мгновенно сменили ритм движения, в попытке выполнить навык ног одноногого — Небесный Расхититель: «Пока я бегу достаточно быстро, то могу бегать даже по небу…»

Однако сейчас он осознал, что недостаточно быстр. Он просто не мог подняться в воздух и продолжал падать к земле!

Цинь Му опустил взгляд и его душа ушла в пятки. Ниже него раскинулись скалистые хребты, без единого дерева в округе. Куда не глянь, острые как бритва скалы, и если он упадёт на одну из них, то скорее всего тут же и помрёт!

В этот момент лиса опомнилась и перестав визжать, мгновенно полетела. Цинь Му почувствовал струю воздуха под своими ногами и понял, что вновь обрёл опору. Его ноги начали быстро двигаться, дабы нивелировать скорость его падения, и перед самым приземлением на землю ему удалось подпрыгнуть вверх, отталкиваясь от кромки порыва ветра, продолжив парить.

Цинь Му вздохнул с облегчением. Затем он увидел, что лиса уже подлетает к нему, сидя на своём чудном банановом листе и что странно… от неё пахло алкоголем. Взглянув на него, она внезапно заговорила на человеческом языке сладким пьяным голосом:

— Что ты делаешь? Зачем ты следовал по моему ветру?

Цинь Му впал в ступор и не задумываясь ответил:

— Я пытался узнать, можно ли догнать порыв ветра, чтобы путешествовать вместе с ним. Я не знал, что это твой ветер. Ты можешь летать? И так хорошо говорить?

— Я могу использовать заклинание, чтобы управлять ветром и путешествовать по нему, — пояснила белая лиса. — Я только что вернулась* с банкета и сейчас мчусь домой, пока окончательно не стемнело. Я сейчас же ухожу и не собираюсь провожать тебя. Мы ещё встретимся, если на то, будет воля судьбы! — как только лиса произнесла эти слова, она устремилась в небо, оставляя за собой небольшую бурю.

Цинь Му чувствовал, как энергия ветра ослабевает, и немедленно начал спускаться с неба. Деревня Цань Лао была недалеко отсюда. Ступив на твёрдую землю, он поднял голову в направлении улетевшей лисы, но она уже бесследно исчезла.

«Возвращается с банкета? — он был полон вопросов. — Откуда эта лиса знает заклинания, а также почему принимает участие в банкетах? Когда я встречусь с ней в следующий раз, то определённо спрошу об этом. Определённо…»

****

Два дня спустя, пара монахов, один молодой, а другой старый, с ног до головы покрытые пылью, прибыли в Поместье Чжан. Когда они вошли, старый монах спросил:

— Есть ли кто-нибудь, кто желает поделиться чашей с водой? Мы, монахи, всегда в пути и слабы желудком, поэтому нуждаемся в чаше с тёплой водой.

Жители деревни налили две чаши воды, для старшего и для младшего, монахи поблагодарили народ за проявленную доброту, после чего старший добродушно улыбнулся и спросил:

— Мы, учитель и ученик, долго блуждали по миру и знаем некоторые заклинания. Я чувствую демоническую ауру в вашей деревне, вам нужна помощь в избавлении от демона?

Житель деревни улыбнулся:

— Демон уже изгнан. Это была огромная змея, живущая в кроне дерева. Она была убита мальчиком из соседней деревни!

Старый монах изумился:

— Тогда почему я до сих пор чувствую демоническую ауру? Кто-нибудь неожиданно умирал в вашей деревне в последнее время?

↑ невозможно понять какой пол, ни из англа, ни из кита, но учтём мои фантазии и оставим женский, а там дальше видно будет

Глава 44. Патриарх Небесного Дьявольского Культа

Деревенские жители Поместья Чжан столпились вокруг, в то время как один из них выкрикнул:

— Недавно умер ночной сторож!

Старый монах задумался и, немного погодя, спросил:

— Тело сторожа похоронили?.. Он, скорее всего, и есть демон, тело которого со временем может превратиться в зомби.

Столпившиеся деревенские шокировано подскочили и немедленно отвели двух путников к могиле сторожа:

— Мы похоронили его только вчера, почтенные…

Старый монах указал пальцем вперёд, и земля могилы разошлась в разные стороны. Из образовавшейся ямы поднялся наспех сколоченный гроб, зависнув посреди воздуха перед всеми присутствующими.

Поп, поп, поп…

Колышки, крепящие крышку гроба, тут же один за другим повыскакивали, от чего та поднялась и отлетела в сторону. После того как гроб упал обратно в яму, тело ночного сторожа продолжило парить в воздухе, с закрытым белым стягом лицом.

Взяв белый стяг для осмотра, старый и молодой монахи переглянулись, едва заметно кивнув друг другу. Старый монах произнёс какое-то заклинание и указал пальцем на тело сторожа, от чего оно мгновенно взорвалось, обращаясь в пепел.

Жители деревни сразу же начали благодарить их, предлагая в качестве награды золото и серебро. Молодой монах тут же помахал рукой в знак отказа, на что старый монах поучительно молвил:

— Если бы мы ничего не сделали, то и награды бы не заслужили, но сделав достойное дело, никогда не отказывайся от благодарности. Так что прими.

Только после этого молодой монах принял подарки, а старый монах спросил:

— Где живёт тот юноша, который убил огромную змею? С ним был ещё кто-то?

— Он из деревни Цань Лао, с ним были слепой и местная акушерка Сы. Пройдя вверх по течению реки двадцать километров, почтенные найдут деревню, в которой они живут.

Старый монах поблагодарил местных и покинул Поместье Чжан, отправившись вверх по течению реки.

Пройдя несколько километров, старый монах вздохнул:

Смерть — это как погашенная лампа… и лампу Мастера Чертогов Мо, который притворялся ночным сторожем, погасили. Он пошёл по неверному пути, практикуя технику Поднебесной Свободы и используя младенцев для своего совершенствования. Да, его смерть была заслуженной, но он всё же был мастером чертогов нашего священного культа. Его убил и в теле и душе тот, кого, кажется, нарекли Богом Копья, а это значит, что до того, как Мастер Чертогов Мо встретил Бога Копья, он также повстречал её… Нашу Владычицу Культа.

Молодой монах молча слушал, в то время как старый монах продолжал:

— Владычица Культа всегда была таинственной и неуловимой. После того как она скрылась в Великих Руинах, мастера нашего священного культа безрезультатно искали её. Поэтому то, что с ней именно здесь столкнулся Мастер Чертогов Мо, за пределами моих ожиданий. Патриарх, всё же не зря мы потратили столько времени обыскивая это место.

Молодой монах открыла рот и с его уст сорвался очень древний, и в то же время властный, голос:

— После того как Владычица Культа убила Владыку Культа и украла Великие Небесные Дьявольские Рукописи — святую Библию и в то же время учения нашего культа, она исчезла на сорок лет… Но сорок лет спустя, мы, наконец, нашли её.

****

На следующее утро в деревне Цань Лао. После завтрака целитель привёл старейшину ко входу в деревню, чтобы почаевать, но даже не успев начать они вдруг услышали, как где-то в деревне довольно закудахтала курица-дракон.

— Курица снеслась, Му’эр, сходи забери яйцо из курятника.

Бабушка Сы поспешила вперёд, чтобы самой забрать яйцо, но Цинь Му уже вошёл в курятник. Тем не менее, совсем немного времени спустя, он выскочил, с поклёванным до крови лицом и преследуемый курицей-драконом.

Курица-дракон была чрезвычайно свирепой и могла плеваться огненной змеёй длиной в несколько метров. Её перья были такими же острыми, как лезвия ножей, а когти могли вспарывать металл, словно тот был какой-то грязью. После всего нескольких обменов ходами с курицей, Цинь Му осознал, что совсем ей не противник и сбежал.

— Му’эр, ты даже не можешь приструнить курицу? — мясник увидел, как курица-дракон гоняет Цинь Му по всей деревне, будто кот мышку, и взревел от смеха.

Воспользовавшись ситуацией бабушка Сы улучила возможность умыкнуть яйцо. Спустя некоторое время, так и не поймав Цинь Му, курица-дракон высокомерно, словно особа королевских кровей, зашагала к своему курятнику, только чтобы в итоге обнаружить, что яйцо пропало. Впав в ярость, она снова погналась за пареньком, чтобы устроить тому хорошенькую взбучку.

После устроенного шороху, Цинь Му наконец смог поднять свой боевой дух и избавиться от депрессии, ведь ему всё-таки удалось одержать верх в сражении с курицей-драконом. Закрепив на спине нож для убоя свиней в чехле, привязав огромный железный молот, посох Кхаккхару и набив карманы пилюлями Усиления Живучести, он вышел из деревни переполняемый энтузиазмом и рвением.

Цинь Му впервые отправлялся на охоту в одиночку, ох, как же долго он этого ждал. Тем не менее из-за того, что его заклевала какая-то курица, настроение было немного подпорчено.

Выйдя из деревни, он увидел юношу и старика, которые шли к деревне, выглядя как два блуждающих святоши.

Юноша и старик подошли к воротам деревни и поклонившись пьющим чай старейшине и целителю, спросили:

— Можем ли мы попросить угостить нас чашечкой чая?

Старейшина деревни поднял брови, ответив:

— Как мы можем пренебречь путниками, проделавшими такой долгий путь, чтобы проведать нас?

Целитель налил две чашки чая для юноши и старика, которые в это время присели. Юноша сел напротив старейшины деревни, а старик сбоку.

— Змею зарезал этот юнец? — улыбаясь спросил старик, глядя на Цинь Му.

Цинь Му собирался ответить, но старейшина деревни не дал, сказав:

— Му’эр, это тебя не касается. Займись своими делами.

Цинь Му кивнул и пошёл в сторону леса. После того как он ушёл достаточно далеко, юноша, сидящий напротив старейшины, открыл рот и заговорил чрезвычайно древним голосом:

— Мы ведь встречались раньше, я прав?

— Верно, встречались, — кивнул головой старейшина деревни.

— Мало кто всё ещё жив из нашего поколения, и я очень рад, что смог встретиться с Вами, — улыбнулся юноша.

— Взаимно, — чёрство ответил старейшина.

— Я здесь, чтобы встретиться с вашей бабушкой Сы. Место Владыки нашего культа пустует на протяжении сорока лет. Она должна объясниться перед нами, — всё также улыбался юноша.

— Тот, кто входит в эту деревню, больше не имеет ничего общего с внешним миром, — покачал головой старейшина деревни.

Веко юноши слегка дрогнуло:

— Тогда я не буду входить. Не могли бы Вы спросить у неё вместо меня? У меня накопилось не мало вопросов, которые я хочу задать ей.

— Она ушла, — снова покачал головой старейшина.

Старик, сидящий рядом, практически потерял терпение и уже было собирался что-то сказать, когда юноша поднял руку, чтобы остановить его, говоря:

— Мы ждали сорок лет, спешить некуда. Старший Надзиратель, так как Владычицы Культа здесь нет, собери сильных рабочих для постройки деревни. Мы остановимся здесь на ночь.

Старик поклонился, и его дьявольская Ци взмыла к небу, формируя гигантское слово — “Указ”.

Юноша неспеша наслаждался своим чаем. Через два часа старики-инвалиды Цань Лао прекратили заниматься своими делами и вышли из деревни, подняв головы, чтобы посмотреть, что происходит.

По лесу шло шестнадцать огромных, невероятно мускулистых, великанов, расталкивающих и ломающих все деревья на своём пути. Они шли в группах по четверо, каждая из которых отвечала за переноску одной каменной статуи. Всего их было четыре. Шагая и пыхтя, камни, холмы, поваленные деревья под их ногами сплющивались, словно обычная грязь!

Лица шестнадцати гигантов были красным от перенапряжения, что говорило о запредельном весе статуй. Даже такие сильные рабочие, как они, еле как справлялись с поставленной задачей.

Великаны аккуратно разместили четыре статуи на северном, южном, восточном и западном направлениях рядом с деревней Цань Лао.

Немного времени спустя проплыл корабль с несколькими палубами и причалил у берега реки. С корабля спустилось около сотни плотников, которые тут же начали вырубать деревья рядом с Цань Лао и сколачивать из них дома. Спустя всего час в деревне было построено множество деревянных домов, со всеми видам разнообразной, необходимой мебели внутри. Затем плотники поднялись на корабль и спустили на берег сундуки с золотом, серебром, столовыми приборами и прочей домашней утварью, необходимой для дальнейшего комфортного проживания, после чего вернулись на корабль и, отчалив, уплыли.

Затем прибыл ещё один корабль, с палубы которого спустились художники и занялись росписями домов, мебели и прочего. Закончив со всеми своими делами, они тоже отбыли.

Чуть позже причалил корабль с каменщиками. Они начали извлекать каменные породы с соседней горы, в итоге изготовляя из них плитки для тротуара и даже высекая какие-то статуи. Когда дело было сделано, и они удалились.

Спустя какое-то время второпях прибыл рослый, крепко сложенный, мужчина, с слегка загнутыми кверху усами, который был с ног до головы в пыли, и тут же поклонился:

— Патриарх! Старший брат Надзиратель.

— Левый Хранитель, деревня готова. Выбери себе комнату, — ответил старик.

Рослый мужчина с крючковатыми усами вошёл в недавно построенный, рядом с деревней Цань Лао, деревянный дом и не издавая ни звука поселился в одной из комнат.

Спустя некоторое время прибыла старуха в потрёпанной одежде. Уважительно поклонившись юноше и старку, она пошла обустраиваться в одной из комнат.

Несколько мгновений спустя со стороны реки можно было увидеть рыбака, плывущего на лодке, сплетённой из множества листьев. Пришвартовавшись у берега реки, он вошёл в деревню, со своей рыболовецкой сеткой для рыбы и удочкой, и поселился в ней.

В деревню начало стекаться всё больше странны людей. Некоторые были богачами, в то время как другие купцами, третьи выглядели как учёные мужи и учителя, можно было увидеть даже проституток. В деревне поселилось множество людей всех видов профессий.

Взгляд старого Ма потяжелел, когда он вполголоса произнёс:

— В секте Небесного Дьявольского Культа есть триста шестьдесят профессий, которые образовали собой триста шестьдесят чертогов и соответственно мастеров чертогов. Все они таинственные личности, разбросанные и скрывающиеся по всему миру. Кто бы мог подумать, что все триста шестьдесят мастеров чертогов в течение последних сорока лет переселились в Великие Руины, чтобы искать Владычицу Культа. Боюсь они никуда не уйдут, пустив здесь корни!

Улыбка на лице одноногого засияла ещё ярче, когда он рассмеялся:

— Где же наша бабуля Сы? Все эти люди ищут её!

Глухой ответил:

— Я видел, как она превратилась в косулю и тайком улизнула из деревни… И это случилось ещё до того, как ушёл малец. Скорее всего она сильно беспокоилась об его охоте, поэтому и поступила так. Боюсь, что она до сих пор не в курсе, что Дьявольский Культ нашёл её, поселившись у нашего порога. Почти все самые важные члены культа теперь живут у нас под боком!

****

Цинь Му отправился вглубь леса и гор. Через некоторое время мимо пробежала косуля, озираясь вокруг, словно ища кого-то, но не в силах найти. Косуля растерялась, как вдруг, с дерева спрыгнул юноша и улыбнулся:

— Бабуль, я должен охотиться один, может вернёшься домой? Поверь, я могу позаботиться о себе.

Косуля, взбесившись, гаркнула:

— Маленький негодник! Будь острожен и не умудрись ненароком умереть!

После чего косуля вильнула хвостом и убежала.

Цинь Му продолжил бежать вперёд и вскоре увидел покрытого густой шерстью мамонта, пьющего воду из пруда:

— Бабуль, я действительно могу позаботиться о себе. Тебе не нужно присматривать за мной.

Мамонт озверел и тяжело затоптал в сторону Цинь Му, на что тот привёл в движение свою жизненную Ци, вытащив свой нож для убоя свиней, и тяжёлым, убийственным тоном, взревел:

— Ну раз ты не моя бабуля, тогда сдохни!

Мамонт сразу же обернулся и дал дёру, ругаясь на человеческом языке:

— Негодник! Ты что… и правда собирался прирезать свою собственную бабушку? Когда вернёшься в деревню приготовь свою задницу для хорошей порки!

Цинь Му беспомощно покачал головой и пошёл дальше. Пройдя около трёх километров, он обречённо поднял голову к небу, умоляюще простонав:

— Бабуль, я правда-правда справлюсь… не нужно за мной присматривать…

Огромная птица непонимающе взглянула на него, продолжив кружить по окрестностям.

Цинь Му покачал головой и схватил несколько камней, подбросив в небо. Камни подлетели вверх на разную высоту, позволяя парню использовать их в качестве лестницы, чтобы прыгать вверх. Через несколько мгновений он оказался рядом с птицей.

— Ладно, ладно, я больше не буду за тобой следить! — вдруг заговорила огромная птица. Договорив, она хлопнула крыльями и улетела.

Цинь Му врезался о поверхность с глухим, гулким ударом, от чего его ноги глубоко погрузились в рыхлую землю. Подняв голову, он увидел, что птица в небе бесследно исчезла.

— Бабуля, даю гарантию, всё равно продолжит втихаря следить за мной…

Цинь Му оглянулся вокруг себя. Не обнаружив ничего подозрительного и необычного, он прошёл ещё на несколько километров вперёд, упёршись в водопад с красивыми природными видами вокруг. Рядом с водопадом находилась соломенная хижина с накренившейся слегка набок и погружённой наполовину под землю каменной статуей.

Через дырку в крыше хижины валил дым, что говорило о том, что здесь явно кто-то живёт.

«Кто-то живёт здесь, в такой глуши? Может быть это какой-то пожилой мастер, скрывающийся в уединении?» — как только его мысли дошли до этого момента, он увидел, как из соломенной хижины неторопливо вышла белая лиса, схватившая бамбуковую трубку, прежде чем вернуться обратно внутрь.

Глава 45. Дворец Дракона Вздымающейся Реки

Цинь Му подошёл и увидел белую лису, которая держала бамбуковую трубку и вздувала свои щёки, наполняя печь воздухом.

Парень тихо кашлянул и сказал:

— Есть ли кто-нибудь дома?

Белая лиса в хижине подпрыгнула от испуга и тут же спрятала бамбуковую трубку, прокричав старческим голосом:

— Кто посмел шуметь и беспокоить мой покой? Я — древний демон, и я сожгу тебя дотла…

Цинь Му рассмеялся, и белая лиса подняла мордочку, чтобы посмотреть в окно. Увидев на улице до боли знакомого юнца, она вздохнула с облегчением, и её голос опять стал сладким, как раньше:

— Ты тот молодой человек, который недавно позаимствовал у меня ветер? Я была немного пьяна после банкета, поэтому извини мне мою грубость. Не стой на улице, заходи.

Парень вошёл в соломенную хижину и осмотрелся. Он был поражён тем, что дом оказался довольно опрятным. В нём даже была кровать, бочка для риса, предметы мебели, шторы и туалетный столик.

Белая лиса стояла прямо, как человек, и сделала реверанс к Цинь Му:

— Это моё скромное жилище. Пожалуйста, извини за такую бедную обстановку.

Цинь Му поздоровался в ответ и любопытно спросил:

— Ты готовишь?

— Вчера я была на приёме у моих сестёр, и немного перебрала с выпивкой. Когда я проснулась, у меня ужасно болела голова, поэтому я готовлю суп, чтобы протрезветь. Пожалуйста садись, молодой мастер, — ответила белая лиса.

Парень с трудом скрыл своё удивление. Белая лиса была намного умнее, чем демоническая обезьяна. Она даже могла сварить себе суп. Единственной проблемой было то, что она была пьяницей, каждый день напиваясь.

Увидев книжную полку сбоку, он подошёл, чтобы взглянуть на лежащие на ней древние книги. Он снял одну книгу, речь в которой шла о навыках дыхательных упражнений. В книге также были какие-то заклинания, но они были недописанные.

«Молодой мастер умеет читать?»

Белая лиса закончила готовить свой суп и взглянула на Цинь Му, пребывающего в восторге от книг. Приятно удивляясь, она спросила:

— Я не понимаю написанного в книгах, и чтобы совершенствоваться, мне приходится просто разглядывать картинки. Если молодой мастер понимает текст, может он мне почитает?

— Почему бы и нет? — Цинь Му сел, и белая лиса завертела хвостом, обдувая миску супа на столе, за которым сидела, с горящими от восторга глазами.

Открыв первую страницу, парень начал читать:

— Направьте Ци на свою Гору Квадратного Сантиметра, стимулируйте своё ядро жизненной Ци, переместите Тигра на дно вашего сердца, всколыхните Зимнее Море Ци…

Белая лиса пила свой суп и внимательно слушала, когда вдруг спросила:

— Где находится Гора Квадратного Сантиметра?

— Гора Квадратного Сантиметра находится посреди твоих бровей, — объяснил Цинь Му, — в этом месте лежит Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Направить жизненную Ци в Гору Квадратного Сантиметра значит сконцентрировать её между бровей. Однако, как только твоя жизненная Ци приблизится к тому месту, прозвучит голос бога c девяти небес, и она хлынет обратно.

Белая лиса попробовала повторить, но чуть погодя покачала головой:

— Я не слышу никакого голоса бога.

Цинь Му нахмурился. Раньше, каждый раз, когда он направлял свою Ци к месту между бровями, голос звучал, отрезая ей путь. Он думал, что белая лиса столкнётся с той же проблемой, однако, оказалось, что это не так.

«Возможно, строение Божественного Сокровища Духовного Эмбриона отличается у человека и лисы?»

Парень решил оставить сложные размышления и продолжил читать, параллельно объясняя древние тексты белой лисе…

Спустя некоторое время, они сумели полностью изучить эту книгу. Описанный в ней метод совершенствования имел свои уникальности, однако был несовместим с его Телом Тирана, так что Цинь Му даже не думал, что когда-нибудь сможет использовать полученную информацию.

Белая лиса была очень умной и с полуслова улавливала написанное в книге. Она улыбнулась и сказала:

— Раньше я совершенствовалась, используя иллюстрации из книги, и думала, что всё выучила. Оказывается, что я многое делала неправильно. Спасибо, молодой мастер, за то, что указал мне на ошибки. Меня зовут Ху Лин’эр. Могу я узнать твоё имя?

— Меня зовут Цинь Му, я пастух с фамилией Цинь, и я совсем не мастер, — улыбнулся Цинь Му. — Я живу здесь, неподалёку. Кстати, откуда у тебя эти древние книги?

Ху Лин’эр отхлебнула немного супа и почувствовала себя намного лучше:

— В тридцати километрах к западу отсюда находятся старые развалины. Однажды я поздно возвращалась домой и решила спрятаться в них от темноты. Там я случайно открыла тайную комнату, внутри которой лежали эти книги. Ещё там была бутылка с эликсиром, выпив который я внезапно стала умной и обрела свой собственный разум. Мне показалось, что книги были ценными, поэтому я притащила их сюда. Однако, поскольку я не умею читать, мне пришлось просто рассматривать нарисованные картинки. Все известные мне заклинания я выучила именно таким образом.

— Тридцать километров к западу? — Цинь Му удивился и предположил. — Может быть это был Дворец Дракона Вздымающейся Реки?

Глаза Ху Лин’эр оживились:

— Внутри на самом деле было полно скульптур драконов, однако, это очень опасное место. Там пряталось что-то подозрительное и странное, поэтому я не осмелилась осмотреться получше. Я просто взяла несколько книг и убежала оттуда.

— Не могла бы ты привести меня туда? — тут же спросил парень.

— Дворец очень опасен, и в нём нельзя беззаботно блуждать. Как только я подошла к двери, я так испугалась… — отвечала маленькая лиса, как вдруг, замолчала, скорее всего от смущения, что до смерти испугалась.

— Разве ты не хочешь заглянуть во дворец дракона? Возможно, нам даже повезёт увидеть настоящего короля драконов! — взволновался Цинь Му.

— Не хочу, — Ху Лин’эр некоторое время выждала, после чего её* глаза лукаво моргнули. — Если молодой мастер согласится приходить ко мне, чтобы почитать книги, я покажу ему дорогу. Однако, я не пойду внутрь.

— По рукам! — Цинь Му улыбнулся и протянул руку. Ху Лин’эр некоторое время колебалась, прежде чем поднять свою пушистую лапу, чтобы ударить ней по ладони мальчика. Затем она допила свой суп, и парень с лисой покинули соломенную хижину, отправившись на запад.

— В честь чего проводился банкет, на котором ты была? — спросил Цинь Му, вспомнив о том дне.

— Это был банкет, проводимый Великим Королём Демонов, на который были приглашены старшие демоны со всей округи. Получив древние книги во Дворце Дракона Вздымающейся Реки, я сильно увеличила свои знания и стала довольно известным старшим демоном в здешних землях. Тем не менее, хотя у меня и есть такое почётное звание, я все ещё не могу ровняться с грубой силой остальных демонов и являюсь самой слабой из них.

Ху Лин’эр подпрыгнула на банановый лист, исполнив своё заклинание по поднятию демонического ветра. Поднявшись в воздух, она улыбнулась, продолжив говорить:

— Великий Король Демонов очень долго совершенствовался и уже сформировал своё человеческое тело. В радиусе двух тысяч километров, любой старший демон исполняет его приказы, будь он хоть территориальным странным зверем или кем-либо ещё, неважно.

Демонский ветер подул на банановый лист, отправляя белую лису в небо. Цинь Му вскочил и побежал за ней на запад, стараясь не упасть с кромки ветра.

****

В этот момент в километре от хижины растерянно вертел головой огромный зверь таоте*:

— С учётом прошедшего времени, Цинь Му должен был добраться где-то досюда. На этот раз я превратилась в странного зверя, поэтому он меня точно не узнает… Странно, куда же делся этот маленький негодник? Мм… Демонский ветер лисы! Негодник был похищен лисицей на своей первой же охоте!

****

Над рекой, в пятидесяти километрах от деревни Цань Лао, трехметровый банановый лист уносился порывами ветра. На листе сидела лиса, а сбоку от неё бежал юноша. Это были Ху Лин’эр и Цинь Му.

— Несмотря на мою магическую силу, я не способна летать самостоятельно, а могу лишь поднять демонический ветер, и заставить банановый лист парить на нём. Думаю, что если попробовала бы бежать на ветру, как ты, то упала бы… А вот и дворец дракона!

Ху Лин’эр ослабила свой демонический ветер, медленно опуская юношу и банановый лист. Через некоторое время человек и лиса приземлились на землю. Цинь Му огляделся и увидел, как Вздымающаяся Река пенилась вокруг огромной горы. Лазурная вода обтекала зелёную гору, а мелодичное щебетание птиц разносилось по долинам. Обезьяны прыгали с дерева на дерево, а в воде плавали огромные рыбы и речные звери. Всё вокруг казалось мирным и безмятежным.

Белая лиса прыгнула, как будто взлетая, и Цинь Му быстро поспешил за ней. Ху Лин’эр двигалась в направлении горы, вокруг которой текла река. Цинь Му не мог не озадачится. Неужели дворец дракона построен не возле реки, а на горе?

Через некоторое время они поднялись на вершину. Здешние руины действительно указывали на то, что это был храм короля драконов. Перед ним возвышался тридцатиметровый камень, сдерживающий поток воды, который всем своим видом напоминал огромную каменную плиту. Под ней находилась скульптура гигантской каменной черепахи, держащая плиту на своём тела, чей рот был открыт, будто она пыталась перевести дыхание от усталости.

Храм короля драконов был опустошён и имел обветшалые стены. Королевский дворец также успел рухнуть. Осмотревшись, Цинь Му не нашёл в нём никаких статуй, способных защитить от наступления тьмы.

Пока он озадачивался этой проблемой, Ху Лин’эр успела бесследно исчезнуть, как вдруг прозвучал её голос:

— Иди сюда, быстрее!

Цинь Му посмотрел в сторону, с которой раздался голос, и увидел, как белая лиса сидела во рту черепахи и махала ему лапой. Каменная черепаха была огромной, взрослый человек мог спокойно стоять внутри неё. Парень немедленно подошёл и последовал за бегущей впереди лисой, в конце концов добравшись до лестничного пролёта, ведущего вглубь.

Изначально перед лестницей стояла каменная дверь. Цинь Му не знал, когда она рухнула, открывая доступ к самой лестнице.

Он продолжал бежать за лисой. По мере их углубления внутрь горы, лестница ставала всё шире и шире. Скалистые стены вокруг неё были липкими, и поросшими светящимся мхом. Повсюду летали какие-то странные существа, напоминающие одуванчики. У них было несколько тоненьких щупалец, свисающих донизу, медленно взмахивая которыми, существа умудрялись летать.

Белая лиса подпрыгнула, чтобы словить зубами и съесть одного из них. Затем она продолжила прыгать и пожирать бедных одуванчиков, из-за чего даже Цинь Му захотелось их попробовать.

↑ в этом абзаце автор наконец сделал сноску на пол, да и имя по-женски звучит, так что возрадуемся, товарищи-единомышленники!

↑ немного о таоте — https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B0%D0%BE%D1%82%D0%B5

Глава 46. Дракон!

Цинь Му протянул руку, схватив одного и осторожно укусил. У него был столь пряный аромат, что превосходил ароматы самых крепких напитков мясника. В животе парня возникло жгучее чувство, из-за чего его жизненная Ци стала ненормально подвижной.

Циркулируя Ци, Цинь Му ощущал струящуюся лекарственную силу, как бы невероятно это не звучало, схожую с пилюлей Усиления Живучести, которая была предназначена для наращивания и усиления его жизненной Ци. Однако, эффект был не столь очевидным, как от пилюли целителя.

— Это растения или животные? — Цинь Му схватил ещё несколько и, присмотревшись повнимательнее, увидел, что у этих существ не было глаз, нормальных конечностей или каких-либо отверстий. Им нужно было использовать свои усики-пушинки, чтобы поглощать питательные вещества из мха, поэтому с его багажом знаний попросту невозможно определить растения это или всё же животные.

Он попробовал только одного, в то время как Ху Лин’эр уплетала за обе щеки в своё удовольствие.

Чем глубже они спускались, тем прохладнее и сырее становился воздух. Потеряв счёт пройденному расстоянию, они вдруг услышали звук от бегущего ручейка воды. Проследовав за ним, совсем рядом находился водоём, в котором плавали огромные безглазые рыбы, мерцающие флуоресцентным свечением. Если они решат продолжить путь, то им нужно будет, пересекая водоём, добраться до противоположно берега.

— Каждая из этих громадин до ужаса свирепа… Они очень сильные и бросаются на всё, что издаёт звук! — прошептала Ху Лин’эр. — Я брошу камешек, чтобы отвлечь рыб, а нам в это время нужно будет подловить момент и проскользнуть! — закончив рассказывать Цинь Му план, лиса схватила лапой камень и бросила.

Когда камень врезался в стену, все огромные безглазые рыбины выскочили из воды, начав быстро махать плавниками и хвостами, которые, словно пропеллеры, доставили их к стене, где те начали барахтаться!

— Сейчас!.. — скомандовала Ху Лин’эр, и они рванули на противоположный берег водоёма. Пока они на всех парах бежали, Цинь Му услышал хрустящий звук и не смог удержаться от поворота головы, чтобы поглазеть. Он увидел, как странная рыба столкнулась со стеной, образовав в ней своей огромной пастью несколько впадин!

Исключительно твёрдые горные породы в их жевалах были похожи на растопленное масло. Если бы на месте скал оказался человек, то картина была бы ужасающе неприглядной!

Когда человек и лиса добрались до другого берега, несколько странных рыб услышали звуки шагов и, дёрнув плавниками, бросились в их направлении!

— За мной, молодой мастер! — Ху Лин’эр тут же бросилась в находящийся рядом проход, в то время как Цинь Му, не раздумывая, последовал за ней. Проход не был широким, поэтому странные рыбины не могли в нём летать, из-за чего им, чтобы продолжить погоню за парочкой, пришлось начать бежать на своих плавниках, используя те вместо ног!

— Как их можно до сих пор считать рыбами? — сердце Цинь Му учащённо забилось, когда он пытался не отставать от Ху Лин’эр. Со временем они смогли оторваться, поэтому огромным рыбинам не оставалось ничего другого, кроме как вернуться обратно в водоём.

Цинь Му облегчённо вздохнул. Проход постепенно расширялся и вскоре они вбежали в продолговатую, формы рупора, пещеру. Оказавшись внутри, парень увидел, как под его ногами волнисто колыхался узорчатый свет. Он невольно задрал голову кверху, шокировано застыв…

Над его головой протекала клокочущая вода, в которой он видел плавающие косяки маленьких рыб, громадную рыбу размером с корабль, ещё какого-то непонятного речного зверея и даже огромную золотую черепаху.

Громадная рыба взволновалась, увидев Цинь Му и маленькую лису, тут же открыв свою свирепую пасть, чтобы наброситься на них. Однако, спустя мгновение, она врезалась в невидимую водную стену, отскочив от неё в обратном направлении.

Огромная рыба в недоумении потрясла мордой и затем уплыла.

— Вздымающаяся Река… Дно Вздымающейся Реки! — выражение лица Цинь Му было довольно странным. — Вздымающаяся Река прямо над нами, но вода не протекает внутрь…

Взглянув вперёд, у парня от неожиданности сжалось сердце. Перед ним тянулось вперёд два ряда гигантских колонн в форме драконов, каждая из которых уходила ввысь на десятки метров. Верхушки колонн касались реки, словно подпирая её, а пол у их основания был вымощен из белого мрамора, уходящего во все стороны на сотни метров. Между двумя рядами колонн, удерживающих собой воду и не допускающих её стекания вниз, возвышалось множество дворцов.

Однако, многие дворцы уже доживали свой последний век, будучи практически разрушенными. Должно было произойти что-то из ряда вон, чтобы это место превратилось в руины.

Ху Лин’эр прыгала, пока не остановилась перед руинами одного из дворцов. Цинь Му подошёл и увидел на стене дворца яркую роспись, которая была наполовину стёрта. На картине изображался старый предводитель драконов, приглашающий своих гостей на банкет, которыми были разнообразные существа, например, старик с панцирем черепахи, женщина со змеиным хвостом, монах, который на удивление был обычным человеком.

Кхрр.

Рухнул столб, чуть не раздавив Цинь Му и маленькую лису.

Ху Лин’эр вошла в просторный зал, от которого тоже практически ничего не осталось, произнеся:

— Именно здесь я нашла те древние книги.

Цинь Му подошёл и увидел в полуразрушенном зале тайную каменную камеру, встроенную в стену. Каменная дверь камеры уже развалились, что позволило Ху Лин’эр её найти. Внутри было пусто, так как вещи, что там когда-то хранились, вероятно, уже были забраны ею.

— Если ты пройдёшь дальше, то может случиться что-то очень опасное! — Ху Лин’эр указала на возвышающийся дверной проём и нервно продолжила. — Т-там очень страшно!

Цинь Му посмотрел через дверной проём, едва различая находящийся внутри дворец, который, как ни странно, находился в сносном состоянии и ещё не рухнул. Тем не менее была одна странность, внутри клубился густой туман, не давая ему возможности хорошо разглядеть что там. Цинь Му ощущал словно дворец дрейфовал в тумане, будучи слабо различимым для взора.

— Внутри живёт кто-то о-очень ужас-сающ-щий… — голос Ху Лин’эр дрожал*, когда она говорила. — Как только ты п-подойдёшь к двери, т-ты почувствуешь е-его ауру… Т-твоя голова сразу закружится, и ты уп-падёшь и-и не сможешь встать…

Цинь Му пошёл вперёд, а Ху Лин’эр, собрав всю свою смелость в кулак, осторожно последовала за ним. Дойдя до дверного проёма, парень ощутил, как в его лицо ударила чрезвычайно сильная, зловещая аура… из-за чего он невольно задрожал от страха. Половина неба была ясной, в то время как другую заволокли тёмные тучи, в которых скрывался гигантский зверь, смотрящий на него!

Божественная и возвышенная сила, нетерпящая неподчинения, исходила от дикого, зловещего зверя. Он как раз и был той великой опасностью, о которой постоянно лепетала Ху Лин’эр!

Цинь Му сделал глубокий вздох, успокоившись и стабилизировав свой дух.

«Глаза Небес, пробудитесь!» — жизненная Ци рванула к его глазам, формируя дополнительный слой зрачков, которыми он взглянул на густой туман за дверью.

Рядом с ним, животом к полу, валялось обмякшее маленькое тельце лисы. Она с большим трудом медленно ползла в обратном от двери направлении.

Цинь Му схватил белую лису и приподнял, на что та залепетала:

— Н-не поднимай м-меня, моё с-сердце бьётся т-так часто, ч-что я сейчас ум-мру…

— Ты не умрёшь, всё, что находится в этом дворце дракона, уже давно мертво, — рассмеялся Цинь Му. — Угадай, что я увидел?

Ху Лин’эр не ответила, продолжив перебирать лапками в воздухе. Её хвост постоянно вилял в разные стороны, словно она пыталась отползти подальше, не желая здесь задерживаться даже на лишнее мгновение.

Цинь Му рассмеялся и выкрикнул:

— Я видел Короля Драконов Вздымающейся Реки!

— Ааааххх… — протяжно вдохнув воздух, словно в ужасе, маленькая белая лисичка закатила глаза и упала в обморок*. Её конечности были жёсткими и выпрямленными. Цинь Му какое-то время подождал и затем увидел, как лиса украдкой открыла один из глаз, чтобы осмотреться, и не смог удержаться от подтрунивания. — Король Драконов Вздымающейся Реки!

Конечности Ху Лин’эр затвердели ещё сильнее, когда она снова закатила глаза и тяжело закрыла веки, будто падая в обморок.

— Король Драконов Вздымающей Реки мёртв, — Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. — Кто знает, как давно он уже умер. Остались только его кости… Которые, собственно, я и рассмотрел в тумане.

— Он точно мёртв? — спросила тут же открывшая глаза Ху Лин’эр, на что Цинь Му кивнул головой, сказав. — Теперь то ты успокоишься? Пойдёшь со мной?

Ху Лин’эр не задумываясь отрицательно замахала головой. Цинь Му ничего не мог поделать и, беспомощно покачав головой, оставил её в покое. Однако, увидев, как белая лиса так и продолжила ползти на пузе по полу, он не удержался, и снова поднял её, усадив на своё плечо. Когда белая лиса вновь оказалась прямо возле двери, от нервозности и страха, её шерсть встала дыбом, а когти крепко сомкнулись на плече. Глазами полными ужаса она смотрела вперёд, не смея хотя как-то пошевелиться.

Когда Цинь Му вошёл в туман, Ху Лин’эр схватилась ещё крепче, а её пушистый хвост напрягся так, что на его кончик можно было повесить железную наковальню и он всё равно не согнётся.

Спустя столько лет густой туман даже не собирался рассеиваться. Однако, была одна странность… Гуляя в тумане Цинь Му совершенно не чувствовал в нём влажности, но при этом видел, как капли воды, неподвижно и молчаливо, парили в нём.

Затем он увидел множество нефритовых осколков, кусков сломанного духовного оружия, даже костей и все они точно также парили в воздухе, словно не имели ни капли веса. Когда Цинь Му ещё не вошёл сюда, то смог разглядеть только кости дракона, но не видел всего остального.

Здесь должно быть произошла ожесточённая битва, даже скелеты и духовное оружие мастеров были расколоты и разбиты на части! Что именно здесь произошло? И когда? До катастрофы Великих Руин или после?

Цинь Му внезапно почувствовал острую боль в районе макушки головы. Виновницей оказалась Ху Лин’эр, которая так перепугалась пролетавшего мимо черепа, что запрыгнула ему на голову и крепко вцепилась в кожу и волосы. Её тело не переставало дрожать от страха, от чего немного дрожала и голова самого парня.

— Дракон! — белая лиса закричала, сползая с головы Цинь Му на спину и хватаясь за неё. Со стороны он стал выглядеть так, будто на его спине был пышный меховой рюкзак.

↑ кто читал гарри потного наверно уже провёл параллель между лисой и домовым добби, по характеру.))

↑ она как, притворяющийся мёртвым, опоссум хД

Глава 47. Третий

Прямо перед ними огромный дракон обвивался вокруг величественного дворца и, держа свою огромную голову практически под потолком зала, смотрел прямо на них.

Это был скелет дракона, чья плоть уже исчезла, оставляя позади только кости. Одни лишь его зубы были размером с Цинь Му.

Несмотря на то, что гигантский дракон был мёртв, его могущество и особенности всё ещё бросались в глаза. Должно быть, когда это существо было живым, то обладало необычайной силой.

Цинь Му пробудил Глаза Небес, чтобы осмотреться, и сразу почувствовал, словно скелет дракона ожил. Его божественное свечение пробивало небеса, а сам он извивался в воздухе, как змея. Гигант был явно мёртв, но его поведение и характер создавали впечатление, будто он всё ещё продолжал жить!

— Король Драконов Вздымающейся Реки, настоящий дракон… — Цинь Му посмотрел на огромного дракона, и его сердце дрогнуло. Он подумал о навыке кулака, которому учил его Ма, Восемь Громовых Ударов — Буря Девяти Драконов. Жизненная Ци Бури Девяти Драконов разделялась на девять слоёв силы. Первым слоем был Рывок Яростного Дракона, вторым — Вихрь Драконов-близнецов. С каждым слоем добавлялась новая сила дракона!

Тренируя свои кулаки со старым Ма, он много раз выполнял эту технику, но так и не смог понять её сути. Своим недавним прыжком в совершенствовании он сумел поднять силу Бури Девяти Драконов, однако, сражаясь с Мин Синем, всё ещё оказался в невыгодном положении.

Частичной причиной этого могло быть то, что он не практиковал Махаяну Сутру Жулая из Монастыря Великого Громового Удара, но всё же главной проблемой было то, что его девять драконов только выглядели как драконы, но при этом не владели их истинной силой.

Выглядеть как дракон не значить быть драконом. Внешний вид может быть правильным, но не нести в себе никакой силы. В таком случае, дракон разрушится от лёгкого прикосновения.

Если бы сила в его кулаках принадлежала настоящим драконам, то даже без Махаяны Сутры Жулая, его Буря Девяти Драконов смогла бы стать настоящей!

Всё потому, что Буря Девяти Драконов имитировала удары настоящих драконов. Существа, созданные техникой, тоже должны иметь силу настоящих драконов, способную контролировать настоящую бурю. Внутри неё, божественные драконы уничтожали своих врагов. Если ему удастся уловить их сущность, то не понадобится изучать Махаяну Сутру!

«Буря девяти драконов, буря девяти драконов…» — рассматривая скелет дракона, Цинь Му подсознательно шёл вперёд. Его глаза видели перед собой только скелет гиганта, изучая его форму, структуру костей, силу и изящество… Он даже пытался постичь ауру и дух дракона.

Всё глубже и глубже парень погружался в транс, изучая дракона. Двигаясь вперёд, он начал делать странные движения своими руками и телом, подсознательно имитируя повадки настоящего дракона.

Его жизненная Ци также бессознательно плавала по телу, подобно настоящему дракону, совершенствуя каждый его уголок снова и снова.

В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, его миниатюрный духовный эмбрион подражал всем движениям настоящего тела, точно также вдыхая и выдыхая жизненную Ци. Как вдруг, произошло что-то волшебное… Жизненная Ци, которую выдохнул эмбрион, не попала в тело Цинь Му, как обычно, а превратилась в маленького дракончика, плавающего вокруг. Количество выдохнутой Ци увеличивалось, и вскоре дракончик, летающий вокруг эмбриона, вырос до размеров взрослого человека.

Ху Лин’эр первоначально сильно испугалась, но со временем страх в её сердце поутих, и она успокоилась. Однако, в процессе изучения скелета дракона, Цинь Му полностью забыл о ней.

Спустя некоторое время животик Ху Лин’эр начал предательски рычать, и она осторожно спустилась со спины Цинь Му. Двигаясь на цыпочках, лисичка покинула подводный дворец. Она так поступила конечно же не из-за того, что опасалась помешать юноше тренироваться, а скорее, чтобы не разбудить скелет мёртвого дракона шумом.

Через час белая лиса вернулась во дворец, неся на спине мешок. Внутри были те самые странные создания, напоминающие одуванчики.

Ху Лин’эр, сопротивляясь поглощающему её сердце страху перед драконом, вошла в туман, где находился Цинь Му. Она взобралась на плечо мальчика и начала набивать его рот существами с мешка.

Как будто ничего не замечая, Цинь Му просто ел всё, что попадало ему в рот.

Лиса скормила ему более двадцати странных существ, прежде чем полакомиться ими самой.

Цинь Му не подавал никаких признаков сознания, и продолжал двигаться вперёд, не сводя глаз со скелета дракона. Иногда он даже вскарабкивался на него и ходил по его огромных костях.

Тем временем, зелёный дракон кружился вокруг его духовного эмбриона, иногда разбрасывая искры молний. Однако, Цинь Му был слишком сосредоточен на изучении костей и не замечал происходящего.

Прошло два дня. Цинь Му ел, пил, мочился, срал* и спал здесь. Он уже начал солидно так вонять, но всё ещё не вернулся в сознание.

Ху Лин’эр была очень терпеливой и всё время заботилась о парне. Когда он испытывал жажду, приносила ему воду в банановом листе. Когда он был голоден, она шла ловить странных существ. Для этого она должна была пройти мимо водоёма и быть предельно осторожной, чтобы не погибнуть от зубов странных рыб. К счастью для неё, она была довольно умной и умудрялась избежать такого исхода.

И, конечно, когда Цинь Му “очищал свои кишки”, она оставляла его наедине.

На третий день. Ху Лин’эр снова набирала воду, когда вдруг услышала изумленный голос Цинь Му:

— Почему я такой грязный?

Ху Лин’эр была поражена и удивлена, взволновано отвечая:

— Было бы странно, если бы ты остался чистым, после того как провёл здесь три дня!

— Прошло три дня? — Цинь Му испугался и закричал — Это плохо! Старики в деревне определённо начали беспокоиться, из-за того, что я ещё не вернулся! Быстро, возвращаемся!

Внезапно он остановился на полушаге и тяжёлым тоном произнёс:

— Если я вернусь сейчас, то меня ждёт хорошая взбучка, и не видать мне охоты в ближайшем времени, как своих ушей. Поскольку я пока на свободе, почему бы мне не осмотреть дворец и не разведать, какие ещё сокровища здесь залежались?

Переполняемый энтузиазмом, он вошёл в подводный дворец дракона. Ху Лин’эр последовала за ним в большой, величественный зал, но с её трусливостью, она не осмеливалась блуждать наедине, и вечно крутилась у ног Цинь Му.

Зал был также окутан туманом, который был ещё плотнее, чем снаружи, поэтому увидеть что-нибудь на расстоянии было попросту невозможно.

— Странно, откуда этот туман берётся? — Цинь Му был сбит с толку. Туман казался необычным, и даже Глаза Неба не могли видеть сквозь него. Чем сильнее они углублялись в зал, тем плотнее становился туман, и тем хуже была видимость. Ху Лин’эр стала ещё больше бояться и даже прикусила зубами штаны Цинь Му, чтобы случайно не потеряться.

В этот момент они услышали странный голос. Он был нежным, безмятежным, но вызывал чувство печали. Словно кто-то пел в тумане грустную песню на неизвестном языке.

Язык был древним, загадочным и непонятным. Таким же древним, как и язык бога и дьявола.

Слушая песню, Цинь Му коснулся лица и понял, что неосознанно заплакал.

Эта песня заставила его почувствовать, будто в тумане плавает женщина, кричащая о своей трагедии.

Неожиданно, кольца на монашеском посохе начали громко звенеть.

«Дедушка Ма как-то сказал, что посох Кхаккхара способен устранять нечистые и злые помыслы. Когда сердце сбивается с пути, кольца начинают звенеть. Всякая нечистая и злая мысль вызовет короткий звон. Но сейчас кольца звенят без остановки. Неужели у меня так много плохих мыслей?»

Посмотрев вниз, Цинь Му еле сдержал смех. Оказалось, что Ху Лин’эр дрожала, крепко держа его за ногу, а её хвост обвивался вокруг посоха. С его сердцем всё было в порядке, это мысли лисы заставили кольца Кхаккхары звенеть.

— Лин’эр, отодвинь свой хвост, — сказал Цинь Му.

Ху Лин’эр послушалась, продолжая трястись от страха.

Цинь Му нахмурился. Хотя хвост лисы уже не касался посоха, но звон не прекратился.

— Может быть здесь находится третий человек помимо меня и Ху Лин’эр? Может ли он быть источником злых мыслей? Возможно это поющая женщина?

Звон Кхаккхары раздавался всё сильнее и сильнее. Стало ясно, что здесь определённо был третий человек со слишком нечистыми и злыми помыслами. Именно они заставляли посох беспрерывно звенеть!

Песня, словно эхо, вторя доносилось со всех сторон, становясь всё более и более печальной.

Цинь Му посмотрел вниз и по его спине пробежали мурашки. В тумане он увидел, как костлявая рука тянулась к монашескому посоху, но прежде чем та коснулась его Кхаккхары, тихонько отступила назад, как будто была ударена лёгким разрядом молнии.

Цинь Му схватил Кхаккхару руками и огляделся с подёргивающимися уголками глаз. Из темноты со всех сторон к нему начали двигаться костяные ладони, отступая только тогда, когда оказывались слишком близко к монашескому посоху.

Нежная песня в тумане начала звучать отчётливее, словно певица стояла у него прямо под ухом.

«Что прячется в тумане?» — сердце юноши замерло, в то время как Ху Лин’эр успела залезть в его штанину, проползти вверх и, наконец, спрятаться под рубашкой, обмотав талию. Только её пушистая голова слегка торчала, пока она, дрожащая, оглядывалась вокруг.

Зрелище было слишком шокирующим, и даже Цинь Му начинал волноваться. Однако, прислушавшись к успокаивающему звону колец, он вернул самообладание.

Парень собрался с мыслями. Столько рук определённо не могли принадлежать одному человеку.

— Неважно, что происходит, сейчас они отступят!

Жизненная Ци Цинь Му вздрогнула и направилась в Кхаккхару. Подняв посох монаха вверх и тяжело стукнув им о землю, раздался громкий звон и яркий свет засиял во все стороны. В то же время фигура Будды появилось за спиной парня. Паря в воздухе скрестив ноги, фигура проговорила на санскрите:

— Я услышал! — голос Будды вибрировал. — С незапамятных времён все существа снова и снова переживали смерть и возрождение, так как не могли постичь чистого понимания, обретая бессмертный истинный разум. Вместо этого, их мышление искажалось, и они обрекались идти по кругу снова, снова, снова и снова!..

↑ ой, ну я даже не знаю, неужто в штаны? Хотя вполне возможно, он же позабыл обо всём

Глава 48. Душа Дракона

Омммммм!..

Вокруг головы Будды, которая находилась позади Цинь Му, вращалось колесо света, озаряющее всё и вся. Даже необычный туман очистился его аурой. Услышав непрекращающееся цоканье и пощёлкивание, парень осмотрелся вокруг и увидел ссохшиеся трупы, которые один за другим, непрерывным потоком, падали по воздуху сверху, заполоняя собой весь пол!

Помимо ссохшихся трупов можно было увидеть также скелетов, без какой-либо плоти на костях. Тем не менее, скелеты были одеты в мешковатую одежду, похожую на дворцовые наряды.

Туман вокруг него исчез, мгновенно давая всё как следует рассмотреть. Однако, песня по-прежнему продолжала звучать, но теперь казалось, что её источник находился дальше… Хотя она и осталась всё такой же скорбно-мелодичной.

Цинь Му развеял свою жизненную Ци, из-за чего образ Будды за его спиной начал медленно меркнуть, пока полностью не исчез.

«Почему в этом зале так много мёртвых тел? К тому же они не похожи на обычных людей…» — Цинь Му попытался подсчитать количество трупов, но почти сразу же нахмурился, их здесь было слишком много, не говоря уже о том, что они не разлагались… И это было самым пугающим! Тело Короля Драконов Вздымающейся Реки, которое нашло свой покой снаружи, уже давно разложилось, оставляя позади себя лишь скелет. Тогда каким вообще образом смогли сохраниться трупы в зале?

«Скорее всего эти тела оказались здесь уже после произошедшей в Великих Руинах катастрофы. Они, также как я и Ху Лин’эр, нашли проход, ведущий ко Дворцу Дракона Вздымающейся Реки и в итоге вошли в этот зал», — уголки век Цинь Му дрогнули, когда он вгляделся вдаль… Там, в глубинах огромного зала, всё ещё клубился густой туман.

«Что там в тумане, убившее стольких людей и превратившее их в это!?» — волосы на затылке Цинь Му встали дыбом, покрепче хватаясь за свой монашеский посох. Кхаккхара несомненно был сокровищем, ценой с целый город. Он просто подпитал посох своей жизненной Ци и тот высвободил такую удивительную мощь…

Именно бабушка Сы посоветовала ему взять с собой этот посох, не говоря уже о особом внимании, проявленном к его безопасности. Достаточно только вспомнить сколько шкур зверей она примерила, незаметно следя, чтобы с ним ничего плохого не случилось.

«Из-за моего долгого отсутствия бабуля, скорее всего, сильно беспокоится обо мне … — Цинь Му ощутил лёгкий укол вины. Однако, оглядевшись, его дух тут же воспрял. — Источник этого таинственного тумана, а также основная здешняя опасность, должно быть находится где-то внутри этого обширного зала! Но что именно убило практиков, пришедших сюда с целью исследования руин?»

В этот момент туман в глубинах зала ринулся в его направлении, в итоге коснувшись его ступней и быстро продолжив подниматься вверх. Когда ссохшиеся трупы, валяющиеся на полу, начали контактировать с туманом, они стали медленно двигаться и чудно подниматься на ноги.

Туман вздымался всё выше и выше, пока полностью не поглотил собой Цинь Му. Трупы, находящиеся в нём, начали взлетать, паря в воздухе. Со временем туман становился только плотнее, отчего было сложно что-либо рассмотреть даже перед своим носом, не говоря уже о трупах.

— Кто ты, призрак, строящий козни против меня? Кхаккхара! — Цинь Му зашагал вперёд, схватив монашеский посох покрепче. Пройдя несколько десятков метров, песня стала звучать отчётливей, словно он приблизился к источнику, поэтому он тут же поднял свой посох Кхаккхару вверх, чтобы затем обрушить его концом на пол. Аура Будды и яркий свет хлынули во все стороны, сопровождаемые звучанием буддистских мантр. За его спиной вновь образовался величественный образ Будды, источающий яркий свет и умиротворяющую ауру, отгоняющий туман и заставляющий трупы снова бессильно падать на землю.

— Маленький монах… — по залу разнёсся леденящий кости шёпот, однако на этом всё. Пареньку и маленькой лисе даже показалось, что им это всего лишь послышалось.

Цинь Му наконец разглядел источник тумана. Он выходил из ледяной нароста.

Подойдя, чтобы получше всё рассмотреть, Цинь Му увидел тихо и мирно лежащего молодого дракона, из груди которого торчал обломанный меч, пронзающий его сердце.

Посреди огромного зала между колоннами в форме драконов туда-сюда медленно дрейфовал по воздуху огромный зелёный дракон. Однако… у него словно не было физического тела, так как иногда он проходил прямо сквозь колонны.

Песня исходила от зелёного дракона, взгляд которого никогда не отрывался от тела молодого дракона, что был закован в лёд.

Его взгляд был полон нежности, привязанности и, конечно же, печали из-за разбитого сердца, возникшей от невозможности проводить время со своим дитя… Те же эмоции пробуждала и песня.

Это была душа дракона…

Душа дракона…

Возможно это Король Драконов Вздымающейся реки, однако, скорее всего это его спутница по жизни, а значит и мать замороженного драконьего малыша.

Она, должно быть, столкнулась с нагрянувшей в Великие Руины катастрофой, в результате которой её ребёнку нанесли смертельную рану мечом. Но любовь матери не знает границ, поэтому она заморозила его перед своей смертью, не давая умереть, в то время как её душа и по сей день блуждает по этому залу, охраняя своё драгоценное дитя и напевая детские мелодии расы драконов, в надежде что они однажды пробудят его.

— Маленький монах, сюда! — внезапно вновь раздался голос, но громче, и Цинь Му повернул голову к месту, откуда тот доносился. Помимо таинственного блока льда с молодым драконом, он увидел, что в зале находится ещё один такой же. Второй блок льда был скрыт прямо за первым ледяным блоком с драконом, соединяясь с ним.

Внутри него был запечатан белобровый старец в фиолетовых одеждах, которые выглядели довольно официозно. Со спины у него свисала пышная мантия, с вышитыми на ней девятью орнаментами. К его поясу крепились золотые и нефритовые подвески, а также меч. На голове у него красовалась императорская корона с девятью торчащими ответвлениями, а поза, в которой ему не повезло застыть, выглядела словно он пытался что-то схватить.

Одна из его рук держала чёрное знамя, в то время как другая была погружена глубоко в соседний блок льда и хваталась за зелёную сферу, размером с яйцо.

Он не знал, чем была зелёная сфера, но внутри неё можно было разглядеть маленького свёрнутого зелёного дракончика.

«Именно эта сфера заморозила старика?» — Цинь Му с любопытством моргнул глазами и подошёл поближе, чтобы более детально осмотреть замёрзшего во льду старца. В итоге паренёк заметил одну странность… Когда он туда-сюда ходил вокруг блока льда, глаза старца тоже двигались, следя за ним!

«Голос действительно его!» — Цинь Му немного испугался, повернув голову в стороны ссохшихся трупов на полу, и тут же подумал об одной правдоподобной возможности.

Закованный в лёд старец, должно быть, нашёл этот дворец самым первым и когда он увидел спрятанную во льду сферу, то попытался забрать её, в итоге замёрзнув на месте. А чтобы выжить внутри льда в течение столь длительного периода времени и не умереть, вполне возможно ему пришлось полагаться на знамя, которое он держал в руке. Вероятно, оно даже способно высасывать чужую сущность и кровь, передавая их владельцу для подпитки своей собственной жизни… Этот многое объясняло, включая мумифицированные трупы на полу!

Хотя если учесть то, что он был закован в лёд неизвестно сколько времени, количество оставшихся у него сил не могло быть слишком большим. Кроме того, взяв с собой монашеский посох Кхаккхару, Цинь Му смог избежать пагубного воздействия чёрного знамени и спасти свою жизнь.

— Значит это всё-таки Кхаккхара одного из старых монахов Монастыря Великого Громового Удара. Неудивительно, что тебе удалось защититься от специфической силы этого тумана, — старец во льду не мог открывать рот, но, тем не менее, мог проецировать голос благодаря вибрации связок в своём горле. — Ты, как я погляжу, не монах Монастыря Великого Громового Удара, тогда как же тебе удалось заполучить посох старого монаха?

Младший перед Вами победил его ученика и выиграл посох, — ничего не утаивая ответил Цинь Му.

— Выиграл? — гортанно рассмеялся старец. — Разве не получается, что тот старый монах настоящий неудачник? Сколько тебе лет?

— Этой осенью мне исполнится двенадцать лет, — ответил Цинь Му.

— Двенадцать лет, и ты смог победить ученика старого монаха, неплохо-неплохо, — похвалил старец в фиолетовых одеждах.

Цинь Му невинно моргнул глазами, спрашивая:

— Почему старший заморожен?

Старец вновь засмеялся, говоря:

— Конечно же за этим стоит долгая история, уходящая далеко в прошлое, когда я ещ… Эй! Не уходи! Вернись!

Цинь Му остановился и, будто пребывая в дилемме, нерешительно сказал:

— Старший, я спешу домой. У меня нет времени слушать истории.

Старец неловко “кхымкнул” и продолжил:

— Если вкратце, то я привёл в Великие Руины своих учеников для тренировки и случайно наткнулся на это место. Увидев здесь так много ссохшихся мертвецов, я сразу понял, что эта драконья сфера убивает всех входящих. Она поглощает их сущность и кровь, превращая в высохшие трупы. Эту сферу разместили здесь специально для того, чтобы продлевать жизнь детёнышу дракона! Как истинный практик боевых искусств, я не мог потворствовать такому и попытался запечатать драконью сферу, чтобы та не смогла больше никому навредить. Однако, я просчитался. Я просто не ожидал, что эта драконья сфера окажется сферой бога драконов, поэтому я не справился и даже был закован в лёд! Никто из моих учеников не выжил. Их сущность и кровь были поглощены этой сферой, чтобы помочь продлить жизнь юного дракона!

Ху Лин’эр, которая всё это время прятался в районе груди Цинь Му, высунула свою мордочку, прошептав:

— Молодой мастер, ты веришь его истории?

Цинь Му колебался. Его предположение полностью противоречило рассказу старца, чья история вертелась вокруг того, что именно мать маленького дракона использовала драконью сферу, чтобы вредить людям, поглощая их сущность и кровь, для спасения своего детёныша, таким образом продлевая тому жизнь. Более того, старец выставлял себя праведником, которого пленила драконья сфера…

В то время как предположение Цинь Му заключалось в том, что старец был закован в лёд при попытке украсть сферу и, чтобы продлить свою жизнь, он использовал злые искусства, при помощи которых поглотил сущность и кровь находящихся здесь практиков.

Цинь Му понимал, что, как его предположение, так и история старца могли быть правдой. Вопрос лишь в том, какой из сценариев истинный?

Цинь Му огляделся и увидел, что туман вновь дрейфует в его сторону, на что он тут же ударил о пол своим монашеским посохом Кхаккхарой!

— Я услышал! — образ Будды снова появился позади него, заговорив вибрирующим голосом. — С незапамятных времён все существа снова и снова переживали смерть и возрождение, так как не могли постичь чистого понимания, обретая бессмертный истинный разум. Вместо этого, их мышление искажалось, и они обрекались идти по кругу снова, снова, снова и снова…

— Буддизм Монастыря Великого Громового Удара — это что-то с чем-то, — с восхищением сказал старец во льду.

— Как я могу обращаться к старшему? — рассеяв туман, спросил Цинь Му.

Старец тут же ответил:

— Меня зовут Гу Линуань, я наставник наследного принца Империи Вечного Мира и младший чиновник первого ранга. Если сможешь спасти меня, я обещаю одарить тебя несметными богатствами, когда мы вернёмся обратно в империю!

Глава 49. Эликсир Сердца

Цинь Му задумался… Мастер секты Реки Ли, Му Бэйфэн, был лишь младшим чиновником второго ранга, в то время как Гу Линуань младший чиновник первого ранга, он определённо должен быть куда сильнее!

— То, что сказал старший — правда, — проговорил Цинь Му.

— С чего ты взял, что сказанное им правда? — недоумевала Ху Лин’эр.

— Этот туман создаёт душа дракона, — Цинь Му указал на дрейфовавшую в воздухе душу. Где бы она не проплывала, туман становился гуще, а трупы, лежавшие на полу, начинали подниматься в воздух и медленно плыть к ним, словно чувствуя их запах.

— Туман заставил высушенные трупы войти в состояние между жизнью и смертью. Душа использует этот метод для защиты её сына, а также для защиты великого зала, — проанализировал Цинь Му.

Ху Лин’эр тоже уловила суть происходящего. Когда туман рассеивался мертвецы падали на землю, но как только он окутывал их, трупы вновь оживали и пытались атаковать любого, кто был поблизости.

Покойники напоминали стражей, охраняющих великий зал от людей, посягающих на драконью сферу, а также следили, чтобы никто не нарушил “исцеление” молодого дракона.

Источником всех высушенных трупов вокруг, как объяснил старец, была драконья сфера, которая поглощала всю кровь и сущность, вторгнувшихся во дворец практиков, чтобы продлить жизнь юного дракона.

Цинь Му забеспокоился:

— Старший Гу, я всем сердцем желаю Вам помочь, но с моими ничтожными силами младшего, я боюсь, что мало смогу сделать.

Гу Линуань усмехнулся:

— Конечно тебе не хватит сил растопить этот мистический лёд, но кое-что ты можешь сделать. Пока ты будешь следовать моим указаниям, тебе удастся освободить меня! Когда я окажусь на свободе ты получишь всё, что захочешь!

В его голосе была нотка высокомерия, которая явно показывала, что позиция наставника наследного принца была чрезвычайно высока.

— Может меня и поймали, заковав в чёртов лёд, но высокий уровень моего совершенствования никуда не делся, этот холод всё ещё не способен заморозить меня до смерти, — продолжал говорить Гу Линуань. — Я использую остатки своей силы, чтобы вытащить меч из льда. Ты возьмёшь его и убьёшь душу матери дракона! Сделав это, драконья сфера больше не сможет меня сдерживать! Сразу после освобождения я даже награжу тебя ею!

Цинь Му был шокирован идеей старца, вскочив и закричав:

— Убить душу матери дракона? Старший, младший только-только достиг области Духовного Эмбриона, моя сила слишком ничтожна. Разве я смогу убить её?

Гу Линуань холодно засмеялся:

— Естественно, что ты не можешь, но с моим мечом это не будет большой проблемой! Мой меч — не обычное оружие, в отличии от того хлама, что торчит у тебя из-за спины. Этот меч — меч первого ранга Императорской Семьи! Его выковали лучшие кузнецы из наиценнейших сокровищ, которые смогла собрать Империя Вечного Мира. В общей сложности есть всего шестнадцать таких мечей, по одному на каждого из шестнадцати чиновников первого ранга. Каждый меч имеет своё имя и этот называется — Младший Защитник!

— А что Вы скажете на счёт посоха в моей руке? — неуверенно спросил Цинь Му, на что Гу Линуань, усмехнувшись, ответил. — Он действительно неплох, Монастырь Великого Громового Удара, без преуменьшения, огромная секта, каких мало в этом мире. Однако, что значит оружие, сделанное силами секты, в сравнении с оружием, сделанным силой целой империи? В Империи Вечного Мира существует примерно две-три секты, подобных Монастырю Великого Громового Удара.

Сердце Цинь Му пропустило такт, но всё же он был немного озадачен:

— Если у старшего есть такое сокровище, почему Вы не убили душу матери дракона?

Гу Линуань некоторое время молчал, прежде чем ответить:

— Изначально я не подумал об опасности, я просто хотел уничтожить драконью сферу, чтобы избавить будущие поколения от скрытой угрозы. Однако, из-за своей неосторожности я попал в ловушку и затем понял, что не могу выбраться изо льда. Было уже слишком поздно!

— Будучи запечатанным я мог использовать лишь свою жизненную Ци, чтобы не замерзнуть от мистического льда. Даже если я сейчас попытаюсь использовать свой меч, то просто не смогу этого сделать, я слишком слаб. Знаешь, как долго я здесь? — Гу Линуань тяжело вздохнул. — Прошло две сотни лет! Я был запечатан в течение двухсот лет! Мне было чрезвычайно сложно выжить до сих пор!

Цинь Му сочувствовал старику, находящемуся в таком ужасном положении:

— Если бы я застыл во льду на двести лет, я бы сошёл с ума. Вы очень выдающийся человек, раз смогли продержаться так долго.

Гу Линуань снова вздохнул:

— К счастью, ты здесь. Я использую оставшуюся жизненную Ци, чтобы вытащить изо льда моего Младшего Защитника. Убей им душу матери дракона и освободи меня!

Цинь Му кивнул, говоря:

— Младший сделает всё возможное!

Гу Линуань собрал оставшуюся жизненную Ци и начал двигать меч на своей талии, это был очень долгий процесс… Через два часа на поверхности льда едва показалась только рукоять меча.

Спустя некоторое время вылезла вся рукоять, однако большая часть меча всё ещё находилась в плену льда.

Старец выглядел очень истощённым, еле-еле прохрипев:

— Моей жизненного Ци почти не осталось. Скорее, убей душу матери дракона!

Из тела Цинь Му материализовалась “нить” жизненной Ци толщиной с руку взрослого человека, которая быстро подлетела к мечу и схватила его за рукоять. С режущим уши звуком меч Младший Защитник вышел изо льда, начав ярко сиять.

Глаза Цинь Му и Ху Лин’эр заболели от света, который будто резал их глаза. Только немного погодя их глаза привыкли и снова смогли нормально видеть.

— Что ты делаешь?.. — Гу Линуань не знал, смеяться ему или плакать, когда увидел толстенную жизненную Ци Цинь Му, которая, удерживая его Младшего Защитника, безуспешно преследовала и пыталась нанести удар душе дракона. — Что ты делаешь? Кто вообще использует меч, как ты? Кто тебя учил техникам управления мечом? Кто учил тебя навыкам меча?

Цинь Му остановился и честно ответил:

— Я не знаю техник управления мечом и не знаю никаких навыков.

Гу Линуань чуть не задохнулся от гнева, а его голова начала побаливать.Он сердито спросил:

— Тогда объясни мне кое-что… Зачем ты носишь на себе “мешочек с мечами”, если не умеешь пользоваться ими?

Цинь Му смущенно ответил:

— Просто мешочек с мечами очень тяжёлый, поэтому я ношу его для тренировки своего тела…

Старика чуть не вырвало кровью и это несмотря на лёд. Глядя на подобное неумелое обращение с мечом ему больше всего на свете захотелось выбраться изо льда и самому сделать всю работу.

— Хорошо, я передам тебе техники управления мечом с помощью Ци и обучу тебя некоторым навыкам, — подавляя гнев он продолжал. — Как только ты научишься, то сможешь убить душу матери дракона.

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— Я не буду учиться…

Гу Линуань впал в ярость. Не будь он закован в лёд, то выскочил бы и избил этого маленького негодяя до полусмерти.

— Бабуля сказала мне, что кое-кто обязательно научит меня лучшим навыкам меча в мире, но если я выучу другие, то он не станет меня обучать.

Гу Линуань успокоился и громко рассмеялся:

— Лучшие навыки меча? Ты знаешь, что лучшим навыкам меча в мире можно обучиться только лишь в Империи Вечного Мира? Имперский Наставник собрал все навыки меча в мире и созвал всех сильнейших гроссмейстеров меча в мире, чтобы они делились друг с другом мудростью и создавали лучшие навыки. Разве эти навыки не превзойдут навыки, созданные патриархами так называемых сект меча? Эти секты в основном просто следуют традициям и идут по стопам своих предков, пользуясь давно устаревшими путями. Они думают, что непобедимы, но в действительности они лишь пережитки прошлого!

Цинь Му молча слушал, понимая, что всё сказанное старшим Гу логично. Он никак не мог опровергнуть его слова.

Из-за инцидента с сектой Реки Ли, у него не было хорошего впечатления об Имперском Наставнике, но он всё равно был поражён его духом и настойчивостью.

Насколько смелым нужно быть, чтобы игнорировать традиции и разнообразность сект, позволяя гроссмейстерам меча со всего мира объединять их мысли, чтобы создать новые навыки… Трудно не восхищаться такой личностью.

— Я всё равно не буду учиться, — отрицательно покачал головой Цинь Му.

Гу Линуань захотелось собственноручно разломать лёд, чтобы выбраться и надавать этому непослушному пацану по заднице. После всего, что он ему предложил, малец действительно заслужил побои за то, что не хотел учиться.

Спустя некоторое время старец внезапно улыбнулся:

— Хорошо, я не буду учить тебя навыкам меча, а научу технике управления мечом. Техника управления — не навык, поэтому не помешает тебе узнать навыки меча от того другого человека.

Цинь Му колебался, но всё же неохотно кивнул.

— Похоже ты всё же не совсем упрямый мул и знаешь, что хорошо для тебя. Эта техника управления мечом называется “Секреты Эликсира Сердца”. Она учит только контролю меча, но не навыкам.

Дух Гу Линуаня дрожал, когда он произнёс:

— Что такое Эликсир Сердца? Эликсир чист, как безупречный нефрит и духовная пилюля Девяти Трансформаций, создавая совершенное и чистое сердце без какой-либо примеси. Эта техника управления мечом требует от практикующего чистого, невинного сердца и тогда меч будет следовать зову сердца, не способный ослушаться твоих желаний! Вся ущербность техник управления мечом исходит от старых традиций! Первый шаг в практике Эликсира Сердца: “Сердце, как огонь, печь в даньтьяне, используй огонь сердца, чтобы развить истинную энергию. Печь, как поле, а огонь, как семена! Преследуй Бога Солнца в течение десяти восходов солнца, используй священный огонь пылающих солнц, чтобы сжигать безраздельно…”

Цинь Му тотчас же начал запоминать. Техника управления мечом — Секреты Эликсира Сердца, была таинственной и праведной. Даже если бы у него был исходный текст пения, без объяснений мастера, он не смог бы постичь её сути, и, соответственно, не смог бы её практиковать.

Гу Линуань проговорил технику Секреты Эликсира Сердца несколько раз, а также разъяснил ему весь глубокий смысл, таящийся за ней. Когда Цинь Му слушал, его сердце скакало вверх-вниз, как бешеное, словно духовная обезьяна, которую дёргают за уши и растягивают щёки.

Спустя некоторое время Гу Линуань в очередной раз закончил объяснять Секреты Эликсира Сердца:

— Прежде чем перейти к контролю меча, займись практикой техники. Это займет дней десять, если ты туповат, и пару, если сообразительный, затем ты сможешь использовать свою Ци для управления моим Младшим Защитником, чтобы убить им душу матери дракона! Маленькая лиса у тебя на груди тоже может попробовать извлечь пользу, получив возможность изучить лучшую технику по контролю меча в мире.

Глава 50. Маленькая Лиса-демон

Цинь Му, чувствуя благодарность, уважительно сложил руки и поклонился до земли:

— Старший, спасибо за Ваши учения. Младший навсегда выгравирует их в своём сердце.

Гу Линуань улыбнулся:

— Если ты действительно благодарен, тогда как можно быстрее усвой всё, чему я тебя обучил, и убей душу матери дракона! Если у тебя возникнут какие-либо вопросы, не стесняйся спрашивать.

Цинь Му тут же применил Секреты Эликсира Сердца, которые требуют, чтобы даньтянь практика боевых искусств стал словно участок поля, а огонь подобно плугу. Десять солнц взойдут на небе над даньтянем, становясь “дождём”, питающим источники огня и превращая даньтянь в печь, которая запылает неистовым священным пламенем!

Только после того, как Цинь Му достигнет малого успеха в освоении эликсира сердца, можно будет сказать, что он еле-еле коснулся самых основ… И лишь тогда меч станет будто ручным, а также единым с сердцем и мыслями.

Сказать было легче, чем сделать. Питать источники огня, чтобы они стали священным пламенем, было не так просто, как казалось на первый взгляд, не говоря уже о совершенствовании эликсира сердца в целом. Поэтому тот был разделён на девять трансформаций. Однако, надо иметь в виду, что если Цинь Му удастся успешно закончить практику только первой трансформации эликсира сердца, он, используя свою Ци для управления мечом, уже превзойдёт все свои прошлые успехи в этом аспекте! И без сомнения сможет настигнуть душу матери дракона!

— Мм, у тебя необычайно прочная основа! — поразился Гу Линуань. Прошло всего ничего времени, а Цинь Му уже вспахал свой участок поля, то бишь даньтянь, и посадил в нём “семена” источников огня. Десять солнц тоже поднялись один за другим, начав, подобно питательному дождю, взращивать их…

Что говорило только об одном, совершенствование Цинь Му было невероятно плотным. Окажись на его месте любой другой практик, у него возникли бы некоторые затруднения уже на этапе посадки семян источников огня, не говоря о стадии восхода десяти солнц. Только потребляя духовные пилюли и чудотворческие лекарственные добавки, для поддержки жизненной Ци на должном уровне, можно посадить достаточное количество источников огня в такой быстрой и агрессивной манере.

Цинь Му же в подобном не нуждался, заполнив свой даньтянь семенами источников огня за раз. Кроме того, после этого у него всё ещё осталось достаточно много жизненной Ци, чтобы форсировать восход десяти солнц, озаривших его даньтянь. Для практиков области Духовного Эмбриона иметь подобный уровень совершенствования очень необычно!

«Такая ужасающая скорость совершенствования… А я ещё что-то говорил про десять дней, ему даже двух не понадобится. Всего за один день он сможет достичь первой трансформации Секретов Эликсира Сердца и дракону конец! А я наконец-то обрету заветную свободу! — думал Гу Линуань, но уже в следующий миг в его взгляде промелькнула неуверенность. — Такой выдающийся молодой гений. Я действительно не хочу убивать его таким образом… — старец с сожалением вздохнул про себя. — Однако, Великие Руины — это заброшенные богами земли. Не говоря уже о людях, здесь даже жуки в чём-то повинны и заслуживают смерти. Кроме того, я голоден. Я не ел ничего уже лет пятьдесят…

Цинь Му достиг первой трансформации ещё быстрее, чем предполагал Гу Линуань. Тьма отступила, давая первым лучам утреннего солнца украсить небо, которые каждый миг становились только ярче, в итоге пронзая глубокие воды Вздымающейся Реки и озаряя собой подводный дворец дракона.

Цинь Му встал, а в его голове промелькнула мысль. Его жизненная Ци, что была свёрнута вокруг Младшего Защитника, внезапно пронзила туман с резким свистящим звуком, летая туда-сюда также быстро, как молния!

Фи Фьюх Си…

Меч издавал колющий уши свит, когда Цинь Му ловко управлялся с ним, в мгновение ока ударяя сто раз и ослепляя глаза…

Несмотря на то, что он не знал ни одного навыка меча, самый простой его удар мечом был уже намного внушительней, чем у Цянь Цю, ученика секты Реки Ли, которая сделала себе имя как секта пути меча!

Секреты Эликсира Сердца действительно экстраординарны!

Цинь Му в очередной раз выразил свою благодарность, искренне поклонившись старцу:

— Старший, спасибо что поделились со мной своим опытом. Младший будет помнить старшего до тех пор, пока его сердце бьётся.

Гу Линуань сердечно рассмеялся:

— Ты очень талантлив, раз смог за такой короткий срок понять и завершить первую трансформацию эликсира сердца. Однако, твоя маленькая лиса не настолько быстра. Ну ладно. Примени на практике то, чему я тебя обучил и убей мать дракона!

У Гу Линуаня было приподнятое настроение. Когда на кону стоит свобода, даже такой великий мастер боевых искусств как он, не мог удержать волнения и думать о чём-либо ещё!

«Мальчуган спасёт меня, а с его пугающим талантом, мне даже немного не хочется убив…»

В этот момент Цинь Му развернулся… и ушёл. Растворяясь в тумане за пределами дворца, он, конечно же, прихватил с собой меч — Младший Защитник.

Гу Линуань безучастно уставился в одну точку, не понимая, что сейчас произошло. Парень уже вышел из зала дворца, в то время как Ху Лин’эр не смела от него отставать ни на шаг.

— Для тебя же будет лучше вернуться!!! — Гу Линуань яростно взревел. — Ты нарушил своё обещание, негодник! Я поделился с тобой опытом, приёмами, хитростями практики, и даже отдал свой меч! Почему же ты не убил мать дракона!?

Из-за пределов дворца доносился постоянно удаляющийся юношеский голос:

— Старший, даже если мать дракона действительно использовала драконью сферу, чтобы убивать входящих сюда практиков, сфера должна превращать их в ссохшиеся трупы. Но во дворце дракона есть множество мертвецов, предположительно, не погибших от неё… Поскольку их тела не выглядят ссохшимися, а вообще лишены какой-либо плоти. Голые скелеты, ну Вы поняли…

— Негодяй, когда ты понял это!? — поражённо воскликнул Гу Линуань.

— Как только вошёл во дворец.

Гу Линуань стиснул зубы, холодно процедив:

— Тебе действительно только двенадцать? Как двенадцатилетний мальчишка мог подметить все эти детали? И полагаясь на них понять, что здесь действительно произошло? Не говоря уже о том, чтобы играючи обвести меня вокруг пальца! Как?..

— Младшему исполнится двенадцать осенью. А пока мне только одиннадцать… — голос Цинь Му становился тише, тише и тише, пока вовсе не пропал.

Громоподобная вульгарная ругань извергалась со стороны дворца дракона, попадая в невинные уши парня и лисы.

Ху Лин’эр высунула мордочку из-под одежды Цинь Му в районе груди, спросив:

— Молодой мастер, как ты понял, что у него злые намерения?

Цинь Му объяснил:

— Помнишь момент, когда мы только вошли внутрь? Мы тогда заметили множество скелетов среди ссохшийся трупов, упавших на пол после того как я разогнал туман монашеским посохом.

Ху Лин’эр кивнула головой. Она заметила, что те скелеты были одеты в мешковатые формальные одежды, прежде чем их засыпало гораздо большим количеством ссохшиеся трупов.

— Скелеты были одеты слишком официозно, словно придворные дворяне, — продолжал Цинь Му. — Старик сказал, что привёл в Великие Руины много учеников для тренировки, в итоге случайно обнаружив этот подводный дворец дракона. Если бы их убила драконья сфера, то они должны были стать ссохшимися трупами, а не скелетами. Но если их убила не сфера, тогда кто?

На Ху Лин’эр внезапно снизошло осознание, тут же выпалив:

— Его рука держала странное чёрное знамя! Во время запечатывания во льду, старик, скорее всего, использовал его, чтобы убить своих учеников. Когда драконья сфера начала сковывать его мистическим льдом, не оставляя шанса на побег, он осознал, что скорее всего ему придётся здесь застрять на очень долгий период времени. Я думаю среди имперских чиновников интриги и даже открытые конфликты — обычное дело. Да, они его ученики, но также они чиновники Империи Вечного Мира, в сердце которых нет места отношениям мастер-ученик. Люди с таким мышлением даже могут не сообщить Императорской Семье, что он в беде и его нужно спасти. В конце концов пустующее место наставника наследного принца полезно всем.

Цинь Му кивнул головой:

— А поскольку маловероятно, что Императорская Семья его спасёт, возможны всего два действия: сдаться или рискнуть, поглотив сущность и кровь своих учеников, чтобы не умереть от голода, если он вдруг застрянет здесь слишком надолго. Но его метод отличался от метода матери дракона с драконьей сферой, будучи более своеобразным. Полагаясь на него, он поглотил даже плоть, оставляя позади только скелеты. Ты помнишь, как мой посох постоянно звенел, когда мы вошли туда?

Ху Лин’эр начала припоминать. Она тогда цеплялась за штаны парня и сильно дрожала. В итоге Цинь Му попросил её отодвинуть свой хвост.

— Сначала я подумал, что это мысли ссохшихся трупов так повлияли на Кхаккхару, заставляя не унимаясь звенеть, в конце концов мертвецы даже двигались, словно живые. Однако у трупов не было самосознания, только какие-то непонятные рефлексы, поэтому чуть позже я решил, что злые мысли были у души матери дракона. Тем не менее потом случилось нечто странное. Когда я подошёл к старику Гу, мой монашеский посох наконец-то перестал звенеть, что натолкнуло меня на мысль, что грязные помыслы были не у матери дракона, а именно у старика, — Цинь Му продолжил. — Мой Кхаккхара перестал звенеть только потому, что старик перестал думать, как бы навредить нам. Из-за защиты посоха он не мог поглотить нашу жизненную силу, поэтому придумал новый план, следуя которому мы должны были помочь ему освободиться!

Ху Лин’эр остолбенела. Только спустя какое-то время маленькая лиса, заикаясь, проговорила:

— М-молодой м-мастер, а… тебе д-действительно только дв-венадцать?

— Двенадцать будет только осенью, — искренне улыбнулся Цинь Му.

— Ты наверно тоже демон лиса, ведь так? — Ху Лин’эр взволновалась. — Только скорее всего не лиса, а лис, который, как и я, стал умным. Очень, очень умным!

Цинь Му начал ворчать:

— Ты понятия не имеешь, насколько трудным было моё детство! С малых лет меня постоянно дурила и использовала в своих целях целая свора стариков. Например, перед тем как отправиться на свою первую охоту, бабуля использовала меня как отвлекающий манёвр, чтобы стащить яйцо из курятника. В курятнике живёт курица-дракон, в сражении против которой у меня было мало шансов на победу! И после того, как эта курица почти всё утро гоняла меня по всей деревне и даже нормально так поклевала, бабуля воспользовалась возможностью прокрасться в курятник и умыкнуть яйцо!

****

Чуть погодя они благополучно перебрались через водоём, покидая храм короля драконов.

Ху Лин’эр подняла демонический ветер своим заклинанием, в то время как Цинь Му начал бежать по нему. Через некоторое время парочка вернулась к соломенной хижине перед водопадом. Парень тут же попрощался, желая, как можно быстрее вернуться в деревню, на что Ху Лин’эр улыбнулась, говоря:

— Зачем так спешить? Только глянь насколько ты грязный и как от тебя воняет. Возле моего водопада есть водоём, в котором можно искупаться или даже принять “душ”, а я тем временем выстираю и высушу твою одежду. Разве носить чистую одежду не приятнее? Кроме того, у меня ещё есть несколько вопросов, касающихся совершенствования.

Цинь Му на мгновение заколебался, но как только решил ответить ей, услышал леденящий душу смех бабушки Сы, доносящийся изнутри соломенной хижины:

— Душ? Совершенствование? Ты хочешь украсть инь, чтобы подпитать ян или украсть ян, чтобы подпитать инь?

— Бабуля? — изумился Цинь Му. — Что ты здесь делаешь?

Глава 51. Владычица Культа

— Что я здесь делаю? — бабушка Сы вышла из соломенной хижины, переполняемая эмоциями. — Я вырастила тебя проливая пот и кровь, а ты сбежал с лисицей, не сказав ни слова и оставив свою бабушку на самоте… И ты ещё смеешь спрашивать, что я здесь делаю? Теперь, когда ты вырос, тебе нужна лиса больше, чем бабушка! Маленькая лисичка, как ты хочешь умереть?

Цинь Му сразу улыбнулся:

— Бабуль, ты ошибаешься. Я случайно встретил Ху Лин’эр и услышал от неё о Дворце Дракона Вздымающейся Реки, поэтому мы пошли взглянуть на него. Изучая настоящего дракона, я забыл о всём на свете, и в результате застрял внутри на два дня.

— Тебя не было не два дня, а четыре! Э-э, ты сказал, что изучал настоящего дракона? — с подозрением спросила бабушка Сы. — Маленькая лисица не питала себя твоей жизненной Ци?

Ху Лин’эр смущённо посмотрела в сторону и спряталась за Цинь Му, поскольку была немного напугана.

— Бабуль, взгляни! — улыбаясь, Цинь Му привёл в движения свою Ци, после чего прозвучал гулкий, раскатистый рёв дракона. Его жизненная Ци хлынула наружу во все стороны, приняв форму огромного дракона, извивающегося вокруг тела. В тот же миг, как Цинь Му двинулся вперёд в ударе, два когтя дракона слились с его руками и прозвучал громкий грохот, сопровождающийся раскатами грома…

Гром снова и снова вторил эхом по долине, пока юноша продолжал делать один удар за другим.

— Жизненная Ци Зелёного Дракона! — бабушка Сы была невероятно удивлена. Она знала, что старый Ма не передавал парню Махаяну Сутру Жулая… А без подходящей для Восьми Громовых Ударов техники, даже несмотря на невероятно плотную жизненную Ци Цинь Му, каких-либо существенных достижений ждать не следует.

Однако, пареньку на самом деле удалось издать звук грома! Имея кулаки, вызывающие гром, осталось только добиться разрядов молнии!

Надо иметь в виду, что без соответствующей техники совершенствования достичь такого эффекта в области Духовного Эмбриона было почти невозможно!

И это был не самый важный момент. Парень использовал жизненную Ци Зелёного Дракона!

Зелёный дракон, свернувшийся вокруг тела Цинь Му, был создан из жизненной Ци Зелёного Дракона, которая принадлежала к Духовному Телу Зелёного Дракона!

Это был третий атрибут, обретённый Телом Тирана Цинь Му!

Наблюдая за водой и огнём, жизненная Ци Тела Тирана получила атрибуты воды и огня, которые соответствовали Чёрной Черепахе и Красной Птице, а теперь к ним добавился атрибут молнии Зелёного Дракона!

«Может быть это как раз мой Му’эрчик умудрился обмануть лисичку, питаясь её жизненной Ци для повышения своего совершенствования? Это бы многое объяснило! Я никогда не учила его таким дьявольским техникам… И что именно значит, что он увидел настоящего дракона?» — была озадачена бабушка Сы.

Цинь Му вернулся к своему изначальному состоянию, и зелёный дракон, окруживший его, втянулся в тело. С головы до хвоста дракон выглядел чётко и реалистично, будто настоящее божество.

Парень был поражён и восторжен не меньше старушки, даже он сам не ожидал, что сможет ударить громом!

Когда молодой монах, Мин Синь, исполнял Восемь Громовых Ударов, Цинь Му испытывал безграничную зависть, даже несмотря на то, что тоже мог ударить громом, правда только полагаясь на Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола и при этом тратя на удар гораздо больше энергии.

Потребление Ци у Восьми Громовых Ударов было намного меньше, а вкупе с практикой техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, те почти не истощали его запасов энергии во время битвы.

Возможность нанести удар с громом означала, что он снова сделал огромный скачок в силе!

Когда он в подробностях описал всё, что с ним произошло во дворце дракона, бабушка Сы была очарована его историей. Услышав, что Цинь Му наткнулся на скелеты, одетые в формальные одежды, и высохшие трупы, её взгляд мерцал пониманием, когда она сказала:

— Что-то должно быть не так, если там были трупы, умершие двумя разными способами. Тебе нужно было быть на чеку, когда вошёл внутрь.

Когда Цинь Му рассказывал о молодом драконе и Гу Линуане, замороженном в мистическом льду с помощью драконьей сферы, бабушка Сы хлопнула ладонями и улыбнулась:

— Старик Гу слишком подозрительный, скелеты в формальной одежде должно быть были убиты и “съедены” именно им! Все чиновники злые и жадные. Как ты смог его обмануть?

Ху Лин’эр была впечатлена. Старушка перед ней даже не видела произошедшего, но сумела прийти к тому же выводу, что и Цинь Му, полагаясь лишь на рассказ. Возможно она тоже была лисой-демоном, получившей разум?

Цинь Му рассказал, как он узнал Секреты Эликсира Сердца и достал меч Младший Защитник.

Бабушка Сы взяла меч, чтобы осмотреть его, и восхищённо воскликнула:

— Этот меч действительно один из самых редких сокровищ в мире. Империя Вечного Мира создала шестнадцать мечей первого ранга, среди которых были Младший Защитник, Старший Защитник, Младший Учитель, Старший Учитель, Младший Наставник, Старший Наставник, Мечи Трёх Министров, Белая Лошадь, Герцог, Наследственный Принц, Принц-Командир, Великий Маршал, Сыкун* и Небесные Стратагемы, которые достались чиновникам соответственного ранга, например, меч Небесные Стратагемы достался Великому Генералу Небесных Стратагем. Несмотря на то, что Младший Защитник не так хорош, как меч высшего первого ранга, его более чем достаточно для использования другими сектами в качестве наследственной реликвии.

— Настолько ценный? — в шоке вскочил Цинь Му. — А если сравнить его ценность с Кхаккхарой?

— Примерно одинаковая. Монашеский посох Кхаккхара благословлён Жулаем, а Младший Защитник — это чиновничий меч первого ранга, наделённый чрезвычайной мощью и, по сути, олицетворяющий состоятельность Империи Вечного Мира, — ответила бабушка Сы.

— Старик сказал мне, что мастерство владения мечом Империи Вечного Мира самое лучше, но я отказался учиться и вместо этого обучился только технике управления мечом — Секреты Эликсира Сердца. Я правильно поступил? — спросил Цинь Му.

— Конечно правильно, хотя если бы за твоё обучение взялся Имперский Наставник, то это было бы не далеко от истины. Тем не мене, Гу Линуань в свои лучшие годы шёл по моему дьявольскому пути, поэтому его мастерство меча не дотягивает до стандарта Имперского Наставника Империи Вечного Мира. Ты уже должен был понять неоспоримую истину — каким бы великим мастерство меча ни было, если учитель плох, то ты в беде. Вспомни хотя бы монаха Мин Синя, которого одолел. Он, как и ты, практиковал Восемь Громовых Ударов, но из-за некомпетентности своего мастера, у него была слабость в районе горла, — наставнически проговорила Сы, а затем многозначительно и с добротой, продолжила. — Поэтому если хочешь учиться мастерству меча, то должен выбрать лучшего мастера из возможных. Мастера недоучки определённо не подойдут.

Цинь Му немного ошалел… В конце концов Гу Линуань был младшим чиновником первого ранга, а также младшим защитником наследного принца, и такая личность тоже попадает под категорию его бабушки — “недоучка”?

— Маленькая лисичка, можешь расслабиться, я не собираюсь тебя убивать, — бабушка Сы улыбнулась. — Му’эр, пойдём домой. Деревенское старичьё наверняка волнуется. Ты так долго отсутствовал, что они могут всерьёз решить, что ты уже упокоился с миром в животе какого-то странного зверя. Но твоя бабуля умная, поэтому я быстро поняла, что тебя умыкнула лиса, поэтому я ждала у её дома. Ах да, маленькая лиса, эта бабушка пролистала все твои древние книги и оставила в них несколько полезных заметок. Так что изучи их внимательно, чтобы не сбиться с пути во время своего совершенствования.

Ху Лин’эр смутившись опустила голову и прошептала:

— Я не умею читать…

Бабушка Сы поражённо застыла, но уже в следующий миг рассмеялась:

— Какая честная лиса-демон. Ну раз ты не наложила свои лапы на моего Му’эра и даже помогла ему… Хорошо! Бабушка не станет тебе больше лгать. Заметки по совершенствованию, что я тебе оставила, не совсем правильные. Если начать практиковаться по ним, то твоя Ци начнёт течь в обратном направлении, и ты болезненно умрёшь. Так что не смей пудрить мозги моему малышу!

Ху Лин’эр в страхе содрогнулась, думая: «Ууу… Молодой мастер Му был прав. Старики его деревни настоящие мастера обмана и подлога. Все они старые лисы, которые обрели разум!

****

Через какое-то время они добрались до деревни Цань Лао.

Цинь Му испытал настоящий шок. Когда вообще возле его деревни появился сосед?

Очевидно, что вторая деревня была построена совсем недавно и, к тому же, размером она сильно превосходила Цань Лао. Не говоря уже о роскошном внешнем виде и чувстве величия, которое возникало при созерцании.

Стены домов в Цань Лао или, если выразиться точнее, хижин, были построены из обычной глины, а вместо нормальной крыши использовалась солома, которая при дожде постоянно протекала, от чего Цинь Му частенько приходилось ставить в доме всякие чаши и тазики, чтобы не поплыть. По сравнению с внезапно появившейся рядом деревней… деревня Цань Лао выглядела убого.

Выражение лица бабушки Сы помрачнело, когда она молча повела Цинь Му вперёд.

Новая деревня была построена вплотную к их и прямо сейчас из её домов начало выходить множество странных людей, вставая на обочине дороги. Среди них были старые, молодые, мужчины, женщины.

Каждый раз, когда бабушка Сы проходила мимо человека, тот склонялся и почтительно приветствовал — “Владычица”.

Даже старцы с серо-белыми волосами должны были почтительно поклониться, приветствуя свою Владычицу с чрезвычайно скромным выражением лица и тоном.

Настроение бабушки Сы скатилось ниже некуда. Не сказав ни слова, она схватила руку Цинь Му и повела к Цань Лао. Парень пребывал в шоке. Услышав несколько сотен раз слово “Владычица”, он попросту не понимал, что происходит.

Возле входа в деревню целитель и старейшина деревни распивали чай. Перед ними сидел юноша, который тоже медленно наслаждался чаем, со стоящим за спиной старцем.

— Владычица, — поклонился старец.

Юноша поднял голову, но когда он задал вопрос, его голос звучал невероятно древне:

— Юю, ты не собираешься поприветствовать своего Патриарха?

Бабушки Сы застыла, остановившись на полушаге, после чего слегка поклонилась:

— Приветствую, Патриарх.

Старший Надзиратель посмотрел на Цинь Му и улыбнулся так широко, что его глаза превратились в щёлки:

— Владычица, это твой сын?

Бабушка Сы зыркнула на старца, резко возразив:

— Перестань пороть чушь или я разорву твой рот. Я подобрала Му’эра, он не мой сын!

Старший Надзиратель понимающе промычал, от чего бабушка Сы всеми фибрами своей души захотела его избить. Но в тот же миг вмешался Целитель, улыбнувшись:

— Бабушка, наши друзья из Небесного Дьявольского Культа гостят возле нас уже несколько дней, и они отказались уйти, пока не повидаются с тобой.

Бабушка Сы помрачнела ещё сильнее:

— Му’эр, иди домой.

— Ты тоже, бабушка, — равнодушно проговорил старейшина деревни, от чего Сы сильно нахмурилась, и сразу же продолжил. — Став частью нашей деревни старых инвалидов, ты так же стала одной из нас. А значит и все твои проблемы — наши проблемы.

Юноша перед ними пригубил свой чай и слегка улыбнулся:

— Брат, ты как всегда агрессивный. Это дело касается только наших Владыки Культа, Владычицы Культа и святой Библии. Даже если деревня Цань Лао хочет вмешаться в этот вопрос, я сомневаюсь, что сможет.

↑ Сыкун — управитель общественных работ (дин. Чжоу)

Глава 52. Ушёл по хорошей цене

Старейшина деревни приподнял брови, говоря:

— Если нам и Небесному Дьявольскому Культу в итоге придётся сражаться не на жизнь, а на смерть… Боюсь вы потерь не оберётесь. Я ведь прав? Тогда зачем нам нужно оказывать давление друг на друга и быть не дипломатичными? Если из-за нас, старых инвалидов, значительно сократятся силы культа, я уверен, что Имперский Наставник только порадуется и уж точно не упустит такой возможности, в итоге покорив Небесный Дьявольский Культ. Как Вы считаете?

Юноша-патриарх кивнул:

— Имперский Наставник Вечного Мира действительно ждёт хорошей возможности, чтобы завладеть нашим культом, заставив присягнуть на верность Императорской Семье. Однако, после того как святая библия нашего священного культа пропала, а священный Владыка Культа был убит, чем мы отличаемся от уже истреблённого культа? Брат, если будешь упрямиться, я боюсь, что маленькая деревня, которую ты защищаешь, столкнётся со всей оставшейся мощью нашего священного культа. Развернуть флаги!

— Да, Патриарх, — поклонился Старший Надзиратель, стоящий рядом с юношей, и продублировал приказ. — Развернуть флаги!

Все триста шестьдесят мастеров чертогов вытащили огромные флагштоки и начали разворачивать флаги, танцующие на ветру.

Глядя вперёд Цинь Му видел, как триста шестьдесят флагов, разворачиваясь, становились всё шире и шире. Когда они перестали увеличиваться, размер каждого флага был равен площади примерно семисот квадратных метров.

— Убрать флаги, — скомандовал юноша.

— Убрать флаги, — продублировал Старший Надзиратель.

Огромные флаги начинались сворачиваться. По мере уменьшения Цинь Му увидел, как на их месте появлялись десятки тысяч практиков божественных искусств. Каждый из них выглядел грозно, стоя прямо, как непоколебимое копьё. Когда они стояли не издавая и звука от них веяло чувством железной дисциплины!

Старейшина деревни вздохнул:

— Флаг Перемещения Небесного Дьявольского Культа, определённо, оправдывает своё имя. Всего лишь развернув и свернув флаги, десятки тысяч несравненных воинов попали прямо в Великие Руины. Неудивительно почему Имперский Наставник хочет прибрать к своим рукам Небесный Дьявольский Культ. Если он получит доступ к божественным искусствам вашего культа, армия Империи Вечного Мира получит мгновенный доступ к любой точке в мире и покорит все страны!

Юноша-патриарх вздохнул:

— Без Владыки Культа наша священная организация нынче словно ломкий осенний лист. В течение последних сорока лет наш культ сталкивается всё с более и более опасными ситуациями. Я считаю, что Имперский Наставник Вечного Мира скоро сделает свой ход и возьмёт наш культ под полный контроль. Я и ты, одинаковы. Мы оба состарились и наши дни на исходе. Теперь я могу лишь надеяться, что нам удастся выбрать нового выдающего Владыку Культа.

Глаза старейшины мерцали любопытством, когда он спросил:

— И поэтому Владычица Культа, в свою брачную ночь убившая прошлого Владыку Культа, ваш лучший кандидат?

Юноша-патриарх с горькой улыбкой кивнул:

— Брат, ты ведь знаешь, как трудно найти выдающегося и мудрого Владыку Культа. Хотя у нашего культа много последователей, но не многие из них подходят на роль Владыки. Не говоря уже о том, чтобы быть под стать Владычице. У нас просто-напросто не было иного выхода, поэтому нам пришлось искать Владычицу Культа, чтобы попросить её вернуться и взять на себя роль Владыки Культа.

У старейшины деревни разболелась голова, когда он посмотрел на бабушку Сы и сказал:

— Я слышал, что именно Владычица Культа убила вашего Владыку Культа, Ли Тяньсина, так почему вы хотите, чтобы она заняла его место, вместо того, чтобы отомстить? Разве убийство вашего Владыки — это не великий позор для культа?

Глаза юноши-патриарха оживились, когда он улыбнулся, говоря:

— Брат, ты кажется забыл, что наш культ идёт по дьявольскому пути и наши действия оценивать обычной логикой это как-то… Если вкратце, поскольку новый Владыка убил старого Владыку, для нас это означает лишь то, что новый более способный. Поэтому мы, разумеется, должны его поддержать!

Старейшина, а также Цинь Му и целитель, которые стояли рядом, скорчили странные мины. У Небесного Дьявольского Культа действительно есть такое правило?

— Сы, есть такое правило? — тут же спросил целитель, на что бабушка Сы кивнула головой и тот не смог удержаться от очередного вопроса. — Если существует такое правило, тогда почему ты не осталась в культе? Почему после убийства старого Владыки Культа не заняла его место?

Бабушка Сы озлоблено выпалила:

— Его убийство — мой позор! Мне было стыдно оставаться в культе и уж тем более занимать место Владыки! К тому же, останься я там, дьявол в моём сердце стал бы сильнее.

Целитель по-прежнему многого не понимал. Например, Небесный Дьявольский Культ потратил целых сорок лет, чтобы найти врага, убившего их Владыку Культа, только чтобы затем сделать из него следующего Владыку Культа… Такое попросту не поддавалась логике. Ещё труднее было понять, зачем Сы нужно было всё это время скрывать от них.

Старейшина слегка улыбнулся, обращаясь к юноше-патриарху:

— Если она не хочет идти с тобой, то я не позволю её насильно увести.

Юноша-патриарх нахмурился:

— Я вернусь обратно только с Владычицей Культа и Великими Небесными Дьявольскими Рукописями.

Оба лидера упрямо уставились друг на друга.

Старейшина деревни поднял свою чайную чашку и, глядя на гостя, сказал:

— Если гости не хотят уходить по своей воле, я думаю, мне придётся истребить их. У Небесного Дьявольского Культа слишком много людей, поэтому я не стану делать для них гробы. Людей нашего поколения со временем и правда становится только меньше. Это действительно печально…

Юноша-патриарх поднял свою чайную чашку и осушил, прежде чем подобраться, вставая со стула:

— Я тоже так считаю, разве что в твоей деревне намного меньше людей, поэтому я всё же смогу похоронить их в гробах.

— Стойте! — вмешалась бабушка Сы, тут же улыбнувшись и продолжив. — Старейшина, целитель, вернитесь не на долго в деревню. Я должна переговорить с Патриархом! Если что-то пойдёт не так, то смертельной битвы нам не избежать, но если всё сложится хорошо, то разве это будет не лучший исход?

Старейшина деревни бросил взгляд на бабушку Сы, на что та снова улыбнулась, говоря:

— Не волнуйтесь, в худшем случае они просто похитят меня.

Старейшина деревни дробно кивнул головой:

— Целитель, Му’эр, мы уходим.

Бабушка Сы ждала, пока они не скрылись из виду, прежде чем сесть перед юношей-патриархом и отдать приказ:

— Надзиратель, уйди.

— Да, моя Владычица, — Старший Надзиратель поклонился и медленно отошёл.

Своими ясными глазами бабушка Сы пристально смотрела на юношу-патриарха, когда тот вздохнул, заговорив:

— Именно ты была святыней нашего культа. Никто из твоего поколения не мог сравниться с твоими несравненными способностями. Когда Ли Тяньсин хотел жениться на тебе, я возражал.

— Но не остановил, — ухмыльнулась Сы. — Ли Тяньсин — мой мастер и то, что он, будучи им, решил взять меня, свою ученицу, в жёны, противоречит нашей этике отношений между людьми. Наш священный культ утверждает, что мы святые, тогда почему же мы отбрасываем этику человеческих отношений?

Юноша-патриарх нахмурился:

— Когда Ли Тяньсин решил взять тебя в ученики, я понимал, что это скорее всего ошибка. Я боялся, что чем больше времени вы проведёте вместе, тем сильнее он будет очарован тобой, вплоть до потери всякого здравого смысла. И, как я и предполагал, он был очарован тобой настолько сильно, что бросил свою старую жену, которая была замужем за ним в течение нескольких сотен лет, только чтобы жениться на тебе.

Бабушка Сы, проскрежетав зубами, ухмыльнулась:

— Если ты знал, что он будет очарован мной, то почему позволил ему взять меня в ученики? Именно ты должен был быть тем, кто возьмёт меня в свои ученики, Патриарх! Если бы я стала твоим учеником, подобного бы никогда не случилось!

— Я боялся, что со временем тоже буду очарован, — юноша-патриарх с горечью улыбнулся. — При нашей первой встрече тебе было всего тринадцать лет, но даже так… моё сердце на миг учащённо забилось. Тогда я и понял, что не могу взять тебя в качестве своего ученика. Я был уже стар и не хотел, чтобы славная репутация всей моей жизни, нашла свой конец в твоих руках. Меня бы презирал каждый, узнай, что мастер полюбил своего ученика, — он вздохнул и продолжил. — При виде твоей настоящей внешности, редко когда кто-то может держать себя в руках, не говоря уже о том, чтобы попросту не влюбиться. И чем дольше люди проводят с тобой времени, тем безрассудней становятся.

Бабушка Сы продолжала скрипеть зубами, спросив с двусмысленной улыбкой, играющей на губах:

— Ну раз дела обстоят именно так, почему ты всё ещё хочешь, чтобы я стала Владыкой? Разве ты не боишься, что в итоге я погублю наш священный культ?

Юноша-патриарх ответил:

— Ты лучший кандидат. Я конечно же понимаю, что ты, будучи роковой женщиной, определённо перевернёшь с ног на голову наш священный культ, когда станешь Владыкой Культа. Но ты должна кое-что знать. В течение последних сорока лет, пока мы искали тебя, мы также нашли несколько молодых людей с выдающимися талантами, но даже при этом, им далеко до тебя… и им всё ещё чего-то не хватает, чтобы стать Владыкой Культа.

Патриарх в очередной раз вздохнул, подавленно продолжив:

— Хотя бы раз увидев лучшее, ты всегда будешь чувствовать, что чего-то не хватает, глядя на других.

— Я не вернусь, — бабушка Сы ухмыльнулась, — но могу вернуть вам Владыку Культа, который придёт вместе с нашей наследственной святой библией — Великими Небесными Дьявольскими Рукописями.

Выражение юноши-патриарха дрогнуло, когда он переспросил:

— Вернёшь нам Владыку Культа? Что ты подразумеваешь под этим?

****

Внутри деревни Цань Лао. Цинь Му, старейшина, целитель и остальные пристально следили за каждым движением бабушки Сы и Патриарха Дьявольского Культа. Для них было большой неожиданность, что со стороны их беседа казалась довольно приятной. Тем не менее им не оставалось ничего другого, кроме как искренне удивляться, видя, как те болтая о чём-то смеются.

Во время их разговора бабушка Сы вдруг оглянулась в сторону деревни, после неё то же самое проделал Патриарх Дьявольского Культа, но затем улыбнулся и, повернувшись к собеседнице, что-то сказал ей.

Через некоторое время бабушка Сы маленькими шажками вернулась в деревню и улыбнувшись сказала:

— Дело сделано.

«Дело сделано?»

У каждого присутствующего было странное выражение лица.

На лице одноногого сверкала его фирменная невинная улыбка, когда он слегка подозрительным тоном спросил:

— Ну и когда мы начнём сражаться?

— Не нужно сражаться, — сказала бабушка Сы, но затем продолжила, несколько раз непроизвольно моргнув. — Однако они ещё немного побудут здесь и уйдут только через несколько дней.

Все посерьёзнели. Что планирует Небесный Дьявольский Культ, раз собирается уйти лишь через несколько дней?

Бабушка Сы ухмыльнулась, продолжив:

— Старый Ма, Му’эр сказал мне, что его жизненная Ци Тела Тирана приобрела атрибут Зелёного Дракона. Думаю, тебе пора проверить насколько он стал сильнее.

— Тело Тирана может имитировать жизненную Ци Зелёного Дракона? — старый Ма был приятно удивлён. — Му’эр, быстро за мной! Мы проведём спарринг!

Цинь Му тут же последовал за своим дедушкой Ма.

Наблюдая за сражающийся в сторонке парочкой, целитель подошёл к бабушке Сы и прошептал:

— Сы, ты что, продала Му’эра?

Бабушка Сы несколько раз невинно моргнула, но при этом с серьёзным выражением лица ответила:

— Что ты такое говоришь? Как я могла продать моего Му’эра?

— За сколько ты продала его? — сразу же полюбопытствовал одноногий, проковылявший вперёд.

— Молодой Владыка Дьявольского Культа, — бабушка Сы тяжело вздохнула. — Для начала они дадут ему только этот титул, а я в свою очередь должна буду передать им наследственную дьявольскую библию культа — Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Но перед этим они хотят самолично убедиться насколько он хорош. Если же со временем их будет всё удовлетворять, то он станет священным Владыкой Культа официально. Ушёл по хорошей цене, правда?

Глаза одноногого жадно загорелись, а дыхание стало обрывистым, когда он залепетал:

— Т-такая хорошая с-сделка? Старая Сы, п-почему ты для начала не спросила м-меня? Я тоже согласен быть проданным!

Бабушка Сы улыбнулась:

— Ну это легко устроить. Если ты хочешь стать священным Владыкой Небесного Дьявольского Культа, тебе всего-то и нужно, что прогуляться по соседней деревне, встретившись с каждым из трёхсот шестидесяти Мастеров Чертогов, Двенадцатью Старшими Защитниками, Правым и Левым Хранителями, Четырьмя Великими Небесными Королями, Восьмью Великими Надзирателями и Патриархом Небесного Дьявольского Культа.

Лицо одноного стало мертвецки бледным, когда он фальцетом проскрипел:

— Чтобы Му’эру стать молодым Владыкой, ему что, тоже нужно будет сразиться по раунду со всеми в соседней деревне?

Бабушка Сы беспомощно вздохнула:

— Они сначала хотят проверить товар. Если не проверить товар, то как его можно так легко продвинуть до молодого Владыки Небесного Дьявольского Культа?

Глава 53. Демонстрация силы

— Так получается ты хочешь передать наследственную библию своего культа — Великие Небесные Дьявольские Рукописи, Му’эру? — спросил одноногий.

Бабушка Сы слегка кивнула головной, отвечая:

— В определённом смысле малыш превзошёл меня. Техника создания Небесного Дьявола — это одно из божественных искусств, описанных в библии. Я использовала эту технику, чтобы делать из шкур “одежду”, поэтому она в какой-то степени злая. Тем не менее, мне никогда не приходило в голову использовать её подобным образом, противостоя Восьми Громовым Ударам пятой формы — Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе. Но Му’эр додумался до такого…

— Он идеально подобрал время и рассчитал силы, когда использовал технику создания Небесного Дьявола, связывающую с собой свои души и духи, чтобы противостоять Лучу Солнца, Очищающему Душу Ян в Небе, — кивнул целитель.

— Поэтому, если он овладеет Великими Небесными Дьявольскими Рукописями, то, вероятней всего, прославит библию, придумав новые способы использования хорошо известного старого, — удовлетворённо улыбнулась бабушка Сы.

Немой несколько раз хрюкнул и промычал, показывая знаки руками, на что глухой отрицательно покачал головой, отвечая:

— Не нужно ему рассказывать, а то станет скучно наблюдать.

Кучка стариков-инвалидов заговорчески смеялись и кивали друг другу в согласии, стоя в тени.

По деревне Цань Лао вдруг прокатились громовые раскаты. Фигуры юноши и старика столкнулись, используя друг против друга один и тот же приём — Буря Девяти Драконов.

Ббуууум!..

Когда кулаки Цинь Му и старого Ма сошлись в лобовом столкновении, прозвучал громоподобный взрыв, заложивший всем уши. С болезненным стоном парень сделал несколько шагов назад, вжавшись в себя словно сворачивающийся божественный дракон. Со стороны могло показаться, что он отступал, но на самом деле лишь накапливал силы в ногах.

Попятившись всего на несколько шагов, Цинь Му собрал в ногах столько силы, что их практически разрывало. В тот же миг он рванул к старику, будто неистовый дракон, вырывающийся на свободу из бездны вечного заточения!

— Вот засранец! Он даже посмел изменить ритм работы ног моего Небесного Расхитителя, которому я его обучил! — удивлённо воскликнул одноногий, отчётливо рассмотрев мудрёную работу ног Цинь Му.

Парень двигался подобно сворачивающемуся в себя змееподобному дракону, чтобы собрать силу и импульс для выпада. Казалось, что он просто отступал назад, но на самом деле он отступал, только чтобы потом рвануть вперёд… от чего выглядел ненормально зловещим.

Работа ног навыка — Небесный Расхититель, выглядела невероятно изящной, тем не менее одноногий использовал её лишь для воровства, не обращая никакого внимания на поднятие силы. Укради, убей и сразу же сваливай — вот неизменный жизненный девиз одноногого, лобовое нападение попросту не было сильной стороной Небесного Расхитителя.

Цинь Му слегка изменил работу своих ног, подсознательно включив в неё дух божественного дракона, делая движения своего тела импульсными и взрывным, подобно выпадам змееподобного дракона.

Пах Пах Пах!..

Множество звуков ударов наложились друг на друга. Странно, но со стороны было видно, как Цинь Му и старый Ма обменялись только одним ударом, в то время как прозвучало сорок пять громких хлопков.

Цинь Му отлетел назад. В воздухе он извивался телом как движущийся дракон, полностью избавившись от силы атаки старого Ма, и затем стабильно приземлившись на своих двоих.

— Старый Ма всё ещё старый Ма, — восхищённо воскликнул одноногий.

— Му’эр, ты понял суть этого движения? — спросил Ма.

Цинь Му с испуганным выражением лица прокричал:

— Силы наших кулаков совершенно разные! Силы сорока пяти драконов моего кулака были однотипными, так как драконы были одного вида! В то время как силы сорока пяти драконов твоего кулака были разнообразными, так как, в твоём случае божественные драконы, были разными!

— Хорошо, что ты понял это, — у старого Ма было удовлетворённое выражение лица. — В Монастыре Великого Громового Удара есть сто горельефных* скульптур, называемых — Портреты Ста Драконов. “Портреты” были вылеплены первым поколением Жулая после созерцания сотни видов разнообразных драконов, чтобы следующие поколения могли практиковаться в силе кулака Бури Девяти Драконов. Во время своих тренировок я не видел настоящего дракона, а лишь горельефные скульптуры. Буря Девяти Драконов наделена силами сорока пяти различных драконов, которые вытекают из сорока пяти “портретов” драконов. Тем не менее, в монастыре есть сотня “портретов” различных драконов. Понимаешь к чему я веду?

Сердце Цинь Му сжалось от осознания, и он выкрикнул:

— Каждый раз, когда применяется Буря Девяти Драконов, силы дракона в кулаке будут отличаться от прошлых!

Старый Ма кивнул головой:

— Буря Девяти Драконов может и кажется простым ударом, но на самом деле скрывает в себе бесчисленные возможные вариации. Однако, эти вариации сокрыты в силе, которая накапливается в кулаке, поэтому люди не могут заранее определить, чего им ждать. Му’эр, взгляни!

Старый Ма своей оставшейся рукой нанёс удар, за которым последовал рокот грома. Драконоподобная жизненная Ци подобно бушующему приливу хлынула во все стороны, сформировав образ свирепого дракона, что ворвался в мирную лагуну и начал пожирать людей! Рывок Яростного Дракона!

Затем появились образы двух драконов, которые тут же вырвались из кулака и начали свой вращающийся, вокруг друг друга, танец. Когда тела двух огромных драконов переплетались, казалось они могут пробурить себе дорогу куда угодно! Вихрь Драконов-близнецов!

Прогремели раскатистые рёвы трёх драконов и уже в следующих миг их можно было рассмотреть. Всё трое были по своей сути квинтэссенцией властолюбивости и жестокости, когда они, полагаясь на свои силы, уничтожали чужие монументы и сокрушали скалы! Крушение Скалы Трёх Драконов!

Затем последовали Коготь Четырёх Драконов, Дьявольская Резня Пяти Драконов, Реинкарнация Шести Драконов, Семь Драконов, Взбивающих Моря, Сила Восьми Небесных Дракона и Буря Девяти Драконов.

Старый Ма по сути наделил свой кулак сорока пятью драконоподобными силами, и каждая из них была реалистичной и живой, словно настоящий дракон.

Старик направил всю мощь своего удара к небу, от чего над Цань Лао появились сорок пять зелёных драконов, рванувших вдаль с оглушительным грохотом грома и потрескиваниями молний.

Цинь Му поднял голову к небу и увидел рассеивающееся облако.

Облако ещё не успело исчезнуть, как вдруг, с неба упала голова. Она немного прокатилась и остановилась прямо рядом с ногами Цинь Му. Увидев подобное зрелище, парень от неожиданности подскочил. Зачем вообще какому-то монаху прятаться в облаке?

«Может быть какой-то демон убил монаха и, пролетая над облаком, сбросил голову»? — догадки Цинь Му прервало несколько глухих ударов. Подняв глаза, он увидел валяющиеся руки и ноги, а также упавшее за пределы деревни тело.

«Определённо не демон! — сердце Цинь Му пропустило такт. — Монах действительно зачем-то прятался в облаке!»

Немой, глухой, мясник и остальные уже привыкли к подобным странностям, поэтому не обратили никакого внимания.

Старый Ма даже не взглянул на убитого монаха. Он повернул голову, чтобы вызывающе зыркнуть в глаза Патриарха Дьявольского Культа, словно говоря — вот настолько невероятно моё мастерство!

Это была неприкрытая демонстрация силы Патриарху Дьявольского Культа и запугивание всех прочих практиков Небесного Дьявольского Культа!

В соседней деревне юноша-патриарх слегка переменился в лице:

— Божественное искусство Монастыря Великого Громового Удара действительно шокирует, но, если сравнивать со стариком Жулаем, ему по-прежнему не хватает опыта. Кажется, я знаю, кто этот однорукий. Он ученик, который отрёкся от Монастыря Великого Громового Удара, Ма Ваншэнь, Почтенный Ма. Проложив путь из монастыря, полагаясь на свои кулаки, он сделал себе имя. Встретить его здесь — это неожиданность. Мы не можем недооценивать эту маленькую деревню.

Старший Надзиратель посмотрел на остатки расчленённого тела, что упали с неба, и сказал:

— Ма Ваншэнь убил монаха Монастыря Великого Громового Удара. Это странно… Что монах вообще забыл здесь?

Юноша-патриарх улыбнулся:

— Он, я полагаю, просто следил за Ма Ваншэнем. Да и какая разница зачем? Жулай уже стар и не станет покидать своей горы. Куда любопытнее кулачные навыки юнца. Их уровень довольно высок. Он явно не изучал Махаяну Сутру Жулая, но при этом может продемонстрировать всю мощь Восьми Громовых Ударов…

Старый Ма отвёл свой взгляд и продолжил давать наставления:

— Му’эр, глядя на мой удар, что ты понял?

Цинь Му всерьёз задумался над вопросом. Мало того, что формы и размеры сорока пяти зелёных драконов разнились от одного к другому, так ещё и сами виды драконов были уникальными. Как такое могло не шокировать?

Старый Ма внезапно повторил Бурю Девяти Драконов. Сорок пять разнообразных зелёных драконов взмыли в небо, поднимая штормовой ветер, сопровождаемый громом и молниями…

Старик наносил один удар за другим, постоянно наращивая количество драконов в небе. Немного погодя танцующих на ветру драконов стало столько, что они заполнили собой всё в радиусе пятидесяти километров!

Зелёные драконы сформировали внушающее трепет построение… Их тела переплетались друг с другом, образуя гигантского кольцо, которым и был дракон. Голова дракона высунулась наружу, и он оглушающе взревел!

Рёв десяти тысяч драконов сотряс небеса и землю!

Здесь уже не шла речь о тонкостях и изучении Бури Девяти Драконов, а была неприкрытая демонстрация силы… Демонстрация силы Великим Руинам, демонстрация силы Небесному Дьявольскому Культу и демонстрация силы всем, у кого есть злые помыслы в отношении деревни Цань Лао!

Цинь Му ошалело уставился, в то время как деревенские старики восхищённо кивали головами. Последователи Небесного Дьявольского Культа из соседней деревни имели разные выражения лиц, но во всех читалось восхищение и даже некое преклонение. Юноша-патриарх проинструктировал стоящих рядом последователей:

— Если в будущем кто-то из вас встретит Ма Ваншэня, ведите себя любезнее.

— Разве наш культ должен бояться такой маленькой деревни? — прошептал Старший Надзиратель.

— Бояться? Не преувеличивай, — слегка улыбнулся юноша-патриарх. — Все они изувеченные калеки, чьи способности уже не те, что были раньше. Тем не менее среди них есть двое одного со мной уровня. Один из них тот, у кого нет конечностей, а другой кузнец. Остальные же немногим сильнее наших Двенадцати Старших Защитников и Четырёх Великих Небесных Королей. Боюсь, Её Святейшество — это слабость каждого из них. Взгляните на мясника, у которого осталась лишь половина тела. Если бы ты увидел его раньше, то остался бы под большим впечатлением, потому что его титул — “Небесный Нож”!

Сердце Старшего Надзирателя учащённо забилось, когда он с недоверием взглянула на мясника, бормоча:

— Небесный Нож? Разве он не умер?

— До меня тоже доходили слухи, что он умер, — заговорил один из двенадцати защитников. — Я слышал, что он сошёл с ума, направив свой нож на небеса и проложив себе путь к ним резнёй. Кто-то даже видел в небесах силуэты богов, а этот псих с ножом наголо взял и пробился к ним. А ещё говорят, что в то время небеса заволокло тёмными грозовыми тучами, из которых время от времени пробивались огни ножей. Однако, вскоре после случившегося с неба упал труп Небесного Ножа. Если этот мясник действительно тот самый Небесный Нож, то как ему тогда удалось выжить?

Юноша-патриарх ответил:

— Будучи подобным существом… Даже желая смерти, добиться её трудно.

Старший Надзиратель озадаченно спросил:

— Патриарх, почему Вы согласились с предложением Владычицы Культа сделать из мальца молодого Владыку? Я не вижу в его силе ничего впечатляющего.

— Сила юнца действительно не такая уж выдающаяся, да и зелен он ещё. Но кто по-твоему все эти люди, вокруг него? — лицо юноши-патриарха словно озарилось. — Каждый человек вокруг него чрезвычайно страшен. Они могучие существа, у которых есть свои уникальные таланты! А юноша — это их ребёнок и они передадут ему всё, что узнали за свою жизнь. Кроме того, я лично обучу его всему, что есть в наших Великих Небесных Дьявольских Рукописях, хе-хе, и если ему таки удастся стать священным Владыкой нашего культа, то это принесёт только прибыль и никаких потерь!

Старший Надзиратель восхищённо вздохнул, спрашивая:

— Блестяще, Патриарх. Но почему Вы тогда хотите испытать его?

На что юноша-патриарх задал свой вопрос:

— А что если он полный кретин? Конечно же нужно протестировать его. Сообщи всем мастерам чертогов, что в бою с ним они должны ограничить себя совершенствованием области Духовного Эмбриона! Завтра мы должны как следует принять гостя!

↑ |кому любопытно касательно горельефа как вида искусства https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%B5%D1%84

Глава 54. Триста шестьдесят домов

Стоя посреди деревни старый Ма отвёл кулак и спросил Цинь Му:

— Ты понял то, что я тебе показал?

— Понял! — ответил Цинь Му. — Каждому виду дракона принадлежит свой уникальный тип силы и изменив порядок их использования, можно повлиять на эффект от удара. Имея в арсенале кулака сотни разных сил зелёных драконов, Буря Девяти Драконов обретает бесчисленное количество вариаций. Если кому-нибудь удастся парировать мой первый удар, второй удар нужно будет отбивать, используя другой способ. И даже если я ударю сто или тысячу раз, сила каждого удара будет уникальной!

Старый Ма неожиданно улыбнулся:

— Раньше твоё Тело Тирана не имело никаких атрибутов, из-за чего ты не мог использовать Махаяну Сутру Жулая. Кроме того, я пообещал Монастырю Великого Громового Удара, что никому не раскрою секрет этой техники. Хотя у тебя и появился атрибут Зелёного Дракона, я всё равно не могу обучить тебя ей. Однако, так как ты сумел полностью понять настоящее искусство кулачного боя, у тебя исчезла потребность в этой технике. Ты уже обрёл силу, грацию, форму, ауру и дух дракона. И несмотря на то, что ты не видел Портреты Ста Драконов, рано или поздно всё равно сможешь понять их секрет. С техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, сила твоих Восьми Громовых Ударов ничем не поступится Махаяне Сутре Жулая!

Цинь Му ощутил прилив восторга. Старый Ма имел холодное сердце и редко хвалил других, поэтому парню было очень приятно услышать хорошие слова в свою сторону. Кроме того, слова старика дали ему веру в себя и вдохновили на новые идеи. Если сила дракона была ключевым моментом Бури Девяти Драконов, то как работает первая форма — Весенний Гром на Одиноком Восточном Море?

Мог ли он понять суть этой техники, наблюдая за колебаниями большой реки, вливающейся в море, и слушая гул весеннего грома?

И были ли Громовые Пальцы Играющего на Пипе, связаны с музыкальным искусством?

Также была Куа-фу в Погоне за Солнцем и Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе.

Для них существовал свой способ понимания!

Чем больше он думал о подобном, тем сильнее завораживался этой идеей. Парень не мог дождаться, чтобы немедленно покинуть деревню, бродить по миру, наблюдать чудеса и рассматривать таинственные явления природы!

— Не забудь, тебе завтра нужно встать как можно раньше и пойти в соседнюю деревню, чтобы выразить своё почтение её жителям, — напомнила ему бабушка Сы.

Цинь Му недоумевал:

— Бабуль, жители той деревни принадлежат к Небесному Дьявольскому Культу. Почему они называют тебя Владычицей? Почему они хотят, чтобы ты возглавила их? Почему они собираются тебя убить, если ты не послушаешься?

Бабушка Сы улыбаясь погладила его голову:

— Скоро ты всё узнаешь.

****

На следующее утро. Позавтракав и умывшись, Цинь Му отправился забрать яйцо, снова ощутив на себе ярость курицы-дракона. Размахивая крыльями вверх и вниз, она использовал свои острые как меч перья и дышала огнём, пытаясь зарубить вора. Обвитый зелёным драконом, Цинь Му использовал Громовые Пальцы Играющего на Пипе, чтобы заблокировать перья-мечи.

— Му’эр, перестань сражаться с ней и иди поприветствуй соседей, — сказала бабушка Сы, подойдя и отогнав курицу-дракона.

Цинь Му сразу последовал за ней. Курица, оставшаяся сзади, снова попыталась напасть на парня, но её отпугнул зловещий взгляд бабушки Сы.

Старушка привела его в соседнюю деревню, где их поприветствовал подошедший Старший Надзиратель. Измерив парня взглядом, он повернулся к Сы:

— Владычица Культа, всё подготовлено должным образом. Молодой Владыка просто должен по одному разу зайти в каждую из триста шестидесяти комнат, и всё.

— Пройти все триста шестьдесят комнат с первой попытки? Разве это не слишком много? — с недоверием моргнула бабушка Сы.

— Если мальчик не сможет пройти все триста шестьдесят комнат сразу, мне придётся попросить Владычицу Культа вернуться с нами, — улыбнулся Старший Надзиратель.

— Ему можно будет отдохнуть? — скрежеща зубами спросила бабушка Сы.

— Естественно. В комнатах есть еда и напитки, а также кровати, лекарства, духовные пилюли и всё, что ему понадобится.

Бабушка Сы посмотрела на Цинь Му и тяжёлым тоном дала несколько наставлений:

— Му’эр, посети каждую из комнат. Не забудь называть всех, кого встретишь, братьями и сёстрами. Не нужно называть их старшими.

Цинь Му кивнул и улыбаясь направился к первому дому:

— Триста шестьдесят комнат! Мне интересно, сколько времени понадобится, чтобы навестить их всех? Бабуль, я пошёл.

Бабушка Сы посмотрела ему вслед и вдруг спросила:

— Му’эр, ты знаешь, что тебя ждёт внутри?

Цинь Му повернулся и улыбнулся ещё шире:

— Я знаю, но я не позволю им отнять мою бабулю.

Поворачиваясь, чтобы уйти, старушка почувствовала тепло в своём сердце. Когда она достала этого ребёнка из реки, то не ожидала, что настанет день, когда тот поможет ей нести её бремя.

Цинь Му вошёл на первый этаж первого дома и увидел, что комната была довольно широкой. Внутри сидел мужчина с жёлтым лицом. Оно было таким жёлтым, что казалось, словно тот только что съел жёлчный пузырь. У мужчины была козлиная бородка, а в руке он держал счёты, что делало его похожим на ведущего учёт бухгалтера.

— Старший брат, — перво-наперво Цинь Му отдал дань уважения, после чего снял своё оружие и поставил возле двери. — С твоего позволения, старший брат.

Бухгалтер с изумлением взглянул на одиннадцатилетнего мальчика и спросил:

— Ты знаешь для чего ты здесь? Неужели Владычица Культа рассказала тебе?

Цинь Му потянулся с хлынувшей наружу жизненная Ци, после чего невинно улыбнулся, отвечая:

— Бабуле не нужно было мне ничего объяснять. Я сам всё понимаю!

Сила вырвалась у него из-под ног, и всего лишь через один шаг он стоял прямо перед лицом счетовода. С раскатом грома извергающимся из ладони, Ци парня стала чрезвычайно агрессивной, будто огонь!

— Разве я не должен боем проложить себе путь с первой по триста шестидесятую комнату?

Бухгалтер тут же поднял руку, чтобы заблокировать удар, и почувствовал, как гигантская сила сбивает его с ног, отправляя в неконтролируемый полёт. Пробив деревянную стену и вылетев во двор, он смог стабилизироваться только через несколько десятков метров.

Он был одновременно удивлён и рассержен, когда смотрел сквозь отверстие в стене, видя, как юный мальчик идёт к двери, берёт своё оружие, и отправляется в следующую комнату.

«Почему я обижаюсь на ребёнка?»

Бухгалтера рассмешил его собственный гнев, и он громко закричал, обращаясь к другим в деревянных зданиях:

— Остальные, будьте настороже. Паренёк очень силён. Его жизненная Ци области Духовного Эмбриона чрезвычайно плотная, по крайней мере в два раза плотнее моей. Будьте бдительны, а то облажаетесь!

— Плотнее твоей в два раза? — раздался изумлённый женский голос. — Подобное совершенствование под стать молодому Владыке. Однако мне интересно, какие у него заклинания.

Цинь Му подошёл к следующему дому и открыл дверь. В комнате находился учёный, покачивающий головой. Он был в восторге от книги, которую держал в руке.

Цинь Му поздоровался:

— Старший брат.

Учёный настороженно улыбнулся:

— Ты собираешься отвлечь меня своим приветствием? Я не дам тебе такой возможн…

— Ци Ке До!

Бууум!..

Погремел раскат грома, и земля неистово задрожала. Осколки заполонили собой всё вокруг, в то время как учёный, летя задом наперёд, пробивался через лес своей собственной спиной и в конце концов впечатался в возвышающееся дерево.

Учёный приземлился на землю и громко предупредил:

— Будьте осторожны, этот дьяволёнок имеет мощные способности и владеет заклинаниями дьявола, которые даже более непредсказуемы, чем заклинания нашего священного культа.

Бууум!..

Как только предупредительный голос затих, из деревянного здания вылетел престарелый частный репетитор и упал на каменный столб, не в силах сдержать свой гнев:

— Дерьмо! Ты меня обманул! Я собирался защитится от дьявольского заклинания, а он использовал технику Монастыря Великого Громового Удара, чтобы атаковать мою душу! Не позволяйте ему себя обмануть! Он использует Восемь Громовых Ударов!

— Бред сивой кобылы! — из четвёртого дома раздался сердитый женский голос. — Старый Се, ты меня запутал! Он использовал технику создания Небесного Дьявола, чтобы запечатать мои три души и семь духов! Не смей убегать после того, как обмацал меня с ног до головы и опозорил, мелкий пакостник!

Когда Цинь Му вышел из четвёртой комнаты, его лицо было слегка красным. Техника создания Небесного Дьявола предполагала касания таких непростых мест как пупок, грудь и промежность. Эти три места являлись интимными точками женщин, поэтому Цинь Му было непросто завершить приём. Движения были очень непристойными, особенно неловко ему было касаться промежности.

«Я слишком молод, чтобы всё это понимать», — сказал сам к себе деревенский мальчик-пастушок, невинно моргая глазами.

В пятой комнате мужчина, тощий, как мешок с костями, посмотрел на Цинь Му, который как раз вошёл, и ухмыльнулся:

— Независимо от того, какие дьявольские техники ты используешь, можешь даже не думать о том, чтобы выйти из этой комнаты. Техника Побеждающей Квакающей Золотой Жабы!

Направляясь к пареньку, он начал глубоко вдыхать, в то же время издавая странное хрипение. Звук становился со временем всё громче и начал на самом деле напоминать кваканье жаб!

Цинь Му был поражён. Тощее тело мастера чертогов культа постепенно распухало. Изначально его кожа была похожа на мешок с костями, но теперь, с каждым литром воздуха, она медленно раздувалась, превращаясь в крепкие мышцы!

Техника Побеждающей Квакающей Золотой Жабы шла путём демонического превращения, имитируя настоящую Побеждающую Квакающую Золотую Жабу! Эта жаба была уникальным видом странных зверей. Обычно она была размером с умывальник, но когда надувалась воздухом, её тело увеличивалось в сотни раз, и она даже могла одним укусом проглотить свирепого тигра или льва.

После того, как мужчина исполнил эту странную технику, его жизненная Ци стала плотнее, а сила будто не знала конца. Такое улучшение всё же не выглядело таким устрашающим, как сама жаба, но всё равно было значительным!

Когда мастер чертогов культа глубоко вдохнул, Цинь Му тоже начал всасывать воздух. В отличии от техники Побеждающей Квакающей Золотой Жабы, его грудь не начала вздуваться, и размеры остались изначальными. Однако, вдох паренька был не менее ужасающим. Он всосал в себя почти весь воздух в комнате, от чего она начала заполняться воздухом снаружи. От подобных действий внутри деревянного дома сформировался лёгкий бриз, из-за которого даже окна тряслись!

Когда мастер чертогов наконец затаил дыхание, его жизненная Ци стала чрезвычайно плотной. Всё его тело было вздуто мышцами, которые чем-то напоминали камни, и так сильно растягивали рубашку, что казалось она в любой момент может порваться!

Его тело также постепенно увеличивалось, достигая практически четырёх метров в высоту и делая похожим на небольшого великана!

Размеры тела Цинь Му, напротив, остались неизменными.

— Техника Побеждающей Квакающей Золотой Жабы имеет огромную силу, и сотрёт тебя в порошок одним ударом! Ква…

Мастер чертогов поднял кроваво-красную ладонь, размером с пальмовый веер, и замахнулся, залив всю комнату светом тёмно-красных тонов. Под гнётом удара, нацеленного на юношу, воздух практически взорвался.

Цинь Му в свою очередь тоже нанёс удар. Большой и маленький кулаки столкнулись друг с другом, а здание мгновенно начало неистово трясти.

Мастер чертогов пошатнулся, сделав шаг назад. Мышцы на его руке извивались, как будто внутрь, прямо под кожу, пробрался дракон и быстро двигался к сердцу!

Выражение его лица изменилось, но он быстро среагировал и тут же поднял вторую руку, чтобы ударить по первой, разрывая дракона пополам.

Со следующим шагом назад рука мастера чертогов снова начала странно извиваться, и казалось, что под его кожей корчилось уже два дракона, из-за чего он был вынужден снова быстро рубануть по ним!

Сделав свой четвертый шаг назад, стена позади него рухнула, а с пятым шагом он оказался за пределами дома…

Мастер чертогов сделал ещё четыре шага назад и прижался спиной к огромному дереву, которое внезапно завибрировало. Ствол дерева был мгновенно превращён в подобие стружки, а крона рухнула.

Деревянные опилки всё ещё летали в воздухе, когда из спины великана вылетело девять драконов, контролирующих бурю, сопровождаемую громом, ярким светом, и яростным рыком драконов.

Ему попросту не удалось перехватить девятый слой силы Бури Девяти Драконов.

Глава 55. Лучший в мире навык меча

— Я Мастер Чертога Дождя нашего священного культа, поэтому люди прозвали меня Приносящей Дождь. Насколько ты хорош в заклинаниях?

Цинь Му вошёл в следующую комнату. Внутри находилась женщина со странными татуировками на лице и красующимся на голове боевым венцом из перьев. В руке она держала посох из кости хвоста неизвестного зверя, у которого было ровно двадцать четыре сустава, соответствующие двадцати четырём солнечным сезонам*.

— Мы будем состязаться в этой комнате используя наши заклинания! — улыбнулась женщина.

— Я не знаю заклинаний. Разве практик области Духовного Эмбриона может изучить заклинания? — покачал головой Цинь Му.

— А почему должен не мочь? Жизненная Ци — это магическая сила, при помощи которой можно создать заклинание, конечно если знать как. Владычица считается лучшей заклинательницей нашего культа. Разве она тебя не научила ничему? Я начала бродить по миру, когда всё ещё находилась в области Духовного Эмбриона, помогая обычным людям вызывать дожди. При каждой засухе простолюдины приглашали меня помочь им, называя ведьмой. Однако, со временем моё совершенствование усилилось, а вместе с ним возросла и моя репутация, от чего меня стали называть просто — Приносящая Дождь. Я благодарна Владыке Культа за то, что поверил в меня и сделал Мастером Чертога Дождя. Тем не менее, я по-прежнему уступаю Владычице. Потому она и стала Владычицей Культа, а я нет, — улыбнулась женщина.

Цинь Му не понимал, что он должен делать:

— Тогда… Как мне сражаться заклинаниями?

Мастер Чертога Дождя от беспомощности положила ладонь на свой покачивающийся лоб, тяжело вздохнув:

— Почему ты ничего не знаешь? Школы заклинаний и боевых техник веками противостояли друг другу. Раньше люди, практикующие заклинания, и боевые техники всегда сражались друг с другом, называя ересью противоположную сторону и пытаясь искоренить. Тем не менее, теперь наступило время, когда все могут сосуществовать в гармонии. Но окажись ты в прошлом и заикнись вслух, что практикуешь боевые техники, тебя бы нарезали на лоскутки уже в следующий миг! Боевое мастерство заклинателей намного мощнее, чем ты можешь себе представить!

— Техники контроля меча считаются заклинаниями? — с любопытством спросил Цинь Му.

— Нет, они не считаются ими, — Приносящая Дождь покачала головой. — В прошлом техники контроля меча относились к боевым техникам. Однако, позже практики пути контроля меча стали утверждать, что именно их путь истинный, а люди, практикующие заклинания и боевые техники идут неортодоксальным путём, поэтому их нужно искоренить. Именно поэтому Имперский Наставник Вечного Мира провёл конференцию, на которой бросил вызов каждому сильнейшему практику боевых техник, при этом сильно покалечив. Разве Владычица тебе не рассказывала об этом?

Цинь Му нахмурился:

— К чему эта постоянная грызня? Разве боевые техники, мастерство меча и заклинания не являются все божественными искусствами? Разве не лучше будет собрать преимущества каждого направления воедино?

Мастер Чертога Дождя на миг застыла, не зная смеяться ей или плакать:

— У человека ограниченная энергия. Откуда у тебя возьмётся время на одновременное развитие всех трёх стилей до должного уровня? Можно потратить всю свою жизнь, приложив титанические умственные усилия на изучение одного стиля, и даже тогда не достичь в нём пика. Поскольку люди практикуются в разных вещах, это естественно, что между ними возникнет конкуренция за звание лучшего, поэтому мирно сосуществовать друг с другом практически невозможно.

Цинь Му воспрял духом, тут же спросив:

— Старшая сестра, не покажешь мне несколько заклинаний? Я никогда раньше не видел их!

Приносящая Дождь подняла свою стройную белую ручку, указав пальцем вниз. По комнате прошла пульсация и мгновенно начал образовываться туман, а затем и вовсе зацокал дождь.

Цинь Му внимательно наблюдал. Он видел, как капли дождя падали на пол, затем скользя по стенам поднимались вверх, только чтобы вновь упасть… Начиная бесконечный круговорот.

Приносящая Дождь взмахнула рукой и капли дождя, как по команде, тут же вытянулись в полосы, подобно струнам музыкального инструмента. Растопырив пальцы на руках, она начала играть на водяных струнах, затапливая комнату звенящими музыкальными отголосками, которые в тот же миг превратили дождь в дракона, рванувшего к Цинь Му!

Но парень не запаниковал, он просто протянул руку и схватился водного дракона за слабое место, разрывая на множество брызг.

Мастер Чертога Дождя удивилась, но играть не перестала, напротив, её пальцы затанцевали на музыкальных струнных ещё юрче чем раньше, тут же превращая дождь в острое оружие, которое со всех направлений на безумной скорости ринулось к мальчику. Температура воздуха понижалась быстрыми темпами, практически мгновенно превратив всю воду в лёд и сделав оружие ещё более коварным!

Цинь Му нанёс десять ритмичных ударов каждым из своих пальцев, разрушая летевшее в него оружие:

— Значит вот как выглядят заклинания… Старшая сестра, а это можно считать заклинанием?

Его ладони внезапно объяло пылающее пламя, превращая руки в ножи, которыми он начал наносить скоростной град ударов, просто-напросто сдувая Приносящую Дождь прочь.

Женщина плюхнулась во дворе, после чего сразу же послышался её сердитый, но при этом испуганный возглас:

— Ты еретик фракции боевых техник! Использовать боевые техники как заклинания это…

Пройдя в соседнюю комнату, Цинь Му увидел крепко сложенного мужчину с короткой бородой, сидящего на коленях в позе сейдза*. Сбоку от мужчины лежал прямоугольный футляр для меча с бронзовой пряжкой, прочно закреплённой вокруг него.

— Я Мастер Чертога Меча, — мужчина не поднялся, оставаясь сидеть в позе сейдза, когда продолжил. — У тебя есть мешочек с мечами, а значит ты должен знать некоторые навыки меча, поэтому сегодня, чтобы выявить победителя, мы будем сражаться ими.

— Я никогда не изучал навыки меча, — покачал головой Цинь Му.

Мастер Чертога Меча удивлённо поднял голову:

— Если ты никогда не изучал навыки меча, то зачем носишь мешочек? Разве Владычица не научила тебя каким-нибудь навыкам меча?

Цинь Му покачал головой, отвечая:

— Бабуля сказала, что в деревне есть человек с лучшим в мире навыком меча и поэтому она не может меня научить своим, так как из-за этого тот человек может никогда не начать меня учить.

— Лучший в мире навык меча? — Мастер Чертога Меча глупо уставился в одну точку широко выпученными глазами, но уже в следующий миг в них промелькнула острая, как кончик меча, агрессия, пронзающая сердце Цинь Му. Бородатый мужчина холодно засмеялся. — Кто смеет быть столь высокомерным? Сходи научись у него! Я хочу посмотреть, что этот так называемый “лучший в мире навык меча” сможет сделать против нашего священного культа!

Цинь Му невинно моргнул глазами, отвечая:

— Я также знаю множество других навыков, например, Восемь Громовых Ударов, Небесный Расхититель, Убой Свиней, навык копья, живопись, навыки молота…

Мастер Чертога Меча ласково погладил футляр для меча и затем холодно потребовал:

— Я хочу видеть только лучший в мире навык меча! Всё остальное — чушь собачья!

Цинь Му мог лишь беспомощно выйти из деревянного здания и вернуться в Цань Лао. Когда он объяснил бабушке Сы, что случилось, та сердито проворчала:

— Мастер Чертога Меча негибкая скотина! Да и ты хорош! Просто используй свой нож и нарежь его на лоскуты!

— Такая битва будет несправедливой, — пробормотал Цинь Му.

Бабушка Сы схватила его за руку и повела к выходу из деревни. У выхода сидели распивающие чай старейшина, целитель и напротив них юноша-патриарх. Троица выглядела настоящими знатоками этого действа. Куда там до них обычным дворянам!

— Старейшина, Мастер Чертога Меча упёрся как баран, желая сразиться с Цинь Му только в навыке меча, — лицо бабушки Сы ненормально сияло. — Почему бы тебе не научить его кое-чему?

Старейшина нахмурился и покачал головой:

— Ты от меня слишком многого ждёшь. За такое короткое время даже моё руководство мало чем поможет. В конце концов, кто знает сколько лет Мастер Чертога Меча постигал навыки меча. Думаешь он настолько плох? Ну научу я Му’эра твоему кое-чему? А что дальше? Думаешь он, полагаясь на эти знания, сможет победить опытного Мастера Чертога Меча? Чего ж ты его сразу не отправила бежать к звездам?

После сказанного Цинь Му не мог не догадаться, что происходит, но решил не вмешиваться, продолжив с любопытством слушать.

— Но ведь у Му’эра Тело Тирана, ведь так? — бабушка Сы невинно моргнула глазами, разыгрывая непонимание.

«Тело Тирана…» — края век старейшины начали подёргиваться. Он уже начал сожалеть, что сморозил такую глупость.

В конце концов именно он выдумал пресловутое Тело Тирана, и настаивал, что у Цинь Му именно оно. То, что юноша смог пробудить свой духовный эмбрион, уже оказалось за гранью его ожиданий и он понимал, что у всего есть предел. У Геркулеса и то были проще испытания, а Цинь Му же немного погодя нужно будет сразиться с выдающимся мастером меча Дьявольского Культа…

Бабушка Сы подкинула ему эту задачку и отвертеться от неё было ой как сложно.

Старейшина деревни что-то бормотал про себя, прежде чем сказать:

— Му’эр, расскажи мне о Секретах Эликсира Сердца, которые ты узнал от Гу Линуаня.

Цинь Му сразу же продекламировал их, после чего даже старейшина деревни не смог удержаться от восхищённого кивка:

— Имперский Наставник Вечного Мира действительно сотворил чудо, собрав всех мастеров меча мира в одном месте. Техника управления меча — Секреты Эликсира Сердца, действительно оригинальна.

Сидящий напротив юноша-патриарх тоже восхищённо вздохнул:

— Имперский Наставник Вечного Мира — гений, спору нет.

Старейшина продолжил:

— А теперь расскажи мне как Гу Линуань объяснял тебе Секреты Эликсира Сердца.

Цинь Му слово в слово повторил все объяснения старика, после чего старейшина деревни ненадолго замолчал, но уже вскоре улыбнулся:

— Гу Линуань эгоистично скрыл кое-что от тебя.

Старейшина указал на ошибки в предыдущих объяснениях, после чего Цинь Му тут же использовал свою жизненную Ци для контроля меча, чтобы попытаться на практике исправить их. Вскоре парень остался под большим впечатлением, обнаружив, что теперь ему гораздо проще контролировать меч и не только, скорость тоже возросла.

Глаза юноши-патриарха озарились, когда он улыбнулся:

— Гу Линуань не скрывал ничего. Просто его понимание было не столь глубоким, как у тебя, брат. Услышав лишь раз ты смог полностью понять всю глубину Секретов Эликсира Сердца, тогда как тот, кто практиковал их всю свою жизнь, всё ещё имел искажённое понимание.

— Спасибо за похвалу, брат, — старейшина деревни посмотрел на Цинь Му и твёрдым тоном проговорил. — Я не стану учить тебя навыку меча, но одному движению научу и это колющий удар.

— Колющий удар? — пробормотал застывший от удивления Цинь Му. Разве нанести колющий удар не плёвое дело, умея как следует контролировать меч жизненной Ци? Зачем такому учиться специально?

— Уколоть мечом не так-то просто, как ты наверно уже успел подумать. Даже не зная навыков меча, если ты овладеешь этим колющим движением, не многие мастера пути меча области Духовного Эмбриона смогут с тобой совладать. И когда я сказал “не многие”, то имел в виду весь мир, — наставнически проговорил старейшина и затем продолжил. — Попробуй своей Ци взять под контроль обычный меч и кольнуть им тот столб возле мясной лавки.

Цинь Му применил Секреты Эликсира Сердца и его жизненная Ци, столь же толстая, как рука взрослого мужчины, выхватила меч из мешочка с мечами, направив того в столб деревенской мясной лавки.

Пам…

Меч прошил столб практически насквозь, обнажая с другой стороны свой кончик… Деревенский мальчик-пастушок непонимающе повернулся, чтобы посмотреть безрукого-безногого старика, от чего тому захотелось провалиться сквозь землю. Но старейшина не мог показать своё смущение внешне, поэтому с непроницаемым лицом кашлянул и продолжил:

— А теперь попробуй проколоть тот валун.

Жизненная Ци Цинь Му покрепче обернулась вокруг застрявшего меча-сокровища, со скрежетом вытащив его, и уже в следующий миг меч вонзился в валун возле старейшины, словно тот был маслом. Пастушок снова обернулся и невинно-непонимающим взглядом посмотрел на старейшину, выражения лица которого попросту застыло… Время шло, а ни один его лицевой мускул так и не дрогнул.

Юноша-патриарх испытывал противоречивые чувства, он одновременно был ошеломлён и ему хотелось смеяться, тем не менее смех он тактично подавил, чтобы не показаться невежливым.

«Я и забыл, что жизненная Ци сорванца чрезвычайно плотная. Хотя его мастерство меча полное дерьмо, но с поддержкой чрезвычайно плотной Ци… Сила удара увеличилась экспоненциально», — немного придя в себя, старейшина деревни попытался несколько раз кашлянуть, прикрывая чувство неловкости, и затем непроницаемо продолжил:

— А теперь повтори то же самое своим ножом для убоя свиней.

Прозвучали звуки хруста вперемешку с лязганьем, тем не менее на этот раз, полагаясь на нож для убоя свиней, Цинь Му не удалось проколоть валун.

«Фух… Мне повезло, что ему не удалось проколоть его, иначе даже не знаю, как бы я выкручивался…» — старейшина мысленно облегчённо вздохнул и затем начал терпеливо, как ни в чём не бывало, объяснять:

— Что ты почувствовал, когда атаковал?

Цинь Му тщательно обдумал вопрос и чуть погодя его глаза озарились пониманием:

— Я почувствовал, что моя жизненная Ци недостаточно мощная. Используя Ци для контроля меча мне казалось, что на кончике ножа она текла вяло. Всё моё тело распирало от силы, но при этом меня не покидало ощущение, что я пытаюсь атаковать своими волосами, а вовсе не ножом. Нить жизненной Ци была слишком хлипкой и не способной справиться со всей моей силой.

↑ https://en.wikipedia.org/wiki/Solar_term — кому интересно что за сезоны такие

↑ сейдза это японский стиль сидения на коленях https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%8D%D0%B9%D0%B4%D0%B7%D0%B0

Глава 56. Колющий удар

У юноши-патриарха было странное выражение лица. Рука из жизненной Ци, которой орудовал Цинь Му, называлась нитью?

Видел ли он когда-нибудь такую толстую нить из жизненной Ци?

Видел ли он когда-нибудь такую мощную нить из жизненной Ци?

И как вообще понимать “Я почувствовал, что моя жизненная Ци недостаточно мощная”? Он никогда раньше не видел такой плотной Ци у практиков области Духовного Эмбриона!

Юнец из деревни, где живут одни старики и инвалиды, смог проколоть деревянный столб толщиной с бочку одним ударом! Он также с первой попытки пробил насквозь пятиметровый валун! Сила, содержащаяся в его нити из жизненной Ци, превосходила любую подобную у известных ему мастеров меча области Духовного Эмбриона!

Старейшина деревни улыбнулся и дал парню совет:

— Ты прав, так как всё ещё не освоил самого простого приёма мечом — колющего удара. Представь, если бы тебе удалось вложить в него всю свою силу и высвободить всю мощь своего тела?

Цинь Му с трудом в это поверил и покачал головой:

— Использовать жизненную Ци для манипуляции мечом значит использовать нить. Однако, моя нить слишком мягкая. Как она может передать всю мою силу?

— Она может, — старейшина деревни неторопливо продолжил. — Воспринимай меч как часть своего тела, такую же как рука. Теперь подними руку и представь, что держишь в ней меч. Держи свой средний и указательный палец на лезвии, пырни рукой вперёд, и меч последует за ней!

«Воспринимать меч как часть тела?» — Цинь Му растерялся. Нить из Ци толщиной с руку снова схватила меч-сокровище. Держа пустоту правой рукой, его большой палец тянулся к безымянному и мизинцу, а средний и указательный пальцы выпрямились, будто ложась на лезвие меча.

Цинь Му уколол мечом перед собой и услышал визг. Его жизненная Ци заставила меч-сокровище нанести удар, раскалывая воздух и издавая резкий свист!

Он был удивлён и восторжен. Ещё несколько минут назад, пытаясь манипулировать мечом с помощью нити, ему удавалось использовать не более десяти процентов своей силы. Теперь он ощутил, что мощь удара увеличилась в несколько раз!

Юноша-патриарх улыбнулся:

— Это называется Секретами Сжатия Меча — вводной формой совершенствования меча. Только что ты смог проколоть горный валун, не используя никаких секретных приёмов. Кажется, что твоё совершенствование намного плотнее, чем моё в твоём возрасте!

Старейшина деревни потряс головой:

— Этого всё ещё недостаточно. Одними Секретами Сжатия Меча нельзя победить мастеров, совершенствующих своё искусство меча на протяжении десятков лет. Му’эр, освободи свою Ци из ладони и попробуй снова.

Цинь Му сделал как ему посоветовали и обвил свою руку и меч-сокровище жизненной Ци. Закручивая её, он повторил колющий удар.

Свишь!..

Его меч пырнул вперёд и поднял вихрь, сопровождающийся свистом и визжанием острого лезвия внутри!

Глаза юноши-патриарха дрогнули… Он сразу почувствовал, что сила удара Цинь Му увеличилась ещё на десять процентов. Такое усиление было громадным, учитывая, что оно случилось после единственного совета старого калеки!

Старейшина деревни крикнул:

— Нить из жизненной Ци не должна обвиваться вокруг меча, её нужно укоренить внутри него. Меч — часть твоего тела, так же как и жизненная Ци. Попробуй снова!

Ци Цинь Му погрузилась внутрь острого меча и слилась с ним воедино, после чего парень сразу же почувствовал, будто у него выросла третья рука.

С новым ударом он мгновенно заметил, что его сила похожа на поток, ищущий прорехи, чтобы вытечь. От семидесяти до восьмидесяти процентов его силы удалось передать, взмахнув мечом снова!

В деревне поднялся ветер, когда куча древесины, на которую постоянно взбирался мясник, разделилась напополам!

Цинь Му глупо уставился. Его меч даже не дотронулся до дерева! Куча разрушилась от одного ветра, поднятого мечом!

Юноша-патриарх воскликнул в восхищении. Всего лишь несколько слов от старого калеки смогли раскрыть потенциал юнца. У него действительно были чрезвычайно высокие познания в мастерстве меча.

— Этого всё равно недостаточно, — старейшина деревни продолжил. — Ты ещё не смог полностью освободить свою силу. Возможно, твоя мощь и передалась в меч, но как насчёт силы твоего духовного эмбриона? Где она? Духовный эмбрион также должен держать меч! Ударь снова!

Цинь Му собрался с мыслями. В его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, статуя повторила его движения и пырнула пальцами вперёд!

— Этого недостаточно! Где Секреты Эликсира Сердца? Секреты Эликсира Сердца не только требуют, чтобы ты совершенствовал свой эликсир сердца, но и наполнял им меч! Сейчас же наполни им свой меч!

— Всё равно недостаточно, повтори! Наполни свой меч эликсиром сердца, это самый важный момент техники!

— Земля под ногами — источник силы. Используй технику ног, которой тебя обучил одноногий, чтобы использовать силу земли!

— Что делают твои глаза? Где Глаза Небес, которыми тебя наделил слепой? Твой меч тоже должен видеть!

— Удары, которым тебя обучил старый Ма, наделяют твои мышцы силой драконов. Кроме того, ты уже успел рассмотреть настоящего дракона. Так почему твой меч не владеет аурой дракона и разрушающей силой ударов Ма?

****

Цинь Му повторял колющий удар снова и снова, в то время как ожидания старейшины деревни ставали всё выше и выше. Сначала он заставил его учиться контролировать свою собственную силу, потом силу жизненной Ци, духовного эмбриона, и добавил ко всему этому навык ног одноногого и кулаков старого Ма, значительно увеличивая сложность удара.

За очень короткое время он ударил сотни раз подряд, однако старейшина оставался неудовлетворенным и заставлял его продолжать практиковаться.

Бабушка Сы, одноногий и остальные смотрели на Цинь Му, который тренировался с мечом и выглядели, мягко говоря, шокированными. Каждый раз, когда меч ударял, раздавался короткий свист и визг, за которым следовал сильный порыв ветра, разлетающийся в обе стороны. В этот момент, флаги на лавках мясника, целителя и кузнеца, разворачивались в обратную сторону.

С каждым ударом на земле появлялся след. Это были разрезы от сильного потока ветра!

Бабушка Сы была в недоумении, бормоча себе под нос:

— За несколько минут старейшина смог превратить Цинь Му в эксперта навыка меча. Это просто сли…

Старейшина деревни покачал головой:

— Я не учил его навыку меча. Я просто помог ему собрать свои силы вместе, сложить воедино всё, чему вы его обучили. Теперь ему известны элементарные принципы колющего удара, и впереди у парня ещё долгий путь, чтобы полностью овладеть этим приёмом. Больше того, кроме колющего удара, есть ещё рубящий, режущий, парирование, блок, отвод, перехват и много других. Только овладев всеми основными движениями, он будет достаточно способным, чтобы начать изучать навыки меча. Му’эр попытайся проткнуть нож для убоя свиней.

Услышав эти слова, Цинь Му бросил свой нож для убоя свиней в воздух и, контролируя свой меч с помощью Ци, нанёс молниеносный удар!

Бдзинь!..

Острый меч встретился с ножом для убоя свиней и прорезал сквозь Зимнее Хрустальное Железо, будто сквозь масло.

Нож для убоя свиней упал на землю вместе с мечом Цинь Му. Когда парень, с глупым взглядом и выражением лица, пошёл посмотреть на результат, то понятия не имел, что сможет добиться такого большого улучшения за короткое время.

Колющий удар, самое базовое движение меча, на самом деле может иметь ужасную силу!

Сердце старейшины деревни вздрогнуло. Он тоже не ожидал, что Цинь Му сумеет так быстро освоить удар, но дело было сделано, поэтому произнёс:

— Му’эр, теперь ты можешь встретиться с Мастером Чертога Меча.

— Погоди! — юноша-патриарх, сидящий перед ним, поспешно поднял руку, и из леса прилетел дерево. Вытащив палец, он высек из него деревянный меч, длиной около метра и передал Цинь Му. — Используй в битве этот меч, и не смей рубить настоящим!

Цинь Му взял деревянный меч и посмотрел на бабушку Сы, которая была вынуждена объяснить:

— Мастер Чертога Меча запечатал свои другие божественные сокровища и будет использовать только Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. С твоим совершенствованием области Духовного Эмбриона, ещё чего доброго пришьёшь его ненароком.

Цинь Му задумался на мгновение и оставил свой мешочек с мечами и меч Младший Защитник у входа в деревню. С деревянным мечом на спине, он вернулся в бревенчатый дом, чтобы встретить Мастера Чертога Меча.

Тот всё ещё сидел в своей прежней позе, держа руку на футляре для меча. Буровя Цинь Му взглядом, он спросил:

— Ты вернулся после уроков от лучшего мастера меча в мире? Используй то, чему он тебя обучил, и сразись со мной! Я хотел бы посмотреть, кто может быть настолько высокомерным, чтобы называть свой навык меча лучшим в мире!

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— Я не изучил ни одного навыка меча. Старейшина показал мне только одно движение.

Мастер Чертога Меча нахмурился и холодно сказал:

— Я дам тебе больше времени, иди учиться снова. Навестишь меня, как только узнаешь навык меча!

Цинь Му неловко ответил:

— Патриарх вашего Небесного Дьявольского Культа попросил меня прийти к тебе с деревянным мечом, чтобы я ненароком… Эм… Как там выразилась бабуля?.. А!.. Чтобы я ненароком тебя не пришил.

— Возмутительно!

Мастер Чертога Меча выдохнул, и комнату поглотила язвительная атмосфера. Повсюду раздавался металлический звон, будто тысячи мечей сталкивались друг с другом.

Раздался странный запах, заставляющий глаза слезиться. Это был смрад ржавчины и крови смешавшихся вместе. Кто знает… смерть скольких людей и других существ создала такой воздух!

Футляр для его меча раскрылся сам по себе, показывая все мечи-сокровища, хранящиеся внутри. Мечи радостно вылетели наружу, издавая громкий гул.

Владелец разделял те же эмоции, что и его мечи. Когда он был счастлив, его мечи были счастливы. Когда злился, его мечи тоже злились. Когда он хотел полетать, его мечи могли поднять его в воздух, а если он хотел убить, его мечи убивали.

Он был Мастером Чертога Меча, Маньяком Меча.

Теперь он хотел убивать, поэтому его мечи мгновенно вылетели из футляра, заполняя всю комнату бликами металла!

Не задумываясь, Цинь Му использовал свою Ци, контролируя оружие, и уколол вперёд, используя Секреты Сжатия Меча!

Сверкающие мечи направились навстречу мечу Цинь Му, и, с мягким звоном, разлетелись на маленькие осколки!

Пам!

Мастер Чертога Меча пробил стену за своей спиной и, в мгновение ока, врезался в деревянное здание напротив. Из его груди торчал деревянный меч.

Цинь Му подпрыгнул от шока и быстро вытащил свой меч, чтобы осмотреть его. Он вздохнул с облегчением, когда увидел лишь немного крови на кончике меча, понимая, что ему не удалось пронзить тело бородатого мужчины.

Напротив, тело Маньяка Меча начало медленно скользить вниз по стене. Падая всё быстрее и быстрее, он громко стукнул задницей о землю. Его глаза выглядели безжизненными, и казалось, что он всё ещё пребывает в оцепенении.

— Ты в порядке? — Цинь Му махнул ему рукой.

Бородатый Мастер Чертога Меча дёргано покачал головой в оцепенении. Его тело не очень сильно пострадало, но дух был раздавлен.

Глава 57. Мастер Чертога Соблазнения

С высоко поднятой головой Цинь Му вошёл в следующую комнату. Внутри находилась сексапильная женщина, смотрящая на Мастера Чертога Меча внизу. Услышав шаги, она тут же обернулась и соблазнительно сказала:

— Мастерство меча молодого Владыки выше любых похвал. Ты даже умудрился ранить Мастера Чертога Меча. Я поражена, однако моё тело более хрупкое и ранимое, чем у Маньяка Меча, так что надеюсь ты обойдёшься со мной по нежнее.

Цинь Му невинно моргнул глазами:

— Мне всего одиннадцать лет, и только осенью исполнится двенадцать. Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь.

Выражение лица женщины вдруг застыло, но затем она рассмеялась:

— Я думала, что ты такой же, как эти вонючие мужланы, поэтому решила соблазнить тебя, однако забыла, что ты ещё совсем маленький и не в курсе дел между мальчиками и девушками. Я — Мастер Чертога Соблазнения нашего священного культа. Обычно мы живём в местах, где люди постоянно развлекаются, поэтому привыкли к светским беседам. Изначально я собиралась использовать своё искусство соблазнения, но как видишь оказалась в дураках. Я поражена тем, что молодой Владыка смог победить стольких мастеров чертогов в таком юном возрасте, однако, мы не станем соревноваться в навыках меча или кулака. Я хочу проверить навыки твоего тела.

Она достала свой футляр для румян и осторожно открыла его, развеивая успокаивающий сладкий аромат:

— Это мой любимый кардамонный румянец. Мы с тобой покрасим пальцы, и посоревнуемся в движениях тел. Нужно будет дотронуться до лица друг друга, и тот, у кого будет меньше отпечатков, победит. Идёт?

Цинь Му кивнул и ласково улыбнулся:

— Хорошо. Будь ко мне снисходительна, старшая сестра.

— Подлиза! — Мастер Чертога Соблазнения разразилась смехом и смерила мальца высокомерным взглядом. Она окрасила все свои пальцы румянами, после чего передала футляр Цинь Му, чтобы тот сделал тоже самое.

Женщина внезапно двинулась, и её тело стало напоминать скользящую змею. Её жизненная Ци превратилась в змеиный хвост, обвиваясь вокруг ног парня.

Цинь Му молча уставился, ведь он видел такие движения раньше. Это случилось, когда он находился возле Храма Бабушки, где сразился с молодой девушкой, использующей идентичную технику. Жизненная Ци той девушки превратила её в огромную змею, после чего она точно также попыталась обвить его тело, пока не была избита Тысячеруким Буддой.

«Возможно, та девушка была ученицей Мастера Чертога Соблазнения?»

Оттолкнувшись ногами от земли, Цинь Му удалось избежать обездвиживающего тело выпада женщины-змеи. Та лишь нежно засмеялась и поползла вверх по стене. Её змеиный хвост обвился вокруг колонны внутри комнаты, давая возможность атаковать Цинь Му сложной техникой пальцев.

Руки женщины напоминали духовых змей, способных свободно извиваться, собственно, как и пальцы. Однако, не это больше всего удивило парня, а то, что пальцы могли растягиваться и сжиматься по её желанию. Даже её руки могли так делать!

Цинь Му вскоре увидел ещё более интересную картину. Тело Мастера Чертога Соблазнения также могло удлиняться и сужаться, словно в нём не было ни единой кости! Женщина-змея свисала с потолка комнаты, будто питон!

Движения и ритм ног Цинь Му постоянно менялись. Пока он скользил туда-сюда по полу, будто дракон, противница спокойно ползала по потолку. Свисая вниз головой, она не прекращала атаковать.

Жизненная Ци парня неожиданно вырвалась наружу, обретая форму зелёного дракона, и обвиваясь вокруг его тела. Дракон высунул свои когти, впиваясь ими в деревянные стены. Используя свою технику тела, Цинь Му теперь мог спокойно перемещаться по стенам и потолку. Пожертвовав своей защитой в пользу нападения, он исполнил Тысячерукого Будду, начав неистово атаковать Мастера Чертога Соблазнения.

В не слишком большой комнате, две фигуры двигались так же быстро, как ветер и молния. Не видя разницы между полом, стенами и потолком, они передвигались плавно, будто по ровной земле. Дракон и змея свирепо сражались, странно извиваясь, словно танцуя, как вдруг…

Пальцы парня коснулись женщины-змеи, оставляя на лице четыре пятна и вынуждая покраснеть. Затем, его ладонь внезапно раскрылась, и из неё разразился раскат грома, сбивая противницу с толку.

Когда женщина пришла в себя, всё её лицо уже было заляпано следами отпечатков пальцев.

— Это конец, хватит! — Мастер Чертога Соблазнения сползла с потолка и помахала рукой. — Хватит. Я проиграла. Ты размазал весь мой макияж. Техника твоего тела слишком странная, даже твои шаги странные. Я не могу двигаться в твоём темпе, не говоря уже о том, чтобы обвить тебя хвостом.

Цинь Му тоже спустился и улыбнулся:

— Спасибо, что позволила мне победить, старшая сестра.

Увидев красные губы и белые зубы мальчика, Мастер Чертога Соблазнения не удержалась и чмокнула его в щёку, после чего улыбаясь сказала:

— Позволь мне оставить на тебе эти две пометки, чтобы моё поражение не казалось слишком глупым.

Щёки Цинь Му покраснели, а сердце начало неконтролируемо колотиться, когда он в ступоре покидал комнату.

Мастер Чертога Соблазнения хихикнула:

— Знай я, что тебя можно одолеть таким вот простым способом, то поцеловала бы намного раньше. Если тебе понадобится помощь, просто найди бордель, и скажи девочкам, что хочешь встретиться с Фу Цинюнь, и ты сможешь найти меня!

Цинь Му стоял перед дверью следующей комнаты, успокаивая свои мысли. Стерев с лица следы помады, юноша вошёл внутрь, думая про себя: «Теперь я понимаю, почему слепой дедушка сказал мне, что все женщины — это замаскированные демоны. Один поцелуй, и моё сердце чуть не высосало наружу»

В соседней комнате находилась женщина-мясник, с лицом ещё более безумным, чем у мясника с Цань Лао. Она размахивала своим ножом для убоя свиней, держа во рту кость в качестве зубочистки.

Как только парень вошёл в комнату, женщина взмахнула ножом и сорвалась со своего места в его сторону. Поднимая в тесной комнате грозные порывы ветра, каждый взмах ножа был настолько безжалостным, что казалось может не задумываясь вспороть ему живот!

Цинь Му мгновенно вытащил свой нож, чтобы заблокировать удар.

Динь! Динь! Динь!..

Звуки, похожие на стук бисера, падающего на нефритовую тарелку, заполнили комнату!

Затем они перепрыгнули через друг друга, и развернулись назад. Два ножа в руках женщины повернулись на сто восемьдесят градусов, когда та схватила их обратным хватом. В её глазах читалось волнение, когда она с уважением воскликнула:

— Отличные навыки ножа!

Цинь Му тоже держал свой нож обратным хватом, когда осторожно проговорил:

— Старшая сестра, мы держим ножи обратным хватом, а это значит, что наши следующие удары должны стать смертельными. У ножей нет сердца, так что я предлагаю их отложить, и использовать руки как оружие, делая всё возможное, чтобы не переусердствовать.

Женщина-мясник отбросила свои ножи для убоя свиней, которые застряли в стене, и улыбнулась:

— Ты прав, если кто-нибудь держит нож обратным хватом, значит он собирается убить. А если я убью тебя, Владычица Культа разозлится и однозначно убьёт меня. Так что давай драться голыми руками!

Жизненная Ци Цинь Му закружилась, хватая нож для убоя свиней и пряча за спину, затем он встряхнул руками, сконцентрировав её поверх ладоней и превратив в пламенные ножи!

Руки женщины-мясника задрожали, и вокруг них появились края лезвий. Это была жизненная Ци Белого Тигра, главным достоинством которой являлась несравненная острота. Размахивая руками сквозь воздух, женщина направилась в сторону Цинь Му:

— Молодой Владыка, твои огненные ножи ставят тебя в невыгодное положение. Они никогда не сравнятся с остротой жизненной Ци Белого Тигра!

Взгляд Цинь Му опасно мерцал. Движущееся пламя медленно растекалось, распространяясь по его рукам, будто он держал свой нож обратным хватом.

Забой Свиней Третьей Формы — Запретное Поднятие Ножа!

Две размытые фигуры словно слились воедино, в то время как их ноги непрерывно двигались. Ножи были так близко друг к другу, что не нужно было использовать глаза, чтобы оценить ситуацию. Ощущая силу, исходящую от тела противника, можно было легко определить его следующее движение и предпринять нужное действие, атакуя или защищаясь.

Ключевыми моментами в обратном хвате были сохранение короткой дистанции, минимизирование амплитуды взмаха, увеличение скорости ножа и использование хитрых углов для удара!

Подобный способ ведения боя считался самым агрессивным и сложным, среди всех боевых техник. Независимо от того, будет ли твой противник из фракции заклинателей или фракции мастерства меча, если эксперт боевых техник подбирался так близко, смерть неминуема!

Все шестьсот сорок мускулов в теле Цинь Му непрерывно сокращались, предоставляя максимально возможную силу для борьбы на коротком расстоянии!

Прошло совсем чуть-чуть времени, а он и женщина-мясник начали обильно потеть. Постоянно использовать столько мышц, рассчитывать траекторию ударов противника, чтобы защититься против хитрых атак, и при этом пытаясь ударить самому, потребовало от них ужасного количества усилий!

Внезапно, своей рукой-ножом, Цинь Му пробился сквозь защиту противника, разрезая засаленный фартук на груди женщины!

Женщина сделала шаг назад и рассеяла свою жизненную Ци Белого Тигра. Она сняла разрезанный напополам фартук, бросила его в сторону, и радостно сказала:

— Я проиграла, а ты победил. Твои навыки ножа совсем неплохи. Если тебе не удастся пройти через все триста шестьдесят комнат, ты всегда можешь прийти ко мне и зарезать несколько свиней, чтобы заработать на жизнь.

Пухленькая старшая сестра вызвала у Цинь Му благоприятное впечатление, и он улыбнулся:

— Я могу готовить лекарства, так что мне не обязательно убивать свиней для заработка. Также я могу работать доктором, помогая людям.

Женщина-мясник выплюнула кость изо рта и ухмыльнулась:

— Доктором? Если твой пациент умрёт в процессе лечения, ты будешь обязан выплачивать его семье компенсацию до тех пор, пока не обнищаешь! Тебе лучше убивать свиней. Это стабильная работа. Если ты будешь делать это со мной, я позабочусь, чтобы ты хорошо питался и жил.

От подобного разговора виски Цинь Му начали болезненно пульсировать. Уходя из комнаты, он промычал себе под нос:

— Увидим, увидим. Я пока молодой ещё…

— Молодой Владыка, — женщина подняла руки, вытащила два ножа для убоя свиней из стены, и остановила парня на полпути, серьёзным тоном говоря. — Когда ты встретишь Владычицу Культа, передай ей, что я, Би Яо, сильно по ней скучаю и не забыла о доброте, которой она меня одарила.

Цинь Му кивнул.

Би Яо спустилась по лестнице и вышла во двор деревни, где услышала внезапный треск. Подняв голову, чтобы осмотреться, она увидела, как стена деревянного дома взорвалась, и из неё вылетел Мастер Чертога Ловли Змей, приземляясь головой на каменный тротуар и разбивая его.

Когда она пошла, чтобы вытащить бедолагу из земли, раздался новый взрыв, и ещё один человек вылетел из разбитой стены, размахивая конечностями и ударяясь лицом о здание напротив.

Бам!..

Прозвучал ещё один громкий вибрирующий звук, когда Мастер Чертога Божественности вылетел из разрушенной стены. Прежде чем он успел приземлиться, со стороны верхнего этажа здания донёсся дьявольский голос:

— Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е!

Сильные толчки прошлись по окрестностям, когда Мастер Чертога Бродящего Торговца полетел следом.

Вытаскивая Мастера Чертога Ловли Змей, Би Яо посмотрела вверх и пробормотала:

— Разминка молодого Владыки Му закончилась, и кажется он начинает входить в ритм.

Глава 58. Молодой Владыка Культа

Людей во дворе становилось всё больше и больше. Любой внешности, размера и профессии. Тем не менее, между всеми ними было кое-что общее… Все они смотрели на, теперь уже совершенно ветхое, здание, которое подобно сыру усеивалось человекоподобными дырами.

Немного погодя из деревянного здания вылетел избитый Мастер Чертога Дерева, после чего оно полностью обрушилось.

Среди разрухи можно было разглядеть зелёного дракона, вращающегося вокруг тела юноши и разбрасывающее падающие на него деревянные обломки в разные стороны. Выбравшись из-под завалов, юноша недолго думая направился ко второму зданию.

Пах Пах Пах!..

Деревянное здание заходило ходуном, а иногда даже могло показаться, что подпрыгивало, хотя, как такое возможно? Казалось, что в нём бесчинствовал огромный дикий зверь. Со временем здание стало выглядеть не лучше первого, в то время как размытые фигуры всё продолжали, одна за другой, вылетать сквозь стены.

Цинь Му не прекращал развиваться, перенимая боевой опыт от своих противников — мастеров чертогов. Победы шли одна за другой!

Кррррпубум!..

Второе здание рухнуло, подняв облако пыли, в то время как Цинь Му, как ни в чём небывало, пошёл к третьему.

****

Наступила ночь. В деревне культа возвышалось множество столбов с чашеподобными углублениями на верхушках, заполненными горящим маслом. Вокруг было довольно светло, могло даже показаться, что на улицах деревни слегка вечереет, тем не менее, снаружи без сомнения находилась смолянисто чёрная тьма. Когда свет распространялся за пределы деревни и касался черноты, она его безвозвратно поглощала. Внутри и снаружи были совершенно разные миры.

Посреди освещаемой яркими огнями деревни стояло свыше трёхсот мастеров чертогов Небесного Дьявольского Культа. Каждый из них пристально следил за последним уцелевшим зданием.

Всего было девять деревянных зданий, в каждом из которых жило по сорок мастеров, охраняющих свои комнаты. К текущему моменту Цинь Му уже добрался до девятого здания, собираясь подняться на самый верхний этаж.

— Молодой Владыка Му не отдыхал целый день и ночь, ведь так?

— Да… Начал сражаться ещё утром. Кроме перерыва на обед и ужин он ни на что не отвлекался, и похоже до сих пор не закончил, — тихо ответила Мастер Чертога Соблазнения.

— Почти утро и он уже взобрался на самый верх девятого здания. Вам не кажется, что его жизненная Ци слишком обильная? Со стороны всё выглядит так, словно он почти не потратил её, я молчу про физическую выносливость. Слишком пугающе! Тем не менее, на последнем этаже живут действительно крепкие орешки, — проговорил Мастер Чертога Полёта.

На верхнем этаже деревянного здания жили четыре мастера, являющиеся великими краеугольными камнями всех трёхсот шестидесяти мастеров чертогов. Зелёный Дракон, Красная Птица, Белый Тигр и Чёрная Черепаха —четыре чертога соответствующие Четырём Великим Духовным Телам, поэтому мастера для них отбирались с особой тщательностью и каждый избранный, без сомнения, являлся выдающимся талантом.

Среди всех трёхсот шестидесяти чертогов конкретно эти четыре обладали самой высокой боевой мощью. Мастера других чертогов конечно же не были заурядными личностями, ведь у каждого были свои таланты и уникальная профессия, тем не менее эти четыре чертога отвечали только за чистое боевое мастерство.

Если вспомнить всю историю существования культа, то можно смело сказать, что большинство Старших Защитников Культа вышло из рядов как раз этих четырёх чертогов, а иногда, среди них, появлялся даже Владыка Культа!

Комната, в которую вошёл Цинь Му, принадлежала Мастеру Чертога Белого Тигра. Жизненная Ци Белого Тигра специализировалась на остроте и нерушимости.

В прошлом, когда Владыка, Ли Тяньсин, был трагично убит в свою брачную ночь, а Владычица бесследно исчезла, прихватив с собой святую библию, Четыре Великих Мастера Чертогов тренировались лично Патриархом, чтобы занять место Владыки Культа. Тем не менее, Патриарх не ждал, что тем удастся развить организацию до новых высот, а лишь надеялся, что культ сможет избежать поглощения Империей Вечного Мира.

Хотя в итоге Четыре Великих Мастера Чертогов не оправдали самых смелых ожиданий Патриарха, каждый из них всё же солидно прибавил в силе.

Мастер Чертога Белого Тигра запечатала почти все свои божественные сокровища, оставив открытым только Духовный Эмбрион. Но даже так она всё ещё являлась грозным врагом, подобного которому Цинь Му раньше никогда не встречал!

Женщина создала из своей жизненной Ци чрезвычайно плотную нить. Тем не менее, она не практиковала никаких техник, целью которых является использование Ци для манипуляции мечом… Ведь её Ци сама по себе заменяла меч.

Увидеть нить жизненной Ци Мастера Чертога Белого Тигра было практически невозможно. Когда Цинь Му вошёл в комнату, она уже обвила своей Ци, которая распространялась от каждого из десяти пальцев, всю комнату, не обойдя стороной даже углы, что сильно мешало ему передвигаться.

Её чрезвычайно гибкое тело, способное свободно перемещаться по помещению, пленило сердца, подобно самым искусным дьяволицам Великих Руин. Пространство вокруг кончиков её пальцев постоянно искажалось волнами жизненной Ци, в итоге принимающих формы мечей и обстреливающих Цинь Му со всех направлений. Могло даже показаться, что её когти и есть мечи, но чрезвычайно пластичные, так как их длинна и изгибы свободно контролировались.

Двигаясь, как кошка, в такой маленькой комнате проворности ей было не занимать. Пол, стены, потолок… казалось ей всё равно! Для неё они были словно ровная земля!

Битва оказалась очень утомительной. Цинь Му использовал свой нож для убоя свиней, чтобы рассекать тонкие нити жизненной Ци в комнате, но как выяснилось каждая из них была чрезвычайно прочной и устойчивой к внешним воздействиям. Кроме того, Мастер Чертога Белого Тигра никогда не прекращала создание новых нитей своими надёжными и проворными руками, тем самым успешно защищаясь от парня…

Однако, больше всего проблем доставлял полёт. Конечно, это был не настоящий полёт, а всего лишь использование нитей Ци как опору для постоянных прыжков, но со стороны казалось, что она действительно летает!

Используя нить жизненной Ци в качестве замены гибкому мечу, техника ведения боя женщины была крайне необычной и непредсказуемой. “Мечи” могли изогнуться до восемнадцати раз подряд, что говорило о её незаурядных навыках!

Цинь Му не удалось избежать нескольких ранений, ведь ему требовалось следить не только за уже принявшей форму мечей Ци, но ещё и за не трансформировавшимися нитями Ци, что сильно утомляло. Если навыки ножа мясника ему хоть как-то помогали справляться со сложившейся ситуацией, то кулачные навыки старого Ма и навыки ног одноногого были практически бесполезны. Из-за множества препятствий он попросту не мог их использовать, в итоге оказываясь в невыгодном положении.

После очередного колющего удара, управляемый жизненной Ци деревянный меч наконец-то смог поразить грудь Мастера Чертога Белого Тигра, правда при этом расколовшись на две части её Ци. Женщину мгновенно пригвоздило к деревянной стене, но уже в следующий миг та разрушилась, отправляя её за пределы здания.

Цинь Му сменил оружие обратно на нож и расчистил комнату от нитей Ци, прежде чем начать отдыхать и перевязывать раны.

Усевшись, чтобы хотя бы немного быстрее восстановиться, он также нашёл время на перекус, в конце концов еду в комнате оставляли как раз с этой целью. Потратив некоторое время на отдых, его тело уже не так сильно болело, а выносливость чуть-чуть восстановилась. Оторвав от пола несколько досок, он вырезал ножом из них деревянные мечи, после чего закрепил на спине и отправился в следующую комнату.

Цинь Му уже одолел триста пятьдесят семь охраняющих комнаты мастеров. Ещё три победы, и он добьётся желаемого.

Его выносливость и сила воли были на пределе, а жужжащий в голове шум чем-то напоминал галдение тысяч людей.

Ещё никогда он не был так измотан и если бы не знал, что стоит на кону, то просто упал бы на пол и уснул. Даже его духовный эмбрион не выглядел таким же активным, как раньше… ему явно не хватало жизненной силы.

На текущий момент его поддерживала уже далеко не сила воли, а вбитые на подсознательном уровне инстинкты, сражаться, сражаться и ещё раз сражаться, в то время как в голове крутилась только одна мысль — “я не позволю им отнять у меня вырастившую меня бабулю”. Да, жизнь ему подарили родители, но от смерти спасла именно бабушка Сы. Не говоря уже об усилиях, которые она приложила, чтобы вырастить его. Бабушка Сы была для него самым близким человеком, родственником и матерью!

В соседней комнате находился Мастер Чертога Зелёного Дракона. Когда он увидел в каком состоянии пребывал Цинь Му, еле как шаркая ногами в его направлении, то нахмурился:

— Молодой Владыка Му, ты плохо выглядишь, не нужно так спешить. В конце концов, я не против, чтобы ты взял перерыв и отд…

Прежде чем он успел закончить мысль, Цинь Му поднял руку и нанёс колющий удар в его сторону. Деревянный меч в тот же миг впился в тело Мастера Чертога Зелёного Дракона и попросту сдул того!

Пребывая всё в таком же полубессознательном состоянии, Цинь Му обернулся и чисто рефлекторно медленно зашаркал ногами в сторону следующей комнаты.

Бам!..

Деревянную стену соседней комнаты разорвало на части, после чего можно было увидеть блокирующего меч Цинь Му черепашьим щитом Мастера Чертога Чёрной Черепахи. Однако, тот просто не ожидал, что его тоже сдует! В мече была сокрыта воистину пугающая сила!

Цинь Му медленно вышел из этой комнаты и тяжёлыми шагами направился к следующей комнате.

— Молодой Владыка Му, я действительно могу подождать. Отдох…

Бам!..

Цинь Му кольнул вперёд, отправляя в полёт Мастер Чертога Красной Птицы.

«Всё?» — мысли Цинь Му путались, когда последние крупицы сил покинули его тело, подкашивая ноги и роняя на пол. Откуда-то издалека до него донеслось самодовольное кудахтанье курицы-дракон. Если она вела себя подобным образом, значит снесла яйцо.

Однако, юноша был слишком сильно измучен, и практически сразу провалившись в глубокий сон. Его духовный эмбрион какое-то время фанатично поглощал золотой свет моря божественного сокровища, но в конце концов тоже уснул.

Цинь Му понятия не имел, как долго проспал, но когда проснулся перед его глазами всё плыло. Тем не менее, ему всё же удалось разглядеть очертания стоящих рядом старейшины деревни и целителя, а также отголоски их диалога, но голоса казались такими далёкими и неясными:

— Не так…я уж эт… и пробле…а просто он переут…омился…

Цинь Му вновь уснул.

Парень несколько раз просыпался и всегда видел, как возле него кто-то находился. Иногда это была бабушка Сы, а иногда Патриарх Небесного Дьявольского Культа. Каждый раз он пытался что-то сказать, но ему не хватало сил, и он вновь засыпал.

Когда Цинь Му в очередной раз проснулся, то неожиданно ощутил, как всё его тело ноет от боли, но при этом распирает от энергии. Раны на его теле практически зажили, оставляя позади маленькие рубцы, видимо целитель хорошенько обработал их мазями.

Юноша сел и огляделся. К своему удивлению он всё ещё находился в комнате Мастера Чертога Красной Птицы. Обстановка была тихой и умиротворённой.

«Мой духовный эмбрион опять уснул», — обследовав всё своё тело, Цинь Му понял, что, помимо спящего духовного эмбриона, не было никаких проблем. Подавив ноющую по всему телу боль, он попытался встать. Оказавшись возле лестницы, парень начал медленно спускаться вниз. Каждое движение и каждый шаг сопровождали жуткие мышечные боли.

С большим трудом добравшись до первого этажа и затем выйдя из деревянного здания, он поднял глаза и увиденное повергло его в шок!

Деревня ломилась от находящихся внутри неё людей. Причём большинство из них парень узнал. В толпе он разглядел всех мастеров чертогов.

Тем не менее, кроме мастеров чертогов встречались и незнакомые лица. Внутри деревни были перекачанные, десятиметрового роста, рабочие, беловолосые старцы, мрачные Левый и Правый Хранители, Четыре Великих Небесных Короля и Восемь Великих Надзирателей.

Некоторые стояли, в то время как другие сидели, но у всех них было кое-что общее, они молча, не издавая ни звука, чего-то ожидали.

Заметив вышедшего из здания Цинь Му, все сидящие повставали, а уже стоящие просто повернулись, и с серьёзным выражением взглянули на молодого парня.

Юноша-патриарх дьявольского культа стоял у входа в деревню вместе со старейшиной, целителем, старым Ма и остальными. Среди толпы также стояла и бабушка Сы, смотрящая на внука со сложным выражением лица.

Внезапно поклонились четыре старца и их хоровой голос пронзил облака:

— Четыре Великих Небесных Короля священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

Цинь Му глупо уставился вперёд, не зная, как ему следует поступить. Тем не менее его мысли прервал очередной выкрик:

— Левый и Правый Хранители священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

— Восемь Великих Надзирателей священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

— Двенадцать Старших Защитников священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

Эхо голосов резонировало и накладывалось одно на другое, пока не прогремел оглушительный рёв трёхсот шестидесяти мастеров чертогов:

— Триста шестьдесят мастеров чертогов священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!!!

Разве Цинь Му мог раньше наблюдать за подобным зрелищем? Поэтому он разволновался и невольно умоляюще взглянул на старейшину, бабушку Сы и остальных. Однако те даже не шелохнулись, они просто стояли и смотрели.

Мальчику-пастушку деревни Цань Лао не оставалось ничего другого, кроме как взять себя в руки. Он медленно поднял обе руки и уверенным монотонным тоном, произнёс:

— Вы все можете подняться.

— Спасибо, Молодой Владыка Культа!

Глава 59. Третье пробуждение

Все жители Цинь Лао собрались на входе в деревню. Старейшина, старый Ма, глухой, слепой и остальные смотрели, с радостным трепетом в их сердцах, на проходившую рядом церемонию посвящения. Кто бы мог подумать, что самый могущественный культ пути дьявола, Небесный Дьявольский Культ, будет встречать своего будущего Владыку в такой глуши? Владыку, которому даже не исполнилось двенадцати лет?

Смотря на происходящее, они чувствовали будто становятся свидетелями рождения новой легенды. Казалось, что даже лучи солнца начали переливаться всеми цветами радуги.

Глаза бабушки Сы наполнились слезами, и она всхлипнула:

— Он собирается покинуть нас…

— Это же хорошо, Сы, — целитель тепло улыбнулся. — В один прекрасный день все птенцы вырастают. Они покидают свои гнёзда и улетают, чтобы повидать весь мир, противостоять ветру и волнам, встретиться с опасностями внешнего мира и преодолеть их. Мы, старики, не должны пытаться удержать его здесь до конца своих дней.

У слепого было безмятежное выражение лица, когда он спокойно произнёс:

— Его легенда начнётся, как только он покинет нашу деревню и сделает первый шаг во внешний мир.

Улыбаясь, немой что-то показал на языке жестов, что вызвало смех глухого:

— Ты прав, будущее Му’эра точно будет интересней нашего.

****

Берег Вздымающейся Реки.

Несколько величественных и роскошных кораблей приплыли и остановились у берега. Жители недавно построенной деревни Небесного Дьявола постепенно начали покидать её. Одни улетали, другие же садились на корабли и уплывали. Некоторые даже превращались в странных зверей и уходили в леса, а кто-то перевоплощался в пламя или в воду, чтобы унестись прочь отсюда.

Цинь Му был ошеломлён разнообразием уникальных способностей других людей. Возможно, он и победил этих людей в области Духовного Эмбриона, но у него не было таких же таинственных и редких способностей.

— До свидания, молодой Владыка! — помахала ему одна женщина, прежде чем превратиться в лужицу и упасть в реку.

Цинь Му помахал ей в ответ. Он не знал, кто их этих людей был хорошим, а кто плохим. Единственное, что он знал, так это то, что стал молодым Владыкой их культа. Встретит ли он этих людей в будущем, когда покинет Великие Руины?

— Наш священный культ сорок лет назад начал поиски Владычицы Культа в Великих Руинах, и сейчас все наши старания окупились. Брат, Владычица, вы должны знать, за сорок лет культ никак не развивался, а также у нас не было Владыки, который бы следил за ситуацией в целом. Без нашей прочной основы наш священный культ находился бы в огромной опасности уже сегодня.

Юноша-патриарх встал и, прежде чем уйти, попрощался со старейшиной и бабушкой Сы:

— Теперь, когда молодой Владыка был выбран, пыл некоторых людей поутихнет, но, к сожалению, ненадолго. Имперский Наставник давно положил глаз на наш священный культ, он хочет подчинить нас и заставить работать на него. Пока я всё ещё жив, можно на несколько лет отложить эту проблему на задний план. Но как только молодой Владыка вырастет, он должен покинуть Великие Руины и присоединиться к Небесному Дьявольскому Культу официально.

Старейшина перевёл свой взгляд на бабушку Сы, а та в свою очередь кивнула и сказала:

— Не волнуйся, Патриарх. Поскольку я убила прошлого Владыку Культа, я же и подарю тебе нового. Он придёт в священный культ, как только вырастет, и тогда он возьмёт на себя бразды правления, прямо как ты хочешь.

Юноша-патриарх позвал Старшего Надзирателя, отдал поклон всем присутствующим, а затем обернулся и ушёл. Подойдя к реке, юноша и старик, одетые в грубые тканевые одеяния и соломенные башмаки, пошли прямо по реке, медленно покидая деревню.

Слепой, держа свою бамбуковую трость, громко запел, и раскатистый голос пронёсся меж двумя берегами реки:

— Одна рубаха, одна шляпа, одна маленькая лодка, одна нить и маленький крючок, одна счастливая песня вместе с бутылкой вина, один человек рыбачащий в весеннем ручье! Патриарх Дьявольского Культа, ты и я уже постарели, не знаю будет ли возможность, но давай встретимся ещё раз! Прощай!

Патриарх остановился и, повернувшись, помахал рукой.

— Прощайте все! Ха-ха! — выкрикнул он и вдруг тоже запел. — Восемь сотен стариков бездельничают дома, переполняемые амбициями, которым не суждено сбыться… Они поднимутся на небеса после смерти, но вода рек продолжит течь, а облака на небе продолжат летать…

— Как и ожидалось от Патриарха Дьявольского Культа. Он равнодушен к жизни и смерти. Понимая, что его жизнь завершена он смотрит с улыбкой на изменения, которые произойдут после его смерти, — восхищался слепой.

— Он мудрец. Ты тоже недалёк от такого взгляда на жизнь, слепой, — проговорил старейшина деревни.

— А также он слишком легкомыслен, — засмеялся глухой. — Слепой только знает, как бездумно читать стихи, но сам ничего не смыслит в них. Его стихи не подходят ни ситуации, ни пейзажу. С другой стороны, стихотворение Патриарха соответствует, как ситуации, так и пейзажу, во время прочтения он не теряет ни капельки его героической ауры.

Слепой неожиданно запнулся:

— Т-ты сам ничего не понимаешь в стихах, только и можешь критиковать!

Все громко засмеялись.

На губах Цинь Му застыла тёплая улыбка, пока он смотрел на всех этих весёлых стариков. Может они и инвалиды, но их дух чрезвычайно силён и здоров.

«Моя родня…»

Внезапно парень почувствовал могучую силу, вытекающую меж бровей, от чего его сердце учащённо забилось. Он сразу же взглянул на своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, и на несколько секунд оцепенело застыл, прежде чем всё-таки взволнованно воскликнуть:

— Мой Духовный Эмбрион снова пробудился!

Его Духовный Эмбрион пробудился уже в третий раз. В первый раз это произошло, когда его сознание слилось с эмбрионом, во-второй раз пробуждение произошло, когда он наблюдал за огнём и водой в кузнице…

На этот раз это случилось после боёв во всех трёхсот шестидесяти комнатах. Изнурительные сражения подтолкнули миниатюрный эмбрион Цинь Му поглотить почти весь золотой свет в области Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, после чего тот погрузился в сон…

Однако, на этот раз сон продлился немного дольше, и он только-только проснулся!

Какое же очередное изменение произошло с ним?

— Снова пробудился?

У всех присутствующих были причудливые выражения лиц, когда Цинь Му объявил о пробуждении своего духовного эмбриона. Старейшина деревни, целитель, старый Ма… Выражение их лиц становилось всё страннее и страннее. Духовный эмбрион других людей пробуждался лишь единожды, так почему эмбрион мальчика продолжал засыпать и пробуждаться раз за разом?

— Духовные Тела тоже пробуждаются три раза? — спросил Цинь Му.

Все вокруг переглянулись и покачали головами, прежде чем обратить свои взоры на старейшину деревни.

Голова старейшины разболелась, пока он мысленно недовольно ворчал. Было бы нормально, если эмбрион Цинь Му пробудился лишь единожды, но тот продолжал погружаться в сон и пробуждаться раз за разом. Для старейшины это была непостижимая тайна.

— Всё из-за Тела Тирана, — старейшина неловко кашлянул и обвинил во всём Тело Тирана, прикрывая свой недостаток знаний. — Как вы сами не догадались? Он же использует дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана! Что значит трёх эликсиров? Первое пробуждение означало первый эликсир, второе второй, а третье третий эликсир! Теперь, когда духовный эмбрион пробудился в третий раз, это значит, что парень достиг малого успеха в технике. Не зазнавайся, Му’эр!

Цинь Му тут же кивнул:

— Я однозначно не зазнаюсь.

Целитель хитро улыбнулся:

— А что, если духовный эмбрион пробудится в четвёртый раз? Будет ли это четвёртым эликсиром?

Старейшина знатно разъярился от полученных унижений, ему хотелось наброситься на последнего и хорошенько вмазать меж его рёбер.

Однако, целитель был прав. Что если духовный эмбрион мальчика пробудится в четвёртый раз?

Как тогда он будет выкручиваться?

— Кхм… Кхм… Му’эр, что ты чувствуешь после третьего пробуждения? Какие различия? — старейшина поспешил сменить тему разговора.

Цинь Му тщательно осмотрел своё пространство Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, но так и не ощутил никаких различий. Единственное изменение было в том, что его море золотого света сильно уменьшилось, по сравнению с тем, каким было прежде.

Море золотого света стало очень тонким, и казалось, что оно больше не может восполнять себя самостоятельно. Каждый кусочек, поглощённый духовным эмбрионом, означал, что море становилось всё меньше.

Цинь Му выпустил свою жизненную Ци, и духовный эмбрион повторил за ним. Порою вокруг его тела вился Зелёный Дракон, в другие моменты он был защищён Чёрной Черепахой, а иногда на его спине вырастали крылья. Его жизненная Ци подчинялась его воле! Ему больше не нужно было смотреть на воду или огонь, чтобы сменить атрибут!

Старики переглянулись, не понимая произошедших изменений.

— Отлично, — старейшина деревни тяжело вздохнул и продолжил. — Третье пробуждение позволяет Телу Тирана менять атрибуты по желанию владельца. В битвах это даст много преимуществ, ведь вариативность его действий значительно возрастёт, это одно из чудес Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Все кивнули, поверив объяснению. Целитель опять хотел что-то сказать, но его остановил суровый взгляд старейшины. Поэтому ему пришлось сохранить внешнее спокойствие, но мысленно он довольно злословил: «Я посмотрю, как ты будешь выкручиваться, когда духовный эмбрион пробудится в четвёртый раз!»

****

— Газ выходит из носа, как дым, очищая твоё тело и разум, создаёт сферический мир, который также пуст, как стекло…

Под водопадом долины Нефритового Облака раздался молодой голос, который доносился из соломенной хижины. Заглянув в окна, можно было увидеть четырнадцати-пятнадцатилетнего юношу, ходящего взад-вперед и при этом читающего книгу, а также белоснежную лисицу, которая неотрывно смотрела на парня.

Юношей был Цинь Му, а лисицей — Ху Лин’эр, великий демон долины Нефритового Облака.

Чуть позже дыхание лисы изменилось, оно стало протяжнее, а также появились две струйки белого газа, удивительно похожих на дым, которые то и дело входили и выходили, когда та дышала.

Её жизненная Ци стала обильней и плотней, достигая совершенно нового уровня. Она даже выглядела как дым, из-за чего можно было легко рассмотреть.

Прошло два года и восемь месяцев со встречи с Небесным Дьявольским Культом. Минула зима и жизнь начала возвращаться в недавно холодные края, тем не менее, в воздухе по-прежнему стоял морозный весенний холод. Поверхность Вздымающейся Реки всё ещё полностью не растаяла, поэтому вниз по течению постоянно плыли большие куски льда.

Изгибы реки забивались льдом. Чем больше его там скапливалось, тем объёмней становилась плотина изо льда. В итоге образовалось озеро. Со временем уровень воды будет только расти и потом, когда “дамба” не сможет сдерживать воду, произойдёт наводнение, которое утопит бесчисленное количество людей и странных зверей, живущих вниз по реке.

Последние несколько дней, слепой, одноногий, бабушка Сы и остальные пошли вниз по реке искать плотину, поэтому никого не было в деревне. Из-за этого Цинь Му ушёл на поиски Ху Лин’эр, а затем начал объяснять писания.

Спустя два года парень вырос на столько, что мог посоперничать в росте со слепым, но он всё ещё был короче целителя, который был действительно высоким.

Внезапно шелест и грохот донёсся со стороны леса. Цинь Му закрыл и отложил книгу. Лиса тоже обратила внимание на шум. Когда они выглянули из окна, то увидели огромного зверя тридцати метров в высоту, бегущего к их хижине!

Тело громадного зверя покрывали костяные пластины. Во время его бега стоял ошеломляющий грохот. У зверя была голова дракона с хоботом и ноги слона. Это был слонодракон, гибрид, рождённый от дракона и слона. На спине слонодракона сидела демоническая обезьяна. Она была большой и крепко сбитой, а в руках у неё находился монашеский посох с двенадцатью золотыми кольцами. Слонодракон нёсся прямо на соломенную хижину.

Ху Лин’эр сразу же заслонила Цинь Му. Она открыла рот, глубоко вдохнула, а затем с силой выдохнула.

Вуууш…

Сильный порыв ветра понёсся прямо к слонодракону. Хвост лисицы двинулся, от чего и без того сильный порыв ветра стал ещё более ужасающим. Изначально это был вихрь, но теперь вихрь превратился в настоящий смерч, который подхватил слонодракона и сидящую на нём обезьяну в небо.

Демоническая обезьяна спрыгнула со спины своего “ездового” зверя и покрепче схватила посох, который неожиданно начал увеличиваться в размерах, он становился всё больше и больше!

— Кхаккхара! — взревела обезьяна и рухнула на землю, словно маленькая гора! Обе руки крепко держали посох и вонзили его глубоко в землю. Заклятие лисицы было разорванно, от чего смерч тут же развеялся во все стороны.

Демоническая обезьяна вытащила посох и, словно взлетев, прыгнула вверх. Она занесла посох за спину, чтобы размазать Ху Лин’эр. Однако, раздался лишь громкий звук, так как рука Цинь Му заблокировала удар, летящий в лису.

В этот момент Ху Лин’эр отпрыгнула и создала своим дыханием несколько трёхметровых изогнутых лезвий. Затем шесть или семь изогнутых лезвий устремились по воздуху со скоростью звука, однако эта атака предназначалась не демонической обезьяне, а Цинь Му!

Глава 60. Генерал Цинь и Седьмой Молодой Мастер

Казалось, что Цинь Му ожидал атаки всё это время, поймав монашеский посох одной рукой и, силой подняв демоническую обезьяну в воздух, он сокрушил её ударом об землю. Пять пальцев его второй руки в одно мгновение щёлкнули, издавая звук шести взрывов, и в тот же миг все изогнутые мечи, созданные из Ци Ху Лин’эр, разлетелись вдребезги.

Аааф!

Слонодракон внезапно перенаправил всю силу в ноги. Взяв преимущество от пространства, освобождённого обезьяной, Ху Лин’эр, склонив голову, бросилась в сторону Цинь Му, сильным ударом заставляя того отлететь прочь!

В тот момент, когда слонодракон столкнулся с Цинь Му, его хобот внезапно вырос в несколько раз, обвился вокруг парня, который в это время всё ещё находился в воздухе, и потянул назад, перед тем как снова подняться в воздух и беспощадно ударить парнем о землю.

Слонодракон ещё раз поднял его в воздух и приготовился повторить сокрушительный удар, но в последний момент Цинь Му внезапно сменил технику своих ног и пнул хобот слона так, что тот отлетел в сторону. За этим последовала ещё сотня сокрушительных ударов по морде слона, отправляя его в длительный полёт.

— Кроха, вниз!

Зелёный дракон свернулся вокруг величественного тела демонической обезьяны и прихлопнул Цинь Му, который как раз отправил слонодракона в полёт. С рёвом её толстая и крепкая нога поднялась и нещадно наступила на парня!

Навык Небесного Расхитителя — Топтание Горы Сумеру!

Цинь Му, распластавшийся на земле от столкновения с ногой, перевернулся и моментально поднял вверх одну ногу, в то время как остальное его тело лежало параллельно земле. Его вторая нога затем встретилась лицом к лицу с огромными ступнями демонической обезьяны.

Он всегда использовал навык Топтание Горы Сумеру, однако, в спешке ему пришлось изменить движение, поэтому исполнение было непривычным, тем не менее сила удара осталась поразительной!

Обезьяна простонала и отступила на пару шагов назад. Затем она схватила хвост слонодракона и швырнула зверя в Цинь Му. В то же время хвост Ху Лин’эр, издав жуткий свист, рассёк воздух и швырнул несколько вращающихся как волчки изогнутых мечей в сторону юноши!

Внезапно в небе раздались звуки взрыва. Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, когда он мгновенно уклонился от атак Ху Лин’эр и демонической обезьяны. Глядя на источник звука, парень увидел, как сотня мужчин и женщин в доспехах прыгали сквозь лес вверх по течению Вздымающейся Реки.

Некоторые из них заметили бой и решили остановиться, чтобы посмотреть. Один из мужчин увидел Цинь Му, демоническую обезьяну и белую лису и с изумлением произнес:

— Охотник?

— Не отвлекайся, мы должны двигаться!

Какой-то другой человек с напором прошептал:

— Корабль почти здесь! Мы должны занять реку до его прибытия!

— Разве это приемлемо? Нет ничего хорошего в разлетающихся о нас вестях.

— Много мастеров прячутся в уединении в Великих Руинах. Не причиняйте больше неприятностей, чем необходимо. Давайте двигаться, их корабль очень быстр, и если мы его пропустим, будет слишком поздно сожалеть!

Ветер поднял людей, и они быстро исчезли в лесу.

Цинь Му был озадачен происходящим:

— Эти люди не похожи на людей из Великих Руин. Похоже на то, что они несутся вверх по течению, чтобы устроить засаду. Один из них хотел даже заставить нас замолчать, так что не похожи они на хороших ребят… Лин’эр, здоровяк, видите, честные люди, такие как мы, всегда оказываются в невыгодном положении, нас всегда пытаются заткнуть.

Маленькая белая лиса сразу же кивнула головой в полном одобрении, в то время как демоническая обезьяна покривилась:

— Веришь? Привидения!

Цинь Му только собрался что-то сказать, но тут, внезапно, прибежал слонодракон и ударом снёс его в сторону.

Обезьяна впала в ярость и начала жестоко избивать зверя:

— Отдыхаем, понятно?

Слонодракон захныкал от побоев. Цинь Му тоже хотел преподать ему пару уроков, но увидев то, как сильно тому досталось от обезьяны, успокоился.

Слонодракон был странным зверем, жившим по соседству с долиной Дворца Подавления Рока. У него также была своя территория, и с телом, полным силы, он был действительно необычным созданием. Слонодракон и демоническая обезьяна никогда не могли найти общий язык и часто дрались. Слонодракон когда-то частенько заглядывал на территории обезьяны, для того чтобы утащить диких зверей, но после того, как Цинь Му стал хозяином долины Дворца Подавления Рока, и научил демоническую обезьяну совершенствоваться, тот перестал быть ей ровней.

Демоническая обезьяна частенько искала возможности отомстить, и иногда жестоко его избивала. Когда слонодракон больше не мог терпеть, он решил сдаться и стать её ездовым зверем. Вместе они выглядели довольно впечатляюще и устрашающе…

Однако, слонодракон был немного глупее демонической обезьяны и маленькой лисы.

Взгляд Цинь Му вспыхнул, и он в мгновение ока выскочил на вершину горного хребта, с которого стекал водопад. Между отвесными скалами хребта нёсся поток Вздымающейся Реки, вперемешку с ледяными глыбами. Льдин, плывущих по её поверхности, было ещё довольно много, поэтому в это время года корабли по ней не ходили.

Тем не менее в этот момент Цинь Му увидел корабль, выныривающий прямо со дна реки. Неожиданно, он с громким треском проломил лёд и быстро стал на воду. Парню было сложно оторвать глаза от корабля, идущего с огромной скоростью вверх по течению практически замёрзшей реки.

Демоническая обезьяна, Ху Лин’эр и слонодракон тоже поднялись и сели рядом с ним. Обезьяна общипала сосну и отдала немного сосновых ветвей маленькой лисе.

Ху Лин’эр потрясла головой, на что обезьяна возмутилась:

— Ешь! Сильный!

Ху Лин’эр улыбнулась и ответила:

— Я такое не ем.

Демоническая обезьяна поднесла ветки с зеленью к лицу слонодракона и произнесла:

— Ешь! Сильный!

Слонодракон тоже отказался, после чего обезьяна тут же прижала его морду к земле и нанесла несколько свирепых ударов:

— Ешь!

Глаза слонодракона заслезились, и он молча начал давиться ветками, тем самым успокоив обезьяну, которая присела, чтобы медленно расправиться со своей долей. Ху Лин’эр не смогла сдержать язык за зубами:

— Эй, здоровяк, а знаешь ли ты, что слонодракон не травоядный? Он предпочитает мясо так как ему более свойственна природа дракона, а не слона.

Слонодракон почувствовал поддержку и сразу же кивнул своей драконьей мордой, на что обезьяна лишь ухмыльнулась:

— Травоядный — сильный! Я травоядный! Я сильный!

Слёзы слонодракона щедро лились, пока он продолжать силой запихивать в себя сосновые ветки с зеленью.

Корабль подошёл ближе, и Цинь Му разглядел на его борту офицеров с солдатами, каждый из которых был одет в сияющий доспех. Так же на нём находился имперский навес, под которым величественно восседал молодой генерал.

На широкой палубе находилось несколько картин, а также художники, которые, стоя возле странных, трёхметровых в высоту, бронзовых зеркал, что-то рисовали.

На корабле также были одетые как пастухи солдаты, открывающие железные клетки и выпускающие сидящих в них золотых орлов на волю.

Втайне пробудив свои Глаза Небес, Цинь Му увидел картины зелёных холмов и чистых вод, которые постоянно менялись, отражаясь на бронзовых зеркалах.

Внезапно раздавшийся звук орлиных криков заставил Цинь Му направить взор вверх. Он увидел золотого орла, парящего в небе над ним.

Цинь Му мгновенно понял, что происходит: «Картины в бронзовых зеркалах показывают им то, что видят золотые орлы! Что это за волшебство такое? Оно как-то проецирует взгляд орла в картинку на зеркале… Точно! Художники рисуют топографическую карту Великих Руин вокруг реки!»

Отпуская золотых орлов высоко в небо для того, чтобы разглядеть топографию мест, окружающих реку, художники могут делать зарисовки с картин, отображаемых на бронзовых зеркалах. Таким образом, путешествуя вверх по течению, они смогут запечатлеть на бумаге всю топографию вокруг реки.

«Кто эти люди? Зачем им топографическая карта вокруг Вздымающейся Реки? Для чего они её используют?» — озадаченно заморгал Цинь Му.

В этот момент один из солдат быстро вошёл под навес, опустился на одно колено, и отсалютовал:

— Генерал Цинь, кто-то шпионит за нами с того берега реки!

Молодой генерал приподнял брови и повернул голову прямо в сторону Цинь Му. Сердце парня вздрогнуло, когда взгляд генерала встретился с его собственным. Они были как два невероятно ярких, почти ослепляющих, луча света… Цинь Му не видел ничего кроме света.

Ху Лин’эр и демоническая обезьяна в изумлении воскликнули и прикрыли глаза руками, один только слонодракон так увлёкся поеданием сосновых листьев, что ничего не заметил.

— Это просто обычные селяне на берегу реки, — генерал Цинь закрыл свои глаза, решив немного вздремнуть. — Они не представляют никакой опасности, поскольку ни один из них не смог справиться с моим взглядом, нет смысла морочить голову.

— Да, генерал! — солдат на секунду засомневался, но всё же решил продолжить. — Генерал, семь месяцев назад, исполняя императорский приказ, мы отыскали и захватили дом Янь Чжэна, руководящего Доской Обрядов. Янь Чжэн, будучи из секты меча Хуа Цин, и часто заступаясь за мелкие секты, всегда имел честную репутацию среди всех слоёв населения, от чего его положение в обществе было довольно высоким. Генерал захватил дом Янь Чжэн, а его самого бросил в тюрьму, собираясь затем, следуя императорскому приказу, казнить… Наше путешествие может оказаться не таким уж гладким, если отёсывающиеся на свободе лакеи Янь Чжэна дотянутся до нас.

Генерал Цинь холодно улыбнулся:

— Обыск и конфискация его дома проводилась по императорскому приказу, собственно, так же, как и казнь. Как всё это связанно со мной? Янь Чжэн зазнался от славы и фактически обвинил Имперского Наставника в мятеже, желая, чтобы император немедленно казнил последнего. Как же это нелепо! Заимев совсем чуть-чуть репутации и славы, он вознамерился вбить клин между императором и Имперским Наставником… Он заслуживает смерти только из-за своих нечистых намерений, кто ещё должен быть убит если не он?

Генерал потёр свой лоб и вздохнул:

— Император хотел, чтобы я захватил дом Янь Чжэна и казнил, потому что я ученик Имперского Наставника, а также для того, чтобы продвинуть меня. К тому же, я должен был довести до общественности недвусмысленную мысль, что император безоговорочно доверяет Имперскому Наставнику, а все те чиновники двора, у которых есть предательские мыслишки, должны выбросить их из головы! Как жаль, что некоторые люди не смогли ясно увидеть текущую политику и понять стоящий за ней смысл, тем самым отправив себя на смерть.

Солдат продолжил:

— Но нам могут встретиться люди, желающие прославиться. Они вполне могут устроить нам засаду…

Генерал Цинь махнул рукой и равнодушно сказал:

— Ну тогда я просто приманю собой всех оставшихся на свободе лакеев Янь Чжэна и одним махом захвачу этих бунтовщиков.

Встав, он подошёл к носовой части корабля и посмотрел на бурлящую внизу реку, несущую своим течением лёд. Глядя на горный хребет, он равнодушно продолжил:

— Имперский Наставник приказал мне войти в Великие Руины и нарисовать для империи топографическую карту Вздымающейся Реки, чтобы затем включить Великие Руины в её территорию. Этим бунтовщикам не только не хватает понимания о том насколько тяжела работа Имперского Наставника, так они ещё и убить меня вздумали? Разве не достойны смерти те, кто пытается сеять хаос в Империи Вечного Мира?

В этот момент молодой мастер вышел из кабины корабля. Толстым он не был, но на лице была заметна небольшая прослойка жира. На его лбу красовалась красная точка, а рука держала раскладной веер.

— Я даже не знаю смеяться мне или плакать, думая о том факте, что такой человек носит титул честного и верного чиновника! Таких “верных” нужно истреблять! — рассмеялся молодой мастер.

Генерал Цинь сразу же обернулся и поздоровался:

— Седьмой молодой мастер.

Седьмой молодой мастер поднял голову и посмотрел на гору. Тени Цинь Му и демонической обезьяны спадали вниз и накрывали собой парусник.

— Генерал Цинь, я слышал, что аборигены в Великих Руинах — это люди, отвергнутые богами, прав ли я? — спросил седьмой мастер.

Глава 61. Ледяной прилив

— Ты не совсем прав, — генерал Цинь улыбнулся. — У нас нет возможности исследовать происхождение Великих Руин. Однако раньше, когда только основали Империю Вечного Мира, мы получили предсказание. В нём говорилось, что Великие Руины являлись землёй, отвергнутой богами, и все живущие в них люди должны остаться там навсегда. Если же кто-то сбегал, он должен быть убит на месте при любых обстоятельствах. Исходя из того, что я слышал, многие другие страны также получили подобные предсказания. Однако здесь живут не только аборигены Великих Руин, но и ужасные люди, которым больше негде было укрыться. Подозреваю, что эти люди даже опаснее отвергнутых!

Седьмой молодой мастер с любопытством спросил:

— Я видел торговцев, которые въезжали в Великие Руины на пограничном посту, почему Империя Вечного Мира продолжает вести торговлю с отвергнутыми людьми Великих Руин?

— Молодой мастер, возможно, не знает этого, но даже если Великие Руины бесплодны, их природные ресурсы многочисленны. Здесь есть бесчисленные редкие материалы, драгоценные сокровища и ценные звери, которых можно обменять на бесполезные предметы, такие как приправы. Почему мы должны быть против подобного? — сказал генерал Цинь и продолжил. — Сложно представить сколько прибыли нам принесло за столько лет наше сотрудничество. Использование этих денег для военных нужд позволяет нашей Империи Вечного Мира иметь хорошо обученную и могущественную армию, которая намного превосходит другие страны.

Седьмой молодой мастер снова спросил:

— Что если существуют отвергнутые, которые пытаются перебраться через границу, разве это не может плохо закончится?

— В своё время, вместе с предсказанием мы получили ещё несколько сокровищ. Они называются Смотровыми Зеркалами и висят на вершинах гор, у границ Империи Вечного Мира. Если к зеркалам приближались отвергнутые, они начинали ярко светить, выдавая нарушителей. Имперский Наставник думал, что жители руин могут иметь особенное происхождение, но, проверив их тела, обнаружил, что они обычные люди, — генерал Цинь улыбнулся. — Бесчисленное количество беженцев было схвачено на этих перевалах. Большинство из них были немедленно казнены, а других отправляли на рудники. Выжить один или два года в таком месте считалось везением.

Корабль начал постепенно отплывать. Стоя у обрыва, Цинь Му с восхищением произнёс:

— Этот человек очень сильный. Его взгляд невероятно мощный, не странно что он стал генералом в таком юном возрасте! Он пытается создать топографическую карту Вздымающейся Реки, неужели Империя Вечного Мира собирается направить свои войска в Великие Руины?

Парень был слегка озадачен. Великие Руины являлись бесплодной землёй, где на каждом углу подстерегала опасность. К тому же, после захода солнца здесь наступало вторжение темноты. Вводить войска в Великие Руины казалось не самой лучшей идеей Империи.

Если армия Империи Вечного Мира будет слишком маленькой, её не хватит даже чтобы набить брюха странных зверей. Если же она будет слишком большой, ей будет негде прятаться от темноты.

Эти факторы делали Великие Руины невероятно опасным местом, именно поэтому никто не мог ими управлять…

Даже Империя Вечного Мира.

И если бы она попыталась вторгнуться, её поражение не заставило бы себя ждать!

Внезапно Цинь Му что-то вспомнил и сразу же приказал:

— Здоровяк, немедленно возвращайся во Дворец Подавления Рока и уничтожь карту Великих Руин!

Демоническая обезьяна поднялась и ловко оседлала слонодракона, который, издав рёв, бросился вперёд.

«Поскольку Империя Вечного Мира начинает рисовать топографическую карту Волнующейся Реки, такая находка как карта Великих Руин им бы точно не помешала» — Цинь Му размышлял со слегка беспокойным выражением лица.

Карту было жаль уничтожать, но, в любом случае, она и так навсегда останется в памяти парня.

Вскоре после всего произошедшего, речная вода стала постепенно алеть. Цинь Му замер, наблюдая, как вода стаёт всё краснее и краснее!

— Молодой мастер, в реке трупы! — встревоженно закричала Ху Лин’эр.

Цинь Му тоже увидел тела, но ничего не сказал. Смотря вверх по течению, он видел всё больше и больше трупов, плывущих вниз. Под водой виднелись огромные рыбы и прочие речные звери, которые взбивали воду, пытаясь съесть как можно больше свежего мяса, в процессе создавая довольно сильную суматоху.

Пробудив свои Глаза Небес, Цинь Му раглядел лица, колыхающиеся по поверхности воды, что заставило всё его тело вздрогнуть. Трупами оказались незнакомцы, которые недавно собирались устроить засаду возле долины Нефритового Облака.

Вода бурлила, в то время как её цвет становился ещё кровавее. Даже плавающий лёд практически полностью окрасился в красное.

Из сотни трупов не вытекло бы столько крови!

Вздымающаяся Река очень широкая, почти пять километров от одного берега к другому. С её быстрым течением, кровь ста человек не смогла бы окрасить воду в такой яркий оттенок.

Лицо Цинь Му застыло, когда он увидел огромную волну трупов. Их были тысячи, и, смешавшись с кусками льда, они выглядели будто ледяной прилив, спускающийся по течению!

Эти люди были сильными практиками, которые собирались устроить засаду на генерала. Их было огромное количество, и они разделились по группам, собираясь занять позиции для засады. Но генерал убил их всех!

Наступающий ледяной прилив из трупов означал, что все эти люди умерли в одно и то же время!

Они все умерли практически одновременно от руки генерала и других мастеров, находящихся на корабле!

Цинь Му медленно собирался с мыслями. Впервые он видел такое пугающее зрелище. Произошедшее было ужаснее резни в деревне, где он с бабушкой должны были принять роды.

Тогда парень был невероятно напуган, но с ним находилась бабушка Сы, которой удалось успокоить его. Теперь, даже несмотря на то, что он стал сильным мастером боевых искусств, его сердце почти выпрыгивало из груди от такого зрелища.

Слишком жестоко.

Если молодой генерал Империи Вечного Мира оказался таким мощным и безжалостным, то насколько сильно пострадали бы здешние дикие земли, если бы бронированная кавалерия Империи Вечного Мира вторглась в Великие Руины?

Цинь Му потряс головой, отгоняя беспокойство. Повернувшись к Ху Лин’эр, он сказал:

— Не выходи в следующие несколько дней на пьянки, также скажи своим сёстрам, чтобы хорошо себя вели и сидели дома.

Ху Лин’эр моментально кивнула головой.

Она может быть и демон, но увиденное испугало её до мурашек.

— Лин’эр, сначала вернись и найди своих сестёр, а я на всякий случай пойду вниз по течению и проверю, чтобы эти трупы не перекрыли реку!

Закончив говорить, Цинь Му спрыгнул вниз, сбегая по стене скалы и добираясь до поверхности реки. Затем он ступил на воду и ушёл.

Двигаясь вниз по реке, трупы собирали за собой весь лёд, плавающий на поверхности. Цинь Му быстро догнал волну трупов со льдом и увидел, что она постоянно растёт. Куски льда сталкивались друг с другом, издавая хрустящий звук и перемалывая трупы в кашу.

Преодолев пять километров вниз по течению, плывущий лёд уже образовал настоящую ледяную гору, обвешанную мёртвыми телами…

Из-за потока глыб льда, ледяная гора становилась всё тяжелее и выше. Даже вода не могла преодолеть такое препятствие, отчего её уровень, позади медленно курсирующей горы изо льда, постоянно поднимался.

Цинь Му нахмурился. Сейчас река была прямой, но как только она доберётся к оазису, на котором живёт женщина У, поток свернёт. Если лёд не сможет там пройти, он застрянет и сформирует озеро. Речная вода и плавающий лёд со временем накопятся и смогут подняться в высоту до трёхсот метров!

Когда ледяная волна не сможет больше выдерживать давление, она разрушится. Огромный потоп снесёт и проглотит всё на своём пути, вне зависимости от того, человек это или зверь, все будут унесены потопом!

Много деревень были построены на берегу реки, из-за удобности передвижения. Если потоп прорвётся, будет сложно подсчитать потери от уничтоженных деревень и их населения.

«Бабушка Сы и остальные скорее всего всё ещё заняты своими делами ниже по течению. Они не знают, что скоро здесь сформируется озеро. В деревне остался старейшина, и ему трудно перемещаться. Кто тогда сможет помочь мне решить проблему с “дамбой”?»

Цинь Му напряжённо думал. Издавая скрежет, ледяная гора проплыла мимо деревни Цань Лао. Силы парня было попросту недостаточно, чтобы решить проблему в одиночку.

Возле входа в деревню сидел старейшина и, широко открыв глаза, наблюдал за тем, как Цинь Му и ледяная волна проплывали мимо. Он потряс головой и улыбнулся:

— Этот простофиля опять натворил дел…

Из-за блокады, созданной горой льда, уровень воды почти поднялся ему до пояса. В этот момент Ци старейшины направилась к месту, где должны были начинаться его ноги, и превратилась в пару новых конечностей. Сделав несколько шагов прямо в воздух, он уселся, наблюдая за Цинь Му.

Ноги старейшины были сформированными его жизненной Ци и ничем не отличались от обычных ног. Если бы его жизненная Ци иссякла, от ног тоже бы ничего не осталось.

«Я понял. Я должен найти Женщину У!» — глаза Цинь Му загорелись и в тот же момент он начал ускоряться. Сделав несколько шагов по поверхности реки, он взобрался на ледяную гору и со всей силы прыгнул вперёд, оставив кучу льда позади себя.

Бежав со скоростью штормового ветра, парень настиг оазис посреди реки в считанные мгновения.

Оазис походил на одинокий остров, на которым располагался храм, в свою очередь в котором был заточён старый монстр по имени женщина У.

Цинь Му добрался до оазиса и сразу же бросился на лестницу, ведущую в храм.

Внутри храма сидела маленькая девочка, с заплетёнными в три косички волосами, качающая от скуки ногами. Она поджидала новую жертву, которая прошла бы сквозь дверь храма. Увидев Цинь Му, ворвавшегося внутрь её тюрьмы, глаза девочки налились кровью от ярости, вызванной встречей со старым врагом. Маленькая девочка тут же спрыгнула с руки Будды и спряталась за статуей, с ненавистью выглядывая на Цинь Му.

— Женщина У, я не причиню тебя вреда! — Цинь Му быстро объяснял. — Ледяная волна почти здесь, мне нужна твоя помощь, для того чтобы её разрушить!

Маленькая девочка без особого интереса вышла из-за статуи Будды и снова запрыгнула на его руку:

— Не интересно. Ледяной прилив случается каждый год, и не попадает в это место из-за защиты Будды.

Взгляд Цинь Му упал на цепи:

— Я могу уничтожить их и освободить тебя!

Глаза женщины У загорелись, но почти сразу же потускнели:

— Возможно твой старейшина и смог бы меня освободить… но уж точно не ты.

Жизненная Ци Цинь Му выплеснулась наружу в момент, когда он схватил меч Младший Защитник и рубанул по цепи.

Дзинь!

Громкий звук резонировал от стен, в то время как одна из цепей, обёрнутых вокруг статуи, получила глубокую трещину. К разочарованию парня, эта трещина словно живая почти сразу же затянулась.

Без каких-либо слов он снова разбудил свою Ци и начал наносить рубящие удары.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Послышалась серия отчётливых звуков звона и вскоре цепь была успешно разбита Цинь Му.

Женщина У ошеломлённо уставился. Изумление и восторг пробудились в её сердце. Однако медный Будда внезапно открыл глаза и прокричал своим громовым голосом:

— Злое создание! Как ты посмел отвлекать меня от моей религиозной практики и сводить на нет мои достижения?

Глава 62. Сведение достижений на нет

— Отвлекать тебя от религиозной практики и сводить на нет достижения? — ухмыляясь, Цинь Му разрубил ещё несколько цепей. — Ты всего лишь медная статуя Будды, какие у тебя могут быть достижения? Удержание женщины У? Или наблюдение за тем, как она пожирает людей у тебя под носом? Если когда-то твои деяния и можно было назвать великими, то сейчас ты своими же действиями попросту все растратил!

Тело великого Будды задрожало и следы крови на его медной коже начали излучать слабый свет. Покрытый золотыми листьями, он начал светиться солнечными огнями и приглушённо заговорил:

— Ты хотя бы представляешь себе, сколько людей будет съедено, и деревень разрушено, если ты освободишь это существо?

— Всё что я знаю это то, что за твоей спиной лежит бесчисленное количество костей, которые она спрятала. Ты был попросту использован для совершения злодеяний, и при том полностью игнорировал происходящее, — Цинь Му разрубил ещё одну цепь, и снова ухмыльнулся. — Ледяная волна настигает храм несколько раз в год. Ты хоть что-нибудь сделал, чтобы её предотвратить? Вот решишь проблему со льдом, тогда и поговорим о деяниях, а пока что ты попросту сидишь в храме и сторожишь монстра. И судя по этой горе костей, у тебя это не очень хорошо получается. Если сможешь разрушить лёд, угрожающий невинным людям внизу реки, то, быть может, наконец-то получишь хорошую славу!

Статуя Будды засияла золотым огнём, а её руки начали двигаться будто живые. Женщина У не смогла сдержать тревогу:

— Этот злой Будда — старый лысый осёл! Он собирается очистить меня до смерти!

Цинь Му в мгновение ока оказался снаружи храма, и использовал свой меч Младший Защитник, чтобы разрубить цепи за стеной.

— Грехи всех живых должны быть смыты потопом, только так они избавятся от зла. Они пожнут то, что сами посеяли.

Буум!

Храм охватила сильная дрожь и в следующий момент Цинь Му увидел, как Будда встал и, проломив своей головой стену, громоподобно взревел:

— Ты, злое создание, как ты смеешь перечь учениям великого Будды! Такое упрямое и злобное существо никогда не сможет найти просветление!

Цепи, приковывающие великого Будду и женщину У, вдруг ожили и засвистели в воздухе, быстро направляясь в сторону Цинь Му.

— Своими буддистскими учениями ты просто пытаешься получить выгоду от спасения других, а не помочь им! Лицемер! — выкрикнул Цинь Му и отпрыгнул, увернувшись от столкновения с цепью. Своим мечом он ударил по ней и, разрубив, продолжил. — Надо было её убить, как только захватил, тогда это можно было бы назвать достойным деянием. Но всё, что ты сделал, это захватил демона под свой контроль и разрешил поедать невинных людей. Почему? Да потому, что поедание людей — это величайший грех, а чем больше грехов она накопит, тем мощнее будет чудо её очищения, и тем чище станет твоя карма. Грехи женщины У против людей, которых она съела, должны быть на твоей совести!

Дзинь!

Меч Младший Защитник столкнулся с цепью и под воздействием вышедшей из неё силы, отскочил в сторону.

Цинь Му крякнул и отступил, избегая цепей, которые были похожи на двух черных питонов. Потом он снова ухмыльнулся:

— Вокруг нас потоп, а ты сидишь здесь, и не только отказываешься помогать, но ещё и мешаешь мне! О каких заслугах может быть речь? Вот что я скажу — в моей деревне есть много пожилых стариков, которые каждый год помогают разбивать лёд, спасая простых людей и зверей! Спасая бесчисленные жизни! Если Буддой можно стать только благодаря заслугам, то каждый из них уже должен быть Великим Золотым Буддой, не то что ты, кусок меди!

— Это смешно!

Медный Будда был чрезвычайно огромен, и подняв одну ногу он вышел из заброшенного храма, попутно разрушив несколько стен. Держа ладони вместе и издавая страшный скрежет цепей, Будда отбросил парня в сторону.

Цинь Му чувствовал, как трепещут его кости, когда подлетел в воздух, чтобы уклониться от летящей в него цепи.

Наступив на цепь, он пробежался вдоль неё и перенаправил свою Ци в удар мечом, чтобы разрубить последнюю цепь, сдерживающую женщину У.

Цепи были похожи на неестественно толстых питонов, извивающихся в воздухе, атакуя и ослепляя Цинь Му и не давая завершить задуманное.

Медный Будда был явно сделан из меди, но, тем не менее, оставался невообразимо проворным.

Раньше медный Будда не мог отличить Цинь Му от женщины У. Но, когда парень использовал свой дьявольский голос, тот мгновенно реагировал и произносил буддистское мантры, предназначенные для очищения женщины У. Теперь Цинь Му пытался освободить У, и медный Будда изменил свою тактику, атакуя исключительно цепями.

Толстые цепи летели в Цинь Му со всех сторон, поэтому ему пришлось оттолкнуться от одной из них, чтобы увернуться.

Сила медного Будды медленно возрастала. Вибрации, исходящие от трущихся друг о друга цепей, мешали Цинь Му держать равновесие. Его ноги немели, и ему ставало труднее контролировать меч Младший Защитник.

Медный Будда был невероятно силён, и даже казалось, будто его мощь была бесконечной, продолжая неумолимо расти.

Бабушка Сы и одноногий когда-то говорили о этом Будде, и упоминали, что с ним происходит что-то странное. Однажды бабушка Сы решила избавиться от женщины У, но медный Будда смог её остановить.

Бабушка Сы, естественно, была невероятно сильной, но даже это не помогло ей избавиться от У. Это значило, что когда Будда достигнет вершины своей силы, остановить его будет невозможной задачей для Цинь Му.

И теперь, его сила всё росла и росла.

Даже не достигнув своего полного потенциала, Будда стал слишком сильным противником для Цинь Му.

Внезапно, раздался звук, от которого задрожала земля. Огромная ледяная волна наконец-то настигла оазис. Ледяная гора уже достигла в высоту нескольких десятков метров и, будучи под влиянием силы бурного течения, с треском врезалась в остров, оказываясь прямо за спиной Цинь Му.

Парня окутала тень. Обернувшись, он увидел огромную гору из кусков льда, которые, ударяясь друг о друга, поднимались на вершину, чтобы за тем скатиться обратно в воду. Их место тут же занимали новые куски, затем скатываясь следом.

Ледяной прилив уничтожал всё на своём пути. Куски трупов, разбитых льдом, уже невозможно было опознать. Единственное что осталось, это огромная ледяная гора, идущая вперёд и уничтожающая всё своей массой.

Медный Будда, казалось, тоже заметил опасность и решил отвлечься от Цинь Му. Он протянул руки в сторону ползущей ледяной горы в попытке оттолкнуть ее назад.

Пух!..

Вокруг оазиса образовался огромный золотой колокол, состоящий из лучей света.

Бам!..

Многочисленные куски льда падали на золотой колокол и, разбиваясь на части, издавали громкий треск. Каждый кусок льда, столкнувшийся с колоколом, формировал волну золотого цвета, разлетающуюся во все стороны. Со стороны Цинь Му это казалось великолепным и блистательным зрелищем.

Вскоре, ледяная гора полностью обрушилась на оазис, издавая оглушающий грохот. Сквозь него слышались громкие колокольные звоны!

Противостояние силы природы против буддистского божественного искусства медного Будды было потрясающем. Даже оазис качался от вибраций и, казалось, был готов погрузиться в воду в любой момент.

Ледяная волна была заблокирована оазисом и золотым колоколом, из-за чего начала расти всё выше и выше. Она свободно продвигалась по сторонам острова, но посередине лёд начинал скапливаться. Вскоре, лёд начал переваливать через колокол!

Бдзинь!

Железные цепи затряслись и полетели в сторону Цинь Му. У Будды оказалось ещё достаточно свободной энергии, чтобы контролировать железные цепи, которые спонтанно передумали оставлять парня в покое.

В то же время, со звонким металлическим звуком, медный Будда начал лупить по стенам золотого колокола своими ладонями, усиливая его мощь.

Цепи, обмотанные вокруг его тела, непрерывно атаковали Цинь Му. Одна из них зацепила женщину У, пребывавшую в форме маленькой девочки Сянь Цин’эр, и жестоко протянула её лицом по земле. Вид у создания был довольно жалкий.

Цинь Му ступил на цепь и сразу же почувствовал, что сила медного Будды значительно уменьшилась, он уже не представлял собой такой большой опасности. Используя возможность, он взмахнул мечом, наконец разрубив последнюю цепь, сдерживающую женщину У.

У была ошеломлена, она вознесла руки к небу и посмотрела на золотые петли вокруг своих запястий, из которых свисали две разрушенных цепи.

К золотым петлям, вокруг лодыжек её ног, тоже крепились разрушенные цепи.

— Прекращай мечтать и двигай отсюда! — прокричал Цинь Му в прыжке.

Женщина У громко рассмеялась и её тело внезапно начало деформироваться. Кожа Сянь Цин’эр слетела с неё и перед глазами Цинь Му возник истинный облик демона, весь покрытый костями. Танцуя сотней своих ног в воздухе, она прокричала:

— Ну же, маленький братец, прыгай на меня, и я унесу тебя отсюда!

Цинь Му приземлился на неё. Покрытое костями тело великого демона, звеня волокущимися цепями, направлялось к задней части оазиса. Её ноги двигались с невероятной скоростью и вскоре взмели в воздух. С огромной скоростью она помчалась к стене золотого колокола!

— Злое существо! Ты моя добыча, и всё же думаешь сбежать?

Медный Будда обернулся и схватил рукой пустоту. Золотые цепи на петлях У вздрогнули и начали тянуть её назад. Тем временем, цепи на теле Будды сами по себе взлетели и помчались на встречу демону, пытаясь воссоединиться с недостающими частями самих себя.

Кровь женщины У застыла. Она упала под силой, тянущей её назад. Воздействие цепей на её ногах увеличивалось, и неумолимо тянуло обратно к медному Будде.

Упёршись всеми своими бесчисленными конечностями, она пыталась отползти вперёд, но ничего не могла противопоставить силе великого Будды.

Цинь Му хотел было использовать свою жизненную Ци, чтобы мечом отрубить петли на конечностях женщины У, но в этот момент невероятно прекрасный луч света разломал золотой колокол пополам и вошёл прямо между глаз медного Будды.

Будда взвыл и прикрыл глаза огромной ладонью. Женщина У внезапно почувствовала лёгкость в ногах и моментально принялась бежать. Ей понадобилось всего несколько шагов, чтобы подняться в воздух и покинуть площадь, окутанную золотым колоколом, исчезая на поверхности реки.

Позади Цинь Му медный Будда продолжал выть. Внезапно золотой колокол рухнул и ледяная гора, подобно небесному потопу, последовала за ним вниз, похоронив собой оазис. Древний храм был разрушен, а оазис был сплющен льдом!

— Мы с тобой ведь никогда не лезли в дела друг друга…

Медный Будда был в ярости. Но до того, как он успел договорить, ледяная гора унесла его на дно реки вместе с оазисом!

Глава 63. X, Л, H

Маленькая вспышка рассекла воздух и спряталась в волосах старейшины деревни. Старейшина не обратил на это внимание и, прямо по воздуху, будто по лестнице, спустился вниз, направившись в сторону деревни Цань Лао.

В пятидесяти километрах ниже по течению река брала поворот, чтобы пройти мимо горы. Здесь и застряла ледяная волна. Лёд накапливался до тех пор, пока полностью не перекрыл реку.

— Женщина У, стой!

Стоногая, покрытая белой костью, женщина потащила Цинь Му в воздух, скользя с чрезвычайной скоростью, будто дракон. Услышав слова парня, она приземлилась на левой стороне оврага и громко засмеялась:

— Зачем мне тебя слушать, маленький мошенник?

Цинь Му встал на ноги и с недоумением уставился:

— Ты должна помочь мне уничтожить лёд, потому что я спас тебя.

Извиваясь всем телом, женщина У превратилась обратно в Сянь Цин’эр. Тряся цепями, свисающими с её конечностей, она танцевала и прыгала вокруг парня. Затем она высунула голову из-за его спины и хохотнула:

— Я должна отплатить тебе за спасение? А не забыл ли ты, как относился ко мне раньше? Старый лысый осёл почти убил меня. А ещё ты отобрал все сокровища, которые я собирала долгие годы. Да за такое я должна тебя съесть, не иначе!

— Но ты не осмелишься, — улыбнулся Цинь Му.

Шея женщины У внезапно выросла на несколько метров. Обвив ней Цинь Му, и посмотрев ему прямо в глаза, она спросила:

— Я не осмелюсь? Больше нет старого лысого осла, который смог бы мне помешать.

— Я живу в деревне Цань Лао вместе с девятью стариками, каждый из которых может запросто убить тебя, — Цинь Му улыбнулся и продолжил. — Они найдут тебя и убьют вне зависимости от того, во что ты превратишь своё лицо или как далеко убежишь, эти люди заставят тебя пожалеть о том, что ты появилась на свет.

По спине женщины У пробежали мурашки, она превратилась обратно в милую девочку и вновь запрыгала вокруг Цинь Му позвякивая цепями.

— Я действительно боюсь этих твоих стариков, но это не обязывает меня тебе помогать. Лысый осёл был прав, теперь, когда ты меня освободил, я снова могу совершать зло и пожирать людей. Зачем мне вообще помогать тебе их спасать? До свиданья…

Она обернулась и, звеня цепями, начала уходить.

Цинь Му вдруг сказал:

— Женщина У, буддистские проводи гласят, “отложи нож мясника и немедленно станешь Буддой”. Но это предложение слишком поверхностно, оно не проводит границу между добром и злом. Если ты поможешь мне разобраться с той чёртовой “дамбой”, тем самым спасая сотни жизней ниже по течению, тебе это принесёт больше положительной кармы, чем что либо, что когда-либо сделал тот Будда.

Женщина У остановилась, и с любопытством повернула голову.

Цинь Му продолжил:

— Помощь по спасению людей сделает твою карму в сотни раз чище, чем карма того ничтожного Будды, что стерёг тебя! Будет ли у него после такого сила опять завладеть тобой, если вы ещё раз встретитесь?

Женщина У наклонила голову в строну и, немного подумав, рассмеялась:

— Ты в чём-то прав, ну раз так, то я помогу тебе. Хе-хе, старый лысый осёл притворялся праведником, удерживая меня из-за того, что я съела слишком много людей. А ещё он сказал, что собирается смыть мои грехи речной водой. Я говорила ему, что ела людей потому, что была голодна, а не потому, что они были хорошими или плохими. Я запросто могу есть и человеческую еду: рис, курицу и овощи. Если достаточно голодна, естественно.

Она посмотрела вниз на заблокированную реку и продолжила:

— Я не чувствовала ничего к людям, которых ела, для меня они были всего лишь пищей. Ты не чувствуешь ничего к рису или овощам, так ведь? Лысый говорил, что я неправильно рассуждаю, и всё время подавлял меня. Он был силён, поэтому я решила есть людей в его храме, не давая ему заполучать хорошей кармы. Однако, когда моя хорошая карма превысит его, мы посмотрим кто кого будет подавлять. Хмм, в реке слишком много льда, если бы моё духовное оружие было при мне, я смогла бы разбить его. Однако, всё моё оружие было конфисковано лысиком…

Вжуух!..

Цинь Му взял контроль над мечом Младший Защитник и отрубил им кусок льда, блокирующий овраг под ними:

— У, помоги мне!

— Это тот меч, что разрубил цепи? — с озарившимися глазами женщина У приняла свою истинную форму. С помощью одного плавного прыжка вся сотня её ног оказалась на нижней скале. Цинь Му прыгнул вниз и приземлился на её спину. Затем костяная многоножка взлетела в воздух и отнесла его к ледяной дамбе.

— Рубим! — закричав, Цинь Му рубанул мечом по льду. В тот же миг женщина У дыханием выплюнула облако страшной демонической Ци, которая неистово ворвалась внутрь меча.

Меч Младший Защитник внезапно вырос в длину на триста метров и устремился в сторону ледяной блокады!

Гора льда всё ещё росла, пополняясь новыми глыбами, принесёнными течением. Если лёд продолжит накапливаться, жителей обоих берегов Вздымающейся Реки настигнет катастрофа!

Меч Младший Защитник просвистел, оставляя за лезвием два следа в виде огромных стен из воздуха, заметных даже невооруженным глазом. Трёхсотметровый меч с треском приземлился на ледяную дамбу полностью рассекая её поверхность, будто та состояла не изо льда, а из масла.

— Всё плохо! — гримаса на лице женщины У изменилась, и как только она собралась взлететь, ледяной берег рухнул под давлением бурной речной воды. Цинь Му увидел, как с горы на них направляются многочисленные глыбы льда, сдвигаемые натиском воды.

Судя по всему, потопа было не избежать…

Но до того, как ледяной берег успел их зацепить, огромный ураган отшвырнул парочку в небо.

Вьюх! Вьюх! Вьюх!..

Многочисленные ледяные осколки внезапно разлетелись в случайных направлениях. Лицо Цинь Му онемело от боли, когда один из них попал ему в щёку.

Его жизненная Ци была плотной и невероятно эффективной в защите. Он не почувствовал бы такой боли даже от удара бушующей демонической обезьяны, однако этот невероятно быстрый ледяной осколок смог его ранить. Можно только представлять, какую опасность может нести разрушающаяся дамба. Женщина У подхватила парня и рванула вперёд, уклоняясь от ледяных осколков и бурлящей воды. Сразу после этого бушующий ураган вместе с ледяными осколками и огромной волной врезались в тело монстра и парня, отправляя их в полёт!

Плюх! Плюх!

Два глухих удара раздались от утёса, в который влетели Цинь Му и женщина У. Своей силой удар заставил их, без преуменьшения, слиться со стеной утёса. Один из них распластался в форме буквы “Х”, а другая в форме “Н”.

Раздался пронзительный визг меча. Цинь Му по звуку определил, что меч направляется прямо в его сторону!

Он быстро поднял ноги и увидел меч Младший Защитник, воткнутый прямо в том месте, где должны были находиться его бёдра.

— Фух! — Цинь Му с облегчением вздохнул и перевёл ноги в форму буквы “Л”. Меч был всего в нескольких сантиметрах от его тела.

Великий демон в стороне от него зашелся в хохоте. Цинь Му тоже не смог сдержать смеха. Хохот человека и демона звучал всё громче и громче, распространяясь эхом по всему оврагу.

Речная вода под ними вздымалась. Судя по всему, кризис был успешно разрешён этим своеобразным дуэтом.

Чуть погодя, Цинь Му и женщина У, трансформировавшаяся в девочку Сянь Цин’эр, сидели на скале откинув руки назад, умиротворённо глядя на голубое небо с белыми облаками. В их сердцах воцарилось спокойствие.

— Кто он, тот медный Будда? — спросил Цинь Му.

— Он из Монастыря Малого Громового Удара, странное создание, достигшее просветления, иными словами — демон, такой же, как и я.

Женщина У перевела свой взгляд на золотые петли, которые всё ещё находились на её ногах:

— Говорят, что патриарх-основатель этого монастыря в своё время был ярым буддистом, решив стать учеником Монастыря Великого Громового Удара. Однако, в один момент он предал свой монастырь и создал новый — Монастырь Малого Громового Удара, даровав самому себе титул Малого Жулая. Я слышала, что Жулай Великого Монастыря изгнал его в Великие Руины, вместе со всем Малым Монастырём… так они тут и оказались. Пришедшее поколение, правящее Монастырём Малого Громового Удара, было демонами, такими же, как и я, они называли себя Малыми Жулаями. Тот, что удерживал меня был Малым Жулаем этого поколения. Разрезав цепи и освободив меня, ты нашёл на свою голову кучу проблем, хе-хе!

— Монастырь Малого Громового Удара? Малые Жулаи? — Цинь Му было сложно найти слова. — Монастырь Малого Громового Удара находится в Великих Руинах?

— Ну конечно же. Монахов-демонов не так уж и трудно встретить. Они чрезвычайно противные и в любом случае захотят отомстить, уже не говоря об этих Малых Жулаях, — хихикнула У.

Внезапно откуда-то раздался сердитый крик:

— Будучи человеком, ты вступил в союз с демоном. И сегодня мы, мастера и ученики, изгоним вас всех!

Цинь Му оглянулся и увидел несколько даосов, подходящих сзади. Среди них были молодые парни и девушки, наряду со старейшиной. Он сохранял спокойствие, в то время как у молодежи на лицах явно прорисовывалось возбуждение. Очевидно, они были сильными практиками, пришедшими в Великие Руины из внешнего мира ради приключений.

— Уважаемые даосы, этот демон и я только что разрешили кризис, уничтожив ледяную дамбу, тем самым спасая жизни тысяч людей, проживающих внизу по течению, — Цинь Му поднялся и заявил. — Этот демон спас много жизней, и он не…

— Молчать, отвергнутый! — даосский старейшина закричал с силой, внушающей благоговение. — Ты заслуживаешь смерти за то, что вступил в сговор с демоном и помог ему совершить зло! Сегодня мы избавимся от вас обоих. Ученики, примите боевое построение и изгоните демонов!

— Я голодна, — маленькая девочка рядом с Цинь Му облизала свои красные губы. — Некоторые люди хуже демонов.

Без особого интереса Цинь Му спрыгнул со скалы, после чего раздался его голос:

— У, я освобождаю тебя, ты свободна!

Приземлившись на реку, он пошёл по волнам.

С вершины оврага было слышно крики, там, женщина У, приняв свою истинную форму, начала настоящую резню. Через некоторое время, демон набил себе брюхо и исчез в облаках.

— Пастушок, если судьба будет к нам добра, мы встретимся снова… — послышался голос женщины У, когда демон в облаке догнал Цинь Му, прежде чем бесследно исчезнуть где-то вдали.

Глава 64. Трость способная перевернуть горы и высушить реки

Весенняя река постепенно нагревалась. Прошло уже более десяти дней с тех пор, как Цинь Му и женщина У проломили ледяную дамбу, угрожающую деревням. Вместе с поющими птицами, ивы на берегу реки восстановили свой весенний оттенок. Ледяной прилив осел, а воздух наполнился ароматами цветов.

В самом сердце реки внезапно остановился Цинь Му, однако он не погрузился под воду, а остался стоять на её поверхности, в то время как вода под его ногами расходилась красивой рябью.

Он использовал Ци Чёрной Черепахи, чтобы изменить структуру воды и стоять на ней, будто это твёрдая поверхность…

К текущему моменту он использовал эту технику на интуитивном уровне.

Чиии!..

Звук меча, рассёкшего воздух, пронзил пространство. Используя пальцы правой руки, Цинь Му пытался контролировать меч Младший Защитник, заставляя его подняться верх, рубануть горизонтально, а затем сверху вниз. Меч был словно продолжением его тела, и он с лёгкостью исполнял все базовые удары.

За всё прошедшее время он основательно выучил базовые приёмы мечом у деревенского старейшины. Помимо колющего удара, он так же изучил рубящий и кручёный удары, парирование, удар рукоятью, отвлекающие движения и другие.

Тем не менее, старейшина не научил его ни одному из навыков меча, а только заставлял целыми днями практиковать базовые движения.

На той стороне реки, тем временем, держа в руке свою трость, неподвижно стоял слепой. Он был похож на статую.

После прощания с женщиной У, Цинь Му вернулся в деревню, где рассказал односельчанам о том, что освободил опасного демона. Когда он начал разговор о Монастыре Малого Громового Удара, старики решили запретить ему покидать деревню. Он мог выйти только при условии, что кто-то его сопровождал.

Звук ветряных завываний на реке становился всё громче. Каждый раз, когда Цинь Му взмахивал мечом, он поднимал волны и ветер. Даже базовые движения, которым научил парня старейшина, приобретали удивительную силу в его руках!

С каждой тренировкой, ветер и волны становились всё больше и внушительнее. Теперь его колющий удар создавал на поверхности воды разрез глубиной в три метра и длиной в тридцать. Из-за этого, все рыбы и прочие речные звери старались держаться подальше.

После очередного резкого взмаха речная вода взмыла в небо и ливнем спустилась обратно. Затем последовал рубящий удар, и вода превратилась в дракона, который бросился вперёд.

Несмотря на то, что это были всего лишь базовые движения, требующие использование Ци для манипуляции мечом, их сила в руках Цинь Му становилась ужасающей.

В течение последних двух лет он довёл каждое из этих базовых движений практически до совершенства, и мог в любое время дня и ночи исполнить их с закрытыми глазами. Однако, старейшина всё ещё не давал ему более сложных уроков. Внезапно, глаза слепого дрогнули, и он вскрикнул:

— Му’эр, хватит, приближается корабль.

Цинь Му спрятал меч Младший Защитник в мешочек с мечами, находящиеся у него на спине, и поднял голову. Увиденное его немного удивило. Это был именно тот корабль, который рисовал топографическую карту Вздымающейся Реки.

Судя по тому, что он плыл вниз по течению, карта должна быть уже готова.

Сделав всего несколько шагов, он ушёл с пути корабля.

Корабль быстро разрезал волны и вскоре оказался прямо перед ними. Из корабля послышалось восхищённое восклицание:

— Умение неподвижно стоять на поверхности реки? Какое интересное мастерство, наверняка жизненная Ци этого мальца невероятно плотная.

Цинь Му посмотрел на источник звука и увидел генерала Циня, уставившегося на него вместе с каким-то юношей, который держал в руках складной веер и светил детским жирком на подбородке.

«Таинственный лёд из дворца дракона!» — сердце Цинь Му замерло, когда он увидел огромный кусок льда. Внутри него находилась драконья сфера, которую держала чья-то рука!

Это всё, что он мог увидеть, так как как ледяная глыба была закрыта бортом корабля. Однако, даже несмотря на это, Цинь Му знал откуда взялся таинственный лёд, вместе со странной рукой.

Очевидно, когда генерал и его люди составляли карту Вздымающейся Реки, они обнаружили в её глубинах драконий дворец, внутри которого они нашли Гу Линуаня и молодого дракона, запечатанных той самой сферой.

Молодой дракон должен всё ещё находиться внутри глыбы. Скорее всего, генерал не трогал душу матери дракона, чтобы таинственный лёд случайно не растаял.

Их целью должен быть молодой дракон внутри, а если таинственный лёд растает, то дракон умрёт. Должно быть, они хотят доставить лёд в Империю Вечного Мира и заставить мастеров вылечить молодого дракона… Именно поэтому у них и не было особого желания вытаскивать Гу Линуаня.

— Это ведь тот парень, что стоял на вершине горы вместе с демонической обезьяной, — изумился молодой толстяк и затем неохотно выдавил. — Не думал, что его Ци может быть настолько сильнее и плотнее моей.

Внезапно изо льда раздался голос Гу Линуаня:

— Я чувствую свой меч Младший Защитник! Генерал Цинь, прошу, остановите корабль, мой меч здесь, вместе с подонком, что обманом забрал его у меня!

Корабль резко остановился и взгляд генерала Циня приземлился на Цинь Му:

— Ты украл меч из рук младшего защитника наследного принца?

Цинь Му беззаботно ответил:

— Он хотел меня сожрать, так что я забрал его меч. Если тебе удалось вытащить бедолагу из дворца дракона, может ты также в силах вытащить ножны от его меча из льда, и передать их мне? Мне недостает их до полного комплекта.

Взгляд генерала Цинь Фэйюэ вспыхнул:

— Тебе? Это меч Императорской Семьи, ты не можешь быть его владельцем, пожалуйста, верни меч Младший Защитник.

Цинь Му изумлённо потряс головой:

— Зачем мне его возвращать, я ведь честно его украл!

Молодой толстяк, к которому обращались как седьмой молодой мастер, расхохотался:

— А паренёк-то очень интересно говорит.

Генерал Цинь Фэйюэ холодно фыркнул и равнодушно проговорил:

— Ты хоть понимаешь, насколько серьёзными преступлением считается обман представителя Императорской Семьи и кража имущества, принадлежащего короне?

— В Великих Руинах нет никакой Императорской Семьи. Кто может судить меня в месте, где нет закона? — с недоумением спросил Цинь Му.

— Такая дерзость может означать только то, что тебе есть на кого положиться.

Цинь Фэйюэ бросил взгляд на берег и его зрачки тут же сузились. Затем он тяжёлым, мрачным тоном проговорил:

— Младший Цинь Фэйюэ, ученик Имперского Наставника Вечного Мира, генерал четвёртого высшего ранга верности и боевого искусства Империи Вечного Мира. Могу ли я узнать, как обращаться к старшему, стоящему на берегу?

Слепой спёрся на бамбуковую трость и усмехнулся:

— Просто слепой, как меня ещё называть? Обычный престарелый инвалид.

Выражение лица генерала помрачнело, когда тот краем глаза увидел деревню Цань Лао, но затем он улыбнулся:

— Три года назад Му Бэйфэн, глава префектуры Пяти Ростков Империи Вечного Мира, повёл мастеров секты меча Реки Ли в Великие Руины в поисках мести. Совсем скоро их тела нашли ниже по течению. Я лично осматривал тела Му Бэйфэна и его людей, и оказалось, что они были заколоты копьём. Однако, убийца использовал не обычное копьё, а бамбуковую трость. Старший, Вы тоже используете бамбуковую трость?

Держа трость в руке, слепой проговорил:

— Что ещё использовать слепому человеку, как не бамбуковую трость? Эту палицу я использую как средство навигации. Уж лучше стукнуть камень палкой, чем мизинцем.

Генерал Цинь Фэйюэ уловил скрытый смысл слов старика, и полностью подтвердил свою догадку. Он ухмыльнулся:

— Старший, Му Бэйфэн умер где-то неподалеку, не так ли? Видели ли Вы что-нибудь, когда это произошло?

Слепой мрачно ответил:

— Что может увидеть слепой? Ты должно быть шутишь, генерал. Имя Му Бэйфэн я и вправду где-то слышал. Неужели он пал от злых рук? Это ужасная новость… Пока обезьяны кричат с одного берега к другому, в сердцах их наследников вселяется скорбь. Как душераздирающе, как печально!

Он поднял свою бамбуковую трость и слегка стукнул ней по воде.

Внезапно, река ужасающе содрогнулась, и на её поверхности образовались огромные волны. Волны высотой в тридцать метров поднимались с обеих берегов реки и закрывали собой небосвод. От неспокойных вод раскачался даже корабль, из-за чего многие солдаты, находящиеся на борту, потеряли равновесие.

Воды реки разошлись в разные стороны, раскрывая взору гигантскую чёрно-зелёную спину речного чудовища, напоминающую небольшой остров посреди реки.

Вздымающаяся Река задрожала и неожиданно подбросила гигантского монстра вверх, после чего он громко плюхнулся обратно в воду.

Цинь Му сразу увидел, что гигантский зверь закован в цепи, которые тянулись к носу корабля и крепились там. Это объясняло удивительную скорость судна, ведь всё это время его тащил за собой огромный зверь.

Странным было то, что хоть вся поверхность реки ужасно дрожала, клочок воды под ногами у Цинь Му оставался неподвижным. Седьмой молодой мастер схватился за борт корабля, чтобы не свалиться в воду и, неудержавшись, заорал:

— Старший, Вы, вероятно, имеете в виду: “Пока Му Бэйфэн умирал, не имея шанса на месть, в сердцах его наследников вселялась скорбь!”.

Цинь Му не мог не вмешаться:

— Молодой мастер, старик говорит не о Му Бэйфэне, а о вас, имея в виду, что своим криком вы напоминаете обезьян, умеющих только шуметь. Он хочет донести, что ваша смерть вызовет много печали, так как вы умрёте, не получив того, что хотите. И если вы действительно собираетесь докопаться до правды, то так оно и случится. Слепой дедушка на самом деле очень умный!

Лицо слепого озарилось гордостью, когда улыбнулся:

— Му’эр знает меня лучше кого-либо другого. Если бы здесь был одноногий или глухой, они бы сразу высмеяли меня за пустословие.

Глаза генерала дрогнули. Слепой был намного сильнее чем казалось. Повезло, что он только дотронулся к поверхности воды, если бы он по ней ударил, вся река взлетела бы в воздух!

Гу Линуань, который всё ещё был един с таинственным льдом, решил держать язык за зубами. Он, очевидно, сразу осознал мощь слепого, увидев эффект от простого прикосновения тростью. Гу знал, что со слепым лучше не шутить, и если он всё ещё будет пытаться вернуть себе меч, то, вероятно, умрёт.

— Мы оставим меч Младший Защитник здесь. Отправляемся! — Цинь Фэйюэ отдал команду и солдат, державший огромный рог, изо всей силы в него подул. Раздавшийся звук был невероятно глубоким и протяжным. Огромный речной зверь, едва услышав сигнал, всем телом потянул цепь. Вода посреди реки внезапно приподнялась, приняв форму горы, возвышаясь над речной поверхностью. Зверь с невероятной скоростью бросился вниз по течению, таща за собой корабль.

Седьмой молодой мастер высунул свою голову из-за толпы прислуг, окруживших его, и с любопытством спросил:

— Генерал Цинь, разве Вы не хотели расспросить слепого об обстоятельствах смерти Му Бэйфэна? Почему мы уплыли до того, как услышали ответ?

— Я получил свой ответ, — генерал Цинь ухмыльнулся. — Му Бэйфэн умер от руки слепца, которого мы только что видели. Великолепный Бог Копья превратился в слепого старикашку и теперь живёт в той крошечной деревне. Какие ещё ужасные силы могут прятаться в уединении там вместе с ним? Одному мне с ними точно не справиться, я хочу вызвать подкрепление, — его броня задрожала, а в глазах разожглась искра, будто от столкновения меча с копьём. — Всё, что находится под небесным сводом, принадлежит монарху. От границы к границе, каждый человек является его подданным. Великие Руины — земля, принадлежащая Императорской Семье, это ни в коем случае не беззаконные территории. Му Бэйфэн — официальный представитель Императорской Семьи, как мы можем допустить его смерть от рук дикарей? Деревню необходимо уничтожить, это покажет настоящую мощь империи и Имперского Наставника. Пускай ярость нашего императора безжалостно спустится на Великие Руины!

— Как впечатляюще.

От внезапно раздавшегося голоса по спине генерала Циня пробежали мурашки. Осторожно повернув голову, он увидел одноногого человека, опирающегося на борт его корабля и ехидно улыбающегося.

Глаза Цинь Фэйюэ моргнули, и теперь этот человек стоял с ним спиной к спине. Он не мог понять, как одноногий смог в мгновение оказаться за его спиной!

Лоб Цинь Фэйюэ покрылся потом. Его ладонь уже лежала на рукоятке меча, но он не смел шевелится.

— А Имперский Наставник хоть знает о ваших больших амбициях? — спросил одноногий, затем наклонился и, увидев топографическую карту Вздымающейся Реки, засмеялся:

— Имперский Наставник собирается перебросить армию в Великие Руины полагаясь на эту ничтожную карту, нарисованную тобой? Хе-хе, а этот маленький дракон так жалок, разве нет? Мм? Гу, что случилось с твоей кислой мордой? Я тут собираюсь забрать твои ножны. И знамя у тебя тоже неплохое, пожалуй, и его захвачу… Хм, юный брат, а этот камушек неплохо выглядит… Ва! Ва! Так ты оказывается у нас девушка! Как не повезло мне…

Цинь Фэйюэ внезапно увидел возможность для атаки, он невероятно быстро повернулся и выхватил меч, но одноногий уже исчез вместе с добычей.

Смех одноногого раздался в нескольких милях выше по течению:

— Возвращайтесь, и передайте Имперскому Наставнику, чтобы тщательно хранил мою ногу, я лично за ней вернусь!

Глава 65. Аромат Пионового Дерева

— Дерьмо, моя печать генерала четвёртого ранга! — выражение лица Цинь Фэйюэ резко изменилось после того, как он обыскал свои карманы. Печати четвёртого ранга не было, от чего у него на лбу проступил холодный пот!

Потеря печати считалась серьёзным проступком. Однако, поскольку он являлся учеником Имперского Наставника, то, пока что, ему не о чем было беспокоиться. Намного больше его испугало то, что одноногий смог, каким-то образом, незаметно украсть у него официальную генеральскую печать. Что если бы он решил не красть печать, а просто вонзить нож в спину…

Одна мысль об этом заставляла его неконтролируемо дрожать.

Седьмой молодой мастер покраснел от смущения, обнял свою грудь, и приказал дворцовым служанкам никого к “нему” не подпускать.

Когда одноногий воровал у “него” какое-какие драгоценности и заодно стащил “его” нижнее бельё, он обнаружил, что молодой мастер на самом деле девушка*.

Одноногий считал, что женщин нельзя мацать, когда воруешь. У Цинь Фэйюэ появился шанс на него напасть именно тогда, когда старик на мгновение растерялся от небольшого открытия, тем не менее, ему всё равно удалось ускользнуть.

«Этот калека тот самый вор, что однажды пробрался в императорский дворец и стащил Диск Императора! Небесный Расхититель!»

Цинь Фэйюэ смог перебороть шок. Увидев, что с седьмым молодым мастером всё в порядке, он с облегчением выдохнул:

— М… молодой мастер должно быть ужасно испугался. Всё из-за моего бессилия…

Гу Линуань, находившийся всё это время в таинственном льду, был ещё более шокирован. Одноногому таки удалось стащить у него ножны меча Младшего Защитника!

Даже чёрное знамя, находившееся в его другой руке, исчезло вместе с тенью старика!

Будучи запечатанным внутри глыбы льда, Гу прекрасно понимал насколько тот был холодным и прочным. Даже такой великий мастер, как он, был полностью заморожен и лишён возможности двигаться. Однажды ему пришлось потратить почти всю свою Ци, чтобы просто выдавить свой меч изо льда.

Однако, одноногий попросту проигнорировал таинственный лёд и, не спеша, коснулся его. Его руки были похожи на руки призрака, которые с лёгкостью стащили знамя и ножны меча из таинственного льда.

— Лорд Гу, этот одноногий однажды отважился пробраться в императорский дворец и войти в сокровищницу империи, которую охраняло огромное количество могучих практиков. В сокровищнице было много ловушек, но ни одна из них не сработала. Он украл Диск Императора, и никто не смог его остановить, — мрачно проговорил Цинь Фэйюэ и затем продолжил. — К счастью Имперский Наставник перехватил вора на полпути и смог отрубить одну из его божественных ног, но даже это не смогло удержать его… Одноногий всё равно бесследно исчез с Диском Императора.

Гу Линуань впал в ступор. Только через некоторое время он спросил:

— Ему удалось бесследно исчезнуть несмотря на то, что у него осталась всего лишь одна нога? Так у него руки божественные или всё же ноги?

Внезапно раздавшийся рёв огромного зверя ошеломил Цинь Фэйюэ. Он немедленно бросился к голове корабля. Взглянув вниз, его зрачки от увиденного в ужасе сжались. Огромная сеть блокировала реку перед кораблём на несколько километров!

Гигантский зверь, тянущий корабль, столкнулся с паутиной и никак не мог освободиться. Река разошлась, и показался огромный паук, который притянул к себе запутавшегося в паутине гигантского зверя и затем жадно погрузил свои клыки в его тело.

Даже когда все находящиеся на борту солдаты использовали жизненную Ци для манипуляции мечом и применили свои наисильнейшие божественные искусства, они не смогли остановить огромного паука… тот отказывался отступать. Они не смогли даже поцарапать его паутину! Всего через несколько мгновений, от огромного зверя, тянущего корабль, осталась всего лишь кожа да кости, паук полностью высосал его внутренности.

Тело Цинь Фэйюэ задрожало. Даже рука, ухватившаяся за его меч-сокровище, тряслась от ужаса. Он хотел изрубить огромного паука до смерти, но не смел даже пошевелиться.

Он увидел на берегу целителя, одетого в зелёное и держащего под локтем корзину с травами. Выглядел старик абсолютно обычно, но черты лица искажались почти до неузнаваемости, что придавало ему зловещий вид. Целитель взмахнул рукой, и огромный паук в реке начал убирать паутину. Закончив он прыгнул на нитку и, постепенно уменьшаясь в размере, пополз к старику. Вскоре он и вовсе превратился в маленькую точку, исчезнувшую в корзине целителя.

Корабль снова начал плыть вниз по течению. Генерал Цинь Фэйюэ внезапно услышал голос возле правого уха, который прошептал ему:

— Скажи Имперскому Наставнику, чтобы он даже не думал о Великих Руинах, вы ведь не хотите нас, престарелых, разозлить…

Погружённый в таинственный лёд Гу Линуань проговорил дрожащим голосом:

— Эт-то Я-ядовитый К-король…

Цинь Фэйюэ подавил трепет в своём сердце и сконцентрировался:

— Солдаты, слушай мою команду! Поднимайте вёсла и паруса! Мы немедленно возвращаемся в Империю Вечного Мира!

Проплыв милю вниз по течению, один из солдат внезапно закричал:

— Генерал Цинь, на реке стоит человек!

Цинь Фэйюэ сжал зубы:

— Что за демон посмел встать на пути у моего корабля? Они все и правда думают, что меня так легко запугать? Убейте ег…

Прервавшись на полуслове, он вдруг заметил, что у человека, находящегося на реке, на самом деле нет нижней половины тела.

Твёрдо стоя на рифе, человек сжимал в руках два огромных странных ножа.

Внезапно свет, исходящий от одного из ножей, разорвал небо и тряханул пространство вокруг. Цинь Фэйюэ посмотрел вверх и увидел, что удар ножа разрубил облако пополам, заставляя его части лететь в разные стороны!

В этот момент свет рванул вниз, чтобы рубануть по кораблю.

Ввуууш!..

Вода Вздымающейся Реки разошлась в разные стороны, тем самым разделив реку на две.

— Божественное Сокровище Семи Звёзд, проснись! — яростно взревел Цинь Фэйюэ. Божественные сокровища в его теле пооткрывались одно за другим, в результате чего его ужасающе мощная жизненная Ци выплеснула двух огромных драконов, которые схватили корабль по обе стороны и перебросили на триста метров в сторону!

Свет ножа лишь вскользь задел бок корабля, продолжая раскалывать реку, которая успокоилась только после того, как свет вернулся обратно к странному человеку на реке.

— Хе-хе, сражаться с учеником Имперского Наставника не очень-то и весело. Вот если бы он сам явил мне свой лик…

Странный человек спрятал свои ножи и, направив Ци в руки, прыгнул в небо, бесследно исчезая.

Цинь Фэйюэ еле сдержал ноги от дрожи, закричав:

— С-стабилизир-руйте к-кораб-бль, сей… же!

Его голос дрожал, от чего даже он сам не мог отчётливо себя слышать. Он присел, чтобы успокоиться, однако в голове творился настоящий бардак.

Гу Линуань был ещё больше напуган, чем его предательски дрожащий голос:

— Н-небесный Нож! Э-э-т-то Н-небесный Нож, который од-днажды п-поднял свои н-ножи против н-небес и б-был убит р-рукой бога, ок-казывается он в-всё ещё ж-жив…

Цинь Фэйюэ не мог успокоиться:

— Зачем стольким старым могущественным демонам жить в ничем непримечательной деревеньке Великих Руин? Бог Копья, Небесный Нож, Ядовитый Король… Какие же безжалостные существа, помимо них, обитают в той деревне…

Он бросил взгляд на карту Великих Руин. К его облегчению та всё ещё была целой и невредимой, и находилась на борту корабля. Они не уничтожили карту Вздымающейся Реки.

«Что-то тут не так!» — внезапно понял он. Те старые монстры не уничтожили топографическую карту реки не потому, что не смогли, а потому, что она попросту этого не стоила. Они полагали, что даже с помощью этой карты, Имперский Наставник всё равно не посмеет войти в Великие Руины!

— Почему им не убить нас? — спросил переодетый в мальчика седьмой молодой мастер.

— Они не посчитали нас достойными смерти от их рук, — Цинь Фэйюэ грубо ответил. — Они не думали, что мы достойны смерти потому, что наши навыки слишком слабы…

Его сердце съёжилось. Будучи учеником Имперского Наставника, он всегда был высокого мнения о себе, а его репутация среди всех слоёв общества была не менее высока. Он не ожидал, что всего за одно путешествие в Великие Руины, ему не повезёт встретиться со столькими могущественными существами. Тщеславие, постоянно греющее его душу раньше, вдруг бесследно испарилось.

Встретившись со слепым, в нём всё ещё горело высокомерие. Несмотря на то, что слепой его потряс, в его характере по-прежнему были видны черты возвышенного и упорного человека. Однако, после встреч с неуловимым одноногим, зловещим целителем, и диким мясником, его возвышенный и упорный характер был сломлен и всем что осталось в сердце был страх.

«Никто не остановит Имперского Наставника! Ничто не испугает Имперского Наставника!» — Цинь Фэйюэ подумал о своём учителе, Имперском Наставнике Вечного Мира, и его беспокойство утихло.

— Если старикашки Великих Руин хотят быть богомолами, пытающимися остановить колесницу, их ждёт поистине ужасная смерть! — с застывшим взглядом пробормотал генерал Цинь.

Корабль продолжал плыть по течению, как вдруг, взгляд Цинь Фэйюэ приковало кое-что, что находилось прямо перед ним. Раньше здесь находился древний храм и островной оазис… Но сейчас, не то что храм, весь оазис исчез, не оставив и следа!

Он ранее предполагал, что в древнем храме может таится что-то странное, но решил не заглядывать. Однако, всё же отметил его на карте. Он не мог и подумать, что когда будет возвращаться, храм к тому времени уже исчезнет.

— Глаза! Пробудитесь! — издал низкий крик Цинь Фэйюэ и из его глаз вырвался свет. Он опустил свой взор на воду и оцепенел. Оазис всё ещё находился там, но был сплющен какой-то большой силой и вместе с древним храмом, как оказалось, погрузился под воду!

«Великие Руины…» — он собрался с мыслями и приказал солдатам задействовать на полную свою жизненную Ци, чтобы грести вёслами, в итоге очень быстро покидая это место.

Вскоре после того, как они отплыли, река разошлась в разные стороны, образовывая водяную расщелину, из которой вышел обвешанный цепями медный Будда. Несмотря на то, что Будда был чрезвычайно тяжёлым, он стоял на поверхности воды словно совсем ничего не весил.

— Старые монстры деревни Цань Лао на самом деле невероятно сильны, с ними нелегко будет справиться… — медный Будда посмотрел в сторону деревни, прежде чем направить свои силы в ноги и рвануть в сторону берега, в итоге продолжив бежать вдаль.

— Кража моей кармы! Я этого так не оставлю! Однако, поскольку Империя Вечного Мира тоже хочет вторгнуться в Великие Руины, то я подожду и разрешу им драться друг с другом. Когда они будут находиться на грани жизни и смерти, мой монастырь начнёт пожинать свои плоды!

В деревне Цань Лао Цинь Му встретился с одноногим и тот бросил ему что-то. Парень поймал объект, поняв, что держит в руках ножны для меча Младший Защитник.

Цинь Му был ошеломлён и хотел спросить у одноногого, откуда он это взял, но тот быстро сунул ему в руки ещё кое-что.

Цинь Му посмотрел на вещь. Это было одеяние молочно-белого цвета, с вышитым на нём пионовым деревом. Оно было длиной в одну стопу и с него, как ленты, свисали тканевые полоски… а ещё вещица имела очень приятный аромат.

— Дедушка, что это? — озадаченно спросил Цинь Му.

Улыбка на лице одноногого застыла, и он обиженно проговорил:

— Полотенце… Чтобы пот вытирать. Вот почему мне всегда такое в руки лезет. Одно касание к этой вещи гарантирует тебе три года неудач…

↑ ой немагу, воровская рука такая шустрая, что работает быстрее мозга, и одноногий понимает, что именно украл только постфактум.))

Глава 66. Поклонение Речным Богам

Цинь Му был немного озадачен. Почему касание к полотенцу должно принести три года неудач?

Само “полотенце” для вытирания пота было мягким и имело гладкую текстуру. У него был приятный натуральный аромат, что как раз и делало его идеальным инструментом для вытирания пота. Оно, видимо, было сделано из уникального вида шёлка, довольно дорогого на вид. В Великих Руинах такое качество не часто встретишь.

Цинь Му спрятал полотенце у себя на груди и начал рассматривать новенькие ножны своего меча, которыми остался очень доволен.

Верхняя половина ножен была золотого цвета, украшена драгоценными камнями и жемчугом. В устье ножен был вырезан рыбий дракон с открытым ртом. На месте его рта находилось отверстие, в которое и засовывался меч-сокровище.

Нижняя часть ножен была покрашена в серебряно-серый цвет, на ней не было ни украшений, ни узоров. Конец ножен имел форму хвоста рыбьего дракона и также был золотым.

Дзинь!

Спрятав меч в ножны, Цинь Му направил в них свою Ци, и меч Младший Защитник снова показал себя. В процессе, огромный рыбий дракон выпрыгнул из ножен, и, пролетая над головой парня, высунул меч изо рта…

Цинь Му протянул руку вверх и ухватился за меч, ощутив неописуемое удовольствие: «Эти ножны действительно очень хорошие. Они до сих пор вызывают появление рыбьего дракона!»

Он решил спрятать меч обратно в ножны, и рыбий дракон сразу же проглотил Младшего Защитника, в итоге исчезнувшего внутри.

Цинь Му был очень счастлив и опять направил Ци в ножны для меча. Рыбий дракон вновь появился и выплюнула меч ему в руку. Он вытащил меч, а потом снова вставил обратно в ножны, заставив рыбьего дракона спрятаться внутри.

Он ещё долго игрался с мечом, пока слепой, с явной ноткой раздражения в голосе, не проговорил:

— Му’эр, хватит играть. Твоя бабушка вернулась и привела скот, который ты должен выпасти. Завтра мы повезём этих коров на продажу в город Пограничный Дракон.

Цинь Му кивнул в знак согласия и немедленно вернулся в деревню. Затем он повёл новых коров на пастбище, задаваясь вопросом: «Бабушка ведь совсем недавно продала весь деревенский скот, как у неё появилось ещё шесть коров? Откуда они взялись?!»

Выходя из деревни, он увидел, как деревенский старейшина, слепой и целитель, сбившись в кучу, о чём-то разговаривают. Одноногий сидел сбоку и разбирал чёрное знамя. Ткань он отдал старому Ма, в качестве новых занавесок для его лавки, а палицу отдал бабушке Сы, чтобы она ею выгоняла цыплят.

На следующий день, Цинь Му приготовил коровью тележку в путь.

— Му’эр, в этот раз ты можешь пойти с нами в город, — улыбнулась бабушка Сы.

Цинь Му был очень поражён и поощрён. Он сразу же взял меч Младший Защитник, нож для убоя свиней, бамбуковую трость, железный молот и прыгнул на коровью тележку. Слепой спокойно подошёл сзади и сел рядом с бабушкой Сы.

Тележка была наполнена “арматурой”, изготовленной немым. Также в ней находились звериные шкуры и меха, которые одноногий, старый Ма и Цинь Му добыли на охоте… а ещё возле них валялись два козла, со связанными копытами.

Три коровы, которыми запрягли телегу, были очень сильными и большими. Ещё три плелись позади, привязанные к телеге.

Юноша ударил кнутом и три большие, жёлтые коровы, невинно моргнув глазами, отправились в путь.

В город Цинь Му путешествовал впервые, поэтому попросту не мог не волноваться. Он был так взволнован, что чувствовал, будто летает в облаках. На невинные взгляды жёлтых коров и горных козлов ему было уже совершенно наплевать.

Город Пограничный Дракон находился довольно далеко от деревни Цань Лао, дорога занимала приблизительно пятьсот километров, поэтому такая поездка считалась серьёзным событием. К тому же, Великие Руины являлись изолированным местом, и по их дорогам было очень трудно путешествовать. Сначала нужно было проделать долгий водный путь, затем пройти много километров пешком, прежде чем добраться до ворот города.

Цинь Му направил телегу в сторону реки и увидел, что одноногий на берегу собирает большой бамбуковый плот. Парень осторожно перегнал коров на плот, а одноногий отпустил швартовую верёвку. Бамбуковый плот поплыл вместе с рекой, постепенно увеличивая свою скорость.

После того, как они проплыли около пятнадцати километров вниз по течению, слепой осторожно коснулся речной поверхности своей тростью, и плот мгновенно взяла курс к берегу.

Цинь Му не понял зачем тот это сделал и, подняв голову, чтобы осмотреть берег, сразу же понял, что они плывут к месту неподалёку от Храма Бабушки, где возле воды уже собралось множество людей из близлежащих деревень. Большинство из них приехали конными или коровьими повозками.

Вздымающаяся Река была опасной, так как у неё имелось множество участков с быстрыми течениями, а в водных глубинах водились разные речные монстры и огромные свирепые рыбы. Из-за этого все жители деревень, как правило, отправлялись в город в один и тот же день. Чем больше присутствовало людей, тем легче им было присматривать друг за другом.

Куча бамбуковых плотов уже пришвартовались к берегу, ещё больше продолжали плыть по реке, их были десятки, а то и сотни.

Слепой достал несколько палочек благовоний, зажёг их против ветра, и воткнул в землю на берегу. Жители других деревень поступили точно также. Дым от палочек благовоний наполнял воздух и, вместе с нежным ветерком, клубился над рекой.

Внезапно кто-то чётко и громко запел. К нему присоединился ещё кто-то, а затем всё больше и больше голосов начали участвовать во всеобщем хоре. Люди пели песни, восхваляя речных богов:

— С тобой прошёл я Девять Рек, я чуял запах роз и волны преграждали мне мой путь…

— Мы плыли в водной колеснице с навесом из лотосового листа, а два дракона по бокам тянули нас вперёд…

— Я поднимаюсь на Куньлунь, моё сердце взволновано и растерянно…

— Начался закат, но мне слишком грустно, чтобы возвращаться домой, я слишком сильно тоскую по тем далёким берегам…

Совсем скоро, песню подхватили остальные, и древняя мелодия раздалась на речном берегу. Мелодичные и героические голоса людей заставляли Цинь Му почувствовать неописуемый восторг и гордость.

Вдруг, поверхность воды разошлась, и неизвестные гигантские звери показали свои головы, высунув их из воды.

Зверей было огромное количество. У каждого была зелёная спина и четыре большие перепонки, заменяющие плавники. Головы их были похожи на рыбьи, за исключением длинных носов, формой напоминающих копьё.

Постепенно поднимающиеся головы начали напоминать крошечные холмы. Их носы приблизились к берегу и каждый из них сделал глубокий вдох, улавливая запах благовоний. Палочки благовоний быстро горели на берегу, наполняя дымом ноздри огромных зверей.

Чудища позакрывали глаза и начали выпускать большие кольца дыма, показывая, как сильно они наслаждаются процессом.

Жители деревень воспользовались моментом и загнали своих коров на спины зверей. Увидев это, Цинь Му немедленно погнал свою телегу на спину одного из них. Бабушка Сы взяла огромный кусок мяса и бросила в воду. Громадный зверь с жадностью слопал мясо и, хлопнув своими четырьмя плавниками, понёсся вниз по течению вместе с телегой.

Позади них, остальные звери издавали длинные стоны, которые, казалось, аккомпанировали мелодии селян.

— Эти странные звери встречаются только на Вздымающейся Реке, их называют Речные Перевозчики, — сказала бабушка Сы и продолжила. — Речные Перевозчики — это боги реки, живущие в сердцах местных. Они обожают запах благовоний и говядину. Но больше всего они любят слушать песни, восхваляющие их. Люди, живущие возле берегов реки, приманивают их, сжигая немного благовоний. Если накормить их говядиной, они с радостью перевезут нас вниз по реке. Однако, если перевозчик устанет, ему нужно будет бросить ещё мяса, иначе он попросту сбросит нас в реку.

Цинь Му с удивлением цокнул языком.

Речные Перевозчики двигались с невероятной скоростью. К тому же, они плыли вниз по течению, разбивая волны с ветерком, несущимся им на встречу. Они были даже быстрее лошадей, скачущих по суше.

Сделав некоторые подсчёты, Цинь Му определил, что с такой скоростью, они доберутся до границы горда Пограничный Дракон ещё до наступления темноты!

Плывя по Вздымающейся Реке, Речные Перевозчики издавали звуки, которые резонировали от гор по обе стороны. На лицах пассажиров сияло солнце, а речная поверхность блестела золотой рябью.

Цинь Му посмотрел вдаль и, внезапно, почувствовал, как его тело и разум начинают расширятся, будто золотые реки, зелёные горы, и голубое небо одновременно поселились в его груди.

Эта земля была волшебной, на ней жили удивительные люди и магические речные звери. Несмотря на то, что земли здесь были бесплодные, реки дикие, а люди казались намного злее тех, что живут за пределами Великих Руин, для Цинь Му все эти места были родиной!

Вечером, когда солнце начало садиться, Цинь Му увидел на берегу реки различные небольшие причалы. Речные Перевозчики сильно сбавили скорость и медленно направились к ним.

Бабушка Сы поднялась, и на её лице засияла улыбка:

— Мы почти добрались до города. Му’эр, спусти телегу на берег и быстро отправляемся к городу.

Цинь Му выехал телегой на берег, таща на верёвке позади себя трёх коров. Оглянувшись, он увидел, как остальные люди в спешке швартовались и выводили своих коней и коров на сушу, все они двигались в одном направлении.

Коровья повозка проехала ещё полтора километра и поднялась на небольшой склон. Впереди шёл резкий наклон и Цинь Му спрыгнул с повозки, начав управлять коровой вручную, чтобы повозка не соскользнула и не полетела вниз. Однако, его сердце внезапно вздрогнуло, когда он молча уставился на зрелище, открывшееся его глазам.

Под этим склоном находилась огромная дорога, ведущая в, казалось бы, простой, но захватывающий город. На четырёх углах города стояли огромные каменные колонны, каждая из которых имела около ста метров ширины и четыреста пятидесяти метров высоты. Вокруг колон извивались огромные божественные золотые драконы, вылепленные и инкрустированные золотыми листьями. Своим блестящим мерцанием они завораживали и приманивали взор!

Башня городских ворот также была построена в форме головы дракона. Сами ворота имели форму драконьей пасти, а башни возле них напоминали два драконьих рога, зрелище было поистине злобным и захватывающим.

Город Пограничный Дракон.

Одно из немногих процветающих мест в Великих Руинах.

Великим Руинам не хватало ресурсов. Приправы, например, были драгоценным товаром, который можно было достать только во внешнем мире, куда далеко не каждый мог попасть. Только богатые города, как этот, имели возможность принимать путешествующих торговцев, которые и продавали всякую всячину местным жителям. В то же время, они брали драгоценности, которые могли предложить обитатели Великих Руин, и затем везли их на продажу во внешний мир.

— Колонны божественных драконов здесь намного больше, чем каменные статуи в нашей деревне, — с искренним восхищением Цинь Му воскликнул. — Если бы мы смогли украсть хотя бы одну такую, и поместить на входе в деревню, зрелище было бы впечатляющим!

Бабушка Сы закатила глаза:

— Если бы мы могли её украсть, я бы уже давно это сделала. Для такой работы тебе придётся припрячь всех стариков нашей деревни. Двигайся быстрее, мы должны попасть в город до наступления тьмы, а на небе уже начинает смеркаться!

Цинь Му ударил хлыстом, и повозка загремела, тряся колесами по битой дороге. Всё в этом городе интриговало его, и он не мог перестать крутить головой по сторонам.

В городе был, казалось бы, бесконечный поток коней и повозок. Люди находились на каждом углу, впервые он видел столько народу в одном месте.

Кроме того, на крышах зданий стояли толпы прекрасных девушек, машущих ему, чтобы он поднялся и поиграл с ними.

— Люди в этом городе и вправду очень приветливые, — Цинь Му взволнованно помахал девушкам и крикнул. — Я приду к вам, как только продам свой товар!

Слепой не знал плакать или смеяться:

— Му’эр, девушки наверху не те, кем кажутся. На самом деле играть с тобой им не интересно. Как только ты поднимешься, они сдерут с тебя кожу и высосут твой костный мозг!

Цинь Му подпрыгнул от удивления:

— Не те, кем кажутся? Дедушка, как по мне так они все выглядят абсолютно обычно. Может они демоны как женщина У? Она как-то сказала, что хочет сыграть со мной в какую-то запретную игру, но я конечно же отказался.

Глава 67. Город, Который Никогда не Спит

Слепой не знал, как объяснить всё Цинь Му, поэтому просто громко рассмеялся:

— А ещё этот город называют — “Драконий Город, Который Никогда не Спит”. Ночью яркие фонари освещают здешние улицы. Каждый день сюда прибывают люди из всех деревень в радиусе тысячи километров, чтобы поторговать. Му’эр, Сы, я собираюсь вас оставить. Старуха у тебя есть деньги на карманные расходы?

С помощью своей бамбуковой трости, слепой поддерживал себя в вертикальном положении, когда, улыбаясь, протянул правую руку.

Тем не менее, бабушка Сы притворилась, что не заметила этого.

Слепой протянул руки, чтобы снять несколько звериных шкур с повозки и улыбнулся:

— Му’эр, одолжи мне две свои шкуры, я отдам тебе с верхом, когда выиграю деньги в азартных играх!

Цинь Му улыбнулся:

— Бери конечно же, нет необходимости возвращать.

— Не отдавай их ему! — бабушка Сы сердито заругалась. — Этот старый пердун бежит в игорный дом каждый раз, когда мы приезжаем в город!.. И каждый раз он играет до состояния банкротства! За эти шкурки можно купить достаточно много приправ. Лучше уж сделаем так, чем позволим ему выбросить шкуры на ветер! И то, если их на ветер бросить, хоть улетят красиво!

Слепой в одно мгновение закинул шкуры себе на шею и исчез в толпе.

Бабушка Сы затопотала ногами от злости. Цинь Му с недоумением спросил:

— Бабушка, а что такое игорный дом?

Бабушка Сы впала в ярость:

— Сначала ты хотел поиграть с девушками, которые пошли не той дорогой, а сейчас ты ещё и в азартные игры играть собрался? Му’эр, ты учишься плохим вещам!

Цинь Му был озадачен:

— Не сердись, бабушка, если ты не хочешь, я не буду с ними играть. Я как раз хотел спросить, есть ли здесь бордель? Мастер Чертога Соблазнения из Небесного Дьявольского Культа сказала, что я смогу найти её в месте, где есть бордель.

Бабушка Сы уставилась на него и насмешливо усмехнулась:

— Теперь тебе ещё и дешёвый бордель подавай? Держался бы ты подальше от этой кокетливой лисицы, Фу Цинюнь.

Цинь Му сбился с толку. Он думал, что бордели использовались, чтобы искать людей, с каких пор они стали “дешёвыми”? Да и вообще, что такое “дешёвый бордель”?

— В этом городе столько правил, то нельзя, сё нельзя, вообще ничего нельзя — проворчал юноша.

Молодой парень и старуха медленно привезли воз с коровами на рынок. Здесь сновало огромное количество людей, и каждый что-то продавал или покупал. Можно было увидеть людей из самых разных рас, одетых в странные мантии и одёжки, ослепляющие глаза Цинь Му.

Бабушка Сы довольно быстро продала “арматуру” и звериные кожи, и накупила самых разных приправ. Продавец, у которого она покупала приправы, говорил со странным акцентом и утверждал, что он из Империи Вечного Мира.

Несмотря на то, что бабушка Сы была женщиной, вела она себя нелепо и поэтому не очень хорошо умела торговаться. Она задёшево продала “железки” немого и даже за звериные шкуры не смогла много выторговать. Однако, кое-какие торговцы имели некоторую совесть, им казалось, что они обманывают старуху и мальчика, поэтому один из них протянул Сы лишний кошель, в котором, как позже выяснилось, была сотня драконьих монет.

Драконьи монеты являлись валютой города Пограничный Дракон. На каждой из них изображалась драконья колонна, похожая на те, что стоят по углам города. Монеты были отчеканены с помощью особой техники, из-за которой их невозможно было подделать.

Затем они продали коров и козлов. Животные, казалось, знали, что за судьба их ждёт, и жалостно кусали одежду Цинь Му, отказываясь уходить.

Цинь Му на секунду засомневался, но бабушка Сы прошептала ему на ухо:

— Все они плохиши.

Цинь Му подпрыгнул от шока. Эти коровы и козлы были людьми, до того как Сы превратила их в животных, используя технику Создания Небесного Дьявола.

— Они просто кучка бандитов, — голос бабушки Сы был мягким, как шёлк. — Помнишь, как мы покинули деревню, чтобы принять роды? Когда мы прибыли на место то увидели, что все жители были убиты. Последние несколько лет я искала бандитов, виновных в этом, но поймать их мне получилось всего несколько дней назад.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он отдёрнул рубашку и позволил торговцам оттащить скот. Им светила либо скотобойня, либо жаркое поле. Ему всё ещё казалось, что так поступать неправильно, но он не осмеливался сказать бабушке, что она неправа.

Такими были Великие Руины. Сильные унижают и подавляют слабых. То, что сделала Сы было, возможно, радикальным, но всё же лучше, чем сидеть со сложенными руками.

Цинь Му даже был немного тронут. Инцидент, что оказал огромное влияние на его психику, случился более десяти лет назад. Он и подумать не мог, что бабушка до сих пор хотела отомстить за трагическую смерть жителей той деревни.

Они купили несколько рулонов полотна, пару бутылок хорошего вина, и отнесли всё в корчму*, в которой остановились на ночь. Бабушка Сы, увидев магазин, в котором продавали румяна и пудру, внезапно остановилась.

— Хорошие вещички, только такая изысканная пудра, как эта, может соответствовать исключительной красоте бабушки, — старуха была вне себя от счастья, от чего её глаза загорелись. Сказанное ею заставило группу девиц неподалёку неконтролируемо захихикать.

Бабушка притворилась, будто не слышит их смеха, и накупила кучу косметики, потратив почти все оставшиеся деньги. Её начала грызть совесть, когда она посмотрела на Цинь Му, который уверенно шагал рядом и тащил все её большие и маленькие коробочки. Она взяла мешочек с монетами и высыпала последнюю оставшуюся парню в карман. Затем она мягко сказала:

—Му’эр, иди-ка купи себе что-нибудь хорошенькое. Всё что хочешь. Но сначала помоги мне дотащить косметику до корчмы.

Цинь Му дотащил груз до места назначения, где их радушно встретил хозяин, сообщив, что их комнаты уже готовы.

Парень подозрительно поглядел на хозяина корчмы и его сердце тихо вздрогнуло. Хозяин ему подмигнул и тихо проговорил:

— Подданный отдаёт своё почтение молодому Владыке Культа.

«Триста шестьдесят Чертогов Небесного Дьявольского Культа успели окунуть свои руки во все существующие профессии. Подумать только, они даже открыли корчму в городе Пограничный Дракон», — задумался Цинь Му. Собравшись с мыслями, он вошёл внутрь.

После того, как Цинь Му положил всё, что они купили, на место, бабушка Сы немедленно прогнала его:

— Мы редко куда-либо выбираемся, так что ты должен пойти и развлечься. Трать свои деньги с умом.

Цинь Му взял свою драконью монету и ушёл. Ночной город был очарователен, сотни фонарей освещали улицы, по которым бродили торговцы, желающие подороже продать всякое добро. Дороги были заполнены людьми, напоминая море качающихся голов.

— Мы с дочкой прибыли из деревни Коровьей Семьи, чтобы ненадолго здесь остановиться. Нам не нужны ни титулы, ни деньги. Дело в том, что моя дочь достигла брачного возраста, но ей до сих пор никто не пришёлся по вкусу. Поэтому я бы хотела найти зятя через соревнования боевых искусств, чьи познания в них были бы выдающимися и…

Цинь Му услышал этот голос и остановился. Посмотрев на арену, он не знал, смеяться ему или плакать. Там было так много людей, что даже поход сквозь толпу казался ему опасным делом.

«Отец и дочь из деревни Коровьей Семьи прибыли сюда, чтобы через соревнование найти достойного мужчину. Последний раз они искали зятя три года назад в Храме Бабушки. Неужели они до сих пор никого не нашли? И что я могу купить за одну драконью монету?» — задумался Цинь Му, как вдруг, услышал чей-то крик:

— Продажа бесценного сокровища всего за три медные монеты!

Он посмотрел в сторону источника звука и увидел, как толпа людей на аллее расставляет довольно странные предметы. Это были сломанные кирпичи и куски строительной плитки.

«Каким образом этот мусор стал бесценным сокровищем? И почему древние сокровища продаются так дёшево?», — Цинь Му втайне пробудил свои Глаза Небес и присмотрелся. Не удержавшись, он потряс головой в разочаровании. Это были всего-навсего поломанные кирпичи и плитка. Большинство из них были привезены прямиком из Великих Руин. В них не было ни капли духовной энергии, настоящим магическим артефактам этот мусор и в подмётки не годится. Некоторые люди даже в подарок такое не примут, а они ещё и денег за это хотят?

Тем не менее, на улицах всё ещё толпилось множество людей, похожих на практиков боевых искусств. Они разбирали горы предметов в надежде найти среди них что-нибудь действительно ценное.

Цинь Му продолжал присматриваться, как вдруг, его сердце слегка дрогнуло. Он нашёл парочку достойных вещиц. В нескольких лавках он увидел осколки древнего оружия, которые сумели приманить его взгляд. Кусочки оружия излучали слабый свет, должно быть это обломки духовного оружия и имеют какую-то ценность.

Он сделал шаг вперёд, чтобы расспросить, но не смог выдавить и слова. Обломок духовного оружия стоил несколько десятков драконьих монет.

— Это ведь обман, верно?

Цинь Му оглянулся и увидел лавку, где на козьей шкуре лежало несколько десятков глиняных горшков. Большинство из них были разбиты. Некоторые потрескались возле углов, а у некоторых и вовсе не хватало крышек.

Однако, смотря на них Глазами Небес, он увидел невероятно сильное свечение. Оно намного превосходило свечение разбитого оружия, которое он видел ранее. Свечение было даже сильнее чем у целых мечей, которые торговец тоже продавал.

— Сколько стоят твои горшки? — спросил Цинь Му, сделав пару шагов в сторону лавки.

— Три медяка за штуку, — ответил владелец.

Цинь Му вытащил из кармана свою драконью монету и смущённо проговорил:

— У меня есть только одна монета, продашь мне всё, что у тебя есть?

Владелец лавки удивился и немедленно выхватил монету из рук Цинь Му, затем он быстро упаковал горшки и, улыбаясь, протянул их новому владельцу:

— Держи, теперь они все твои!

— Глупый мальчишка… — владельцы лавок по сторонам тихо рассмеялись. — Малец даже не знает, что одна драконья монета стоит тысячу медных.

Продавец крепко ухватился за драконью монету:

— Братишка, ты ведь знаешь, слово назад не вернуть!

Цинь Му, узнав ценность драконьей монеты, улыбнулся:

— Поскольку мы с тобой уже заключили сделку, я не собираюсь её отменять. Тем более я думаю, что эти горшки стоят намного больше одной драконьей монеты.

Владелец с облегчением выдохнул и уже собирался уходить, но внезапно в толпе прозвучал хриплый голос:

— Погодите-ка! Сколько стоят эти горшки, парень?

Цинь Му поднял голову, и увидел, как к нему подходят несколько мужчин в богатой одежде. Среди них был молодой парень в одеянии, которое выглядело даже лучше, чем одеяния его спутников. Он с интересом взглянул на козью шкуру.

— Практики божественных искусств? — воскликнул владелец лавки.

— Ты тот пухленький седьмой мастер, с корабля Империи Вечного Мира! — также воскликнул Цинь Му.

— Пухленький седьмой мастер? — парень на секунду замер, но сразу же узнал Цинь Му. Немного смутившись, он проговорил. — Кого ты назвал пухленьким седьмым мастером?

Пухляк совсем не интересовал Цинь Му, а вот люди позади него… Они были необычные людьми, чьи тела полностью окутывала Ци. Вокруг одного из них извивался зелёный дракон. Голова дракона возвышалась над его собственной, и пристально осматривала округу своими яркими глазами.

Этот человек, очевидно, имел Духовное Тело Зелёного Дракона, и уже пробудил своё Божественное Сокровище Шести Направлений. Будучи практиком божественных искусств, его жизненную Ци было видно невооружённым глазом.

Несмотря на то, что жизненная Ци Цинь Му была чрезвычайно плотной, и тоже могла обретать форму, это случалось исключительно во время битвы. Её можно было увидеть только в случае, когда она становилась очень сильной и смешивалась с кровью.

У практиков божественных искусств же всё было по-другому. Они могли заставить свою Ци показать свою настоящую форму в любой момент. Божественное искусство может быть скрыто внутри Ци, и использовано мгновенно, как только появлялась нужда заблокировать вражескую атаку!

Цинь Му как-то слышал, как бабушка Сы говорила, что в области Духовного Эмбриона практик может использовать только обычные боевые искусства. Только после достижения области Пяти Элементов практика можно было считать старшим мастером, хорошо понимающим изменения пяти элементов, которые улучшают боевые техники, заклятия и другие приёмы, помогая постепенно продвигаться к пониманию божественных искусств…

И только когда практик сломает стену Божественного Сокровища Шести Направлений, он сможет использовать божественные искусства.

Несмотря на то, что город был не таким уж маленьким, и в нём находилось много практиков божественных искусств, заставить нескольких из них следовать за собой было впечатляющим достижением.

— Я готов продать вам горшки, — Цинь Му подумал и назвал цену. — Сто драконьих монет за каждый.

Сначала ему показалось, что он немного перегнул палку, но седьмой молодой мастер тепло улыбнулся и кивнул:

— Достаточно дёшево, договорились. В твоей козьей шкуре находиться тридцать шесть горшков, вместе они стоят три тысячи шестьсот драконьих монет. Высший чиновник Дин, разберитесь с оплатой.

Человек позади него поклонился и ответил:

— Понял.

Он сделал пару шагов вперёд и протянул мешок с деньгами Цинь Му.

Владельцы лавок и посетители были в шоке, а их дыхание замерло. Человек, продавший Цинь Му горшки, закатил глаза и почти упал в обморок. Он напряжённо пялился на горшки, но не смел их украсть.

↑ корчма — https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D1%87%D0%BC%D0%B0

Глава 68. Бой на алее

Несмотря на то, что драконьи монеты не были большими, три тысячи шестьсот таких вместе весили больше пяти килограмм и считались не малой суммой. Цинь Му повесил мешочек с монетами на рукоять ножа для убоя свиней и негромко заявил:

— А пухленький седьмой мастер довольно щедр.

Взор седьмого молодого мастера запылал, когда он увидел нож за спиной у Цинь Му:

— Если тебе интересно, за твой нож я готов заплатить даже больше!

— Мой нож намного ценнее горшков, он не продаётся, — потряс головой Цинь Му.

— Что верно, то верно, один только материал, из которого он сделан, стоит дороже горшков, — молодой мастер протянул горшки человеку, стоявшему позади него, и улыбнулся. — Эти горшки были созданы практиками божественных искусств области Шести Направлений. Всего существует тридцать шесть духовных оружий, которые вместе называются Тридцатью Шестью Небесными Звёздными Горшками. Они способны создавать боевое построение Великий Кувшин Изгнания Дьявола. Даже несмотря на то, что большинство из них разбиты, они по-прежнему содержат свою прежнюю силу. Мне они совсем не нужны, но, думаю, продав их детям имперских дворян, я смогу заработать небольшое состояние. Я видел Тридцать Шесть Небесных Горшков раньше, поэтому смог их опознать. У тебя и самого неплохой глаз, может ты тоже их раньше встречал?

Один из его последователей кашлянул:

— Седьмой молодой мастер, дворянину опасно находиться на улице в такую позднюю пору.

Молодой мастер разозлился:

— Вам не кажется, что вы слишком назойливые? Нет большей радости чем игра на улице…

Ещё немного побурчав, он потряс головой и ушёл.

Цинь Му знал, что этот молодой мастер был на стороне генерала Циня. Сам же Цинь Фэйюэ относился к нему крайне уважительно, следовательно, его социальный статус был очень высоким. Было естественно, что его последователи так пеклись о вопросе безопасности.

Как только Цинь Му собрался уходить, владелец лавки, что продал ему горшки, внезапно прыгнул и, уцепившись за ногу, заорал:

— Не смей уходить! Мои горшки стоят намного больше трёх тысяч драконьих монет, а ты собрался купить их всего одной? Тебе придётся компенсировать мне их стоимость! — сказав это, он потянулся к кошельку на спине парня.

Цинь Му нахмурился, как вдруг, его волосы встали дыбом. Он почувствовал опасность! С аллеи к нему с необычной скоростью кто-то мчался. Подтянув рукава, незнакомец достал странное оружие. Оно выглядело будто два изогнутых ножа, склеенных друг с другом, и казалось необычайно острым.

Ладонь человека повернулась вниз, однако оружие не упало. Внезапно, нож завертелся и стремительно рванул, целясь в шею Цинь Му!

Цинь Му перенаправил свою Ци в ноги и быстро отскочил. Владелец лавки попытался выхватить кошель, но парень уже находился в нескольких метрах от него.

Мерцая железом, незнакомец держался вблизи Цинь Му, будто тень. Странный нож в его руке летал вверх-вниз. Цинь Му мимолётно присмотрелся, и увидел нить Ци, прикреплённую к оружию противника. По бокам ножа торчали два изогнутых лезвия. Рукоять находилась между ними, и к ней крепилась нить Ци.

«Использовать нить Ци для контроля над ножом? Он практик боевых искусств!»

Обращение с ножом у незнакомца было очень своеобразным. Используя странную технику ног, он скользил по земле, будто угорь. Выбрав навык ножа как свою специализацию, противник оказался очень опасным в условиях узкой аллеи. Свет из снежно-белого ножа летел сверху вниз по дуге, и его сила была совсем не маленькой.

В то же время, Цинь Му увидел, как другие люди, находящиеся неподалёку, один за другим начали подходить ближе.

То, что его кошель пробуждал жадность в сердцах, не вызывало никаких сомнений.

Сума свыше трёх тысяч драконьих монет была очень весомой. Её явно хватало для того, чтобы пробудить в людях готовность убивать.

«Я должен быстрее с этим покончить!», — думая в таком ключе, Цинь Му резко остановился и перенаправил свою жизненную Ци в кулаки.

Ноги Цинь Му двигались в унисон с Ци, которая стремительно направилась в его руки и заполнила их до кончиков пальцев. Парень сжал ладонь в кулак, и когда тот практически столкнулся с ножом, его пальцы со щелчком распрямились, будто выпущенные из тугого лука стрелы, в итоге попадая прямо по лезвию странного ножа!

Восемь Громовых Ударов Второй Формы — Громовые Пальцы Играющего на Пипе!

Дзинь!..

Он щёлкнул первым пальцем и от силы удара раздался пронзительный свист, отправляя вращающийся нож в полёт. Со щелчком второго пальца, нить Ци противника была разорвана в клочья. Третий удар пальца Цинь Му заставил нападающего громко болезненно взвыть, от образовавшейся огромной сквозной дыры в ладони.

В каждом пальце Цинь Му содержалась невероятно плотная Ци. Несмотря на то, что он не мог использовать силу жизненной Ци Белого Тигра, плотности его Ци, в комбинации с необычайной физической силой, хватило, чтобы тремя пальцами прервать атаку напавшего незнакомца. Прервав его удар, он сжал ладонь обратно в кулак и ударил врага в грудь.

Тело практика согнулось от силы удара и отлетело в сторону.

Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

Цинь Му сосредоточил все свои силы в ногах и бросился на практика, который всё ещё находился в воздухе. В его глазах виднелся страх, ведь он находился в воздухе и был явно не в состоянии защищаться.

В этот момент двое практиков боевых искусств по сторонам аллеи увидели Цинь Му, бросившегося на врага, и их глаза опасно вспыхнули. Без всяких объяснений они направились в сторону парня!

Бам!

Бам! Бам!

До того, как бедолаги успели начать свои атаки, они увидели, как кулак Цинь Му очень быстро вырастает в размерах. Казалось, будто освирепевший земляной дракон ударил им прямо по лицам. Их головы откинулись назад и влетели прямиком в стену, застряв там. Всё остальное, ниже шеи, осталось болтыхаться в воздухе, а от силы столкновения по стене пошла паутина трещин!

Практик, который лежал на тротуаре после атаки в грудь, принял на себя ещё один сокрушительный удар, который был гораздо свирепее предыдущего, заставив его отлететь в сторону с ещё большей скоростью.

На аллее мелькнула тень и прогремели несколько звуков удара. Седьмой молодой мастер и его последователи уже находились в дальней стороне аллеи, когда до них донеслись звуки битвы. Обернувшись, на их лицах можно было чётко прочитать искреннее удивление.

Словив третий удар, практик долетел прямо до седьмого молодого мастера. Находящиеся рядом с ним мастера божественных искусств нахмурились и потянулись к оружию, но тут молодой мастер улыбнулся:

— В этом нет нужды, игнорируйте его.

Они отошли в сторону, позволяя бедолаге пройти, но в следующий миг увидели, что Цинь Му уже стоял прямо за его спиной. Удары парня были сумасшедшими, сильными, и точными, как настоящая молния. Последний удар отправил практика в полёт, который, как и полагается, закончился внутри стены на противоположной стороне аллеи.

Задница бедолаги проломила стену, и его тело надёжно в ней застряло. Но ему не на что было жаловаться, так-как повезло гораздо больше, чем остальным…

Позади Цинь Му, более десятка практиков светили своими задницами или передами, с застрявшими глубоко в стене головами. Их конечности хаотично болтыхались, но бедолаги не могли выбраться.

— Впечатляющие способности! — восторженно воскликнули несколько мастеров уровня божественных искусств.

— Молодой мастер, этот человек бежал, будто огромная волна, способная расколоть небо. Он использует очень мощную боевую технику. Если его удары и пинки смогут преодолеть свои ограничения, то станут божественным искусством, — прошептал один из них.

— То, что он использовал, называется боевой техникой? — радостно переспросил седьмой молодой мастер.

— Да, это боевая техника наивысочайшего уровня! — уверенно поддакнул последователь.

Молодой мастер слегка кивнул головой:

— Я слышал историю тех времён. Имперский Наставник поставил школу боевых техник вне закона и уничтожил большинство мастеров, которые их изучали. С тех пор их нельзя считать божественными искусствами, и они воспринимаются всеми как ересь. Многие неверные сбежали в Великие Руины, возможно этот парень — ученик одного из них…

Ещё один последователь прошептал:

— Город Пограничный Дракон — это не Империя Вечного Мира. Среди здешних людей много отчаявшихся злодеев, избежавших “виселицы”, и для которых не существует пути назад. Мы должно быть предельно осторожными. За спиной этого парня наверняка стоит парочка выживших из тех времён. Молодой мастер, давайте быстрее вернёмся к генералу.

Цинь Му не стал безжалостно убивать напавших на него практиков, использовав только половину своей силы. Однако, вид свисающих со стен тел всё равно был ужасающим. Хотя в его понимание подобное еле как дотягивало до разминки. Тренируясь со старым Ма и остальными деревенскими, или спаррингуясь за пределами деревни с демонической обезьяной и Ху Лин’эр, он всегда использовал свою полную силу.

«Опасно носить в кармане такое количество драконьих монет, почему бы мне не прикупить чего-нибудь и не отдать остальные деньги бабуле, когда я вернусь в корчму?»

Парень особо не заморачивался случившимся. Планируя пошить новую одежду для старого Ма, старейшины и остальных, он решил прикупить ещё шёлка, приказав работникам отнести ткань в корчму. Побродив какое-то время и купив парочку интересных, на его взгляд, вещей, в качестве подарка старикам, Цинь Му вернулся в корчму. Однако, оказавшись на месте, он понял, что бабушки в комнате нет, она ушла, ничего ему не сказав.

Слепой также исчез без следа.

«Раз я здесь нечасто, у меня есть хорошая возможность оглядеться вокруг и увидеть что-нибудь новое».

Цинь Му взял сотню драконьих монет, надёжно спрятав остальное, и пошёл гулять. Ночью город был особо суетливым и выглядел захватывающе. Здесь проводились соревнования боевых искусств, турниры на арене, театральные представления, можно было увидеть танцующих львов и многое другое.

Он неосознанно вошёл в самое сердце города. Здания здесь были ещё прекраснее… Огромное количество домов и сооружений сохранилось со времён, когда тьма ещё не вторглась в Великие Руины. Особенно бросались в глаза местные необыкновенные храмы и святилища.

Цинь Му пробудил свои Глаза Небес и, цокая языком, оглядел здания вокруг. Статуи богов, которые казались большинству людей обычными каменными скульптурами, излучали необычайно яркое сияние!

Цинь Му изучал одну статую за другой и совершенно не боялся проявления богов. Но даже так, он относился к ним уважительно, при этом восхищаясь превосходными навыками того, кто их создал.

Город Пограничный Дракон был построен на огромных руинах. Каменные статуи в этом городе были когда-то давно возвышенными древними богами и демонами. Оценив качество скульптур, Цинь Му был поражён естественностью работы богов, выглядящей в его глазах как настоящее божественное искусство.

— Похоже на то, что лишь осмотрев эти статуи можно изучить множество техник, — в восхищении воскликнул Цинь Му, и его голос услышал какой-то мужчина средних лет, проходящий мимо.

— Сельский паренёк, не хочешь заработать немного деньжат? Я могу тебе предложить отличную сделку. Городской Лорд ищет людей, желающих драться на арене в его усадьбе, за победу дают сотню драконьих монет!

Цинь Му отрицательно потряс головой.

Мужчина средних лет пошёл искать дальше и совсем скоро нашёл паренька, который ему не отказал.

«Бой в доме Лорда? Что Лорд задумал?» — был озадачен Цинь Му.

В этот момент он услышал громкий смех:

— С тех пор, как умер Владыка Небесного Дьявольского Культа, Ли Тяньсин, исчезнувшая без следа Владычица Культа стала самой неуловимой личностью. Я даже и подумать не мог, что она решит навестить мой город! Владычица пришла с далёких земель, и её присутствие приносит свет в моё скромное жилище!

Голос его был невероятно громким, что свидетельствовало о высоком уровне его совершенствования. Уши Цинь Му зазвенели от вибрации, а несколько прохожих упало в обморок.

— Владычица Культа? Разве это не бабуля? — остолбенел Цинь Му.

— Городской Лорд слишком скромен, — прозвучал невероятно приятный и несравненно соблазнительный голос.

Когда Цинь Му услышал этот голос, у него пересохло в горле, чувствуя будто сотни маленьких дьяволов выпрыгнули из его сердца и начали свои пляски.

Множество людей на улице бросились в пляс, будто были крайне пьяны. Они громко и звонко смеялись, а на их извращённых лицах проявились одичалые выражения.

Только спустя некоторое время горожане пришли в себя, и начали оглядываться друг на друга, совершенно не понимая, что только что произошло…

Глава 69. Элегантная и изящная

Потоки исключительно красивых разнообразных небесных цветов спускались с неба, посреди которых находилась прекрасная женщина, ступающая по ним своими утончёнными ногами. Лепестки цветов падали и тут же засыхали, издавая звонкое щебетание. Примерно в тот же момент один из лепестков пролетал прямо перед Цинь Му…

Парень протянул руку, но лепесток сразу растаял, словно снежинка под тёплыми солнечными лучами. Он не мог не подумать: «Создан из жизненной Ци?»

Разглядев внешность удивительно прекрасной женщины, Цинь Му мысленно ахнул, а сердце неконтролируемо ускорило своё биение.

Обучаясь живописи и каллиграфии у глухого, парень знал, что техника и манера нанесения мазков старика не знала себе равных, будучи способной отобразить всю глубину и красоту мира. Однако, даже учитывая все навыки кисти глухого, он боялся, что у того попросту не хватит способностей передать на холст всю ту стать и очарование красавицы…

Глядя на неё, Цинь Му наконец понял, что значит истинная несравненная красота. Древний поэтический очерк, однажды зачитанный ему глухим, подсознательно всплыл в его памяти.

Её манера держать себя и движения были столь же неясными, как свет луны, изо всех сил пробивающийся через туманные облака, и столь же беспокойно-непредсказуемыми, как снег, кружащийся на ветру.

Словами было невозможно выразить почему она так завораживала… Казалось, что её тело идеально балансировало между упитанностью и хрупкой утончённостью, которые были под стать не высокому и в то же время не низкому росту. Её плечи словно вырезал гроссмейстер-скульптор, а ивовая талия выглядела так, как если бы ту туго перетянули белыми поясами. Её шею и ключицу ничего не прикрывало, от чего можно было отчётливо рассмотреть бледную аристократическую водянистую кожу, незапятнанную косметическими мазями и макияжем. Местами её пышные волосы были уложены кольцами и приподняты, но также свободно струились. Длинные брови изящно изгибались, красные губы мерцали, оттеняя свет, белые зубы практически ослепляли, в оживлённых глазах читалось некое двусмыслие, от чего было невозможно понять о чём она думала, а на щеках играли едва заметные ямочки от полуулыбки. Её внешность была умопомрачительно очаровательной, поведение тихим, а поза скромной. С её нежным сердцем и гибким умом, каждое сказанное слово только придавали ей изящности и загадки.

Несмотря на то, что её одежда выглядела немного странноватой, так-как такую мало кто носил, лицо и фигура гармонировали с любым местом, где бы та не находилась. Тело неземной красавицы окутывали мягкие, шуршащие на ветру, шелка, а уши украшали яшмовые и нефритовые серьги в форме цветков. Золотые и нефритовые шпильки украшали голову, удерживая уложенные кольцами волосы, а бусы из белоснежного жемчуга заставляли тело сиять. Делая шаг за шагом в каком-то подобие комнатных тапочек, предназначенных для блуждания по всему свету, позади неё тянулась белоснежная марля, напоминающая утренний туман.

Казалось, что только тот древний поэтический очерк мог описать её внешность и стать.

Женщина была слишком красивой для смертного создания… Такую красоту попросту невозможно нарисовать при помощи кисти, не говоря уже о том, чтобы отобразить её притягательную суть.

Неужели она действительно бабушка Сы?

«Может быть бабушка убила настолько красивую женщину, чтобы носить её кожу?» — когда Цинь Му подумал о чём-то плохом, его тут же пробило на дрожь.

— Эй ты! Пастух! — внезапно из-за спины Цинь Му раздался девичий голос. Он мгновенно обернулся, чтобы взглянуть, однако никого не обнаружил, но затем додумался поднять голову, где увидел сидящую на карнизах храма девушку. Её платье доставало до лодыжек, кожа которых выглядела изысканной и безупречно белой…

Её ноги почти доставали головы парня, а пальцы игриво теребились, когда она покачивала ими. Девушка прищурилась, от чего её глаза стали походить на полумесяцы, и сказала:

— Да ты, пастух. Поднимайся. Отсюда всё видно гораздо лучше.

Цинь Му запрыгнул на карнизы храма. Сев рядом с девушкой, он сразу же почувствовал знакомый аромат, исходящий от её тела, из-за чего впал в замешательство.

Две красивые пряди волос были аккуратно уложены на её щеках, делая лицо очень похожим на семя подсолнуха. Её яркие глаза и белые зубы образовывали полумесяцы, когда она улыбалась. Хихикнув, она спросила:

— Я пухлая?

Цинь Му кивнул головой и честно ответил:

— Ну… расчесав свои волосы по бокам, лицо и правда выглядит худее, но если ты откинешь их всех назад, то всё равно будешь выглядеть пухлой.

Девушка раздражённо пнула его ногой. Её обувь была снята и поставлена сбоку. Продолжая качать босыми ногами, она сердито проворчала:

— Моё лицо пухлое от природы, я не могу ничего с этим поделать!

Облокотившись руками сзади, парочка беззаботно болтала своими ногами свесив их с карнизов. Цинь Му пребывал в замешательстве, так как его никак не покидало ощущение, что девушка рядом с ним выглядела очень знакомо. Особенно её аромат… Он казался ещё более знакомым.

Перед ними возвышалась усадьба Лорда города. Ворота усадьбы внезапно распахнулись и через них с помпой вышла сотня, впечатляюще выглядящих, человек. Окружающая каждого из них аура была исключительно могучей. Все они являлись самыми авторитетными практиками города Пограничный Дракон на уровне божественных искусств!

Ведущий их мужчина был высоким и крепко сложенным. С тигроподобными глазами и медвежьей талией, его тяжёлые шаги внушали страх в сердца слабых духом, а пышные усы, как наэлектризованные, торчали в разные стороны. Да, он не выглядел особо красивым, но был очень мужественным.

За его спиной сформировался образ восьмирукого бога, держащего в каждой из своих рук уникальное оружие. Должно быть, это явление произошло из-за незаурядности его жизненной Ци.

— После того, как Вы, Владычица Небесного Дьявольского Культа, украли библию — Великие Небесные Дьявольские Рукописи, у своего же культа, и сбежали от погони своих священных старейшин и Патриарха… Вы вошли в Великие Руины и бесследно исчезли, — Лорд Пограничного Дракона от души рассмеялся. — Я день и ночь беспокоился о безопасности владычицы и никогда бы не подумал, что Вы всё ещё целы и невредимы. Я наконец-то могу вздохнуть с облегчением. Думаю, Вы, владычица, основательно изучили Великие Небесные Дьявольские Рукописи, после того как отправились в уединение на целых сорок лет. И теперь, когда наконец показали себя, должно быть больше не боитесь старейшин и патриарха своего культа, я ведь прав?

Владычица Небесного Дьявольского Культа весело беседовала с Лордом Пограничного Дракона, словно они были старыми добрыми друзьями.

Лорд Пограничного Дракона не посмел приблизиться к ней и пригласил:

— Владычица, так уж совпало, что в моей скромной обители прямо сейчас проводится банкет, чтобы развлечь моего почтенного гостя. Я услышал о прибытии владычицы и для меня было честью повстречаться с Вами. Но также я не могу допустить, чтобы мой почтенный гость слишком долго ждал… Так почему бы владычице не пойти вместе со мной в мой скромный дом, где мы сможем все вместе пообщаться?

Красавица чарующе рассмеялась:

— Ничего страшного. Мне даже стало любопытно, кто же этот почтенный гость городского Лорда. Заранее прошу прощение за беспокойство.

— Владычица, не шутите так, какое ещё беспокойство. Пожалуйста, заходите!

— Лорд Пограничного Дракона, Фу Юньди, продемонстрировал свою технику Восьмиликого Небесного Бога, — прошептала девушка, сидящая рядом с Цинь Му. — Говорят, он успешно разрушил свою стену Божественного Сокровища Жизни и Смерти, и теперь является одним из редчайших мастеров Великих Руин!

Цинь Му посмотрел на городского Лорда Фу Юньди. Техника Восьмиликого Небесного Бога казалась действительно необычайной. Используя её, он мог полагаться на восемь лиц бога, чтобы видеть всё вокруг себя. Цинь Му не удержался от восхищённого восклицания:

— Действительно мощная техника.

— Пастух, ты тоже очень силён. Какую технику используешь для совершенствования? — с неподдельным интересом спросила девушка.

— Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, — ответил Цинь Му и затем спросил. — Меня зовут Цинь Му, а тебя?

Девушка откинула волосы, заправив их за ухо, и затем улыбнулась:

— Меня зовут Юйсю.

Юйсю, элегантная и изящная*? — спросил Цинь Му.

— Откуда ты знаешь, что моя фамилия Лин? — удивилась девушка.

— Лин Юйсю? Красивое имя, — Цинь Му похвалил и продолжил. — Будь ты чуть-чуть худее, то это имя действительно бы тебе идеально подходило.

Лин Юйсю ещё раз обижено пнула его, прежде чем надеть ботинки и спрыгнуть вниз.

— Я тебя игнорирую! — она приземлилась на землю и сделала два шага вперёд, прежде чем оглянуться назад. — Почему ты не последовал за мной?

— Я думал ты сказала, что игнорируешь меня… Зачем мне тогда следовать за тобой? — смутился Цинь Му.

— Узколобый! — Лин Юйсю помахала ему рукой, чтобы он подошёл, и хихикнул. — Я знаю, как войти в усадьбу городского Лорда. Сейчас внутри очень шумно, поэтому мы можем повеселиться! Разве тебе не хочется посмотреть, чем заняты все эти большие шишки Великих Руин?

Цинь Му стало слегка любопытно. Он тоже спрыгнул с карнизов храма, быстро догнав её, и с любопытством спросил:

— Как ты собираешься войти в усадьбу?

— Это же очевидно! Мы войдём через парадный вход с гордо поднятой головой! — Лин Юйсю уверенно зашагала к воротам усадьбы городского Лорда. Проход охраняли четыре практика божественных искусств. Тем не менее, когда парочка проходила мимо стражников, те ничего не сказали им, давая свободно войти внутрь.

Цинь Му был поражён и невольно прошептал:

— Сестра, ты что, дочь Лорда Пограничного Дракона?

— Пусть мечтает! — Лин Юйсю варварски сплюнула. — У моего отца больше влияния, чем у него! Я могу входить и выходить из этой усадьбы, когда пожелаю. Впереди расположена вилла Подавления Реки, в которой Фу Юньди развлекает своих гостей.

Цинь Му посмотрел вперёд и увидел довольно большое озеро, с прозрачно-голубоватой водной рябью. На дне озера покоились огромные, размером с корзину, жемчужины, источающие мягкий свет, танцующий по поверхности воды. Также можно было увидеть множество служанок, неподвижно стоящих по всей протяжённости берега и держащих в руках фонари, освещающие всё озеро усадьбы.

Вилла Подавления Реки была построена на склоне находящейся рядом с озером горы, и чем-то напоминала усевшегося гуся. Если смотреть на здание издалека, благодаря ослепительному интерьеру, чувствовался дух богатства и роскоши. Лорд Пограничного Дракона настолько разошёлся, что приказал отделать всю виллу золотыми листьями. Одним словом — экстравагантно!

Посреди комнаты виллы грациозно танцевали несколько женщин, чьи рукава развевались от ловких движений, вместе с их ароматными юбками. Танцуя в такт ритму барабанов и под ласкающую слух музыку струнных инструментов, зрелище было действительно завораживающим.

Посреди озера находилась плоская квадратная платформа, трёхсотметровой шириной и длинной, в то время как снизу её поддерживала невероятно толстая колонна, уходящая вглубь озера. В небе над центром озера парило несколько мрачных фонарей, тем не менее, света от них было столько, что казалось там стоял день.

Прямо сейчас от платформы доносились звуки взрывов, так как на ней сражались два молодых парня. Цинь Му остановился и его лицо приняло удивлённое выражение. Оба парня были очень сильными и обладали незаурядными способностями.

Одним из них был тот, кого приманил мужчина средних лет сотней драконьих монет, чтобы сразиться с кем-то на арене. У него было Духовное Тело Белого Тигра, а жизненная Ци находилась в золотомедной области, из-за чего от его тела исходило два цвета, ярко золотой и тёмно-коричневый, словно древняя медь.

Когда противник ударял по телу парня, слышалось громкое лязганье, чем-то напоминающее лязгающие звуки от движений медного Будды из храма. Да что уж лязганье, даже можно было увидеть отскакивающие искры!

Используя жизненную Ци Белого Тигра, чтобы закалить тело до такой степени, считалось блестящим достижением. Неудивительно, что ему хватило смелости войти в усадьбу городского Лорда, чтобы сразиться на арене.

Его противник тоже был молод, примерно возраста Цинь Му. Даже несмотря на то, что парню было от силы пятнадцать лет, атаковал он пугающе безжалостно и свирепо. Он использовал восемь мечей, каждый из которых держала отдельная “рука”.

Руки конечно же не были настоящими, а состояли из жизненной Ци, полагаясь на которую он мог контролировать одновременно восемь мечей.

— Техника Восьмиликого Небесного Бога? — едва слышно прошептал Цинь Му.

Техника Восьмиликого Небесного Бога, что использовал юноша, отличалась от того, что продемонстрировал Лорд Пограничного Дракона, Фу Юньди.

Лорд развил её до уровня, на котором за его спиной формировался практически осязаемый фантом бога.

Техника в исполнении юноши же явно не дотягивала до подобного, тем не менее было очевидно, что корни общие.

— Он сын Фу Юньди по имени Тинюэ. Но даже так он жалкая личность. Хотя может быть это из-за того, что с самого младенчества у него не было матери, и воспитывался только Фу Юньди… — ответила Лин Юйсю.

Свишь!..

Два меча Фу Тинюэ ударили по носу противника. Затем сделали коварный круговой кульбит и, вращаясь, как волчки, устремились к глазам юноши с которым он сражался.

Жизненная Ци Белого Тигра оппонента была чрезвычайно могучей, а тело подобно стали. Тем не менее, всегда найдётся слабость, юноша не успел закалить свои глаза, и результатом стал душераздирающий вопль от ослепления. Фу Тинюэ не стал сразу убивать противника, а остановился, начав медленно калечить уже слепого юношу, отрезая по пальцу с извращённо-возбуждённым выражением лица.

Цинь Му нахмурился, повернув голову к Лин Юйсю:

— Жалкая личность без матери?

Лин Юйсю шокировано вскочила, тут же потянув парня за руку к вилле Подавления Реки, и улыбнулась:

— Я проголодалась, пойдём перехватим чего-нибудь вкусненького! Я ведь тоже здесь гость, поэтому не думаю, что сильно побеспокою остальных…

↑ 钟灵毓 秀 — переводится как элегантный(ая) и изящный(ая), в частности 毓 秀 по транскрипции палладия звучит как Юйсю, а 钟灵, синоним изящности, который Цинь Му ненароком выпалил, содержит иероглиф 灵, читаемый как Лин, вот она и удивилась, что он как бы мог иметь ввиду её фамилию, а не только стоящее за ним значение. Грубо говоря она услышала это так: “Юйсю, Лин Юйсю?”

Глава 70. Демоны и монстры

Держась за руку девушки, Цинь Му ощутил мягкость и гладкость её рук, от чего его сердце на миг пропустило удар. Тем не менее, из-за жестокого поведения Фу Тинюэ, он не мог отделаться от чувства дискомфорта.

Повернувшись, чтобы ещё раз взглянуть на плоскую платформу посреди озера, Цинь Му увидел, как Фу Тинюэ продолжал увечить своего противника, не ограничившись отсечением десяти пальцев. Прямо сейчас он пытался отрезать запястье бедняги, возбуждаясь хлеще дикого зверя.

«Фу Тинюэ сумасшедший! Даже неприятно осознавать, что он со мной кое-как связан…», — подумал про себя Цинь Му. В прошлом, когда бабушка Сы подобрала у берега реки младенца, её обуял страх, что он не выживет, умерев совсем маленьким, поэтому она проникла в город Пограничный Дракон и похитила жену городского Лорда, которая недавно родила. Затем старуха превратила её в дойную корову, чтобы та кормила Цинь Му молоком, помогая преодолеть младенцу самый сложный этап своей жизни и спасая от возможной преждевременной смерти…

И ребёнком, которого родила жена городского Лорда, скорее всего являлся именно Фу Тинюэ.

Цинь Му вырос, питаясь молоком его матери, что и было их связью. Он повернул голову и понял — молодому парню на боевой платформе не выжить. За сто драконьих монет он согласился войти в усадьбу городского Лорда, чтобы сразиться на арене… Да, у него были некоторые способности, раз уж посмел войти сюда, однако, в итоге его ждала неожиданная смерть.

Вилла Подавления Реки утопала в песнях и танцах, в то время как Цинь Му, не особо думая, следовал внутрь за Лин Юйсю. Глядя на танцовщиц, кружащихся по залу, он слышал отчётливые звуки струнного звона, когда их пальцы скользили по воздуху, словно по музыкальным инструментам. Звуки, конечно же, издавались их Ци. Все присутствующие либо кивали головами, либо топали ногами в ритм мелодии.

Цинь Му удивлённо цокнул языком, видя, насколько изящно порхают танцовщицы, используя свою жизненную Ци, для создания настолько прекрасной мелодичной музыки.

Внутри здания находилось множество небольших столиков, расставленных по бокам, за которыми сидели выпивающие люди. Некоторые наслаждались музыкой и танцами, в то время как другие наблюдали за сражением на плоской арене посреди озера.

Ситуация на арене была крайне плачевной. Юношу с медной кожей и железными костями замучили до неузнаваемости. Однако, никто из присутствующих внутри виллы не остановил виновника.

Лин Юйсю утащила Цинь Му прямо к небольшим столика и, само собой разумеется, села, не обращая ни на кого ровным счётом никакого внимания.

Все, кто развлекались внутри виллы Подавления Реки, являлись сильными и крайне грозными практиками мира сего. Видя двух подростков, они удивлялись, но не более, не говоря уже том, чтобы хоть что-то спросить у них.

В их понимании эта нефритовая парочка наверняка была на попечение какого-нибудь мастера, гостящего на вилле, и разрешившего им присоединиться к веселью, чтобы расширить свой кругозор.

На небольшом столике находились бесценные, уникальные фрукты и деликатесы. Например, крайне роскошно приготовленные странные звери. Их мясо было свежим и невероятно нежным, от чего пальцы Цинь Му двигались против его же воли.

Прибыв в город, бабушка Сы сразу же потащила его продавать скот и прочие товары. Поэтому во рту парня с самого утра не было ни росинки, из-за чего он хорошенько проголодался.

Цинь Му с горящими глазами распробовал всю еду, что находилась перед ним. Он чувствовал, что никто не сможет оторвать его внимание от поедания деликатесов, пока его язык тает в удовольствии. С другой стороны, Лин Юйсю, которая сказала, что очень голодна, проглотила лишь несколько кусочков, и отложила палочки для еды в сторону, начав с большим интересом наблюдать за пареньком.

Рядом с небольшим столиком, за которым сидел Цинь Му, сидела Владычица Культа, чья красота потрясла весь город. Она тоже с интересом наблюдала за парнем и юной девушкой рядом с ним.

«Так она бабуля Сы, или всё же нет? Слишком уж красивая», — подумал про себя Цинь Му.

Кроме неё, ещё кое-кто время от времени поглядывал на него. Почувствовав на себе чужой взгляд, Цинь Му поднял голову и слегка удивился. Человек, буровящий его взглядом, был одет в доспехи, очевидно не собираясь снимать их даже во время банкета. Он был ни кем иным, как молодым генералом Цинь Фэйюэ, с которым ему дважды “не повезло” встретиться на реке.

«Цинь Фэйюэ тоже здесь? Он не вернулся в Империю Вечного Мира?» — хотя Цинь Му был удивлён, он не перестал поглощать лежащую перед ним еду.

— Этот маленький генерал смотрит на тебя, он тебя знает? — усмехнулась Лин Юйсю.

Цинь Му проглотил еду и немного подумал, прежде чем ответить:

— Мы встречались. Дважды. В то время рядом с ним ошивался какой-то жиртрест, зовущий себя седьмым молодым мастером. Интересно, куда же он подевался?

Лин Юйсю разозлилась и довольно сильно ущипнула его руку.

Цинь Му не понимал, почему эта девушка ни с того ни с сего так разозлилась на него, думая: «Она странная. Генерал недоросль тоже довольно странный. Когда девка ущипнула меня, он чуть не вскочил… Хмм… это же меня ущипнули, а не его, тогда почему он почувствовал боль?..

Внезапно заговорил один старец:

— Городской Лорд, снаружи Ваш сын? Великолепные навыки. Я слышал, что самый сильный практик боевых искусств, среди всего молодого поколения города Пограничный Дракон, именно молодой мастер Тинюэ. Теперь, увидев его собственными глазами, я могу сказать, что он действительно впечатляющий.

Фу Юньди улыбнулся:

— Ты слишком нахваливаешь его, старейшина Бай Шань. Мой сын лишь научился парочке грубых приёмов, и просто валяет дурака.

Старейшина Бай Шань оживился, ответив:

— Неправда это. Я слышал, что молодой мастер Тинюэ — лучший среди всех в радиусе пятисот километров. Например, в прошлом году он сразился с триста пятьдесят двумя практиками, пришедшими со всех уголков, и убил каждого из них. Не выжил никто. С таким боевым мастерством в таком юном возрасте, молодой мастер Тинюэ, определённо, впечатляющ.

Цинь Му поднял брови, продолжив сосредоточенно есть.

Фу Юньди тут же улыбнулся:

— Мой сын убил отвергнутых людей Великих Руин. Если бы против него сражался кто-то извне, ему определённо пришлось бы постараться.

Старейшина Бай Шань улыбнулся:

— Среди отвергнутых не мало сильных практиков. Навыки молодого мастера Тинюэ действительно впечатляют.

Закончив говорить, он с восхищением вздохнул, из-за чего Фу Юньди улыбнулся.

— Мой сын честный человек и никогда не заставлял других сражаться с ним. Он обещал отвергнутым людям Великих Руин деньги, если те переживут бой с ним на арене. Как говорится: люди умирают за богатство, а птицы за еду. Отвергнутые постоянно бросали вызов моему сыну, разбрасываясь своими жизнями. Кстати говоря, сотня драконьих монет моего сына всё ещё не потрачена. Он действительно знает, как наслаждаться жизнью, — договорив, Фу Юньди громко рассмеялся. Все вокруг последовали его примеру, начав смеяться вместе с ним.

В этот момент один чернолицый старик внезапно прекратил улыбаться и, заговорив своим гулким голосом, заглушил даже хохот толпы:

— Владычица, после стольких лет изучения Великих Небесных Дьявольских Рукописей, я уверен, что сегодня Вы расширите наши горизонты, я прав?

Худощавый чернолицый старик, находившийся напротив Цинь Му, выглядел довольно измождённо. Сидя на своём месте, подобно сгоревшему углю, в его глазах практически невозможно было разглядеть искру жизни. Однако, голос старика был чрезвычайно громким.

Сразу после сказанного, взгляды всех собравшихся на вилле сосредоточились на Владычице Культа, от которой так и веяло очарованием. Тишина…

Цинь Му тут же отложил свои палочки из слоновой кости и закрыл рот. Тем не менее, ему пришлось пережевать то, что он успел в него затолкать.

Проглотив еду, Цинь Му на мгновение заколебаться, но природа взяла своё, и он опять взял палочки для еды, чтобы схватить ещё один кусок мяса лёгочной рыбы и быстро затолкать в рот.

Старик, похожий на чёрный уголь, разгневался и сердито зыркнул на Цинь Му:

— Прекрати есть!

Владычица Культа, сидящая рядом с Цинь Му, рассмеялась:

— Так это почтенный Хэй. Зачем так злиться, почтенный Хэй? Городской Лорд пригласил нас поесть, так почему ему нельзя этого делать? Я права, городской Лорд?

Фу Юньди кашлянул и улыбнулся:

— Торжественная встреча — это также банкет, цель которого состоит в том, чтобы познакомить гостей с деликатесами моего города Пограничный Дракон. Естественно, гости, не просто могут, они должны насладиться всеми яствами.

Владычица слегка рассмеялась, взяв ярко-красный плод и положив его в рот. Затем она неторопливо протёрла свои стройные, лилейно-белые пальцы, и с интересом посмотрела на паренька, всё ещё поедающего еду.

Лин Юйсю была крайне удивлена. Она действительно не ожидала, что после произошедшего Цинь Му сможет проглотить хоть кусок.

Вскоре Цинь Му практически наелся и тут к нему пришла мысль. Он сразу же достал свёрток маслянистой бумаги, в котором раньше находился сухой паёк, и положил на него несколько нежных, вкусных блюд, тщательно завернув.

Почтенный Хэй, похожий на чёрный уголь, не мог сдержаться:

— Маленький ублюдок, ты уже не можешь есть и всё же хочешь забрать остальное с собой?

Цинь Му смущённо ответил:

— Моя бабушка, слепой дедушка и я только сегодня прибыли в город. В течение всего нашего пути сюда, мы не ели ничего, кроме сухого пайка. Но еда здесь действительно восхитительная, и поскольку у моей бабушки и слепого дедушки зубы ни к чёрту, я хочу угостить их, — договорив, Цинь Му снова посмотрел на Владычицу Культа, думая: «Так она моя бабуля Сы или нет? Владычица же, но так сложно поверить. Минутку… Разве запах от этого румяна не точно такой же, как у купленного бабулей Сы?»

В глубине глаз Владычицы промелькнуло мерцание нежности. Она казалась тронутой, когда улыбнулась:

— Ты настоящий сыновий мальчик, ты мне нравишься всё больше и больше.

Все в здании выглядели так, словно услышали хорошую шутку, и с жалостью поглядывали на Цинь Му, думая: «Владычица известна своей демонической сущностью! И то, что её больше всего раздражает — это так называемое сыновье благочестие! Маленького ублюдка ждёт действительно жалкая смерть!»

Почтенный Хэй ждал, пока Цинь Му не закончит упаковывать еду, прежде чем холодно спросить:

— Заполнил?

— Наполовину, — честно ответил Цинь Му.

Почтенный Хэй гневно фыркнул. Когда воздух выскользнул из его носа, содрогнулось каждое из ста окон виллы Подавления Реки.

Цинь Му был впечатлён и восхищённо воскликнул:

— Совершенствование старшего энергично, мне такого не повторить.

Вены на лбу Хэя дёрнулись, пытаясь подвить свой гнев. Он молча ждал, пока Цинь Му, наконец, не закончил есть. Владычица Культа, которая неизменно улыбалась на протяжении всего этого мероприятия, отложила свои палочки из слоновой кости, тоже прекращая есть.

Почтенный Хэй выдохнул каким-то странным мутным воздухом и холодно проговорил:

— Теперь все сыты? Мы наконец можем поговорить о делах?

Сияющие взгляды всех присутствующих в здании приковались к Владычице.

Одна её улыбка могла очаровать сотню существ, заставив глаза всех в здании засиять ещё ярче, чем раньше:

— Почтенный Хэй, даже если я дам тебе Великие Небесные Дьявольские Рукописи, неужели ты думаешь, что сможешь покинуть город Пограничный Дракон живым? Я боюсь, что городской Лорд будет первым, кто заберёт твою жизнь. Кроме того… я сомневаюсь, что и остальные позволят тебе покинуть Великие Руины целым и невредимым.

Почтенный Хэй встал, и жизненная Ци за его спиной стала чрезвычайно чёрной, образуя собой свирепого четырёхрукого небесного демона!

Использовать жизненную Ци на таком высоком уровне и даже сформировать ею проявление бога демона… Его техника была ни в коем случае не слабее, чем техника Восьмиликого Небесного Бога Фу Юньди!

Почтенный Хэй пристально посмотрел на всех присутствующих и холодно проговорил:

— Если святая библия Небесного Дьявольского Культа окажется в моих руках, она будет моя. Тот, кто осмелится отнять её, должен бояться только одного, что тут же умрёт от моей руки!

Все в здании улыбались, но при этом молчали.

Владычица хихикнула:

— Здесь присутствуют благородные гости из Империи Вечного Мира и великие мастера, которые прячутся в Великих Руинах, скольких из них ты сможешь убить? А тот молодой генерал, должно быть, из Империи Вечного Мира, я права? — говоря она посмотрела на Цинь Фэйюэ и улыбнулась. — Я слышала, что Имперский Наставник — это человек номер один под богами, поэтому его ученики определённо не должны быть обычными.

Цинь Фэйюэ слегка поклонился:

— Этого маленького генерала зовут Цинь Фэйюэ. Мой учитель действительно Имперский Наставник Вечного Мира. Однако, я здесь не из-за Владычицы Культа и тем более не из-за Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Владычица может быть самой красивой женщиной в мире, а рукописи могут помочь стать богом, но Имперскому Наставнику до них дела нет.

Его тон звучал естественно-высокомерно. Он хотел показать, что Имперский Наставник, будучи человеком номер один под богами, мало заботится о каких-либо техниках, даже если это священная книга дьявольского культа, которая могла помочь человеку стать богом!

Вдруг раздался глумливый голос:

— Это Великие Руины, а не Империя Вечного Мира, кому какое дело до того, что думает Имперский Наставник?

В Цинь Фэйюэ вспыхнуло убийственное намерение, когда он посмотрел на источник голоса. Человек, который сказал это, сидел прямо напротив него. Его телосложение было грубым и крупным, а пышная кучерявая борода торчала во все стороны. Его рубаха была наполовину расстёгнута, когда он продолжал спокойно сидеть. Одной рукой он хватался за еду, а второй потирал грязный живот. Через несколько таких терков, ему даже удалось скомкать целый чёрный грязевой шар, который он затем, словно случайно, отбросил в сторону.

Цинь Фэйюэ нахмурился и с отвращением подумал: «Нецивилизованные аборигены Великих Руин… действительно разочаровывают. Зачем я вообще обращаю внимание на животных? Когда придёт великая армия Имперского Наставника, все демоны или монстры подчинятся ему».

Затем он снова взглянул на девушку рядом с Цинь Му и почувствовал, словно сидит на самых острых в мире иголках: «Почему седьмая принцесса общается с пацаном из деревни Цань Лао? Она даже заигрывающе ущипнула его! А ведь со стороны всё выглядит так, словно они довольно близки! Если об этом пойдёт молва, репутации Императорской Семьи конец…»

Глава 71. Позвольте мне убить кое-кого

Цинь Фэйюэ взял себя в руки и спокойно обратился к почтенному Хэю:

— Имперского Наставника не интересуют Великие Небесные Дьявольские Рукописи.

Хэй пронзительно глянул на Цинь Фэйюэ и усмехнулся:

— Как любопытно… Может тогда сам генерал Цинь заинтересован в этих рукописях?

Сердце молодого генерала дрогнуло, понимая, что чтобы он не сказал, ему не удастся избавиться от подозрений этого порочного демона.

Старец рядом с Цинь Фэйюэ вскинул брови и заговорил:

— Я уже стар, мне не долго осталось, поэтому напоследок я хотел бы взглянуть на Великие Небесные Дьявольские Рукописи, которые, по слухам, могут превратить человека и в бога, и в дьявола. Владычица Культа, почтенный Хэй, могу ли я посмотреть?

— Хорошо, без проблем.

Владычица Культа обвела всех вокруг своим обворожительным взглядом и улыбнулась:

— Кто-нибудь ещё хочет взглянуть на Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

Желтолицая женщина, сидящая неподалёку от Фу Юньди, улыбнулась:

— Если Владычица Культа позволит, я бы тоже хотела взглянуть на эту божественную, но в тоже время дьявольскую библию.

Владычица перевела взгляд на Фу Юньди:

— А что насчёт городского Лорда?

Фу Юньди искренне рассмеялся:

— Владычица, не обижайтесь. Я не строю никаких планов на счёт Великих Небесных Дьявольских Рукописей, а лишь хочу посмотреть на так называемую непостижимую технику, которая может превратить человека и в бога, и в дьявола, а также укрепить наши собственные техники. У меня нет никаких плохих намерений по отношению к Вам, лишь ласковые чувства и желание защитить. Этот порочный Небесный Дьявольский Культ так долго преследовал Владычицу, что должно быть Вы уже испытываете некую беспомощность. Я также готов разделить Вашу тяжёлую ношу, и решить некоторые Ваши проблемы.

Цинь Му удивлённо моргнул и посмотрел на сильных практиков. Каждый на вилле Подавления Реки был заинтересован в Великих Небесных Дьявольских Рукописях, но именно из-за этого никто не осмеливался действовать, ведь никто не хотел ставить себя в опасное положение.

Если бы кто-нибудь украл рукописи, он бы ничего не добился, а лишь стал мишенью, на которую нацелится каждый из присутствующих.

Владычица Культа увидела выражения лиц окружающих и рассмеялась. Она раскрыла ладони, и на её тонких белоснежных ручках появилась нефритовая шкатулка:

— Внутри неё хранятся Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Талисманы снаружи — это печати предыдущих Владык Культа.

Атмосфера вокруг стала очень серьёзной. Цинь Му почувствовал, как на него навалилась ужасная, тираническая аура. Лин Юйсю издала тихий стон. Аура была нацелена не на них, а на Владычицу Культа. Однако, поскольку двое подростков сидели так близко к ней, Цинь Му и Лин Юйсю тоже оказались под давлением ауры.

Владычица не обратила никакого внимания на происходящее, а просто открыла шкатулку из нефрита. Казалось, что заиграла какая-то мелодия, когда тонкая нить показалась из нефритового ларца. Она вела себя словно духовная змея, медленно поднимаясь в воздух.

— Это действительно Великие Небесные Дьявольские Рукописи!

Почтенный Хэй постучал тростью и решительно сказал:

— Владычица, пожалуйста, спрячьте их!

На лице Цинь Му застыло причудливое выражение, когда он вытянул шею и заглянул в нефритовую шкатулку. В нём нарастало непередаваемо-странное чувство… Ведь внутри вроде как находились не Великие Небесные Дьявольские Рукописи, а просто клубок ниток. Бабушка частенько носила его с собой!

Цинь Му очень хорошо помнил этот клубок, который бабушка Сы часто клала в корзинку, вместе с воткнутой в него нефритовой спицей. Когда он был ещё совсем маленьким, она всегда держала клубок в корзине, когда шила одежду. Однажды, ему очень сильно приспичило в туалет, да так, что удержаться уже не мог, и конечно же он испражнился прямо внутрь корзины, искупав так называемые Великие Небесные Дьявольские Рукописи в своём дерьме.

«Она действительно бабуля! — юноша не знал, плакать ему или смеяться. — Мне было интересно, почему бабуля ушла из корчмы, а оказывается она пошла снимать стресс через веселье…»

Владычица Культа не обратила внимания на слова почтенного Хэя, нить поднималась всё выше и выше. Внезапно нить начала становиться толще, она расширялась, пока не стала такой же толстой, как бочка воды, выражение лица каждого человека изменилось. Они увидели, что это была не просто нить, а удивительные письмена, образованные бесчисленным количеством букв.

Буквы закручивались по спирали, образуя огромное количество слоёв, сжатых до крайности. Из-за бесчисленного множества слоёв, сжатых и наложенных друг на друга, письмена и выглядели как нить, а не огромное скопление букв.

Это была легендарная библия Небесного Дьявольского Культа — Великие Небесные Дьявольские Рукописи.

— Теперь все верят, что рукописи в моих руках не подделка?

Бесчисленные строки букв начали сжиматься, медленно превращаясь обратно в нитку, и та, как ловкая духовная змейка, юркнула обратно в нефритовый ларец.

Владычица Культа закрыла шкатулку и запечатала её с помощью талисманов предыдущих Владык Культа. Затем она рассмеялась:

— Однако хорошенько подумайте, ведь тот, кто внимательно прочтёт легендарную дьявольскую библию, станет врагом Небесного Дьявольского Культа. Меня не станут преследовать, но каждый из Вас умрёт сегодня же. Итак, кто хочет забрать шкатулку?

Лица присутствующих приобрели странное выражение. Каждый из них отчаянно хотел стать обладателем нефритовой шкатулки, но колебался… Она была прямо перед их носом, но никто не осмеливался забрать её!

Выражение лица Цинь Фэйюэ дрогнуло. Может другие и боятся Небесного Дьявольского Культа, но он-то, нет. Независимо от того, насколько силён культ, он не может быть сильнее Империи Вечного Мира. Однако, если он заберёт шкатулку, то станет ярко-красной мишенью, на которую нацелятся все вокруг, ему будет трудно выбраться живым даже из усадьбы городского Лорда.

У других людей были похожие мысли. Даже если Фу Юньди не смел действовать опрометчиво, они и подавно не решатся.

Владычица испытывала наслаждение, осматривая лица присутствующих. В этот момент Цинь Му беззаботно потянулся и встал:

— Я наелся! Сестра Юйсю, спасибо, что привела меня сюда, на этот прекрасный пир. Городской Лорд, я должен заплатить за еду?

Голос юноши нарушил напряжённую тишину и восстановил живую атмосферу во всём здании. Казалось, что он вызвал улыбку у всех окружающих. Этот пацан действительно из деревни, он никогда не видел внешний мир раньше. Он пришёл сюда, чтобы бесплатно поесть, но при этом спросил об оплате.

Фу Юньди неловко закашлял:

— Поскольку ты здесь, ты тоже наш почётный гость. Я пригласил всех присутствующих, поэтому не возьму ни единого медяка с младшего брата, пусть ты и не в списке приглашённых.

Цинь Му ослепительно улыбнулся:

— Даже если городской Лорд не хочет денег, я не могу не заплатить. Но у меня нет с собой денег, ста драконьих монет будет достаточно? Городской Лорд, пожалуйста, подождите. Позвольте мне убить кое-кого и выиграть денег, чтобы заплатить Вам.

Фу Юньди нахмурился. Цинь Му не дождался его ответа и спустился с виллы Подавления Реки. Он подошёл к озеру. Затем шагнул и пошёл прямо к платформе, при этом крикнув:

— Молодой мастер Тинюэ, я слышал, что отвергнутые люди могут заработать сто драконьих монет, сражаясь на этой арене. Я из Великих Руин, поэтому позволь мне испытать удачу.

Шаги Цинь Му были ни торопливыми, ни медленными, пока он поднимался на платформу и смотрел на стоящего там юношу.

На платформе всё ещё лежал парень, которого жестоко убил Фу Тинюэ. Всё вокруг было заляпано кровью. Прибежал раб, выкинул труп парня в воду и начал быстро смывать кровь.

В озере поднялись волны, огромная рыба всплыла на поверхность, чтобы сожрать труп.

Цинь Му твёрдо стоял и смотрел на юношу перед собой. Фу Тинюэ был того же возраста, что и он, но его взгляд был беспощаден, понятно, что он убил множество людей. Он уставился на Цинь Му, словно дикий зверь готовый наброситься на жертву.

Атмосфера на вилле Подавления Реки снова стала молчаливой. Все вокруг были сильными и мудрыми практиками, владеющими божественными искусствами, но они никак не ожидали, что Цинь Му выйдет сражаться против человека номер один в области Духовного Эмбриона, чтобы заработать сто драконьих монет для оплаты счёта за еду.

— У него кишка не тонка, — старейшина Бай Шань вздохнул. — Такие мужественные юноши не доживают до зрелости. Обычно они умирают в таком возрасте.

Фу Юньди улыбнулся:

— Поскольку ещё не решено, кто заберёт Великие Небесные Дьявольские Рукописи с собой, почему бы нам сначала не посмотреть, чем разрешится столь необычная ситуация. Когда всё закончится, мы решим, кто будет новым владельцем Великих Рукописей. Владычица, что Вы об этом думаете?

Владычица Культа улыбнулась:

— Я лишь хрупкая женщина, какое у меня может быть мнение?

Лин Юйсю тихо скрипнула зубами. Она уже встала и хотела позвать Цинь Му, но генерал Цинь кашлянул, предупреждая её не вмешиваться, поэтому девочка могла лишь беспомощно сесть обратно на стул.

Платформа на озере.

Мужчина средних лет подошёл с подносом. На подносе лежал мешочек с монетами. Фу Тинюэ бросил взгляд на мешочек и произнёс:

— В нём сто драконьих монет. Если ты выиграешь, то получишь их. Однако, в течение последних трёх лет многие пытались, но никто так и не смог забрать мешочек отсюда.

Цинь Му над чем-то задумался и спросил:

— Ты самый сильный практик области Духовного Эмбрион в этом городе?

Фу Тинюэ высокомерно улыбнулся и кивнул:

— Все знают, что я номер один. В радиусе пятисот километров я самый сильный практик боевых искусств! Я давно сбился со счёта скольких противников убил. Они были убиты лично мною, я не прибегал к помощи отцовского имени! До сих пор каждый умирал от моих рук, никто не смог уйти живым!

Цинь Му слегка кивнул головой:

— Какое твоё излюбленное оружие?

Фу Тинюэ медленно завёл руки за спину и улыбнулся:

— Ты можешь выбрать любое оружие. Я также выберу своё. Как только я захочу использовать его, я использую.

Сзииинь!..

Раздался отчётливый гул, когда Цинь Му достал свой нож для убоя свиней.

Метод, который он использовал, не формировал нить Ци, пользуясь ножом напрямую. Его жизненная Ци и нож имели взаимосвязь, они чувствовали друг друга, слово два притягивающиеся магнита!

Ци циркулировала всё быстрее и быстрее, становясь всё более безумной и кровожадной. Произошёл выброс адреналина, прямо как при убийстве гигантской змеи.

Чем злее он становился, тем более неистовой становилась его жизненная Ци. Взаимосвязь с ножом усилилась, а лезвие стало бритвенно-острым!

Лицо Цинь Му выражало полное спокойствие, но в его сердце вспыхнула сильная ярость!

П.П.: привет от переводчиков, если есть желание помочь проекту, заходите иногда на страничку перевода на рулете, даже если не читаете, это поможет нам занять более высокую позицию в месячном топе. Заранее спасибо.))

Глава 72. Убийство сына, чтобы оплатить счёт

Безумие мясника словно передалось ему через нож для убоя свиней. Когда руки мясника касались ножа, за этим следовала неотвратимая безумная бойня… Казалось, нож обладал своими собственными эмоциями!

— Ты используешь нож? — рассмеялся Фу Тинюэ, увидев нож размером с разделочную доску. — Что у тебя за нож такой?

Цинь Му двинулся и нож внезапно вспыхнул ярким светом, как если бы произошёл мощный взрыв. Когда свет достиг противника, тот почувствовал будто попал в неспокойное море, с непредсказуемо движущимися волнами, что накатывались друг на друга и бросали его из стороны в сторону!

Тем не менее, руки усмехающегося Фу Тинюэ так и остались заведёнными за спину.

Раздались звонкие лязгающие звуки от многократного столкновения серебряного света с ножом для убоя свиней, которым оказался крайне маленький меч.

Длинна меча не превышала восьми сантиметров. Благодаря своей крошечности, меч летал подобно неуловимой молнии…

К мечу крепилась едва заметная нить жизненной Ци молодого мастера Тинюэ, заставляющая кроху кружить вокруг него, самым непредсказуемым образом появляясь и исчезая!

Как вдруг, появилось ещё семь крошечных мечей, которые успешно парировали молниеносные атаки Цинь Му ножом, не давая прорваться к цели.

Мечи Фу Тинюэ являлись духовным оружием, способным с лёгкостью менять свою форму. Восьмисантиметровые мечи было гораздо проще контролировать, из-за чего увеличивалась их подвижность и манёвренность, а оппоненту, соответственно, было намного сложнее блокировать!

Вливая Ци в крошечные мечи, он мог укрепить их и увеличить поражающую мощь!

Всего у него было восемь таких мечей, которыми он управлял, полагаясь на технику Восьмиликого Небесного Бога. Поскольку мечи появлялись и исчезали совершенно непредсказуемо, от них было попросту невозможно постоянно удачно защищаться. Его не за красивые глаза прозвали практиком номер один своего поколения в окрестных землях!

Опыт Фу Тинюэ строился на бесчисленных битвах и убийствах бесчисленного множества воинов. Обладая настолько кровожадной аурой, даже богам и дьяволам будет сложно подобраться к нему!

Однако, скоростные удары Цинь Му ножом с каждым взмахом становились тяжелее, а стоящая за ними мощь выше. Под давлением подобного шторма, крошечным мечам было всё сложнее защищаться.

Тинюэ смог одолеть стольких практиков боевых искусств Великих Руин поскольку его обучал технике управления мечом и чрезвычайно сложным навыкам лично отец, Лорд Пограничного Дракона.

Ему до сих пор удавалось защищаться от ножа Цинь Му лишь полагаясь на свои высокоуровневые навыки меча… Вот только сила этого самого ножа с каждым взмахом возрастала, пока не подобралась вплотную к пределу его защиты.

Всё это говорило о том, что плотность жизненной Ци противника была выше, чем у него. Ему удавалось блокировать выпады Цинь Му лишь потому, что последний не использовал свою Ци на полную… Но сейчас с каждым взмахом он задействовал всё больше Ци, в результате чего удары становились только сильнее!

Лицо молодого мастера Тинюэ краснело на глазах, словно через поры его кожи скоро начнёт просачиваться кровь. Мощь ножа Цинь Му была попросту слишком высока, солидно сократив пространство, в котором крошечные мечи могли свободно перемещаться.

Скорость движения их оружия и ног возрастала с каждым мигом. Кружась вокруг друг друга посреди платформы, их молниеносные атаки ослепляли глаза!

Внезапно Цинь Му приблизился вплотную к Фу Тинюэ.

Волосы на затылке шокированного Фу Тинюэ встали дыбом, когда он подумал: «Убийственное движение боевой техники?»

Он кое-что знал об этом. Если к тебе вплотную приблизился практик, совершенствующийся в боевых техниках, это значит только одно, он применит своё самое сильное убийственное движение!

«Дерьмо!» — находящийся на вилле Фу Юньди резко переменился в лице, и тут же прыгнул к платформе посреди озера.

В то же время каждый мускул тела Цинь Му неистово извивался, словно ядовитые змея и дракон, переплетающиеся друг с другом, накапливая в себе беспрецедентное количество силы. Пульсирующие мышцы и сухожилия Цинь Му помогали ему прочувствовать каждое движение и каждую унцию применяемой силы в теле противника!

Ни одно действие и реакция Фу Тинюэ не ускользнули от его внимания.

В глазах Цинь Му промелькнул холод, когда он применил свой убийственный навыка ножа.

Забой Свиней Третьей Формы — Запретное Поднятие Ножа!

Подняв нож под запрещённым углом, колесницы и лошади загромыхали. В одиночку входя во дворец с головой короля в руке!

Кончик ножа для убоя свиней слегка касался правого плеча, в то время как левая держала его обратным хватом за рукоять. Мускулы в теле Цинь Му сократились и нож начал своё движение по восходящей траектории, проскользнув в зазор между двумя крошечными мечами и продолжив свой путь начиная от промежности молодого мастера Тинюэ!

Простое поднятие ножа вспороло его живот, как при разделке свиньи.

Это был навык ножа мясника — Забой Свиней.

В тот же миг два крошечных меча почти вонзились в глаза Цинь Му, но их встретили щёлкнувшие кончики пальцев правой руки, с лёгкостью отбрасывая в сторону.

Буум!..

Прогремел оглушительный взрыл со стороны виллы Подавления Реки, что находилась за Цинь Му. Всё здание было расколото пополам неописуемой силой!

Рухнувшие в озеро обломки виллы подняли волны, хлынувшие к берегу. Вода погасила бесчисленные фонари в руках девушек и заставила некоторых из них от неожиданности изумлённо вскрикнуть.

Стоя посреди руин виллы, лицо Фу Юньди приняло зелёный окрас. Через стиснутые зубы из его рта просочилась струйка крови.

Только что он в спешке пытался спасти своего сына, но его перехватила Владычица Небесного Дьявольского Культа. У него даже не получилось покинуть пределы виллы и пришлось принять её атаку в лоб, при этом получив серьёзные ранения… Что ещё хуже, он не успел спасти своего сына!

Стоя перед ним, Владычица подняла руку, чтобы поправить волосы, и улыбнулась:

— Городской Лорд, как Вы могли вмешаться в битву младшего поколения? Разве Вы не знаете, что такое поведение против правил? К счастью, я успела вовремя среагировать, и уберегла Вас от такого непростительного промаха.

Уголки губ Фу Юньди дрогнули, пытаясь изо всех сил подавить подступающую к горлу кровь. Только проглотив её, ему удалось выдавить из себя кривую улыбку.

— Владычица права. Навыки моего сына уступали его… — уголки глаз Фу Юньди зловеще дрогнули. — Он заслужил смерть! Поддавшись эмоциям, я чуть было не выставил себя дураком.

Выпрямившись, Цинь Му сменил хват ножа на обычный:

— Мой нож называется — убой свиней.

Его пульсирующие мышцы постепенно успокоились, и он равнодушно продолжил:

— Молодой мастер Тинюэ, а ты не плох, раз смог ранить два моих пальца.

Кровавая прожилка появилась на животе Фу Тинюэ и начала тянуться вверх. Прожилка поднималась всё выше и выше, доходя до горла, носа и даже лба. Его грудь начала расползаться, пока две половинки тела не завалились в разные стороны, омывая арену кровью.

Цинь Му сделал несколько широких шагов, к стоящему в оцепенении мужчине средних лет, и схватил мешочек на подносе. С пепельным лицом полным ужаса мужчина внезапно ухватился за его руку и завопил:

— Ты убил молодого мастер Тиню…

Свишь…

Лёгким взмахом ножа Цинь Му снёс мужчине голову. Обернувшись, он резким движением встряхнул нож для убоя свиней, чтобы очистить от кровавых разводов, и вернул обратно в ножны, после чего зашагал обратно к разрушенной вилле Подавления Реки.

Позади него прозвучал “плюх”, когда труп мужчины средних лет упал в озеро, за которым последовали звуки хлюпающей воды от всплывающего рыбьего монстра, вцепившегося в труп.

Цинь Му ступил на воду и уже в следующий миг оказался возле разрушенной виллы, а затем и внутри. Он поднял голову, чтобы посмотреть на позеленевшего Фу Юньди, а также изумлённые лица всех вокруг. Юноша искренне улыбнулся и, вытянув руку с мешочком монет стоявшему перед ним Фу Юньди, произнёс:

— Городской Лорд, вот сто драконьих монет, моя оплата.

Уголки глаз Фу Юньди дрогнули, тем не менее он так и не протянул руку.

— Я не привык оставаться в должниках. Городской Лорд, съев Вашу еду, я стал Вашим должником, а такое никуда не годится, поэтому я должен заплатить Вам, даже если Вы, Лорд, не хотите принять мои деньги. Мы, отвергнутые люди Великих Руин, может и бедны, но у нас всё ещё есть гордость.

С лучезарной улыбкой Цинь Му отпустил мешочек с монетами. Когда тот упал на пол, драконьи монеты высыпались и разлетелись во все стороны. Некоторые даже докатились до озера, находя себе путь через трещины пола виллы.

— Теперь, когда я расплатился по счетам, мне пора возвращаться. Городской Лорд, все остальные, прошу меня извинить.

Отступив на пару шагов, он повернулся, чтобы уйти. Наступив на водную рябь, он от всего сердца расхохотался:

— Сидя за одни столом с героями и распивая вино, я убил сына, чтобы оплатить счёт! Восхитительно! Восхитительно!

Лин Юйсю моргнула своими ясными, прекрасными глазами, желая окликнуть его, но передумала. В конце концов, она была всего лишь гостем в усадьбе городского Лорда. Несмотря на свой статус важного гостя, это именно она провела парня в усадьбу. И теперь, когда Цинь Му перед всеми присутствующими убил сына городского Лорда, ей пойдёт не на пользу слишком много контактировать с ним у всех на виду.

Владычица всё ещё преграждала путь Фу Юньди, который не отрываясь пожирал взглядом Цинь Му. Затем она улыбнулась:

— Поскольку никто не смеет отнять у меня Великие Небесные Дьявольские Рукописи, я, пожалуй, оставлю их у себя! Всем пока-пока!

Договорив, её тело мелькнуло и исчезло.

— Уходит! — крикнул почтенный Хэй и бросился в погоню вместе с желтолицей женщиной, белобровым старцем и остальными гостями. Фу Юньди помедлил, подозвав практика божественных искусств и отдав приказ:

— Собери людей, чтобы выследить того пацана и убить! Отомстите за Юэ’эра! Также организуй людей, чтобы похоронить моего мальчика…

Закончив раздавать приказы, он тоже рванул в сторону, куда упорхнула Владычица. По сравнению с местью за сына, Великие Небесные Дьявольские Рукописи были куда важнее!

Лин Юйсю тихонько привстала, пытаясь незаметно ускользнуть из руин виллы, тем не менее, за ней тут же появилась надзирающая фигура Цинь Фэйюэ.

— Ваше Высочество, перестаньте дурачиться… — беспомощно глядя на юную мисс перед собой, проговорил Цинь Фэйюэ. — Армия Имперского Наставника на подходе.

Лин Юйсю разочарованно проворчала:

— На этот раз мне не удалось достаточно повеселиться…

Ласково взглянув на неё, Цинь Фэйюэ прошептал:

— Если седьмая принцесса так сильно восхищается этим мальчиком, когда Великие Руины станут частью Империи Вечного Мира, Вы можете просто вызвать его во дворец и даровать титул евнуха. Таким образом, он частенько сможет сопровождать седьмую процессу.

Глава 73. Убийство на увешанной улице

Ночка в Пограничном Драконе обещала быть оживлённой.

«За мной кто-то следит», — Цинь Му почувствовал слежку сразу после того, как покинул усадьбу городского Лорда. Практики божественных искусств усадьбы даже не потрудились хоть как-то себя скрыть. Они, наверное, считали, что нет нужды прятаться от взгляда слабого практика боевых искусств и поэтому следили за ним в открытую.

В это время по улице города шествовала колея из увешанных разнообразными гирляндами повозок. Городские купцы украсили свои повозки гирляндами, высота каждой из которых превышала десять метров. Повозки оформили в виде огромных странных зверей или даже богов и демонов. Наверху каждой из них изящно танцевали девушки. Танцовщицы были одеты в наряды каменных статуй из разных деревень. Гуляя по увешанной улице, Цинь Му казалось, что он попал в мир танцующих богов и демонов.

Шум на улице стоял невероятный, он исходил от людей, которые туда-сюда снуя толкались и протискивались. Стороны улицы украшались фонарями и огромными каменными столбами. На кончике каждого столба находилась широкая чаша, наполненная ослепительно горящим керосином.

Также здесь ходили странные люди на ходулях высотой свыше тридцати метров, длинна шага такого человека равнялась приблизительно двадцати метрам. Каждый из них держал в руках факел и бутылку с керосином. Выплевывая полный рот керосина в огонь факела, они создавали огненных змей длинной в несколько метров.

Несмотря на всю оживлённую шумность и захватывающую дыхание зрелищность, происходящее всё ещё сохраняло в себе дикость Великих Руин. Цинь Му сделал шаг в толпу, как вдруг небо над его головой стало невероятно ярким. Утончённые линии в непредсказуемой манере заполнили небо, летая и переплетаясь друг с другом. Внезапно линии раздулись в огромных серебряных драконов, которые плавно плыли в небе над увешанной улицей.

Серебряные драконы находились достаточно близко к земле и Цинь Му удалось разглядеть, что они были сформированы из огромного количества букв. Плывя в небе, драконы издавали громкие, глубокие и загадочные импульсные дьявольские звуки.

Бам, бам.

Неистовые вибрации выплеснулись наружу вместе с прекрасными лучами, пронзившими небо. Лучи ворвались во тьму над городом и были практически сразу ей поглощены, от них не осталось и следа. Даже чудовищные удары при касании с тьмой исчезли подобно глиняному быку в пучинах моря, совершенно бесследно.

Толпа, казалось, стала ещё оживлённее и громко заорала. Они даже не догадывались, что над ними сияли не фейерверки, а атаки сильных практиков. Людям повезло, что сила ударов была направленна в небо, иначе многие из них встретили бы здесь свою смерть.

Серебряные драконы двигались по кругу с огромной скоростью, как вдруг в лучах света появилось несколько ужасающих теней, похожих на богов и демонов. Это были Лорд города Пограничный Дракон, Фу Юньди, почтенный Хэй, желтолицая женщина и остальные. Они сошлись в схватке против друг друга высоко в небе.

Цинь Му быстро пробирался сквозь толпу, так как посчитал, что это место вряд ли можно считать безопасным. Что если один из серебряных драконов случайно направит удар в землю? Кровь полилась бы рекой и бесчисленной количество людей превратились бы в трупы!

Грохот грома прозвучал над городом, с огромной скоростью блуждая то там, то тут. Иногда звуки грома доносились с восточной стороны города, а в другое время с западной, они двигались туда-сюда со скоростью молнии.

Практики усадьбы городского Лорда всё никак не отставали. Даже нахождение в огромной, плотной толпе не помогало Цинь Му от них избавиться.

«Вечерок конечно вышел странным. Как не крути, а дел я умудрился натворить, убив сына городского Лорда. Я должен как можно быстрее покинуть это место вместе с бабулей и слепым дедушкой!» — думая в таком ключе, Цинь Му собирался ускорить шаг, но внезапно услышал позади себя рёв дракона. Практик божественных искусств с обвившимся вокруг тела зелёным драконом прыгнул в его сторону. Он был на расстоянии двадцати метров от него, но это не помешало дракону рвануть вперёд и почти придавить его!

Цинь Му собирался увернуться от атаки, но рулон белого шёлка, свисающий со стены здания на обочине улицы, вдруг обернулся вокруг шеи практика и одним рывком затащил его внутрь дома.

Внутри здания несколько юных девушек достали спрятанные в рукавах ножи и закололи практика несколькими десятками ударов в грудь. Цинь Му поднял голову и присмотрелся — это были те девушки, что приглашали его поиграть с ними, как только он попал в город. Продолжив идти прямо, вскоре он начал проходить мимо переулка. В переулке находился очередной практик уровня божественных искусств, лицо которого наполовину скрывала бамбуковая шляпа. При виде Цинь Му всё его тело вздрогнуло. Внезапно в переулке из ниоткуда появились возвышающиеся волны, похожие на огромных змей, которые хотели сожрать проходящего мимо парня своими огромными челюстями. Внутри огромных волн находились серебряные рыбы, которые предположительно являлись духовными оружиями.

В переулке также находилась кузня, в которой кузнецом был гигант высотой в двадцать метров. Он ковал длинный нож из тонкой и качественной стали. Ручка ножа была пятиметровой длинны, в то время как само лезвие достигало почти шестиметровой длинны. Гигант схватил огромный нож и воткнул его в стену переулка, подхватив колющим ударом тело практика в бамбуковой шляпе и пригвоздив к стене.

Гигантский кузнец вытащил нож из стены и вытер пятна крови с лезвия. Затем он погрузил клинок обратно в печь и снова взялся за ковку.

Цинь Му был ошеломлён и без единого слова продолжил идти вперёд. Он увидел множество теней, скачущих по крышам домов в унисон с барабанами и гонгами, звучавшими на увешанной улице. Это были практики божественных искусств из усадьбы городского Лорда, и они быстро сокращали дистанцию между собой и своей целью.

Один из практиков спрыгнул вниз, но, перед там как успел даже коснуться земли, из кошика заклинателя змей, сидевшего на обочине, появилась голова змеи, которая, за мгновение увеличив свой размер в несколько раз, одним укусом проглотила практика и, приняв первоначальную форму, тут же исчезла обратно в кошике.

Остальные практики спрыгнули на землю и затерялись в толпе. Один из них прошёл мимо винного магазина, в котором официант, приоткрыв рот, радостно наблюдал за огромными, светящимися повозками. Вдруг официант подхватил огромный винный кувшин и коснулся его кончиком головы проходящего мимо практика, кости и плоть которого в один момент растаяли и исчезли в кувшине, превратив его в красное вино.

Официант винного магазина поставил кувшин на прилавок и крепко запечатал его горлышко.

Ещё несколько практиков встретили в толпе пьяницу, который, извергнув ртом огненный шар, испепелил их. Некоторым просто перерезали глотки, а других затаскивали в обвешанные гирляндами повозки танцовщицы, бесследно исчезая.

Сердце Цинь Му смутилось от такой картины. С усадьбы городского Лорда за ним следовало множество практиков уровня божественных искусств, но все они, как один, беззвучно умерли в толпе.

«Что за люди мне помогают? Неужели это Небесный Дьявольский Культ? Может ли быть, что у культа такая огромная власть в городе?»

Он уже собирался войти в главную дверь корчмы, но, внезапно увидев слепого, остановился.

Возле корчмы находился игорный дом, в который подался развлекаться слепой. Прямо сейчас, двое мужчин, одетых в чёрное, вытаскивали его на улицу, в итоге бросив на землю.

Цинь Му немедленно подбежал к старику, но слепой уже поднялся самостоятельно. Он похлопал себя по заднице и, развернувшись в сторону игорного дома, крикнул:

— Моя бамбуковая трость!

Дверь игорного дома открылась и оттуда вылетела трость, попавшая прямиком в голову слепого.

Старик поднял свою палицу и улыбнулся:

— В этот раз мне не повезло. Обещаю, что в следующий раз вам не удастся словить меня на мухлеже! И я обязательно верну всё до копейки! Му’эр, ты ли это? К слову, сегодня я увидел кое-что весьма интересное, это была огромная курица, которая приоделась как вертихвостка и ушла куда-то веселиться. За ней ещё увлёкся маленький петушок, видимо тоже хотел развлечься.

Цинь Му словно не понимающе проговорил:

— Это ведь всего лишь две птицы, чего тут странного? Дедушка, давай вернёмся в корчму.

Войдя в дверь корчмы, они услышали удивлённый крик бабушки Сы. Цинь Му ворвался в номер и увидел, что та с изумлённым выражением лица вцепилась в мешочек с монетами.

Цинь Му на миг безучастно уставился, но после сразу подошёл к окну и открыл его. За окном в небе он увидел до сих пор дерущихся сильнейших местных практиков с серебряными драконами, сформированными из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Повернув голову, он увидел, что бабушка Сы всё ещё находилась в комнате, что сильно озадачивало.

«Хмм, а может ли быть такое, что Владычица Культа, с которой я встретился в усадьбе Лорда, совсем и не бабуля?»

Сердце Цинь Му озадачивалось всё больше и больше, когда он улыбнулся:

— Бабуль, ты что, только что вернулась? Я принёс немного еды для тебя и слепого дедушки.

Он достал свёрток засаленной бумаги и положил на стол, чтобы распаковать. Глаза бабушки Сы расплылись в приятном одобрении. Она дрожа присела на кровать и, улыбнувшись, проговорила:

— Му’эр ты мой мальчик. Ах да, что это за мешочек с монетами?

Цинь Му посмотрел ей в глаза и смутился. Взгляд бабушки очень сильно напомнил ей взгляд Владычицы. Даже запах её румян был тем же.

Однако, почему же тогда Великие Небесные Дьявольские Рукописи всё ещё были трансформированы в серебряных драконов?

Собравшись с мыслями, он рассказал бабушке о случившемся на аллее.

Услышав о произошедшем, Сы начала заикаться, а лицо приобрело странное выражение:

— Т-ты с одной драконьей монетой заработал более трёх тысяч? Если бы я знала, что у нас так много денег раньше, я могла бы себя немного побаловать и мне не пришлось бы искать место, в котором дают перекусить на халяву.

Цинь Му рассказал им о том, что встретил в усадьбе городского Лорда настоящую красавицу и добавил:

— Бабуль, я убил сына того Лорда, так что нам не стоит надолго задерживаться в городе, мы должны покинуть его немедленно!

Бабушка Сы вытащила из волос нефритовую шпильку и поманила рукой в сторону окна, из которого в комнату внезапно влетела тонкая нить. Эта нить сама по себе зацепилась за шпильку и за несколько секунд намоталась на неё, превратившись в увесистый клубок. Сы бросила клубок в корзину и улыбнулась:

— Я превратила жену Лорда города Пограничный Дракон в корову, а ты убил их сына. Да, однако не везёт развратнику… Тем не менее, его ещё ждёт череда неудач. Он совершил слишком много зла и уже скоро его накажет его же карма. Поскольку ты заработал эти драконьи монеты, оставь их себе, ты можешь приберечь их и использовать в будущем.

Снаружи послышался страшный, сотрясающий мир, вопль. Среди орущих был особенно слышен голос преподобного Хэя, который кричал:

— Владычица Культа сбежала!

— Быстро обыщите все уголки города, мы должны найти её как можно быстрее!

— Снаружи всё ещё темно, демоница не смогла бы покинуть город!

****

Слепой приклонился ухом к стене, чтобы лучше слышать суматоху на улице, и внезапно проговорил:

— Маленький генерал с фамилией Цинь всё ещё здесь и даже не собирается уходить. Он явно ждет Имперского Наставника, чтобы передать ему топографическую карту Вздымающейся Реки. Имперский Наставник Вечного Мира планирует направить свою армию в Великие Руины. Город Пограничный Дракон первый почувствует силу его удара. Поскольку маленький генерал остаётся в усадьбе городского Лорда, скорее всего Фу Юньди уже давно в сговоре с ним. Когда придёт время, этот город станет их оплотом для вторжения в Великие Руины. Он просто идеально для этого подходит. Город огромный и в нём можно вместить десятки тысяч солдат и лошадей.

Бабушка Сы засияла:

— Поэтому Фу Юньди должен умереть.

Слепой кивнул головой и проговорил:

— Он должен умереть. Му’эр убил его сына так что если парень покинет город, он наверняка сделает всё, чтобы его догнать и скорее всего преуспеет. Так тому и быть, сегодня он умрёт. Великие Руины — это не то место куда Имперский Наставник может ступить своей ногой… Ему лучше катиться обратно в свою империю.

Цинь Му посмотрел на слепого, а затем на бабушку Сы. Он даже не представлял себе, что они планируют.

С другой стороны, кое-что ему казалось немного странным. Бабушка Сы никогда не брала слепого с собой в город, но на этот раз взяла. Раньше он не особо задумывался на счёт этого, но теперь подобные мысли всё никак не прекращали вертеться у него в голове, наводя на мысль, что тут что-то не так.

Если слепой всё время находился в игорном доме и ни разу не покидал его, то откуда он знал о том, что случилось в усадьбе городского Лорда?

Или же слепой тоже там был?

— Ложись спать, Му’эр. Может быть бабушка завтра станет Лордом города Пограничный Дракон.

Цинь Му спал снаружи, а бабушка Сы во внутренней комнате. Засыпая, парень услышал взволнованное бабушкино шептание себе под нос:

— Я так взволнована, что ни за что не усну! Я не только принесу домой городские драконьи колонны, так ещё и весь город будет ходить завтра с фамилией Сы! Ох, какая же я плохая, мне точно не уснуть, хи хи хи хи…

Глава 74. Город Пограничный Дракон меняет владельца

Цинь Му удивлялся: «Почему бабуля не горбится как обычно? Она крайне взволнованно крутится на кровати…»

Проснувшись следующим утром, Цинь Му понял, что от бабушки Сы и след простыл, но завтрак всё же был приготовлен.

Юноша умылся и перекусил, после чего спустился вниз, чтобы отыскать бабушку и слепого. Выйдя во двор, он натолкнулся на обоих стариков, которые уже успели запрячь телегу, погрузив в неё приправы и ткани.

Единственное что озадачивало Цинь Му, что слепой запряг тащить телегу трёх быков. В то время как позади неё были привязаны ещё три.

Каждый бык смотрел на парня со страхом в глазах и с дрожью в копытах.

— Бабуль, разве мы вчера не продали всех парнокопытных? — спросил Цинь Му.

Старушка зевнула и, еле-еле душа в теле, пробормотала:

— Вчера вечером мне было трудно уснуть, поэтому твоя бабуля сходила купить ещё шестерых быков.

Цинь Му отнёсся к сказанному довольно скептически, особенно видя шестерых отрицательно качающих мордами крупных быков. Конечно же он не мог понять, что конкретно те пытались сказать, ведь они могли только мычать и качать головами.

Было ещё раннее утро, когда их телега заколесила в сторону выхода из города. По городским дорогами ехали разнообразные конные повозки, так как деревенские жители, вчера прибывшие в город для торговли, воспользовались ранним утром в надежде успеть вернуться домой засветло.

Цинь Му довёл телегу до причалов реки, воды которой уже бурлили и пенились. К текущему моменту здесь собралось множество деревенских, которые поклонялись речным богам призывая Речных Перевозчиков. Рядом с берегом длинноносые речные звери наслаждались благоуханием благовоний, выдыхая большие кольца дыма. Некоторые Речные Перевозчики уже дали себя оседлать возвращающимся из торговой поездки деревенским, что прибыли сюда с утра пораньше.

Слепой тоже достал палочки благовоний и воткнул их на берегу, чтобы приманить Речного Перевозчика. Успешно приманив огромного зверя, он начал подкармливать его мясом, чтобы Цинь Му благополучно загнал телегу на его спину. Чуть погодя зверь плавно развернулся и взял курс вверх по течению.

Река величественно текла с запада на восток. Направляясь к городу, они плыли вниз по течению, но теперь им приходилось плыть против речного потока, вода которого оказывала очень сильное сопротивление.

Однако, скорость с которой плыл Речной Перевозчик не снизилась. Если зверь продолжит стабильно продвигаться с той же скоростью, то Цинь Му нужно будет переночевать в Храме Бабушки и на следующее утро он сможет вернуться в деревню Цань Лао.

Потеряв счёт времени, они проплыли по реке двадцать пять километров. Щека бабушки Сы слегка дрогнула. Взяв свою корзину, она улыбнулась, говоря:

— Мне пора заняться делом. Слепой, Му’эр, вы двое должны продолжить плыть дальше.

— Береги себя, — предупредив, кивнул головой слепой.

Старушка подпрыгнула, словно растворившись прям перед глазами.

Цинь Му посмотрел вверх, где увидел стоящую посреди воздуха и не падающую бабушку Сы.

С другой стороны, слепой был привыкшим к подобному зрелищу, поэтому он, опираясь на трость, невозмутимо стоял и смотрел вперёд, обдуваемый порывами встречного ветра.

Вскоре Цинь Му увидел, как облако позади них внезапно приобрело кроваво-красный оттенок, сразу же после чего последовал омывающий Вздымающуюся Реку кровавый дождь, окрасивший её в алые тона.

«Что там произошло?» — как только он подумал об этом, с кровавого облака в реку упала голова.

По спине Цинь Му пробежались мурашки. Он отчётливо разглядел черты лица упавшей головы. Они принадлежали желтолицей женщине, которая присутствовала на банкете в усадьбе городского Лорда!

Цинь Му вновь задрал голову к небу. Что именно там могло произойти?

Дождь начался очень быстро, но не менее быстро прекратился. Словно кровавый ливень, окрасивший реку в алое, был лишь иллюзией. С течением речная вода вскоре вернула себе свой обычный, бирюзовый окрас.

Цинь Му смыл с себя кровавые разводы. Прождав какое-то время, он так и не увидел бабушку Сы. Тем не менее, слепой всё ещё сохранял спокойствие, на его лице нельзя было разглядеть даже толики беспокойства.

Именно в этот момент он внезапно ощутил, как его начала переполнять сила, заставляя сердце биться чаще. Исходя из низовья Вздымающейся Реки, она казалась могла покорить весь мир… Ужасающе немыслимая. Даже Речной Перевозчик под их ступнями забеспокоился, увеличив скорость, с которой плыл против течения.

Уши слепого внезапно дрогнули, и он тут же выкрикнул:

— Му’эр, прими более стабильную стойку и не умудрись свалиться в реку!

Цинь Му сразу же перенёс центр тяжести так, чтобы было проще удержаться на ногах. Казалось словно его ноги стали корнями векового дерева, вросшего в тело огромного речного зверя. Только сейчас он смог расслышать какой-то странный звук, доносившийся из-за спины, а когда повернул голову, чтобы взглянуть, тут же ошеломлённо замер.

Единственное на что он мог сейчас обращать внимание позади себя, это огромная река, уровень воды которой поднимался всё выше и выше, образовывая массивную волну. Река на самом деле начала течь в обратном направлении! От низовья вверх против течения!

К текущему моменту река уже образовала водный вал тридцатиметровой высоты. Белоснежные пенящиеся волны рокоча неумолимо настигали их!

Вода неистово расплёскивалась во все стороны, выходя из обоих берегов и поглощая собой густые леса. Ужасающие волны вздымались, пенились, бурлили и затем свирепо обрушивались одна на другую, словно соревнуясь друг с другом за первенство. Звук от подобного напоминал сотрясающий небеса и землю громовой раскат, вот только не один, а сотни и сотни наслаивающихся друг на друга!

Цинь Му почувствовал, как всё внутри него похолодело, когда увидел гигантскую водяную руку, которая проявила свою форму после того, как чрезмерно сильно бурлящие волны немного успокоились. Рука, чей размер был равен ширине самой реки, неутомимо проталкивала свою ладонь вперёд против течения!

Слепой оставался спокойным и собранным, как будто он не заметил критической ситуации за их спинами.

Огромная рука, состоящая из речной воды, вскоре оказалась на расстоянии всего трёхсот метров позади них и именно в этот момент она внезапно, словно обессилив, развалилась. Огромные объёмы воды расплескались по окрестностям. Волна, всё ещё стремящаяся вперёд против течения по инерции, подняла Речного Перевозчика на тридцатиметровую высоту, прежде чем снова опустить.

Цинь Му взял себя в руки и тут же схватил быка, чтобы тот не соскользнул в воду.

Слепой использовал свою бамбуковую трость, чтобы постучать по голове Речного Перевозчика, после чего огромный речной зверь развернулся и поплыл обратно вниз по течению:

— Му’эр, вернёмся в город.

****

В пятнадцати километрах вниз по течению, Лорд города Пограничный Дракон Фу Юньди, рухнул с неба и из-за жёсткого приземления сделал по воде ещё несколько шагов для стабилизации. Затем он два раза шагнул вперёд, прежде чем остановиться и оглядеться с помрачневшим лицом:

— Кто ты старший брат, разрушивший моё заклятие?

— Не старший брат, а старшая сестра, — бабушка Сы несла под своим локтем маленькую корзину и короткими, но в то же время быстрыми, шажочками ступала по реке. Её морщины словно ожили, когда она продолжила говорить. — Городской Лорд, ты не боишься навредить жителям Великих Руин учинив такой беспорядок на реке? Если бы ты завершил свою атаку, то деревенские жители в более чем пятидесяти километрах вокруг умерли бы от твои рук… Такой тяжёлый грех…

— Старая карга, ты вместе с тем отвергнутым? — холодно заговорил Фу Юньди. — Значит ты та, кто передала пацану высшее искусство боевых техник, на которые он полагался, чтобы убить моего сына? Мне нужно отомстить за его смерть! Если ты не отойдёшь с моего пути, то умрёшь!

Бабушка Сы вздохнула и вытащила из корзины клубок ниток, вполголоса проговорив:

— Городской Лорд, это Великие Небесные Дьявольские Рукописи, которых ты так жаждешь… Но как жаль, что сегодня ты увидишь их в последний раз. В определённом смысле я оставлю тебе жизнь, но запечатаю всю твою суть в твоей же собственной человеческой коже. Когда я буду носить её, я возьму под свой контроль весь город Пограничный Дракон и как полагается встречу Имперского Наставника Вечного Мира…

Зрачки Фу Юньди сузились, поскольку клубок ниток знакомо завращался в руке старухи. Нить быстро расширилась над поверхностью реки и превратилась в обширную сеть, заключая в себе городского Лорда.

— Вчера ночью, когда умер твой сын, мне удалось совершить успешную внезапную атаку. Если бы ты знал своё место и сосредоточился на исцелении сразу же после получения ранения, у тебя сегодня может и был бы ещё шанс ускользнуть, — лицо бабушки Сы озарилось. — Однако, ты поддался своей чрезмерной жадности и начал преследовать меня, желая украсть легендарные рукописи, что сегодня и определит твой конец.

— Убьёшь меня? Ты? Сколько лет ты совершенствовалась?! Прекращай мечтать!

Тело Фу Юньди начало содрогаться от необузданно рвущейся наружу жизненной Ци. Его невероятно плотная Ци позади сформировала собой восьмирукого и восьмиглавого небесного бога, которого можно было даже принять за настоящего, так как он практически обрёл физическую форму!

В каждой из своих восьми рук небесный бог держал инструменты, которые почти стали чем-то физически осязаемым!

Будучи Лордом Пограничного Дракона, он, естественно, обладал необыкновенной техникой!

— Техника Восьмиликого Небесного Бога — действительно впечатляет, но она впечатляет и только, ей всё ещё далеко до достижения царства бога! — бабушка Сы усмехнулась, а её кожа внезапно начала обвисать, словно потеряла удерживающую костную структуру. Женщина в самом расцвете сил и молодости выбралась из кожи старухи. Ей оказалась не кто иная, как несравненно прекрасная Владычица Культа из усадьбы городского Лорда!

Она рванула вперёд и нити, сформированные из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, быстро затанцевали по округе. Фу Юньди взревел, нанося удар по прекрасному личику Владычицы, и затем усмехнулся:

— Сы Юю, тебе всего лишь чуть больше ста лет, ты и правда считаешь, что твоя магическая сила выше моей?

Буум!..

Обе их ладони столкнулись и “бабушку Сы” откинуло по воздуху в сторону.

— Думаешь сбежать? — Фу Юньди ринулся в небо, но вдруг почувствовал себя странно.

«Почему я ощущаю такую лёгкость?..»

Он опустил голову и увидел стоящего на реке человека без кожи, со всеми внутренностями и плотью, выставленными напоказ.

Глядя на себя, он непроизвольно взревел. Сам он стал человеческой кожей, а человек внизу был тем, у кого была снята кожа!

В момент, когда “бабушка Сы” нанесла удар своей ладонью по его, нить, трансформированная в Великие Небесные Дьявольские Рукописи, погрузилась в его тело и запечатала три души и семь духов за миг до того, как содрать кожу.

Затем “бабушку Сы” отбросило в обратном направлении по воздуху, но на самом деле она отлетела по своей воле. А когда нить натянулась, человеческая кожа Фу Юньди была отделена от его тела!

— Фу Юньди, ты так себе, — “бабушка Сы” подняла руку, чтобы схватить человеческую кожу и надеть её на себя. Её внешность и поведение стало один в один как у Фу Юньди.

Находящийся ниже безжизненный труп бывшего городского Лорда погрузился в воду и был сметён стремительным потоком реки.

Её тело рухнуло с неба, приземлившись на поверхности реки. Именно в этот момент подплыл Речной Перевозчик Цинь Му и слепого.

«Лорд города Пограничный Дракон?» — волосы на затылке Цинь Му встали дыбом, а от Младшего Защитника на его талии раздался чёткий звон, говорящий о готовности атаковать в любое время.

— Му’эр, я бабушка, — внезапно с уст Фу Юньди слетел голос бабушки Сы, который в следующий миг снова стал голосом городского Лорда. — Армия Империи Вечного Мира должна скоро прибыть, я права? Когда придут старейшина и остальные?

Слепой повернул голову и ответил:

— Совсем скоро они доберутся до города. На этот раз Имперский Наставник Вечного Мира ведёт себя по-настоящему агрессивно. Старая Сы, теперь, действуя как Фу Юньди, ты не можешь облажаться и выдать себя, иначе, если учесть способности Имперского Наставника, он может убить тебя одним движением. Можешь ли ты повторить технику Восьмиликого Небесного Бога Фу Юньди?

Глава 75. Собственность Цинь Му

Жизненная Ци бабушки Сы выплеснулась наружу, а вместе с ней позади тела городского Лорда показал свой лик небесный бог с восемью руками и восемью головами. Он выглядел в точности как техника Восьмиликого Небесного Бога Фу Юньди. Цинь Му пригляделся, но не смог найти ни одного различия.

— Великие Небесные Дьявольские Рукописи действительно впечатляют. Неудивительно, что эта техника могла помочь стать и богом, и дьяволом, — слепой воскликнул в восхищении. — Неужели это техника Создание Небесного Бога из рукописей?

Бабушка Сы кивнула головой, и голос Фу Юньди раздался из её рта:

— Рукописи делятся на небесные, земные, человеческие, божественные, призрачные, дьявольские и духовные писания. Это и вправду техника Создание Небесного Бога, она очень хороша для имитирования других техник.

Слепой на мгновение замолчал, после чего проговорил:

— Есть вещи, о которых я не должен говорить, но Му’эру уже четырнадцать лет, так что мне придётся. Му’эр теперь молодой Владыка Небесного Дьявольского Культа и, рано или поздно, он будет должен покинуть Великие Руины. Когда ты планируешь передать ему Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

Цинь Му был сбит с толку. За последние два года бабушка Сы даже не вспоминала о рукописях, не говоря уже о том, чтобы передать их ему.

Бабушка Сы вздохнула:

— Если бы я разрешила ему совершенствовать Великие Небесные Дьявольские Рукописи сейчас, это, скорее всего, вывернуло бы его мысли наизнанку. Дьявольская природа подобной техники слишком сильна.

Слепой кивнул головой. Великие Небесные Дьявольские Рукописи имели очень коварную природу, их почитали святой библией и техникой, которая могла бы превратить использующего её в бога или дьявола. Даже взрослые люди, с уже состоявшимися характерами, могут быть соблазнены тысячами дьявольских техник, что описаны в книжке.

К примеру, ночной сторож, совершенствующий технику Поднебесной Свободы, неправильно истолковал метод практики техники и использовал её для того, чтобы с помощью змея поглощать души новорождённых, что привело к его смерти от рук Сы и слепого.

— Вообще-то, если он сможет полностью постичь Великие Небесные Дьявольские Рукописи, совершенствование библии ничем не будем отличатся от совершенствования обычных техник, и никто от этого не пострадает. Однако, если он хоть немного неправильно её поймёт, есть огромный шанс, что нога его ступит на ложный путь. Хоть он в итоге и сможет пойти по нему дальше, становясь сильнее, — у бабушки Сы разболелась голова и она продолжила. — Более того, неправильная практика техники тоже наделит её чрезвычайно силой, сделав ещё более своеобразной. Однако, непоправимый изъян всё равно будет лежать в основе. Единственным плюсом является то, что её можно быстро совершенствовать, именно поэтому Небесный Дьявольский Культ носит именно такое название. Когда его только создали, он носил имя Небесного Святого Культа. Говорили, что он был создан небесными святыми, которые хотели просветить всех живых существ, передав и обучив их техникам. Однако, множество последователей культа начали неправильно совершенствоваться и техники стали преобразовываться во всё более демонические, поэтому его и переименовали на Небесный Дьявольский Культ. Хотя у Цинь Му всегда имелось своё собственное мнение, я боюсь, что он неправильно поймёт писания, если я их просто так отдам ему, — она в мгновение ока прыгнула в небо и направилась в город Пограничный Дракон. — Я вернусь в город и подготовлюсь ко встрече с армией Империи Вечного Мира! Пусть остальные также войдут в город и там осядут!

Вскоре Цинь Му и слепой вернулись обратно в город Пограничный Дракон. Днём город был не настолько суетлив, как ночью, но в нём всё ещё оставалось множество жителей из разных деревень.

Цинь Му и слепой отправились в ту самую корчму, где хозяин, являвшийся последователем Небесного Дьявольского Культа, уже приготовил для них комнаты.

Слепой не мог усесться от взволнованности:

— Му’эр, пошли со мной в игорный дом, и ты увидишь мир! Мы с тобой, дедушка и внук, обязательно преуспеем и сорвём большой куш!

Цинь Му вспомнил, как слепого под руки выбрасывали из игорного дома и потряс головой:

— Я не пойду.

Слепой пробормотал:

— Может быть, ты тогда подкинешь мне пару драконьих монет?

Цинь Му достал мешочек, в который слепой сразу же сунул руку, достал охапку монет и ушёл, радостно стуча бамбуковой тростью о пол. Парень не знал, смеяться ему или плакать. Слепой любил азартные игры, но он никогда не использовал свои способности, чтобы выиграть, а наоборот, полагался полностью на удачу.

Ещё молодым Цинь Му научился находить местоположение источника звука и мог бы с лёгкостью определить, где и на какую грань падает игральная кость. Слепой наверняка тоже так мог.

Более того, со своими Глазами Небес, он может с лёгкостью выиграть любое пари. Однако, он упёрто не хотел использовать свои способности и надеялся только на удачу, так что всё время проигрывал.

Цинь Му спустился по лестнице, и к нему с улыбкой подошел хозяин корчмы:

— Молодой Владыка Культа уже уходит? Нужен ли Вам подчинённый, чтобы помочь к подготовке?

Цинь Му потряс головой:

— В корчме есть уши, тебе не стоит обращаться ко мне “Молодой Владыка Культа”, просто называйте меня молодой мастер.

— Хорошо, молодой мастер.

Цинь Му немного подумал и проговорил:

— Кто владелец игорного дома напротив?

Владелец корчмы расплылся в улыбке и ответил:

— Игорный дом, конечно же является собственностью молодого мастера. Желает ли молодой мастер войти внутрь и оглядеться? Я немедленно направлю гонца к владельцу игорного дома, и он явится к Вам в любой момент…

— Моя собственность? —Цинь Му подпрыгнул от неожиданности и потряс головой. — В этом нет необходимости. Сколько объектов в городе принадлежат мне?

Владелец корчмы нерешительно пробормотал что-то и начал подсчитывать:

— Рынок, игорный дом, корчма, ресторан, бордель, антикварная лавка, бытовая лавка, медицинская лавка, мастерская кузнеца, оружейный магазин… Молодой мастер, во всём пограничном городе больше половины заведений находятся в Вашей собственности и больше половины людей Ваши верные слуги. Каждый в игорном доме и борделе, каждый продавец овощей и мяса, каждый кузнец и лавочник, продающий чай, каждый владелец оружейного магазина… Все эти люди без единого слова пожертвуют жизнью ради молодого мастера.

«Так вот почему столько людей помогли мне отбиться от преследования вчера ночью», — Цинь Му таращился в стену, широко открыв глаза и рот. Он почувствовал слабое головокружение и вскоре проговорил:

— Передайте владельцу игорного дома, чтобы слепой человек, с которым я пришёл, хотя бы иногда выигрывал. Давайте ему побеждать, но не слишком много. Пусть немного выигрывает и немного проигрывает, я хочу, чтобы он был счастлив.

— Понятно.

Владелец корчмы сделал шаг назад и ушёл исполнять просьбу.

Вскоре он пришёл с мужчиной средних лет, одетым в шёлковые одежды и соболиную шубу. Владелец корчмы почтительно поклонился:

— Это заправляющий игорного дома, Мастер Чертога Благовоний нашего культа, Хань.

Мастер Хань выглядел смущённо:

— Молодой мастер, проблема не в том, что подданный не хочет, чтобы слепой выигрывал, а в том, что Ваш друг публично мухлевал, не скрывая этого. Если бы он был не настолько явным жуликом, я бы попросту не обратил внимания.

Цинь Му смутился:

— Каким образом он мухлевал?

Мастер Хань ответил:

— Когда Ваш друг играл в домино, он попробовал всех отвлечь, тыкнув пальцем в окно и проорав, что там сидит божественная птица, а затем попытался у всех на глазах подменить фишку. Более того, фишки, находящиеся в собственности игорного дома — чёрные, а Ваш друг доставал из кармана и подкидывал на стол зелёные. Молодой мастер, у меня и правда связаны руки, могу ли я попросить Вас о том, чтобы Вы поручили мне дельце попроще?

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать. Он на момент замолчал, а потом проговорил:

— Дайте ему немного выиграть, затем, если он снова начнёт жульничать, то избейте его, но не слишком сильно.

— Подданный понял, — почтительно ответив, Мастер Хань развернулся, чтобы уйти, в то время как Цинь Му собрался с мыслями…

Почти вся собственность Пограничного Дракона теперь принадлежит ему? Более половины людей — его верные слуги?

Когда он успел стать таким богатым и могущественным человеком?

«Молодой Владыка Небесного Дьявольского Культа действительно звучит ничего так. В сравнении с теми монетами, что я выиграл вчера, это намного круче».

Цинь Му чувствовал себя очень странно. Парень просто не понимал кто был городским Лордом, Фу Юньди или всё же он.

Более того, поскольку бабушка убила Фу Юньди, украв кожу, весь город Пограничный Дракон теперь стал его собственностью?

Он почувствовал себя нелепо и вышел из корчмы, чтобы прогуляться. Прошлой ночью он успел увидеть только древние храмы возле усадьбы городского Лорда. На этот раз, Цинь Му решил посетить городские драконьи колонны.

Границы города были очень большими, однако, этим древним каменным изваяниям удавалось сдерживать тьму, и они были невероятно прекрасны.

Цинь Му пробудил свои Глаза Небес, и, внимательно рассмотрев колонну перед собой, воскликнул в восхищении. Скульптура дракона, обвивающегося вокруг колонны, являлась драконьим богом и была невероятно огромной. Размер дракона был соизмерим с размером костей драконьего короля, которые он видел во Дворце Дракона Вздымающейся Реки.

Драконьи боги, каждый из которых имел приблизительно сто метров ширины, извивались вокруг каменных колонн. Сами колонны возвышались на пол километра в небо, подобная картина позволила парню осознать насколько огромными были драконы.

Цинь Му поднял голову и ему показалось, что скульптура драконьего бога на одной из колонн ожила. Несмотря на то, что драконы выглядели поистине свирепо, атмосфера вокруг них была божественной и величественной.

«На карте Великих Руин это место называлось не “Город Пограничный Дракон”, а “Звёздный Дворец Небесного Дракона”. Они были работой божественного существа, и, если бы мне удалось изучить ход линий на телах скульптур, это принесло бы много пользы моим умениям рисования и каллиграфии. Возможно, я даже смогу постичь технику божественной личности!»

Цинь Му взволновался и начал медленно рассматривать структуру линий на драконьих колоннах. Несмотря на то, что божественное существо, создавшее эти колонны, наверняка не хотело отобразить на них никаких своих техник, узоры скульптуры невольно несли метку его божественных искусств. Для обычного человека они покажутся просто рельефными скульптурами, но, поскольку Цинь Му изучал каллиграфию и живопись у глухого, он мог понять сокрытую внутри них сущность.

«На карте Великих Руин, приблизительно в ста километрах от Звёздного Дворца Небесного Дракона, находилось Звёздное Море. Если исходить из названия, дворец должен быть местом, где собирались Небесные Драконы. Это место поистине огромное, неужто здесь и вправду когда-то обитала драконья раса? Но даже если это так, вторжение темноты, к сожалению, уничтожило их», — думая в таком ключе, Цинь Му оглянулся и печально вздохнул.

Внезапно сверху раздался изумлённый крик:

— Эй, пастух, почему это ты всё ещё в городе?

Цинь Му услышал знакомый голос и поднял голову вверх. Он увидел маленькую торчащую голову девчонки, которая привела его в усадьбу городского Лорда, чтобы он бесплатно поел.

Лин Юйсю махнула рукой и прозвучал её звонкий голос:

— Ты сможешь сюда подняться?

Цинь Му посмотрел на высоту колонны и засомневался. Колонна была очень высокой, а ветра, по которому можно было бежать здесь почти не было. Единственным вариантом для него было вертикально взбежать по колонне.

Он мог взбежать по горной скале, высотой от ста до ста пятидесяти метров, но на высоту в пятьсот метров ему ещё ни разу не приходилось выбегать.

Цинь Му сделал несколько шагов назад и, собрав силу под ногами, бросился в сторону колонны. Всего за несколько шагов его скорость достигла максимума и он, будто мерцающий луч света, бросился вверх по колонне!

Его старт и скорость были ошеломляющими, за один рывок он выбежал на триста метров вверх по колонне!

«Дерьмо, я не достану до вершины…»

Цинь Му почувствовал, как всплеск силы достиг своего предела, и его скорость начала падать. Он всё ещё находился в десяти-пятнадцати метрах от верха колонны.

Из последних сил он рванул ещё на десять метров вверх. Его тело уже начинало двигаться в обратном направлении, когда с колонны юркнула вниз ленточка и схватила его за кисть. С нежным рывком, парня вытащили наверх.

Цинь Му сделал сальто в воздухе, и приземлился на вершине. Осмотревшись, он увидел, что наверху драконьей колонны находилась огромная, гладкая, каменная платформа, на южной стороне которой была высечена голова дракона.

Лин Юйсю сделала несколько шагов вперёд и, улыбаясь, отвязала от его руки ленту:

— Ты и вправду смог сюда выбежать. Рассказать секрет? Внутри каждой колонны есть лестница, по которой можно запросто подняться наверх.

Цинь Му посмотрел на её ленту и проговорил:

— А материал, из которого сшита твоя лента, довольно качественный.

— Конечно же, — Лин Юйсю была очень горда собой. — Она сплетена из Шёлка Пахучей Природы, такой обычно дарят императору. Поэтому он, само собой разумеется, лучшего качества. Вот понюхай, он очень приятно пахнет. Это аромат природы, и он никогда не иссякнет.

Цинь Му наклонил голову и принюхался, аромат, исходящий от ленты, и вправду был освежающе чистым, с нотками свежего природного воздуха, затем он улыбнулся:

— У меня тоже есть полотенце из Шёлка Пахучей Природы, я им пот вытираю.

Договорив, парень вытащил из-под рубахи в районе груди полотенчико…

Глава 76. Отряды Волков и Тигров

Цинь Му оценивающе потряс своим полотенцем для пота и довольно произнёс:

— Мне с самого начала показалось, что твой запах очень нежный и знакомый. Оказывается, мы используем одинаковую ткань.

Лин Юйсю посмотрела на “полотенце для пота” и её мгновенно бросило в жар, а к лицу прилила кровь, от чего оно неестественно покраснело. Она немедленно, со злостью и стыдом, выхватила “полотенце” из рук Цинь Му.

— Это моё! Откуда оно у тебя вообще? Ты осмелился использовать его как полотенце для вытирания пота!? Я тебя игнорирую! — яростно прокричав, девушка сердито топнула ножкой и, усевшись на драконью голову, положив подбородок на ладони, уставилась в даль.

— Это твоё полотенце для пота? —ошеломлённо переспросил Цинь Му.

— Это не полотенце для пота! — Лин Юйсю неуправляемо рассердилась. — Это ведь мои… мои… Я тебя игнорирую!

— Если это не полотенце для пота, то что тогда? — парень был озадачен. — Одноногий дедушка дал мне это полотенце и сказал, что его используют для вытирания пота. Я увидел, что качество было хорошим, поэтому решил носить с собой. Если оно твоё, я с радостью его верну. Зачем так злиться?

Лин Юйсю со злостью бросила на пол предмет женского нижнего белья:

— Даже если так, я его уже не хочу!

Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, подхватила женское бельишко, и вернула его обратно в руки парня:

— Если так ним разбрасываться, люди обязательно подберут его, подумав, что это всего лишь полотенце для пота. Может лучше отдашь его мне? Я много потею, когда тренируюсь.

Лин Юйсю снова рассерженно воскликнула:

— Верни его мне!

Цинь Му озадачился ещё больше:

— Если ты собираешься его выбросить, зачем мне отдавать его тебе? Оставь полотенце мне, я хоть пользу с него имею…

Лин Юйсю вновь отобрала “полотенчико” и задумалась. Затем она достала свой носовой платок и передала юноше:

— Это предмет из гардероба девушки. Ты ведь парень, неужели тебе не стыдно его использовать? Давай-ка я тебе дам вот этот платок. Он тоже соткан из Шёлка Пахучей Природы. А ещё на нём есть моя вышивка, он хорошо подойдёт для вытирания пота.

Цинь Му посмотрел на платок, на котором крестиком была вышита кривая голова свиньи:

— Фу, какая гадкая вышивка.

Лин Юйсю разозлилась и засмущалась:

— Не хочешь, так верни его мне!

Цинь Му немедленно сунул платок в карман и присел возле девушки:

— Ты забрала моё полотенце для пота, поэтому ты должна была дать мне что-нибудь взамен. К тому же, моё старое полотенце было намного больше этого, так что я всё ещё в минусе.

Солнце стояло высоко в небе, а ранние весенние лучи были нежными и тёплыми. Парень прилёг, разглядывая плывущие в синеве облака.

Лин Юйсю моргнула глазами и спросила:

— Как ты думаешь, молодой седьмой мастер, которого ты называл жи… гхм… пухлым, хоть чуточку красив?

Цинь Му немного подумал и ответил:

— Он нормально выглядит, но у него слишком ярко выраженные женские черты, я бы даже сказал, что он больше похож на девушку, чем на парня.

Лин Юйсю невольно затеребила прядь волос, прикрывающую её грудь, и хихикнула:

— А я?

Цинь Му серьёзно на неё посмотрел и сказал:

— Несмотря на то, что у тебя тоже пухленькое личико, ты довольно мила.

Было видно, что ответ удовлетворил Лин Юйсю, и она с любопытством спросила:

— Почему ты не сбежал из города после того, как убил сына Фу Юньди, а наоборот — вернулся?

— У меня есть одно дело, — Цинь Му закрыл глаза и равнодушно проговорил. — Империя Вечного Мира собрала могучую армию и скоро прибудет сюда, я здесь чтобы их остановить.

Сердце Лин Юйсю слегка вздрогнуло. Её лицо приняло серьёзное выражение, проговорив:

— Ты ведь понимаешь, что это как пытаться разбить камень яйцом? Люди Империи Вечного Мира живут в мире и счастливо работают, каждая секта и каждый клан подчиняется законам Императорской Семьи, что держит всю нашу империю в мире и порядке. Внутри границ империи не существует войны, максимум мелкие конфликты. Как её можно сравнивать с Великими Руинами? Здесь вообще нет никакого порядка. У людей здесь нет возможности заработать, и они всё время друг друга убивают. Они живут, не зная когда будут есть в следующий раз. Я видела здесь бесчисленное количество людей, продающих своих сыновей и дочерей. Ситуация в Великих Руинах невообразимо жалкая. Армия Империи Вечного Мира состоит из праведных солдат.Следовательно, тебе стоит отбросить желание ей противостоять и поприветствовать приход Имперского Наставника Вечного Мира.

Цинь Му открыл глаза и пристально посмотрел в небо:

— Люди Великих Руин тоже не в восторге от жизни здесь. Я слышал, что нас называют людьми, отвергнутыми богами. Если мы покинем Великие Руины, нас тут же схватят на границе с Империей Вечного Мира. Некоторые будут казнены на месте. Некоторые станут рабами или отправятся на рудники, где не проживут больше нескольких лет, — сомкнув пальцы рук перед коленями он приподнялся. — Конечно, здешние люди хотят жить лучше, но в Империи Вечного Мира их смерть наступит даже быстрее, чем в Великих Руинах. Им намного лучше здесь, где есть хоть какие-то шансы на выживание. Всяко лучше, чем стать рабом или тут же умереть. Сестра Юйсю, император Империи Вечного Мира и Имперский Наставник не имеют здесь поддержки, тут есть только покинутая богами земля. Здесь живут отвергнутые люди, которые каждую ночь должны встречать вторжение темноты. Затем, когда наступает утро, им приходится идти на охоту, где на каждом шагу поджидает смерть. Но, по крайней мере, у них есть хоть малейшая возможность прокормить себя и детей. А если Империя Вечного Мира завоюет эти земли, им даже жить будет негде.

Лин Юйсю беспомощно уставилась. Она никогда не думала о таких вещах. Девочка всегда считала империю праведной и никогда не задумывалась насколько плохо живут местные.

Она не могла не спросить:

— А знаешь ли ты, что в бою с великой армией Империи Вечного Мира тебя ждёт только смерть? У тебя нет ни малейшего шанса выжить!

Цинь Му засиял улыбкой полной уверенности и, посмотрев на восток, браво проговорил:

— Нет! Императора и Имперского Наставника здесь настигнет неудача. Они столкнутся с непреодолимой стеной, и вся их армия будет искалечена! Они не знают, что их ждёт в таинственных землях, с которыми им придётся встретиться лицом к лицу! Непобедимая легенда Вечного Мира закончится здесь!

Линь Юйсю поднялась и сердито гаркнула:

— Ты упрям как бык! Зачем мне с тобой говорить, если ты всё равно умрёшь в этом городе?

Цинь Му тоже поднялся и пристально посмотрел ей прямо в глаза:

— Отвергнутые люди встретят в Империи Вечного Мира только смерть. Теперь, когда империя планирует вторгнуться сюда и превратить здешние земли в земли Вечного Мира, нет никаких сомнений, что все мы умрём. Если наша смерть неизбежна, то почему бы не попробовать, возможно, у нас появится шанс на выживание?..

Линь Юйсю растерялась от взгляда Цинь Му и спустилась с головы дракона вниз на платформу. Она полубоком повернулась к нему и проговорила через стиснутые зубы:

— Я из Империи Вечного Мира, и моей целью здесь является захват территорий Великих Руин. Это место должно стать частью империи.

Цинь Му кивнул головой.

Линь Юйсю продолжила:

— Я не могу предать Империю Вечного Мира, и каждый, противостоящий империи — мой враг.

Цинь Му снова кивнул и на этот раз ответил:

— Я отвергнутый и ни за что не предам Великие Руины.

Линь Юйсю повернулась и направилась в сторону лестницы, её тень исчезла, но изнутри каменной колонны послышался её голос:

— Если мы встретимся в бою, не жди от меня пощады!

Цинь Му посмотрел вдаль и увидел на расстоянии дым, который словно густой туман, покрывающий километры земли, двигался в сторону города, когда пробормотал себе под нос:

— Ты тоже.

В густом тумане, тысячи бегемотов прокладывали себе путь вперёд. У них имелись длинные клыки, а их тела напоминали небольшие горы. Спины зверей покрывала тяжёлая костяная броня, однако, их скорость была очень высокой. Когда они продвигались вперёд, костяные пластины их брони сталкивались друг с другом и издавали оглушающий грохот.

Позади бегемотов, покуда видел глаз, шагала огромная армия. Их огромные знамёна, трепещущие на ветру, создавали суровую атмосферу. Боевые колесницы в середине армии неслись вперёд, а в воздухе над ними плыли корабли.

В основном на кораблях перевозились только солдаты, тем не менее, посередине палубы находились десятки целителей, которые на износ напряжённо готовили зелья и лекарства. Также на борту находились мальчики на побегушках, постоянно закидывающие духовные пилюли и чудесные лекарства в огромную печь корабля.

Когда эти предметы залетали в печь, они мгновенно вырабатывали неистовую магическую силу, которая бросалась сквозь трубы к двум скульптурам “Зверей Взрыва” в кормовой части корабля. Мощный поток воздуха, выплеснутый скульптурами зверей, заставлял корабль парить в небе и лететь вперёд.

Огромная армия Империи Вечного Мира взяла курс на Великие Руины и пока только её авангард переступил границу. По ту сторону была собрана намного большая сила!

Вдали был заметен трепет знамени Имперского Наставника.

Цинь Му присмотрелся к наступающей армии и его сердце замерло. Каждый солдат в этой армии был практиком, прошедшим множество жестоких битв. Так называемые “Отряды Волков и Тигров” точно соответствовали названию!

Против такой великой армии город Пограничный Дракон казался ничтожным клочком старой бумажки, которую можно запросто разорвать!

— Империя Вечного Мира… — сдерживая шок в сердце пробормотал Цинь Му.

Старейшина как-то сказал, что Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под империю. Однако, Цинь Му казалось, что империя имела значительно больше власти, чем секта. Она была намного теснее сплочённой, и разрушительной силы у неё имелось в разы больше!

Когда секта становится строгой и структурированной организацией, состоящей из безупречных официальных систем и правильно воспитывающей новые поколения, насколько сильной она становится?

Всё, что остается секте после такого, это превратиться в империю!

Тем временем, бабушка Сы, находившаяся в коже Фу Юньди в усадьбе городского Лорда, сложила руки за спиной, и позади неё появился Восьмиликий Небесный Бог, сделав образ Фу Юньди дерзким и властным:

— Имперский Наставник наконец-то прибыл…

Перед входом в игорный дом стоял слепой. Он немного приподнялся, опираясь на трость, и повернул ухо, чтобы лучше расслышать звуки приближающейся армии.

Возле входа на рынок, мясник, у которого не хватало нижней части тела, точил свои ножи. В книжном магазине, находившемся на улице напротив, сидел глухой. С громоздко выглядящими железными ушами, он рисовал что-то огромной, трёхметровой кистью…

Глухой бешено рисовал, словно ополоумевший, и после того, как он закончил, Картина Громового Облака, размером в несколько метров, поднялась в небо и исчезла.

За несколько мгновений всё небо заволокло громовыми тучами, и бесчисленные молнии в сопровождении оглушающего треска посыпались на землю.

Глава 77. Наследный Принц Небесной Живописи

Стоя на драконьей колонне, Цинь Му поднял голову и увидел, что грозовые тучи становились шире и шире, а площадь их распространения возрастала. Зрелище напоминало огромный вихрь, вместе с которым вращались бесчисленные громовые разряды, раздающиеся внутри.

Тучи двигались к авангарду Империи Вечного Мира. Внезапно в землю ударила молния, от которой во все стороны рассеялись искры, будто золотые змеи, издающие громкий, сотрясающий землю, потрескивающий звук.

Разразились бесчисленные удары молний, которые, казалось, нашли свою цель. Когда они падали с неба, зрелище было таким, словно несколько плугов спустились с неба на великую армию Империи Вечного Мира!

Ззз! Пух! Ззз!

Многочисленные разряды сваливались на имперский авангард и, в одно мгновенье, шагающие там бегемоты были сожжены дотла. Когда молнии поражали зверей, у некоторых из них распарывались брюха, будто их разрезали острыми мечами.

Бегемоты вопили от боли и разбегались во все стороны. Часть из них даже побежала обратно в сторону границ империи, в паническом бегстве сбивая с ног и затаптывая многих солдат насмерть.

Раскаты грома и удары молний вскоре достигли рядов армии, сея хаос между солдатами и кавалерией. Неизвестно сколько солдат были поражены молнией и умерли на месте.

В корабль тоже попало несколько молний, от чего тот сразу же загорелся. Печи посреди борта взорвались, превратив целителей и мальчиков на побегушках в лаборатории в горящие факелы.

Свирепая и неуправляемая целебная энергия вырвалась из лаборатории и попала в главную печь. Огромная печь не смогла переработать страшное количество энергии вовремя и с треском взорвалась. Огромный корабль мгновенно распался на куски, исчезая в небе!

Главные печи некоторых кораблей были точно также разрушены, из-за чего последние не могли двигаться, начав медленно спускаться с неба и оставляя за собой вздымающийся шлейф из дыма. В итоге корабли обрушивались на землю, раздавливая бесчисленное количество солдат, не успевших отбежать.

Изначально, Империя Вечного Мира вызывала подавленную атмосферу в городе, но теперь её величие исчезло. Остался только хаос.

— Генерал Лу, эти грозовые облака странны. Они намеренно атакуют нашу армию! — прибежал разведчик со срочным докладом. Добравшись до центральной армии, он поклонился и сплеснул ладони. — Облака над нами имеют радиус пятидесяти километров, за ними — чистое небо!

Генерал Лу выглядел величественно и имел телосложение мускулистого быка. Едва уловимое сияние промелькнуло в его глазах, когда он серьёзным тоном отдал приказ:

— Пусть отряд Маркиза Ветра отправится и сдует грозовые облака!

— Понял! Передайте приказ генерала на сдувание грозовых облаков!

Позади него появились солдаты отряда, одетые в странную одежду, с огромными, размером с ребёнка, тыквенными бутылками на спине. Когда все солдаты открыли горлышка бутылок, в небо тут же взмыл чёрный ветер.

Солдаты отряда задействовали свою жизненную Ци и указали пальцами, заставляя чёрный ветер свистеть и разбухать, превращаясь в сильные порывы, тянущиеся к грозовым облакам на небе.

Однако прямо в этот момент, в городском книжном магазине, была почти готова вторая картина глухого. На ней изображались торнадо и бури. Со взмахом кисти Картина Бури Торнадо поднялась в небо и исчезла.

Как только отряд Маркиза Ветра начал создавать свои заклятия, контролируя чёрный ветер, чтобы сдуть грозовые облака, ситуация неожиданно изменилась. Из грозовых облаков начали сваливаться огромные торнадо, похожие на хвосты божественных драконов, поражая многочисленных солдат великой армии.

Не одно, а десятки торнадо устремились к чёрным ветрам отряда Маркиза Ветра, сплетаясь с ними воедино и в итоге увеличивая свою мощь. Сотни солдат взмывали в воздух, беспомощно барахтая конечностями.

Картина стала даже более ужасающей, когда солдат, сметённых в небо, начали ударять многочисленные разряды молний, сжигая их тела, как бумагу!

Не имело значения, являлись ли они практиками боевых искусств или мастерами божественных… Все едины против власти природы!

Ветер и молния разразились, и за ними последовал падающий с неба ливень, основательно намачивая армию Империи Вечного Мира. Когда молния ударяла по промокшим солдатам, она переходила на землю, пропитанную водой, увеличивая площадь поражения!

Тела многих солдат корчились и крючились, после чего ярко вспыхивали и превращались в пепел.

— Демоны и монстры, какая наглость! Отряд Чёрной Черепахи, поднимите свой щит! — генерал Лу впал в ярость и хлопнул руками. Его тело взмыло в небо, направившись к громовым облакам. Двигаясь туда-сюда, он уничтожал торнадо напрямую.

Шипящая и потрескивающая молния направился к нему, но за миг до того, как коснуться тела, её отклонило исходящее от брони сияние, не позволяя нанести вред.

Под ним, солдаты отряда Чёрной Черепахи закричали в унисон, и их жизненная Ци превратилась в огромные щиты, которые взмыли в воздух. Щиты из жизненной Ци висели на высоте тридцати метров над войсками, закрывая их от ливня.

Разряды молний также не могли пробить щиты Чёрной Черепахи, успокаивая сердца солдат. Военные офицеры различных отрядов немедленно вернули контроль над своими силами и, казнив всех дезертиров, перегруппировались.

В городе Пограничный Дракон, ещё одна огромная картина полетела в небо. Однако, в этот раз она называлась “Сто Демонов”.

Картина Сто Демонов медленно поднялась в небо и бесследно исчезла.

После того, как она исчезла, злобные на вид демонические боги спустились из грозовых облаков и окружили генерала Лу. Волосы генерала встали дыбом, когда он, защищаясь от атак, сражался на смерть, но в этот момент ещё одна огромная картина вылетела из города. Генерал Лу вгляделся в неё и замер от страха.

Это была Картина “Падающий Метеорит”, и на ней были изображены многочисленные метеориты, падающие с неба!

— Отступаем!

Как только раздался крик генерала, ситуация в небе внезапно изменилась. Огромные метеориты со сверкающими огнём хвостами начали сыпаться с неба, пробивая небеса и врезаясь в великую армию Империи Вечного Мира.

****

— Картины, которые могут защитить от миллиона могущественных солдат… Это заставляет меня вспомнить об одном человеке, — на границе между Империей Вечного Мира и Великими Руинами, на башне городских ворот стоял мужчина средних лет с длинными и стройными бровями. Позади него находились генералы. Мужчина средних лет был Имперским Наставником Империи Вечного Мира, и даже когда великая имперская армия оказалась в критической ситуации, он остался равнодушным и спокойно говорил. — Когда страна Небесной Живописи всё ещё существовала, Наследный Принц Небесной Живописи был непревзойдённым среди своего поколения и обладал несравненным талантом… Он был самым красивым человеком в своей стране, и, к тому же, самым сильным. Однако, он был слишком вовлечён в искусство живописи и каллиграфии. Однажды он сказал, что не заботится о мирских делах и интересуется только чтением святых книг. Когда страна Военного Волка вторглась и захотела поработить страну Небесной Живописи, последняя не смогла устоять перед агрессором. Между тем, Наследный Принц всё ещё был вовлечён в своё занятие. Когда он пришёл в себя, страна Военного Волка уже успела завоевать его земли и убить его людей. Его отец, Император Небесной Живописи, был убит, а его голову как раз несли на параде.

Позади него, генералы Империи Вечного Мира молча слушали и не открывали ртов. Меч на талии одного из них внезапно взмыл в воздух и, обратившись лучом света, устремился вдаль. Он направился прямо на сотню демонов в густых облаках!

— Тогда Наследный Принц Небесной Живописи сошёл с ума, — долгобровый Имперский Наставник глубокомысленно смотрел вперёд, продолжая. — Его двум ушам не хотелось слушать о мирских делах, которые привели к разрушению его страны, так для чего они нужны ему? Принц был импульсивным человеком, бросающимся из крайности в крайность, поэтому заорав на всю улицу, он отрезал себе уши и пронзил барабанные перепонки. После чего использовал кровь своих людей вместо красок, чтобы нарисовать картину ада. Он нарисовал восемнадцать уровней ада.

— Страна Небесной Живописи исчезла и стала бездной. Миллионы солдат страны Военного Волка упали в черноту и стали частью ада, где их поедают демонические боги. Некоторые сильные практики пытались сбежать, но были схвачены и замкнуты в аду навеки.

— Эта битва стала концом как для страны Небесной Живописи, так и для страны Военного Волка. Две державы пали, а Наследный Принц Небесной Живописи исчез. Я был на развалинах страны Небесной Живописи и спускался в черноту бездны. Прогуливаясь по восемнадцати уровням ада, я увидел Картину Восемнадцати Уровней Ада. Я проникся печалью и беспомощностью в сердце Наследного Принца, в то же время испытывая жалость к его таланту. Именно поэтому я попросил императора построить Павильон Святого Искусств. На самом деле, для звания Святого Искусств нет более подходящего человека, чем Наследный Принц Небесной Живописи. Я думал, что никогда в жизни не встречу его, и тем более не ожидал встретить здесь. Как жаль, что он стал врагом Вечного Мира.

Пока он говорил, громовые облака, молния, сто демонов, торнадо и бури исчезли, и с неба начали литься чернила.

Сцена заставила солдат Вечного Мира содрогнуться от страха. Ужасные силы, вызвавшие так много смертей, были на самом деле просто чернилами!

****

— Лорд, в городе находится заклинатель, сеющий хаос! — находясь в Пограничном Драконе, Цинь Фэйюэ увидел явления в небе и сразу же бросился к усадьбе городского Лорда. Он нашёл “бабушку Сы” и сообщил. — Заклинатель использует свои техники, чтобы остановить продвижение великой армии Империи Вечного Мира. Его сила впечатляющая и исходит из книжного магазина. Могу я попросить городского Лорда выйти и убить его?

Бабушка Сы с серьёзным выражением лица холодно произнесла:

— Заклинатель? Как он смеет создавать хаос на моей территории, вот мразь! Не волнуйся, маленький генерал Цинь, я сейчас же казню его! — договорив, “она” решительно бросилась к книжному магазину.

Цинь Фэйюэ немедленно последовал следом. Однако, к тому времени, когда они добрались до книжного магазина, в нём никого не осталось.

Глава 78. Корабль Солнца

Бабушка Сы нахмурилась и тут же громко приказала:

— Перекройте все выходы из города и найдите заклинателя! Переместите всех горожан на городскую площадь. Мне хочется взглянуть на того, кто посмел сотворить подобное у меня на глазах!

Практики божественных искусств усадьбы городского Лорда приняли приказ и немедленно отправились доставлять обычных горожан и торговцев на городскую площадь.

Цинь Фэйюэ тоже нахмурился. Он чувствовал некую неловкость из-за того, что не смог отыскать заклинателя.

— Не нужно беспокоиться, маленький генерал Цинь, это мой город и ни монстр, ни демон не сможет посеять здесь хаос, — бабушка Сы, пребывавшая в облике Фу Юньди, улыбнулась. — Теперь, когда мы соберём всех людей в одном месте, ни один заклинатель, независимо от своего мастерства, не сможет избежать моей хватки! Не стесняйтесь приглашать армию, в Великих Руинах множество людей, которым не помешает хорошая взбучка! Если подумать, я давно наслышан о величественном имени Имперского Наставника и искренне восхищаюсь им. Я уже не могу дождаться его прибытия, чтобы послушать мудрые наставления и учения!

Цинь Фэйюэ подавил тяжёлое чувство в своём сердце и слабо улыбнулся:

— Городской Лорд, пожалуйста не беспокойтесь. Имперский Наставник всегда справедливо раздаёт и награды, и наказания. Поскольку Вы оказали большое количество услуг Империи Вечного Мира, Вас, естественно, наградят титулом благородного и помогут достичь ослепительных успехов. В охране этого жуткого и холодного места больше не будет надобности.

Бабушка Сы громко засмеялась, по ней было видно, что она была чрезвычайно довольна. Внезапно она, со свирепой ноткой в голосе, проговорила:

— Действия заклинателя, сеющего хаос, за гранью моего понимания. Когда он будет пойман, я прикажу долго пытать его и после казни повесить его голову на входе в город, как предупреждение остальным! Могу ли я попросить генерала замолвить за меня словечко Имперскому Наставнику? Видите ли, заклинатель, сеющий хаос в городе, это не моих рук дело, так что…

Цинь Фэйюэ всё понял и улыбнулся:

— Расслабьтесь, городской Лорд. Я обязательно передам Имперскому Наставнику несколько хороших слов о Вашей персоне.

Бабушка Сы вздохнула и её взгляд колыхнулся, когда она вполголоса произнесла:

— Поправде говоря, после стольких лет управления этим местом у меня скопилось немалое количество разновидных сокровищ. Когда Имперский Наставник войдёт в город, почему бы вам не пройтись со мной и не взглянуть на некоторые из них… генерал свободен брать всё, что ему придётся по душе.

Сердце Цинь Фэйюэ вздрогнуло. В Великих Руинах сокровища находились повсюду, их хватало даже до вторжения тьмы. Во время управления городом, Фу Юньди однозначно наложил руки на множество из подобных странных и уникальных предметов. Если у него получится войти в сокровищницу, то он явно останется в выигрыше!

****

Стоя на вершине колонны, Цинь Му не мог оторвать впечатлённого взгляда от картин глухого, что превращались в божественные искусства. С молодости он учился у глухого каллиграфии и живописи, он также очень много читал. Несмотря на всё это, он впервые видел, как глухой показывал на что он действительно способен… Силы одного человека хватило, чтобы остановить сотни тысяч солдат армии Империи Вечного Мира! Зрелище было потрясающим!

Если в Империи Вечного Мира нет мастеров, способных разрушить подобные божественные искусства, вся их армия умрёт под гнётом атак одного, совершенно глухого, человека.

— Му’эр, ты что, стоишь на вершине столба? — внезапно внизу раздался голос мясника. Цинь Му склонил голову и увидел, как мясник с помощью своих ножей атакует колонну. Странным было то, что ни один из ножей даже к ней не прикоснулся.

Во время того, как мясник рубил ножами, его тело поднималось вверх, пока не приземлилось на вершине колонны.

— Зачем ты делаешь это, дедушка мясник? — с любопытством спросил Цинь Му.

— Я хороню в колонне свои божественные искусства, чтобы когда прийдёт время, её уничтожить.

Мясник спрятал свои ножи для убоя свиней за спину и, с помощью рук, запрыгнул на драконью голову. Смотря на великую армию, наступающую на город, он проговорил:

— Когда армия Империи Вечного Мира войдёт в город, мои божественные искусства взорвутся во время глубокой ночи. Драконья колонна разлетится на маленькие кусочки, уничтоженная светом моих ножей.

Авангард Империи Вечного Мира, переживший атаку глухого, потерял множество солдат. К текущему моменту вторая дивизия войск присоединилась к авангарду и направилась прямиком в сторону города Пограничный Дракон.

Несмотря на то, что они пострадали от атак глухого, объединив свои силы их опасность лишь возросла.

Цинь Му подпрыгнул от шока и воскликнул:

— Дедушка мясник, ты хочешь использовать тьму, чтобы уничтожить великую армию Империи Вечного Мира?

Мясник кивнул головой и проговорил:

— Я уже похоронил свои искусства в трёх остальных колоннах, так что осталась только эта.

У Цинь Му по спине пробежали мурашки. Если ночью уничтожить драконьи колонны, армию Империи Вечного Мира ждёт катастрофическое бедствие.

Когда придёт время, неизвестно сколько людей погибнет во тьме от неестественных причин!

Цинь Му засомневался:

— Дедушка мясник, а как же люди в городе…

Мясник улыбнулся:

— Только что глухой использовал заклятие, чтобы атаковать имперскую армию, а бабушка Сы запечатала город и собрала всех на главной площади.

Цинь Му сразу успокоился. На городской площади располагалось множество древних храмов, в которых находились самые разнообразные каменные статуи… Они помогут людям защититься от вторжения тьмы.

Было очевидно, что бабушка Сы и глухой уже давно обговорили все детали плана. Когда драконьи колонны разрушатся, тьма заполнит улицы города. Городская площадь, окружённая храмами, будет безопасным местом. Поскольку все горожане уже там им ничего не грозит.

— Когда придёт ночь от армии Империи Вечного Мира не останется и следа. Единственными кому удастся сбежать будут Имперский Наставник и несколько сильных практиков. Именно в это время и произойдёт финальная битва, — мясник улыбался. — Так что старейшина деревни тоже прибудет.

Цинь Му сбился с толку. Что может сделать старейшина, у него ведь нет ни одной конечности.

Мясник был немного взволнован, и усмехнулся:

— Наконец-то мы увидим, как сильнейший меч противостоит сильнейшему мечу! Чёрт возьми, я уже не могу дождаться ночи… А это что ещё такое?

С застывшим выражением лица он уставился в даль. Будто увидев призрака, он закричал:

— Что, чёрт возьми, это такое?!

Цинь Му проследил за его взглядом и немного удивился. Всё, что он увидел, было чёрной точкой, кто знает почему мясник был так поражён. Точка находилась в стороне Звёздного Моря, которое находилось на расстоянии ста километров от города Пограничный Дракон.

— Бл*ть, Бл*ть…— мясник начал плевался ругательствами, как сапожник. Он внезапно взмыл в небо и, приземлившись, заорал. — Оставайся тут и не двигайся. Я пойду найду старейшину, целителя и остальных. После довольно длительного пребывания в Великих Руинах, я никогда подобного не видел… Бл*ть…

Цинь Му был сбит с толку. Впервые он увидел, как мясник потерял самообладание. Даже сходя с ума во время тренировок, он не ругался столько. В худшем случае он мог извергнуть пустую ругань в сторону неба.

Посмотрев на крошечную точку, юноша оцепенел… Ведь её размер солидно возрос.

Маленькая чёрная точка становилась всё больше и больше. Сначала она была похожа на дырочку шириной с иголку в клочке белой бумаги, а сейчас больше походила на чёрное пятно, которое всё сильнее “загрязняло” горизонт.

Внезапно, Цинь Му увидел мерцание нескольких фигур и понял, что возле него уже стоят бесстрашный деревенский старейшина, безликий целитель, немой и остальные.

Однако, слепого среди них не было. Его скорее всего оттащили на городскую площадь люди из игорного дома.

— Боже мой… — целитель ошеломлённо посмотрел на чёрную точку и пробормотал. — Этот корабль просто огромен… Легенды не врут, он и вправду существует!

Деревенский старейшина был шокирован, пробормотав:

— Почему корабль явился именно сейчас?

Немой был в оцепенении и всё, что он мог делать, это тупо пялиться.

Глухой тоже был ошеломлён.

— Бл*ть… — мясник продолжал плеваться ругательствами.

Цинь Му открыл свои Глаза Небес и попытался ближе рассмотреть чёрную точку, но ничего явного не увидел.

Чёрная точка постепенно вырастала в размерах. Она уже была похожа на большую чёрную тарелку, но всё ещё продолжала расти. Вскоре чёрная тарелка разрослась до трёхметрового размера, а затем и до двадцатиметрового…

Из-под земли почувствовались вибрации. Цинь Му ощутил, что его ноги немеют от силы вибраций, которые становились со временем лишь сильнее. Складывалось впечатление будто огромный монстр движется вперёд.

Парень почувствовал, как вокруг него нагревается воздух. Казалось, будто солнце собирается испепелить землю вокруг хоть покалеченной, но дружной компании. Однако, на улице стояла весенняя погода и до лета оставалось ещё два месяца.

Наконец-то Цинь Му увидел то, что видели остальные.

Со стороны Звёздного Моря приближался корабль.

В верхней части корабля находилась огромная чёрная сфера, которая продолжала разрастаться в размере.

Выражение лица Цинь Му исказилось, и он почувствовал, как его сердце пропустило несколько неспокойных ударов. Чуть погодя он мрачно выдохнул и, скрежеща зубами, пробормотал:

— Бл*ть…

Мясник вытаращился на него и гаркнул:

— Пизд*кам нельзя ругаться! Бл*ть, это что ещё такое явилось?

Приближающийся корабль был невероятных размеров, формируясь из высоких и величественных вулканов, которые выплевывали клубы дыма и огня в облака. В дыму виднелись вспыхивающие огни, а искры, созданные ими, озаряли дневное небо.

Форма вулканов была странной, у них не было пиков, тем не менее можно было рассмотреть захватывающие дыхание дворцы. Несмотря на то, что небо над кораблём заволокло дымом, дворцы сияли золотым светом и выглядели умопомрачительно.

Также там можно было увидеть огромные цепи, настолько толстые, что и десяткам человек не хватило бы длинны рук, чтобы обхватить одну из них. Все цепи были каким-то образом привязаны к чёрной сфере. Двигаясь в воздухе, цепи ударялись друг о друга и издавали невероятный грохот.

Даже тянущаяся чёрная сфера издавала звуки громыхания. Казалось, что сам воздух дрожит и искажается от её веса.

В этот момент корабль находился над Вздымающейся Рекой, заставляя её кипеть и высыхать от жары. Рыбьи монстры и речные чудища повыскакивали на берег и сбежали!

— Это ведь… — Цинь Му на секунду впал в ступор и затем заорал. — Корабль Солнца!

Глава 79. Пастухи Солнца Великих Руин

Старейшина деревни, целитель и все остальные с недоумением взглянули на парня.

— Му’эр, ты уже видел этот корабль? — с любопытством спросил целитель.

— Он был нарисован на топографической карте Великих Руин, — Цинь Му тоже был умственно и физически взволнован. Эта громадная штука, похожая на корабль, должна быть Кораблём Солнца, который он видел на карте во Дворце Подавления Рока.

Когда парень впервые увидел название “Корабль Солнца”, он впал в замешательство, так как не понимал, почему корабль так назывался. Однако, теперь он понял…

Корабль Солнца был кораблём, который тянет за собой солнце!

И солнцем оказалась та чёрная сфера, прикована к кораблю… Точнее погасшим солнцем.

Можно предположить, что до того, как тьма вторглась в Великие Руины, существовал Корабль Солнца, который таскал за собой пылающее солнце, путешествуя по землям Великих Руин.

Цинь Му потерял дар речи. Почему солнце, которое тянул Корабль Солнца, погасло?

Если Корабль Солнца тянул за собой солнце, чем тогда был Корабль Луны, который тоже был обозначен на карте? Неужели огромное судно, тянущее луну?

И где тогда место под названием “Колодец Солнца”? И “Колодец Луны”?

Бум! Бум!

Двигаясь в сторону города, невероятно огромный корабль внезапно отрастил ноги, размером с гору. Они формировались из магматических пород, и из трещин между камнями излучался яркий свет.

Свет исходил от магмы, которая была будто кровью Корабля Солнца.

Огромный корабль вырастил двадцать четыре ноги, в соответствии с двадцатью четырьмя солнечными циклами.

Хоть ноги корабля казались непропорционально толстыми, каждый шаг, который он делал, был три километра в длину.

Появление огромного объекта было невероятно шокирующим.

Глухой смотрел на немого, который в ответ нервно смотрел на него и активно жестикулировал. Глухой переводил:

— Это не настоящее солнце, а сокровище, которое создали люди предыдущих поколений, до прихода тьмы. Немой, я думаю, ты прав…

Огромный Корабль Солнца приближался к городу Пограничный Дракон, заставляя воздух становиться всё более и более сухим. Цинь Му поднял голову, но его взор не достал до вершины корабля… Тот попросту был слишком огромен!

Ослепительные дворцы бросились ему в глаза, и их размер казался абсолютно обычным. Однако, на таком большом расстоянии, они должны были выглядеть намного меньше. Парень мог только предположить, насколько огромными окажутся строения, если подобраться к ним вплотную. Стоя внутри, взрослый человек казался бы мурашкой.

— Место обитания расы богов, — старейшина деревни говорил в полголоса. — Я слышал, что их звали Пастухами Солнца, а их бог зовётся Хранителем Солнца.

«Пастухи Солнца?» — все были слишком ошеломлены для того, чтобы что-нибудь произнести. Из всех жителей деревни Цань Лао, старейшина провёл в Великих Руинах наибольшее количество времени. Он жил здесь уже несколько сотен лет и знал это место лучше всех. Очевидно, он уже слышал о Корабле Солнца и владел какой-то скрытой информацией.

— Интересно, есть ли потомки Пастухов Солнца на борту? Остался ли на корабле Хранитель Солнца? — пробормотал старик.

Корабль Солнца прошёл мимо города Пограничный Дракон и отправился к величественной армии из тысяч солдат Империи Вечного Мира. Зрелище было настолько грандиозным, что войска забыли о продвижении вперёд и глупо уставились на огромный объект…

Он был слишком страшным, слишком шокирующим.

Вьюх! БУМ!

Одна из ног корабля приземлилась, будто упавшая с неба гора, сокрушив бесчисленное количество солдат. Когда нога корабля снова поднялась, на поверхности земли появилось небольшое озеро.

— Спасайтесь!!!

Только теперь кто-то осознал происходящее и закричал, начиная бежать чтобы спастись. Солдаты позади ещё не отреагировали, поэтому люди начали толкаться и сталкиваться друг с другом. Когда люди, оставшиеся позади, наконец пришли в себя и начали разбегаться, было уже слишком поздно.

Огромный Корабль Солнца шёл вслед за армией Империи Вечного Мира, движущейся к своим границам, сокрушая бесчисленное количество солдат на своём пути. Независимо от того, сколько божественных искусств или летающих мечей офицеров пыталось его повредить, никто не мог даже встряхнуть настолько огромный корабль.

Два отряда армии были объединены вместе, поэтому количество солдат было неисчислимым. Даже если кто-то хотел убежать, он просто не мог проложить себе путь. Несмотря на то, что практики божественных искусств могли подниматься в воздух, ноги корабля с лёгкостью их сбивали, словно мух.

Огромный Корабль Солнца продолжал продвигаться вперёд и давить беспомощных солдат на своём пути. Генерал Лу попытался изо всех сил атаковать корабль, но его попытки напоминали муравья, пытающегося встряхнуть дерево — корабль никак не реагировал на его действия.

На границах империи вспыхнули лучи мечей, устремившись к величественному кораблю-горе. От столкновений во все стороны разлетались искры, но каменный гигант остался невредимым. Когда мечи-сокровища вернулись назад к своим владельцам, выражение лиц мастеров на границе сильно изменилось. Их мечи раскалились докрасна и начали таять!

Несколько тысяч мастеров божественных искусств подняли грозовые тучи с помощью заклятий, образовав бурю, которая начала, вращаясь подобно волчку, катиться в сторону корабля, однако, она испарилась, прежде чем подлететь к нему достаточно близко.

Погашенное солнце, которое тянул Корабль Солнца, всё равно было солнцем. Жар, который оно излучало, был просто слишком высоким.

У корабля имелось двенадцать пар ног, поэтому он мог передвигаться очень быстро и достаточно скоро достиг пограничной зоны. Воздух пронзили скрипящие звуки, когда каменный исполин медленно остановился. Затем, от медленно парящего возле самых границ Империи Вечного Мира чёрного солнца, последовало тяжёлое гудение, словно кто-то что-то монотонно бормотал.

Солдаты армии за пределами Великих Руин безучастно уставились вверх, глядя на поистине громадный объект прямо перед их носом. Несмотря на свою величественность, границы на фоне подобного в глазах солдат казались миниатюрными.

Лица некоторых офицеров от страха стали мертвецки бледными. Они едва ли могли стоять должным образом, что уж говорить об обычных рядовых солдатах… Последние были напуганы до смерти, вне зависимости от того, были ли они практиками уровня боевых искусств или божественных.

— Корабль Солнца создан существами ещё до вторжения тьмы. Как интересно, — Имперский Наставник Вечного Мира стоял на вершине здания и смотрел на каменного исполина. Величественный корабль заставлял сердца всех присутствующих трепетать, и даже он не смог остаться безучастным.

На вершине корабля и перед дворцами он увидел стоящие фигуры.

Подняв голову выше, он посмотрел на чёрное солнце…

Несмотря на то, что оно было таким же огромным, как настоящее солнце, менее шокирующе от этого выглядеть не стало. Можно только представлять, каким бы было зрелище, если бы солнце вновь запылало.

Солнце можно погасить, но, если имперская армия столкнётся с подобным огромным объектом, это будет сродни пытающемуся остановить боевую колесницу богомолу… Проще говоря, за гранью возможностей.

Чувствуя исходящую от Корабля Солнца божественную энергию, он думал: «Ещё есть выжившие небесные боги. Таинственные Великие Руины нельзя недооценивать…»

Имперский Наставник поднял руку и отдал приказ:

— Предайте мой приказ! Мы отступаем и никому не разрешается ступать в Великие Руины в течение следующих пятидесяти лет!

Сердца множества генералов за его спиной вздрогнули, тем не менее, они сразу же передали приказ.

Имперский Наставник поднял голову и, когда его взгляд приземлился на дворцы, он тихо проговорил:

— Корабль Солнца не может защищать Великие Руины вечно. Даже небесные боги смертны. Пастухи Солнца — всего лишь доживающая свой век раса. Пятьдесят лет спустя моя Империя Вечного Миру будет обладать могучей силой, достаточной, чтобы объединить все Великие Руины. Сейчас попросту не разумно противостоять им.

Он повернулся и зашагал по башне городских ворот. От города начали доноситься тревожные звуки гонга, которые использовались только тогда, когда нужно было остановить наступление войск. Когда солдаты, всё ещё находящиеся за пределами имперских границ, услышали гонг, для них исходящие от него звуки были сродни райской мелодии, освобождающей от бремени обязанностей… Они тут же сломя голову рванули назад, начав своё отступление.

Огромный Корабль Солнца, изменив направление, медленно зашаркал ногами в сторону города Пограничный Дракон.

Чуть погодя, практически вся выживавшая армия благополучно ретировалась обратно в Империю Верченого Мира, в то время как Корабль Солнца добрался до Пограничного Дракона.

Подняв голову, Цинь Му увидел величественный, пронзающий небеса, корабль, который тянул за собой чёрное солнце. Зрелище было незабываемым.

Корабль Солнца остановился, после чего каждая из его двадцати четырёх ног согнулась, словно присаживаясь.

У всех стоящих на вершине колонны были странные выражения лиц, помимо разве что целителя, его лицо во все времена выглядело странно. Корабль Солнца больше походил не на корабль, а на живое существо с двадцатью четырьмя ногами!

Находясь так близко к городу, волны жара окатили всё вокруг. Даже городские стены стали накаляться, словно собирались вот-вот расплавиться.

Исполин должно быть ждёт, когда великая армия Империи Вечного Мира закончит своё отступление.

— Интересно, на борту всё ещё есть Хранитель Солнца? — пробормотал Цинь Му.

— Есть, я чувствую ауру бога, — старейшина деревни заговорил с серьёзным выражением лица. — Имперский Наставник Вечного Мира оказался в щекотливой ситуации и в итоге был вынужден отступить, чтобы избежать поражения. В течение следующих десятков лет он навряд ли посмеет войти в Великие Руины. Мясник, убери свои ножи или драконьи колонны снесёт.

Мясник кивнул головой и взволнованно зыркнул на Корабль Солнца:

— Мы так долго готовились к этой битве, но Имперского Наставника отпугнул Хранитель Солнца. А ведь мы упустили такой хороший шанс расправиться с старым хрычом! Эй, а как вам такая идея, слетаем на корабль и смахнёмся с тем богом!?

Все скорчили беспомощные мины, покачивая головами. От этого психа только и жди дополнительных проблем. Если на борту всё ещё есть хотя бы один Хранитель Солнца, мясника ждёт только смерть, если тот попытается сразиться с ним полагаясь только на свою верхнюю половину тела.

Старейшина деревни и остальные спустились с драконьих колонн. Цинь Му продолжал нерешительным взглядом смотреть вверх. Он очень сильно хотел подняться на этот величественный корабль и посмотреть, что там да как.

«В какой именно эре было возможно построить такой огромный объект? Он даже может передвигаться и тянуть солнце?» — пока он думал в таком ключе, носовая часть Корабля Солнца внезапно наклонилась вниз.

Широко распахнув глаза, Цинь Му словно испустил дух. Примерно прикинув размеры носа корабля, он понял, что тот был почти таким же большим, как город Пограничный Дракон. Корабль наклонился вниз с такой лёгкостью, будто за ним не стояло ни грамма веса.

Только теперь парень смог разглядеть, что находилось на борту. Например настоящие горы и реки, травы и цветы. Величественные залы и палацы стояли на вершинах, походя на священные места, где обитают бессмертные. Там находилось много рослых людей, рост которых был настолько высок, что целитель, телосложение которого считалось статным, а рост высоким, по сравнению с ними показался бы ребёнком.

Цинь Му прикинул, что их рост начинался как минимум с тридцати метров, что было не далеко от рабочих великанов Небесного Дьявольского Культа.

Однако была одна странность, даже несмотря на то, что носовая часть корабля накренялась вниз, озеро на борту оставалось ровным и не выходило из своих берегов.

— Твой нефритовый кулон очень странный, от него исходит необыкновенная, божественная аура…

Глава 80. Хранитель Солнца

Отчётливый громкий голос донёсся из сердца корабля.

Нефритовый кулон, лежащий на груди у Цинь Му, нежно поднялся вверх, как будто его манило к Кораблю Солнца. Сердце парня дрогнуло, когда он понял, что прозвучавший голос исходил от огромной женщины-гиганта на борту, которая была в несколько раз выше, чем все прочие, и походила на небесную богиню.

Большая часть её ног, приблизительно до бёдер, погружалась в тело корабля. Тем не менее, она по-прежнему возвышалась примерно на триста метров. У неё было четыре руки. Каждая из рук держалась за огромную колонну. Вокруг каждой колонны наматывались цепи. Это были те самые цепи, что крепились к чёрному солнцу в небе!

Её тело окутывал огонь. Полыхающая огненная энергия заставляла парня чувствовать, что он горел, когда смотрел на неё…

Странно, но, когда Цинь Му разглядел черты её лица, она показалась ему маленькой девочкой, скорее всего даже младше его самого.

Однако, с таким огромным телом, как она могла быть маленькой девочкой?

Она казалась очень измученной и задыхающейся.

— Старшая узнала нефритовый кулон? — сердце Цинь Му вздрогнуло, немедленно сорвав кулон со своей шеи, после чего он увидел, как четыре руки девушки-гиганта опустились. Вскоре она уменьшилась в размере, превратившись в маленькую девочку, на голову ниже его самого.

— Старшая? — её голос прозвучал завораживающе мелодично, после чего она мило улыбнулась. Несколько раз тяжело вдохнув, словно из-за длинного забега, она продолжила. — Я не старшая…

Ей пришлось приложить много усилий, чтобы вытащить свои ноги из тела Корабля Солнца, который сам по себе был крайне странным. Её ноги действительно сливались с кораблём, пламя которого проникало внутрь них, играя роль кровеносных сосудов, от чего нужно было приложить не дюжие усилия, чтобы вытащить их.

Вытащив свои ноги, место, где они раньше находились, начало выравниваться. Две дыры медленно восстанавливались, будто срастались.

Попытавшись сделать несколько шагов, её ноги предательски задрожали, и она упала. Девочка сразу же использовала свои четыре руки, чтобы подняться, и смущённо спросила:

— Ты можешь подняться сюда?

Цинь Му посмотрел на остальных гигантов и самый старый из них кивнул:

— Разрешите ему подняться на борт.

Гигант в простой одежде подошёл к носу корабля и протянул руку. Его рука послужила мостом между драконьей колонной и Кораблём Солнца. Цинь Му, недолго сомневаясь, ступил на руку и прошёлся по ней вверх до самого корабля.

Ступив на борт, парень сильно удивился. Здесь было намного прохладнее, чем он ожидал. Первоначально он считал, что здесь будет жарко, как в каменной печи, и уж точно не ждал, что это место окажется таким приятно-освежающим.

— Му’эр, ты маленький засранец!

В городе Пограничный Дракон, старейшина деревни и остальные почувствовали аномалию на борту Корабля Солнца. Развернувшись, чтобы посмотреть, что произошло, они увидели, как Цинь Му уверенно шагает вверх по руке гиганта.

Целитель не смог сдержать улыбки:

— А у парня кишка не тонка, он посмел взобраться на корабль бога!

Мясник, явно намереваясь сделать что-то плохое и опасное, достал свои ножи для убоя свиней:

— Они дерзнули наложить руки на нашего малыша, прорубим же себе путь наверх!

Старейшина посмотрел на него и спокойно проговорил:

— У них нет плохих намерений, оставь Му’эра в покое. Мне кажется на борту корабля нет бога…

Цинь Му подошёл к маленькой девочке и Корабль Солнца вернул себе горизонтальное положение. Из-за того, что она длительное время не ходила, ей было трудно устоять на ногах даже чтобы просто поприветствовать гостя. Девочка смогла только сидя поклониться ему.

Цинь Му поздоровался в ответ и передал ей в руки нефритовый кулон. Маленькая девочка внимательно рассмотрела его и задумалась. Необычный и загадочный язык сорвался с её уст, когда она обращалась к старому гиганту позади себя.

Старый гигант скорчил изумлённое выражение лица и ответил ей что-то на том же языке.

«Язык богов!» — подумав об этом, Цинь Му был поражён. Они общались между собой на языке богов. Он и раньше его слышал, но не мог разобрать значение. Поэтому сейчас он не имел ни малейшего понятия, о чём они разговаривают.

Перекинувшись несколькими предложениями, девочка вернула кулон обратно в руки Цинь Му:

— Дедушка Патриарх сказал, что твой нефритовый кулон не божественный, не дьявольский и не буддистский. Раньше он уже видел подобные вещи и полагает, что кулон из деревни Беззаботная Великих Руин.

— Деревня Беззаботная? — сердце Цинь Му пропустило удар. — Где она находится?

Девочка снова спросила что-то у гиганта и он, немного поколебавшись, ответил ей на языке богов, после чего она покачала головой:

— Деревня Беззаботная очень странное место, которое появляется только тогда, когда тьма окутывает Великие Руины. Он тоже не знает, где она находится.

Цинь Му разочарованно вздохнул, но запомнил название деревни. Деревня Беззаботная могла оказаться местом его рождения, местом, где находятся его родители. Он должен был любой ценой найти его…

— А я неплохо справилась, правда? — усмехнулась маленькая девочка.

Цинь Му озадачился и спросил со странным выражением лица:

— Неужели это ты управляешь Кораблём Солнца? Тебе удалось прогнать армию Империи Вечного Мира!

Девочка очень собой гордилась:

— Не ожидал такого, да?

Цинь Му и правда такого не ожидал. Ей удалось перепугать не только Имперского Наставника Вечного Мира, но и деревенского старейшину, немого и остальных старых монстров. Враги подумали, что на борту корабля находится древний небесный бог, с которым им не совладать, и сбежали, поджав хвосты.

Им даже в голову не пришло, что Кораблём Солнца управляет такая маленькая девочка. Корабль, конечно же, сам по себе был невероятно шокирующим и мощным оружием… Поэтому ни капли не странно, что у всех сложилось ложное впечатление.

— Меня зовут Янь Цзинцзин, а тебя? — с любопытством спросила девочка.

— Цинь Му, — ответил юноша, после чего заколебался, прежде чем продолжить. — Я не знаю, “Цинь” моё имя или всё же фамилия, это слово было написано на моём нефритовом кулоне. Старейшина деревни решил, что Цинь фамилия, в итоге дав мне имя Му, что означает пастух. Каково значение твоего имени, Янь Цзинцзин?

— Оно означает множество огня и солнца, — Янь Цзинцзин попыталась подняться, но так как она давно не использовала свои ноги у неё это получилось с большим трудом. Цинь Му заметил, что мышцы на её ногах ссохлись, став до ужаса тонкими. К её костям цеплялась кожа, а между ними не было даже унции плоти.

Девочка была настолько истощена, что люди вокруг не могли не волноваться за неё.

— Когда я только родилась, то была похожа на солнце. Моя мать заживо сгорела от огней моего тела, поэтому дедушка Патриарх дал мне имя Янь Цзинцзин, — выражение лица Янь Цзинцзин приняло унылый оттенок. — Когда я выросла, дедушка Патриарх сказал, что у меня в венах течёт кровь Хранителя Солнца. Сила Хранителя позволяет мне быть принятой Кораблём Солнца, с помощью которого я путешествую по Великим Руинам. В моей расе я единственная, кто может управлять таким кораблем, так что я стала Хранителем Солнца сего поколения, — проговорив, она снова радостно улыбнулась. — Ты мальчик, пасущий коров, а я девочка, пасущая солнце. Когда я соединяюсь с кораблём, мои силы становятся подобны силам небесного бога. Поэтому мне и удалось отпугнуть плохих дядек. Я что, напугала и тебя?

— Да, — улыбнулся Цинь Му.

— Мне очень жаль. Я очень устала и поэтому остановилась здесь, чтобы немного отдохнуть, случайно тебя напугав… — опустила голову Янь Цзинцзин.

— Всё в порядке. Почему у тебя такие худые ноги? — удивлённо улыбнулся Цинь Му.

— Дедушка сказал, что солнце нашего клана Пастуха Солнца уже потухло. Поэтому, когда я контролирую Корабль Солнца, он с каждым мигом истощает меня, поглощая силы, от чего я становлюсь всё худее, — сказала Янь Цзинцзин и продолжила. — Когда моя сила полностью иссякнет, я сольюсь с этим кораблём, как и предыдущий Хранитель Солнца. Так умер мой отец… Если бы солнце снова воспламенилось, Корабль Солнца начал бы поглощать его силу и даже значительно преумножил мою собственную!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он посмотрел на чёрное солнце в небе и пробормотал:

— Нужно воспламенить солнце? Кто может быть на такое способен? Наверное, только настоящий небесный бог… Почему ты обязана охранять это место и быть Хранителем Солнца?

— Потому что это призвание всех последователей нашего клана. Хранитель Солнца — это духовный сан! Очень-очень давно, я и сама не знаю насколько давно… В любом случае, мы, Пастухи Солнца, были назначены Хранителями Солнца и должны управлять Кораблём Солнца, защищая Великие Руины. Этот долг передаётся из поколения в поколение. Что касается того, кто назначает нас Хранителями Солнца, я не имею ни малейшего понятия, возможно дедушка Патриарх знает.

Янь Цзинцзин выглядела очень радостной, казалось, ей давно не было с кем поиграть. Она присела поудобнее и завела беседу с Цинь Му, рассказывая ему о необычайных вещах, которые видела в странных землях, пока путешествовала.

Цинь Му оглянулся. Клан Пастуха Солнца состоял из гигантов, среди которых были молодые парни и девушки, с которыми Янь Цзинцзин могла бы поиграть. Однако, они слишком сильно почитали её и не смели даже близко подходить.

Кроме того, все эти люди были очень высокими и крепкими. Они были намного выше и сильнее Янь Цзинцзин. Она выглядела больше похожей на обычного человека, сильно отличаясь от них.

Цинь Му догадался, что, возможно у неё также есть кровь человеческой расы. Также её тело могло уменьшиться в размере из-за того, что корабль полностью истощил его.

Странным было то, что когда Янь Цзинцзин соединялась с кораблём, она становилась аномально высокой и крепкой, будто внушающая благоговение небесная богиня, что могло означать, что Цинь Му не совсем прав.

Конечно, он кое чего не знал, а именно, что последователи клана Пастуха Солнца на самом деле были обычного размера. Дело в том, что плотность божественной энергии в воздухе на борту корабля настолько высока, что, вместе с едой, они поглощают её в огромных количествах, от чего их тела становятся невероятно большими и крепкими.

Это происходило из-за той силы, которую Янь Цзинцзин передавала кораблю… Той энергии, что она поглощала из воздуха было недостаточно, чтобы компенсировать утраты сил, поглощённых кораблем. Поэтому она и не становилась высокой и крепкой, как остальные члены клана.

Когда девочка сливалась с Кораблём Солнца их силы объединялись, и она могла принять облик небесной богини.

— В будущем, если у меня будет достаточно сил, я помогу снова зажечь солнце и освобожу тебя! — заявил Цинь Му.

— Серьёзно? — глаза Янь Цзинцзин радостно заискрились, и она взволнованно пролепетала. — Я буду ждать этого дня! Наконец то я смогу ходить, как и все остальные!

Цинь Му кивнул головой и улыбнулся:

— Я однозначное найду способ снова зажечь это солнце.

В этот момент подошёл гигантский Патриарх и проговорил:

— Хранительница Солнца, армия Империи Вечного Мира полностью отступила.

Янь Цзинцзин с большим усилием поднялась и, мило улыбаясь, помахала Цинь Му рукой:

— Я должна уходить. Я пойду через Звёздное Море и выйду возле Колодца Солнца, если хочешь меня найти — приходи туда!

Цинь Му кивнул головой, в то время как девочка неуверенно пошла обратно к колоннам. С прикосновением руки к колонне, её тело внезапно расширилось, а ноги погрузли в борте корабля, соединившись с ним. Она ухватилась руками за три остальные колонны, и её тело загорелось ярким пламенем, сделав неприступной.

Гигантский Патриарх подошёл к Цинь Му и отправился с ним к носу корабля. Старый седой пастух солнца вполголоса печально проговорил:

— Хранительнице Солнца осталось жить совсем мало лет…

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он поднял голову, чтобы посмотреть на старика. Затем перевёл взгляд на величественную девушку-гиганта в пламени и увидел, как она ему улыбается.

— Если ты и вправду из деревни Беззаботной, то возможно когда-нибудь и найдёшь способ разжечь солнце. В конце концов… — гигант немного поколебался и решил не продолжать, переправив Цинь Му вниз. После чего огромный артефакт, созданный богами, начал медленно подниматься и идти в сторону Звёздного Моря.

По мере того, как садилось солнце, мерцающие лучи света падали на древний корабль, медленно уплывающий в даль. Чернота его солнца вскоре исчезла, и корабль совсем пропал из виду.

Глава 81. Царство Тьмы

Девочка расы пастухов солнца исчезла вместе с Кораблём Солнца. Вскоре спустилась тьма и поглотила все земли Великих Руин.

«Что имел ввиду Патриарх клана Пастуха Солнца?» — Цинь Му потерялся в своих мыслях, в то время как тьма объяла собой все незащищённые древними изваяниями места. С наступлением ночи драконьи колонны как обычно начали испускать свечение, вместе с расположенными то тут, то там храмами.

Нефритовый кулон на груди парня тоже начал мерцать. Если полагаться на слова членов старшего поколения клана Пастуха Солнца, он должен быть родом из деревни Беззаботной. Однако, на местных картах нет ни одной записи об этой загадочной деревне, словно такого места не существовало в Великих Руинах.

«Где именно находится деревня Беззаботная? Почему она появляется только тогда, когда спускается тьма?» — с беспокойными мыслями, Цинь Му безучастно уставился в пучины тьмы за городом. Его так и подмывало войти во тьму, чтобы найти загадочную деревню… Но даже если бы он мог безопасно путешествовать по Великим Руинам ночью, ему пришлось бы обойти невероятно обширные территории… Кто знает, где вообще находится деревня Беззаботная?

Не говоря уже о том, что он не представлял, как ему безопасно путешествовать через мистическую тьму?

Тьма была настолько опасна, что маленького нефритового кулона было отнюдь не достаточно, чтобы защитить его. С другой стороны, сокровища, наподобие каменных статуй, были слишком тяжёлыми. Ношение статуи было сродни ношению бога… Сейчас он попросту не мог сотворить такой подвиг.

«Интересно, мои родители сейчас находятся в деревне Беззаботной?» — решимость Цинь Му шагнуть вперёд гасла. Стоя на голове дракона колонны, он протянул руку вверх, будто пытаясь коснуться тьмы снаружи.

В дали, за пределами города, можно было разглядеть нечто, похожее на тоненькую мембрану, отделяющую свет от тьмы. На мембране проступил образ огромной руки, которая словно пыталась коснуться к его.

Цинь Му видел, как две руки неотвратимо приближаются друг к другу.

Из тьмы доносился шёпот, напоминающий многочисленные нежные голоса, убеждающие его войти во тьму и обнять её.

Шёпот становился всё громче и отчётливей, как если бы в его мозг проникали голоса, не переставая убеждать.

Взгляд Цинь Му затуманился, когда обе руки практически коснулись друг друга.

Тьма перед ним больше не казалась тьмой, а обширным миром, внутри которого он увидел туманный, как если бы смотрел на всё происходящее через водную гладь, образ женщины, которая пыталась дотянуться до него, чтобы коснуться его руки своей. Черты лица женщины расплывались… Несмотря на всё его желание разглядеть лицо, он не мог.

Нефритовый кулон на его груди медленно поднялся в воздух, будто пытаясь окунуться в мир тьмы.

— Му’эр, что ты делаешь? — из-за спины Цинь Му прозвучал сердитый, но в то же время испуганный голос глухого. Вздрогнув, парень очнулся от транса и тут же отдёрнул руку, покрывшись холодным потом.

Если бы он действительно коснулся руки во тьме, что бы тогда произошло? Каждый человек коснувшийся тьмы умер ужасной смертью, выглядя словно обглоданный монстрами. Его бы постигла та же участь?

Огромная рука во тьме тоже отступила, растворившись вместе с возникшим явлением.

Всё ещё рассеянному Цинь Му показалось, что он услышал донёсшийся из тьмы вздох, но глухой, судя по всему, ничего странного не заметил.

Глухой разразился праведным гневом и, оттолкнув его в сторону, дал словесный нагоняй:

— Во тьме обитают дьяволы, которые особенно хороши в очаровании людских сердец! Будь осторожен, чтобы тебя не затянуло внутрь!

«Дьяволы, которые очаровывают людские сердца? — только теперь Цинь Му ощутил запоздавший страх от произошедшего. Он спрятал свой кулон обратно под рубаху, словно пытаясь вместе с ним спрятать терзающие его мысли, и подумал про себя. — Придёт день, когда я смогу спокойно войти во тьму, чтобы найти её источник и деревню Беззаботную!»

Немного подумав, Цинь Му, повернувшись лицом к глухому, решил спросить:

— Глухой дедушка, что именно там было, во тьме? Почему я вдруг увидел в ней целый мир?

— Во тьме сокрыто Царство Тьмы, — сказал глухой и продолжил. — Старейшина деревни более сведущ в вопросах касающихся Царства Тьмы, так как он в своё время побывал в нём. Давай вернёмся в усадьбу городского Лорда, старейшина тоже там, вот и спросишь у него.

Сердце Цинь Му сжалось. Старейшина деревни побывал в мире тьмы? Он действительно настолько могучий, что выжил после того, как вошёл во тьму?

****

— Му’эр, ты действительно разглядел во тьме мир?

В усадьбе городского Лорда собрались все жители деревни Цань Лао. Бабушка Сы всё ещё носила кожу Фу Юньди. Целитель, немой, старый Ма, глухой, слепой, одноногий и мясник тоже находились здесь. Они выслушали историю Цинь Му начиная с того момента, как он поднялся на Корабль Солнца и заканчивая рукой во тьме.

Старейшина деревни не переставал удивляться:

— Я действительно побывал в мире тьмы. Когда я попал в Великие Руины, все мои надежды превратились в пыль, а сердце зачахло от нереализованных амбиций, и при всём при этом я не мог умереть…

Старейшина горько улыбнулся. Остальным старикам тоже не повезло испытать подобное чувство. У всех них хватило смелости устроить рандеву со смертью и всё же в итоге выжить. Всё потому, что на плечах каждого из них по-прежнему лежал груз ответственности, который нельзя было передать другим.

— В то время я находился на грани между жизнью и смертью, снова и снова пытаясь покончить с собой. Как-то раз я не устоял перед искушением дьяволов и вошёл во тьму, — старейшина предавался воспоминаниям с безмятежным выражением лица. — Я думал, что там-то уж точно помру, но, как оказалось, я был слишком силён… настолько силён, что тьма не могла убить меня быстро.

Услышь подобное кто-то из посторонних, то подумал бы что старейшина просто хвастается, но старики Цань Лао так не считали. После сказанного старейшиной о его силе, все просто молча согласились с ним, думая: «Он действительно слишком силён».

Насколько ужасна была тьма? Все живущие в деревне Цань Лао могли считаться одними из сильнейших мастеров мира сего, но кроме старейшины никто другой не осмелится заявить, что сможет войти во тьму и не умереть “быстро”.

Старейшина продолжал:

— Поддавшись импульсу и нырнув во тьму, я, умоляя о смерти, орал на монстров и дьяволов. Однако, именно в этот момент тьма, заволакивающая мои глаза, постепенно исчезла. Внутри я увидел целый мир. Хотя он и накладывался на Великие Руины, но был иным, странным миром, внезапно появившимся из тьмы…

Сердце каждого вздрогнуло, действительно ли существовал такой мир? Как он выглядел?

— Но даже после исчезновения тьмы, всё ещё было что-то похожее на туман, который окутал всё вокруг перед моими глазами и не давал видеть слишком далеко. Искажённые фигуры охладили мой разум, помогая заметить их, но я по-прежнему не мог отчётливо рассмотреть их. Все фигуры были невероятно сильны, даже сильнее меня. Они махали руками, словно пытаясь пригласить. Однако, вспомнив о своих незавершённых делах, я решил, что не могу там умереть и отступил назад, выйдя из тьмы, — голос старейшины стал серьёзнее. — Потом я опять пытался войти во тьму, чтобы найти тот мир, сокрытый во тьме, но не смог. Мир, который увидел Му’эр, должен быть тем же миром, что видел я. Мир во тьме я назвал “Царством Тьмы”, а мир, в котором живём мы “Царством Света”. Свет и тьма противостоят друг другу, чередуя отведённое им время. Днём безраздельно властвует Царство Света, а когда наступает ночь, то Царство Тьмы. Му’эр, Хранительница Солнца сказала тебе, что ты можешь быть родом из деревни Беззаботной, которая иногда появляется во тьме?

Цинь Му кивнул.

Все начали переглядываться, в то время как целитель улыбнулся и сказал:

— Му’эр, сначала сходи отдохнуть. Империя Вечного Мира только-только отступила. В Великих Руинах всё ещё есть люди нечистые на руку, которые смешались с честными людьми. У нас до самого утра будет слишком много дел.

Цинь Му понял и покинул усадьбу городского Лорда, возвращаясь в корчму, чтобы отдохнуть.

В усадьбе городского Лорда, старейшина деревни, целитель, одноногий, немой, бабушка Сы и остальные имели серьёзные выражения лиц. Через какое-то время одноногий усмехнулся:

— Ребёнок, которого мы воспитываем, возможно, родился в Царстве Тьмы, мире тьмы дьявола…

Железноухий глухой протяжно вздохнул:

— Мы должны были заподозрить это ещё тогда, когда он внезапно появился во тьме. Если бы ребёнок был из обычной семьи, он бы не смог выжить в такой ситуации, но Му’эр выжил. Что ты думаешь, немой?

Немой начал плясать, как петух на раскалённой сковороде, ахая, охая и жестикулируя, на что глухой ухмыльнулся:

— Не из нашей расы, сердце, конечно же, другое! Не говори за него!

— Глухой, не горячись, — целитель серьёзно проговорил. — Кулон Му’эра может как быть из деревни Беззаботной, так и не быть. К тому же, что с того, даже если он родом из деревни Беззаботной? В ней никто раньше не бывал, она может и не принадлежать Царству Тьмы и злу. Не говоря уже о том, что в Царстве Тьмы обитает не только дьявол. Кто вообще может точно знать, как Му’эр родился?

Бабушка Сы ухмыльнулась:

— Что с того, если Му’эр маленький дьявол из Царства Тьмы? Он наш ребёнок, которого мы, проливая пот и кровь, с трудом вырастили!

Одноногий сердито возразил:

— Сы, вот сейчас ты ведёшь себя неразумно…

— Неразумно? Проклятый одноногий, ты что думаешь убить Му’эра?

****

Спорящие возгласы стариков раздавались то здесь, то там, пока старый Ма, который всё это время молчал, внезапно не заговорил:

— Мы те, кто растил Му’эра. Мы также те, кто обучал его. Если мы дьяволы, то мы вырастим дьявола. Какими мы людьми являемся, того и вырастим.

Все заткнулись. Старый Ма всегда был немногословным, поэтому каждое сказанное им слово шло на вес золота.

— Старый Ма прав, — Ма был тем, кого одноногий уважал больше всех, поэтому после сказанного он сразу же кивнул головой и продолжил. — Я слишком распереживался. Глухой, а ты что думаешь?

Глухой посмотрел на немого, поскольку он с ним ладил лучше всего. Розово-красное лицо, словно поджаренное в печи, немного улыбнулось, и затем он несколько раз проахал и проохал, после чего глухой ответил ему:

— Я знаю, что ты не плохой человек, я также уверен, что и я не плохой. Если Цинь Му и станет дьяволом, мы должны винить остальных старых пердунов. Кроме меня с тобой, все прочие никуда не годятся!

Бабушка Сы рассердилась:

— Чёртов книжный червь, ты вообще знаешь как выглядят идущие по пути дьявола?

Глухой ухмыльнулся и, картинно сняв железные уши, отвернулся, словно говоря — я больше не обращаю на вас всех никакого внимания.

Наблюдая за перебранкой, голова старейшины деревни начала болеть, и он был вынужден вмешаться:

— Мы все из одной и той же деревни, поэтому, чем меньше будет сказано слов, тем лучше. Глухой, прицепи свои уши обратно, без них ты выглядишь действительно жутко, — глухой воткнул уши на место, после чего старейшина продолжил. — Я думаю попытаюсь отвести Му’эра в Царство Тьмы и посмотрю, есть ли там деревня Беззаботная.

Все застыли в шоке.

Старейшина улыбнулся:

— Не волнуйтесь вы так, когда я впервые попал в Царство Тьмы, это было четыреста лет назад. Вы думаете, что за столько времени я совсем не стал сильнее? Дайте мне немного времени на подготовку, после чего я прогуляюсь с Му’эром через тьму.

Глава 82. “Цинь” Цинь Му

На следующее утро Лин Юйсю пришла в корчму в поисках Цинь Му, чтобы попрощаться.

Девушка, как и раньше, использовала свои красивые волосы, чтобы спрятать края лица и заставить его выглядеть худее. Сидя рядом с Цинь Му, она заказала кружку зелёного чая и с ясным взглядом заговорила:

— Великие Руины — это место нищеты, оно не подходит для длительного пребывания. Мир, который ты здесь видишь — пустынное место. Только покинув его, ты смог бы ощутить обширность внешнего мира. Снаружи, заклятия и божественные искусства каждый день совершенствуются, а Имперский Наставник и император стоят у истоков нового поколения великих устремлений и способностей. Заклятия и божественные искусства Империи Вечного Мира в настоящее время переживают серьёзные изменения! У тебя есть воля и потенциал, поэтому я не хочу, чтобы ты задержался в таком отдалённом и пустынном месте. Хоть я и девушка, я всё равно хочу достичь больших успехов. Если ты готов уйти со мной, мы можем отправиться сегодня.

Цинь Му был в шоке от услышанного. Стоит ли ему пойти за ней в Империю Вечного Мира?

На самом деле он действительно хотел уйти из Великих Руин, чтобы взглянуть на внешний мир. Руины были слишком опасны и с его нынешними способностями было невозможно исследовать здешнюю местность по-настоящему. Даже старейшина деревни не смел полностью исследовать их.

Сейчас он нуждался в опыте.

Жители внешнего мира пришли в Великие Руины за опытом, в то время как Цинь Му хотел покинуть это место, чтобы набраться опыта. Приглашение Лин Юйсю казалось ему очень заманчивым.

Несмотря на то, что Имперский Наставник очень хотел занять земли Великих Руин и присоединить их к своей империи, Цинь Му не испытывал к нему никакой неприязни. Наоборот, он был высокого мнения о нём.

Имперский Наставник смог заполучить контроль над другими сектами и использует их для совместного создания самых сильных искусств, ускоряя развитие заклятий и божественных искусств. Такое мышление и талант вызывали восхищение Цинь Му.

Парень хотел выйти во внешний мир, встретить новые поколения, новые пиковые искусства, созданные таким безупречным умом.

— Где ты остановишься? — спросил Цинь Му.

— В столице, — ответила Лин Юйсю.

Парень задумался и улыбнулся:

— Я обязательно побываю в столице Империи Вечного Мира. Ты можешь вернуться туда первой, я найду тебя, когда приеду.

Лин Юйсю нахмурилась:

— Ты не отправишься со мной?

У Цинь Му разболелась голова:

— У моих наставников строгое правило: я должен пройти их испытания, прежде чем смогу уйти из дома. У меня девять наставников, следовательно, мне нужно пройти девять испытаний, прежде чем я смогу уйти, чтобы обрести новый опыт.

Лин Юйсю была поражена:

— Даже с твоими способностями, ты не в силах пройти испытания?

Она не могла поверить его словам. Одним взмахом ножа парень перед ней убил Фу Тинюэ, что было просто невероятно. Нельзя забывать, что Тинюэ был практиком боевых искусств номер один в городе Пограничный Дракон, и хоть этот титул не значил слишком много в пределах всей империи, способности Цинь Му в области Духовного Эмбриона считались поразительными. По её мнению, он без проблем мог бы войти в лучшую десятку всей Империи Вечного Мира.

С такими способностями Цинь Му не мог пройти испытания своих наставников?

— У моей семьи правила немного строже, — Цинь Му смущённо ответил. — Я должен пройти девять испытания, прежде чем меня будут считать взрослым. Однако, я пока не сумел пройти даже одного.

— В таком случае я буду ждать тебя в столице. Помни, что на границе висят Смотровые Зеркала, охраняющие империю, так что будь осторожен.

Лин Юйсю встала и собиралась уйти, но внезапно остановилась, подозрительно улыбаясь:

— Я дала тебе платок, тебе не кажется, что ты должен дать мне что-нибудь взамен?

Цинь Му немедленно обшарил своё тело, но не смог найти ничего ценного, чтобы дать в подарок. На мгновение задумавшись, он снял свой большой железный молот и отдал девушке.

Лин Юйсю не знала, смеяться ей или плакать. Кусая свои красные губы, она спросила:

— Ты решил подарить девушке большой железный молот?

Цинь Му почесал голову и снял свой нож для убоя свиней, бамбуковую трость, кисть с чернилами, мешочек с драконьими монетами и пробормотал:

— Выбери что тебе нравится…

— Забудь, я возьму железный молот, — беспомощно проговорив и потащив железный молот из корчмы, у Лин Юйсю болезненно запульсировали виски. За дверью её ждали многочисленные практики божественных искусств. Генерал Цинь Фэйюэ сидел на лошади. Когда он увидел, как выходит Лин Юйсю, его взгляд упал на огромный молот в её руках. Хотя у него и возникли некоторые вопросы, он не стал спрашивать и мгновенно проговорил:

— Подготовка к отплытию закончена. Соизволит ли седьмой молодой… седьмая принцесса сесть на лошадь?

Лин Юйсю ловко запрыгнула на лошадь. Глядя на Цинь Му, ошеломленно стоящего в корчме, она подмигнула ему и высунула язык.

— Т… Ты… — глупо глазея заикался Цинь Му.

— Я пухлый седьмой молодой мастер, которого ты назвал жирт… ным! Пастух, встретимся в столице! — Линь Юйсю хихикнула, её голос звучал ясно и громко, как звон колокольчиков. Одной рукой она держалась за большой железный молот, а другой сжимала хлыст.

Цинь Му был ошеломлён, схватившись рукой за пахучий носовой платок и не в силах ничего сказать. Цинь Фэйюэ махнул рукой, и толпа мастеров божественных искусств Империи Вечного Мира быстро окружила Линь Юйсю. Затем генерал взглянул на корчму и вошёл внутрь, сев напротив юноши. Уставившись на парня острым взглядом, он спросил:

— Твоя фамилия Цинь?

Цинь Му собрался с мыслями и переборол шок от осознания того, что Линь Юйсю оказалась пухлым седьмым молодым мастером. Кивнув головой, он ответил:

— У генерала тоже фамилия Цинь. Я слышал, как другие люди называли тебя маленьким генералом Цинь.

— В этом огромном мире есть много людей с такой фамилией, — Цинь Фэйюэ налил себе чай и равнодушно продолжил, — у некоторых из них, из-за рождения в бедности, незавидная судьба, а у других величественная, так как последние рождаются в богатстве и чести. Фамилия Цинь ничего тебе не даёт. Хотя тебе и попалась такая фамилия, ты всё равно отвергнутый, обычный простолюдин Великих Руин. Маленький брат, тебе пора прекращать верить в сказки, ты недостоин с ней связываться, — договорив, он допил чашку чая, оставил на столе золотой слиток и обернулся, чтобы выйти из корчмы.

— Маленький генерал Цинь, я не понимаю, о чём ты говоришь, — беззаботно ответив, Цинь Му встал и тоже собрался выйти из корчмы. Владелец корчмы немедленно подошёл и, поклонившись, уважительно спросил:

— Молодой мастер уходит?

Цинь Фэйюэ удивился. Он думал, что хозяин обратится к нему, и не ожидал, что тот поклонится Цинь Му.

Юноша махнул рукой и осмотрелся по сторонам, разглядывая величественные зданиях огромного процветающего города Пограничный Дракон.

Город принадлежал ему!

Он зашагал в сторону усадьбы городского Лорда и, пройдя мимо игорного дома, ему поклонилась целая толпа людей:

— Молодой мастер!

Когда он проходил возле борделя, его хозяйка вывела девушек, чтобы те поклонились, приветствуя в унисон:

— Молодой мастер!

Проходя возле книжного магазина, цветочного рынка, овощного рынка, мясной лавки, таверны, антикварной лавки, лекарственной лавки, кузницы, магазина оружия, он встречал людей, выходивших на встречу и поклоняющихся:

— Молодой мастер!

— Молодой мастер!

— Молодой мастер!

****

Цинь Фэйюэ нахмурился. Он провожал взглядом Цинь Му, направлявшегося к усадьбе городского Лорда. Парень подошёл к воротам, которые сразу же широко распахнулись. Фу Юньди, с широкой и искренней улыбкой на губах, вышел лично его встретить, тут же приказав стражникам вокруг:

— Вы ослепли или что? Разве вы не собираетесь поприветствовать молодого мастера?

Мастера божественных искусств, охранявшие ворота, поклонились и громко прокричали:

— Молодой мастер!

— Начиная с сегодня Пограничный Дракон станет нашим домом! —Фу Юньди громко рассмеялся и завёл Цинь Му внутрь усадьбы.

Цинь Фэйюэ ужасно нахмурился. Он понятия не имел, что происходит и не представлял, почему городской Лорд вёл себя так приветливо с убийцей своего сына. Казалось, будто Цинь Му был его сыном, а не Фу Тинюэ…

Он не догадывался, как Цинь Му умудрился так сблизиться с богатым и могущественным Фу Юньди.

«Необузданный варвар может быть всего лишь королём на улицах, но никогда не посмеет ступить на земли имперского двора».

Генерал развернулся и пошёл из города, однако, перед самими воротами его тело внезапно вздрогнуло. Он понял, что именно происходит, и повернул голову назад, чтобы в неверии взглянуть на усадьбу городского Лорда, которая находилась в противоположном конце улицы.

«Техника Создания Небесного Дьявола! Владычица Культа! — Цинь Фэйюэ собрался с мыслями и постарался невозмутимо продолжить свой путь. — Фу Юньди уже умер, а его кожа осталась. Владелец города Пограничный Дракон изменился! Мастера божественных искусств, верные Фу Юньди, должно быть были заменены мастерами Небесного Дьявольского Культа. Весь город — люди Небесного Дьявольского Культа! К счастью, Имперский Наставник был остановлен огромным кораблём, иначе…»

Генерал неудержимо дрожал. Теперь, когда Владычица Культа носит кожу Фу Юньди, имперской армии стоит только войти в город, как она и её сообщники разрушат здешние драконьи колонны. Таким образом, армия Империи Вечного Мира будет мгновенно уничтожена, что значительно ослабит империю и, возможно, привело бы к её распаду!

Теперь, когда власть города изменилась, он перестал быть местом, где Империя Вечного Мира смогла бы начать своё вторжение в Великие Руины.

Пограничный Дракон теперь принадлежит Цинь. Возможно, это Цинь было такое же, как у него, но принадлежало оно Му!

Глава 83. Максимальное Вооружение

— Удивительно, я могу изучать божественные искусства благодаря этим статуям!

Последние несколько дней Цинь Му постоянно ошивался вокруг драконьих колонн и храмов города Пограничный Дракон. Он засыпал в храмах, или прямо на колоннах. А при пробуждении впадал в транс, осматривая и анализируя каждый бугорок удивительных скульптур.

Используя Глаза Небес, парень мог изучать изваяния. Он анализировал три неповторимые черты: уникальную ауру, уникальную форму и уникальный дух, а также размышлял над тремя состояниями скульптур: состоянием сущности, состоянием силы и состоянием интенсивности движения. В его глазах статуи не были обычными статуями, а сгустками разнообразных видов жизненной Ци, текущими в различных направлениях, которые обладали материальной формой и внутренним духом. Удивительная энергия могла концентрировать Ци в сущность, интенсивно циркулировать Ци, а также формировать из Ци силу.

Юноша уже стал практиком боевых искусств, но всё ещё толком не касался божественных. Однако, сейчас в его голову начали прокрадываться мысли о создании божественных искусств, следуя принципам использованных божественным существом при создании божественных статуй.

Пока Цинь Му созерцал скульптуру ступающей по реке богини, циркуляция жизненной Ци в его теле начала ускоряться. Со свистом Ци трансформировалась в поток воды, который хлынул из рук, подобно реке, сформировавшей огромные вспенившиеся волны, сносящие всё на своём пути. Каждый взмах ладоней сопровождался звуком обрушивающихся волн. Тело парня начало работать, как единое целое!

Сила заключённая в ладонях стремительно росла, как вдруг жизненная Ци забурлила с такой мощью, что породила бушующую реку, которая пронеслась на двадцать метров вперёд и врезалась в огромную скалу перед храмом, расколов её на куски!

Этот удар не был божественным искусством, он был похож на заклятие, но в тоже время и нет. Он напоминал боевую технику, но точно не был ей. Какое-то необъяснимое явление.

— Простите, — Цинь Му смиренно поклонился статуе богини, прежде чем покинуть храм и направиться в соседний.

В древнем храме стояла божественная скульптура человека с когтями тигра, идущего по двум драконам. Юноша сел напротив изваяния, чтобы осмотреть его и проанализировать.

По пришествию трёх-пяти однообразных дней, Цинь Му смог понять три уникальные черты и три состояния статуи. Его жизненная Ци невольно начала повторять формы и движения Ци скульптуры. Внезапно ослепительный свет начал исходить от тела юноши, каждое телодвижение сопровождалось звуком скрежета металла!

Фигура парня напоминала божественную статую. Неожиданно вокруг него появились семь ослепительных золотых дисков с чрезвычайно острыми, но тусклыми краями. Из центра же лился интенсивный золотистый свет.

Тело Цинь Му сорвалось с места, он использовал Секрет Сжатия Меча и диски двинулись следом. Чем интенсивней циркулировала жизненная Ци, тем ярче светился диск. Неожиданно юноша ткнул кончиком меча и из семи дисков вырвались тонкие лучи света, похожие на чрезвычайно тонкие мечи, сплетённые из золотых нитей.

Чи Чи Чи!..

Семь изящных золотых лучей промелькнули в воздухе и вонзились в место, куда указал меч.

Цинь Му опустил свою руку и увидел маленькие отверстия в земле.

«Кулак старого Ма всё ещё сильнее… Аа? Что-то не то… Когда моя Ци успела смениться на Ци Белого Тигра?» — как только он начал осознавать и обдумывать произошедшее, в его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона вдруг что-то вспыхнуло. Человекоподобный духовный эмбрион глубоко вздохнул и поглотил весь золотой свет, оставшийся в золотом море!

Цинь Му почувствовал пустоту меж его бровей, разум опустел, а голова закружилась. Когда он пришёл в себя, то увидел, что духовный эмбрион снова заснул.

— Стоп, разве старейшина не говорил, что три эликсира техники Трёх Эликсиров Тела Тирана символизируют тройное пробуждение эмбриона. Почему всё указывает на то, что мой духовный эмбрион собирается пробудиться в четвёртый раз?

Парень был немного сбит с толку. Со спящим эмбрион половина его совершенствования была заблокирована, поэтому пользоваться Глазами Небес стало трудновато. Юноша сразу покинул древний храм.

— Молодой Владыка, Вам пришло письмо от Патриарха.

Как только Цинь Му вышел из храма, он увидел старца в зелёном, стоящего снаружи в поклоне. Юноша не знал, сколько тот так стоит. Старец в зелёном быстро подошёл и достал письмо из рукава:

— Молодой Владыка Вы должны прочитать это лично.

«Патриарх написал письмо для меня?»

Цинь Му откинул мысли о четвёртом пробуждении духовного эмбриона на задний план. Увидев, что письмо передано и юноша собирается открыть его, старец отошёл.

“Молодому Владыке Культа.

Прошло уже три года с нашего прощания на Вздымающейся Реке. Когда человек стареет, он лучше понимает и больше знает о своей продолжительности жизни. Я уже стар и смотря на свой жизненный цикл, понимаю, что осталось мне лишь семь лет. Надеюсь, я снова смогу увидеться с молодым Владыкой Культа и лично засвидетельствовать твоё вознесение.”

Парень убрал письмо. Послание значило, что Патриарху недолго осталось, лишь семь лет, и он хочет встретиться с ним пока жив ещё раз, а также официально провозгласить Цинь Му Владыкой Культа.

«Лин Юйсю хочет, чтобы я нашёл её в столице Империи Вечного Мира, Патриарх Культа хочет увидеться со мной. Мне пора решить, остаться или уйти», — задумался Цинь Му. Хочет ли он покинуть Великие Руины, покинуть деревню Цань Лао, оставить семью, которая его взрастила?

Юноша подозвал старца в зелёном и сказал:

— Передайте Патриарху мой ответ. Через несколько дней я покину Великие Руины и направлюсь к нему.

Старец поклонился и ушёл.

Цинь Му задумался и пошёл к усадьбе городского Лорда. Уже вечерело, старейшина деревни и остальные собрались в усадьбе. Старики были одеты в новые одежды, которые парень лично сшил для них. Цинь Му купил много шёлка для своего первого шитья одежды. Вышло неплохо, только ткань была ярковата, из-за этого старики выглядели, словно богатые помещики, которые всегда одеваются ярко и красиво.

Так как Цинь Му сделал это от чистого сердца, старики были счастливы.

— Му’эр, старейшина закончил подготовку. Он готов провести тебя в Царство Тьмы для поисков места твоего рождения, — с улыбкой на лице целитель торжественно махнул рукой. — Вы выдвигаетесь сегодня вечером!

Сердце юноши пропустило такт, все его мысли спутались, он сильно колебался:

— Во тьме так много опасностей, дедушка старейшина…

— Не беспокойся, — старейшина тепло улыбнулся. — Мои старые кости всё ещё способны справиться с подобным. Му’эр скоро мы войдём во тьму, ты не должен отходить от меня далеко. Сы, дай ему Великие Небесные Дьявольские Рукописи для защиты.

Бабушка Сы вытащила клубок ниток из корзинки и щёлкнула пальцами. Нить устремилось к Цинь Му и мгновенно сплелась в перчатку на его руке.

Парень обхватил свою руку и сильно удивился. Он не могу почувствовать перчатку на своей руке, будто её нет.

Старейшина снова произнёс:

— Одноногий, передай свой Диск Императора и позволь ему надеть его.

Одноногий снял с шеи нефритовый диск. Диск выполнял роль кулона, но не был им. Он был такой же большой, как ладонь взрослого. На артефакте были выгравированы странные писания, которые беспрерывно перетекали и видоизменялись.

Одноногий повесил диск на шею Цинь Му со страдальческим выражением лица:

— Му’эр, будь осторожным настолько, насколько это вообще возможно, ни в коем случае не потеряй его. Это то, что твой дедушка получил взамен своей ноги! Понимаешь, диск стоит, как одна моя нога!

— Не волнуйся, Диск Императора точно не пропадёт, — заверил старейшина и продолжил. — Му’эр снимай одежду.

Цинь Му не понял зачем, но снял рубаху, оголяя своё подтянутое тело.

— Снимай всё полностью, — кашлянул старейшина.

Бабушка Сы отвернулась, Цинь Му полностью разделся, но не снял перчатку на руке.

Целитель вытащил жирного червя и с болью в сердце произнёс:

— Это чаша драгоценной крови ядовитого дракона. Мне было не легко достать её…

Целитель надавил на жирного червя, и маленькая чаша постепенно заполнилась кровью.

Глухой подошёл и вытащил кисть. Погрузив её в кровь, он начал разрисовывать спину юноши. На рисунке была изображена одна из четырёх статуй, стоящих в деревне Цань Лао, скульптура старика с панцирем черепахи и змеёй, овившейся вокруг его тела.

Когда кровь дракона кончилась, глухой закончил рисовать огромную змею вокруг тела Цинь Му. Последний взмах кистью израсходовал последнюю каплю крови, на кисти не осталось не единого пятна.

— Му’эр, ты можешь одеться, — сказал старейшина и продолжил. — Немой.

Немой кузнец подался вперёд и его тело задрожало. Обжигающее пламя вырвалось из тела и приняло форму огромной печи. В пламени казалось скрывались и боги, и дьяволы.

Немой поднял руку и сильно толкнул воздух, заставив печь подлететь к парню.

Цинь Му не ощутил никакого жара, когда его тело соприкоснулось с удивительной печью. Печь начала уменьшаться, она становилась всё меньше и меньше, затем вошла в тело юноши.

Старейшина продолжал:

— Старый Ма.

Старик подошёл, и вдруг прогремел могущественный голос Будды. С ослепительно яркими солнечными лучами, из Ци сформировался величественный Будда, чью голову освещали тысячи лучей.

Жулай.

Будда шагнул вперёд и начал уменьшаться в размерах, прежде чем исчез меж бровей Цинь Му.

— Слепой, твоя очередь. — снова произнёс старейшина.

Слепой приподнял свою бамбуковую трость, постучал ей по сердцу Цинь Му и крикнул гортанным голосом:

— Глаза, пробудитесь!

Тело юноши начало неистово дрожать, он почувствовал, как бескрайнее количество жизненной Ци рвануло из его сердца к глазам. Спустя пару ударов сердца девять колец зрачков возникли в его глазах.

Глаза Небес. Зелёные Глаза Небес. Голубые Глаза Небес. Глаза Небес Киновари. Светлые Глаза Небес. Нефритовые Глаза Небес. Белые Глаза Небес. Фиолетовые Глаза Небес. Огненные Глаза Небес. Девять Глаз Небес Бога открылись один за другим!

Юноша мгновенно почувствовал, что мир в его глазах сначала был разобран слой за слоем, а затем воссоздан вновь. Казалось, что теперь его глаза способны видеть абсолютно всё.

Слепой, использовав своё совершенствование помог Цинь Му пробудить глаза. Несмотря на то, что парень не сделал это сам, небесные глаза бога не стали хуже от этого.

Мир, который видел Цинь Му кардинально отличался от того, что он обычно видел. Перед ним предстал мир через призму глаз бога!

Тело старейшины всплыло и зависло в метре над землёй. Он улыбнулся:

— Этого должно быть достаточно. Му’эр следуй за мной, мы войдём в Царство Тьмы.

Бабушка Сы приоткрыла рот, желая что-то сказать, но она не мешала им пройти:

— Му’эр, будь осторожен. Если встретишь какую-нибудь опасность, просто брось этого проклятого старика и беги обратно сам.

Сердце старейшины переполняла уверенность, когда они покидали город, и он громко рассмеялся:

— Сы, не волнуйся, я обязательно верну его целым и невредимым!

Глава 84. Странности во тьме

Стоя перед городскими воротами лицом к лицу с безбрежной тьмой, Цинь Му одолевало беспокойство. Визуально осязаемая чернота, которая при касании может убить любого, находилась прямо перед ним. Мягко пульсируя, как живое существо, тьма отталкивалась светом, что исходил от драконьих колонн и храмов на городской площади.

Юноша полный амбиций собирался ступить во тьму.

Бабушка Сы, старый Ма, одноногий и остальные, стоя прямо за Цинь Му, были озабочены больше него самого. Когда городские ворота заскрипели, их сердца словно кто-то сдавил гигантскими тисками.

Семь глухих толчков прозвучали из тела старейшины деревни. Могло показаться, что внутри него отворились семь драгоценных ворот, породивших крайне свирепую ауру. Подобно неземному божеству паря ко тьме, старик произнёс:

— Му’эр, пошли.

Цинь Му немедленно последовал за старейшиной. Пробудив свои Девять Глаз Небес Бога и взглянув на парящий впереди силуэт, парень испытал шок, ведь он увидел вместо хорошо знакомого ему старика, недосягаемого бога!

Прямо сейчас в его глазах старейшина выглядел богом с могучими конечностями, походя на богов, которых он раньше разглядывал в храмах. Единственное различие заключалось в том, что старейшина был живым богом, а боги храмов были лишь каменными изваяниями.

— Я знал, что не стоит недооценивать старика, — слепой прислонился к трости и вздохнул. — Он всё ещё намного сильнее нас!

Немой энергично закивал головой в полном согласии:

— Ах, ум, ум, угум!

— Немой прав, — уверенно заговорил глухой. — Только мы не знаем, как долго старик сможет продержаться. Если выдохнется, то они оба помрут.

Бабушка Сы тут же дважды сплюнула через плечо:

— Чур! Чур! Чтобы не сглазить! Удачи!

Находясь во тьме, нефритовый кулон на груди Цинь Му загорелся ярче, в то время как он сам старался не отставать от парящего впереди старейшины. Повернув голову назад, парень увидел посреди тьмы город, похожий на обитель ста богов. На городских стенах изображались огромные драконы, а внутри возвышались громадные боги, охраняющие этот участок земли от вторжения тьмы.

— Дедушка старейшина, — кое о чём вспомнив, Цинь Му проговорил. — Мой духовный эмбрион опять уснул.

Фигура старейшины деревни впереди споткнулась, а сияющее пламя вокруг тела почти погасло. Тем не менее, он тут же взял себя в руки и затем спросил:

— Му’эр, ты же никому больше этого не рассказывал?

В момент слабости разума, старейшина услышал доносящийся из тьмы голос дьявола. Казалось, дьяволы во тьме неуловимо перешёптывались друг с другом, пытаясь воспользоваться возможность, когда свет пламени померкнет, чтобы прорваться внутрь.

Цинь Му осторожно осмотрелся вокруг и покачал головой:

— У меня не было времени рассказать бабуле и остальным. Дедушка старейшина, разве ты не говорил, что каждое пробуждение равняется одному эликсиру техники Трёх Эликсиров Тела Тирана? Мой эмбрион пробуждался три раза, а значит мои три эликсира уже тоже пробуждены. Теперь, когда мой духовный эмбрион вновь уснул, получается у меня случится четвёртое пробуждение. Судя по всему, что-то пошло не так, когда я совершенствовался…

Старейшина деревни с облегчением выдохнул и улыбнулся:

— Всё хорошо. Три в технике “Трёх Эликсиров Тела Тирана” не подразумевают в себе непосредственно один, два, три или даже четыре. Путь порождает один, один порождает два, два порождает три, а три порождает всё остальное. Три в Тела Тирана — это “три порождает всё остальное”, поэтому существует возможность многократного пробуждения.

Цинь Му словно прозрел и с восхищением воскликнул:

— Старейшина действительно мудр!

Бусины пота скатывались со лба старика, когда он воскликнул про себя: «Я действительно сообразительный! После подобного объяснения, уже не важно сколько раз проснётся духовный эмбрион Цинь Му в будущем, теперь это будет легко объяснить. Подростка легко надурить, но тех пронырливых стариков… К счастью, они ещё не в курсе…

Однако, Цинь Му не думал, что у него случится пятое пробуждение, ведь весь свет золотого моря уже поглотился его человекоподобным духовным эмбрионом.

Тьма казалась невероятно вязкой и густой. По мере продвижения вглубь, она становилась лишь плотнее. Подобное зрелище отличалось от того, что видел раньше юноша. Тогда он протянул руку, и тьма исчезла, явив его взору Царство Тьмы, вместе с находящейся внутри женщиной, тянущей к нему в ответ свою руку…

Тем не менее, сейчас тьма становилась только насыщенней и темнее. Помимо мест, освещаемых огнями старейшины деревни, парень не мог ничего разглядеть.

Внезапно на границе света и тьмы с одной стороны всё заколыхалось, словно в то место врезался громадный монстр. Цинь Му сразу же сосредоточил свой взгляд на бурлящей зоне и его волосы встали дыбом. Он разглядел огромную тень, пытающуюся разорвать свет старейшины!

Свиишь…

Среди волос головы старика мелькнул свет меча, рванув во тьму. Тень исказилась и замерцала, будто призрак, пытающийся отступить во тьму и исчезнуть.

Свет меча отлетел назад, в то время как выражение лица старейшины стало серьёзным…

Капля крови плавно скользила по мечу, остановившись на его кончике. Цинь Му протянул руку, чтобы подхватить почти упавшую каплю, но старейшина тревожно окликнул его:

— Не трогай её!

Дзинь.

Капля крови приземлилась на землю и раздался звук, как от столкновения металла о камень. Затем вся растительность вокруг начала увядать и ссыхаться.

Они покинула район, пострадавший от воздействия капли крови дьявола, только пройдя триста метров. Увидев подобное, Цинь Му не смог сдержать в своём сердце чувство потрясения.

— Только что напавший на нас монстр тьмы был чрезвычайно силён, не слабее меня, — проговорил оглядывающийся по сторонам с крайне серьёзным выражением лица старейшина. Он едва успевал разглядывать снующие вокруг него тени, казалось, что повсюду скрывалось множество монстров. Держась на стороже, старик продолжил. — Это была капля крови бога дьявола. Если бы ты коснулся её, статуя бога, начертанная на тебе, испортилась бы и больше не смогла тебе помочь. Ты плыл вниз по течению реки, поэтому мы будем продвигаться вверх по течению.

Вскоре они добрались до одного из берегов Вздымающейся Реки. Старейшина деревни, паря в воздухе над водной гладью, продвигался вперёд, в то время как Цинь Му следовал за ним, ступая непосредственно по воде…

Оглядываясь вокруг, юноша всё ещё мог видеть постоянно переплетающиеся тени и слышать доносящиеся, казалось бы, со всех сторон шёпоты. Могло даже показаться, что дьяволы во тьме обсуждали, как будут есть их, от чего кровь стыла в жилах.

Однако, со старейшиной под боком, парень чувствовал себя в намного большей безопасности.

Старейшина произнёс:

— Мы пойдём к самому истоку Вздымающейся Реки. Нам нужно будет преодолеть около трёх тысяч километров, но твоя скорость слишком медленная, поэтому я понесу тебя.

Цинь Му внезапно почувствовал, как его тело засияло и стало столь же лёгким, как гусиное перо. Свет от огней вокруг старейшины внезапно ослепительно вспыхнул и его тело, купающееся в божественном свете, начало становиться всё более и более впечатляющим. Подобно исполину, способному поддерживать небеса и землю, он размашисто зашагал вверх по течению реки.

Цинь Му оцепенел от шока. Подобная скорость могла сравниться разве что со скоростью молнии. Всего за миг его оцепенения они пересекли “тысячи гор и рек”!

Если смотреть на старика невооружённым глазом, он выглядел совершенно обычным немощным калекой без рук и ног. Однако, если взглянуть на него используя Девять Глаз Небес Бога, то все конечности можно было отчётливо рассмотреть, они даже выглядели невероятно крепкими и мускулистыми, а сам старик казался величественным богом. Две отличающиеся друг от друга формы существовали в одно и тоже время.

«У старейшины деревни всё же есть конечности или нет?», — мысли парня спутались.

Пролетев множество километров и гор, река начала сужаться, что говорило о приближении к её истоку.

Во время своего путешествия, Цинь Му успел мельком увидеть многочисленное завораживающие виды. Например гигантов, возвышающихся вдоль прибрежной зоны и излучающих божественный свет, подобно факелам!

Ими оказались каменные статуи по обоим сторонам реки. Утром они выглядели, как обычные статуи, ночью как светящиеся, но с глазами богами, юноша словно попадал в иной мир!

Кроме деревень со статуями, с обоих берегов реки также встречались древние руины. Божественный свет превращал ночь в день, благодаря чему он мог разглядеть живых гигантов, движущихся в руинах!

— Там живут боги и дьяволы? — оцепенел Цинь Му.

Помимо движущихся в руинах гигантов, он увидел ещё кое-что более странное. Во тьме обитали бегемоты, которые появлялись только в легендах, охотясь за едой!

Божественные звери, такие же большие, как настоящие горы, сражались с монстрами, разрушали горы и раздирали землю. Вокруг тел зверей колыхался божественный свет, делая их похожими на пылающие огни во тьме!

Сегодня Великие Руины предстали перед его глазами в совершенно новом свете, походя на настоящий сказочный мир.

Когда бабушка Сы подобрала Цинь Му из воды, старики сделали вывод, что младенец и женщина в воде плыли вниз по течению. Теперь, добравшись до истока Вздымающейся Реки, если они так и не смогут найти деревню Беззаботную, то спокойно вернуться обратно.

Великие Руины являлись слишком обширными и опасными. Всего за одну ночь они физически не могли обыскать их всех.

Старейшина деревни вдруг резко остановился. Цинь Му сразу же поймал равновесие и собирался что-то сказать, но его волосы встали дыбом в неконтролируемо порыве. Он тут же сомкнул рот и даже перестал дышать.

Перед ними необъятная армия шагала вглубь Великих Руин. Её солдаты выглядели высокими и величественными, подобно ярко сияющим богам и дьяволам. Однако, их лица имели мертвецки бледный окрас, глаза не выражали никакой жизни, а из ртов торчали бивни. Несмотря на чрезвычайно ужасающую ауру, что исходила от них, эти боги и дьяволы явно были мертвы!

У некоторых из них отсутствовали руки, а у некоторых ноги, у одних имелась лишь половина головы, а у других в груди зияла огромная дыра. Оружия в их руках тоже были сильно повреждены.

Теперь великая армия, состоящая из трупов богов и дьяволов, спешила через лес, чтобы пересечь реку. В составе армии можно было также разглядеть древние бронзовые боевые колесницы, на чьих корпусах виднелось множество сколов и трещин, а развевающиеся на ветру флаги были полны дыр.

Вдалеке плыли бронзовые военные корабли. Они тоже выглядели крайне изношенными и потрёпанными временем. В борту виднелось множество отверстий, а на палубе переломанные мачты…

Цинь Му не смел дышать, даже древний как мир старик затаил дыхание, спокойно глядя на странную армию.

Когда армия трупов пересекла реку, юноша сделал жадный глоток воздуха, в то время как старейшина кинул на процессию мрачно мерцающий взгляд и сказал:

— Подойдём посмотрим поближе.

Они направились непосредственно к армии мертвецов.

Внезапно, со стороны фронта донёсся звук резни, за которым последовали внушающие трепет импульсы энергий. Старейшина привёл Цинь Му на пик горы и от увиденного оба застыли в шоке прямо на своих местах.

Куда не глянь можно было увидеть только неутомимо сражающихся истерзанных трупов богов и дьяволов. Их противниками тоже были трупы, которые обладали всеми видами оружия и испускали чрезвычайно интенсивное свечение, озаряющее всю долину и обращая ночь в день!

— Это древнее поле битвы богов и дьяволов! — старейшина слега изменился в лице и тут же подтянул Цинь Му к себе, серьёзно сказав. — Однажды мне довелось побывать на поле битвы богов и дьяволов. Там я оказался в настолько опасной ситуации, что практически погиб. Днём не было видно ни одного бога и дьявола… Но когда всё заволокло тьмой, трупы ожили и отправились войной на поле брани…

Цинь Му от шока не мог вымолвить даже слова. Насколько же непримиримо нужно ненавидеть друг друга, чтобы боги и дьяволы продолжали сражаться даже после своей смерти?

— Му’эр, будь осторожен. Сейчас мы в глубинах Великих Руин. Не ходи куда попало, — серьёзным командным тоном проговорил старейшина.

Глава 85. Одинокая лодка в море тумана

Продолжая подниматься по реке, до её истока оставалось примерно пятьдесят километров. Но странные вещи не прекращали происходить.

Цинь Му увидел впереди крайне завораживающие яркие огни, что сияли во тьме. Возле них располагалась деревня.

В деревне сидел старик, склеивающий из бумаги корабли. Каждый законченный корабль, словно обладая своим разумом, улетал и причаливал на берегу реки. Там находились промокшие до нитки мужчины и женщины, они забирались в корабли, которые затем плыли к клубящемуся в середине реки туману и бесследно исчезали.

— Они посланники смерти, — прошептал старейшина. — Они появляются ночью, чтобы ссылать умерших в реке людей. Не тревожь их…

«Посланники смерти?» — Цинь Му с любопытством взглянул на старика, лицо которого расплывалось, словно покрытое некой завесой, и не смог разглядеть его внешность.

Старик в деревне казалось почувствовал на себе взгляд и поднял голову, посмотрев на Цинь Му. Кровь в жилах юноши застыла, а душа заколебалась, будто пытаясь вырвать из тела. Однако, именно в этот момент от места между его бровями донёсся громкий голос Будды. Жулай оставленный старым Ма ярко вспыхнул и заблокировал пристальный взгляд старика.

— Живым дороги дальше нет, — по округе прокатился невозмутимый голос, затем старик опустил голову, продолжив склеивать бумажные корабли.

— Му’эр, не вмешивайся в дела загробного мира, — благоразумно посоветовал старейшина.

— Загробный мир… — в шоке пробормотал Цинь Му и затем спросил. — Мы явно находимся в Великих Руинах, а не в загробном мире, так почему дедушка ты говоришь такое?..

— В Великих Руинах много совершенно особенных мест, связанных с разными мирами. Эта маленькая деревня — место, связывающее загробный мир и наш мир, — ответил старейшина и продолжил. — И подобные места существуют не только в Великих Руинах, но и за их пределами. Когда ты попадёшь во внешний мир и встретишь такую деревню и старика, не вмешивайся в его дела. Если ты не спровоцируешь их, они не станут вредить обитателям мира живых. Однако, их осведомлённости можно только позавидовать, поэтому ты можешь задать им вопрос, — дал наставление старейшина и затем, повернувшись к старику в деревне, спросил. — Брат, позволь спросить, как попасть в деревню Беззаботную?

Старик поднял палец и указал на тьму:

— Ты не сможешь попасть в настоящую деревню Беззаботную.

Старейшина деревни уважительно поблагодарил и продолжил своё путешествие. Не известно как далеко они прошли, но нефритовый кулон на груди Цинь Му внезапно взлетел и начал указывать в конкретном направлении.

Сердце юноши затрепетало от удивления, и он воскликнул:

— Старейшина!

Старейшина деревни повернулся и, увидев, что происходит, слегка кивнул головой. Цинь Му снял с шеи кулон и, немного поколебавшись, всё же разжал кулак, отпустив его.

Кулон взмыл вверх, рванув куда-то вперёд. Старейшина сразу же повёл Цинь Му следом. Скорость кулона со временем становилась только выше, пока в конце концов не стала сравнима с падающей звездой, пронзающей тьму.

Цинь Му и старейшина быстро нагнали его, как вдруг услышали звук “хлюп”. Звук был похож на упавший в реку маленький камешек, когда кулон столкнулся с невидимой мембраной и создал волнистую рябь посреди воздуха.

Перед юношей и стариком казалось возник странный мир, который плавно раскрывал себя в ряби. Можно было разглядеть обширные земли с высокими горами, окутанные туманом. Земли были сокрыты глубоко во тьме и переплеталась с тьмой, которая в то же время была не совсем тьмой.

«Во тьме действительно есть другой мир! — старейшина с Цинь Му догнали кулон и парень, протянув руку, схватил его, не в силах собраться с мыслями. — Здесь находится деревня Беззаботная? Может и мои родители тоже тут?»

Нефритовый кулон всё ещё трепыхался в его руке, словно жаждал вернуться к себе на родину.

Цинь Му надел кулон на шею, собираясь использовать его как навигатор, прокладывающий путь, но старейшина сразу преградил ему путь и спокойно проговорил:

— Му’эр, так как мы уже здесь, в спешке нет нужды. Каждый наш шаг должен быть предельно осторожным. Внутри есть что-то странное…

Цинь Му успокоился, перед тем как шагнуть вперёд. Хотя здешний горных хребет выглядел красиво, его покрывал серый туман, от которого тот выглядел размыто…

Действительно ли здесь деревня Беззаботная? Разве посланник смерти не сказал, что они не смогут попасть в неё?

Серый туман впереди делал горы слабо различимыми для взора. Внезапно под ногами Цинь Му прозвучал хруст, за которым последовал голос:

— Ой, ты делаешь мне больно…

Цинь Му подскочил в шоке и тут же опустил глаза вниз. Под своей ступнёй он увидел шевелящуюся костлявую руку, после чего из тумана выскочил череп, уставившись на парня своими пустыми глазницами.

— Человек! — скелет пронзительной взревел, создавая в сером туманном мире отголоски эхо.

Цинь Му мгновенно сделал шаг назад и под его ногами опять что-то треснуло. Только теперь он увидел, что всю землю устилали бесчисленные скелеты. Неисчислимые кости валялись друг на друге и не известно насколько глубоко уходили!

Пробудив Девять Глаз Небес Бога и уставившись на горы, парень неконтролируемо задрожал.

Горы везде формировались из бесчисленного множества груд и куч костей, сокрытых туманом!

Волосы на затылке Цинь Му уже давно стояли дыбом, когда он, пятясь, наступал на одну кость за другой. Скелеты начали шевелиться и подниматься посреди расплывчатого серого тумана, за чем последовала какофония искажённых голосов:

— Ч-человек? Чел…к? Где? Чел-ловек где? Где человек?

— Как же давно здесь не появлялся человек! Что за человек смог сюда пробраться?

— У них есть плоть, а у нас нет… ну тогда нужно украсть. Украсть!

****

Глядя вдаль, старейшина деревни хмурился. Горы на расстоянии начали содрогаться, пока не приняли некую форму и не поднялись. Подобно монстрам, образованным из бессчётного количества белых костей, они зашагали. С каждым шагом “горы”, вокруг неё плясало множество скелетов, пытающихся подняться вверх, в итоге делая её всё больше и больше.

У этих костей всё ещё прослеживался след мощи богов и дьяволов, что явно означало, что они были костями настоящих богов и дьяволов!

Гомон голосов скелетов не прекращался. Они продолжали горлопанить, что собираются сожрать людей, которые сюда пробрались.

«Откуда здесь столько ссохшихся костей?» — даже старейшина мысленно занервничал.

Несколько маленьких скелетов, находящихся всего в метре от них, вырвались из серого тумана и ухватились за ногу Цинь Му, чтобы укусить. Парень тут же раздробил их ладонью, но уже в следующий миг к нему подобралось ещё больше. Ситуация была сродни огромной волне в безбрежном море во время шторма. Крайне пугающе!

Жизненная Ци старейшины вырвалась наружу и превратилась в свет меча, но вокруг было слишком много скелетов. Даже ему придётся повозиться, особенно с костями богов и дьяволов, образовавших горы.

Однако, в этот момент посреди лба Цинь Му расцвёл цветок света и следом за спиной проявился образ великого Будды, чтобы охранять. Бесчисленные скелеты мгновенно завопили и разбежались во всех направлениях.

Толпы скелетов, убегая, скучковались вместе, превратившись в убегающих гигантов. Некоторые из гигантов споткнулись, в итоге развалившись обратно на толпы небольших скелетов, которые тут же продолжили убегать и, опять скучковавшись, превратились в гигантов.

Цинь Му вздохнул с облегчением. Образ великого Будды, оставленный посреди бровей, действительно перепугал этих странных скелетов. Теперь они даже не смели приблизиться.

Скелетные горы вдали тоже остановились, начав наблюдать. Увидев Будду за спиной юноши, они не смели приблизиться.

Пульсирующая волна серого тумана между горами напоминала настоящее море тумана. Внезапно вспыхнул свет и Цинь Му сосредоточил всё своё внимание на нём. Он слегка удивился, когда разглядел в нём маленькую лодку, сделанную из листа, и плывущую между двумя горами костей.

Маленькая беспарусная лодка из листа плавала в тумане. На одинокой мачте в носовой части висел фонарь, от которого исходило слабое свечение. В кормовой части лодки сидел лодочник, одетый в рваный плетёный плащ и бамбуковую шляпу, гребя вёслами. Под фонарём сидел человек, который тоже был одет в бамбуковую шляпу и его лицо было невозможно ясно рассмотреть.

Маленькая лодка быстро “подплыла” к ним и человек под фонарём встал. Обернувшись, он поклонился лодочнику и достал золотую монету.

Когда лодочник протянул руку, чтобы взять монету, Цинь Му сразу увидел, что у ладони лодочника нет плоти!

Под бамбуковой шляпой и плетённым плащом находился скелет!

Скелет, который грёб на лодке!

Человек под фонарём сошёл с лодки, и слега удивился, когда увидел юношу и старика. Он поклонился в приветствии, произнеся старческим голосом:

— Брат.

Цинь Му и старейшина поклонились в ответ, произнеся:

— Брат.

Человек взялся за уголок своей бамбуковой шляпы и зашагал прочь.

Старейшина вдруг окликнул:

— Брат, у тебя есть свободная минутка?

Человек остановился, и старейшина спросил:

— Есть ли у брата парочка лишних монет?

Человек хрипло рассмеялся:

— Не принеся денег вы планировали докучать призраку лодки?

Старейшина улыбнулся:

— Вот почему я хотел одолжить у брата.

Смех донёсся из-под бамбуковой шляпы:

— Старый Бог Меча, с тех пор как я в последний раз видел тебя, прошло некоторое время. Из нашего поколения мало кто выжил. Думаю это судьба, что мы встретились здесь. Так и быть, я дам тебе немного монет Фэнду*.

Он протянул ладонь, над которой парило несколько золотых монет.

С серьёзным выражением лица, жизненная Ци старейшины приняла форму рук и ног. Он медленно протянул руку и схватил золотые монеты.

Когда обе руки коснулись друг друга, их тела покачнулись.

Человек под бамбуковой шляпой отвёл руку и повернулся, чтобы уйти, вздыхая:

— Ты старый, но ты всё ещё немного сильнее меня. Но хорошо, что я моложе и проживу чуть дольше тебя.

Старейшина провожал его взглядом, ответив:

— Ты сильнее, чем раньше, но ты не проживёшь дольше меня.

— Трудно сказать, — человек под бамбуковой шляпой прыгнул и исчез.

Старейшина раскрыл ладонь и четыре золотые монеты упали в руку Цинь Му. Руки и ноги, сформированные из его жизненно Ци, постепенно ослабевали, когда он произнёс:

— Му’эр, садимся на лодку.

Цинь Му беспокойно поднялся на борт маленькой лодки. Старейшина деревни последовал за ним, прислонившись к мачте. Лодочник в кормовой части скорректировал направление и, устойчиво и неторопливо, направил лодку к густому туману в глубины горы из скелетов.

↑ кое-что о Фэнду https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B8%D1%8E%D0%B9

Глава 86. Царство Живых Мертвецов

Цинь Му сидел под фонарём, с едва заметно сияющим перед грудью кулоном, который по-прежнему хотел вырваться и улететь вдаль, думая: «Здесь нет деревни Беззаботной? Тогда… где именно она находится?»

Маленькая лодка не спеша плыла вперёд, с не слишком низкой и не слишком высокой скоростью. Юноша заметил, что как только они взошли на борт, скелеты перестали обращать на них всякое внимание, будто перестали видеть.

Горы из скелетов вернулись к своему обычному внешнему виду, в то время как сами скелеты, казалось, вновь погрузились в молчаливо-безжизненное состояние.

Цинь Му беспомощно покачал головой, вспоминая все невообразимые встречи, что ему довелось пережить во время своего недолгого путешествия. Даже в своих самых смелых фантазиях он не мог представить подобного. Каждая встреча оказывалась более странной, чем предыдущая.

Монстры во тьме, посланники смерти в деревне у реки, мир в тумане, поездка на маленькой лодке, а также скелет лодочник… Всё это казалось таким непостижимым, но, тем не менее, случилось.

Кроме того, мир во тьме Великих Руин тоже не был таким простым, как думал старейшина деревни. Первоначально он считал, что существует только Царство Тьмы, но, судя по всему, только оно одно не могло полностью объяснить увиденное.

Царство Тьмы конечно же существовало, и также вполне возможно, что помимо него во тьме были и другие миры.

— Дедушка, кем был человек, что дал нам монеты Фэнду? — вполголоса спросил Цинь Му и посмотрел на лодочника.

— Старый друг, — с безразличным выражением лица проговорил старейшина. — Я уже очень давно его не видел и даже не слышал о нём никаких новостей, поэтому думал, что он мёртв. То, что он до сих пор жив, было для меня настоящим сюрпризом… Ведь выжить действительно впечатляющее достижение, с учётом того, что он одного поколения со мной.

Мысли юноши блуждали где-то далеко. Во времена молодости старейшины деревни должно быть родилось на свет множество героических личностей, словно звёзд на небосводе, каждая из которых сияла не тусклее самого старейшины.

Однако, жаль, но время никого не щадит. Даже если все они были несравненны в своём поколении, старость уже дышит в их спины и им осталось не много лет жизни.

— Даже если бы я знал, что он жив, не подумал бы, что он всё ещё так же непоседлив, бегая то там, то тут, и уж точно, что встречу его в подобном месте, — старик улыбнулся. — Ему учёба всегда давалась гораздо проще, чем мне, да и столкнулся он с большим количеством тайн. На самом деле мне даже завидно, что он живёт так свободно и расслабленно. Му’эр, ты можешь встретиться с ним в будущем, потому что у него нет какого-то конкретного места жительства, и он любит ошиваться везде, где веселье. Его зовут Лин Цзин. У него под левым глазом есть родинка, а на правой руке отсутствует безымянный палец, так как я его отрезал…

— Старейшина, куда нас доставит лодка? — оглядевшись, Цинь Му понял, что они уже далеко от входа в этот странный мир. Парень не знал, куда они направляются, и если продолжат плыть в том же духе, то не поймёт с какого направления прибыли.

Кроме того, кто знает, находились ли они всё ещё в Великих Руинах? Прямо сейчас они могут находится в мире, где не существует никаких Великих Руин!

Старейшина слегка нахмурился. Нефритовый кулон Цинь Му привёл их сюда, но он впервые оказался в подобной странной ситуации и в таком странном месте за всё время своего проживания в Великих Руинах. Тем не менее, поскольку кулон парня привёл их сюда, это место должно быть связанно с его происхождением.

Теперь, когда они не знали, где находятся, и не могли сойти с лодки, им оставалось только позволить странному лодочнику вести их к неизвестности.

— Му’эр, если бы мы с тобой не ушли, то я бы никогда не нашёл это место, — когда старик заговорил, туман перед ними стал менее плотным, раскрывая обширный пейзаж. Горы больше не были горами из скелетов, а рядом с морем тумана располагался деревянный причал, где могла пришвартоваться только лодка.

Маленькая лодка из листа подплывая плавно остановилась прямо у причала.

Цинь Му немедленно достал монету Фэнду, заплатив за переправу, но лодочник показал два белых костяных пальца. Он вытащил ещё одну монету, на что лодочник кивнул головой. Высадившись, они направились к земле. Юноша повернулся и увидел, как маленькая лодка и лодочник исчезли в пучинах тумана. Только блики от фонаря всё ещё были слабо различимы.

Нефритовый кулон на груди медленно взлетел, указывая в конкретном направлении.

«Странное место…» — думая в таком ключе, Цинь Му последовал за старейшиной. Почти сразу же они упёрлись в пограничный камень с начертанными на нём письменами.

— Царство Живых Мертвецов, живой стой, мёртвый иди, — оба путника были изумлены, когда Цинь Му прочитал слова на камне, после чего он нерешительно спросил. — Старейшина, мы действительно пойдём?

Старейшина посмотрел вдаль, где увидел слабо различимые образы деревень, и, улыбнувшись, сказал:

— Ну раз мы уже тут, то почему бы не сходить и не посмотреть, что впереди? Идём.

Они прошли мимо пограничного камня, как вдруг, Цинь Му изумлённо вскрикнул. Подняв обе руки, он увидел, что те стали ужасными костями мертвеца!

Парень сразу же задрал рубаху, только чтобы обнаружить, что его плоть там тоже полностью исчезла, обнажая белые кости!

Переведя взгляд на старейшину, он увидел перед собой парящего по воздуху скелета. Но кое-что было ещё более странным, у него быстрыми темпами отрастали руки и ноги!

Всё его тело состояло из белых костей, но у рук и ног была кровь, плоть и кожа! У старейшины ещё минуту назад явно не было рук и ног, так почему они внезапно начали расти?

— Царство Живых Мертвецов, Царство Живых Мертвецов… Му’эр, давай вернёмся, — вдруг сказал старейшина.

Цинь Му вернулся за пограничный камень. Осмотревшись, он увидел, как его кровь и плоть возвращаются, в то время как руки и ноги старейшины исчезают, а голова и грудь становятся нормальными.

— Понятно, не думал, что существует такой невероятный мир… — улыбнулся старейшина и вернулся в Царство Живых Мертвецов. — Пойдём осмотримся получше.

Цинь Му попытался подавить бешено бьющееся в груди сердце и последовал за стариком в невероятный мир. Старейшина приземлился выросшими ногами на землю и зашагал, но не пройдя и десяти метров остановился… Он посмотрел на свои руки и томно вздохнул, словно вспоминая о своих любимых потерянных конечностях.

Впереди раскинулся высокий горных хребет, под которым виднелось множество храмов, упорядоченно и плотно расположенных, подобно чешуе.

Ближе всего к ним находилась деревня. Практически дойдя до неё, оба путника услышали пение птиц и учуяли ароматы разнообразных цветов, навевающие спокойную атмосферу. Деревенские жители мирно сосуществовали. Счастливо работая, они выращивали скот и занимались прочими повседневными делами…

Когда старик и юноша подошли ко входу в деревню, они увидели прошедшую мимо них пухленькую свинью. Цинь Му и старейшина остановились у самого входа, так и на войдя внутрь, отчего несколько местных повернули к ним головы и окинули странным взглядом.

Через какое-то время к ним подошёл старец, чьё лицо, изборождённое морщинами, растянулось в улыбке, и спросил:

— Гости не из наших земель, я могу вам чем-то помочь?

Цинь Му и старейшина поклонились, после чего Цинь Му спросил:

— Сэр, я могу узнать у Вас, как добраться до деревни Беззаботной?

Старец поднял руку, указав на обратную сторону ближайшей горы, отвечая:

— После того, как пересечёте эти горы и пройдёте мимо ворот, вы увидите деревню Беззаботную.

— Большое спасибо.

— Пожалуйста.

Цинь Му и старейшина поднялись на гору. Когда парень повернул голову назад, то увидел, как деревенские жители всё ещё смотрят на них своеобразным странным взглядом.

— В их глазах мы мертвы, поэтому они смотрят на нас таким образом, — объяснил старейшина.

— Старейшина, есть нечто странное… Слепой дедушка помог мне открыть Девять Глаз Небес Бога, поэтому, даже не имея глаз, мне всё ещё удалось разглядеть нечто смутное… — отвернувшись, проговорил Цинь Му.

— Что ты видел? — спросив, остановился старейшина.

— От их тел исходила аура дьявола, — ответил Цинь Му

Старейшина на некоторое время погрузился в свои мысли, после чего объяснил:

— Царство Живых Мертвецов обладает правилом, которое меняет местами жизнь и смерть. Когда мы вошли сюда, то стали выглядеть как скелеты без всякой плоти, но сразу же как вышли, наша плоть моментально вернулась. Это значит, что наша плоть по-прежнему существует, только её извратили местные правила, поэтому мы не можем её увидеть и коснуться. Му’эр, поскольку у тебя всё ещё есть Девять Глаз Небес Бога, можешь ли ты задействовать их, полагаясь на свою жизненную Ци?

Цинь Му попытался почувствовать свои глаза. Затем он направил жизненную Ци к глазам и попытался пробудить Девять Глаз Небес Бога. Парень тут же почувствовал, что всё перед его глазами проясняется.

Он повернул голову назад, где увидел полностью изменившуюся деревню. Все в деревне больше не выглядели обычными людьми, а скелетами. Даже скот и пухлая свинья превратились в скелеты!

Скелеты местных отличались от людских, имея странную, отличную от обычной, форму.

Цинь Му описал то, что видел, на что старейшина нахмурился и задумался, прежде чем ответить:

— Небесная Дьявольская Орда.

«Небесная Дьявольская Орда?» — молча уставился Цинь Му.

— Небесная Дьявольская Орда — это раса дьявола. Название Небесного Дьявольского Культа тоже происходит от слов “Небеса” и “Дьявол”, но почти все члены твоего культа по-прежнему являются людьми. Однако, орда отличается. Легенда гласит, что Небесная Дьявольская Орда — это раса, пришедшая с неведомых земель и наделённая стальными нервами и волей, чтобы вторгаться на другие земли. Что касается того, откуда они пришли, никто не знает. Некоторые легенды гласят… — старейшина остановился, не закончив мысль. Взглянув куда-то вперёд, он проговорил. — Разве это может быть мир Небесного Дьявола? Не похоже и всё же… Нужно торопиться, если это действительно мир Небесного Дьявола, нам нужно как можно скорее уйти!

Минув несколько гор, они, наконец, подошли к воротам, о которых говорил старец в деревне.

Две горы играли роль столбов, а каменный мост верхней балки, формируя горные ворота, на стене которого было написано лишь одно слово, “Фэнду”.

Сердце Цинь Му со зловещим чувством подступило к горлу. Легенда гласит, что Фэнду являлись воротами ада, неужели там и правда ад?

Однако, старейшина не обратил на это внимания и прошёл мимо. Юноша сразу же последовал следом. Войдя и увидев, что находится перед ними, они удивились…

Города… Много городов… Насколько видели глаза, городам не было конца!

В самом центре квадратных городов располагались высокие, величественные святыни, храмы и дворцы, пронзающие облака.

За воротами Фэнду раскинулся огромный, безграничный и, конечно же, захватывающий мир!

«Это должна быть столица Фэнду», — подумав об этом, Цинь Му внезапно увидел разрушенный, образованный горами, корабль, от которого тянулись цепи, подобно бумажным змеям. Концы цепей крепились к серому сферическому телу…

Огромная сфера была полуразрушена.

Ею оказалась луна.

Глава 87. Ловушка

— Что здесь делает Корабль Луны? — пробормотал Цинь Му.

Это должен был быть Корабль Луны, так как он имел много сходств с Кораблём Солнца. Корабль рухнул и лежал плашмя между гор. Вокруг него повисла мёртвая тишина, и не было видно ни одной живой фигуры. Большая половина затухшей луны неподвижно зависла в небе над кораблём, находившимся в шестидесяти километрах от ближайшего города.

Направление, в котором пытался лететь нефритовый кулон, указывало прямо на корабль.

На географической карте Великих Руин находилось два корабля: Солнца и Луны. Цинь Му и старейшина уже видели Корабль Солнца, однако Луны они увидели впервые.

Корабль Луны не уступал размерами Кораблю Солнца. В то время как последний напоминал огромный вулкан с ногами, с извергающимися из вершин огнём и кипящей лавой, Корабль Луны был полностью серебристо- серым, ползая, будто трёхногая серебряная жаба. Если точнее, он напоминал жабу с кораблём на спине, ползущую среди гор.

Казалось, что Корабль Луны был жив, гора плавно поднималась и опускалась, будто дышала. Однако, корпус корабля уже был разрушен и находился в гораздо худшем состоянии, чем Корабль Солнца.

Корабль Солнца появился в Великих Руинах, а затем вернулся в Колодец Солнца, почему тогда Корабль Луны лежал в Царстве Живых Мертвецов, и не возвращался в Колодец Луны?

— Что имелось в виду под деревней Беззаботной? Фэнду или Корабль Луны? — пробормотал Цинь Му.

— Деревня Беззаботная… Что может быть беззаботным? Когда кто-то умирает, он, естественно, становится беззаботным. Может деревня Беззаботная это Царство Живых Мертвецов? — старейшина деревни сдерживал удивление в своём сердце. — Однако, под деревней Беззаботной может иметься в виду и Корабль Луны. Прорываясь сквозь тьму, люди, находящиеся на его борту, живут в мире, беззаботно и без проблем… Разве Хранительница Солнца не говорила, что деревня Беззаботная появляется только во тьме, и её местонахождение неизвестно? Это значит, что деревня постоянно перемещается, и если это так, то деревня Беззаботная может находится на появляющемся ночью и постоянно передвигающемся Корабле Луны. Ночь, деревня на борту корабля, постоянно в движении вместе с ним, не имеет фиксированного положения, Му’эр… — он сделал паузу, после которой сказал. — Это только моя догадка, однако, если она верна, ты можешь быть Пастухом Луны.

— Я Пастух Луны? — Цинь Му был немного изумлён, не понимая, что это значит.

— Если ты рождён в деревне Беззаботной, то являешься потомком Пастухов Луны, — старейшина деревни улыбнулся. — Разве ты не говорил, что встретил женщину, протянувшую тебе руку, чтобы сложить ладони вместе, когда стоял на вершине драконьей колонны города Пограничный Дракон? Я думаю, что эта женщина может быть твоей родственницей или даже твоей…

Он не договорил, но Цинь Му понял, что старик хотел сказать. Возможно, это была его мама!

Недавно, Корабль Луны, должно быть, притащил деревню Беззаботную на окраину города Пограничный Дракон. Корабль Солнца пришёл днём, а Луны — ночью. Эта женщина, вероятно, заметила Цинь Му и кулон на его шее, поэтому решила связаться с ним!

Однако, находясь в таком разрушенном и опустошённом состоянии, могли ли Пастухи Луны жить в этом месте?

Кроме того, почему Корабль Луны появился в Царстве Живых Мертвецов?

Внезапно из корабля раздалось мелодичное пение. Холодный и тоскливый голос напоминал пение матери, скучающей за своим давно утерянным ребёнком:

— Когда я ушла отсюда, ивы проливали слёзы.

Теперь я вернулась, и снег сгибает ветви.

Длинным, длинным был путь, тяжёлым, тяжёлым день.

Моё горе переливает через край, кто знает, кто знает…

Когда Цинь Му услышал песню, он почувствовал желание заплакать, вот только его плоть исчезла, и слёз тоже не было.

Песня с огромного корабля была еле слышна и казалась несколько одинокой и меланхоличной, а тоска за ребёнком наделила её оттенком мрачного темперамента.

Взглянув на Корабль Луны, парень увидел красивую женщину, стоящую на носу корабля, покрытому серым туманом, и глядящую на Цинь Му.

Их соскучившиеся взгляды, казалось, встречались в воздухе.

Цинь Му хотел закрыть глаза, но не мог. На мгновение он замолчал, затем обратился к старейшине:

— Дедушка, давай вернёмся.

Старейшина был немного ошеломлён и тихо спросил:

— Разве ты не хочешь её встретить?

Цинь Му покачал головой и отуплено проговорил:

— Она не моя родня, а это не деревня Беззаботная.

Сердце старейшины вздрогнуло:

— Что ты увидел своими Девятью Глазами Небес Бога?

Несмотря на то, что старик был могущественным, слепой всё ещё был сильнее его, когда речь шла о глазах. Теперь, когда слепой открыл Девять Глаз Небес Бога Цинь Му, парень мог видеть то, что он, возможно, не сможет видеть.

— То, что я вижу не женщина, а дьявольский бог, — взгляд Цинь Му упал на женщину на корабле, и существо, которое он видел, не было матерью, тоскующей о своём ребёнке, а злобным дьявольским богом с дискообразными костяными шипами, излучающими чёрную ауру, на спине!

Дьявольский бог тихонько пел и, казалось, пытался его приманить!

Это не была встреча родственников, а ловушка. С момента, когда кулон засиял на вершине городской драконьей колонны, всё было обманом, целью которого было заманить Цинь Му в это место!

«Господи! Даже я, бывалый старый странник, тоже почти попал в эту ловушку!» — старейшина глубоко вздохнул, его божественный свет ярко засиял, и он схватил Цинь Му, чтобы побыстрее отступить назад. В то же время, женщина на Корабле Луны внезапно взбесилась, бешено сорвавшись с носа корабля!

Женщина крутилась в воздухе как волчок, её тело становилось всё больше и больше. Её лицо также становилось всё более злобным, пока она, изо всех сил пыталась наконец избавиться от обтягивающей её кожи, раскрывая своё настоящее тело. Это был дьявольский бог, у которого было восемь длинных ног, две головы и пять хвостов!

Её ноги были человеческими руками, а её ступни были человеческими ладонями. Она быстро бросилась в воздух, начиная преследование!

— Падма Дале!

Перед старейшиной деревни расцвело несколько лотосов, заполнив небо и землю. Призрачные дьявольские будды сидели на лотосах, и все они подняли ладони и направили свои мудры в сторону старейшины!

Дьявольские будды были призраками, однако они, казалось, материализовались и обрели физическое тело. Каждое их движение отличалось от предыдущего, когда атаки посыпались на старика со всех сторон!

Будда считался святым, но этот дьявол смог вселить в него божественное дьявольское искусство. Можно сказать, что он предал священные писания и сбился с пути.

Выражение лица старейшины не изменилось и осталось спокойным. Из его пальца вырвался меч из света, пронзая лотос за лотосом. Меч из света был настолько быстрым, что Цинь Му не мог сконцентрировать на нём свой взгляд, и видел только снежно-белый свет, мерцающий среди лотосов и дьявольских будд.

В следующий момент лотосы разлетелись на куски, а головы дьявольских будд с треском взорвались, превратившись в дьявольскую Ци, разбрызгивающуюся во все стороны.

— Са Парамита!

Дьявол отпрыгнул, и как только раздался его голос, перед старейшиной деревни появился огромный, неистово вращающийся водоворот. Он напоминал монстра, у которого был рот, полный острых зубов, так как внутри летало множество острых, как бритвы, лезвий. В водовороте находился длинный радужный мост, который быстро тёк внутрь.

Старейшина и Цинь Му были мгновенно втянуты в водоворот. Радужный мост затащил двух человек во внутреннюю часть водоворота, и бесчисленные острые лезвия атаковали их со всех сторон, вращаясь в попытках их изрезать до смерти.

В конце водоворота было что-то похожее на рай, где пели птицы и росли пахучие цветы. Всё казалось очень мирным, но было очевидно, что именно там находилась самая опасная часть дьявольского творения!

— Му’эр, встань на мои волосы! — старейшина крикнул, и его волосы начали мгновенно разрастаться. Каждая прядь волос превратилась в огромный и толстый столб, стремящийся вдоль радужного моста к краю водоворота. Цинь Му запрыгнул на одну из прядей и остался на ней стоять. Он мог чувствовать, что волосы под ногами продолжают разбухать, становясь всё толще и длиннее, почти вырываясь наружу.

В то же время остальные волосы напоминали танец диких змей, ломая лезвия, летающие со всех сторон. Бесчисленные разрушенные лезвия падали в водоворот, где их раздавливало мощное течение.

Цинь Му поднял голову и возле вершины водоворота увидел огромное и злобное лицо дьявольского бога. Его глаза искрились, он широко раскрыл рот и ждал, пока старейшины в него упадёт.

Прямо в этот момент свободные пряди волос старейшины впились в рот дьявольского бога, и со всей силы потащили его внутрь водоворота.

— Му’эр, быстро иди к причалу и садись в лодку. Иди сейчас же!

Прядь волос мягко вытолкнула Цинь Му из водоворота, который затем с гулом закрылся. Старейшина и дьявольский бог исчезли.

Юноша начал падать с неба, ведь он находился на большом расстоянии от земли. Если он просто упадет вниз, то разобьётся на смерть!

Цинь Му поспешно вдохнул и со всей силы подул. Перед ним мгновенно возник ветер, и его ноги начали молниеносно двигаться, пытаясь зацепиться за кромку ветра, чтобы замедлить падение.

Юноша несколько раз вдохнул и подул, прежде чем наконец приземлился на землю. Он всё ещё находился в пределах “деревни Беззаботной”, которую покрывал серый туман, тем не менее, тьма сюда не вторгалась, поэтому он по-прежнему находился в безопасности.

Внезапно, над его головой появился огромный водоворот. Четыре толстых длинных руки вырвались наружу, пытаясь разорвать небо. Злобный дьявол высунул голову, стараясь вылезти из водоворота.

Однако, что-то, казалось, крепко схватило его за ноги, и он снова вернулся внутрь.

— Небесная Дьявольская Орда! — из водоворота раздался сердитый рёв. Когда дьявольский бог был затянут обратно, Цинь Му увидел чёрные точки, вырывающиеся из него.

— Му, быстро уходи! — голос старейшины вновь раздался из водоворота. — Иди вперёд, я догоню! Быстро, если дьявольский боги в городе услышат шум, тебе не удастся сбежать…

Водоворот исчез, и голос старейшины затих.

Чёрные точки в воздухе посыпались вниз, будто падающие звёзды, стряхивая землю при падении. Затем серый туман начал заполнять пространство, становясь всё гуще и гуще. Когда чёрные точки приземлились на землю, он был уже слишком густым для того, чтобы Цинь Му смог разглядеть что внутри.

Вскоре туман подобрался к парню, накрывая его с головой. Из серого тумана послышались тяжёлые шаги, которые падали на его сердце, будто огромные валуны.

Глава 88. Небесная Дьявольская Орда

«Дьявол затащил старейшину в водоворот, сможет ли он… — у Цинь Му в голове вертелись плохие мысли. Обернувшись, чтобы осмотреться, он увидел, что находится недалеко от ворот Фэнду. Туман ещё не полностью поглотил ворота, но, если продолжит расти, ему не удастся найти в нём дорогу. — Старейшина обладает очень сильными способностями, он определённо будет в порядке! Мне нужно немедленно уходить, а то я стану для него обузой!»

Топ, пум, тук.

Из клубящегося в воздухе серого тумана раздавались беспорядочные шаги. Некоторые слышались из-за его спины, а некоторые по сторонам. Также кто-то ходил прямо перед ним, блокируя путь к воротам.

Цинь Му собрался с мыслями и тут же бросился к воротам Фэнду. Он быстрыми темпами сокращал расстояние между собой и невероятно огромным воротам, когда, внезапно, со стороны раздался громкий рык и какая-то тень полетела ему навстречу.

Без всякого объяснения, Цинь Му выпрямил палец, управляющий мечом. Рыбий дракон меча Младший Защитник выпрыгнул, выплёвывая меч-сокровище, который разрезал серый туман и проколол тень с молниеносной скоростью!

Свишь!

С завыванием ветра меч потянул тень в сторону и со скрежещущим звуком пригвоздил к каменной колонне насмерть.

Цинь Му продолжал стремительно бежать вперёд. Пробегая мимо каменной колонны, его палец дёрнулся, и меч вернулся обратно в рот рыбьего дракона.

Труп тени скользнул по колонне, открывая его взору зловещего мутанта. У него были рыжая чешуя по всему телу и лягушачьи перепонки на руках и ногах.

Жизненная Ци мутанта ещё рассеивалась, извиваясь вокруг тела, будто огромная окровавленная змея. Цинь Му почувствовал запах рыбы, от которого у него вдруг началось головокружение. Он замер и понял, что это явно токсичное божественное искусство!

Затем он почувствовал, как рисунок, который глухой нарисовал на его спине кровью дракона, нагрелся и отравление мгновенно прошло.

«Практик божественных искусств? Я действительно убил практика божественных искусств?» — Цинь Му был ошеломлён и внезапно вспомнил, что, когда он использовал жизненную Ци для управления мечом, огромная печь, сокрытая в его груди, воспламенилась и мощь его Ци увеличилась в сотни раз!

Именно она внезапно усилила его Ци до такой степени, что ему удалось убить практика божественных искусств одним ударом меча!

Ещё более невероятным было то, что печь только на секунду усилила Ци Цинь Му. Отозвав свою Ци, та стала обычной, благодаря чему его тело не успело испытать слишком больших перегрузок.

Ситуация была сродни заполнению котла водой. Если котёл может вместить только три ведра воды, а влить в него десять, то семь выльются через край. Тем не менее, человеческое тело не было котлом и места, через которое можно избавиться от некого избытка, тоже не было, что, как правило, приводило к взрыву самого тела.

Дивная огромная печь немого кузнеца предоставила юноше в сотни раз больше жизненной Ци, чем мог произвести он, и затем сразу же втянула её обратно в себя, не повреждая тело.

Цинь Му бежал вперёд, быстро обдумывая только что произошедшее: «Получается, что даже с моим текущим совершенствованием я могу использовать божественные искусства? Но даже так, я всё ещё не могу сражаться наравне с Небесной Дьявольской Ордой».

Печь, которую немой погрузил в тело Цинь Му, обеспечивала его невероятно плотной жизненной Ци, о которой он даже не осмеливался мечтать. Раньше его кулачные навыки по-прежнему были обычными кулачными навыками, а навыки ножа обычными навыками ножа. Однако, теперь он почувствовал, что может использовать Ци печи в его теле, чтобы вывести свои кулачные навыки и навыки ножа на уровень божественных искусств!

Насколько мощными окажутся навыки, переданные ему старым Ма и мясником, когда он исполнит их на уровне божественных искусств?

Его шаги ускорялись, пока парень подсознательно не применил навык ног “Небесный Расхититель”, которому обучил его одноногий, и не затопил своё тело безграничным количеством жизненной Ци.

С очередным шагом Цинь Му, воздух перед ним пронзительно взвыл и сжался под ступнями, формируя штормовой ветер. Это был ветер, сформированный его собственными ногами.

Сделав первый шаг, он тут же почувствовал, что воздух стал плоским и твёрдым. В его глазах всё необъятное небо стало ровной землёй и местом, куда он мог ступить!

Скорость Цинь Му резко возросла, начав своё путешествие по небу. Всего за несколько шагов он вырвался из мрачного серого тумана, появившись в небе над ним, и бросился к горным воротам Фэнду.

Внезапно из серого тумана выскочила огромная фигура. Ею оказался пылающий огнём монстр, который выглядел так, словно состоял из лавы. Его удар был столь же тяжёлым, как падающая гора, когда он замахнулся в сторону убегающего на всех парах Цинь Му!

Парень поспешно увеличил скорость, прорываясь сквозь воздух, как вдруг нож для убоя свиней на его спине вылетел из ножен и приземлился рукоятью в его ладони!

Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Нож для убоя свиней славно блеснул, как если бы пылающее солнце прыгало по тысячам волн восточного моря.

Ззз кланг ззз…

Когда Цинь Му налетел на колосса, начали раздаваться непрерывный звуки столкновений. Но не прошло и нескольких вдохов времени, как он отскочил в сторону, вернув нож за спину, и побежал вдаль.

Пум, пух, бум, пум.

Падающие с неба камни обстреливали землю, пока не приземлилась огромная голова… Огромный лавовый гигант был сокрушён навыком ножа! Божественным искусством навыка ножа!

Лавовый гигант однозначно являлся могучим, обладающим неукротимой силой, практиком божественных искусств, однако, по сравнению с божественными искусствами навыков ножа мясника, он всё ещё был слабее!

Небо расколола молния и из серого тумана вышел красивый юноша, между пальцами рук и самими руками которого переплетались молнии. Сталкиваясь и щебеча, молниевые дуги образовали собой сеть и рванули в сторону Цинь Му!

«Эволюционировавшее из жизненной Ци Зелёного Дракона божественное искусство? Может ли оно быть сильнее божественного искусства навыка кулака старого Ма?» — думая об этом, Цинь Му взревел и ударил. Ци в его кулаке превратилась в драконов и сформировала сорок пять сил…

Восемь Громовых Ударов Третьей Формы — Буря Девяти Драконов!

Сорок пять зелёных драконов громко и властно взревели, проглатывая красивого юношу вместе с молниевыми дугами. Когда оба их кулака встретились, тело красивого юноши замерло и с громовым треском взорвалось, а его плоть и кровь приняли образ сорока пяти уже красных драконов!

«Я такой сильный?» — изумился Цинь Му. Он, конечно, видел Бурю Девяти Драконов в исполнении старого Ма, но тот был в конце концов старым Ма… То, что его атаки были невероятно мощными, было естественно. Однако, теперь, применив свои кулачные навыки на уровне божественного искусства, он понял, насколько действительно поразительной была мощь Восьми Громовых Ударов.

Тем не менее, Буря Девять Драконов слишком уж шумная, и определённо позволила Небесной Дьявольской Орде в густом тумане довольно точно определить его местоположение по звуку!

Цинь Му сразу же услышал звуки рассекающегося воздуха и его сердце чуть не остановилось. Судя по гудящим звукам, количество членов орды, посланных дьявольским богом, было слишком большим… Не находись он сейчас в довольно выгодном месте, то не смог бы защититься от них.

Неуклонно приближаясь к горным воротам Фэнду, перед ним внезапно всплыло чёрное облако дьявола и заблокировало видение. Вздохнув, он тут же остановился, и нырнул обратно в туман.

Из чёрного облака появилась огромная головка с кудрявыми усами. Озираясь по сторонам, из её глаз изрыгался огонь.

Чёрное облако начало быстро сжиматься, а вместе с ним и огромная голова. Когда облако сократилось до размера трёх метров, появилась уродливая женщина. Её рот был полон жёлтых зубов, похожих на торчащие во все стороны гвозди, а на спине кровавая тыквенная бутылка размером с рост человека. Как раз в неё через горлышко и погружалось чёрное облако дьявола.

Внезапно в небе появилась другая женщина, в итоге встав прямо на серый туман. У неё были красивые черты лица, белая гладкая кожа, фантастическая фигура, большие груди и худенькая талия. Однако, откуда-то из-за её спины торчал длинный и толстый хвост скорпиона, с покачивающимся на конце жалом.

Две женщины смотрели вниз, пытаясь найти Цинь Му, но не могли. Вдруг воздух рассекло острие меча и скользнуло по шее леди-скорпионши, не давая шанса даже среагировать.

Леди-скорпионша прижала руки к шее, пытаясь удержать голову на месте, но это было бесполезно, ведь её голова предательски соскользнула вниз.

Юноша исполнил рубящий удар, самое базовое движение мечом, которому его обучил старейшина деревни.

Уродливая женщина взвизгнула и позади её спины вновь появилось чёрное облако дьявола, со стоящим внутри гигантом. У гиганта была только верхняя половина тела, тем не менее, его кулаки походили на настоящие падающие горы, когда он нанёс ими беспощадный удар в сторону, где появился меч!

Буум!

Прозвучал глухой удар, за которым из серого тумана последовал стон. Глаза женщины озарились, после чего гигант в чёрном облаке продолжил свои атаки по этому месту!

Уродливая женщина улыбнулась, когда после сотни ударов увидела на кулаке гиганта размазанную кровь. Она спустилась в серый туман, коснувшись ступнями земли.

Её духовное оружие, кровавая тыквенная бутылка, было необычным. Гигант с только верхней половиной тела из бутылки образовывался техникой уровня божественных искусств, которую она совершенствовала. Подпитываясь от кровавой тыквенной бутылки, тело гиганта со временем было закалено, становясь подобно стали и обладая удивительной силой.

Уродливая женщина подошла к месту, в которое колотил гигант. Там она увидела разорванный на куски труп. Но выражение её лица резко изменилось, поняв, что трупом оказался не человек, а член её клана!

В этот момент её сердце ощутило холод, ведь меч Младший Защитник пронзил её со спины.

Находящийся позади неё Цинь Му молча извлёк меч и побежал, скрываясь в сером тумане. Под покровом густого тумана он задействовал Небесного Расхитителя одноногого. Подобные обстоятельства были идеальны для убийств из засады!

Пригнувшись, юноша крадучись направился к другим источникам звуков, используя свои меч или нож, чтобы убивать врага одним ударом!

Огромный серый туман постепенно становился всё плотнее и непрогляднее, что даже он, полагаясь на свои Девять Глаз Небес Бога, не мог видеть слишком далеко.

Внезапно перед Цинь Му заскользило чёрное щупальце, вынудив его неподвижно замереть, чтобы дать тому проскользнуть мимо.

Сс Чи Зз…

Послышались утончённые звуки, когда шёлковые пауки, плетя паутину, пролетали мимо него.

Пауки задрожали, словно кто-то наступил на шёлковую паутину и натянул, и заиграла мелодия, напоминающая игру на струнном инструменте.

Пауков со временем становилось только больше, пока они в итоге не облепили все окрестности вокруг парня, а множество щупалец в тумане взмывали в воздух, пытаясь прижать его.

Цинь Му нахмурился и спокойно направил свою Ци в белую перчатку. Из перчатки незаметно высунула свой кончик нить, точно так же, как тоненькая духовная змейка.

Тоненькая нить в абсолютной тишине впилась в шёлкового паука и вместе с ним медленно поползла по паутине к другому пауку, затем продырявила первого на сквозь и впилась во второго, продолжив раз за разом повторять это действие. Белая перчатка была Великими Небесными Дьявольскими Рукописями, состоящими из бесчисленного множества скрученных письмен… Они могли легко изменять свою форму и размер по своему усмотрению, поэтому бабушка Сы сплела из этого сокровища перчатку, чтобы Цинь Му мог носить её на руке.

Контролируя Великие Небесные Дьявольские Рукописи, юноша отпускал всё дальше тоненькую нить под прикрытием шёлкового паука. Через некоторое время нить настолько разошлась, что покрывала только его пять пальцев.

Глава 89. Меч против Дьявольской Орды

Жизненная Ци Цинь Му начала активно циркулировать, приняв форму нити и выхватив из ножен меч Младший Защитник. Полагаясь на направление сокращений мышц щупалец, он точно понял настоящее местонахождение их владельца. Сжав пальцы, как если бы что-то хватая, его левая рука метнулась вперёд, и в то же время со стороны меча начал доноситься протяжный гул. Меч мгновенно поразил серый туман и оттуда донёсся пронзительный визг. В этот момент паутина, словно от толчка, дрогнула, и к нему полетела женщина с восемью когтями на спине. Восемь, острых как бритва, когтей устремились в сторону юноши.

Пять пальцев на правой руке Цинь Му растопырились и свирепо сжались, отчего вся паутина вокруг взмыла в воздух, закутав леди с восемью когтями в кокон ещё на полпути к нему. Он использовал свою Ци, контролируя Великие Небесные Дьявольские Рукописи, и изрубил мечом леди с когтями на маленькие кусочки!

Юноша с облегчением выдохнул, в то время как тоненькая нить рукописей втянулась обратно в его перчатку, не оставив на себе даже капли крови.

«Какая раса у Небесной Дьявольской Орды? Они похожи на нас, людей, но всё же не люди. Они также похожи на демонов, но и ими они не являются. А ещё у орды есть сходство с жуками, но они явно не жуки. Так странно…» — думая в таком ключе, Цинь Му продолжил идти вперёд, бесшумно ступая по паутине. Полагаясь на навык ног одноногого, его тело становилось по-настоящему лёгким.

Меч Младший Защитник влетел обратно в рот рыбьего дракона позади юноши, тем не менее, он продолжал использовать свою Ци для поддержки ножен в форме рыбьего дракона, чтобы быть готовым к бою в любой момент.

Цинь Му осторожно подошёл к убитому мечом существу из орды, чтобы поближе рассмотреть тело. Оно имело восемь ног, которые больше походили на длинные щупальца. Зрелище было действительно пугающим.

«Такой густой туман мне явно не на руку, однако, орде он тоже не даёт преимуществ. Если они не смогут атаковать меня толпой, я, скорее всего, спасусь!» — когда мысли Цинь Му дошли до этого места, он остановился посреди тумана и замер, начав прислушиваться к окружению в попытке услышать хоть что-то… Прямо сейчас, всё вокруг него внезапно затихло, он не слышал ни единого звука.

Парень поднял камень и подбросил его. Когда камень упал, раздался звонкий, отчётливый звук. Кроме звука от столкновения о землю не было слышно совсем ничего. Немного подождав, он бросил второй камень, но результат остался неизменным.

«Видимо я перерезал всю орду поблизости. Я в безопасности…» — с облегчением вздохнул Цинь Му.

Внезапно по долине пронёсся сильный ветер, полностью сметая туман, что клубился в воздухе. Осмотревшись по сторонам, юноша почувствовал, как волосы на его затылке встали дыбом. Вокруг него всё ещё находилось несколько сотен практиков Небесной Дьявольской Орды…

Всё это время они неподвижно стояли в тумане и ждали пока Цинь Му сделает неверный шаг.

Парень явно не ожидал увидеть столько врагов вокруг себя! Он тут же прыгнул в небо и побежал по воздуху, в то время как сотни практиков Небесной Дьявольской Орды в унисон набросились на него.

Они были практиками божественных искусств, но если распределять по внешнему виду, то среди них было всего восемь различных типов. У некоторых из них была внешность мутанта с рыжей рыбьей чешуёй, такого Цинь Му уже раньше встречал и убил. Вторым типом были лавовые гиганты, третьим красивые юноши, а четвёртым уродливые женщины. Пятым типом были человекоподобные леди с хвостами скорпиона, шестым женщины с восемью когтями, а седьмым мутанты с восемью щупальцами. Последним, восьмым типом, были мутанты с двумя огромными змеями вместо рук.

Агрессивно настроенная толпа синхронно взмыла в небо, направив экзотические божественные искусства и странные части тела в сторону Цинь Му. С такой плотностью атак, у парня не было ни единого шанса защититься или уклониться. От осознанием своего бессилия, всё внутри него от ужаса похолодело…

Однако, в этот самый момент, из места посреди его бровей, вырвалась аура Будды, за которой появился и сам великий Будда.

— Ом Мани Падме Хум!

Будда сложил ладони вместе и его аура, в форме колец, разлетелась по округе. Неисчислимое количество разорванных конечностей разбросало по сторонам созданным Буддой ураганом, попросту стирая с лица земли остатки Небесной Дьявольской Орды.

Аура Будды постепенно утихла и его огромный образ растворился прямо перед глазами парня. Это был образ великого Будды, который старый Ма вложил меж его бровей. Он мог быть использован лишь единожды, в ситуации, когда над Цинь Му зависла невероятная, угрожающая жизни, опасность.

Юноша, на мгновение потеряв дар речи, выдохнул:

— Откуда взялся сдувший туман ветер? Если бы не он, орда бы не нашла меня.

Цинь Му наконец-то увидел источник ветра, он исходил от медленно поднимающегося Корабля Луны. Корабль был намного больше города Пограничный Дракон и сила, необходимая только для того, чтобы поднять его, создала сильный штормовой ветер, прогнавший туман.

«Кораблю Солнца для движения нужен Хранитель Солнца. Неужели на борту этого судна находится Хранитель Луны? Если там и вправду находится Хранитель Луны, то вместе с ним там также могут находиться члены моего клана…» — на мгновение Цинь Му засомневался, но затем он увидел огромный, как колонна, столб чёрного дыма, поднимающийся в воздух в ближайшем к кораблю городе. Было очевидно, что местные заметили здешнюю шумиху.

Отбросив лишние мысли, Цинь Му рванул в сторону ворот Фэнду, изо всех сил стараясь как можно быстрее оказаться по ту сторону гор. Без всяких сомнений он использовал Небесного Расхитителя одноногого, развив не поддающуюся обычной логике скорость, напоминая блики света и мелькание теней!

На борту Корабля Луны можно было заметить странное движение, означающее, что там кто-то есть. Однако, Цинь Му ничего не мог поделать, ведь прямо сейчас находился в крайне опасной ситуации.

Минув ещё несколько гор, он вновь увидел серое море тумана и уже было собирался пролететь над ним, как почувствовал откуда-то снизу всасывающую силу, что втянула воздух под его ступнями и заставила упасть с неба!

Бам!

Дым и пыль поднялись вокруг образовавшегося от столкновения Цинь Му с землёй небольшого кратера. Поднявшись, парень понял, что находится в деревне, в которую заходил, впервые сойдя на берег.

В этот момент, деревенские побросали все свои дела и с интересом уставились на скелет.

То, что заставило исчезнуть воздух под его ступнями, было кузнечным мехом и находилось в руках у человека похожего на кузнеца. Края ручек были обмотаны человеческой кожей, сформировавшей воздушный мешок, внутри которого находилась пружина, открывающая его после сжатия воздуха, в то время как роль сопла выполняла человеческая голова…

Человек, похожий на кузнеца, сжимал в руках две ручки. Именно он, с помощью своего ужасающего приспособления, высосал воздух из-под ног парня, заставив его бесконтрольно упасть.

Перед соломенной хижиной по соседству стояла пухленькая тётушка, нарезавшая начинку для вареников своими ножами, лезвия которых были измазаны в крови. Позади Цинь Му, мужчина, избивавший рисовые зёрна, остановился и достал толочь из ступы. На другом конце толочи находился огромный молот, с которого стекала кровь, а внутри ступы был не рис, а человеческая голова.

В задней части деревни портной нарезал ткани из человеческой кожи. Поднявшись, в одной его руке были ножницы, а в другой измерительная линейка.

Помощник в мастерской красителя достал из наполненного кровью котла человеческие кожи и начал их развешивать. Когда помощник увидел упавшего Цинь Му, он взял кожу, которую всё ещё держал в руке, под локоть, и вытер испачканные в крови руки о передник, свисавший на его груди.

Ребёнок, сидевший на корточках возле своего дома и что-то жевавший, выплюнул на землю начисто обглоданную кость человеческого пальца. Большая толстая свинья фыркнула, проходя мимо него с толстой белой рукой в пасти. Старец у выхода из деревни покуривал трубку, вырезанную из человеческой кости. Каждый клуб дыма, выходящий из его рта, формировал череп, который, издавая скорбные вопли, рассеивался в воздухе.

Всё больше и больше деревенских появлялись перед и позади Цинь Му, отрезая ему все возможные пути отступления. Рыбий дракон позади него выплюнул меч, в то время как левая рука уже держала обратным хватом нож.

Внезапно жизненная Ци в его теле пришла в движение и бросилась к рисунку, оставленному на нём глухим с помощью драконьей крови. В одно мгновение невероятная мощь наполнила его тело, даруя силу под стать дракону и заставляя чувствовать себя богом!

Несмотря на то, что он находился в форме скелета это было всего лишь обманом зрения. Его кожа и плоть всё ещё находились на своих местах, их просто нельзя было увидеть или коснуться. Когда старейшина деревни сказал ему открыть Девять Глаз Небес Бога, он понял в чём было дело.

В этот момент рисунок глухого на Цинь Му окончательно пробудился, давая ощущение несравненной мощи, затопившей его тело, и резонируя с его собственной бурлящей жизненной Ци. Переполнившая его тело Ци вырвалась наружу и сформировала образ огромного питона, извивающегося вокруг него!

Аура Цинь Му быстро разрасталась, а из-под ступней внезапно выстрелили два водяных столба, мгновенно превратившихся в огромную волну, внутри которой можно было увидеть очертания огромной Чёрной Черепахи.

Он был похож на пробудившегося от долгого сна бога, обладающего безграничной мощью и чувствовал, что способен изменять течения рек одним мановением руки!

«Проруби себе выход из деревни!» — в голове Цинь Му осталась всего одна мысль. Он должен был несмотря ни на что выбраться из проклятой деревни!

Сшш, сш, кхх.

Вокруг него от деревенских жителей раздались звуки раздирающейся человеческой кожи. Со страшным звуком разрывающаяся кожа раскрывала взору высокие и крепкие тела практиков Небесной Дьявольской Орды!

Дети, женщины и даже свинья изменили свой внешний вид, превратившись в практиков божественных искусств орды. Некоторые и них даже пробудили Божественное Сокровище Семи Звёзд!

Только старец остался возле выхода из деревни и продолжил покуривать трубку из человеческой кости, явно пока не собираясь изменять форму.

— Умрите! — Цинь Му заорал и бросился в сторону выхода.

В момент, когда он сделал первый шаг, орда двинулась с места и напала на него!

Обе руки Цинь Му крутанулись и из-под них хлынули гудящие волны воды, формирующие бурлящую реку. Широкая и могучая река была похожа на огромного питона, который, одним ударом, поглотил в себя всю кишащую вокруг Небесную Дьявольскую Орду. Одного незадачливого взмаха хвоста огромного питона хватило, чтобы разбить на мелкие куски дома во всей деревне… Удар был равен мощи потопа, вздымающегося до небес!

Цинь Му нанёс колющий удар пальцем и Младший Защитник погрузился в бурлящие воды реки, в которой всё ещё находились практики орды. Он выполнил все базовые удары, которым его обучил старейшина, почти без единой ошибки, вплотную приблизившись к их идеальному исполнению!

Огромная река в одно мгновение покраснела от крови и стала алой. Внутри реки плавали трупы практиков орды, которых он только что порубил на куски.

Под ногами Цинь Му поднялась огромная волна, в которой находилась Чёрная Черепаха, подхватившая его и волнистыми движениями понёсшая по реке к выходу из деревни. Когда река утекла вдаль, всем что осталось позади была ровная земля, с валяющимися то тут, то там трупами… Всю деревню с её жителями попросту смыло!

Глава 90. Убивающий демонов меч, что горизонтально лежит на коленях

Спокойное выражение лица старца, курившего возле выхода из деревни трубку из кости человека, наконец-то изменилось. Он развернулся и увидел поистине властно выглядящего Цинь Му, ехавшего на волнах, которые одна за другой обрушивались вниз и создавали небольшое землетрясение!

Поток, казалось, при достаточной скорости сможет разрушить и порубить всё на своём пути!

Происходящее было проявлением чуда жизненной Ци Чёрной Черепахи. Если скорость движения воды за одно мгновение достигнет ста пятидесяти метров в секунду, то та запросто срежет сталь. Если такая вода столкнётся с человеком, последнего моментально разрежет пополам… нет ничего такого, что она не сможет уничтожить.

Цинь Му ехал на гребне волны, бросаясь на старца со свирепым выражением лица!

Задействовав рисунок глухого из ценной драконьей крови вкупе с огромной печью, помещённой в его тело немым, парень чувствовал невероятную уверенность в себе. Ему казалось, что он может одолеть любого!

Всё ещё курящий трубку старец выпрямил свободную ладонь, встретив ею могучий речной вал. Река скользила вперёд, подобно огромному питону, пока всем потоком не обрушилась на врага и в итоге не превратилась в кучу больших луж, забрызгавших всё вокруг!

В тот же момент два пальца старца нежно схватили и остановили скользящий вперёд меч Младший Защитник!

— Ты уже нашёл деревню Беззаботную? — усмехнулся старец, который по-прежнему держал кончик меча. Но юноша не замедлялся даже на миг, его ладонь уже упёрлась в рукоять и надавали со всей силы, проталкивая лезвие меча дальше!

Мощь старца оказалась вне ожиданий Цинь Му. Однако, с помощью своих Девяти Глаз Небес Бога, он мог видеть изменение силы в его теле. Когда старец поднял ладонь, чтобы уничтожить речную волну и схватить меч, его сила достигла своего предела. А исходя из того, что тело парня было намного сильнее, у старика на защиту совсем не оставалось сил.

Драгоценная драконья кровь, поддерживаемая рисунком глухого, подняла физическую силу юноши до максимума, стоя наравне с его беспощадной магической мощью!

Когда меч скользнул вперёд, старец сразу же переменился в лице. Его пальцы не смогли удержать лезвие, проколовшее ладонь и устремившееся прямо к груди.

— Давай ка я тебя сейчас отправлю в деревню Беззаботную, старик!

Под ступнями ног Цинь Му произошёл взрыв силы, с неудержимым импульсом подталкивая меч к старцу. Тот всё это время сидел, но сейчас был вынужден привстать и упереться ногами в землю. Тем не менее, даже так ему не удалось защититься от подавляющей мощи противника, и его ноги проехались по земле, образовав две длинные борозды!

Клац!

Вторая рука старца покрепче сжала костяную курительную трубку и изо всех сил ударила ей по мечу. Рука Цинь Му онемела от вибраций, из-за которых тот немедленно отпустил рукоять и затем подхватил её Ци. Когда меч, контролируемый Ци, оказался на высоте шеи старика, парень, целясь в неё, нанёс горизонтальный дугообразный удар!

Форма Меча Волны!

Этому навыку Цинь Му научил старейшина и, несмотря на то что тот был всего-навсего простым колющим ударом с последующим волновым взмахом, его сила была невероятной.

Старец тут же увернулся, но меч, сделав полный оборот вокруг своей оси и начав рисовать своим кончиком вторую дугу к шее, вынудил его отступить!

Если он отступит ещё дальше, то упрётся в пограничный камень, служащий входом в Царство Живых Мертвецов.

В этот момент лужи воды вновь взмыли в воздух и, будто огромные питоны, начали сворачиваться вокруг старика. Костяная трубка внезапно вылетела из его руки, парируя взмах Младшего Защитника и одновременно выпуская густой дым из горлышка…

Дым превратился в нескольких визжащих черепов, нырнувших прямо в тело Цинь Му в попытке вырвать его душу. Однако, у них ничего не получилось, потому что тот запечатал свою душу техникой создания Небесного Дьявола.

Юноша сделал глубокий вдох после чего резко выдохнул, создавая необузданный штормовой ветер!

Вууууу!

Под гнётом его дыхания туман вместе с черепами полностью рассеялись. Несмотря на то, что он не изучал заклятия и божественные искусства ветра, его текущее совершенствование, усиленное глухим и немым, достигло невероятной мощи. Полагаясь на него, даже его дыхание могло превратиться в заклятие уровня божественного искусства.

Табачная трубка скрестилась с мечом, создав сноп искр в месте их соприкосновения. Искры мгновенно превратились в пылающую лаву, бросившуюся в лицо Цинь Му, который уклонился, сделав несколько замысловатых шаркающих шагов, и увеличил интенсивность своих атак.

Огромные водяные питоны обернулись вокруг старца, направив в него колющие удары бесчисленного числа водяных мечей. Его табачная трубка внезапно увеличилась в размере и, повернувшись горлышком вниз, засосала в себя всю воду. Однако, это также потушило огонь внутри неё.

Цинь Му, подобно неуловимому фантому, приблизился к старику и начал остервенело атаковать, как если бы стал Тысячеруким Буддой. Было трудно заметить, кулак он использовал или ладонь. Навык его кулака вдруг изменился, могло даже показаться, что в его руке светился нож, а если ещё учесть непредсказуемые шаги, это делало его атаки практически невозможными для парирования.

У старца не было иного выбора, кроме как продолжать отступать. По силе он превосходил противника, но движение ног, а также навык кулака и ножа Цинь Му были непредсказуемо странными. Не говоря уже о невероятно остром Младшем Защитнике, которого не смогла побороть даже его табачная трубка. Движения меча парня были очень простыми, но невероятно точными и эффективными… Они обладали высокой скоростью и достаточной силой, чтобы постоянно пробивать защиту трубки, пользуясь его слабостями!

Цинь Му был похож на мастера навыков меча, а использование таких простых и грубых ударов, словно тот не прикладывал никаких усилий, только подкрепило образ. Тем не менее, сами удары содержали в себе сумасшедшую силу, вынуждая его отступать.

Полагаясь на простейшие движения мечом, которым научил старейшина, и на Девять Глаз Небес Бога слепого, Цинь Му преуспевал в каждом ударе!

Старик сделал шаг назад и удивился, краешком глаза увидев пограничный камень.

Подняв нож и надавив вперёд, Цинь Му заставил старца отступить ещё на один шаг… шаг, который привёл к исчезновению его плоти, превращая в кучу белых костей. Затем он сам сделал шаг вперёд, выйдя из Царства Живых Мертвецов и мгновенно возвращая себе плоть.

Без единого слова старик развернулся и исчез в море тумана. Вернув себе плоть, Цинь Му обрёл новую силу в теле, а потерявший её противник, наоборот. С такой нехваткой силы единственное, что оставалось старику — побег.

Цинь Му с облегчением вздохнул. Противник оказался чрезвычайно сильным. Если бы они продолжили сражение и драгоценная драконья кровь потеряла свой эффект, его бы тут ждал лишь один исход — смерть.

Подойдя к пристани перед морем тумана, он осознал, что оно практически безгранично. Однако, где-то вдали виднелся едва заметный свет фонаря.

«Успеет ли старейшина?» — с тяжёлыми мыслями Цинь Му повернулся и увидел в Царстве Живых Мертвецов мрачные дьявольские облака, которые там просто кишели. Было очевидным, что сильные практики горда были призваны сюда для расследования. У них не займёт много времени, чтобы добраться до места, где он сейчас находится.

Юноша подождал ещё немного. Когда лодка, подсвечиваемая фонарём, причалила у пристани, старейшина всё ещё не прибыл.

Дьявольские облака сокращали дистанцию и если он не уйдёт сейчас, то не сможет уйти никогда.

Вынув монету Фэнду, Цинь Му хлопнул ею о столб у причала, оставляя на нём, и затем поднялся на борт маленькой лодки.

Лодочник в рваном плетёном плаще развернул лодку и поплыл в туман. Цинь Му стоял на носу, но не видел и следа старейшины, отчего в его сердце всё поникло.

Дьявольские облака заполонили деревню и вскоре добрались до пристани. Однако, лодка уже давно бесследно исчезла в тумане.

«Дедушка старейшина невероятно силён, он однозначно вернётся живым!» — Цинь Му утешил себя и сел под слегка качающийся фонарь. Он достал меч Младший Защитник из ножен и положил горизонтально на коленях, молча уставившись в клубящийся впереди туман. Сила рисунка глухого из драгоценной драконьей крови уже начинала угасать. Огромная печь постепенно тухла и уже практически полностью остыла.

Маленькая лодка неторопливо продвигалась всё дальше и дальше.

Внезапно туман под лодкой взмыл вверх, раскрывая взору Цинь Му бросающегося на него скелета в порванной одежде!

Цинь Му, казалось, давно ждал его атаки и в момент, когда череп скелета выскочил из моря тумана, меч Младший Защитник, до этого находившийся на его коленях, уже был поднят.

Форма Рассекающего Меча!

Цинь Му, сидя и глядя прямо перед собой, ударил горизонтальной дугой на сто восемьдесят градусов. Белый скелет в лохмотьях попытался заблокировать удар своей поспешно вытащенной табачной трубкой из человеческой кости, но рассекающий выпад был сделан слишком внезапно, не давая возможности вовремя защититься!

Младший Защитник отрубил череп скелету ещё до того, как тот успел поднять свою табачную трубку. Череп упал в пучины моря тумана, но его тело, как ни странно, всё ещё осталось стоять на борту. Скелет по-прежнему стоял в уклоняющейся позе, но силы в конечностях отсутствовали.

— Всё это время я видел тебя под лодкой и выжидал пока ты сделаешь свой ход, — бормоча, Цинь Му спрятал свой меч обратно в ножны. Узорчатые переплетения девяти небес в его глазах бога мало-помалу исчезали. Сила крови дракона в рисунке глухого также стремительно рассеивалась, когда он продолжал обращаться к обезглавленному скелету. — Я видел всё от момента, когда ты пробрался в туман и начал следить за лодкой. Я всего-навсего ждал момента, когда ты бросишься в мои руки, чтобы умереть.

Белый скелет внезапно потерял все силы и упал на пол, разлетевшись во все стороны.

Цинь Му посмотрел на трубку из человеческой кости и на миг заколебался, но затем сразу же выбросил её и остатки скелета за борт. Табачная трубка была драгоценным сокровищем, ведь она смогла заблокировать немалое количество ударов его меча-сокровища, принадлежа к очень высокой категории духовных оружий. Он не взял и выбросил её только потому, что она была сделана из человеческой кости.

— Дедушка старейшина, ты точно должен быть в безопасности… — бормоча самому себе, парень сел обратно под фонарь и положил меч на колени.

Маленькая лодка проплыла мимо гор из белых костей в направлении ко входу в это невероятное место.

****

В небе Царства Живых Мертвецов внезапно образовался водоворот. Он был разрублен пополам ослепительным светом меча старейшины, который, исходя из льющейся вниз крови, убоем прорезал себе путь наружу.

Водоворот кровавого цвета непрерывно разбрызгивал кровь. Казалось, будто само небо кровоточит.

Развернувшись, старейшина пошевелил своими десятью пальцами и из каждого из них вырвался световой меч… Мечи, подобно гвоздям, впились в водоворот, пытаясь запечатать его. Из почти закрывшегося водоворота всё ещё текла кровь, будто на другой стороне находится огромный монстр, яростно атакующий вход. Однако, световые мечи старейшины заблокировали ему все пути наружу.

Деревенский старейшина вздохнул с облегчением и немедленно направился в сторону ворот Фэнду. Он почти пролетел мимо горных ворот, но резко остановился, когда увидел странного мутанта с двумя крыльями и головой птицы. Мутант стоял на одной ноге, а вторую спрятал под перьями.

Глава 91. Хранитель Луны

— Фэнду запретная земля для живых, — скрипуче, с птичьими нотками, заговорил птицеголовый мутант, звуча крайне странно и совсем не так плавно, как могли выражаться люди. — Ты живой человек. Ты не должен был сюда приходить.

— Но я уже здесь, — улыбнулся старейшина, выглядевший крайне серьёзно ещё миг назад.

— Если хочешь уйти, тебе придётся заплатить цену, — проскрипел птицеголовый мутант.

— Какова цена? — полюбопытствовал старейшина.

— В Фэнду есть Король Ада, — говоря, глаза птицеголового мутанта уставились на собственный клюв. — Король Ада заметил тебя и восхищается тобой, поэтому у него есть требование. Если ты согласишься на него, то волен сегодня уйти.

— Что за требование? — вежливо спросил старейшина, тем не менее выражение его лица едва заметно дрогнуло.

— После смерти, ты станешь частью этого места, — проскрипел птицеголовый мутант.

Старейшина что-то нерешительно бормотал себе под нос, но вдруг улыбнулся:

— Царство Живых Мертвецов, Царство Мёртвых Живых. Если я умру и по-прежнему могу попасть сюда, то зачем отказываться? Быть живым снаружи, значит быть мёртвым тут, быть живым тут, значить быть мёртвым снаружи. Не так уж плохо продолжить жить здесь после смерти. Я согласен. Однако, могу ли я задать тебе несколько вопросов?

— Можешь, но я не обязательно отвечу, — склонил на бок голову ответивший птицеголовый мутант.

— Корабль Луны — это деревня Беззаботная? — слегка улыбнулся старейшина.

— Нет.

Удивившись, старейшина не сдержал выкрик:

— Если корабль не деревня Беззаботная, почему тогда он притягивает кулон Му’эра? Почему кулон привёл нас сюда? Почему Корабль Луны находится здесь?

Птицеголовый мутант нахмурился и его глазные яблоки опять уставились на свой клюв, было очевидно, что ему не понравилось, что старейшина задал столько вопросов, но он всё же проскрипел в ответ:

— Пастухи Луны на борту Корабля Луны все вымерли, их нет. Корабль Луны был отправлен сюда последним Хранителем Луны. На корабле находится мертвец, можешь спросить у него, может и ответит.

— Мертвец? Неужели Хранитель Луны? — был сбит с толку старейшина.

Птицеголовый мутант поднял ногу и, взъерошив ею перья на шее, нашёл золотого жучка, которого тут же съел, после чего нетерпеливо процедил:

— У тебя слишком много вопросов.

— Что с дьявольским богом, который напал на меня? Разве Фэнду не территория Небесной Дьявольской Орды? — продолжил спрашивать старейшина.

— Она тоже здесь обитает. Но это место принадлежит Королю Ада, а не Небесной Дьявольской Орде, — птицеголовый мутант закрыл глаза, используя свой клюв, чтобы покопаться в оперении. — В будущем ты тоже будешь здесь обитать, как и она, ведь Король Ада восхищается тобой.

Старейшина мрачно вздохнул. Первоначально он думал, что это мир дьявола и не ожидал, что ошибся. Судя по всему, дьявольский бог, которого он захватил, был лишь одним из многих обитателей Царства Живых Мертвецов.

— Где находится деревня Беззаботная? — снова спросил старейшина.

На этот раз птицеголовый мутант всё же потерял последние крупицы терпения и сорвался с места, чтобы улететь прочь, но напоследок проскрипел:

— У тебя слишком много вопросов. Я действительно ненавижу тебя. Не забывай про своё обещание. Когда умрёшь, я заберу тебя, главное не следуй за посланниками смерти!

Старейшина проводил его взглядом и посмотрел на Корабль Луны, который к текущему моменту уже поднялся и начал бесцельно тянуть луну.

— Меня ненавидят. Может быть я стал на старость лет слишком болтлив? — бубня себе под нос, старейшина деревни не знал смеяться ему или плакать и чуть погодя направился к Кораблю Луны. Тем временем дьявольский бог всё ещё пытался вырваться из водоворота в небе.

«Тот дьявольский бог использовал Корабль Луны, чтобы заманить Му’эра, поэтому должен знать парочку тайн о деревне Беззаботной. Жаль, что я могу только поймать его в ловушку, но не могу заставить сказать то, что она знает» — с такими мыслями старейшина взошёл на подпираемый жабой Корабль Луны.

Оглядевшись по сторонам, он увидел множество полуразрушенных дворцов с обветшалыми стенами, а также огромные оружия, многие из которых имели форму полной луны, и вещи напоминающие зеркала.

Здешние дворцы были исполинских размеров, предназначаясь явно не для обычных людей.

Проходя мимо огромного главного зала, старейшина остановился, чтобы осмотреть находящуюся у входа скульптуру. Ею оказалась трёхногая нефритовая жаба. Три ноги, тело человека и голова жабы. Такая комплекция делала скульптуру одновременно и полужабой и получеловеком.

— Си си си… — со стороны зала донеслось эхо странного хихиканья, за которым старейшина деревни услышал зловещий голос, напевающий детский мотив. — Греби, греби, греби на твоей лодке, тихо вниз по течению…

Старейшина некоторое время колебался, но затем проигнорировал голос, войдя в зал. В главном дворце творился сущий беспорядок: валяющаяся на полу кадильница, разбросанный по полу пепел от сгоревших благовоний, разбитые бронзовые воробьиные лампы, разорванные расписные ширмы и разрушенные нефритовые кровати… Судя по всему, здесь когда-то произошли крупные перемены.

Оглядевшись, он остановился у настенной живописи. На ней были запечатлены гиганты, одетые в белые одежды и пасущие в ночи луну на борту своего, точно такого же как они, гигантского корабля.

Вокруг корабля кружило множество сильных и свирепых дьяволов, но их всех отбрасывали гиганты используя луки, копья, мечи и даже ножи.

Когда наступал рассвет, тьма отступала, в то время как Корабль Луны возвращался в глубокую пропасть, которой должно быть был Колодец Луны.

Внимательно осмотревшись, старейшина понял, что у всех гигантов была красивая внешность, а меж бровей виднелся полумесяц.

«Кажется птицеголовый был прав. Му’эр действительно не Хранитель Луны. У него на лбу нет полумесяца» — думая о своём, старейшина прогуливался по главному залу, но так и не нашёл больше ничего интересного. Затем он подошёл к обмотанным цепями колоннам, что тянулись к небу и крепились к полумесяцу.

Корабль Луны двигался, поэтому разрушенная луна, рокоча, волоклась за ним, осыпая всё вокруг огромными огненными комьями из горных пород со своей поверхности. Луна была разрушена, отчего камни и валуны падали от малейшего движения, становясь метеорами. Некоторые метеоры не полностью сгорали и становились метеоритами, которые обрушивались на землю, образовывая в ней огромные кратеры, из-за чего рядом было довольно опасно находиться.

— Весело, весело, весело, весело, жизнь это лишь некая мечта! Си си хе хе си си ц ц… — поющий голос становился всё страннее.

Старейшина нахмурился и ещё раз огляделся по сторонам, но никого не увидел, что не давало ему покоя. Как вдруг он наконец заметил источник голоса. На земле между колоннами было лицо, огромное лицо.

Прямо сейчас лицо напевало свой детский мотив, делая его совсем не весёлым и детским, а жутким. Волосы лица торчали во все стороны, словно у запертого в зеркале сумасшедшего, но меж бровей можно было разглядеть полумесяц.

— Хранитель Луны клана Пастуха Луны… — вздохнул старейшина и затем присел, подняв камешек и выточив из него кулон, форма которого была идентична нефритовому кулону Цинь Му, спрашивая. — Хранитель Луны, ты видел такой кулон раньше?

— Жизнь это лишь некая мечта! — огромное лицо хихикнуло. — Мечта!

Старейшина нахмурился. Этот Хранитель Луны должно быть умер во время полного слияния с кораблём. Выложившись на полную, чтобы добраться Кораблём Луны до Царства Живых Мертвецов, он умер прямо в его корпусе.Даже возродившись в этом странном мире, корпуса корабля ему не покинуть, остаётся лишь существование в вечном заточении… Отчего он просто сошёл с ума…

Старейшина встал, собираясь уйти, когда лицо внезапно произнесло:

— Кулон из деревни Беззаботной?

Старейшина остановился на ступенях и резко повернулся:

— Ты знаешь, где находится деревня Беззаботная?

— Конечно знаю, — лицо на земле кажется восстановило часть рассудка, продолжив. — Мы, пастухи луны, из деревни Беззаботной. Даже жетон Хранителя Луны сделан в Беззаботной, даже Корабль Луны из Беззаботной… Верно, пастухи луны, пастухи луны! — лицо громко рассмеялось с катящимися по щекам слезами. — Мертвы, они все мертвы… Их трупы даже невозможно собрать вместе… Ха-ха, они мертвы! Я бегу, бегу, я пугаюсь, я бросаю их, ха-ха…

— Где деревня Беззаботная? — спросил старейшина

— Тихо вниз по течению…

Старейшина деревни вздохнул и ушёл, когда понял, что не сможет получить вразумительного ответа. Пройдя мимо пограничного камня, его конечности снова исчезли, и он мысленно взгрустнул, но затем увидел на деревянном столбе пристани золотую монету и усмехнулся: «А Му’эр действует с головой».

Выковыряв из столба едва заметно сияющую монету, старейшина помахал ею в сторону густого моря тумана. Вскоре к пристани подплыла маленькая лодка с фонарём и он поднялся на борт, встав прямо у неё на носу, после чего та начала свой путь через туман...

У этой таинственной земли есть множество неизвестных никому секретов и неразгаданных тайн. Если в будущем у него появится возможность, он обязательно придёт исследовать эти земли. Вот только интересно, это произойдёт до его смерти или после?

«Лин Цзин верен своей свободной и беззаботной жизни, бродя по всему свету, чтобы лицезреть всевозможные подобные невероятные места и события. Умерев, я ведь наконец-то буду освобождён от своего бремени? — в голове старейшины крутились всякие мысли. — После смерти, я смогу остаться только в этом Царстве Живых Мертвецов, лишаясь удовольствия и шанса исследовать неизведанные чудеса всего мира».

Маленькая лодка плыла к противоположной стороне моря тумана, пока старейшина не увидел изо всех сил бегающего туда-сюда подростка. Великие Небесные Дьявольские Рукописи уже были полностью в форме серебряной нити, нанизывая и рассекая преследующих его скелетов. Только теперь старейшина наконец-то смог вздохнуть с облегчением.

Увидев подплывающую маленькую лодку, Цинь Му тоже вздохнул с облегчением и про себя ликовал, ведь у него оставались только последние две козырные карты: Великие Небесные Дьявольские Рукописи и Диск Императора, полагаясь на которые он едва сдерживал атаки.

Внезапно странный мир за ними начал становиться размыто-смутным и послышалось громкое кукареканье петуха.

«Дерьмо! Рассвет!» — старейшина слегка изменился в лице и резко взмыл в воздух. Подхватив по пути Цинь Му, он на всех парах бросился наружу!

Когда парочка выбрался из этого невероятного мира, ноги парня сразу же коснулись речной поверхности Вздымающейся Реки, щекоча волнами пятки.

Они вернулись!

Обернувшись, старик и юноша увидел мир, который стал словно нарисованной туманом картиной. С порывом ветра и отступлением тьмы, она тут же исчезла из Великих Руин, а нефритовый кулон потерял все признаки активности. Могло показаться, что произошедшее и вовсе никогда не случалось…

Следующей ночью вход в этот таинственный мир снова появится, вот только никто не будет знать, где именно.

Глава 92. Сокрушитель испытаний

Юноша раскрыл ладонь, пытаясь нежно прикоснуться к воздуху… Он не мог найти и следа существования того мира.

Старейшина деревни, немного поколебавшись, всё же рассказал Цинь Му о своей встрече в Царстве Живых Мертвецов, на что последний уставился на него с широко распахнутыми удивлёнными глазами. Неужели у старейшины и правда была подобная встреча?

— В Царстве Живых Мертвецов есть Король Ада, так что оно не принадлежит небесным дьяволам, а также должно быть оставлено до отступления тьмы, ведь оно становится частью Великих Руин только во время её властвования, — старейшина анализировал. — Король Ада в Царстве Живых Мертвецов должен принадлежать к духовенству, так же как Хранители Солнца и Луны. Однако, деревни Беззаботной там нет, и я не смог добыть нужную информацию от птицеголового мутанта. Твой нефритовый кулон привёл нас в тот мир так как скорее всего его тянуло к Кораблю Луны, который происходит из деревни Беззаботной, — старик вздохнул. — Мир Великих Руин попросту слишком велик. Даже прожив в нём так долго, я и подумать не мог, что здесь существует столько уровней миров. И три уровня это как минимум!

Цинь Му кивнул головой. Великие Руины днём, Царство Тьмы ночью и Царство Живых Мертвецов, появляющееся только в Царстве Тьмы. Этой ночью в Великих Руинах они увидели три уровня миров. Эта информация не предназначена для ушей общественности, люди просто не поверят им.

На обратном пути они прошли мимо деревни, в которой встретились с посланниками смерти. Цинь Му остановился и посмотрел на остатки домов, облепленных паутиной. Было очевидным, что здесь уже давно никого не было…

Однако, не прошлой ночью. Ведь прошлой ночью здесь, держа в руке фонарь, расхаживал старик и склеивал бумажные корабли. Это было одной из мистических и страшных сторон Великих Руин, которую никто не понимал.

— А между Царством Живых Мертвецов и посланниками смерти есть какая-либо связь? — спросил Цинь Му.

Старейшина покачал головой:

— Я и сам без понятия. Однако, исходя из того, что я видел, посланники не принадлежат Царству Живых Мертвецов. Король Ада в нём, наверное, существует только в Великих Руинах. А вот посланников смерти и подобную деревню я уже видел во внешнем мире. Они — боги Загробного Мира…

Цинь Му почесал голову. Загробный Мир? Царство Живых Мертвецов? Посланники смерти? Это всё было настолько сложно, что ему казалось, что его голова сейчас лопнет.

— Деревня Беззаботная ещё более таинственная чем Царство Живых Мертвецов. Понадобится время, чтобы найти её, — спокойно говорил старейшина. — Му’эр, если ты хочешь узнать о своём происхождении, я боюсь, что тебе придётся подождать. Но не волнуйся, если Беззаботная находится в Великих Руинах, мы обязательно отыщем её.

Цинь Му кивнул головой:

— Когда я стану сильнее то узнаю обо всём самостоятельно. Старейшина, я…

Остановившись на полуслове, парень засомневался, но старейшина понял, что тот хотел сказать, и улыбнулся:

— Ты хочешь покинуть Великие Руины и тренироваться во внешнем мире?

С дрожью в сердце Цинь Му кивнул головой.

— Патриарх Дьявольского Культа отправил два письма: тебе и бабушке Сы. Я взглянул на последнее. Ему осталось жить всего семь лет, поэтому логично, что ты хочешь отправиться в Империю Вечного Мира и встретиться с ним, — проговорил старейшина и затем неторопливо продолжил. — Каждая птица рано или поздно покидает своё гнездо, чтобы расширить горизонты своего мировоззрения. Перед входом во тьму я обсудил это со всеми стариками, и они согласились.

Глаза Цинь Му загорелись, а старейшина продолжил:

— Они сказали, что если сможешь пройти их испытания, то разрешат тебе покинуть деревню в поисках нового опыта.

Цинь Му расстроился. Что бы ни случилось, ему всё равно придётся пройти испытания, чтобы покинуть деревню.

Старейшина деревни улыбнулся:

— Я твоё девятое испытание. Му’эр, как только ты пройдёшь девять испытаний, тебя можно будет считать взрослым и только тогда ты сможешь расправить крылья.

Лицо Цинь Му ещё сильнее помрачнело. Восемь испытаний от стариков и так были невероятно сложными, а испытание старейшины заставляло его чувствовать себя стоящим возле огромной, непроходимой горы. Как ему завершить их всех?

Внезапно Цинь Му почувствовал теплоту, идущую от места посреди его бровей и пропитывающую всё его тело. Расслабившись телом и успокоившись разумом, он почувствовал, как его жизненная Ци энергично циркулирует само по себе, отчего не смог сдержать изумлённого восклицания.

Выражение лица старейшины слегка изменилось, когда он почувствовал насколько была энергична Ци у паренька за его спиной. Ему даже на миг показалось будто посреди бровей Цинь Му было спрятано маленькое солнце!

— Му’эр, неужели твой духовный эмбрион проснулся? — спросил старейшина.

— Да, но не похоже, что в нём произошли какие-либо изменения… Просто моя Ци стала немного другой, — ответил Цинь Му.

Что касается придуманного старейшиной Тела Тирана, он, само собой разумеется, не мог сказать ничего путного о нём, поэтому просто утешил:

— Я никогда не видел четвёртого пробуждения духовного эмбриона. Однако, скорее всего нам не о чем беспокоиться. Хорошее ли изменение в твоей жизненной Ци? — Цинь Му несколько раз кивнул головой, и старейшина улыбнулся. — В таком случае всё отлично.

****

Деревня Цань Лао.

Тьма отступила и поднялось утреннее солнце. Шёл уже третий месяц весны, но утром всё ещё было холодновато. Цинь Му встал с первыми лучами солнца и вытащил из деревенского колодца ведро с водой, чтобы вылить его на себя и окончательно проснуться.

Его жизненная Ци приобрела атрибут Ци Красной Птицы и испарила воду на теле. Юноша был полон энергии.

— Му’эр, вылей-ка и на меня ведёрко, — мясник приподнялся на руках.

Цинь Му набрал ещё одно ведро воды и выплесну его на голову мяснику.

— Освежающе!

Тело мясника окружили огни, превратившие остатки воды в пар. Он взмахнул рукой и заставил свой нож для убоя свиней влететь в ладонь, быстро сбривая им бороду пока не рассеялся пар.

Старый Ма толчком распахнул дверь и, треща всеми костями тела, потянул свою ленивую спину. Зелёный дракон свернулся вокруг него, когда он одной рукой запечатал Божественные Сокровища Пяти Элементов, Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти, оставляя открытым только Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, и затем прокричал:

— Чёртов одноногий, ты спишь?

— Нет, — ответил ковыляющий к двери одноногий, параллельно расчёсывая свои волосы маленьким гребешком. Он был красиво одет, выглядя вполне себе солидно, когда улыбнулся. — Сегодня большой день, так что мне пришлось встать пораньше. Глухой ещё спит?

— Что за шум? — отозвался глухой, занимающийся каллиграфией у себя в кабинете, в очередной раз обмакивая кисть в чернила. Он даже не поднял головы, на которой красовались два железных ушных протеза, воткнутых в ушные проходы.

Немой тем временем выбрасывал в свою печь всякий ширпотреб. Целитель на своём подоконнике кормил небольшую стайку огнедышащих птиц, одна из которых взлетела и приземлилась на подоконнике старейшины, начав клевать его окно. Голос старейшины раздался изнутри дома:

— Да проснулся уже я, знаю, знаю я.

Бабушка Сы готовила что-то на плите и выпаривала рис в деревянном ведре. Одноногий подбежал, чтобы приоткрыть крышку, но немедленно получил от старухи лопаткой. Посмотрев на него, она ругнулась:

— Куда спешишь? Руки и лицо помыл? Не забудь почистить зубы зубной настойкой.

Одноногий тут же зачерпнул немного воды, чтобы умыться. Затем он попросил у целителя немного специальной зубной настойки и почистил зубы деревянной щёткой. Бабушка Сы позвала Цинь Му и они быстренько расставили на столе блюда и рис. Старый Ма поправил стол и стулья, после чего все старики Цань Лао сели за стол. Цинь Му разложил на столе наборы из палочек для еды, тарелки и чарки для вина, затем поднял старейшину и посадил его на кресло, а после и сам присел…

Тем не менее, сидеть ему пришлось не долго, почти сразу же встав, чтобы налить вино каждому старику, конечно же не забывая про себя любимого. Бабушка Сы подняла свою чарку с вином с таким видом, словно сейчас расплачется.

— Почему ты плачешь в день торжества? Ты явно хочешь, чтобы он ушёл поднабраться опыта, но не можешь смотреть на то, как он уходит. Какие же женщины сентиментальные! — пожаловался мясник.

Старуха резко вскочила на ноги и уставилась на него волком. Затем она улыбнулась и проговорила:

— Сегодня у моего мальчика важный день, так что я не собираюсь опускаться до твоего уровня. Му’эр, остальные, давайте выпьем!

Каждый за столом залпом осушил свою чарку с вином, после чего Цинь Му, раболепски улыбаясь, налили всем ещё по одной, вполголоса осторожно проговаривая:

— Надеюсь вы будете со мной помягче.

Мясник ухмыльнулся:

— Не будь таким дерзким, негодник. Тебя, возможно, распластает по земле уже после первого испытания.

Глаза бабушки Сы снова покраснели:

— Му’эр, не забывай возвращаться, чтобы навестить нас после того, как покинешь деревню…

Мясник улыбнулся:

— Вас он может и побьёт, но не мен…

Бабушка Сы снова впала в ярость и, с помощью палочек для еды, вдавила разговорчивое лицо в миску с рисом, заорав:

— Ты слишком много болтаешь! У моего Му’эрчика Тело Тирана! Он будет избивать тебя пока ты не начнёшь рыдать и звать мамочку!

Боя ждать не пришлось, уже сейчас мясник, всхлипывая, начал звать мамочку и вымаливать прощение, параллельно пытаясь вырваться из хватки старушки.

После завтрака Цинь Му собрал столовые приборы и услышал голос старейшины:

— Все ли запечатали остатки своих божественных сокровищ?

Все молча кивнули.

— Тогда начнём.

Старый Ма вышел и равнодушно проговорил:

— Му’эр, я научил тебя навыку кулака так что тут тебе ничего не светит. Используй что-то другое, чему научился сам. Испытание будет считаться пройденным только если ты меня одолеешь.

Цинь Му поклонился и прогремел драконий рёв. Его жизненная Ци превратилась в Зелёного Дракона, обившегося вокруг тела, и он твёрдо проговорил:

— Я буду использовать навык кулака в поединке с дедушкой Ма!

Старый Ма улыбнулся:

— Какие амбиции! Однако, в таком случае у тебя нет шансов пройти первое испытание.

Они протянули руки и Цинь Му сделал первое движение. Со взрывом жизненной Ци он использовал Бурю Девяти Драконов в первом же своём ударе. Его грандиозная Ци вырвалась из удара, образовав в воздухе драконьи отметины.

Старый Ма тоже использовал Бурю Девяти Драконов, чтобы встретить атаку своего ученика:

— Пытаешься посоревноваться в трансформации наших драконьих си…

УУуу… БУММ!..

Ма резко переменился в лице. Ему показалось, что в него с оглушительным треском врезался многотонный бегемот, заставив отлететь назад и впечататься в кузницу немого. Сила от столкновения разнесла его спиной кузницу на куски и даже так полёт не прекратился.

Находясь в воздухе, старик инстинктивно использовал своё Божественное Сокровище Пяти Элементов, мощь которого с пугающим гулом хлынула наружу, и только после этого он, наконец-то, смог остановиться, стабилизировавшись. Однако, в этот момент рубашка на его спине разорвалась на сотни лоскутов, которые плавно приняли форму сорока пяти зелёных драконов, со штормовым ветром бросившихся дальше. Несколько вековых деревьев от ветра скрипуче зашептали, а их листья случайным образом раскидало по деревне.

Старый Ма развернул талию и с недоумением на лице приземлился на землю.

Одноногий в это время жевал свиное копытце, в итоге от шока случайно засунув его слишком глубоко, да так, что торчал только носок. Мясник точил свой нож, но точило с треском раскололось. Целитель и старейшина деревни пили чай и их чашки со звоном взорвались. Бамбуковая трость слепого треснула на бамбуковые полосы, а чернила глухого разлились по столу. Бабушка Сы искрошила целую стопку фарфоровых тарелок, что оказались у неё в руках, в то время как курица-дракон, кудахча, юркнула обратно в курятник, высунула когти и закрыла ими дверки внутрь…

Целитель посмотрел на старейшину и прошептал:

— Что случилось, когда вы двое прогулялись той ночью? Каким образом совершенствование Цинь Му так сильно возросло?

Старейшина деревни также пребывал в недоумении. Внезапно он пришёл к осознанию и прошептал в ответ:

— Его духовный эмбрион пробудился в четвёртый раз. Он сказал, что не почувствовал в нём каких-либо изменений, просто Ци стала немного другой…

Углы глаз целителя дрогнули, когда он пробормотал:

— Вот это вот “немного другой”?

— Откуда мне было знать, что немного другая Ци на самом деле увеличила свою мощь в несколько раз… — пробормотал старейшина.

Глава 93. Небесный Расхититель Подменивший Солнце

— Я проиграл, — мрачно вздохнул старый Ма, но уже в следующий миг удовлетворённо улыбнулся. — Грубая подавляющая сила может преодолеть всё. Му’эр, стоящая за твоими движениями мощь может компенсировать недостаток в технике их исполнения. Ты прошёл. Ах да, как тебе удалось за такой короткий период времени так сильно увеличить своё совершенствование? Даже мне не удалось подавить его…

Цинь Му с облегчением вздохнул и улыбнулся:

— На обратном пути домой мой духовный эмбр…

— Кхм, Гхм, ЭКХМ, — старейшина тут же несколько раз кашлянул, в итоге сбив паренька с мысли и вынудив полюбопытствовать. — Дедушка старейшина, что случилось?

— Твоё движение поразило меня, экхм, кхм, — старейшина кашлянул ещё два раза и, словно невзначай, спросил. — Ты прошёл первое испытание, так что там у нас со вторым?

Одноногий вытащил практически застрявшее в горле свиное копытце и, опираясь на костыль, заковылял вперёд, невинно улыбнувшись:

— Му’эр, чтобы пройти моё испытание тебе придётся полагаться на ноги, кулаки тут будут бесполезны. Подними голову к небу, видишь там облако?

Подняв голову, Цинь Му увидел медленно дрейфующее по небу белое облако. Лицо одноногого приняло ещё более невинное и тепло улыбающееся выражение, когда он продолжил:

— Мы будем соревноваться в силе наших ног и посмотрим кто доберётся до этого облака первым.

Цинь Му на мгновение поколебался, но всё же кивнул, на что одноногий всё также тепло улыбнулся:

— Нравятся мне такие молодые и прыткие ребятки как ты, поэтому даю небольшую фору, начинай первым.

Цинь Му в ответ точно также тепло улыбнулся:

— Я уважаю пожилых людей, так что начинай первым ты.

— Ты ещё так юн, так что вперёд, не упускай шанса.

— Твоё старое тело уже не то, что было прежде, и разве я похож на того, кто воспользуется ситуацией? Так что только после тебя.

У обоих на лице красовались лживые улыбки, вежливо подталкивая друг друга сделать первый ход. В конце концов мясник не сдержался и, подняв оба своих ножа, гаркнул:

— Прекращайте сюсюкаться! Это облако уже почти улетело! Старикан, если ты прямо сейчас не побежишь, я прирежу вас обоих!

Юноша и старик в тот же миг буквально взорвались энергией, образовав подобие смерча. Цинь Му сделал несколько молниеносных шагов, собрав под ногами порывистый ветер, и взмыл в небо, ступая по ветру как по ровной земле. Тем не мене, одноногий опередил его на шаг, вынуждая взмахнуть ладонями вниз, чтобы ветер под единственной ступнёй калеки притянуло к земле, лишая того опоры и приводя к комичному барахтанью в воздухе с последующим неловким падением.

Юноша не задумываясь рванул вперёд, пробегая мимо старика. Практически зацепившись за ветер, он уже было собрался выложиться на полную, как внезапно почувствовал на своих щиколотках некое давление, стянувшее их вместе и тут же приведшее к пыльному поцелую головы с землёй.

Одноногий довольно загоготал и, держа в свободной руке связывающий ноги кнут из Ци, шагнул своей единственной ногой прямо на задницу упавшему Цинь Му и со всей силы оттолкнулся.

Однако, прямо в этот момент Ци глотающего пыль парня с пугающим гулом хлынула наружу, разрывая сковывающий его “кнут” в клочья, в то же время хватаясь рукой за ногу старика и ударяя своей прямо по наглому морщинистому лицу. С хлопком парочка синхронно шлёпнулась на землю, подымая очередные клубы пыли.

Костыль одноногого коснулся земли, идеально выполнив навык ног Небесный Расхититель, чтобы атаковать лежачего Цинь Му… Но тот не просто решил позагорать на земле, а тоже наносил множество скоростных ударов, хоть и попадал всегда только по костылю. Спустя десятки столкновений, костыль, наконец, разлетелся на куски.

— Негодник! Кто научил тебя таким подлостям? — гневно выругался стоящий на одной ноге старик.

С силой оттолкнувшись руками от земли, Цинь Му вверх тормашками взмыл в небо, на что старикан лишь ухмыльнулся и, согнув в колене свою единственную ногу, тоже взмыл, но в момент подскока находящийся над ним сорванец сделал свой ход…

Ци Цинь Му приобрела атрибут Ци Чёрной Черепахи, формируя в воздухе водяные переплетения, в итоге превратившиеся в водяного дракона и набросившегося на старика.

— Трюкачество! — усмехнулся одноногий, в то время как с его рук сорвался ветер, сталкиваясь с водяным драконом и отклоняя с первоначальной траектории. Затем его Ци превратилась в полупрозрачную ногу. Имея теперь две ноги, он изо всех сил побежал, выглядя так, словно вот-вот обгонит паренька.

Всё ещё находясь вверх тормашками, нога Цинь Му откинулась в сторону, делая его похожим с усевшимся на лошадь жокеем. С силой вытолкнув перед собой ладони, он крутанулся, принимая нормальное положение — ноги внизу, голова вверху, и тут же рванул вдогонку за уже обогнавшим его стариком, а когда догнал, предательски ударил меж рёбер спины.

Туда-сюда носясь по небу, парочка подлецов всецело полагалась на навык своих ног. Каждое их последующее движение было презренней предыдущего, а от неутомимого мельтешения у зрителей внизу уже начинало рябить в глазах.

Руки одноногого внезапно двинулись подобно двум неуловимо-незаметным теням, что даже призраки бы позавидовали. Продемонстрированным движением был навык рук — Небесный Расхититель.

Прежде чем Цинь Му успел заметить выпад, он почувствовал, как его штаны сползли аж до лодыжек. Запутываясь и спотыкаясь, следом он ощутил пробежавший по спине холодок, и не удивительно, ведь его рубашка тоже была снята, да к тому же ещё и связывая узлом руки. Падая камнем вниз, парень второпях разорвал рубашку и натянул штаны, затем что есть мочи погнался за стариком, параллельно привязывая ремешком штаны и обиженно крича:

— Дедушка одноногий, ты не учил меня этому движению!

Одноногий громко расхохотался:

— Догонишь, научу!

Юноша ухмыльнулся и с ударом драконоподобная сила кулака бросилась к зловредному старику. Изумлённо воскликнув, последний поспешно сменил ритм шагов и, уклоняясь, отскочил в сторону.

Цинь Му сформировал из своей Ци нить толщиной с руку взрослого человека, которая подобно огромному змею заскользила к одноногому. Запутавшись в такой “нити” Ци, ему будет крайне трудно освободиться, поэтому старик снова увернулся, но к текущему моменту парень уже догнал его, вынудив неохотно выдавить из себя:

— Хорошо, я научу тебя.

Сближаясь друг с другом, на лицах парочки красовались широкие улыбки. Одноногий собирался исподтишка напасть, но Цинь Му внезапно запечатал свои три души и семь духов, прежде чем изо всех сил пнуть старого чудика, отправив на свидание с землёй.

Пах!

Одноногий впечатался в землю, создавая яму в форме человека. Затем он медленно выполз из неё и со слезами радости проговорил:

— Как и ожидалось от моего ученика, он не верит на слово так легко.

Цинь Му по-быстрому догнал летящее по небу облако, после чего, спускаясь по диагонали, вернулся. Пробежав ещё несколько шагов вперёд, он мягко коснулся поверхности земли и, наконец, остановился.

— Я обещал и сдержу своё слово. Когда ты пройдёшь девятое испытание, я научу тебя Руке Небесного Расхитителя, Подменившей Солнце, — улыбнулся одноногий.

Цинь Му был вне себя от радости.

— Му’эр, тебе нужно отдохнуть? — взмахнул ножом хищно улыбающийся мясник.

Парень не стал отказываться, кивнув и сев перевести дыхание. Он какое-то время отдыхал, попивая чай, чтобы расслабиться умом и телом, а когда встал, побежал домой переодеться. Наблюдая за его поведением, мясник с помрачневшим лицом едва слышно бормотал себе под нос:

— У засранца настолько плотное совершенствование, а он ещё решил отдохнуть? Я ведь предложил просто из вежливости… Почему бы сразу же не начать бой? Если бы он решил сразиться сразу, у меня по-прежнему был бы шанс…

Спустя некоторое время парень отправился к разрушенной кузнице, где взял ещё один нож для убоя свиней. Держа два ножа крест-накрест, он крикнул:

— Дедушка мясник, я отдохнул!

— Ты же всегда сражался одним ножом, почему тогда сейчас решил использовать два? — ухмыльнулся мясник.

Цинь Му одной рукой взял нож нормальным хватом, а другой обратным. Выражение лица мясника посерьёзнело, тоже сменяя левой рукой хват ножа на обратный, холодно оскалившись:

— Засранец, ты хочешь сойтись со мной в ближнем бою? Ты всё ещё слишком неопытен…

Целитель прокашлялся и напомнил:

— Мясник, у тебя же нет нижней половины тела. Если он приблизится вплотную, то проявится твоя самая большая слабость — недостаток в мускулатуре и, следовательно, подвижности.

Лицо мясника ещё больше помрачнело, обижено процедив:

— Он не сможет ко мне подобраться. Мои навыки ножа не позволят ему этого…

Старый Ма тоже решил кое о чём напомнить:

— Его жизненная Ци необычно плотная, как минимум в два, а скорее всего почти в три раза плотнее. Если твой нож столкнётся с его ножом в лобовую, то от подавляющей мощи его удара твой нож просто отбросит, собственно, как и тебя самого. Парня можно победить только полагаясь на превосходящий опыт и технику, а чтобы реализовать это с его текущим уровнем тебе понадобится нижняя половина тела, которой нет, так что…

— Тогда какой вообще смысл сражаться? — мясник рассвирепел и воткнул оба ножа в землю. — Му’эр, садись. Мы не будем сражаться на ножах, а прижмём ладони и прислушаемся к силе друг друга.

Цинь Му тоже воткнул свои ножи в землю и сел перед мясником. Используя свои руки как ножи, они прижались ладонями друг к другу и закрыли глаза. Ощущая течение силы в ладони оппонента, они следили за сокращением мышц в теле и циркуляцией жизненной Ци. Как только кто-то из них сможет ухватиться за течение силы другого, можно будет воспользоваться слабостью оппонента и одолеть один взмахом ножа.

Таков был ключ к Забою Свиней Третьей Формы — Запретному Поднятию Ножа.

“Подняв нож под запрещённым углом, колесницы и лошади загромыхали. В одиночку входя во дворец с головой короля в руке!”

Смысл этого стихотворения в том, что ты входишь в неприступный дворец короля под аккомпанемент грохота подступающих где-то сзади колесниц, ведомых лошадьми, и многочисленного количества солдат, преграждающих путь впереди. Ты в одиночку с боем прорываешься во дворец и снимаешься с плеч голову короля…

Надменность у такого поступка практически недостижима для любых других поступков. В нём читалось безумие, презрение и пренебрежение ко всему.

Тем не менее, такой действие было наиболее родственно навыкам ножа мясника, которые требовали от практика невероятного контроля над собственной силой и крайнего понимая силы противника. Так и родилось на свет достигшее вершины божественное искусство приверженцев фракции боевых техник — ближнего боя!

С прикосновением ладоней, Цинь Му тут же ощутил сокращения мышц, циркуляцию Ци и течения силы как свои, так и противника. Он мгновенно понял, что Ци мясника сильно уступала его Ци, и в ту же долю секунды использовал свою руку как замену ножу для атаки.

Старик тоже не сидел без дела, он ощутил изменения в своей силе и заранее одной рукой выставил блок, в то время как другой попытался поразить слабое место юноши.

Мясник всё ещё превосходил Цинь Му в технике. И неважно была ли это реакция или же опыт. В подобных аспектах он намного опережал юного оппонента.

Однако, когда мясник попытался заблокировать “нож” Цинь Му, то понял, что что-то пошло не так, но было уже слишком поздно, ведь под воздействием руки-ножа своего ученика он неконтролируемо полетел в обратном направлении, в итоге покидая пределы деревни и врезаясь в лес.

Посмотрев вниз, Цинь Му увидел на своей новой рубашке рассечение от “ножа” мясника. Он оказался на волоске…

Тем не менее, его совершенствование было слишком могучим, поэтому даже несмотря на более слабое понимание навыка ножа, он одолел старика… одолел своим подавляющим совершенствованием.

— Я проиграл! — гаркнул выпрыгнувший из леса и приземлившийся в деревне мясник. Обеими руками упираясь в землю, он искренне продолжил. — Я проиграл! Целитель, глухой, вам не стоит даже пытаться. Ваше совершенствование, безусловно, уступает его!

Глухой усмехнулся:

— Кто сказал, что я собираюсь соревноваться для определения лучшего нашим совершенствованием и магической силой? Му’эр, я нарисовал двух драконов.

Фьюх

Взмахнув руками, он развернул два холста и повесил на столбах. На холстах были нарисованы чернилами два крайне реалистичных дракона, могло даже показаться, что они в любой момент покинут холст и взмоют в небо. Но была одна странность, у драконов отсутствовали глаза.

— Все эти годы я обучал тебя пути живописи и каллиграфии, который не похож на те глупые драки. В этом деле от человека требуется быть умным и понимающим, — проговорил глухой и, отложив кисть, серьёзно продолжил. — Используя божественное искусство я нарисовал двух драконов. И если дорисовать им глаза, они превратятся в настоящих драконов и улетят. Однако, полагаясь на совершенствование области Духовного Эмбриона невозможно просто поставить в месте глаз две кляксы и вдохнуть в драконов жизнь… С твоим текущим совершенствованием придётся полагаться только на способности в технике рисования. Используя родство душ, я научил тебя методу передачи своими мазками божественной души. Сейчас мы, соперничая в родстве душ, посмотрим, кто сможет вдохнуть мазками в двух драконов жизнь, заставив взлететь в небо!

Глава 94. Драконы на холсте и нарисованные мазками глаза

После слов глухого вся деревня воскликнула в восхищении, в то время как старейшина кивнул головой, с улыбкой говоря:

— Какое элегантное испытание, глухой явно выдающийся учитель. Использовать родство душ для дарования мазками божественной души, что подвластно лишь природе… Нет ничего интересней этого.

Цинь Му сделал несколько шагов вперёд и отдал честь глухому как наставнику. Выражение лица старика слегка изменилось, увиливая от ответа:

— У нас с тобой соревнование, так что мы больше не учитель и ученик. Теперь мы оба ученики, поэтому поприветствуем друг друга как равные. Только после окончания испытания я снова стану твоим учителем.

Цинь Му знал насколько сильно глухой ценил подобные мелочи, сразу же отдав тому честь как равному. Затем оба подняли по кисти, став лицом перед холстами.

Использование магической силы на уровне божественного искусства, чтобы нарисовать дракона, вдохнув в него жизнь, и вправду невероятное достижение. Однако, с нехваткой совершенствования, художнику будет под силу сотворить подвластное лишь природе только наделив своими мазками глаза дракона разумом… И здесь не обойтись без гениального художественного замысла.

Старик научил юношу рисованию, каллиграфии, чтению и письму. Несмотря на то, что можно сказать, что он научил его очень многому, оживлять рисунок ему придётся впервые.

Одним мазком, подкреплённым родством душ, даровать душу человеку или объекту на холсте было уроком, которому глухой пытался научить Цинь Му много-много раз, но всегда безрезультатно… Данное испытание будет для него настоящим вызовом.

Цинь Му сфокусировался на рисунке дракона перед собой. Дракон выглядел слишком реалистично, отчего глядя на него порой казалось, что тот медленно двигался, слегка меняя свою позу… Техника рисования глухого однозначно не знала себе равных. Даже без нарисованных глаз ему казалось, что дракон сейчас с рёвом взлетит в небо!

Держа в руке кисть, парень не осмеливался сделать мазок. Рисунок находился прямо перед ним, но как же ему дорисовать глаза?

Ему казалось, что не важно как он нарисует глаза и каким образом нанесёт мазки, его ждёт лишь провал, а не оживление нарисованного зверя.

— Му’эр, порви картину глухого и победишь! — бабушка Сы не смогла удержаться и пробормотала на ухо Цинь Му.

Глухой недовольно зыркнул на неё:

— Злой и неортодоксальный метод. Я научил Му’эра читать святые книги, так что он умён и свят в сердце. Он не сделает такой подлый ход как ты.

Старушка рассвирепела, но старейшина, натянуто улыбнувшись, вовремя вмешался:

— Сы, не мешай их состязанию. Испытание глухого очень изобретательное.

Бабушке Сы чудом удалось подавить свой гнев, в то время как Цинь Му всё ещё таращился на рисунок дракона перед собой. Деревни в его глазах больше не существовало, видя лишь парящий холст с рисунком, но несколько мгновений спустя холст тоже исчез, оставляя позади лишь нарисованного чернилами дракона.

В глазах юноши дракон иногда взмывал вверх, иногда падал камнем вниз, порой двигался вправо, а в другое время в лево. Иногда он летал по воздуху, иногда сворачивался спиралью на одном месте, а иногда ложился на землю и спокойно дремал. Дракон поднимал голову, качал хвостом, скользил, как и положено его виду, игрался с водой и изрыгал огонь с молниями. Это было очень странно для такого умного существа.

Цинь Му показалось, что он превратился в дракона на холсте, из-за чего его взор заволокло пеленой непроглядной черноты, ведь ему по-прежнему не хватало глаз. Он изо всех сил пытался вырваться из тьмы, но не мог распахнуть глаза. Как вдруг ему вспомнились драконьи колонны города Пограничный Дракон и драконьи кости из Дворца Дракона Вздымающейся Реки, затем он вспомнил статуи в деревне и касание божественного существа.

Статуя бога, которую создало божественное существо, также являлась видом искусства. Невероятные умения и глубокое изящество, запечатлённое внутри, казалось, даровали скульптурам душу, позволяя защищать Великие Руины.

Через некоторое время Цинь Му увидел во тьме проблеск луча света. Когда застилающая глаза пелена черноты полностью спала, в его глазах произошёл настоящий взрыв энергии. Затем он поднял кисть и плавным мазками дорисовал дракону глаза!

Дарование божественной души мазками родства душ!

Как только юноша опустил кисть, дракон перед ним немедленно ожил. Встряхнув мордой и качнув хвостом, он внезапно сошёл с холста и взмыл к небу, начав резвиться меж облаков. На холсте не осталось даже капли чернил!

Цинь Му молча уставился. У него действительно получилось!

У него получилось вдохнуть жизнь в рисунок дракона!

Дракон немного полетал по небу, пока вновь не обратился чернилами, окрашивая облака в чёрное.

Цинь Му тут же посмотрел на глухого и увидел, что тот уже помыл свою кисть и повесил её обратно на крючок. Он так и не нарисовал глаза дракону на своём холсте.

— Дедушка, ты что, позволил мне победить? — спросил словно что-то понявший Цинь Му, на что глухой лишь отрицательно покачал головой, ответив. — Я не позволял тебе победить. В твоём возрасте я о таком уровне и мечтать не смел. Суть моего испытания не в выигрыше или проигрыше. Задача учителя — передать ученику свои знания и помочь разрешить терзающие сомнения. Сейчас я учу тебя своему пути, так зачем мне переживать за выигрыш или проигрыш?

Целитель с восхищением воскликнул:

— Глухой, у тебя сердце учителя и я этим восхищаюсь. Му’эр, в моём испытании нам тоже не нужно сражаться, я хочу, чтобы ты приготовил некоторые лекарства. Ступай в травяной сад за деревней, собери там тридцать сильно ядовитых растений, и преврати их в лекарства лучшего качества. Когда закончишь, ты должен будешь съесть их, и если станешь хоть немного сильнее, то считай, что прошёл испытание, но если отравишься и помрёшь, тебе придётся остаться в деревне.

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать. Как он останется в деревне если умрёт от яда?

Задание целителя было очевидным. Чтобы превратить тридцать ядовитых растений в лекарства нужно иметь хорошие медицинские познания и что ещё более важно, опыт. Вид ингредиента, его количество, пропорции, к примеру: лист или корень, пыльцу или лепесток, кипятить или сушить, всему этому нужно долго учиться.

Также целитель не написал рецепт, позволяя ему самому решать, какие растения использовать и как с ними обходиться, чтобы яды в них, противостоя между собой, прошли полный круг и создали что-то, что расширит горизонты его лекарственных познаний.

Полагаясь на свои текущие знания, Цинь Му должен был решать, как поступать с растениями, куда их положить, резать на кусочки или избить в пыль, какая температура должна быть во время их кипячения и в течение какого количества времени.

Маленькая ошибка могла свести все старания на нет, а ошибка покрупнее вообще к отравлению ядовитой субстанцией.

Цинь Му стоял у входа в сад целителя, глядя на то, что в нём растёт. Немного побормотав что-то самому себе, он прикинул уровень ядовитости всех растений в саду и задумался над тем, как бы их между собой совместить, как выбрать основное растение и его заступников, уничтожить тигров и драконов, сбалансировать инь и ян.

Через некоторое время он всё же решился войти в сад, с особой тщательностью и осторожностью собирая травы.

Сорвав двадцать девятое ядовитое растение, Цинь Му заметил, как с него слетает пять мошек. Оторвав их головы и крылья, он решил использовать их в качестве тридцатого ядовитого ингредиента.

Цинь Му вернулся в деревню и, полагаясь на свою жизненную Ци, извлёк из корней некоторых растений избыточную лекарственную энергию. Другие из растений запарил в воде или зажарил, чтобы извлечь из них жидкость.

После длительной подготовки он принялся готовить лекарство.

Целитель стоял неподалеку и наблюдал за каждым его шагом, каждым методом и каждым использованием Ци, молча кивая головой.

Цинь Му использовал свою Ци, чтобы поднять в воздух огромный котёл. Бросив в него все тридцать ингредиентов, он не добавил ни капли воды, а использовал свою пугающе плотную безатрибутную Ци, чтобы питать травы и извлекать из них лекарственную энергию.

У целителя слегка изменилось выражение лица. Используемая парнем техник была единственной в своём роде. Даже такой гений медицины как он не сможет её повторить и причина проста — у его Ци есть конкретный атрибут, как и у каждого из растений. Если атрибуты Ци совпадут, тогда хорошо, но чаще всего будут отличаться, приводя к потере лекарственной ценности растений. А у Ци его ученика нет атрибутов, поэтому тот может свободно использовать её, чтобы извлекать лекарственную энергию.

Цинь Му сосредоточился ещё сильнее и его Ци разделилась на тридцать нитей, каждая из которых схватила отдельный ингредиент. В этот момент нить Ци поддерживающая огромный котёл приобрела атрибут Ци Красной Птицы и превратилась в полыхающий огонь, заставляя разнообразную лекарственную энергию внутри сливаться воедино.

Из его второй руки вырвалась Ци Чёрной Черепахи, формируя водяной пар, увлажнивший лекарственную энергию, замедливший процесс слияния трав и вымывший отходы из котла.

Через некоторое время Цинь Му закрутил котлом и оттуда послышались грохочущие звуки. Когда котёл остановился, внутри можно было увидеть всё ещё вращающиеся по дну кристально-чистые, будто бусины из овечье-белого нефрита, пилюли.

Цинь Му протянул руку и поднял духовную пилюлю.

— Целитель, это ведь не яд? — с тревогой спросила бабушка Сы.

— Ты узнаешь, когда Му’эр проглотит пилюлю, — улыбнулся целитель.

— Не беспокойся бабуля, пилюля не ядовитая… — Цинь Му открыл рот и забросил туда духовную пилюлю.

Бум!

Его волосы внезапно начали расти во все стороны, тем самым напугав старушку и всех остальных.

— Не дёргайтесь вы так, я просто неправильно сбалансировал одно из растений, повлияв на воду в моих почках, вот мои волосы немного и подросли… — тут же оправдался Цинь Му.

— Вот это вот немного? — сердито возразила бабушка Сы.

Волосы юноши продолжали расти, напоминая растущие вертикально бамбуковые побеги. За достаточно короткий период времени они успели вырасти на десять метров. Каждый волосок торчал прямо и несгибаемо.

Цинь Му почувствовав, что его голова стала тяжелее, ответил:

— Бабуль, главное преимущество этих духовных пилюль — лечение ранений. Они могут заставить атрофированную мускулатуру быстро восстановиться и исцелить порванные мышцы. Срастутся даже сломанные кости и сухожилия. Стимулирование почечной воды всего лишь незначительный побочный эффект…

Его волосы продолжали расти, всё сильнее надавливая на голову. Он уже почти не мог поддерживать головой свои длиннющие волосы, торчащие как от электрического разряда.

Целитель через сдерживаемый смех проговорил:

— Ты прошёл испытание. Мясник, помоги ему обрезать волосы. Если они вырастут ещё немного, его шея треснет от давления.

Мясник подошёл к Цинь Му и тремя взмахами срезал волосы.

Взгляды всех деревенских остановились на немом, который вытер тряпкой руки и достал из-под завалов кузницы свою печь. Вытащив два бруска Зимнего Железа и бросив их в печь, огонь в последней мгновенно погас, а на краях образовался слой инея.

С улыбкой на лице немой куда-то ушёл, мыча:

— Ах, ох, ах!

Глава 95. Меч

Волосы Цинь Му, достигнув талии, наконец перестали расти. Он достал повязку, чтобы связать их, и подошёл к печи с серьёзным выражением лица.

— Немой, ты что, умел выплавлять Эссенцию Зимнего Железа, ещё находясь в области Духовного Эмбриона? — нахмурившись спросила бабушка Сы, на что немой в ответ кивнул головой.

— Выродок! — сердито сплюнула старушка, а целитель, слепой и остальные, закивав головами в глубоком согласии, одновременно согласились. — Выродок. Немой, ты действительно выродок!

Немой гордился собой и ухмылялся от уха до уха.

Эссенция Зимнего Железа была лучше Зимнего Хрустального Железа, поскольку являлась самой сущностью, извлечённой из последнего. Зимнее Хрустальное Железо можно было расплавить огнём печи и выковать из него оружие, в то время как холодный воздух из Эссенции Зимнего Железа мог мгновенно погасить огонь печи, значительно усложняя процесс плавки.

Бросив два бруска Эссенции Зимнего Железа Цинь Му, немой явно ожидал, что тот расплавит их и изготовит оружие!

Если парень сможет это сделать, то пройдёт испытание.

Жизненная Ци Цинь Му начала циркулировать и превратилась в жизненную Ци Красной Птицы. С загоревшимся на ладони огнём, он положил одну руку в печь, а другой начал работать на кузнечном мехе, пытаясь разжечь уголь.

Однако, когда рука вошла в печь, он почувствовал подавляющий поток холодного воздуха, практически потушивший огонь на ладони. Даже Ци Красной Птицы, казалось, сейчас замёрзнет!

Немой был доволен собой и дал сигнал глухому, который затем переспросил:

— Ты имеешь в виду, что разжигание огня в печи это требующее высокого навыка испытание? И что здесь не нужна грубая сила, а чудо кузнечного искусства?

Немого просто светился от улыбки, как вдруг услышал вспыхнувшее в печи пламя. Цинь Му сумел насильно поджечь уголь внутри печи, используя яростную Ци Красной Птицы и подавляя холодный воздух, исходящий от Эссенции Зимнего Железа.

Глухой с сочувствием посмотрел на немого:

— Может тебе и не удавалось разжечь печь грубой силой из-за слишком слабого совершенствования в области Духовного Эмбриона… Однако, Му’эру грубой силы не занимать, думаю он зажжёт огонь без какого-либо навыка.

Немой сердито жестикулировал, на что глухой улыбнулся:

— Старый лис. Горящего угля в печи недостаточно для того, чтобы расплавить Эссенцию Зимнего Железа, а ты смотрю всё продумал.

Цинь Му зажёг огонь печи и немедленно задействовал свою Ци на полную, чтобы максимально усилить исходящий от него жар. Тем не менее, Эссенция Зимнего Железа попросту отказывалась плавиться, она даже не краснела от нагрева.

Юноша нахмурился. Внезапно он засунул обе руки в печь и схватил бруски Эссенции Зимнего Железа, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его духовный эмбрион словно озверел, когда Ци вокруг него стала походить на огромный огонь печи, подталкивая Ци Красной Птицы до предела своих возможностей!

Эссенции Зимнего Железа медленно краснели. Немного погодя, расплавленное железо всё же начало капать вниз.

Цинь Му позволял всё быстрее и быстрее “таящему” железу стекать в шлюз. Прошло не так уж и много времени, а бруски, сливаясь вместе, полностью расплавились.

Глухой посмотрел на ошарашенного немого:

— Так что ты собирался испытать?

Немой был разочарован. Изначально он намеривался проверить кузнечные навыки парня, а не уровень его совершенствования…

Чтобы расплавить Эссенцию Зимнего Железа, перво-наперво нужно воспламенить печь, однако её тепла недостаточно для плавки. Впрочем, если совершенствование мастера достаточно высокое, он всё-таки может использовать жизненную Ци Красной Птицы, чтобы расплавить железо.

По плану немого, Цинь Му должен был немного смягчить две Эссенции Зимнего Железа и неоднократно ударить по ним молотом, чтобы слить воедино, прежде чем выковать из них оружие. Тем не менее, он не ожидал, что Ци мальца окажется настолько бредово могучей, что буквально растопит две эссенции!

В итоге проверка навыков парня свелась к использованию им грубой силы, полностью пренебрегающей самими навыками. Кроме того, так было проще, а значит лучше, отчего немому не было к чему придраться.

Каждый взмах увесистого молота Цинь Му сопровождался звонким эхом и разлетающимися по сторонам искрам. Его удары подкреплялись яростной Ци Красной Птицы для смягчения железа и Ци Чернёной Черепахи для закалки через резкое остывание.

Спустя бесчисленное количество ударов, нож для убоя свиней, наконец, был выкован. Немой осмотрел его и неохотно дробно кивнул. Цинь Му прошёл его испытание.

Закончив нож, юноша проверил его остроту и остался доволен. Наконец у него появилось выкованное им оружие.

— Му’эр, прекращай играться с ножом, ты ещё не закончил моё испытание. На этот раз тебе придётся состязаться в чтении стихов, — улыбнулся слепой.

Лицо Цинь Му тут же побледнело, безвольно бормоча:

— Слепой дедушка, я определённо не смогу победить…

Глухой вырвал оба ушных протеза со звуком “поп”, словно говоря, слушать я этого не стану. В то время как лица старухи и остальных скорчились в презрении, хором гаркнув:

— Слепой, придумай что-то другое!

Старик почесал голову, но с учётом того, что запротестовали прям все, не мог отказать:

— Тогда будем состязаться на копьях. Сформируй копьё из Ци!

Слепой отбросил свою испорченную бамбуковую трость и раскрыл ладонь, над которой появилась его Ци Чёрной Черепахи, превратившаяся в журчащую воду, мгновенно принявшую форму копья водяного дракона.

Цинь Му привёл в движение свою Ци, формируя в ладони копьё огненного дракона. Оба сорвались с места, в то время как длинные копья в их руках завибрировали подобно ядовитым драконам, затаившимся во тьме непроглядной бездны и ожидающим своего часа, чтобы выскочить и нанести фатальный взмах.

Юноша и старик кружили вокруг друг друга в неутомимом танце, но их копья огненного и и водяного драконов так и не скрестились.

Цинь Му пробудил Глаза Небес, уставившись на слепого в попытке найти какую-либо слабость, но не мог. Старик может и был слеп, но не допускал ошибок.

«Раз не ошибается, тогда заставлю!» — подумал Цинь Му и, ещё немного побегав, внезапно яростно топнул, прожимая землю под своими ногами. От удара по земле пошли вибрации, из-за которых ноги слепого потеряли равновесие.

Вьюх…

Копье огненного дракона парня юркнуло к слепому старику, но тот почему-то лишь беззаботно улыбнулся. И не удивительно, ведь даже несмотря на то, что копьё водяного дракона старика начало своё движение позже, добралось до цели первым, нанося удар прямо в сторону груди оппонента.

На этот раз уже улыбнулся Цинь Му, когда перед его грудью появилась вода, сформировавшая заблокировавший копьё слепого водоворот. Копьё водяного дракона старика тут же разорвалось, в то время как он сам от взрыва отлетел назад. Длинное копьё в руках парня драматично вспыхнуло, превратившись в огненного дракона, уколовшего прямо в сторону груди слепого старика.

Слепой упал на землю, сделал перекат и затем пошатнувшись встал, тут же распечатав все свои божественные сокровища, восстановив равновесие и сердито крикнув:

— Ты жульничаешь! Ты используешь одновременно два типа жизненной Ци! Если судить с точки зрения навыков, ты уже проиграл! Но что ещё хуже, ты полагался на свою Ци Тела Тирана, чтобы задирать меня!

Цинь Му пробормотал:

— Слепой дедушка, ты хочешь изменить испытание и попробовать ещё?

Гнев слепого, подобно непредсказуемому порыву ветра, превратился в радость, говоря:

— Разве суть Тела Тирана не в том, чтобы задирать других? Это твоя сила, поэтому ты прошёл моё испытание. Сы, теперь твоя очередь.

Бабушка Сы сложным взглядом посмотрела на Цинь Му, который только что одержал победу, забормотав:

— Му’эр, для меня ты уже прошёл моё испытание… Когда ты с боем прорвался через триста шестьдесят комнат… Ты прошёл.

— Бабуля? — в лёгком смятении окликнул Цинь Му.

— Какой ребёнок однажды не покидает свой дом? — тихо говорила бабушка Сы. — Повзрослев, они всегда уходят. Я не могу удерживать тебя рядом со мной вечно. Те старые чудики уже позволили тебе пройти свои испытания и с моей стороны будет эгоистично поступить по-другому…

Неся под локтем свою корзину, старушка вернулась в свою комнату и захлопнула дверь.

От услышанного Цинь Му шокировано застыл. Старейшина прокашлялся, приводя его в чувство, и сказал:

— Му’эр, если ты пройдёшь моё испытание, то сможешь покинуть деревню Цань Лао, покинуть Великие Руины и отправиться во внешний мир для расширения кругозора, и чтобы поднабраться опыта.

Цинь Му обернулся и ответил:

— Дедушка старейшина, пожалуйста, дайте мне наставление.

Старейшина улыбнулся:

— Мы, старые чудики, научили тебя всему необходимому для выживания в этом мире. Старый Ма научил силе и достоинству. Мясник мужеству и бесстрашию. Глухой искусству и элегантности. Одноногий убегать, спасая свою жизнь, и хитрости. Слепой видеть сквозь несущественные фасады, докапываясь до самой сути вещей и истины. Целитель придумывать и готовить спасающие жизнь лекарства. Бабушка мудрости и доброте. Немой гибкости и спокойствию. Что касается меня, я научу тебя использованию своей совести в качестве линейки для измерения добра и зла, истины и лжи. Подними свой меч.

Цинь Му достал меч Младший Защитник и поднял его перед собой. Лезвие обратной части меча разделялось на две стороны и обе отражали его лицо.

— У меча есть четыре стороны. Сторона, которая смотрит прямо на тебя — твоё сердце. Также одна сторона добра, а другая сторона зла, — старейшина спокойно говорил. — Сторона, которая смотрит на твоего врага — является его совестью. Точно также одна сторона добра, а другая зла. Меч же — твоя линейка, используемая для измерения добра и зла, истины и лжи, как твоего врага, так и тебя. Навык меча используется для измерения добра и зла достойного противника, так и тебя. Я передам тебе первую форму моего навыка меча. Её освоение будет считаться твоим пропуском. Пропуском из деревни, пропуском во внешний мир.

Цинь Му взволновался. Старейшина наконец-то решил передать ему навык меча!

Сердца всех стариков вокруг пропустили удар, уставившись на старейшину своей деревни. Бабушка Сы тоже решила посмотреть, приоткрыв дверь своего дома.

Старейшина наконец-то собирался начать передавать Цинь Му навыки меча. По мнению чужаков происходящее может казаться незначительным и не стоящим внимания, но ни один местный не согласится с подобной точкой зрения. Нет. По их мнению, это было невероятно грандиозное событие!

Особенно для целителя, так как он лучше всех знал, какой глубокий смысл таился в навыке меча старейшины, который он прямо сейчас собирался передать Цинь Му.

Для старейшины передача своего навыка меча не было простым вопросом наследования, а большой ответственностью!

Обучившись этому навыку меча, юноше придётся взять на себя ответственность, с которой не смог совладать даже старейшина.

— Старейшина, думаешь он готов взвалить на себя это бремя? — прошептал целитель.

— То, что я не могу, не значит, что он тоже не может. Патриарх Культа стар и ему осталось жить не больше семи лет, что же до меня, я тоже стар и после его смерти проживу от силы ещё несколько лет. Пришло время передать моё наследие, — улыбнулся старейшина.

Собравшись с духом, он обратился к Цинь Му:

— Мой навык меча называется — “Рисунки Меча”, а его первая форма — “Меч, Ступающий по Горам и Рекам”.

Глава 96. Меч, Ступающий по Горам и Рекам

Жизненная Ци старейшины вырвалась наружу и превратилась в недостающие конечности. Он медленно встал с носилок и со взмахом руки меч Младший Защитник мгновенно вылетел из руки Цинь Му и приземлился в его.

Взгляд старика затуманился, будто он предался воспоминаниям прошлого.

Цзззн!

Загудел Младший Защитник и рассёк воздух. Со стороны казалось, что меч двигался очень медленно, исполняя ранее известные парню движения: резкий подъём, скользящий взмах, рубящих замах по вертикали, колющий выпад, парирующих взмах, толчок, ложный замах, взмах по дуге, перехват, рубящий замах по горизонтали и другие. Каждое используемое старейшиной движение было из разряда простейших, однако, скомбинировав их, в его исполнении демонстрировался совершенно новый способ использования меча.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам.

Ярко сияя под воздействием этого навыка, меч порой двигался плавно, а порой стремительно, формируя силуэт, похожий на величественные горы и стремительные реки. Сияющий меч и отбрасываемая им тень со временем взаправду превратились в огромные горы и бушующие реки, выглядя как нарисованная на холсте картина!

Даже первая форма навыка меча старейшины была невероятно сложной, обладая духом и могучестью, чтобы творить!

Шло время, а танец света и тени меча не прекращался. Пейзаж уже не выглядел как картина, а как настоящие осязаемые горы и реки!

Тем не менее, на этом всё не закончилось. Секреты, таящиеся в мече, непредсказуемо менялись, меняя форму самих гор, рек и облаков, как если бы проходили неисчислимые века времени, приводящие к смене ландшафта.

— С имперскими советниками стратагем в палатках и вооружёнными свирепыми генералами на границах! Хорошее время для войны. Возможно ли убить богов? — манипулируя мечом, старик запел с ноткой рвения и печали. — Скажи — Возможно!

— В тот день с треногой благовоний на высокой палке он будет шагать по горам и рекам со своим мечом. Весь город гулко пел, принимая пришедших поприветствовать богов.

Меч старейшины двигался достаточно медленно, чтобы Цинь Му смог как следует разглядеть путь навыка. Несмотря на всю медлительность исполнения навыка меча, его величие было в полной мере отображено, а самые мелкие детали соблюдены.

Юноша сосредоточился на запоминании. Навык меча старика, возможно, действительно был сложным… Но даже самый сложный навык, строящийся на базовых движениях, вне зависимости от его сложности, можно выучить. Нужно просто досконально знать эти самые базовые движения.

Старейшина продемонстрировал движение только раз, но Цинь Му уже его запомнил. Спросите как? Всё просто. Для этого он использовал обычные цифры. Например, колющий выпад был единицей, скользящий взмах двойкой, рубящий удар по вертикали тройкой и так далее.

Единственное что ему оставалось — запомнить порядок цифр, а стоящее за каждой из них движение, с учётом многолетних тренировок, ему уже никогда не забыть. Вот таким вот незамысловатым способом ему может покориться любой, даже самый сложный, навык меча… Но с небольшой оговоркой — он должен идеально знать все базовые движения.

Старейшина всё достаточно хорошо продумал. В течение последних двух-трёх лет он даже не показывал Цинь Му свои навыки меча, что уж говорить об обучении, заставляя ежедневно, до сорванных в кровь мозолей на ладонях, заучивать базовые движения. Тренируясь таким образом, парню со временем удалось раскрыть их максимальный потенциал и тем самым заложить несравненно прочный фундамент, полагаясь на который освоение навыка меча стало намного проще.

Цинь Му закрыл глаза и вспомнил порядок цифр, соответствующий навыку — Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Затем он заменил цифры на стоящие за ними движения и несколько раз мысленно повторил последовательность.

Спустя некоторое время, он использовал Ци, чтобы манипулировать Младшим Защитником и медленно выполнить навык меча, которой ему только что детально продемонстрировали.

Исполнение получилось чрезвычайно дёрганым, угловатым и неуклюжим. Цинь Му приходилось время от времени останавливаться, чтобы вспомнить порядок движений.

Тем не менее, попытавшись повторить навык во второй раз, у него получилось намного лучше. Хотя ему по-прежнему приходилось временами делать паузы, чтобы подумать.

В третий раз у него получилось выполнить каждое движение навыка плавно и без остановок. Но ему всё ещё не удавалось выполнить навык старейшины, который создавал им горы и реки, делая похожим на божественное искусство.

Цинь Му продолжал практиковаться, получая всё больший контроль над Мечом, Ступающим по Горам и Рекам.

Вскоре бабушка Сы приготовила обед и позвала его перекусить. Но даже за обеденным столом парень использовал Ци, чтобы держать свои палочки для еды и практиковать движения.

Когда наступила ночь, он попрактиковался ещё немного, а затем ушёл спать, продолжив практиковаться во сне…

Так продолжалось десять дней, по истечению которых Цинь Му наконец постиг основной момент в навыке — Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

Смысл написанного в книге можно понять после сотни прочтений, то же самое верно и для навыков меча. Не говоря уже о том, что он сделал больше тысячи повторений изучаемого им навыка!

Цинь Му знал его как часть себя. В какой-то момент повторив навык в очередной раз, он почувствовал, как его жизненная Ци сливается с мечом, застилая глаза божественным светом. Под пляс света и тени клинка казалось словно на холсте начали прорисовываться контуры гор и рек.

Меч ловко юркнул обратно в рот рыбьего дракона, заставляя живописную картину, так и не сошедшую с “холста”, постепенно померкнуть.

Цинь Му удивлённо застыл, ведь ему в конце концов удалось исполнить этот навык меча.

— Му’эр, ты вырос, — улыбнулся старейшина и проговорил. — С сегодняшнего дня ты больше не ребёнок, теперь ты взрослый. Ты можешь уйти из деревни Цань Лао, Великих Руин и найти свой путь в мире.

Бабушка Сы опиралась на дверной проём. Когда она увидел рисующий картину меч, то её сердце дрогнуло.

— Му’эр, ты так вырос, — улыбнулась она.

Цинь Му пробыл в деревне ещё несколько дней и освоил навык одноногого — Рука Небесного Расхитителя, Подменившая Солнце.

Пришла пора покинуть деревню…

Бабушка Сы подготовила ему в дорогу багаж, собрав все его вещи в один огромный рюкзак. Множество из вещей, подготовленных ею, юноша считал ненужными. Также старушка превратила Великие Небесные Дьявольские Рукописи в белую перчатку и одела её ему на руку.

Распив на прощание вино, Цинь Му наконец-то отправился в путь, покидая Цань Лао. Но не пройдя слишком далеко, он оглянулся и увидел у входа в деревню всех девятерых стариков. Даже старейшина, материализовав ноги из Ци, стоял там.

Парень не сдержался и рванул обратно, чтобы по очереди разок обнять каждого из них. Затем он сделал два шага назад и трижды поклонился бабушке Сы, после чего развернулся и на этот раз не оборачиваясь зашагал прочь.

— Му’эр, помни, если противник слишком силён ты всегда можешь убежать! —заорал вдогонку одноногий.

— Ты должен быть сильным! Если тебя притесняют — давай сдачи и ни за что не сдавайся! — помахал рукой старый Ма.

— Не позорь нас, престарелых калек! Руби всех, кто станет на твоём пути! — поднял свои ножи мясник.

— Будь джентльменом!

— Если не можешь побить — отрави!

— Ха ха, ах ах, ох!

Цинь Му всё же повернул голову, но только чтобы ярко улыбнуться и на прощание помахать всем рукой.

****

Вскоре он добрался до долины Дворца Подавления Рока, где увидел совершенствующуюся демоническую обезьяну. Та занималась дыхательными упражнениями перед монашеским посохом, воткнутым в землю рядом с ней.

С неумолимо возрастающим совершенствованием, обезьяна постоянно крепчала телом и наращивала мощь. Практикуя навык кулака старого Ма и дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, переданные ей Цинь Му, обезьяна всё больше походила на демонического монаха, отрастившего по всему своему телу чёрные волосы.

Кулачный навык старого Ма и монашеский посох Кхаккхара брали своё начало в буддизме, и даже несмотря на то, что техника Трёх Эликсиров Тела Тирана не была буддистской, это не умоляло её пригодности в качестве инструмента для наращивания совершенствования. С учётом всех этих факторов, демоническая обезьяна неосознанно начала создавать вокруг себя буддистскую ауру, словно становясь божественных хранителем буддистских заветов.

Цинь Му не мог не подумать: «Вот что значит настоящий демонический монах! Если бы я дал здоровяку монашескую рясу и бусины, размером с человеческую голову, в лапу, он бы действительно стал похож на божественного хранителя буддистских заветов!»

— Здоровяк, сегодня я собираюсь в далёкий путь… Я покидаю дом и вернусь не скоро, — всё ещё не отойдя от мыслей, восхищённо окликнул Цинь Му, пробудив обезьяну от медитации.

— Далеко? — обезьяна почесала затылок.

— Далеко, — кивнул Цинь Му.

Обезьяна снова почесала затылок и взглянула на стадо зверей в долине. Внезапно она зверино взревела. Слонодракон, охраняющий глубоко в долине стадо, быстро вскочил на лапы и, виляя хвостом, подбежал к ним с одним лишь желанием — выслужиться.

Без особых объяснений обезьяна прижала это живое подобие холма к земле и начала жестоко колошматить. Сильно потрёпанный слонодракон жалобно поскуливал, но не осмеливался дать сдачи.

— Охраняй! — демоническая обезьяна указала пальцем на стадо зверей в долине и крепко сжала кулак у него перед носом. Напрягая мышцы на руке, которые повыскакивали как осенние грибы под дождём и были сравнимы с огромными зонтами, она гаркнула. — Ешь! Умрёшь!

Чувствуя себя крайне обиженно, слонодракон распластался на земле и начал кивать мордой. Обезьяна выдернула из земли свой монашеский посох Кхаккхару и ударила им по груди:

— Я, идти.

— Далеко, — отрицательно потряс головой Цинь Му

— Я, большой. Ты, маленький, — обезьяна пальцем ткнула сначала на себя, а затем и на парня.

— Я, сильный. Ты, слабый, — опять отрицательно потряс головой Цинь Му.

Демоническая обезьяна впала в ярость и еле-еле выговорила:

— Г-говорить с т-тобой, о-очень… сложно!

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать, но был вынужден снова отрицательно потрясти головой:

— Я пойду на территорию людей. Она не настолько обширная как Великие Руины, но там множество злобных персон. Ты слишком сильно бросаешься в глаза из-за своего размера. Когда станешь достаточно сильным для превращения в человека, мы сможем исследовать мир вместе. Тем более слонодракон это дикий зверь и, после твоего исчезновения, пару дней он, возможно, и побудет хорошим, но вскоре сожрёт всех наших маленьких друзей, оставив в долине гору костей. Я молчу про его тупость. Неужели ты хочешь, чтобы он выпустил на волю старого дьявола, скрывающегося во Дворце Подавления Рока?

Обезьяна почувствовала беспомощность перед таким количеством аргументов и кивнула головой. У слонодракона на морде читалась неумело скрываемая обида… Поджимая хвост и грустно вытирая слёзы, он понял, что ему устроили внеочередной “массаж” без всякой на то причины.

Цинь Му помахал рукой и покинул долину Дворца Подавления Рока.

— Кроха! — демоническая обезьяна прыгнула на горную скалу и помахала своей огромной лапой. — Возвращайся, рано!

****

Юноша подошёл к водопаду долины Нефритового Облака и увидел лисичку, держащую в руках несколько книг и объясняющую картинки другим лисицам. В этот момент она говорила о чём-то очень интересном, завораживая своих ушастых слушателей.

Когда Ху Лин’эр заметила Цинь Му, то быстро отложила древние книги в сторону. Остальные лисицы-обольстительницы тоже поднялись и приветственно поклонились, в унисон звонко говоря:

— Приветствуем тебя, молодой мастер Му.

Цинь Му слегка склонился в приветствии в ответ и проговорил:

— Не нужно быть слишком вежливыми. Лин’эр, я здесь для того, чтобы попрощаться с тобой. Я собираюсь покинуть Великие Руины и отправиться в Империю Вечного Мира. Боюсь меня не будет от трёх до пяти месяцев.

Глаза белой лисички азартно заискрились, быстро юркнув в соломенную хижину. Упаковав все свои вещи в маленький рюкзак, она радостно выбежала во двор и защебетала:

— Сёстры, вы можете оставаться здесь и продолжать совершенствоваться, молодой мастер Му и я собираемся исследовать мир. В путь!

Рюкзак маленькой лисы был в сотню раз меньше рюкзака парня и выглядел очень изящно у неё на спине.

— Большая сестрица, ты что, опять пьяна? — насторожившись спросил лиса и продолжила. — Люди снаружи очень злые. Они готовы сдирать с нас кожу для того, чтобы делать одёжки.

— С молодым мастером Му рядом мне нечего бояться, — улыбнулась Ху Лин’эр.

— Лин’эр, это уже не игрушки, путешествие очень опасное. Оставайся тут и заботься о своих сёстрах, — виски Цинь Му начали болезненно пульсировать.

— Великий Король Демонов заставляет меня стать его женой, но он настоящий урод и не нравится мне, так что это хороший шанс избежать брака. Мои сёстры способны совершенствоваться и без моей помощи. Достаточно скоро они смогут выбросит свои звериные тела и запросто превращаться в людей, — улыбнулась Ху Лин’эр.

— Я не могу взять с собой ни демоническую обезьяну ни тебя, — потряс головой Цинь Му, на что Ху Лин’эр невинно моргнула, жалостливо говоря. — Но ведь здоровяк тупой, я ведь не такая глупая, как он, верно? Тем более тебе нужен кто-то, кто будет заботиться о твоей еде и жилье, верно? Я не хочу замуж за Великого Короля Демонов, неужели молодой мастер готов послать такую милую лисичку в логово тигра?

— Уговорила. Но ты должна безоговорочно меня слушать и не создавать проблем, — беспомощно проговорил юноша.

— Хорошо! — радостно воскликнула лиса.

****

Возле Вздымающейся Реки.

Цинь Му зажёг несколько палочек благовоний и запел песню поклонения речным богам. Совсем скоро Речной Перевозчик подплыл к ним и, хорошо поев, разрешил человеку и лисе забраться к себе на спину. Они плыли мимо зелёных холмов и уединённых долин, в которых слышалось пение птиц.

Цинь Му посмотрел в сторону берега реки, где неподалёку находилась деревня Цань Лао. Бабушка Сы всё ещё стояла на входе, маша ему рукой.

— Му’эр, не будь соблазнён чарами всяких лис… Негодяйка!

Маленькая белая лиса, стоявшая возле Цинь Му, высунула язык в сторону старухи.

****

В этот момент во Дворец Подавления Рока явился старый монах. На голове у него было несколько шаров плоти и ни единого волоска, а одет он был в жёлтую кашаю. Увидев, как демоническая обезьяна практикует Восемь Громовых Ударов, он невольно остановился и восхищённо воскликнул.

Обезьяна немедленно остановилась и заметила улыбающегося монаха, который заговорил:

— Ты идёшь по пути буддизма и твоё совершенствование очень хорошо. Проблема в том, что ты не получил истинных учений. Я готов передать тебе полную версию этой техники и если на то будет воля судьбы, ты освоишь её.

— Лысый, кто? — в недоумении спросила обезьяна.

— Ты имеешь ввиду меня? — старый монах выглядел дружелюбно, но когда продолжил торжественно улыбнулся. — Я стою во главе Монастыря Великого Громового Удара, также меня знают под именем Жулай. На самом деле я совсем не лысый. Можешь коснуться. Я переработал свои волосы в плоть.

Демоническая обезьяна протянула руку и в изумлении завопила:

— Лысый, волосы!

Старый монах улыбнулся:

— Ты практиковал удары моего кулака, держа в руках мой посох, на то была воля судьбы, не иначе. Раньше я думал, что мой посох оказался в руках у молодого парня поэтому прибыл сюда просветить его. Однако, похоже на то, что с ним моя судьба не пересекается, а пересекается с тобой. Пошли, позволь мне показать тебе Махаяну Сутру Жулая. Когда придёт час, ты отыщешь меня в Великом Монастыре Громового Удара.

Демоническая обезьяна, казалось, одновременно понимала всё и ничего.

Глава 97. Поющий в воде голос

Речной Перевозчик уже сплыл вниз по течению примерно на четыреста километров. На берегу реки Цинь Му увидел деревню, расположенную подле ветхого храма, в котором на горизонтальной плите с письменами сидела расчёсывающая свои три косички девочка.

Юноша удивился, немедленно заставив зверя подплыть к мелководью, и сошёл на берег, оставляя белую лисицу позади.

Войдя в деревню, Цинь Му увидел процветание и мирную жизнь сельчан. Несколько женщин преклонного возраста зажигали у храма благовония и клали у порога половину освежёванной свиньи в качестве подношений.

Парень подошёл к храму, после чего заметившая его девочка тут же прыгнула вниз, чтобы спрятаться.

— У, я видел тебя, зачем прячешься? — улыбнулся Цинь Му.

— А вот и не прячусь. Я ждала пока ты войдёшь в храм, зажжёшь благовония и скажешь как у тебя всё плохо с телом и почками, чтобы посмеяться! — вышла из храма улыбающаяся девочка.

От смущения парень даже немного растерялся. Оглядевшись, он понял, что храм был тщательно убран, не было видно даже пылинки. Подойдя к почитаемой местными жителями статуе богини, он увидел точную копию маленькой девочки Сянь Цин’эр, в которую превращалась женщина У.

Цинь Му обошёл статую и наконец успокоился, так-как за ней так и не нашёл никаких обглоданных костей. Выходя из храма, он с интересом спросил:

— Почему ты живёшь здесь?

Женщина У с гордостью воскликнула:

— Здесь я получаю положительную карму! Эта деревня находится под моей защитой, а её жители приносят мне подношения. Я помогаю им отгонять жестоких зверей и иногда приношу воду из реки, чтобы орошать земли. Если идёт слишком сильный дождь я помогаю им рассеять облака. Когда ветра нет я его приношу, а когда его слишком много, успокаиваю. Раньше я много скиталась и охотилась на людей, из-за этого меня и подавил тот лысый осёл. Теперь я стала своим собственным буддой в своём собственном храме. Мне приносят подношения и, вдобавок, я каждый день увеличиваю свою карму!

— Разве ты не ушла вверх по течению? Каким образом ты оказалась здесь? — улыбнулся Цинь Му.

— Ну… после уничтожения того ледяного затора, я бродила то тут, то там. В конце концов я встретила монахов Монастыря Малого Громового Удара и поцапалась с ними. Мне не удалось победить их, вот я и сбежала, в итоге спрятавшись тут. Пока я скрывалась в этом храме сюда часто захаживали бандиты, которых я съедала. Деревенские заметили меня и подумали, что я бессмертное существо, призванное храмом для их защиты. Они предлагают мне коров, ослов и даже благовония. От такого внимания мне стало так приятно, что я теперь иногда делаю для них всякие мелочи, — говоря, женщина У снова запрыгнула на горизонтальную храмовую плиту с письменами и закачала ногами. — Они всё лучше и лучше ко мне относились, так что я решила поселиться здесь.

Цинь Му громко засмеялся и, развернувшись, чтобы уйти, проговорил:

— Невольно совершив добрый поступок ты превратишься в будду.

Женщина У проводила его взглядом, тихо пробормотав:

— Я не хочу становиться монахом. Не хочу быть вегетарианкой…

Цинь Му вернулся на спину Речного Перевозчика, которые затем медленно покинул мелководье. Из-за спуска вниз по течению, скорость зверя постепенно возрастала. Оглянувшись на древний храм, в глазах парня отразилась маленькая девочка с покачивающимися на ветру косичками, принимающая подношения в виде благовоний и мяса от деревенских жителей.

На стремительной реке бушевали волны.

Добравшись до пристани возле Пограничного Дракона, они сошли на берег и затем прошли через городские ворота.

К текущему моменту город полностью принадлежал Небесному Дьявольскому Культу и несмотря на то, что бабушка Сы в последние дни не щеголяла перед всеми в коже Фу Юньди, проблем не возникло. В конце концов городской Лорд довольно часто совершенствовался в уединении.

Цинь Му зашёл в корчму и подозвал к себе хозяина:

— Благоверный мастер, могу ли я каким-то образом избежать Смотровых Зеркал и пробраться в Империю Вечного Мира?

Хозяин корчмы ответил:

— В Империю Вечного Мира есть два входа. Один лежит через Вечную Границу, а другой через Секретные Водяные Проходы. Оба этих места очень хорошо охраняемы и у входа над городскими воротам там висят Смотровые Зеркала. Любой отвергнутый Великих Руин будет мгновенно замечен зеркалами и убит на месте. Ну или схвачен и отправлен заниматься рабским трудом на рудниках до самой смерти. Проход через горы ещё более опасен. Империя Вечного Мира и Великие Руины соединены горным хребтом Разрушенный Богом. Тот настолько опасен, что даже птицы боятся пролетать мимо. На этом горном хребте империя спрятала в засадах мистические Жемчужные Арбалеты для защиты от толп отвергнутых. Если кто-то вздумает пересечь Разрушенный Богом, Жемчужные Арбалеты скосят их наповал.

Цинь Му нахмурился и спросил:

— А есть ещё входы в Империю Вечного Мира?

Владелец корчмы улыбнулся:

— Никто об этом не знает, но у нашего священного культа есть собственный проход. Ещё до открытия свободного торгового пути, мы занимались контрабандой товаров. Чтобы провернуть подобное, были тайно уничтожены два Жемчужных Арбалета, располагавшихся на непримечательном горном перевале Разрушенного Богом, что позволило нам безопасно путешествовать между двумя территориями. Теперь, после открытия свободного торгового пути, горный перевал забросили и больше не использовали. Хотя сейчас если молодой Владыка желает попасть в Империю Вечного Мира, он может просто пройти через Секретные Водяные Проходы. Большинство стражников там — наши верные люди.

Выражение лица Цинь Му дрогнуло. Сила Небесного Дьявольского Культа была попросту слишком всеобъемлющей… Собственно, чего и стоило ожидать от наибольшей организации поклонения пути дьявола!

Взвесив все за и против, он отдал приказ:

— Подготовьте карту Империи Вечного Мира. Мне хотелось бы взглянуть на неё, чтобы лучше ознакомиться с её географией.

— Понял, — хозяин корчмы отступил, после чего Цинь Му и Ху Лин’эр поужинали, умылись и легли спать.

На следующий день хозяин корчмы принёс толстую стопку листов, на которых была нарисована карта всей Империи Вечного Мира, а также более детальные карты мелких областей и уездов.

— Кто приведёт меня к Секретным Водяным Проходам? — спросил Цинь Му, спрятав карты в свой сумку.

— Не переживайте, молодой Владыка. Ваш завтрак уже готов, могу ли я сперва пригласить Вас к столу? Когда Вы, молодой Владыка, доберётесь до берега реки, там Вас встретят люди нашего священного культа и проведут, — улыбнулся хозяин корчмы.

Цинь Му и Ху Лин’эр позавтракали и вышли на пристань, где увидели уже пришвартованный корабль, на носу которого стояла молодая леди в зелёных одеждах. Увидев подошедших, она вежливо поздоровалась:

— Здравствуйте, молодой Владыка. Могу ли я пригласить Вас подняться на борт?

— Отбрось формальности, — Цинь Му провёл Ху Лин’эр на корабль, после спросил у леди в зелёных одеждах. — Сможет ли сестра провести меня в город и скрыть от Смотровых Зеркал?

Молодая леди улыбнулась:

— Я однозначно не смогу ничего утаить от зеркал. Однако, я, Фэн Сююнь, являюсь высокопоставленным чиновником Секретных Водяных Проходов. Я из тех людей, кто проверяет входящих и выходящих из города. Так что запросто смогу провести молодого Владыку внутрь города, а также вывести за его пределы.

Цинь Му был поражён. Эта леди казалась ему совсем молодой, слишком молодой, чтобы быть высокопоставленным чиновником, охраняющим границы.

— Спасибо за услугу, сестра Фэн, — сразу же проговорил он.

Внезапно из-под борта корабля всплыл огромный зверь и потянул корабль вниз по течению. Проплыв довольно весомое расстояние, река расширилась, а туман стал намного гуще.

Скорость огромного зверя, вошедшего с кораблём в туман, значительно упала. Могло показаться, что он чем-то сильно обеспокоен… словно нечто под водой напугало его.

— Почему этот зверёк внезапно закатал истерику и отказывается тянуть корабль? — растерялась Фэн Сююнь.

— Молодой мастер, я почувствовала, как к нам что-то приближается, что-то очень холодное… — прошептала разнервничавшаяся Ху Лин’эр.

В этот момент Цинь Му вдруг ощутил, будто за ним кто-то наблюдает. Рыбий дракон взмыл над его спиной и выплюнул изо рта половину Младшего Защитника.

Фэн Сююнь с серьёзным выражением лица встала в защитную стойку прямо перед юношей. Внезапно запузырилась вода. Туман плотнел, а пузырьков становилось всё больше… Однако, кроме этого, больше не наблюдалось ничего странного.

Цинь Му собрался с мыслями. Река была слишком широкой, а густой туман не давал возможности понять, в какую сторону им стоит двигаться, чтобы избежать опасности. Маленькая лисица попыталась использовать заклятие, в попытке контролировать демонический ветер… Тем не менее, сила её ветра была довольно слабой и не смогла не то что разогнать, даже немного отогнать туман.

Фэн Сююнь достала веер и слегка взмахнула им, после чего тот резко увеличился в размерах, став примерно с рост человека. Молодая леди ухватилась за веер покрепче и изо всех сил взмахнула им. Поднялся штормовой ветер, намного превосходящий по мощи демонический ветер лисы, но даже его не хватило, чтобы прогнать белый туман.

Течение реки плавно несло корабль дальше. Огромный зверь, ранее тянувший корабль, спрятался в непроглядных водных пучинах, не смея высунуться наружу. Так и получилось, что течение реки было их единственным способом передвижения.

Фэн Сююнь сильно нервничала, как вдруг откуда-то из воды донёсся поющий голос… Голос был очень нежным, а песенка напоминала на те, что любящие матери обычно поют, чтобы убаюкать своих малышей. Каких-то конкретных слов в ней не было, только “мурлыкающий” мотив.

Цинь Му был ошеломлён. Напевающий голос показался ему невероятно знакомым: «Я уже слышал эту песню!»

Он встал на носу корабля и посмотрел вниз, где увидел длинноволосую женщину в белом, дрейфующую по течению вместе с кораблём.

Судно плыло вперёд, а напевающая в воде женщина следовала за ним как тень.

«Я действительно слышал эту песню раньше, но бабушка Сы однозначно не пела её мне на ночь…» — слушая поющий голос, Цинь Му всё больше погружался в него, казалось, что давно спрятанное воспоминание сейчас вырвется наружу.

Он внезапно спрыгнул с корабля и приземлился на поверхность воды. Фэн Сююнь протянула руку, чтобы перехватить его, но не успела. Ху Лин’эр тоже спрыгнула вниз и, увидев женщину в белом платье, почувствовала, как у неё всё внутри неконтролируемо похолодело. Но она последовала за парнем, прыгая и создавая своими маленькими лапками слабую волнистость.

— Помедленнее, молодой мастер! Мне страшно…

Поющий голос не затихал, но Цинь Му никак не удавалось догнать плывущую в воде женщину. Он слишком переволновался, но придя в себя уже было собрался вернуться на борт корабля, когда увидел, как нефритовый кулон у него на шее слегка приподнялся.

Цинь Му молча остановился и, словно потеряв душу, уставился на лицо женщины в воде. Женщина в воде тоже остановилась… Теперь уже казалось, что не он гнался за ней, а она за ним.

Батумп

Юнец из Цань Лао плюхнулся коленями на речную поверхность и протянул дрожащие ладони, пытаясь прикоснуться к лицу женщины. Слезы проступили в уголках его глаз и начали скатываться по щекам, прежде чем упасть в воду.

— Это ты? Ты та, кто принесла меня в деревню Цань Лао?..

Глава 98. Секретные Водяные Проходы

Его рука погрузилась в речную воду, но не смогла прикоснуться к лицу женщины.

— Почему ты всё ещё здесь? Ты хочешь защитить меня?.. — сквозь слёзы промычал Цинь Му, безрезультатно пытаясь дотянуться до женщины в воде. Он замер, и она замерла за ним. Однако, казалось, что между ними целый мир и они никогда не смогут коснуться друг друга.

— Ты из моей семьи?

— Что случилось?

— Зачем тебе нужно было убегать со мной? Убегать в деревню Цань Лао?

— Ты здесь чтобы снова меня увидеть?

Женщина в воде не отвечала на его вопросы и молча смотрела на юношу. Её глаза, казалось, переполняла нежная привязанность и удовлетворение.

Фэн Сююнь использовала магию, чтобы подплыть к ним ближе и собралась напасть на труп женщины в воде, но увидев, как Цинь Му, стоя на коленях, наклонился над ней, изумлённо застыла, не способная сдвинуться с места.

Труп женщины смотрел прямо на юнца из Цань Лао. Четырнадцать лет назад её отнесло именно до этого места. Течение здесь было очень слабым, став причиной того, что её не выкинуло на берег и не унесло дальше… Так она и пошла ко дну, оставаясь тут и по сей день.

Сильная привязанность заставила её остаться в воде и тихо ждать. Осознав, что здесь проплывает Цинь Му, её привязанность была пробуждена силой его нефритового кулона и побудила всплыть на поверхность, чтобы увидеть перевёрнутый образ юноши на корабле.

— Посмотри, я вырос, я выжил… — Цинь Му посмотрел на женщину в воде и сдержал слёзы. Он улыбнулся и нежно продолжил. — Можешь быть спокойна, я найду свою семью и родной город. Я узнаю о твоём прошлом и вечно буду помнить твоё имя…

Женщина, казалось, слегка улыбнулась, вновь погрузившись в непроглядные речные пучины, и исчезла.

Перед тем, как подняться, ещё некоторое время Цинь Му оцепенело простоял на коленях. Он почувствовал, что вырос, и уже больше не был таким невежественным мальчишкой, как прежде.

Цинь Му вернулся на корабль и заметил, что после исчезновения женщины белый туман над рекой постепенно рассеивался. Со временем река восстановила свою ясность, раскрывая взору громадный “проход”, возвышающийся над всей шириной Вздымающейся Реки. Проход был сформирован из бесчисленного количества кораблей, образовавших огромные казармы, способные уместить многотысячную армию воинов и их лошадей!

Гигантская цепь перекрывала собой всю реку и единственным способом попасть внутрь был узенький водный путь посередине. Здесь люди проплывали через так называемые Секретные Водяные Проходы и попадали на территорию Империи Вечного Мира.

— Молодой Владыка, мы на месте, — Фэн Сююнь направила огромного зверя в сторону водного пути и продолжила. — Смотровые Зеркала находятся в центре города, а здесь все люди мои, так что молодой Владыка может быть спокоен.

Оглядевшись, Цинь Му заметил войска Секретных Водяных Проходов. Среди них можно было даже увидеть лошадей, галопом скачущих от корабля к кораблю, между которыми почти не было прогалин. Соединяемые шипами, они походили на огромную, сложную конструкцию, нежели на обычные корабли.

Как только шипы отделялись от корабля, последний становился самостоятельным судном, готовым к отплытию в любой момент.

— Человек, создавший это место, наверняка обладает небесными навыками! — в восхищении воскликнул Цинь Му.

— Молодой Владыка, Секретные Водяные Проходы были спроектированы и сконструированы Мастером Чертога Ремесленников нашего культа, — взорвалась от смеха Фэн Сююнь.

Сердце Цинь Му ёкнуло, не сдержав ещё более восхищённого восклицания. Теперь он наконец понял, почему Имперский Наставник Вечного Мира должен был подчинить Небесный Дьявольский Культ… Сила культа, несомненно, значительно уступала силе армии Имперского Наставника, но у него было много верных последователей всех видов профессий. Триста шестьдесят профессий соответствовали триста шестидесяти чертогам, каждый из которых покровительствовал множеству людей соответствующих профессий, закладывая непоколебимый фундамент для целой организации.

Корабль добрался до города. Торговые суда, ожидая проверки, образовали длинную очередь на всей протяжённости водного пути, но Фэн Сююнь приказала направить свой корабль непосредственно к берегу, чтобы высадить Цинь Му.

Лисица тотчас же проследовала за ними и в несколько шагов запрыгнула в рюкзак юноши. Зарывшись в сумку, она высунула только мордочку, чтобы с интересом разглядывать всё вокруг.

— Молодой мастер, это ведь Смотровые Зеркала.

Цинь Му посмотрел в направлении, куда указывала Ху Лин’эр, и увидел огромный подвесной мост. Посередине моста ярко сияло зеркало, направленное в сторону плывущих по водному пути кораблей. Каждый корабль, проплывающий под зеркалом, непременно отражался в нём…

Торговые суда обязательно останавливались под мостом, после чего каждый член экипажа должен был пройти под зеркалом. Однако, Цинь Му уже сошёл на берег. Что ему теперь могли вообще сделать Смотровые Зеркала?

В городе через каждые десять шагов можно было наткнуться на патрульного. Их проверки были очень строгими. К счастью, парень шёл в сопровождении Фэн Сююнь, поэтому им удалось избежать лишних проблем.

Фэн Сююнь привела их в место сбора купцов и проговорила:

— Молодому Владыке придётся переночевать в городе. Завтра, после полной проверки и снятия блокады с водного пути, Секретные Водяные Проходы покинут многие торговцы. Молодой Владыка может присоединиться к каравану, — она на миг засомневалась, прежде чем продолжить. — В последнее время Империя Вечного Мира не является образцом мирных земель. Если молодой Владыка собирается отправиться путешествовать в одиночку, я посоветовала бы ему этого не делать. Лучше всего будет путешествовать вместе с караваном.

— Не особо хороший пример мирных земель? — изумился Цинь Му, на что молодая леди осторожно оглянулась по сторонам и прошептала ему на ухо. — В последнее время среди сильных практиков ходит слух, что Имперский Наставник Вечного Мира, при попытке вторгнуться в Великие Руины, понёс огромные потери. Это стало причиной того, что его попытались убить по пути назад. Имперский Наставник был очень тяжело ранен и почти погиб. Когда новость просочилась в массы, некоторые секты отказались соблюдать установленные Императорской Семьёй правила и воспользовались возможностью, чтобы посеять хаос. Некоторые отделились, некоторые использовали момент, чтобы захватить территории, в общем, многие восстали…

Чёлка молодой леди упала Цинь Му за шиворот и защекотала его. А уши от её дыхания аж за зудели.

Увидев, что уши юноши покраснели, Фэн Сююнь поняла, что находится слишком близко и сделала шаг назад.

Этот самый юноша в будущем станет священным Владыкой Культа. Разве она может позволить себе так беззаботно с ним обращаться?

— Есть ещё кое-что, — Фэн Сююнь собралась с мыслями и измерила Цинь Му взглядом. — Молодому Владыке придётся изменить свой наряд. Империя Вечного Мира не Великие Руины, там нет необходимости носить слишком прочные одежды.

Наряд Цинь Му был сшит из шкуры зверя. Бабушке Сы не нравилось, что он постоянно портил одежду во время тренировок, поэтому с самого детства она заставляла его носить звериные шкуры. Несмотря на то, что текущая одежда парня была сшита из звериной шкуры, она была необычайно деликатной и продуманной. Материалом же для неё послужила шкура достаточно странного зверя — Снежного Облачного Леопарда. На ней не было видно ни единого волоска шерсти, также она охлаждала летом и согревала зимой. Дизайн может и был неплох, но выглядела она крайне неприятно.

Освоив ремесло портного, Цинь Му использовал шкуру Снежного Облачного Леопарда, чтобы изготовить себе наряд. Всё, что было сейчас на нём он сделал своими руками. Одевайся он в нежные шелка, его одежда не протянула бы и одной тренировки со слепым или мясником.

— Знает ли сестра, где здесь можно купить хорошие ткани? — спросил Цинь Му.

Фэн Сююнь привела его к нужному магазину, после чего они вместе вошли, чтобы подобрать что-то стоящее. Немного походив по магазину, парень так и не смог выбрать ничего подходящего и подозвал хозяина:

— У вас есть такая ткань? — Цинь Му достал носовой платок, который ранее получил в подарок от Лин Юйсю.

Хозяин магазина тут же шокировано потряс головой, отвечая:

— Это же Шёлк Пахучей Природы. Его обычно дарят Императорской Семье. Откуда моему маленькому магазину взять такой дорогой и высококачественный товар?

— Благоверный мастер Цюй, поприветствуй молодого Владыку, — улыбнулась Фэн Сююнь.

Хозяин магазина шокировано вздрогнул и сразу же попытался поклониться Цинь Му, который вовремя приподнял его за руку, говоря:

— Это Секретные Водяные Проходы и здесь много чужих глаз и ушей, отбрось формальности.

Хозяин магазина тканей, Цюй, улыбнулся:

— Подчинённый не узнал молодого Владыку и пренебрёг Вами. Молодой Владыка, пожалуйста, подождите минутку, — он быстро вошёл в подсобку и вскоре вернулся с красивой тканью в руках. — Молодой Владыка, несмотря на то что Шёлк Пахучей Природы несомненно достоин внимания Императорской Семьи, есть ткани, стоящие с ним наравне. Этот рулон ткани сокровище моего магазина, его называют Шёлком Натурального Золота. Чертог Ядовитого Насекомого нашего священного культа особенно хорош, как следует из названия, в выведении ядовитых насекомых. Они изменяют Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов в Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов, которые крайне ядовиты. Когда Шестикрылый Шелкопряд вырастает, он начинает выплёвывать чрезвычайно прочные пряди натурального шёлка. Такую прядь невозможно проткнуть ни мечом, ни копьём, она устойчива к огню, воде и тысячам самых разнообразных ядов. Данный рулон был подарен мне благоверным Мастером Чертога Ядовитого Насекомого. Молодой Владыка, пожалуйста, приглянитесь.

Цинь Му нежно приласкал ткань и почувствовал, что та была чрезвычайно приятной на ощупь и при касании овевала слабым холодком. Если говорить о цвете, то он у неё был ярко-золотым, со слегка странной текстурой. Потянув за ткань одной рукой, парень убедился в её невероятной прочности и в восхищении спросил:

— Сколько она стоит?

— Я не смею принять деньги молодого Владыки. Примите этот подарок от меня и благоверного Мастера Чертога Ядовитого Насекомого! — тут же ответил трясущий головой Цюй.

— Ты не смеешь принять, но я должен расплатиться. Лин’эр, достань мешочек с монетами, — улыбнулся Цинь Му. Голова лисы, всё это время выглядывающая из сумки на его спине, как только услышала просьбу мгновенно исчезла внутри. Вскоре лиса достала мешочек с монетами и отдала его парню.

— Это драконьи монеты, их, скорее всего, нельзя использовать в Империи Вечного Мира. Забирай все себе, — проговорил юноша. Всё что оставалось Цюю это принять деньги и ответить. — Империя Вечного Мира использует монеты Великого Изобилия и да, они сильно отличаются от валюты Великих Руин. Молодой Владыка, в Вашем мешочке находится несколько тысяч монет, разрешите Вашему подчинённому обменять их на нужную Вам валюту. Монеты Великого Изобилия вне всяких сомнений пригодятся Вам в пути.

— Спасибо за помощь. Как мне разрезать Шёлк Натурального Золота? — кивнул и затем задумавшись спросил Цинь Му.

— Обычным духовным оружием такую ткань даже не поцарапаешь. Так получилось, что в моём маленьком магазине есть ножницы Зубы Дракона, которые, не без трудностей конечно, но смогут справиться с такой задачей. Молодой Владыка, пожалуйста, подождите, — улыбнулся Цюй и подошёл к передней части зала, где взял три палочки благовоний. Совсем рядом находилась небольшая святыня в виде маленького храма, в котором лежали ножницы.

Цюй выразил своё уважение к ножницам, осторожно поднял их и передал Цинь Му, говоря:

— Подчинённый должен предложить эти ножницы молодому Владыки в знак небольшой дани…

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать:

— Благоверный мастер, мне не нужны твои ножни… Ммм? Они и правда великолепны!

Юноша ошеломлённо переменился в лице. Прикоснувшись к ножницам ему показалось, что те сделаны из тёплого нефрита, будучи очень мягкими на ощупь и даже, казалось бы, слегка влажными. Когда его жизненная Ци проникла в них, он почувствовал будто они без каких-либо препятствий стали продолжением его тела. Кроме того, он почувствовал сокрытую внутри невероятную мощь, начинавшую постепенно пробуждаться и приходить в движение… Мощь была чрезвычайно страшной и свирепой!

Цинь Му попытался срезать уголки рулона и кусочки аномально прочной золотой ткани упали на пол прямо у его ног. Несмотря на то, что ножницы были слегка громоздкими, их острота не поддавалась сомнению.

— Поистине великолепные ножницы, — в очередной раз воскликнул Цинь Му.

Цюй поднёс иголку и нить, также сделанную из шёлка Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов.

Свииш!..

Цинь Му протянул руку и одновременно с хлынувшей наружу Ци подбросил весь рулон в воздух. Используя Ци, он манипулировать ножницами и резал свисающую ткань. Затем Ци вошла в иглу и нитку, которые тут же начали сшивать отрезанные куски.

Подобный навык завораживал взгляд и заставлял прохожих останавливаться, чтобы поглазеть.

Совсем скоро Цинь Му отложил ножницы, иглу и нитку, посмотрев на плавно приземлившийся на пол набор одежды. Первой частью было длинное парчовое пальто с узкими рукавами и хребтами в области пуговиц. Второй частью был пояс, третьей — парчовая рубашка, а четвёртой — штаны.

— Молодой Владыка может пройти во внутреннюю комнату, чтобы переодеться, — указывая дорогу, слегка поднял руку Цюй.

Цинь Му вошёл во внутреннюю комнату пока Цюй и Фэн ждали его снаружи. Фэн Сююнь нахмурилась и пробормотала:

— Зачем Владычица Культа научила молодого Владыку шитью? Зачем молодому Владыке учиться делать что-то подобное?

— Одежда, сделанная молодым Владыкой, уже достигла профессионального уровня… — ответил Цюй, на что Фэн Сююнь лишь ухмыльнулась. — А ты хорош в облизывании ботинок. Я просто презираю тебя. Ты только что отдал молодому Владыке невероятно ценную ткань, сотканную из шёлка тысячи Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов. Один лишь плевок пряди такого шелкопряда стоит мешка этих драконьих монет, а одежда, в которой теперь будет ходить молодой Владыка попросту бесценна…

Когда дверь во внутреннюю комнату открылась и оттуда вышел Цинь Му, глаза парочки загорелись. Люди, к текущему моменту столпившиеся в магазине тканей, подняли глаза и мысленно воскликнули: «Какой очаровательный юноша!»

Глава 99. Путь Святого

Идя вперёд, Цинь Му казался лихим красавцем. Текущий наряд крайне уместно смотрелся на нём, выглядя намного впечатляющее, нежели одежда из шкуры зверя. Не зря по белу свету гуляет поговорка, что одежда красит человека.

— У молодого Владыки превосходные навыки шитья… Как жаль, что не судьба Вам стать истинным портным, а так хотелось бы, — улыбнулся Цюй.

— Это всё бабуля. Я просто повторил то, что узнал от неё, — улыбнулся Цинь Му.

— Молодой Владыка, хотя одежда из такой ткани практически непроницаемая для клинков и копий, она не может блокировать иглообразное духовное оружие. Молодому Владыке нужно принять это к сведению, — улыбнулся Цюй. Цинь Му в ответ кивнул головой и поблагодарил за добрые намерения.

Цюй хлопнул в ладоши, тем самым подозвав совсем молодого помощника. Он тихо проинструктировал его, после чего помощник взял мешочек с монетами и передал Цинь Му.

— Молодой Владыка, хотя там не так уж много денег, примите их в качестве доброй воли от Вашего подчинённого, — улыбнулся Цюй.

Цинь Му достал из мешочка охапку монет, примерно около ста, и в ответ тоже улыбнулся:

— Я и так заполучил понравившееся мне сокровище твоего магазина, так что хватит. Остальное оставь себе.

— Румяна и пудра для красивой леди и меч-сокровище для героя. Ножницы Зубы Дракона всегда были почитаемы мною и крайне редко использовались. Поскольку у молодого Владыки настолько превосходные навыки шиться, почему бы Вам не взять их? — не сбавляя напор проговорил Цюй.

Цинь Му сразу же отказался, не оставляя хозяину магазина иного выбора, кроме как отступить, и, попрощавшись, ушёл.

Фэн Сююнь привела Цинь Му в корчму и дала очередной совет:

— Молодой Владыка, после завтрашнего открытия водного пути, караваны покинут Секретные Водяные Проходы. Вам действительно стоит присоединиться к одному из них, ведь нынче во внешнем мире на самом деле довольно неспокойно.

Цинь Му выразил свою благодарность, после чего молодая леди ушла. С наступлением ночи, лиса была вынуждена зажечь масляную лампу, в то время как у него появилось время для более внимательного изучения перчатки под тусклым, но всё же светом. Нить, словно духовная змейка, высунула свой кончик из перчатки и начала быстрыми темпами расширяться. Вскоре он уже мог различать сами письмена “рукописей”, начав более детальное их изучение.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи являлись писаниями способными превратить одного человека в бога, а другого в дьявола. Перед уходом из Цань Лао, бабушка Сы передала рукописи Цинь Му, но при этом не объяснила, как практиковать их, оставив всё на его собственное усмотрение и понимание.

«Бабуля говорила, что рукописи произошли от святого, который спустился в мир смертных, планируя техникой просветить всех живых существ. Но технику было слишком легко истолковать неправильно, поэтому их и нарекли Небесными Дьявольскими Рукописями, — подумал Цинь Му, после чего прочёл вводную часть. — Путь святого есть не что иное, как инструмент для повседневного использования во благо простых людей. Любое инакомыслие — ересь! Бесхитростное поведение, следование естественному пути развития — вот в чём истинный смысл этого пути».

Подобные строки навевали апатичные настроения. Цинь Му даже шокировано вздрогнул, ведь смысл данного высказывания заключался в том, что каждый принцип, независимо от того был ли это путь Бога, Дьявола или Будды, считался ересью если не использовался во благо простых людей!

Что есть праведный путь? Бесхитростное поведение, следование естественному пути развития.

С подобным жёстким вступлением, неудивительно что люди прозвали рукописи дьявольской библией!

Тем не менее, данные строки и были основной Небесного Дьявольского Культа. Триста шестьдесят чертогов и их мастеров олицетворяли столько же уникальных профессий, необходимых для существования, а иногда даже выживания простых людей. Многие из профессий повсеместно применялись в быту. Что же до используемых всеми чертогами божественных искусств, они тоже предназначались для ежедневного применения… Например, заклятие Мастера Чертога Дождя создавало дождь, решая проблемы простолюдинов с засухой.

Последний пример можно отнести к повседневным рабочим искусствам, а пути Бога и Будды к редким рабочим искусствам.

Если на чистоту, то Цинь Му считал подобное вступление вполне логичным, вот только принять его было не так-то просто.

В Великих Небесных Дьявольских Рукописях описывались тысячи разнообразных видов необыкновенных техник и всевозможных божественных искусств, о которых люди даже помыслить не смели, ослепляя глаза огорошенного Цинь Му.

Однако, он расплёл всю перчатку в нить и прочитал её “от корки до корки”, если вообще так можно выразиться. Со временем его брови всё сильнее стягивались к переносице от осознания, что в ней не было записано такой техники, которая смогла бы связать всё воедино!

К технике можно отнести не только саму технику, но и навык. Например, Три Эликсира Тела Тирана были техникой, будучи при этом проявлением внутренней силы. В то время как навыками были Убой Свиней, Небесных Расхититель, Восемь Громовых Ударов и прочие подобные.

По сути, навыки являлись воротами, пропускающими мощь техник. А чтобы проявить всю мощь навыков, последних должны поддерживать соответствующие техники. К примеру, Восемь Громовых Ударов, чтобы продемонстрировать свою полную мощь, требовали Махаяну Сутру Жулая.

В рукописях, конечно, описывалось довольно много навыков и техник, но не описывалось ни одной техники, которая могла бы стать универсальной для всех них. Только одного этого факта было достаточно, чтобы дьявольская библия была не достойна высказывания, что она способна превратить одного человека в бога, а другого в дьявола!

«Великие Небесные Дьявольские Рукописи неполные!» — не мог не подумать Цинь Му.

В них описывалось очень много техник и навыков уровня божественных искусств. Хотя их практика была крайне сложной, стоит заметить, что они по-прежнему были невероятно могучими сами по себе. Но даже несмотря на всю всеохватывающесть, на наличие тысяч видов техник и навыков, на наличие идеальной техники для каждого конкретного навыка… в рукописях не было записано такой техники, которая смогла бы связать всё воедино — контролировать все навыки. Собственно, поэтому Цинь Му и подумал, что было невозможно полноценно практиковаться и совершенствоваться по ним.

«Хотя разве возможно, чтобы рукописи были неполными? В конце концов они ведь рассматриваются как драгоценное сокровище моего культа. В подобном наследии просто обязана быть техника, способная объединить все техники и навыки уровня божественных искусств… В противном случае культ не стал бы так самоотверженно искать бабулю в течение целых сорока лет…» — с такими мыслями Цинь Му приободрился и вновь перечитал Великие Небесные Дьявольские Рукописи “от корки до корки”, но так и не смог уловить даже намёка на подтверждение своей теории. Затем он проверил их начиная с конца до начала, но по-прежнему остался с носом.

«Как именно разгадать секрет рукописей? Бабуля тоже наверняка не смогла найти в них этой всеохватывающей техники» — погрузился в мысли Цинь Му. Среди девяти стариков Цань Лао, у бабушки Сы был самый низкий уровень совершенствования. А всё потому, что она не смогла совместить различные виды техник рукописей во что-то единое, цельное. В итоге ей не оставалось ничего другого, кроме как совершенствоваться, полагаясь лишь на некоторые из техник, чтобы слишком сильно не распылять своё время и энергию…

Для человека было почти непосильным подвигом изучить и освоить все те тысячи техник и навыков за свою короткую жизнь.

«Может я смогу найти какую-нибудь подсказку в той нефритовой шкатулке, что запечатали Владыки прошлых поколений?» — подумав об этом, Цинь Му тут же порылся в сумке и нащупал в ней нефритовую шкатулку, которую положила бабушка Сы. Парень попытался открыть шкатулку, но её запечатывало множество талисманов. Когда Сы в своём истинном облике натворила делов в Пограничном Драконе, она упомянула, что талисманы являлись печатями Владык предыдущих поколений Небесного Дьявольского Культа.

Цинь Му ухватился за кончик одного из талисманов и осторожно потянул. К его удивлению, талисман легко соскользнул. Но взглянув на его обратную сторону, он безучастно уставился. Там было написано следующее: “это подделка, хи-хи”.

«А бабуля знает толк в веселье …» — беспомощно покачал головой Цинь Му и, содрав остальные талисманы, открыл шкатулку. Как оказалось, там было пусто.

«Без техники способной объединить всё, разве возможно эффективно практиковаться в рукописях? — от навалившихся проблем и тяжёлых мыслей, у него начали болезненно пульсировать виски. — У меня же есть техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, а раз так, тогда зачем мне вообще искать способ объединения рукописей? Разве я не могу просто продолжить совершенствоваться в технике Трёх Эликсиров?»

Подумав кое о чём, Цинь Му внезапно открыл рукописи, нашёл в них заклятие — “Секреты Движущегося Дождя” и достаточно быстро изучил на базовом уровне. Затем, распахнув окно, он посмотрел на темноту снаружи и на мгновение заколебался, прежде чем наконец осознал: «Это ведь уже не земли Великих Руин. Темнота снаружи совершенно обычная и по улицам бродят пешеходы. Так чего я боюсь?».

Расслабившись, Цинь Му выпрыгнул из окна. Вытянув руку и ухватившись за карнизы, он осторожно поднялся на крышу корчмы.

С порывом ветра из окна вылетела сидящая на подушке белая лиса. Полагаясь на демонический ветер, она вместе со своей подушкой взлетела на крышу и приземлилась рядом с парнем.

— Что это на небе? — внезапно завопила Ху Лин’эр, тыча мохнатым пальцем на украшающую чёрный небосвод луну.

— Луна, — Цинь Му поднял голову и, глядя томным взглядом, проговорил. — Наверное, луна. По крайней мере я так думаю. Она похожа на луну, которую я видел днём…

Юноша не был уверен. Будучи ещё совсем ребёнком, бабушка Сы указала пальцем на небо в место, где едва виднелась серебряная сфера. Затем она сказала ему, что это луна и что во внешнем мире она должна ярко сиять ночью. Хотя сколько себя помнил, он никогда не видел луну ночью… Ночью Великие Руины окутывает непроглядная тьма, закрывая собой всё небо… По этой же причине он не видел и звёзд.

Сейчас шёл шестнадцатый день пятого месяца года, поэтому небо украшала полная луна.

Омываемый лунным светом, Цинь Му применил недавно выученные Секреты Движущегося Дождя. Над корчмой сгустился туман и зацокали капли дождя. Махнув рукой, он заставил каждую каплю дождя и образовавшиеся струи замереть, словно остановилось время.

Удивлённо вздохнув, Ху Лин’эр вскочила и коснулась воды. Но всё закончилось тем, что она промокла и была вынуждена вернуться в комнату, чтобы подсушить свою шёрстку.

По-прежнему стоя на крыше, Цинь Му сменил технику и использовал свою жизненную Ци, чтобы вновь исполнить Секреты Движущегося Дождя. В тот же миг струи зазвучали прекрасной музыкой. Такую могли повторить лишь традиционные музыкальные инструменты.

Под звучание музыки дождь обратился острыми водяными лезвиями, которые рванули в сторону неба!

Лезвия пролетели вверх примерно на тридцать метров, прежде чем начать терять свою силу и возвращаться к состоянию струящейся воды!

Рядом располагалась торговая площадь и большинство находящихся здесь людей были обычными торговцами, поэтому маловероятно что кто-либо помешает ему практиковаться.

«Всё ещё плохо. Недостаточно плавно».

Сменив ритм шагов, Цинь Му словно заиграл на струнном инструменте, роль которого выполняли струи воды. В дожде перемешивались и сталкивались сотни разнообразных оружий, поднимая к небу убийственную аурой.

Вывалившись из окна корчмы, Ху Лин’эр тут же начала аплодировать своими пушистыми лапками!

Секреты Движущегося Дождя поддерживала своя собственная техника, отчего Цинь Му чувствовал, что ему будет трудно продемонстрировать всю её мощь, полагаясь на технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Конечно, сила его заклятия уже была достаточно впечатляющей, но всему виной его чрезвычайно плотное совершенствование. Если бы этот навык поддерживала подходящая техника, продемонстрированная сила определённо была бы намного выше!

Глава 100. Семь Писаний Создания

Цинь Му вернулся в свою комнату и продолжил изучать рукописи. К поздней ночи он уже базово освоил более дюжины заклятий. Однако, без подходящих техник можно было продемонстрировать только половину их мощи.

«Мне нужно найти универсальную технику, иначе будет крайне трудно задействовать весь потенциал рукописей», — очарованный содержанием письмен, он вдруг почувствовал в районе талии подогревающее его тепло, а после того как опустил голову, увидел спящую белую лисичку, уткнувшуюся мордочкой прямо в него.

Цинь Му тепло улыбнулся и осторожно переложил её на кровать, а под голову подложил подушку. Затем он вернулся к столу и продолжил изучать всё никак не поддающиеся письмена рукописей. Но спустя некоторое время уморило даже его, после чего он затушил лампу и, завалившись на кровать, беззаботно уснул.

На следующее утро пришла Фэн Сююнь и затем отвела Цинь Му к кораблю, дав последний напутственный совет:

— Молодой Владыка, я оставлю Вас здесь. Следуя течению реки, Вы окажетесь в Империи Вечного Мира. Молодой Владыка, будьте осторожны в пути и доберитесь до имперской столицы как можно раньше. Патриарх уже ожидает Вас.

Цинь Му кивнул и на прощание махнул рукой.

Находясь на возвышающейся причальной стене, солдат крутил лебёдку, медленно поднимая огромные железные врата перед флотом. Когда врата полностью поднялись, корабли начали постепенно проплывать через них, покидая Секретные Водяные Проходы и уходя дальше вниз по течению Вздымающейся.

Цинь Му и Ху Лин’эр стояли на носу корабля и с любопытством озирались. Чем дальше они продвигались, тем более непривычными и незнакомыми становились пейзажи берегов. Возле реки, в лесах и горах можно было разглядеть множество процветающих деревень, кардинально отличаясь от нищих деревень Великих Руин.

Со временем на реке виднелось всё больше кораблей. Большинство из них перевозили руды и прочие товары, проседая в воду практически по самую корму. По берегам порой встречались рудники, в которых на износ вкалывали рабы.

«Сколько среди них отвергнутых Великих Руин?» — отведя взгляд в сторону подумал Цинь Му.

Продвинувшись ещё на пятьдесят километров, практически у берегов реки раскинулись плавильные заводы. Огромные печи подкармливались рудами, что привозили постоянно прибывающие суда.

Проплывая мимо, Цинь Му увидел, как одна из печей изрыгнула десятиметровое пламя и нескольких стоящих рядом с ней практиков божественных искусств, нагнетающих воздух заклятиями, чтобы поднять температуру и интенсивность горения внутри. Также в глаза бросились практики использующие заклятия для контроля речной воды, с целью охлаждения чёрного железа и красной меди, и практики Ци Белого Тигра, использующие свои божественные искусства для нарезания уже застывших железа и меди на аккуратные кубики, чтобы облегчить их сбор и хранение… Подобное зрелище редко когда можно было увидеть в Великих Руинах.

— Богатство, ресурсы, люди… Империя Вечного Мира во всём превосходит Великие Руины, — восхищённо охнул Цинь Му.

Увидев немногое можно узнать многое. Обращая внимание на малейшие детали, новоиспечённые путешественники начали осознавать откуда берётся процветание и сила сей державы. Плавильные заводы находились рядом с рекой, делая непрекращающуюся доставку и отправку сырья по воде удобной и эффективной. Для примера данное сырьё можно было использовать для создания духовного оружия, для модернизации армейского вооружения и для много другого. Можно было легко себе представить, насколько велика и безгранична мощь Империи Вечного Мира.

«Фэн Сююнь упоминала про секты, которые восприняли поражение Имперского Наставника за слабость. Поэтому они восстали и на обратном пути после “разгрома” у границ Великих Руин даже попытались убить его, в итоге тяжело ранив, — размышлял Цинь Му. — Несмотря на то, что военная кампания Имперского Наставника не принесла никаких плодов, его армия потеряла не особо много сил и по-прежнему оставалась крайне грозной. Но как мог быть тяжело ранен человек номер один под богами, к тому же когда возле него ошивалось столько невероятно могучих практиков? Подозрительно всё это. Если те секты неправильно оценили положение дел, то им уже конец».

Торговое судно тянул огромный водный зверь, благодаря которому путешествие проходило на довольно высокой скорости и уже вечером они добрались до уезда Речная Плотина.

Уезд располагался вдоль реки и был в несколько раз больше города Пограничный Дракон. Взглянув Глазами Небес и так и не обнаружив хотя бы одной божественной статуи, Цинь Му не покидало ощущение некой неловкости, пока он вдруг не осознал кое-что и мысленно не высмеял себя: «Я думал, что до сих пор нахожусь в Великих Руинах…»

Проведя в Великих Руинах всю свою жизнь, он уже инстинктивно искал места, в которых ночью можно укрыться от тьмы, то есть места под защитой божественных статуй. За такой короткий срок ему было крайне трудно перебороть в себе эту привычку.

На подходе к порту, караван кораблей внезапно замедлился. Их продвижению мешали рыбацкие лодки. Рыбаки на них занимались кое чем довольно странным для их профессии, они использовали рыболовецкие крючки, чтобы вылавливать из воды мертвецов.

— Вот же ж не повезло, — покачал головой торговец.

Цинь Му с Ху Лин’эр вошли в город вместе с остальными. Оказавшись внутри, им сразу же бросились в глаза устилающие бока улиц гробы. Гробов было около четырёхсот или даже пятисот. Подобное зрелище шокировало парочку. Некоторые гробы всё ещё пустовали, а местные солдаты таскали и укладывали в них трупы. Другие же уже были заколочены. Местные сторонились гробов, стараясь находиться от них как можно дальше.

— Что здесь произошло? Почему погибло столько людей? — непонимающе пробормотал Цинь Му. В то время как торговец подошёл к одному из солдат и задал примерно тот же вопрос. Солдат ответил. — Трупы принесло течением реки. Мы тоже не знаем откуда они. Может быть вверх по течению произошло наводнение и утопило всех этих бедолаг, пока их не принесло до нашего уезда и не перехватила плотина. Судья сказал, что если трупы так и продолжат скапливаться, то быть чуме, поэтому приказал нам сколотить маломальские гробы и уложить их в них. Утром похороним.

— Так вот что произошло, — проговорил кто-то, после чего торговцы начали рассаживаться по повозкам и, избегая гробов, отправляться на поиски свободного номера в корчмах или даже более дорогих и респектабельных гостиницах. Цинь Му нашёл себе номерок в корчме, пообедал и вытащил глобальную карту Империи Вечного Мира для более внимательного изучения.

Уезд Речная Плотина располагался в центральной части Вечного Мира. Если отправиться на север, то примерно за десять дней он доберётся до столицы. Если на восток, то через полторы тысячи километров упрётся в море.

Небо теряло свои яркие краски, пока ночь не взяла своё. Цинь Му отложил карту в сторонку и выглянул в окно. Тьма здесь было не той, что у него на родине. В Империи Вечного Мира темнело постепенно и, если позволяла погода, ночью можно было увидеть свет звёзд и луны. В Великих Руинах же тьма начинала своё наступление с запада и практически мгновенно поглощала их… Не говоря уже о том, что во тьме невозможно было разглядеть даже самого тусклого лучика света.

Вытянув руку из окна, темнота так и не навредила Цинь Му, наталкивая его на всякие бесполезные мысли: «Что на самом деле произошло с Великими Руинами? Откуда происходит столь странное явление как вторжение тьмы?».

Покачав головой, юноша отогнал тяжёлые мысли и в очередной раз достал перчатку из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Насытив её своей Ци, появилась нить и тут же начала расширяться, пока не стала достаточно толстой, чтобы можно было на ней разобрать бесчисленные писания.

Цинь Му продолжил скрупулёзно изучать их. На этот раз он пытался осмыслить писания “Создания”. В рукописях упоминались различные виды Создания, техники создания Небесного Дьявола, Небесного Бога, Поднебесного, Короля Людей, Призрака, Духа и Земного Эона.

Среди них он уже изучал технику создания Небесного Дьявола, но бабушка Сы не научила его полной технике, передав только метод запечатывания душ и духов.

«Существует семь писаний техник создания и все они связаны с так называемым Созданием. Возможно ли что между ними существует некая связь?» — подумал Цинь Му и в подробностях разобрал одно писание за другим… Снятие кожи для того, чтобы сделать одежду, было лишь дополнительным путём использования техники создания Небесного Дьявола, а самой важной её частью было укрепление душ и духов. В свою очередь техника создания Небесного Бога была хороша в подражании техник других. Однако, изучив её внимательней, он почувствовал в ней выраженное непостоянство силы и формы, явно намекающее на то, что подражание техникам и божественным искусствам других было только поверхностным способом использования данной техники.

Техника создания Поднебесного затрагивала процессы старения, позволяя оставаться человеку внешне вечно молодым. Юно выглядящий Патриарх должно быть практиковал именно её. Техника Поднебесной Свободы культа была лишь ответвлением техники создания Поднебесного.

Техника Земного Эона помогала развивать живую душу. Техника Людского Короля совершенствоваться в пути короля. Техника Призрака затрагивала область связи с Загробным Миром. Техника Духа касалась трансформации… У каждого из семи писаний Создания были свои преимущества и сильные стороны, хотя и труднопонимаемые.

Цинь Му с головой поглотило чтение письмен. Он строил разнообразные невероятные теории до поздней ночи, пока всё же не пришёл в себя от осознания того, что слегка увлёкся.

Гробовую ночную тишину снаружи иногда прерывали удары гонгов уличных патрулей, как вдруг через окно ворвался холодный ветер. Огонь свечи заколыхался, оказавшись на грани затухания, но юноша успел поднять руки и прикрыть его. Внезапно со стороны улицы послышался слабый скрип, но тем не менее отчётливо слышимый в такую тихую ночь…

Испугавшись, Цинь Му рефлекторно погасил свечу рукой. Затем он бросился к окну и закрыл его створки, оставляя лишь маленькую щель для подсматривания.

Дёрнув пальцами, нить рукописей тут же сжалась и сплелась обратно в перчатку, столь же тонкую, как крыло цикады.

Взглянув через щель, Цинь Му увидел омываемую лунным светом улицу уезда Речная Плотина. Обе стороны улицы устилали прикрытые крышками гробы. По улице шёл ночной караульный и иногда слегка постукивал в свой гонг, как вдруг он остановился, словно увидел что-то подозрительное.

Скрип, скрип.

Под странный звук скрипа крышка одного из гробов отодвинулась наполовину, после чего лежавший в гробу мертвец уселся.

Донг!

Гонг до смерти испуганного караульного вывалился из его дрожащих рук и в тот же момент фигура мертвеца резко мелькнула. За мгновение оказавшись прямо перед караульным, мертвец взмахнул обеими руками и снёс голову с шеи бедолаги.

Сердце Цинь Му дрогнуло, после чего он начал слышать всё больше и больше подобным скрипов, сопровождаемых скатывающимися крышками гробов и садящимися мертвецами. В этот момент распахнулась дверь одного из зданий и на улицу вышли десятки даосов.

Во главе их группы шёл даос в жёлтом халате восьми божественных триграмм, даосской шапочкой на голове, метёлкой под локтем и обовью с узорами облаков. Шедшие позади него даосы были одеты в чёрные даосские халаты, а из-за их спин торчали рукояти мечей. Все в полной тишине шагали вперёд.

Из рукава даоса в жёлтом халате вылетел жёлтый бумажный талисман и рванул вдаль, формируя за собой хвост в виде длинного бумажного моста.

Мост простирался от начала этой улицы до самого ямэня* судьи уезда Речная Плотина!

Очнувшиеся мертвецы мгновенно повыскакивали из гробов, запрыгнули на мост из жёлтой бумаги и во весь опор побежали прямо к ямэню!

Присмотревшись, Цинь Му разглядел мчащихся к ямэню мертвецов. Затем из рукавов жёлтого халата даоса вылетело ещё несколько бумажных талисманов, образовавших собой бумажные мосты, однако, на этот раз те уходили в южном, восточном, северном и западном направлениях.

Стоявшие позади него даосы в чёрных халатах взмыли в небо и, разделившись на четыре группы, рванули по жёлтой бумаге к четырём воротам.

«Дерьмо!» — мысленно выругался Цинь Му со сделавшим настоящий кульбит сердцем. Быстро собрав всё разбросанные по комнате вещи, он разбудил лису и тут же предупредил:

— Молчи, мы сейчас же уходим, призови свой ветер!

Расплющив свои сонные глаза, Ху Лин’эр не понимала, что от неё хотят, как вдруг со стороны ямэня послышался сотрясший землю взрыв, за которым последовал изумлённый и гневный крик:

— Летающие зомби! Это летающие зомби! Вторгся Культ Бессмертного Трупа! Быстрее, защитите Лорда!

— Твой Лорд мёртв, а вот и его голова!

П.П.: с юбилейной сотой главой нас господа и дамы, что есть 1 350 000 символов, 172 000 слов, 575 страниц и столько же выпавшиху меня седых волос, ну ладно, вру, просто выпавших, чёртовы гены, сего юмористического произведения! xD… И сразу опережая вопрос — нет, пока платных не будет, ибо время не позволяет переводить по две в день, но в ближайшее время постараюсь решить проблему.))

↑Ямэнь — по сути чиновничья резиденция, https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AF%D0%BC%D1%8D%D0%BD%D1%8C

Глава 101. Культ Бессмертного Трупа

В ямэне раздался хмурый насмехающийся голос:

— Имперский Наставник давит на императора, заставляя его отдавать приказы сектам, из-за этого вы уже достаточно долго страдаете! Судья уезда Речная Плотина Гао Цзюйдэ во всём содействовал Имперскому Наставнику, добровольно будучи его глазами и ушами! Поэтому даже смерти недостаточно, чтобы искупить его преступления!

Цинь Му в корчме нахмурился: «Судью уезда так быстро убили? И угораздило же меня вляпаться в такую передрягу сразу после того, как я впервые покинул Великие Руины! Бабуля права, люди снаружи действительно свирепее, чем у нас. Наши люди намного проще. Если подумать, какое звание носил судья уезда Речная Плотина? Какие у него способности по сравнению с губернатором префектуры — чиновником второго нижнего ранга?»

Официальные должности Империи Вечного Мира состояли из девяти классов и восемнадцати рангов. Эти официальные звания даровались в зависимости от статуса и совершенствования. Владыки культов или лидеры сект имели чрезвычайно высокую силу, поэтому им даровались высокие звания, в то время как более слабые практики назначались на местные должности. Кроме того, некоторые мастера могли быть назначены на должность губернаторов различных областей или уездов.

Например, Му Бэйфэн из секты Меча Реки Ли был самым сильным практиком южной границы, поэтому его назначили в качестве губернатора префектуры нижнего второго ранга, что было чрезвычайно высокой должностью.

Ху Лин’эр пришла в себя и быстро исполнила своё заклятие. Демонический ветер закружился у окна и Цинь Му, взмахнув рукой, подбросил подушку в воздух. Её тут же подхватил ветер, а лисица не мешкая оседлала, с недоумением спросив:

— Молодой мастер, что с того, что в городе переворот? Они ведь не обезумеют настолько, чтобы поубивать всех мирных жителей. Нам не должно ничего грозить!

Цинь Му выпрыгнул из окна. Прежде чем приземлиться на землю, он успел наступить на кромку подувшего демонического ветра и побежал, как можно быстрее пытаясь убраться из города и на ходу объясняя:

— Мой меч — это Младший Защитник, оружие первого нижнего ранга, принадлежавшее высокопоставленному чиновнику Императорской Семьи. Если его обнаружат мятежники, нас обязательно убьют! Кроме того, мудрый человек не будет стоять у падающей стены. Мятежники определённо не позволят местным покинуть город, поэтому если мы останемся здесь, то окажемся в ловушке. Сколько горожан сможет выжить до прихода армии Империи Вечного Мира? Культ Бессмертного Трупа, как я понял, совершенствуется используя трупы.

Ху Лин’эр начала неконтролируемо дрожать. Последние слова Цинь Му были слишком ужасающими.

Члены этого культа совершенствуются используя трупы, то есть, если имперская армия придёт подавить восстание, горожане, с большей долей вероятности, будут превращены в летающих зомби независимо от их происхождения или статуса!

К текущему моменту уезд Речная Плотина уже погрузился в пучины беспорядков. Отовсюду слышались отголоски идущих боёв.

На этот раз враг пришёл подготовленным. Сначала они сбросили летающих зомби в воду, чтобы заблокировать плотину, а затем грамотно разделили свои силы при проникновении в город. Когда наступила ночь, Владыка Культа Бессмертного Трупа начал с атаки на ямэнь, перво-наперво убивая судью. Несмотря на то, что судья уезда тоже был чрезвычайно сильным мастером и владел могучими божественными искусствами, при такой атаке ему оставалось только попрощаться с жизнью…

В то же время другие мастера культа бросились к четырём городским воротам, чтобы перехватить и убить городских солдат, а их Владыка повёл остальных убивать оставшихся чиновников — заместителя судьи, военного офицера и секретаря уезда, оставляя солдат без лидеров.

Несмотря на то, что в уезде по-прежнему были мастера, им некому отдавать приказы и каждый из них увяз в своей собственной битве. С другой стороны, мятежники использовали жёлтые бумажные талисманы, выстраивая их в ряд и прокладывая пути ко всем уголкам города. Полагаясь на них, они могли оперативно помогать друг другу. С подобным преимуществом, Культ Бессмертного Трупа просто обязан выйти победителем из развернувшейся ночной резни!

— Владыка приказал перекрыть все выходы из города и не дать никому ускользнуть! — донёсся крик из центра города.

Цинь Му проявил дальновидность, попытавшись сбежать, как только запахло жареным. Поддерживаемые демоническим ветром, человек и лиса убегали на всех парах, но как только они практически пересекли границу уезда, услышали позади резкий визг меча. Юноша даже не обернулся, когда его рыбий дракон выплюнул меч, который, словно живой, тут же рубанул за спину!

Цзззн!

Послышался звон и летящий в спину Цинь Му меч сменил свою траекторию. После столкновения Младший Защитник совершенно не растерял импульса, проследовав вдоль нити вражеской Ци и вонзившись в грудь бежавшего по жёлтым бумажным талисманам человека в чёрном, в итоге пригвоздив того к флагштоку.

Слепой натаскивал паренька ориентироваться по звукам с самого детства, поэтому на данном уровне атаковать его из засады со спины было бесполезно. От его ушей даже не ускользнуло место, откуда начал свой полёт меч, а значит и место, где находился враг.

Поскольку человек попытался нанести безжалостный смертельный удар, Цинь Му прирезал его чисто рефлекторно… чтобы выжить он с самого детства воспитывал в себе такую привычку.

Демонический ветер вывел юношу и лису за пределы города, как вдруг до них донёсся крик:

— Старший брат Хэ Инь! Кто-то убежал из города и убил маленького младшего брата!

— Что!? — со стороны центральной части города донёсся изумлённый, но в то же время разъярённый крик. — Чем вы заняты? Как вы могли позволить маленькому младшему брату подвергнуть себя опасности? Как теперь мне объясниться перед Владыкой? Охраняйте город! Я лично убью его!

Цинь Му замедлил свой шаг, после чего демонический ветер рассеялся. Ху Лин’эр спрыгнула с всё ещё парящей в небе подушки, плюхнувшись прямо в рюкзак на спине парня и зарывшись в него как можно глубже.

«Маленький младший брат? Неужели я убил сына Владыки Культа Бессмертного Трупа? — приземлившись на землю, размышлял Цинь Му. — Он также может оказаться нормальным учеником… наверное…»

Демонский ветер белой лисы хоть и удобный, но не ровня скорости бега парня по суше. Кроме того, в небе сложно скрыться от чужих глаз, в то время как внизу, у земли, в качестве прикрытия можно использовать горы и леса, тем самым затруднив преследователям задачу по выслеживанию.

Неожиданно в небо взмыло пламя, мгновенно приняв форму огненной птицы и озарив своим белоснежным светом всё вокруг. Это было божественное искусство практика уровня божественных искусств.

Подняв голову, Цинь Му увидел пролетающую мимо него огненную птицу, за которой тянулась целая вереница из танцующих на ветру жёлтых бумажных талисманов. Талисманы имели прямоугольную форму и были размером со ступню взрослого мужчины, что позволяло легко передвигаться по ним.

«Глаза Небес!» — с одной лишь мыслью вокруг зрачков Цинь Му начали вращаться прожилковатые узоры Ци. Под взором Глаз Небес, он увидел в небе прыгающих по талисманам летающих зомби.

Вереница, словно обладая своим разумом, разделилась на два пути, которые затем разделились на четыре. Летающие зомби тоже разделились на четыре группы, выбрав различные направления. Таким образом они явно пытались расширить зону поиска. Следом за ними шёл молодой даос с закреплёнными на спине длинными мечевидными ножнами. Из его ножен постоянно вылетали жёлтые бумажные талисманы и раскладывались посреди неба. Этим даосом наверняка был упомянутый ранее Хэ Инь.

Путешествуя по небу, он шагал по жёлтым талисманам. После поднятия ноги талисман мгновенно возвращался обратно в ножны и в месте куда затем должна была ступить его нога из ножен тут же появлялся новый.

Талисманы постоянно возвращались в ножны тоже не без причины. У них был ограниченный запас Ци, а возвращаясь они пополняли его.

Хэ Инь шёл вперёд довольно медленно.

Цинь Му ощутил в своём сердце горечь. Перед ним был практик божественных искусств, который открыл своё Божественно Сокровище Шести Направлений. Как же ему будет трудно убежать!

Между областями Духовного Эмбриона и Шести Направлений была область Пяти Элементов вместе с её Божественным Сокровищем Пяти Элементов.

Последние три года он усердно совершенствовался и только недавно его духовный эмбрион наконец прошёл через своё четвёртое пробуждение. Да, его совершенствование уже достигло пика области Духовного Эмбриона… но ему всё ещё не удалось даже коснуться Божественного Сокровища Пяти Элементов.

Цинь Му и шагающего по небу даоса разделяли две полные области… два непреодолимых рва…

Если брать в учёт продемонстрированные Хэ Инем способности, то у него должно быть Духовное Тело Красной Птицы, тесно связанное с огненными божественными искусствами. В свою очередь медные мечевидные ножны за его спиной недвусмысленно намекали на то, что он практиковал навыки меча, которыми и контролировал постоянно появляющиеся из них жёлтые бумажные талисманы.

Талисманы методично возвращались и вылетали, поддерживая на себе несколько трупов, а также самого даоса, путешествующих по небу. Подобная демонстрация говорила о незаурядности навыков меча последнего.

Кроме того, сами талисманы наверняка выполняли роль не только опоры в небе. Каждый из них был исписан даосскими заклятиями киноварью и кровью, поэтому сила, стоящая за ними, определённо не была пустяковой!

«Если бы у меня всё ещё был отпечаток Жулая от дедушки Ма или Девять Глаз Небес Бога слепого дедушки, то я мог бы сойтись с ним в бою, но сейчас…» — пока Цинь Му блуждал где-то у себя в мыслях, один из летающих зомби внезапно наклонился, спустился вниз и тут же рванул в его сторону. Парень был вынужден начать спасаться бегством, но со временем ему на хвост садилось всё больше и больше представителей данного не совсем мёртвого вида.

Летающие зомби конечно же не могли летать, просто под их ногами постоянно появлялись поддерживающие жёлтые бумажные талисманы. Полагаясь на них, они могли ходить, бегать и даже сражаться в небе. Поэтому, собственно, их и прозвали “летающими”.

Когда летающие зомби приземлялись на землю, то начинали свою стремительную погоню, причём с такой скоростью, что позавидует любой практик уровня боевых искусств!

Ху Лин’эр высунул из рюкзака мордочку и взмахнула лапой, с которой сорвался демонический ветер. В ветре сформировались бесформенные лезвия, устремившиеся в сторону летающих зомби!

Кланг, дзн, ззнг, дззн…

Прозвучала череда столкновений, заставивших лисичку шокировано вздрогнуть. У летающих зомби оказались несравненно прочные тела, совершенно невосприимчивые к её заклятиям.

Цинь Му нахмурился. Тела зомби были не только прочнее чем у него, но и сильнее. Они сами по себе были практически эквивалентны духовному оружию в человеческой форме!

Быстро сориентировавшись, он применил Секреты Движущегося Дождя. В небе начали собираться облака и зацокал дождь.

— Лин’эр, помоги ветром! — выкрикнул Цинь Му. Лиса сразу же поняла, что тот задумал и сотворила заклятие. Затем он со взмахом руки крутанулся вокруг своей оси и капли дождя, обратившись водяными мечами, выстрелили в противоположную от его побега сторону. Заклятие штормового ветра и режущего дождя дополняли друг друга, экспоненциально повышая мощь направляющейся к бегущим зомби атаки.

В очередной раз раздались звенящие звуки множественных столкновений. Два объединённых заклятия значительно усилили друг друга, приводя к тому, что водяные мечи таки смогли прорезать несравненно прочную кожу летающих зомби. Пять неутомимо преследующих трупов превратились в подобия сит!

Летающие зомби, судя по всему, совершенно не чувствовали боли, так как продолжили своё остервенелое скоростное преследование. Они не оббегали появляющиеся на пути препятствия, нет, они бежали напролом, сокрушая их… И не важно были ли это деревья или валуны!

«Раз вас не убить, даже превратив в сита, тогда просто разорву на части!» — с такими мыслями Цинь Му начал безостановочно выполнять Секреты Движущегося Дождя, в то время как Ху Лин’эр подкрепляла их своим штормовым демоническим ветром. Состояние зомби всё ухудшалось, некоторые даже потеряли по конечности, как вдруг за их спинами появилась спустившаяся с неба огненная птица, выпаливая своим свирепым огнём всё в радиусе десятков метров и раздирая неукротимым жаром заклятия парочки!

Цинь Му и Ху Лин’эр закашлялись и побледнели. Когда их заклятия были сокрушены и произошёл откат собственной жизненной Ци, они на мгновение потеряли контроль над своей кровью и циркуляцией Ци.

— Вы посмели убить сына лидера нашего Культа Бессмертного Трупа! Вы что, смерти ищите?

Хэ Инь быстро спускался с неба вместе с остальными летающими зомби, одновременно атаковавшими Цинь Му. И в тот же момент пять истерзанных зомби на земле тоже рванули вперёд!

Глава 102. Практик Божественных Искусств

«Чёрт… он и правда оказался сыном лидера культа», — помрачнел лицом Цинь Му. Разве в мире случаются подобные совпадения? Сын лидера культа напал на него и что ещё хуже оказался настолько слаб, что помер после его единственного удара.

Культ Бессмертного Трупа определённо не даст ему выйти сухим из воды!

Прежде чем падающие с неба зомби приблизились к нему, в его нос ударил резкий рыбий запах. Судя по всему, их тёмно-зелёные ногти были ядовиты!

«Трупный яд!» — после первого же вдоха Цинь Му определил разновидность яда. С раннего детства он проводил больше всего времени с целителем, который передал ему не только теоретическую часть своих медицинских знаний, но и тренировал определять лекарства и яды по запаху.

Если ноготь, вымоченный в трупном яде, царапнет кожу, то в самом начале замедлится кровоток, затем произойдёт частичное окоченение мышц, заставляя пострадавшего чувствовать словно те стали столь же тяжёлыми и прочными как горные скалы, и под конец потеря сознания с последующим распадом духа!

Цинь Му бежал во весь опор, но скорость преследующих его летающих зомби была слишком высока, постепенно сокращая дистанцию между ними.

Жёлтые бумажные талисманы не переставая выстраивались в неком подобии дорожки, служа опорой для прыжков преследующих невезучий дуэт зомби!

Находящийся позади Хэ Инь взмахнул рукой и в небо сорвалась вторая огненная птица. Ещё до того, как пышущие огнём пернатые настигли юношу и лису, последние уже почувствовали своими затылками подступающий к ним жар. Зелень, растущая вокруг из почвы, ссыхалась на глазах, в итоге теряя всю свою влагу!

Молодой даос очевидно совершенствовался как в пути меча, так и в заклятиях. В прошлом подобное было редкостью, но благодаря смелым и решительным действиям Имперского Наставника, по разрушению закостенелых барьеров между различными классами, всё изменилось…

Даже злые организации наподобие Культа Бессмертного Трупа не упустили возможности воспользоваться произошедшими глобальными переменами себе на пользу, улучшив техники, а также придумав множество новых заклятий и навыков уровня божественных искусств.

«Нет… Не два, а три различных класса! Зомби сражаются как практики класса боевых техник!» — нахмурился Цинь Му и внезапно приложил все свои силы к толчку ногой, рванув вперёд подобно взмывшему в небо дракону. Но уже в следующий момент в место, где он находился ещё миг назад, спикировала огромная огненная птица. Неожиданно птица слегка вздулась и затем резко взорвалась, сформировав, быстро расширившийся до двадцати метров в поперечнике и свирепым толчком жара обласкавший спину парня, огненный шар!

Будучи подброшенным взрывом в воздух, позади себя Цинь Му увидел множество прорвавшихся через огненный заслон жёлтый бумажных талисманов с прыгающими по ним зомби!

Каждый летающий зомби был сильным практиком боевых искусств области Пяти Элементов, а их тела по прочности ничем не уступали духовному оружию. Единственное что радовало — это слишком примитивные движения, своими руками они могли только загребать, рассекать, разрывать и колоть. Однако, если оказаться в их окружении, то уже не спастись.

Зомби не только преследовали Цинь Му по земле, но и нападали с неба. Кроме того, Хэ Инь тоже не сидел без дела. Он постоянно атаковал своими божественными искусствами, ухудшая и без того тяжёлую ситуацию.

С резким визгом, извивающиеся талисманы на невероятной скорости рассекали воздух. Могло показаться, что молодой даос контролировал их мановением мысли, но на самом деле он использовал навык меча, ничем не уступающий навыку меча секты Реки Ли.

И что ещё важнее, из-за даосских заклятий, начертанных на жёлтых бумажных талисманах киноварью и кровью, Цинь Му не покидало очень плохое предчувствие… Талисманы явно не были обычными. И не только из-за содержащейся в них силы мечей. Именно начертанные заклятия должны быть их скрытой силой!

По-прежнему находясь в воздухе, Цинь Му инстинктивно использовал технику создания Небесного Дьявола, запечатав свои души и духи. Затем его Ци юркнула в рюкзак и выдернула из него Ху Лин’эр, с которой он проделал то же самое что и с собой.

Гневаясь и смущаясь, лисичка тут же спряталась где-то на дне рюкзака. Запечатывание душ и духов требовало касания некоторых интимных частей тела. В конце концов она была лисой, а не лисом, поэтому ей была присуща женская застенчивость.

У Цинь Му не было времени на беспокойство о подобных мелочах. Такую жёлтую бумагу использовали для изготовления ритуальных бумажных денег, сжигаемых на похоронах покойника, а значит начертанные на ней заклятия вполне вероятно воздействуют на души и духи. В общем, лишним не будет заранее запечатать их, тем самым защищаясь от потенциальной угрозы при неотвратимом нападении.

Вьюх… Жёлтые бумажные талисманы спускались с неба, а сразу следом по ним прыгали летающие зомби.

Талисманы мгновенно обогнали всё ещё падающего после взрыва Цинь Му с обоих сторон, позволяя зомби взять его в кольцо. Восемь обогнавших и пять истерзанных позади, даже практически снизу!

В то же миг между толпы зомби протиснулись жёлтые бумажные талисманы.

— Связать! — рявкнул Хэ Инь и один из талисманов объяло пламя. Однако, даосское заклятие, начертанное на нём киноварью и кровью, не исчезло… Оно взмыло в небо вместе с постоянно расширяющимся пламенем и озарило собой падающего парня.

Рыбий дракон, словно совершенно ничего не произошло, выпрыгнул из-за спины Цинь Му и выплюнул меч Младший Защитник. Толстенная жизненная Ци юнца из Цань Лао змеёй рванула вперёд, подхватила меч и рубанула им по горизонтали… Форма Горизонтально Рубящего Меча!

Клокочущая энергия меча с хлопком прорвала собой воздух и сняла голову одного из летающих зомби.

Хэ Инь, постоянно находящийся на отдалении, удивлённо замер, в то время как оставшаяся мощь талисмана продолжала вырываться наружу в попытке связать Цинь Му.

Его талисманы, как оказалось, действительно связывали души и духи людей, лишая последних способности к каким-либо движениям. Однако, судя по всему, на этот раз что-то пошло не так, ведь талисман попросту не подействовал. Как подобное могло не озадачивать?

Сила даосских заклятий на других талисманах тоже вспыхнула, подступая к парню как спереди, так и позади. Тем не менее, Цинь Му как ни в чём не бывало взмахнул пальцами, заставляя Младшего Защитника сменить Форму Горизонтально Рубящего Меча на Форму Стремительно Поднимающегося Меча и рассечь напополам другого зомби. Затем последовала Форма Скользящего Меча, заставившая меч скользнуть по кругу шеи третьего зомби.

Кончик меча сделал полный оборот вокруг своей оси и уже в следующий миг голова зомби покатилась по земле!

В мгновение ока восемь летающих зомби потеряли свои головы и обмякши рухнули на землю.

Меч Цинь Му был крайне быстрым. Чем проще движение, тем быстрее оно в исполнении. А с учётом его остроты у восьми зомби просто не было шансов… Меч скосил их так же легко как пшеницу в поле, не дав возможности даже приблизиться к парню!

Хэ Инь скорчил огорчённую мину. Летающие зомби были достаточно эффективны против практиков боевых техник и заклятий, но против манипулирующих мечом, таких как Цинь Му, всё усложнялось. Что уж говорить о том, когда враг владеет несравненно острым мечом… В таком случае тот становится настоящей немезидой для его зомби.

При создании своих летающих зомби он использовал “Землю Укрепляющую Трупы”, сделавшую их кожу пугающе прочной. Обычное духовное оружие не сможет даже поцарапать её. Кроме того, у зомби не было душ и духов, а значит атакующие их заклятия попросту бесполезны.

Горизонтальный взмах меча Цинь Му выглядел вполне обычным и незамысловатым, но раз даже его хватило, чтобы с плеч покатились головы, это означало только одно… что сам меч на порядок превосходил большинство сокровищ среди духовных оружий!

Хэ Инь поспешно остановился и отозвал пятерых искромсанных зомби, которые уже успели догнать и оказаться под практически упавшим парнем, одновременно посылая в него жёлтые бумажные талисманы из своих мечевидных ножен!

Цинь Му приземлился на землю и задом наперёд рванул в противоположную от Хэ Иня сторону. Чтобы настолько быстро, ничуть не медленнее чем обычно, бежать задом наперёд, он использовал навык ног одноногого — Небесный Расхититель.

Сссс…

Меч, ведомый Ци Цинь Му, со вспышкой рванул вперёд, пытаясь перехватить неумолимо приближающиеся талисманы.

Буум…

Младший Защитник коснулся жёлтого бумажного талисмана и прогремел взрыв, ударная волна которого привела к цепной реакции, взрывая заклятия на других талисманах. На миг разразилась громыхающая какофония, а затем… затем в грудь юноши, подобно тарану, врезалась воздушная волна, выбивая из его лёгких весь дух и отшвыривая словно тряпичную куклу!

Спустя десятки метров неконтролируемого полёта из рюкзака Цинь Му высунула свою мордочку Ху Лин’эр и сразу же исполнила поднявшее штормовой ветер заклятие, которому всё-таки удалось погасить импульс и помочь им остановиться.

Тем не менее, жизненную Ци, связывающую Цинь Му и меч, всё же разорвало взрывом… Младший Защитник скорбно просвистел и утонул где-то в непроглядной темноте.

Цинь Му приземлился на землю и сделал глубокий вдох, от которого тут же зашёлся в кашле. Несмотря на готовность, его лёгкие всё же повредило… Хотя такой исход по-другому как удачным не назовёшь, ведь если бы он не был одет в наряд из шёлка Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов, то попросту не пережил бы подобный взрыв.

«Он действительно выжил?»

Хэ Инь достал банку с пахнущей рыбой мазью, бросил её одному из своих летающих зомби и затем сразу же направился к Цинь Му. В жёлтых бумажных талисманах он спрятал свои огненные божественный искусства, которые могли не только резать противника, но и взрываться. И что пугало ещё больше, ранящий плоть взрыв как таковой не являлся главным источником опасности, а следующий за ним раскат грома!

Если кому-то не повезёт попасть под такой раскат, то его три души и семь духов пошатнутся, попытавшись вырваться из тела, где их уничтожит во взрыве!

Хэ Инь действительно не ожидал, что юноша на самом деле защитится от взрыва, а также от способных уничтожить души и духи громовых раскатов… Тем не менее, ну и что? Да, ему удалось отразить атаку и выжить, ну и что? Его чрезвычайно острый меч-сокровище был потерян, а полученным от взрыва ранениям не позавидуешь. Верно, выжить невозможно!

Вместо того, чтобы отступить, Цинь Му отвязал ножны и использовал свою Ци для манипуляции ими, как мечом, в попытке пронзить Хэ Иня, в то время как сам, подобно эфемерному призраку и неуловимым теням, мгновенно приблизился к нему.

Хэ Инь лишь ухмыльнулся, тут же разразившись клокочущей Ци, которая мгновением позже приняла форму набросившихся на юношу огненных птиц. И в то же время из его ножен вылетели ринувшиеся в атаку жёлтые бумажные талисманы!

Цинь Му бегал с максимально возможной скорость, как вдруг воскликнул и разжал пальцы в направлении Хэ Иня.

Форма Пронзающего Меча!

Ножны меча с резким свистом рванули к молодому даосу, на что тот лишь вновь ухмыльнулся, а из его собственных ножен вылетел жёлтый бумажный талисман и попытался принять выпад в лоб.

Хотя стоящую за выпадом Цинь Му мощь можно было назвать по-всякому, но никак не слабой, он всё же использовал в атаке тупой конец ножен с отверстием. Если не атаковать узкой стороной, то даже при успешном попадании, Хэ Иню не навредить… последнему было достаточно взорвать только одно даосское заклятие и атака ножнами парня потерпит сокрушительное фиаско!

Как вдруг отверстие ножен превратилось в открывшего свою огромную пасть рыбьего дракона и…

Невероятно испуганный Хэ Инь сразу услышал позади себя звук чего-то рассекающего воздух…

Меч Младший Защитник, который всё это время валялся где-то во мраке, со свистом пытался вернуться в ножны и по пути пронзить сердце даоса.

Хэ Инь мгновенно изогнулся, в попытке уклониться от меча и превратившихся в рыбьего дракона ножен. Однако, судьба мало кому даёт второй шанс…

Маленькая пушистая голова выскочила из рюкзака юноши и выплюнула на мгновение связавший даоса вихрь.

Наконец сбросив оковы вихря, Хэ Инь почувствовал холодок в районе плеча. Меч пронзил его насквозь, отправляясь кровавой стрелой в пасть рыбьего дракона!

Цинь Му, преуспев в своей атаке, хотел было сбежать, но его охватило пламя огненной птицы, в которое следом нырнули жёлтые бумажные талисманы.

Буум…

Паренька отбросило свирепым взрывом. С ног до головы залитый кровью, он прямо в полёте подхватил своей Ци меч и затем шлёпнулся где-то в гуще леса, после чего быстро вскочил и скрылся во тьме…

Глава 103. Иголки Умерщвляющие Даже Труп

Разъярённый даос собрался было пуститься в погоню, как вдруг в районе его плеча разразилась острая боль…

Когда Цинь Му призвал ножнами Младшего Защитника, плечо Хэ Иня прошило насквозь, образовав в нём огромную дыру, не из-за стоящей за мечом большой силы, а из-за невероятной остроты самого меча!

Терпя боль, присевший Хэ Инь достал несколько, как больших, так и маленьких, нефритовых бутылок. Сначала он использовал останавливающее кровотечение лекарство и только после лекарство, сращивающее переломы костей и рваную плоть. Но боль не пропала, даже наоборот, она стала практически невыносимой.

Тем временем немного позади один из уцелевших летающих зомби подковырнул из баночки лекарственную мазь и смазал ею шею другого летающего зомби, одного из тех, кому не повезло стать обезглавленным. Затем первый зомби поднял отрезанную голову второго зомби и поместил её обратно тому на шею.

Голова второго зомби покачнулась и несколько раз хрустнула, всё же зафиксировавшись на полагающемся ей месте. Вот только была одна проблемка, голову ему прилепили задом наперёд.

Первый зомби совершенно не обратил на это внимание и как ни в чём не бывало пошёл в сторону тела следующего, на этот раз разрубленного пополам. Смазав половинки рыбьей мазью, он соединил две части некогда единого целого.

Даже будучи обезглавленными или разрубленными пополам, летающие зомби попросту отказывались умирать. Достаточно было лишь смазать мазью потерянную конечность и прилепить, как та становилась не такой уж и потерянной. Вот такая вот незамысловатая процедура позволяла зомби вести вечно активный образ “жизни”. Как подобное зрелище могло, как минимум, не удивлять?

У культа, специализирующегося на создании трупов, определённо были свои уникальные трюки.

Внезапно послышалось протяжное воздушное гудение и уже в следующий миг возле молодого даоса стояли другие последователи Культа Бессмертного Трупа.

— Старший брат Хэ Инь, Вы ранены? Неужели отродье оказалось настолько сильно? — с беспокойством спросила одна из учениц.

— Нет… — сквозь стиснутые зубы процедил мрачный Хэ Инь и затем практически через силу выплюнул, — в лучшем случае область Пяти Элементов. Хотя нужно признать, его совершенствование достаточно неплохое, движения странные и непредсказуемые, а техники управления мечом с заклятиями и вовсе первоклассные. Ещё он владел возвращающимся при помощи ножен мечом-сокровищем… Тот был настолько острым, что рассекал моих зомби так же легко как бумагу! Я его сильно ранил! Он не мог далеко сбежать!

Услышав подобное от своего старшего, большинство последователей культа по-настоящему удивились.

— Поскольку он так хорош в техниках управления мечом и заклятиях, то наверняка недостаточно умел в боевых техниках. Давайте поймаем его и передадим в руки лидера культа, а что с ним будет дальше уже не наше дело, — опять проговорила ученица, после чего с порывом ветра в погоню сорвалось больше десяти последователей культа.

Хэ Инь встал и собрался было отправиться за группой, как вдруг перед ним практически материализовалась странная фигура. Разглядев лицо в тени, он испугался и сразу же уважительно поклонился:

— Старший дядя Цяо!

— Ты не только до сих пор не поймал мерзавца, убившего сына лидера, так ещё и умудрился получить от него ранение. Хэ Инь, ты действительно что-то с чем-то! — нахмурился Цяо.

— Старший дядя Цяо, лид… — со стыдом спорил Хэ Инь.

— Уже в курсе и да, он зол. Однако, он всё ещё занят стабилизацией ситуации и подавлением беспорядков в городе, — прервав молодого даоса, проговорил Цяо и затем продолжил. — Сейчас, когда Имперский Наставник Вечного Мира тяжело ранен, нет такого глупца, который бы не воспользовался хаосом и не вырезал клику его приспешников, тем самым исправляя несправедливость законов и решений имперского суда. У нашего культа наконец появилась возможность захватить Речную Плотину и подрезать “крылья” Имперского Наставника. Взяв под наш контроль и стабилизировав уезд, мы сможем одним махом перебить остатки местных прихлебателей Имперского Наставника! Лидер может и горюет, но знает как расставлять приоритеты.

Приняв к сведению, Хэ Инь тут же спросил:

— Могу ли я попросить у старшего дяди Цяо разрешения последовать за младшими братьями и сёстрами. Тот человек может и не стар, но его меч острее бритвы и может превращаться в рыбьего дракона…

Цяо как громом поразило:

— Острый меч, превращающийся в рыбьего дракона? Как он выглядел? В деталях!

Хэ Инь описал Младшего Защитника и прилагавшиеся к нему странные ножны, на что Цяо отреагировал потрясением и очередным громким криком:

— Это ведь меч-сокровище высокопоставленного чиновника Императорской Семьи! Одно из лучших сокровищ всего мира! Даже у нашего культа нет такого! Как вообще настолько важное сокровище могло оказаться у этого парня? Неужели он наследник одного из высокопоставленных чиновников Императорской Семьи? — вдруг его глаза блеснули, а лицо украсила довольная улыбка. — Небеса, должно быть, хотят, чтобы наш Культ Бессмертного Трупа процветал! И именно поэтому прислали нам меч-сокровище первого ранга! Я должен во что бы то ни стало отнять его! — договорив, он мгновенно исчез.

Нахмурившись, Хэ Инь подумал: «Меч-сокровище высокопоставленного чиновника? Настолько ценное оружие символизирует престиж и положение в Императорской Семье. Зачем подобной личности, практически правой руке Императорской Семьи, отдавать при жизни такое сокровище в руки наследника? Дядя Цяо однозначно погорячился… Мне стоит немедленно доложить обо всём лидеру!»

Собравшись с мыслями, молодой даос сразу же отправился в сторону города.

Цяо, следуя оставленным Цинь Му и учениками следам, вдруг нахмурился. Он наткнулся на тело, которым конечно же оказался ещё тёплый труп ученика культа.

Вокруг ещё совсем юной шеи виднелся кровавый разрез. Кроме разреза на теле трупа не было видно других ран, собственно, как и луж крови, а судя по ране, их должно быть достаточно, ведь рассекли шейную артерию.

Умерший ученик передвигался прыжками по жёлтым бумажным талисманам и был убит внезапным ударом сзади. Ему с такой скоростью вскрыли глотку, что он даже не успел оказать хоть какое-то сопротивление. А отсутствие крови рядом с телом наводило на дурные мысли.

Цяо нахмурился. Только дурак не догадался бы, что бедолага умер не здесь. Его просто сбросили тут. Кроме того, сбросили только тогда, когда в теле закончилась кровь.

Что это значит? А то, что юному убийце были нужны труп и кровь!

Ученик, скорее всего, прыгал по своим талисманам в поисках следов беглеца. В определённый момент позади него появился юноша и одним ударом перерезал горло. Затем тот юноша ухватился за труп, взял его под контроль, взял под контроль его ножны меча и заставил их выплёвывать прокладывающие путь талисманы…

И наконец, юноша, контролируя труп, будто тот был живым, бросился догонять остальных последователей Культа Бессмертного Трупа.

«Искусство управления трупом! — Цяо слегка изменился в лице. — Парень умеет управлять трупами! Ученики нашего культа в опасности! Но если подумать, у Императорской Семьи нет вослужении ни одного высокопоставленного чиновника с такими познаниями… Откуда он взялся? И кто научил его подобным навыкам?»

Стояла поздняя ночь, почти время смены третьего ночного дозора. Несмотря на то, что небо украшала луна, видимость была отвратной.

Цяо мог легко представить, как Цинь Му, прикрываясь покровом ночи, управляет трупом ученика его культа… Такая тактика однозначно поможет парню не выдать себя и подобраться как можно ближе к остальным. И даже заметь они неладное, скорее всего будет уже слишком поздно уворачиваться от меча!

В искусстве управления трупом были сведущи и другие злые, дьявольские культы. Однако, у каждого из них были свои уникальные навыки и техники. Что же до самого Культа Бессмертного Трупа, их можно считать организацией, достигшей выдающихся результатов на данной стезе, чего не скажешь об их отвратительной репутации.

Метод управления трупом Цинь Му был невероятным. Убив ученика культа и взяв под контроль, он заставил его выглядеть словно живым. Разве живой соученик вызовет у остальных подозрения? Подобный вид искусства управления трупом был крайне редок…

«Великий навык Управления Трупом Небесного Дьявольского Культа…» — с подобными мыслями Цяо продолжил расследование. Вскоре он нашёл второй труп, а затем третий и четвёртый… Увидев седьмой труп, уголки его глаз дрогнули. У седьмого трупа отсутствовала кожа, казалось будто её попросту содрали, но даже так возле останков не осталось ни единой капли крови.

Цяо сильно переменился в лице и мрачно прошипел:

— Техника создания Небесного Дьявола! Парень ученик Небесного Дьявольского Культа!

Теперь было уже невозможно опознать труп, а это означало, что паренёк мог притворяться любым из выживших преследователей!

Продолжая погоню, в глазах Цяо пылала жажда крови. Вскоре он встретил нескольких выживших последователей Культа Бессмертного Трупа, стоявших спина к спине и осторожно озирающихся вокруг. Увидев его, они все как один облегчённо вздохнули.

— Старший дядя Цяо… — окликнул один из учеников.

Цяо щёлкнул пальцами и несколько завораживающих иголок, столь же тонких как коровий волосок, вонзились меж бровей учеников!

Их взгляды тускнели, души и духи быстро распадались, а из ртов хлынула пузырящаяся белая пена.

Это было духовное оружие Цяо, которое он называл — “Иголки Умерщвляющие Даже Труп”. Если одна такая попадёт по человеку, то его души и духи распадутся, оставляя позади лишь безвольный ходячий труп. После подобного, даже величайшим богам и бессмертным не под силу вернуть к жизни!

— С-старший дядя Цяо, з-за что… — заикалась ученица.

Цяо быстро подбежал, проверил их тела и слегка нахмурился… Он не нашёл среди них чужака!

Если бы Цинь Му использовал на одном из учеников технику создания Небесного Дьявола, то на коже последнего остался бы красный шов… Но на телах им убитых, его не было!

А значит среди них не было и чужака!

«Дерьмо, я попался в его ловушку и убил не тех! — глаза Цяо дрогнули, когда он ещё раз взглянул на мёртвых учеников. — Если я просто брошу трупы здесь как есть, то лидер и остальные старики определённо что-то заподозрят. Пожалуй, будет лучше избавиться от них».

Подковырнув из-под ногтя какой-то порошок, он посыпал им валяющиеся вокруг трупы. Одежда, плоть, кровь и даже кости мертвецов мгновенно растаяли, оставляя позади лишь лужицы гноя.

Цяо с облегчением выдохнул и, прищурившись, воровато осмотрел окрестности, так и не найдя ни единого следа беглеца. Внезапно он задрожал всем телом и сквозь его даосские одежды провралось бесчисленное количество красных лучей, которыми оказались десятки тысяч трупных жуков.

Тусклая серебристая луна убегала на запад, в то время как с востока делало попытки подняться ослепительное золотистое солнце. Трупные жуки дребезжали своими крылышками и разлетались во всех направлениях, пока не заполонили собой всё небо… Они напоминали красных светлячков, блуждающих в лучах поднимающегося солнца.

«Меча-сокровища первого ранга высокопоставленного чиновника достаточно для использования в качестве наследного сокровища культа».

Цяо поднял голову и глядя на красные облака на востоке бормотал:

— Лидер уже достаточно просидел на троне, пора ему подвинуть свою жопу…

****

Великие Руины, деревня Цань Лао.

— Му’эр, присыпайся и иди кушать. Почему ты всё ещё спишь? — закончив фразу, бабушка Сы безучастно уставилась в стену…

Последние несколько дней старушка по привычке делала лишнюю порцию и звала парня кушать, всё время забывая, что тот уже ушёл из деревни.

Бабушка Сы вздохнула и в тихом одиночестве позавтракала, затем отодвинула в сторону тарелки и котелки, явно не собираясь сейчас их мыть, и потерялась в глубоком омуте своих мыслей…

Спустя некоторое время старушка резко вскочила, забежала к себе в комнату и начала упаковывать вещички, а когда закончила, взяла под локоть корзину и коротенькими шажками засеменила в сторону выхода из деревни.

Возле выхода сидели неторопливо чаевничающие персоны голубых кровей, то есть целитель и старейшина.

Сы не обратила на них никакого внимания. Держа под локтем корзину, она уверенно шла к выходу.

— Старая Сы, ты что, собралась покинуть деревню? Ничего не собираешься сказать? — неторопливо спросил старейшина.

Глава 104. Прохвосты покидают деревню

— Кто покидает деревню? — спросила повернувшаяся и невинно улыбнувшаяся бабушка Сы.

— Я может и простак, но слыша песню понимаю стоящую за ней суть. В течение последних нескольких дней ты практически не спала, а когда ела на тебя было больно смотреть. Поэтому совершенно естественно, что ты больше не можешь оставаться здесь и отправляешься на поиски Му’эра, — улыбнулся старейшина.

— Ты такой проницательный. Да, я ухожу! Я больше не хочу здесь оставаться! — раздражённо процедила бабушка Сы, на что целитель прокашлялся и сказал. — Покинув деревню, кто поможет тебе подавить дьявола в сердце? Пока мы рядом, исконный дух Владыки Ли не смеет наглеть. Ты же знаешь, что ему нет равных на пути Дьявола. Перед своей смертью ему даже удалось превратиться в семя дьявола и посеяться в твоём сердце Дао. Полагаясь на такой способ, он выжил, а сейчас только и ждёт удобного случая ударить в спину. Если ты не сможешь одолеть его или хотя бы подавить, он уничтожит твой исконный дух и завладеет телом.

— Он не завладеет моим телом, — буровя старика взглядом, обижено пробурчала старушка.

— Потому что слишком сильно любит? — улыбнулся целитель. — Вот тут ты не права. Ведь он любит не тебя, а твою оболочку. Завладев твоим телом, он переродится в нём и станет тобою, после чего попросту полюбит себя. Он дьявол в твоём сердце, а ты дьявол в его сердце. Переродившись в твоём теле, он возьмёт верх над дьяволом в своём сердце. Владыка Ли использует тебя, чтобы укротить себя и стать богом.

Бабушка Сы вздрогнула и неожиданно улыбнулась:

— Целитель, сказав так много, может ты тогда поможешь мне избавиться от него?

Целитель затих. Исконный дух Ли Тяньсина уже был посеян в сердце Дао бабушки Сы и с учётом обстоятельств старый лекарь ничем не мог помочь. Ма со своими буддистскими навыками тоже пытался помочь, но всё было бестолку. Да что уж говорить, даже меч старейшины не смог изгнать дьявола…

Единственный кто способен изгнать дьявола из сердца Дао бабушки Сы — она сама, а остальные могли лишь помочь ей с подавлением.

— Я прожила здесь больше сорока лет, но какой прок мне продолжать оставаться если никто из вас не может изгнать эту занозу в заднице? — старушка прижала к себе корзину и не оборачиваясь зашагала прочь. — Я найду Му’эра. Вдруг он страдает от голода и холода или вообще его запугивают и притесняют. Не волнуйтесь. Если я почувствую, что не справляюсь со старым дьяволом Ли, то обязательно вернусь!

Старейшина и целитель могли только хмуриться.

****

Дойдя до берега Вздымающейся, бабушка Сы приманила Речного Перевозчика, села на него и начала сплавляться.

Проплыв около пятидесяти километров, она потрясённо уставилась на шагающего по водной глади слепого с тростью, но уже мгновением после помрачнела лицом, схватила старика за шиворот и усадила на зверя.

— Слепой, ты пытаешься меня остановить? — гневно гаркнула бабушка Сы.

— Ой, так это ты, старая Сы, сразу и не разглядел. Остановить? Я же просто гулял, — проговорил улыбающийся слепой, скосив взгляд в сторону.

— Хочешь сказать, что просто решил с утра пораньше пробежаться так далеко от дома? — скептически спросила бабушка Сы, на что слепой вздохнул. — Ты идёшь своей дорогой, а я своей. Зачем мне тебя останавливать? Ах да, старая Сы, так куда ты намылилась? Может нам по пути?

— Я направляюсь в Империю Вечного Мира. Подвезти? — ухмыльнулся бабушка Сы, лукаво моргая своими мутными глазами.

— Какое совпадение, мне тоже туда! — радостно захлопал в ладоши слепой.

Выпучив глаза, бабушка Сы уставилась на невинно выглядящего слепого, но уже в следующее мгновение с насмешкой обронила:

— И что ты забыл в Империи Вечного Мира?

Слепой равнодушно ответил:

— Я слеп, поэтому собираюсь найти того, кто вырвал мои глаза.

Сердце бабушки Сы пропустило удар, после чего она улыбнулась и сказала:

— Я думала ты беспокоишься за Му’эра вот и решил отправиться на его поиски в империю. Получается ты идёшь туда по своим личным делам.

— Он уже взрослый и способен справиться с любыми проблемами, — сказанные слепым слова пристыдил старушку, по крайней мере пока старик не продолжил. — Я не стану искать с ним встречи, всего лишь тайно присмотрю.

Внезапно в небе что-то промелькнуло. Бабушка Сы подняла голову, но это что-то уже бесследно исчезло, а уже в следующее мгновение на спину Речного Перевозчика шлёпнулась тень. Ею конечно же оказался одноногий, который прямо сейчас с недоверием уставился на двух стариков на спине зверя.

— Одноногий, знаешь, когда ты появляешься как призрак это пугает. Чем ты занят? — недовольно проворчал слепой.

— Решил прогуляться, — ответил одноногий и, оглядевшись вокруг, спросил. — Вы случайно не встречали старого Ма? Я не видел его ещё со вчера. Судя по всему, прошлой ночью он так и не вернулся.

— Старый Ма не вернулся? Он всегда возвращается в деревню вовремя, — удивилась бабушка Сы, а одноногий вздохнул и сказал. — Думаю он соскучился по Му’эру и отправился в Империю Вечного Мира. Я должен найти его. Меня мучает вопрос почему этот старикан исчез, не обмолвившись и словом… почему отказался от нашей многолетней дружбы? А ещё проверю как поживает моя нога…

— Ты не думаешь повидаться с Му’эром? — подколол слепой, на что одноногий с каменным лицом ответил. — Разве похоже, что я соскучился по нему? Этому не бывать! Он просто мелкий надоедливый вредитель, которого мы по ошибке подобрали младенцем. Я всегда хотел его куда-нибудь сплавить… Мм? Посмотрите! Разве там не мясник?.. Действительно, мясник!

Чуть погодя на спине речного зверя уже стояли четыре человека. Трое на ногах, а мясник, конечно, на руках. Пока опирающийся на свою бамбуковую трость слепой прислушивался, остальные трое молча переглянулись.

Бабушка Сы держала под локтем корзину. Одноногий облокотился на костыль и насвистывал какой-то мотивчик. Мясник, плюхнувшись обрубком на спину зверя, упёр руки в бока и по-генеральски озирался вокруг.

— Помимо нас четверых, старый Ма тоже сбежал. В деревне остались только старейшина, целитель, глухой и немой, — спустя какое-то время пробормотал слепой.

— Немой тоже, — хрюкнул мясник и продолжил. — Прежде чем целитель и старейшина проснулись, мне на глаза бросился убегающий с огромным сундуком на горбу немой. Я попытался поймать его, но не смог.

— В таком случае остались только старейшина, целитель и глухой, — удивлённо пробормотал слепой, не знающий смеяться ему или плакать.

— Мы совершенно не скучаем по Му’эру, просто так совпало, что у нас всех появились дела. Я например отправляюсь в императорский дворец проведать свою ногу, мало ли, а вдруг Имперский Наставник решит её замариновать, бросить на гриль и зажарить. Если он сделает из неё поджаренный окорок будет уже совсем не до шуток… Он способен на всё, — горько улыбнулся одноногий.

— Мне тоже нужно разобраться с одним делом. Я должен отомстить за глаза, — кивнул головой слепой.

— Будучи владычицей священного культа предыдущего поколения, я должна наблюдать за тем, как новый владыка приходит к власти, — не останавливаясь кивала улыбающаяся старушка.

Мясник обдумывал причину некоторое время, пока всё же не выдал хоть что-то отчасти правдоподобное:

— Мою нижнюю часть тела скорее всего отбросило в какую-нибудь канаву. Я отправился на её поиски. Если найду может смогу прилепить обратно.

Четверо стариков вздохнули с облегчением и хором сказали:

— Да, у нас и правда есть важные дела.

****

В Цань Лао. На выходе из деревни старейшина и целитель галантно распивали чай.

— Нас осталось только четверо, — через некоторое время проговорил целитель.

— Целитель, старый Ма ушёл ещё вчера, — сказав, старейшина отпил чай и затем продолжил. — У них по-прежнему слабая выдержка, вот и не смогли усидеть на месте. Не то что глухой, настоящий эрудит, образован, спокоен и держит се…

Повернув голову, старик не договорил и глупо уставился на проходящего мимо глухого с прикрытой платком бамбуковой корзиной в руке.

— Глухой, ты куда? — машинально спросил целитель, но глухой, казалось, не услышал и продолжил идти.

— Этот негодяй притворился что не услышал меня! — сердито гаркнул целитель.

— Теперь в деревне остались только мы вдвоём, — старейшина не знал смеяться ему или плакать, как вдруг спросил. — Так, когда уходишь ты?

— Я не посмею уйти, слишком уж много врагов нажил. Меня больше беспокоит то, какой переполох вызовут во внешнем мире убежавшие прохвосты. Они ведь… — поспешно покачал головой целитель.

— Это уже не наши проблемы, а их. Если хочешь уйти, уходи. Я останусь и присмотрю за деревней пока вы все не вернётесь, — не дав договорить, проговорил умиротворённо улыбнувшийся старейшина.

— Если я пойду, то вызову гораздо больше проблем, чем остальные. Среди всех нас моя репутация худшая, — покачал головой целитель.

— Ну да, иначе ты бы уже давно нас покинул, — с улыбкой ответил старейшина.

Они посмотрели друг на друга и громко захохотали.

****

На границах уезда Речная Плотина и уезда Солнечный Тигр.

Подняв голову, Цинь Му посмотрел на утреннее солнце. Внезапно из его рук вырвалась Ци Красной Птицы, сжигая ранее украденную одежду ученика культа. Что касается человеческой кожи, он избавился от неё во время побега…

Его всё ещё терзали сомнения касательно ношения человеческой кожи. Более того, он постоянно таскал на своей спине рюкзак с целой кучей вещей, а одеваясь в человеческую кожу, на его месте формировался горб, сводящий на нет всю маскировку.

«Интересно, что прячет у себя в горбу бабуля?» — курьёзные мысли пронеслись в голове Цинь Му. Раз при ношении кожи у него появлялся горб в районе рюкзака, то значит и у бабушки Сы должно быть там что-то спрятано. В конце концов она ведь не была настоящим горбуном. Как его могло не начать одолевать юношеское любопытство?

Убегая и сражаясь всю ночь напролёт, у Цинь Му попросту не было времени на отдых. Ху Лин’эр так вообще уснула где-то на дне рюкзака. Пронёсся порыв ветра, и он подпрыгнул, чтобы пробежаться по нему, однако, сделав всего несколько шагов, сразу же почувствовал насколько устал и опустился на землю, решив продолжить идти по земле.

Вдруг откуда-то сверху послышалось жужжание. Посмотрев в сторону источника звука, Цинь Му увидел несколько подлетающих к нему красных жуков. Жуки были какими-то странными, они не боялись его, кружа совсем рядышком.

«Трупные жуки! — уголки глаз парня дрогнули, затем он зевнул и подумал. — Я так устал, нужно найти место, где поспать».

Несколькими тычками пальцев Цинь Му разобрался с назойливыми жуками и немедленно побежал прочь. Как-то раз побывав в доме целителя, он увидел там подобных трупных жуков. Среди них были зелёного и чёрного цвета, но реже всего встречались красного…

И прямо сейчас ему встретились те самые редкие красные жуки!

Внезапно послышалось ещё больше жужжащих звуков.

Подняв голову, Цинь Му удивлённо замер, ведь увидел настоящее красное облако из таких жуков, явно настроенных по отношению к нему довольно агрессивно.

Облако опускалось всё ниже и ниже. Неожиданно некоторые из жуков направились в лес и зарылись в разнообразные земляные курганы. Курганы задрожали, затем из них выбрались скелеты и направились прямо к юноше.

В то время как большая часть других жуков начала погружаться в тела встретившихся на их пути ещё живых зверей, таких как волки и тигры. Глаза диких зверей краснели от ярости, после чего они срывались с места в сторону Цинь Му.

Глава 105. Губернатор префектуры Личжоу

Мастер Культа Бессмертного Трупа! И даже сильнее, чем предыдущий преследователь, Хэ Инь. Он превосходи его, как минимум, на одну область!

Сердце Цинь Му упало в пятки. Трупные жуки, должно быть, были взращены мастером Культа Бессмертного Трупа. И, судя по всему, он мог контролировать целое облако насекомых с огромного расстояния, а также использовать их для обретения контроля над бесчисленными дикими зверями и покоящимися в курганах скелетами. Всё это явно говорило о том, насколько высоким было совершенствование практика!

Провернуть подобное намного сложнее, чем просто управлять летающими зомби.

Трупные жуки погружались в тела диких зверей и скелетов, заставляя их странно трансформироваться. Кости скелетов краснели, а тела зверей превращались в покрытые красной шерстью туши, после чего все как один начинали не щадя себя преследовать Цинь Му!

Такая тактика была в разы эффективнее, чем у Хэ Иня.

«Он не планирует меня убивать, а просто пытается не дать сбежать!» — Цинь Му использовал свою жизненную Ци, чтобы управлять мечом.

Форма Меча Волны… Младший Защитник раз за разом облетал парня по кругу.

Цинь Му бежал, а меч прорубал путь вперёд, безостановочно собирая причитающуюся ему жатву через кромсание туш дикий зверей и крушение костлявых!

Тем не менее, с каждой упавшей тушей зверя или скелетом, из последних вылетал трупный жук, после чего либо зарывался в землю, либо улетал вглубь леса, вскоре возвращаясь с новой оболочкой, пытающейся схватить юного беглеца!

Сердце Цинь Му колотилось как бешеное. Монстры, по-другому и не назовёшь, сильно замедляли его, а преследующий мастер наверняка мчался сюда во весь опор!

Ху Лин’эр таки проснулась от шума. Оценив ситуацию, она немедленно подняла демонический ветер. Сила ветра постоянно возрастала, пока не вызвала торнадо, сдувшее всех стоящих на пути диких зверей и скелетов.

Давление на парня значительно снизилось, а скорость, с которой он убегал, возросла, как вдруг красный трупный жук приземлился на рюкзак и попытался проникнуть в нос лисы.

Ху Лин’эр изумлённо взвизгнула и тут же вылезла из рюкзака, взобравшись на плечо Цинь Му.

Вскоре послышалось жужжание ещё большего числа жуков. Было очевидно, что мастер заметил контролирующую ветер лису, так как натравил на неё достаточно много жуков, пытающихся превратить её в красного зверя.

— Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе! — воскликнул Цинь Му, и жизненная Ци в его теле превратилась в ослепительное пламя, создавая мудру в небе. Ци Красной Птицы стала сияющим солнцем, сеющим повсюду яркие лучи. Трупные жуки странно запищали с пошедшим из их тел зелёным дымком, после чего безжизненно попадали на землю.

«Восемь Громовых Ударов сработали. Они могут уничтожать души и духи трупных жуков!» — удивился Цинь Му и на бегу ещё раз использовал Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе. На этот раз уже из некоторых туш зверей и скелетов пошёл зелёный дымок. Под воздействием лучей туши обмякши падали на землю, а скелеты разлетались костями.

Уцелевшие отреагировали на случившееся, поэтому вместо того, чтобы блокировать дорогу юноше, начали просто бежать следом. Кроме скелетов, конечно, те тоже держались на расстоянии, но при этом вырывали руками свои рёбра и бросали в парня!

Сотни рёбер свистели и кружились в воздухе. Рёбра летали по дуге, а в случае промаха, подобно бумерангам, возвращались в руки скелетов.

Голова Цинь Му начала болеть. Ему не оставалось ничего другого кроме как вновь использовать Форму Меча Волны, но на этот раз чтобы блокировать атакующие со всех сторон рёбра. Скорость его бега опять снизилась.

Последователи Культа Бессмертного Трупа атаковали слишком странными методами. Они использовали летающих зомби, жёлтые бумажные талисманы, трупных жуков, превращённых в красные туши зверей, и даже бросающихся собственными рёбрами скелетов. С какой стороны не посмотри, их методы были чрезвычайно причудливыми.

Внезапно Цинь Му увидел впереди поле, на котором трудились фермеры. Как раз было время сбора весеннего урожая, поэтому фермеры вставали рано утром и брались за работу.

— Бегите, быстро! — Цинь Му махнул рукой и крикнул. — Бегите, глупцы!

Фермеры подняли головы, чтобы взглянуть и не могли не испугаться. Куда не глянь, будто наводнение роились ужасающе выглядящие скелеты и красные туши зверей. Они тут же побросали серпы и побежали. Однако, куда им тягаться в скорости с парнем и бегущей за ним сворой монстров… у фермеров попросту не было шансов сбежать.

Цинь Му мгновенно изменил направление, чтобы избежать встречи с ними. Однако, рядом с полями располагался главный имперский тракт, по которому колесила конная упряжка с двумя скачущими на конях стражниками рядом.

— Что там за шум? — из упряжки донёсся женский голос, которому тут же ответил слегка склонившийся стражник. — Моя госпожа, я вижу настоящую орду скелетов, преследующих юношу в вышитой одежде. Юноша беспокоился, что скелеты столкнутся с фермерами в поле, поэтому сейчас он бежит в нашу сторону. Кроме скелетов я вижу странных зверей с покрасневшей шерстью. Они, судя по всему, пребывают под контролем трупных жуков и, если я прав, тут не обошлось без техники Культа Бессмертного Труппа из Сянси.

— Хоть современный мир и начинает жить мирно, в нём всегда будут появляться демоны и монстры, желающие посеять хаос, — мрачно проговорила женщина в упряжке и затем отдала приказ. — Стражник Ши, избавься от орды скелетов и красных зверей. И смотри, чтобы не пострадали миряне.

— Да, моя госпожа, — уважительно ответил стражник и не слезая с коня достал серебряную пилюлю меча. Щёлкнув пальцем, пилюля взлетела в небо и быстро закружилась. С каждым оборотом, из пилюли стремительно вылетал белоснежный меч.

Из-за невероятно быстрого вращения мечи сыпались будто дождь. Убегая, Цинь Му слышал скрежещущие звуки, с которыми скелеты позади него разлетались на куски и превращались в пыль, в то время как красношёрстные звери, если везло, теряли головы!

Орды зверей и скелетов были уничтожены в одно мгновение. Красные трупные жуки вылетели из скелетов и туш, но, прежде чем успевали улететь, их тоже уничтожали летящие мечи.

«Традиционный навык меча!» — немедленно остановился Цинь Му, рассматривая конную упряжку впереди. Навык меча, который использовал стражник, определённо был традиционным. Как он догадался? Всё просто, парень уже видел подобный навык в исполнении членов секты Меча Реки Ли.

Для сражения с врагами такой навык меча использовал огромное количество превращённых в маленькую пилюлю мечей. Также ими можно было создавать боевые построения.

Те, кто могли пользоваться пилюлями меча, конечно же были высокоуровневыми мастерами. Хотя бы потому что пилюля была невероятно тяжёлой, и чтобы так легко подбросить её в воздух, человек должен обладать чудовищной силой.

Стражник рядом с конной упряжкой был достаточно сильным для такого, так что женщина внутри должна быть довольно важной персоной.

****

Вдалеке. Цяо внезапно почувствовал, как в одно мгновение умерли все его трупные жуки, и был ошарашен. Он не решался продолжить погоню, просто стоя на верхушке дерева и всматриваясь вдаль.

«Конная упряжка губернатора префектуры Личжоу! — старик переменился в лице и развернулся. — Губернатор префектуры Личжоу — безжалостная женщина. Я определённо ей не ровня. Нужно срочно отступить!»

Цяо тут же подорвался с места и бесследно исчез.

****

Сидящий на коне стражник Ши повернулся к упряжке и отрапортовал:

— Моя госпожа, Культ Бессмертного Трупа отступил.

— Попроси того юношу подойти, — из кареты донёсся женский голос.

— Слушаюсь, — стражник Ши слез с коня и поклонился. — Юный герой, моя госпожа зовёт тебя к себе.

Цинь Му подошёл к конной упряжке. Занавеска экипажа отодвинулась, раскрывая профиль женского лица. Пассажиркой оказался настоящая розовощёкая красавица с алеющими пухлыми губками, как вдруг она повернулась и смерила его взглядом. Увидев яркую и опрятную одежду, она подумала, что он должно быть из богатой семьи и спросила:

— Откуда ты, юноша?

Не будучи ни смиренным, ни высокомерным, Цинь Му ответил ни раболепски, ни властным голосом:

— Я из уезда Речная Плотина.

— Это правда, что Речная Плотина уже пала и попала в руки Культа Бессмертного Трупа? — спросила женщина.

— Старшая сестра, без сомнений, очень умна, — кивнул головой восхищённо воскликнувший Цинь Му.

— Старшая сестра? Будучи губернатором префектуры Личжоу в течение стольких лет, так ко мне обратились впервые, — спокойно проговорила женщина, не зная смеяться ей или плакать, после чего подозвала стражника Ши и приказала. — Передай приказ уездам Солнечный Тигр и Беззаботный Мир подготовить свои войска к отправке в Речную Плотину.

Стражник Ши отсалютовал и немедленно ушёл.

— Культ Бессмертного Трупа из Сянси захватил Речную Плотину. И буду с тобой честна, скорее всего для местных жителей это ничем хорошим не закончится. Уже настоящее чудо, что хотя бы тебе удалось сбежать. Судя по твоей одежде, ты из богатой семьи. Какие у тебя планы? — спросила женщина, с жалостью глядя на юношу. Было очевидно, что после захвата Речной Плотины Культом Бессмертного Трупа, в городе не останется никого в живых. А так как он представился одним из тамошних местных жителем, его семье тоже не выжить. Собственно, поэтому она и спросила, есть ли у него какие-то планы.

Цинь Му на мгновение поколебался, прежде чем ответить:

— Я собираюсь отправиться в столицу.

Женщина кивнула головой и сказала:

— Ехать в столицу — хорошая идея. Наши войска вскоре отправятся в уезд Речная Плотина. В хаосе войны бандиты будут появляться повсюду, поэтому здесь опасно находиться. У тебя есть пропуск в столицу?

Цинь Му безучастно покачал головой.

Женщина нерешительно пробормотала что-то себе под нос и сказала:

— Я, Юйюань Чуюй, губернатор префектуры Личжоу. Во время моего правления в уезде Речная Плотина произошло вооружённое восстание, и это моя вина. Естественно, что у тебя нет пропуска в столицу, ведь тебе пришлось спасаться бегством. Полагаю, судья уезда также был убит в резне. Стражник Цю, подготовь инструменты для составления официального документа.

Стражник отдал честь и немедленно достал все нужные инструменты, передав их в упряжку. Подняв кисть, женщина красивым почерком написала на бумаге несколько предложений, после чего спросила:

— Как тебя зовут?

Цинь Му дал быстрый, не вызывающий подозрения, ответ. Юйюань Чуюй написала “гражданин префектуры Личжоу, Цинь Му” и поставила на бумаге официальную печать. Когда чернила высохли, она высунула теперь уже официальный документ из упряжки и приказала передать юноше.

— Это твоё разрешение на проезд через пропускной пункт. Также с его помощью ты можешь посетить все большие города по пути, и никто не доставит тебе никаких проблем, — спокойно произнесла задёрнувшая занавеску Юйюань Чуюй, после чего более тихо продолжила. — Не вспоминай о своей семье… уже не о ком вспоминать. Постарайся добраться до столицы как можно быстрее. Мой старший брат Юйюань Чуюнь занимает там официальную должность, когда попадёшь в город, скажи ему, что я тебя порекомендовала. Надеюсь, мы ещё увидимся.

— Спасибо, старшая сестра! — поклонился Цинь Му и зашагал по тракту.

«Бедный мальчик, разорённый и осиротевший в таком молодом возрасте. Боюсь, что он единственный выживший житель Речной Плотины…» — вздохнула Юйюань Чуюй.

«Старшая сестра Чуюй такая добрая, — думая в таком ключе, Цинь Му должным образом спрятал пропуск. — Теперь, в случае если меня остановят по пути в столицу, я могу сказать, что являюсь гражданином префектуры Личжоу. Никто и не догадается, что я из Великих Руин… уааа… ох, как же я устал после бессонной ночи и беготни, пожалуй переночую в уезде Солнечный Тигр».

П.П.: уже не ждали? Ха! Кстати, я не сдержался и оставил маленькую пасхалочку, а может и две, в переводе, но её заметит и поймёт не каждый. xD

Глава 106. Отравление

Цинь Му спал в одном из постоялых дворов уезда Солнечный Тигр. Внезапно послышался возглас, от которого он вздрогнул и проснулся.

— Я не знаю откуда взялись эти жуки. Они повсюду! Что я только не перепробовал чтобы вытравить их или на худой конец прогнать! Офицер, можете взглянуть на этого красного жука? Вдруг они опасные… — говорил хозяин постоялого двора.

Сердце парня замерло, но уже в следующее мгновение он второпях вскочил, разбудил маленькую лису и упаковал пожитки в рюкзак. Хозяин постоялого двора продолжал общаться с офицером внизу, вот только последний скорее всего был обычным практиком уровня боевых искусств и ничего не смыслил в жуках.

— В городе много таких жуков. Поскольку раньше их у нас не водилось, скорее всего они просто предвещают грядущую войну. Топчи и всё, — ответил офицер, словно в подтверждение вышесказанному.

— Я уже пробовал топтать, бесполезно! Да что уж, я и кипятком поливал и поджигал, но им всё побоку… Так и продолжают жужжать. Один жук вообще умудрился залетать в рот посетителю и тот даже проблевавшись не смог достать его… — сетовал хозяин постоялого двора.

Цинь Му оставил на столе одну монету Великого Изобилия и открыл оконные ставни, а Ху Лин’эр призывала заклятием демонический ветер. Выскочив на улицу, парень наступил на кромку ветра и побежал прочь с время от времени выглядывающей из-за спины белой мордочкой лисы.

Во время бега, парочке то тут то там бросались в глаза летающие красные жуки. Будет не преуменьшением сказать, что всё небо уезда Солнечный Тигр было усеяно ими будто звёздами в ночи…

Цинь Му приходилось частенько тыкать пальцем. За каждым таким тычком следовал раскат грома и замертво падающий трупный жук… Те умирали настолько быстро, что даже не успевали ничего осознать, не то что кого-то увидеть.

— Почему они настолько настырные? Прицепились к нам словно мстительные призраки. Мы ведь всего лишь убили сыны лидера культа… Зачем заходить так далеко? — недовольно бурчала Ху Лин’эр.

Цинь Му приземлился на землю и побежал. Впереди стоял продавец паровых булочек, у которого он на бегу выхватил сразу несколько подносов с лакомством и даже зацепил мизинцем пароварку. Продавец было собрался заорать “воры”, как в его ладонь приземлилась одна монета Великого Изобилия, вознося на седьмое небо от счастья.

Пробегая под городскими воротами, Цинь Му подбросил булочку и затем поймал ртом. Ху Лин’эр запрыгнула на его плечо и тоже решила перекусить, но коснувшись лапками булочки тут же взвизгнула, как оказалось, питательная виновница была очень и очень горячей. Прямо сейчас со стороны лисичка выглядела как неуклюжий жонглёр, то и дело перебрасывая булочку с одной лапы в другую. Чуть погодя она таки смогла выдержать лапками жар и недолго думая куснула, в итоге конечно же опять взвизгнув и затем высунув обожжённый язык.

Немного погодя человек с лисой прикончили все булочки, а спустя ещё какое-то время решили остановиться и осмотреться вокруг. Не заметив рядом ни одного красного трупного жука, они одновременно облегчённо вздохнули.

Ху Лин’эр юркнула на дно рюкзака, а когда появилась уже держала в лапках карту Империи Вечного Мира. Цинь Му взял карту, развернул и затем более внимательно осмотрел окрестности. Определив своё текущее местоположение, он сразу же побежал в направлении имперской столицы.

****

Будучи не способными найти юношу и лису, жуки постепенно разлетались из главного города уезда Солнечный Тигр. Относительно неподалёку от горда, на вершине горы Солнечное Плато, сидел Цяо и насупившись отзывал своих трупных жуков… Как вдруг краем глаза он заметил идущего однорукого старца, который проходя мимо него словно специально наступил на одного из трупных жуков и раздавил насмерть.

Цяо чуть было не начал сквернословить, когда внезапно осознал: «Мои трупные жуки несравненно прочные, а старикан с такой лёгкостью раздавил одного… Однозначно сильный мастер! Пожалуй, не стану нарываться, — наблюдая за удаляющимся старцем, он начал рассчитывать. — Поблизости никого нет и поскольку данное направление уже перекрыто мною, мелкое отродье может податься только на восток, запад или север, однако, мои жуки уже добрались до ближайших городов на западе и востоке, и там его точно нет. Значит север, да…»

Цяо тут же побежал на север и спустя всего несколько мгновений вновь увидел однорукого старца. Скосив взгляд на трепыхающийся ветром полый рукав медленно, но уверенно идущего старца, как оказалось тоже на север, он призвал к себе жуков, а когда их стало так много, что можно было сравнить с облаком, разве что красным, заставил поднять себя в воздух. Хотя, конечно, некоторые из жуков отделялись и разлетались по лесу в поисках возможных следов юноши.

Плюх, плюх.

Однорукий старец раздавил ещё двух трупных жуков, вынудив Цяо подавить очередную вспышку гнева и нахмуриться. Красное облако трупных жуков плавно спустилось к земле, но не до конца, зависнув на расстоянии примерно метра от земли и двух от старца.

— Уважаемый старший, эти трупные жуки взращены мною. Ничего страшного если Вы раздавили одного, но зачем было давить ещё двоих? — уважительно поклонился Цяо.

— Правда? Я думал, что это просто назойливая лесная мошкара, какой полно, вот и давил. Оказывается их вырастили Вы, тогда простите-простите, — ответил остановившийся однорукий старец.

— Незнающего нельзя винить. Старший, пожалуйста, впредь будьте остор… — улыбнулся было Цяо, но на полуслове…

Плюх.

Однорукий старец поднял ногу и раздавил насмерть очередного жука, заставляя выражение лица Цяо стать мрачнее грозовой тучи.

— Я не нарочно, ей богу… — сделал шаг назад однорукий старец и…

Плюх.

Ещё несколько трупных жуков превратились в мякоть из некой красной субстанции. Цяо зверино ухмыльнулся, после чего из леса вышли летающие зомби и окружили старца.

— Старший, Вы издеваетесь надо мной? Вы явно специально давите моих трупных жуков… Может быть Вы хотите оскорбить мой Культ Бессмертного Трупа? — с мрачной миной спросил он.

— Так Вы мастер Бессмертного Трупа. Вы неправильно поняли, Ваши жуки сами пролетали под моими ногами. Разве в таком случае Вы можете винить меня? — сразу же объяснился однорукий старец.

Не зная уровня совершенствования старого чудика, Цяо немного побаивался его, поэтому в очередной раз решил отступить и через силу процедил:

— Раз не специально, то забудем.

Развернувшись, чтобы уйти, он услышал очередной “плюх” и таки сорвался. Гнев взял власть над разумом, а страх превратился в мужество и с мановением его мысли летающий зомби набросились на старца!

Летающие зомби Цяо отличались от тех, что были у Хэ Иня. Последний был всего лишь только-только ворвавшимся в область Шести Направлений учеником культа с совсем зелёными божественными искусствами. В то время как первый относился к старшему поколению культа и уже давно прорвался в область Семи Звёзд, а его летающие зомби были закалены до уровня медных бронированных трупов с медными сухожилиями и железными костями. И, конечно же, каждый из таких трупов обладал воистину поразительной силой!

Кроме того, у Цяо было довольно много медных бронированных трупов и прямо сейчас все они одновременно набросились на противника. С учётом обстоятельств они однозначно должны были достать его!

Прежде чем летающие зомби даже смогли коснуться подола одежды старца, вспыхнула аура и прогремел голос Будды. Кровь в жилах Цяо буквально застыла от ощущения того, что перед ним стоит сам Будда. Он настолько сильно испугался за сохранность своей жизни, что на чистых инстинктах бухнулся на колени, ударил челом о землю и залепетал:

— Помилуй, о мудрейший!

Между тем, сияние ауры Будды окропило летающих зомби, заставив тех обессиленно попадать на землю и разорвать связь со своим хозяином. Однорукий старец провёл “обряд” просвещения, делая зомби не способными навредить в будущем вообще кому-либо.

— Встань, — посмотрел на него однорукий старец и зашагал прочь. — Люди ошибаются и в меру возможностей нужно находить в себе силы прощать. Я не стану тебя убивать, но хотел бы, чтобы ты чаще проявлял сострадание к людям и по возможности отпускал…

Цяо поднял голову, осмотрелся вокруг и облегчённо вздохнул, думая: «Пронесло! К счастью, я всегда отличался сообразительностью. Если быть обученным должным образом, любой навык может спасти жизнь, к примеру, когда нет никакого шанса на победу, нужно сразу же пасть ниц и молить о прощении, частенько работает, — вставая, он с болезненным выражением лица подумал. — Мои летающие зомби… Бесчисленные годы пролитого пота и крови пошли по ветру. Кто чёрт возьми этот старикан такой, раз смог с такой лёгкостью уничтожить их? Он даже не атаковал, просто разок вспыхнул аурой и мои любимые, драгоценные… Так, стоп! Нужно взять себя в руки! Я по-прежнему могу поймать того мелкого ублюдка и отнять его меч-сокровище первого ранга! Тогда всё окупится!»

****

Цинь Му мчался через лес, как вдруг резко остановился. Наклонившись, он выкорчевал кустик травы, из которого торчал цветок с тремя фиолетовыми лепестками.

— Молодой мастер Му, что это за цветок? — непонимающе спросила Ху Лин’эр.

— Трава Земного Начала. У неё есть запах, который не сможет унюхать как человек, так и зверь, — ответил Цинь Му, аккуратно оторвав маленький фиолетовые цветок и выбросив, но, тем не менее, сохранив листья и корневище. Он продолжал бродить по лесу и собирать кое-какие травы, некоторые из которых были довольно распространёнными и встречались повсеместно, пока вновь не заговорил. — Однако, запах Травы Земного Начала крайне благоухающ и заманчив для насекомых. Ещё в ней содержится яд, безопасный для людей, но невероятно токсичный для насекомых. Поэтому Траву Земного Начала ещё прозвали проклятьем ста жуков. А что до других собранных мною трав, у них только два предназначения: в сто раз приумножить запах и токсичность Травы Земного Начала».

Цинь Му на огромной скорость бежал вперёд. Его жизненная Ци хлынула наружу и зафиксировала несколько трав в воздухе. Используя Ци в качестве котла, он начал прямо на бегу готовить лекарство.

Из одной руки вырвалась Ци Красной Птицы, а из другой Ци Чёрной Черепахи. Ци Красной Птицы обратилась пламенем, начав обжиг трав, а Ци Чёрной Черепахи стала струйками воды, которые, увлажняя, предотвращали их полное сожжение.

Даже не успев пересечь половину горной седловины, Цинь Му уже закончил переработку лекарственной энергии трав. Он избавился от лекарственных отходов и свёл руки вместе, после чего в импровизированной ладонной “чашечке” заплескалась некая прозрачная жидкость.

Цинь Му осмотрелся вокруг и заметил неподалёку кристально чистый водный источник. Подойдя к нему, он умыл в нём руки, после чего собрался с силами и умчался прочь.

Немного погодя к этому месту стянулось необъятное красное облако. Само собой разумеется, облако состояло из красных трупных жуков Цяо.

Трупные жуки буквально по пятам следовали за Цинь Му, но перед тем, как практически догнать, они внезапно потеряли над собой контроль и полетели к водному источнику.

Цяо, контролирующий рой трупных жуков позади, бы поражён и тут же бросился вперёд. Глядя на настоящие барханы, разве что не из песка, а из мёртвых жуков, он почувствовал, как всё внутри него похолодело… Красные трупные жуки, с таким трудом взращённые, все до единого умерли!

Быть способным отравить за один раз такое количество трупных жуков… Это… Попросту не поддаётся логике… Только одна мысль о подобном заставляла Цяо дрожать от страха!

****

— Кроме того, есть кое-что ещё, — достаточно далеко отбежав, улыбающийся Цинь Му обратился к прячущейся в рюкзаке Ху Лин’эр. — Трупный жук тоже по-своему ядовит, причём очень! Приготовленный мною яд, конечно же, не опасен для людей, однако, если его съедят трупные жуки, тем самым смешав со своим, получится совершенно новый яд, по-настоящему ужасающий яд! Достаточно лишь слегка прикоснуться к нему, чтобы тело полностью парализовало и началось гниение плоти. Отравившись этим ядом тебе не останется ничего другого кроме как наблюдать за своим же разложением без возможности хоть что-либо предпринять!

— Молодой мастер, яд точно подействует на того сильного практика Культа Бессмертного Трупа? Его совершенствование на совершенно другом уровне! — пропищала вскочившая Ху Лин’эр.

— Всё будет зависеть от того, коснётся ли он своих жуков или нет, — вполголоса проговорил Цинь Му и, взглянув на небо, также тихо продолжил. — Яд достаточно скоро потеряет свои свойства. Под солнечными лучами он будет постоянно терять свою токсичность, но одно я могу сказать точно, если в ближайший час кто-то прикоснётся к нему, то однозначно умрёт!

****

Стоя посреди горной седловины, Цяо дрожал всем телом, но вдруг внезапно ухмыльнулся: «К счастью, у меня всё ещё есть достаточно трупных жуков для разведения, включая королеву трупных жуков…»

Внезапно из-под его кожи начали вылезать потерявшие всякий рассудок трупные жуки и лететь к водному источнику. Даже королева трупных жуков тоже выбралась и полетела. Старик воскликнул и сразу же попытался схватить королеву, но скорость последней была крайне высока, и уже через мгновение она выпила воды.

Цяо схватил королеву трупных жуков и уже было собрался облегчённо вздохнуть, как вдруг его тело окоченело. Кожа на ладони начала гнить и, расползаясь, обнажать плоть, которая в свою очередь тоже начала гнить и кусками спадать на землю, быстро превращаясь в нечто похожее на гной.

Прямо перед его глазами его же рука сгнила, а он даже боли не почувствовал.

Цяо хотел было отрубить руку, но его сознание словно отделилось, становясь не способным контролировать тело. Со скрежетом стиснув зубы, старик приложил все силы, чтобы поднять другую руку, но лишь потерял равновесие и рухнул на землю, а точнее устилающих её насекомых…

****

— Дедушка целитель был прав. Не можешь одолеть в бою, так отрави, — то ли печально, то ли с ностальгией вздохнул пастушок из деревни Цань Лао, деревни в которой живут только старики и инвалиды…

Глава 107. Сражаться против десятерых одной рукой

Через пять дней Цинь Му добрался до главного города уезда Речная Гробница, который со стороны казался более процветающим нежели ранее встреченные им по пути другие. Сам же город практически полностью раскинулся вдоль берегов реки Золотой, а центральная его часть даже над, поэтому Речную Гробницу местные зачастую называли Золотой Гробницей.

Стремительно текущие воды реки Золотой давали ощущение необъятности и горделивой неукротимости морских вод… Изначально город располагался на острове посреди реки, но время шло и всё больше караванов кораблей причаливало и отчаливало, делая город более богатым и, следовательно, процветающим. В итоге случилось перенаселение, вынудившее местные власти решиться на расширение границ города до берегов реки, а затем и вовсе продолжить дальнейшее строительство вдоль них.

В то время судьёй уезда Речная Гробница был ещё молодой, талантливый и даже на тот момент достаточно сильный сегодняшний Имперский Наставник Вечного Мира. Проявив управленческую хватку, не дюжие способности и смелость, он собрал бесчисленное множество мастеров-ремесленников и практиков божественных искусств, чтобы те изготовили и погрузили вглубь реки исполинские каменные колонны. Всего вышло три тысячи восемьсот колонн, каждая из которых имела по крайней мере трёхсотметровую длину, а после погружения на дно в определённом порядке возвышалась над речной гладью ровно на сто метров. Даже самые большие корабли не могли дотянуться мачтами и до середины высоты колонн, а самые бурные наводнения лишь окропляли брызгами вершины.

Затем по приказу судьи мастера-ремесленники вместе с практиками божественных искусств изготовили огромные плиты, чтобы постелить их на колонны в качестве основы для города, а как в последствии получилось, конечно немного в другом смысле, и всего уезда Речная Гробница. После чего началось строительство самого города и спустя десять лет, пролитых пота и крови десяти тысяч работающих на износ практиков божественных искусств, наисложнейшая и наиамбициознейшая строительная задумка века воплотилась в жизнь… Рождая на свет речную жемчужину всей Империи Вечного Мира!

В плитах нового города местами встречались отверстия, через которых проходил солнечный свет, а во время дождей стекала вода. Также под городом располагались доки, облегчающие для судов движение, в то время как рядом с городом находились гавани, как большие, так и маленькие, в них корабли заплывали в основном только для загрузки или выгрузки товаров.

Город просто бурлил жизнью, а шуму могла позавидовать даже столица, может как раз поэтому у него было второе негласное название — малая столица. В прошлом учёные чиновники раскритиковали идею строительства нового города, обвиняя судью уезда Речная Гробница в заговоре с целью восстания и подкрепляя свои слова тем, что если подобный город будет построен, то тамошний судья сможет перекрыть драконью вену империи. Также заходила речь о том, что он построил голову дракона на реке Золотой с дурными намерениями. Дошло даже до прошения императора о казни…

Тем не менее, судья уезда Речная Гробница, словно на зло всем злопыхателям, успешно совершил сей захватывающий подвиг. Затем его вызвали в столицу. Все уже было подумали, что наглеца наконец казнят, но нет. А дальше последовали ещё более непредсказуемые события, ведь мало кто знал, что наследный принц Яньфэн, мастер стратагем и гений интриг, восхищается этим самым судьёй. И позже, после восхождения на императорский трон, Яньфэн уже в качестве императора всеми силами продвигал судью, пока не сделал из последнего Имперского Наставника всей Империи Вечного Мира.

Цинь Му услышал примерно такую же историю от рулевого, поэтому не мог судить насколько та правдива. Однако, способности Имперского Наставника и глаза мудрости Императора Яньфэна не могли не вызывать чувства восхищения.

На борту того же корабля путешествовали какие-то ученики из уезда Речная Гробница. Некоторые из них происходили из бедных семей, но большинство конечно же из богатых. Поспрашивав вокруг, Цинь Му узнал, что почти все они соученики одной и той же начальной школы-колледжа.

Для него практически всё происходящее было в новинку, удивляя и приводя в детский восторг. Но осторожненько расспросив про эту начальную школу-колледж, он понял, что к чему. Начальные школы-колледжи придумал Имперский Наставник и сделал известными на всю страну. Как-то раз он встретился с Императором Яньфэном и сказал: “Достигнув восьмилетнего возраста, будь то аристократ или простолюдин, ребёнок должен поступить в начальную школу, где обучится: Даоинь, этикету, манерам, обрядам, музыке, стрельбе из лука, грамотности и как правильно совершенствоваться, тем самым закладывая крепкие основы. Затем среди всех нужно отыскивать таланты и заниматься с ними под стать способностям, а те ученики, которые пробудят свои духовные эмбрионы должны быть выбраны для продолжения учёбы в колледже”.

Имперский Наставник также сказал: “Когда ученикам исполнится пятнадцать лет, старший сын и наследник Сына Небес, так же как наследники герцогов, высокопоставленных чиновников, старших чиновников и имперских учёных будут посещать колледж вместе с талантами из простолюдинов. Вместе они обучатся божественным искусствам, навыкам меча, здравомыслию и управлению людьми. Тогда все ученики колледжа станут учениками Вашего Величества и не будет необходимости полагаться на секты, а опасность со стороны последних полностью себя исчерпает”.

Имперский Наставник подвёл итог: “Закончив своё обучение в колледже, каждый выпускник может попытаться поступить в Имперский Колледж. Ученики Имперского Колледжа будут изучать пути чиновников, генералов и даже управления всем миром. В конце концов четыре моря достигнут мира, а Ваше Величество получит долгожданный покой”.

Цинь Му с сожалением вздохнул. С настолько умным человеком разве вообще возможно, что страна не будет процветать?

Однако, жизненно важная составляющая для существования всех сект была вытеснена начальными школами и колледжами Империи Вечного Мира. Поэтому совершенно неудивительно что те восстают.

Находясь на покачивающемся от волн корабле, Цинь Му вытащил Математический Трактат, ранее купленный им в одном из городов Речной Гробницы. Внимательно изучая его, он записывал угольным карандашом на бумаге свои собственные способы расчёта.

— Брат Цинь, ты тоже отправился в столицу, чтобы попытаться сдать имперские экзамены? — внезапно спросил ученик пухлого телосложения, на что Цинь Му, улыбнувшись, кивнул и сказал. — Верно. Я отправился в столицу, чтобы испытать удачу, собственно, которая и определит моё будущее. Брат Вэй, так ты тоже хочешь сдать имперские экзамены?

— Сдать вступительный экзамен на отлично и поступить в Имперский Колледж для дальнейшего обучения — моя заветная мечта! — кивнув головой, ответил улыбающийся Вэй Юн.

— Брат Вэй, не так-то просто поступить в Имперский Колледж. Тебе исполнилось только четырнадцать. Ты всё ещё простой ученик. Так что даже не надейся поступить! — засмеялся другой ученик.

— Действительно ли ученики Имперского Колледжа настолько невероятны? Куда им до меня и брата Циня! — ухмыльнулся Вэй Юн.

Большинство учеников громко рассмеялись. Цинь Му тоже улыбнулся. Ученики на корабле отправились в столицу, чтобы сдать имперские экзамены, ведь каждый из них жаждал поступить в Имперский Колледж.

В колледже Речной Гробницы по большей части обучали самым основным, распространённым навыкам меча и заклятиям. Тогда как в столичном Имперском Колледже были собраны миллионы книг, в которых можно было найти всё, что душе угодно. Там были собраны почти все техники и божественные искусства сект империи. Не будет преуменьшением сказать, что это было высшее учебное учреждение всей Империи Вечного Мира!

Тем не менее, поступить в Имперский Колледж было крайне сложно, ведь за эту возможность яростно сражались ученики со всех колледжей страны. Что касается учеников начальной школы, они в основном отправлялись в столицу, чтобы поступить в местный обычный колледж… даже упоминать не стоит насколько сложно им будет поступить в имперский, подобное способны воплотить в жизнь разве что самые выдающиеся из них и конечно же каждый год последних не насчитывается и десятка.

Рулевой направил корабль к берегу. Цинь Му заметил, что на нём использовалась странная печь. В печи горело пламя, в которое время от времени забрасывали лекарственные камни, после чего из тех высвобождалась духовная энергия, приводящая в движение шестерни сверху. Шестерни же в свою очередь соединялись с погружённым в воду лопастным колесом, собственно, которое и заставляло корабль плыть вперёд. Рулевому оставалось только направлять судно в нужном направлении.

Цинь Му удивлённо цокнул языком. В Великих Руинах ему не доводилось видеть такие странные штуковины. Уже совсем скоро корабль причалил. Сойдя на берег вместе с остальными учениками, он решил последовать за ними и в итоге попал на рынок разношёрстных транспортных средств. Из-за разнообразия в выборе его просто распирало от любопытства. Можно было увидеть как сдающиеся в аренду, так и продающиеся: сухопутные пассажирские лодки, какое-то летающие транспортные средства, журавли и сухопутные драконы. Да что уж, даже были уже готовые к отбытию корабли. Над ними то и дело взлетали клубы дыма вперемешку с пламенными всполохами.

— Брат Цинь, сюда! — Вэй Юн стоял возле одного из таких кораблей и махал рукой, как вдруг опустился трап и на корабль поднялись некоторые ученики. Цинь Му подошёл к кораблю, поднял голову и с изумлённым выражением лица осмотрел. Вэй Юн познакомился с ним с самого начала, поэтому сразу же объяснил. — В сухопутных пассажирских лодках слишком сильно трясёт, летающие транспортные чересчур дорогие, журавлей с сухопутными драконами легко вывести из строя ветром и дождём, поэтому наиболее удобно брать корабль. Единственный минус — скорость немного медленная, но до отбора ещё есть время, так что корабль идеальный вариант.

— Сколь за всё? — мысленно согласившись, спросил Цинь Му.

— Ты одет лучше, чем я, но по-прежнему беспокоишься о деньгах? Сестричка лисичка, я купил тебе вино, — улыбнулся Вэй Юн и достал винную горлянку.

Приятно удивлённая Ху Лин’эр не могла не обрадоваться. Она совсем как человек встала, искренне поблагодарила и затем взяла винную горлянку.

Цинь Му подошёл к боцману и заплатил за проезд… Чтобы добраться от Речной Гробницы до имперской столицы нужно было заплатить десять монет Великого Изобилия. Ему не казалось, что цена слишком высока, как-никак он уже привык жить на широкую ногу, да и к тому же, если уж совсем по-честному, не имел ни малейшего понятия насколько ценна монета изобилия… Он лишь знал — если давать по одной такой за жильё и еду, то люди начинали улыбаться от уха до уха.

Два человека и одна лиса с удобством расположились на борту. Совсем скоро места на корабле закончились. Целители и мальчики на побегушках разожгли печь, а лекарственная энергия в ней начала превращаться в магическую силу, подпитывающую скульптуры бронзовых зверей на корме. Огромные рты зверей разразились пламенем и корабль начал плавно взлетать. Развернулись паруса, скорректировалось направление и корабль взял курс на север, оставляя позади Речную Гробницу…

На борту у каждого гостя был свой номер, да и про питание не стоило волноваться, оно было тут совершенно бесплатным. Оставалось только как-то скоротать несколько дней.

Цинь Му облокотился на перила корабля и уставился вниз. Со временем он поднимался всё выше, а главный город уезда Речная Гробница становился всё меньше и миниатюрнее. Хотя время от времени ему всё же бросались в глаза взлетающие из других городов разнообразные летающие транспортные средства, летающие звери и летающие корабли. В то время как на реке, словно муравьи на ветке, суетились корабли.

«Империя Вечного Мира — волшебное место, — мысленно восхитился Цинь Му. — Лин Юйсю говорила, что имперские навыки и божественные искусства очень быстро развиваются… и теперь я вижу, что это действительно так».

Только слепой бы не заметил, что в Империи Вечного Мира навыки и божественные искусства плотно переплетались с повседневной жизнью, не забывая подстраиваться под постепенно меняющиеся потребности обычных людей. Подобное до боли напоминало описанный в дьявольских рукописях путь святого… Суть пути святого заключалась в использовании своих сил для помощи простым людям. У Цинь Му даже внезапно возникла странная мыслишка: «А может ли Имперский Наставник быть из моего Небесного Дьявольского Культа?»

Учёные на палубе корабля практиковали свои боевых искусства и, надо признать, их совершенствование было вполне достойным. Однако, парня кое-что всё же озадачило, а именно, они все практиковались в однотипных заклятиях и навыках меча, что не могло не наводить на мысли: «Тренируясь в одинаковых навыках меча и заклятиях, разве противник не сможет с лёгкостью найти, а затем и воспользоваться твоей слабостью?»

По его мнению, практик должен закладывать прочную основу полагаясь именно на боевые искусства… хотя, конечно же, быть эрудированным тоже в своём роде основа. Если навык или заклятие становится слишком распространённым, то вместе с ним становятся известны и все слабости, а в бою насмерть такие знания могут закончиться плачевным исходом.

«Я могу сражаться одной рукой сразу с десятью подобными практиками боевых искусств», — мысленно посетовал Цинь Му и затем продолжил изучать Математический Трактат. В общей сложности трактат состоял из десяти книг, каждую из которых он уже прочёл, выписав на бумагу большинство самых важных расчётных формул.

С наступлением ночи Цинь Му вышел на палубу и поднял голову к звёздному небу, собираясь отточить астрологический аспект. Используя расчётные формулы трактата, он записал на бумаги свои вычисления.

****

Прошло четыре дня и корабль постепенно приближался к столице. Для большинства учеников это было первое подобное путешествие, а оказавшись так близко к пункту назначения их лица просто светились от волнения. Многие из них даже облокачивались на перила и пытались разглядеть что же там внизу…

Как вдруг корабль сильно тряхнуло и накренило на бок. Некоторые ученики попросту не были готовы к такому повороту событий и вывалились за борт. Никто из них не совершенствовался в божественных искусствах со способностью к полёту, поэтому им не оставалось ничего другого кроме как издавать леденящий кровь вопль. Поскольку корабль находился слишком высоко, пройдёт ещё некоторое-то время, прежде чем первых из них разобьётся об землю.

Цинь Му нахмурился. Обе его ноги были словно два воткнутых в палубу копья, когда он схватил пьяную Ху Лин’эр одной рукой и пьяного Вэй Юна другой, чтобы те тоже не вывалились.

Прямо в этот момент из-за пределов корабля донёсся громкий смех, после которого появился невероятно огромный питон и, открыв свою пасть, впился в корму корабля.

Все на борту были ошарашены. Питон попросту раскрошил корму, отчего стоявшие на ней ученики попадали вниз, а нескольким даже не повезло быть проглоченными!

На плоской голове огромного питона стоял элегантно выглядящий напудренный человек в цветочном халате. Однако, прямо сейчас он хищным взглядом окинул всех людей на борту.

Глава 108. Толпа из секты Наездников Дракона

Вьюх!

Толстое и прочное тело огромного питона закружилось, умудрившись обвиться вокруг нескольких палуб корабля. Полы этих палуб трещали от давления, а оцепеневшие ученики, стоявшие вокруг, глупо уставились. Даже члены экипажа растерялись от испуга.

— Брат Вэй Юн, ты умеешь летать? — вдруг спросил Цинь Му.

— Что? — переспросил ещё не опомнившийся Вэй Юн, а Цинь Му взмахнул руками и сбросил толстого коротышку с корабля.

— Нет, я не умею летаааать!!! — откуда-то снизу донёсся испуганный вопль Вэй Юна. Цинь Му спрыгнул с корабля вслед за ним, а напившаяся вусмерть Ху Лин’эр стала трезвой как стёклышко и в тот же миг использовала своё поднимающее демонический ветер заклятие.

Ступая по кромкам ветра, Цинь Му спустился вниз и протянул руку, чтобы схватить Вэй Юн, но последний ещё не сумел оправиться от шока и когда посмотрел вниз снова завопил.

— Прекрати кричать! — гаркнул Цинь Му и, выкладываясь на полную, продолжил отчаянно бежать. В небе, громадный корабль заскрипел и вниз начали сыпаться обломки, вынуждая его постоянно уворачивался от пролетающих со свистом огромных брёвен, балок и щепок.

Вэй Юн обернулся и скорчил унылую гримасу. Корабль был практически разодран на куски. Огромный питон свернулся где-то по середине корабля, затем стянул свои кольца и разорвал его на две части!

Ученикам не оставалось ничего другого кроме как прыгать. Среди путешественников присутствовала парочка практиков божественных искусств со способностями к полёту, они доставали свои духовные оружия и, контролируя их, улетали. Также среди практиков божественных искусств были и те, кто ни сном, ни духом ничего не знали о полёте, поэтому только барахтали конечностями, вопили и под конец разбивались об землю.

— Лун Цзяонань! Восстать удумал? — в гневе взревел боцман корабля, превратился в полыхающего огнём гиганта и напал своим властным божественным искусством на элегантно выглядящего человека. Однако, корабль попросту не выдержал противостояния двух мастеров подобного уровня, не говоря уже о том, что главную эликсирную комнату разрушил питон. Целители и мальчики на побегушках уже даже успели спрыгнуть…

Внезапно огромный питон изрыгнул облако ядовитого газа прямо в лицо боцману и огненный гигант сразу же погас, начав падать камнем.

— Нам конец… — лицо Вэй Юна стало мертвенно-бледным. — Секта Наездников Дракона восстала. Человек на том огромном черве — Лун Цзяонань, молодой мастер секты и всем известный отпетый злодей…

Цинь Му выкладывался на полную, ведь ему приходилось тащить на своём горбу толстяка. Под ними раскинулось предгорье, где можно было замести свои следы и не дать себя найти даже самым сильным практикам секты Наездников Дракона.

Через некоторое время горе-путешественники, наконец, благополучно приземлились на землю. Ху Лин’эр рассеяла своё заклятие и собиралась было что-то сказать, как вдруг услышала леденящий душу вопль, а затем треск веток или костей, ну или того и другого, сложно было сказать наверняка. Один из падающих учеников напоролся на густую крону дерева, после чего его буквально разорвало… мозги, кишки, печень и прочие ошмётки разбросало повсюду.

Пух! Совсем рядышком послышался глухой стук.

Пух, пух, пух!.. После чего ещё и ещё, могло даже показаться, что в предгорье засеменил дождь, а ученики всё не прекращали падать. Зрелище было действительно пугающим и каждого бедолагу ждала не менее пугающая участь!

Вэй Юн неконтролируемо подрагивал, а лицо настолько сильно побледнело, что можно было сравнить разве что с белой простынёй. Дрогнув ушами, Цинь Му тут же схватил толстяка и сорвался с места. Спустя буквально несколько мгновений на то место с треском рухнула половина корабля и сровняла с землёй небольшую лесную рощу. Треск деревьев, стреляющие, словно стрелы, щепки, поднятый земной дёрн с разлетающимися осколками щебня… Подобное не могло не напугать…

Огромная половина корабля проскользила ещё метров так триста, прежде чем, слегка дыхнув на затылок убегающего юноши, остановиться. Но Цинь Му не прекращал бежать и уже буквально через вдох времени услышал сотрясающий землю и небеса взрыв печи. Воздушная ударная волна накрыла двух человек и лису!

— Нужно убегать! Скоро сюда прибудут мастера из секты наездников и проверят выжил ли кто! — отпустив Вэй Юна, шепнул Цинь Му, ну по крайней мере так он себя слышал, ведь взрыв-глухота все дела, и побежал. Только-только оправившийся от шока толстяк тут же рванул следом.

— Что произойдёт если они найдут выживших? — на бегу спросил Вэй Юн.

— Жирный Вэй, а ты как думаешь? — скосив слегка пьяные глазки, саркастично передразнила Ху Лин’эр. Неизвестно когда и как, но было очевидно, что лисичка уже успела пригубить винцо.

— А секта Наездников Дракона дерзкая! Они действительно осмелились напасть на корабль с учениками! Да ещё и так близко от столицы! Оправившись от травм, Имперский Наставник определённо разберётся с ними! — с перепуганными глазами храбрился Вэй Юн.

— Ты действительно думаешь, что наставник травмирован? — спросил Цинь Му и, отрицательно покачав головой, продолжил. — Как по мне, он полностью здоров, а скормив всем подобную сказочку, пытается выманить из нор змей, которые противостоят ему и империи. Вот взгляни хотя бы на секту Наездников Дракона, разве они не показали своё настоящее лицо?

— Что ты имеешь в виду… Невозможно! Я слышал, что восстания произошли в более чем двадцати регионах! Пали сотни осаждённых городов и умерло бесчисленное множество простых людей! Также расплодилось множество разбойничьих банд. Разве мог Имперский Наставник потворствовать подобному? — закричал ошеломлённый Вэй Юн.

— Ты слышал о таком слове как тактика? Ничем не пожертвуй разве смог бы он выманить мятежников и предателей? Вот и “травмирован”. Потерпев сокрушительно поражение в Великих Руинах, на жизнь Имперского Наставника было совершено покушение, в результате которого он получил тяжёлые травмы и бла-бла-бла… Разве после такого кто-то будет считаться с его репутацией? Ведь он растерял почти все свои силы! Кто бы отказался от подобного шанса? — ответил Цинь Му и решительно продолжил. — Повторюсь, я считаю всё это закулисными играми наставника. Пока не покажутся все мятежники и предатели он определённо не станет ничего предпринимать.

— Но столькие умрут… — пробормотал Вэй Юн. Ему по-прежнему было тяжело принять такое положение дел.

— Тем не менее, таким ходом наставник устранит все таящиеся опасности. Ну разве я не прав? — Цинь Му посмотрел на Вэй Юна. Толстяк оказался довольно проворным малым и мог поспевать за ним, вот только его понимание ветра оставляло желать лучшего. Цинь Му продолжил. — Устранив таящиеся опасности, кто вообще ещё посмеет бросить вызов его власти? Кроме того, если у него получится разобраться со всеми врагами, кто ему возразит, если вдруг он решит сам подняться на трон?

Уставившись на Цинь Му как на монстра, вздрогнул Вэй Юн и пробурчал:

— Брат Цинь, мы примерно одного возраста, но ты уже думаешь о стольких интригах и заговорах? Лисичка, может твой молодой мастер на самом деле старый хитрый дух лиса, который развился до уровня, когда может превращаться в человека?

— Жирный Вэй, ты тоже заметил? Я уже довольно давно подозреваю, что мой молодой мастер на самом деле лис, которому повезло обрести разум, — слегка заплетаясь языком, взволновано пролепетала Ху Лин’эр.

— Не называй меня “жирный Вэй”. Семья Вэй Речной Гробницы — всеми уважаемая семья. Если тебя услышат посторонние, будет неловко, — грустно проговорил Вэй Юн.

— Тогда я буду называть тебя жирный Юн, — немного подумав, проговорила лисичка.

— Тогда уж лучше жирный Вэй*, нет так сильно режет ухо, — чуть погодя, обречённым голосом ответил Вэй Юн.

— Брат Вэй, какое у тебя совершенствование? — вдруг спросил Цинь Му.

— Я разрушил свою стену Пяти Элементов и пробудил Божественное Сокровище Пяти Элементов. Однако, кажется моё совершенствование не на много лучше твоего … — смутился Вэй Юн и спросил. — А у тебя какое?

— Область Духовного Эмбриона, — ответил Цинь Му, затем привёл в движение свою жизненную Ци, вытащил нож для убоя свиней и продолжил. — Брат Вэй, на тебе два справа, а мои два слева!

Вэй Юн не понимающе взглянул на собеседника, как вдруг под аккомпанемент мелодичной игры на флейте из леса выскользнули четыре огромных змеи с красными коронами. Музыка была сродни очаровательной девице, играющей с зелёной змеёй в кустах, иногда быстрая, а иногда медленная, иногда резко брались высокие ноты, а иногда протяжно низкие.

Играющие на флейтах люди должно быть были учениками секты Наездников Дракона. Повернув голову к источнику звука, Цинь Му не смог там никого увидеть, а значит те ученики умело прятались.

Секта Наездников Дракона происходила из находящегося возле столицы уезда Великое Процветание. Выращивая змей, они зарабатывали на жизнь, а из-за способности выращивать огромных змей, назвали себя сектой Наездников Дракона.

Секта наездников была покорена Имперским Наставником и всегда знала своё место. Даже в армии среди множества странных зверей были огромные змеи, выращенные её учениками.

Флейты звучали звонко и мелодично, в то время как змеи скользили в такт музыке.

— Брат Цинь, может змеи и кажутся основным оружием наездников, но на самом деле это не так, оружие именно звук флейты, полагаясь на него они управля… — Вэй Юн было собирался рассказать Цинь Му о том, как сражаются ученики секты наездников, но тот уже рванул вперёд и ему не оставалось ничего другого кроме как побежать следом.

Внезапно звуки флейт стали импульсными, резкими, сжатыми и скоротечными. С резко возросшей скоростью, огромные змеи с красными коронами бросились к двум людям.

В момент, когда Цинь Му практически столкнулся с первой змеёй, мелькнул свет ножа и затем взорвался серебряным шаром!

Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

За миг до смертельного броска огромной змеи, вокруг парня начал расширяться серебряный свет. Сначала свет устремился к голове змеи, затем проследовал вдоль тела и закончил своё недолго путешествие у самого кончика хвоста, а когда исчез, всем что осталось позади был огромный змеиный скелет, без какого-либо намёка на плоть и кровь.

В то же время, Ху Лин’эр создала ветровые лезвия-полумесяцы и попыталась ими рассечь другую огромную змею, однако, звук флейты заставил ту начать всасывать пастью воздух, затягивая вместе с ним и ветровые лезвия. Закончив, змея собралась было изрыгнуть ядовитый газ, но Цинь Му сжал пальцы и толкнул ими вперёд, заставляя Младшего Защитника вонзиться в её глаз, затем он дёрнул пальцами вверх и меч в тот же миг вырвался из её макушки!

Между тем, Вэй Юн, совершенствование которого было достаточно плотным, тоже не сидел без дела. Ловко маневрируя между деревьями с ножнами меча на спине, а по совместительству и духовным оружием, он управлял летающими мечами в попытке ранить огромных змей, но те конечно же уступали в остроте как Младшему Защитнику, так и ножу для убоя свиней Цинь Му.

Вэй Юн с особым проворством избегал атак двух змей, попутно оставляя на телах последних ранки от меча, но ему так и не представилось шанса нанести смертельный удар. Несмотря на плотное совершенствование, в бою его техники значительно уступали техникам Цинь Му, что не удивительно, ведь они происходили из школы. Он просто не умел убивать одним ударом…

Внезапно Ху Лин’эр юркнула в лес, исчезая подобно дымке на ветру. Цинь Му тоже рванул в лес, только немного в другую сторону. Вэй Юн тревожно вскрикнул, так как хотел последовать за ними, но его надёжно связали боем две змеи. Как вдруг звуки флейт резко прекратились, а без них и змеи перестали так активничать. Толстяк воспользовался возможностью и убил их, а затем тоже бросился в лес.

— Жирный Вэй, сюда! — вдруг послышался оклик лисички.

Вэй Юн немедленно прибежал на голос и увидел лису с Цинь Му. Они стояли рядом с тянущимся высоко к небу кровоточащим деревом, но была одна странность — рядом никого не было видно. Только присмотревшись он понял, что кровоточащее дерево и не дерево вовсе, а человек, просто очень хорошо замаскированный. Человек выглядел точь-в-точь как дерево и даже его лицо было разрисовано подобно зернистой коре. Тот выковырял в дереве под свой размер дыру и спрятался в ней. Если не присматриваться и не заметить.

— Он ученик секты Наездников Дракона! — говоря, Вэй Юн ощутил, как сердце горько сжалось . — Брат Цинь, их ученики обычно передвигаются группами!

— Что ты имеешь в… — посмотрев вглубь леса, Цинь Му слегка изменился в лице. Там раскинулось множество пышных зелёных деревьев, как вдруг из них, словно отделившись, вышло сто покрытых корой полен, ну или по крайней мере так поначалу показалось…

Зазвучали флейты и вдали леса заскользили огромные змеи. Те были повсюду, ползали по холмам, по долинам, по равнинам, а их красные короны напоминали цветы, слегка колеблющиеся на ветру…

↑ П.П.: 卫 — Вэй, переводится как защитник, 墉 — Юн, переводится как город, крепость. Вот жирный защитник и звучит лучше, чем жирный город.))

Глава 109. Чёрные перья и красные гребни

Ученики секты Наездников Дракона стояли на отдалении, перекрывая пути отхода любому, кто проскользнёт через их “сети”. Змеи скользили буквально повсюду и от подобного зрелища волосы вставали дыбом.

— Куда смотрит столица? Столько демонов и монстров выползло из своих нор, а столичные стражники даже не шевелятся, — бормотал мертвенно-бледный Вэй Юн.

Вдруг со стороны столицы начал доноситься звук нарастающего гула или даже грохота, отчего на сердце у Цинь Му стало неспокойно. Тут же схватив и закинув Ху Лин’эр в рюкзак, он с напором прошептал:

— Отступаем!

Они успели отойти примерно на триста метров, как вдруг змеи пришли в движение и, словно обезумев, рванули в их сторону… Что же до учеников, они с паникой на лицах запрыгивали на огромные головы змей, скользящих с такой скоростью, что казалось и вовсе летели! Некоторые из змей проносились около невезучей троицы и набрасывались на них!

— Спина к спине! — воскликнул Цинь Му и Вэй Юн тут же повернулся. Недолго думая, толстяк снял ножны меча со спины, со всей силы ударил ими об землю, сложил два пальца рук в мечевидной форме и применил свои секреты меча. Его ножны открылись и появилось множество мечей, смотрящих своими кончиками вниз…

Мечи загудели и рассредоточиваясь обошли Вэй Юна и Цинь Му по кругу, после чего направили свои острия наружу и быстро завращались!

Цинь Му был поражён, данное движение Вэй Юна определённо не происходило из школы, ведь было намного сложнее по сравнению с преподаваемыми в ней ученикам навыками меча. Должно быть это был навык, передаваемый внутри семьи. Толстяк говорил, что его семья Вэй достаточно уважаемая семья Речной Гробницы и, судя по всему, действительно не хвастался.

Глядя на толкотню кишащих змей, Цинь Му разразился жизненной Ци. Спереди и позади него появились золотые кольца, из которых в сторону огромных змей начали выстреливать золотые световые мечи!

Данный навык юноша изучил в древних храмах Пограничного Дракона. Хотя несмотря на всю свою схожесть с божественным искусством, до последнего навык по-прежнему не дотягивал. Тем не менее, сила атаки световых мечей была достаточно высокой, поэтому, как только змеи получали ранения, то тут же отползали в сторону, в то время как ученики на них разрезались на куски даже не успевая нанести ответный удар.

Змеи и практики кажется даже не пытались целенаправленно нападать на них, а скорее впопыхах убегали. Но змей кишело слишком много, делая задачу по сдерживанию натиска очень хлопотной. Если хотя бы на мгновение дать слабину, хладнокровные гады попросту закатают всех троих в землю насмерть!

Вэй Юн протяжно взревел и его летающие мечи завращались с удвоенным темпом, пытаясь нарезать кишащих змей на лоскуты. Пламя танцевало, искры щебетали, а оторванные чешуйки змей разлетались во все стороны. Некоторых змей так сильно потрепало, что на их искромсанную плоть без жалости и не взглянешь…

Толстяк уже не мог выдерживать возросшего давления, как вдруг Цинь Му резко изменил движение. Положив ладонь одной руки на тыльную сторону ладони другой руки и вытолкнув вперёд, его жизненная Ци стала похожа на течение бушующей реки, в итоге столкнувшееся с огромными телами змей. Ху Лин’эр тоже не бездействовала, она призвала торнадо и пустила в дело. Но даже работая сообща, давление на двух человек и лису всё равно возрастало…

В этот момент внезапно послышалось приближающееся щебетание. Огромные птицы с чёрными перьями и красными гребнями приливной волной бежали по горе. Пернатые гиганты напоминали движущиеся холмы с несколькометровыми клювами. Казалось, что для них путешествие через лесные чащи и горные обрывы было сродни прогулке в кусты. Их острые когти рассекали скалы словно топлёное масло, а длинные клювы вонзались в огромных змей, после чего поднимали тех вверх и размахивали во всех направлениях!

На спине каждой птицы стояло пять-шесть солдат с колчанами на талии и длинными луками в руках. Они неутомимо, будто тренируясь, стреляли по ученикам секты Наездников Дракона, сбрасывая тех с голов змей и мгновенно превращая в осиные гнёзда!

Имея полные колчаны стрел, солдатам даже не нужно было извлекать стрелы из оставленных позади трупов. Весь процесс сводился к одному: достать стрелу, натянуть тетиву и поразить очередную мишень, поэтому они могли поддерживать солидную скорострельность.

Огромные птицы устроили себе настоящий пир из огромных змей с красными коронами, а вдоволь полакомившись просто разрывали на части когтями лап… Теплокровные пернатые преследовали хладнокровных ползучих пока практически не добрались до места, где за свою жизнь сражалась неудачливая троица.

— Кавалерия лука и стрелы! Столичные стражники! — восторженно воскликнул Вэй Юн.

Птичий набег вскоре добрался и до них, а когда несколько лучников увидели Цинь Му и Вэй Юна, то были поражены и сразу потянули поводья, чтобы притормозить.

— Здесь до сих пор есть выжившие ученики! Все, будьте осторожнее и не раздавите! — закричал один из солдат.

Свишшь, свишшь, свишшь! Огромные флаги с флагштоками вылетели из-за спин птиц и вонзились в землю перед парнями.

— Достойные способности! — некоторые из тех, кто успел увидеть навыки ладони юноши и меча толстого коротышки в действии, восхищённо воскликнули. — Суметь выжить в засаде секты Наездников Дракона действительно о многом говорит! У мелких есть некоторые способности!

Когда бегущие стаи птиц видели развевающиеся на ветру флаги, то немедленно огибали их со сторон, тем самым избегая и троицу.

Спустя некоторое время все пернатые и ползучие наконец оказались за их спинами. Вэй Юн вернул ножны обратно за спину, спрятал в них летающие мечи, плюхнулся на землю и под конец тяжело вздохнул. Цинь Му же, будучи гораздо опытнее в аспекте попадания в подобные передряги, лишь расслабленно вздохнул, мол, преодолел очередную рутину. Затем он огляделся и увидел вдали свирепо сражающихся исполинских зверей. К примеру, того самого питона, принадлежащего молодому мастеру секты Наездников Дракона, Лин Цзяонаню. Последний скорее всего напоролся на кавалерию лука и стрелы и разразилась битва. Питон походил на настоящего дракона, с властным импульсом скручивающегося и извивающегося меж вековых лесных деревьев.

Некоторое время спустя из столицы выдвинулось войско стражников меча. Когда пилюли меча взмывали в небо, их сияние озаряло даже дневное небо, а неисчислимое множество мечей поливали собой всю округу. Подобное сражение закончилось для секты наездников тяжёлыми потерями, вынуждая Лун Цзяонаня отозвать своего исполинского питона, погрузить на него множество змей поменьше и готовиться к отступлению. Когда почти все выжившие ученики тоже запрыгнули на тело змея, последний внезапно изрыгнул демоническое облако грома с молниями и, взмыв в небо, унёсся прочь. Стражники меча продолжили преследование, пока все не скрылись за горизонтом.

— Есть ли выжившие ученики? — из леса послышался вопрос.

— Да, мы встретили двоих!

— Только двое? — переспросил кто-то и на некоторое время притих, но затем опять спросил. — Откуда шёл корабль?

— Должно быть из уезда Речная Гробница, родного города Имперского Наставника…

— Дьявол! Секта Наездников Дракона атаковала корабль с учениками из Речной Гробницы явно с целью понижения авторитета Имперского Наставника. Мы тоже хороши… Не углядели. За мной, я хочу увидеть выживших.

****

Чуть погодя несколько огромных птиц уже стояли возле молодёжи. Высокопоставленный военный офицер, одетый в доспехи, спрыгнул со спины птицы и окинул взглядом Цинь Му и Вэй Юна.

— Ученики, вы случаем не знаете сколько всего было людей на борту? — спросил гулким командным голосом военный офицер.

— От трёхсот до пятисот человек, — ответил Цинь Му, но перед этим немного поколебался, ведь не знал точного числа.

«От трёхсот до пятисот…» — углы глаз военного офицера дрогнули.

— Генерал, среди учеников присутствовало не мало практиков уровня божественных искусств сведущих в полётах. Я лично видел, как они выпрыгивали за борт и улетали. Скорее всего они выжили, — сразу же проговорил Вэй Юн.

— Никто из них не выжил. Их всех сожрали летающие змеи секты наездников прямо во время полёта. Уцелели только вы двое… — покачал головой генерал.

Вэй Юн шокировано вздрогнул и уставился на Цинь Му. Если бы тот оказался не столь сообразительным и не выбросил его за борт, то так бы и помер на корабле. Затем он прыгнул следом за ним и путешествуя по ветру благополучно спустил на землю в лесную чащу, где они и спрятались от любопытных глаз. Всё это время ему не давал покоя вопрос, почему он не стал бежать дальше по воздуху, ведь так было бы быстрее… И что в итоге? Все решившие убегать по воздуху мертвы. Выжили лишь они двое!

— Брат Цинь, я обязан тебе жизнью! С сегодняшнего дня ты мой брат п…

— Жирный Вэй, разве ты обязан жизнью не родителям? — непонимающе перебила Ху Лин’эр.

— Как второму родителю! Второму! Блин… Лисичка, хватит озорничать. Я ведь собирался толкнуть такие важные и искренние слова… Но после того, как ты меня перебила, не могу никак вспомнить что вертелось на языке!

— Твоя фамилия Вэй? Из той самой семьи Вэй Речной Гробницы? — изумился генерал.

— Я действительно из семьи Вэй Речной Гробницы, — кивнул Вэй Юн.

— Так ты действительно член семьи герцога Вэй. Молодой мастер Вэй, герцог определённо обрадуется новостям, что с тобой всё в порядке. Фамилия этого младшего брата Цинь? Цинь столичной семьи Цинь? — вздохнул с облегчением генерал.

— Нет, моя фамилия не относится к столичной семье Цинь. Я из префектуры Личжоу, — покачал головой Цинь Му.

— Так ты из префектуры Личжоу. Понятно-понятно. Гм. Секты Наездников Дракона глубоко пустила свои корни в здешнем регионе, поэтому тут всё ещё могут ошиваться некоторые остатки их сил… Обоих учеников нужно как можно скорее сопроводить в столицу. Есть желающие? Живо сопроводить в столицу! — гаркнул генерал.

— Пусть поднимаются ко мне, — улыбнулся солдат, подошедший на огромной птице.

Цинь Му и Вэй Юн запрыгнули на птицу и только сейчас осознали насколько у той была широкая спина, там даже умудрились закрепить достаточно просторную палубу, чтобы было гораздо удобней стоять… Чернопёрая птица с красным гребнем рванула прямо в направлении столицы.

Генерал ещё раз облегчённо вздохнул и мысленно посетовал: «Герцог Вэй —высокопоставленный чиновник первого ранга Императорской Семьи. Как же мне повезло, что его родственник выжил, в противном случае моя должность была бы поставлена на карту… А у другого юноши фамилия Цинь и говорит, что не из столичных Циней? Он одет очень даже солидно, да и силы не занимать. Только поистине могущественные семьи могут взрастить такой саженец. Неужели в префектуре Личжоу завелась ещё одна семья Цинь?

Глава 110. Бордель и аллея Цветочная

Спустя час, чернопёрый бегун уже добрался до города. Посмотрев вперёд, Цинь Му ощутил, как вздрогнуло его сердце. Ещё совсем недавно парня невероятно шокировал главный город Речной Гробницы, однако, столица впереди вызывала даже большее восхищение.

Город Речной Гробницы был построен на реке Золотой и находился на высоте ста метров над поверхностью воды, что обуславливало его завораживающий вид.

Столица, в свою очередь, находилась на вершинах горных хребтов, напоминающих огромных драконов. Город был настолько гигантским, что его построили не на одном горном хребте, а на девяти.

Девять горных хребтов выглядели будто девять драконов, ползающих по равнине. В месте, где эти драконы встречались головами и находился город.

Такое величественное строение сильно превосходило город Речной Гробницы, построенный на реке Золотой. Поэтому совершенно не странно, что Император Яньфэн не слишком серьёзно воспринимал слова о том, что какой-то городишко перекрывал драконью вену, из-за того, что был построен на подходе к голове дракона. Столица покорила сразу девять драконов, с чего бы ему переживать из-за построенного Имперским Наставником города, которому удалось перекрыть всего лишь одного дракона?

Хоть столица и была окружена защищающими её девятью драконами, в пятнадцати километрах от неё находились четыре казармы, каждая из которых была размером с город. А за десять километров от казарм, располагалось ещё восемь городков. И несмотря на то, что они являлись городками, их с лёгкостью можно было принять за настоящие города.

Восемь городков были построены на берегу огромной реки, которая считалась второй по размеру рекой всей Империи Вечного Мира и называлась Мутной. Наземный и водный транспорт в этом месте был чрезвычайно удобным. Первой же по размеру рекой считалась Вздымающаяся, текущая из Великих Руин.

Несмотря на то, что река Мутная была второй по размеру, её называли истинной драконьей веной Империи Вечного Мира. В то время как река Золотая считалась драконьей веной лишь номинально, но даже так множество людей всех слоёв населения не были согласны с подобным заявлением.

Цинь Му всмотрелся вдаль. Столица, в которой столкнулись девять драконов, была окутана необычной атмосферой, которую и стоило бы ожидать от места, где правил миром Сын Небес.

— В горах скрыто ещё больше войск! — вскрикнул в изумлении Цинь Му, посмотрев на горный хребет Девяти Драконов и заметив слабые потоки жизненной Ци солдат.

Несколько солдат на спине птицы удивлённо взглянули на парня, в то время как один из них спросил:

— У младшего брата есть знакомые в армии? Откуда тебе известно, что в горах скрыты отряды войск?

Цинь Му не ответил, ведь он смог разглядеть величественную армию из тысяч людей и лошадей посреди хребта Девяти Драконов полагаясь на Глаза Небес. Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, который передался ему от слепого, позволял видеть Ци.

“Видеть Ци” — значит наблюдать за судьбой.

Размещение огромного количества войск в таком месте, как столица, было использованием Ци солдат для управления судьбой империи, подобное не могло спрятаться от глаз парня.

Прежде чем уйти, кавалерия лука и стрелы сопроводила подростков к городским воротам. Цинь Му и Вэй Юн предъявили свои пропуска, после чего вошли внутрь. Будучи городом под управлением Сына Небес, столица, естественно, процветала. Даже несмотря на то, что Цинь Му уже видел главный город Речной Гробницы, в итоге расширивший его горизонты, столица раскрывала взору абсолютно новый пейзаж.

Хотя в городе стоял шум и гам, не было видно торгашей, спорящих из-за каждой копейки. Да, город выглядел богато и роскошно, но в глаза бросалось что-то большее, в нём было культурное наследие.

Дома и здания имели собственную атмосферу, а техника, полагаясь на которую были высечены скульптуры львов по краям дороги, была очень изысканной. Рифмованные надписи на дверях домов богатых семей также казались довольно любопытными. В то время как все семьи в обязательном порядке в том или ином виде изображали на свои дверях Богов Дверей, от чего у парня возникало странное, но в то же время прекрасное чувство… будто те могут ожить, сойти с дверей и защитить дом от демонов и монстров.

Одна крошечная деталь свидетельствовала об общей тенденции. Взглянув на лист, можно определить, осень на улице, или весна. Цвет капли воды говорит о том, насколько синее море. Рассматривая окрестности, Цинь Му полностью осознал, насколько примечательной была империя.